митрополит Никанор (Клементьевский)

Слово в первую неделю св. Великого поста48

Приидите, ко Мне вси труждающиися и обременении, и Аз упокою вы (Мф. 11, 28).

Как утешительно слышать этот успокоительный призыв во дни поста и покаяния! Какой подвижник не ободрится и не усугубит усердия и ревности в подвигах поста и молитвы! Одно обещание: и Аз упокою вы, – уже много облегчает тяжести и трудности, сопряженные с делами веры и благочестия; одна надежда уже радует и возносит мысль к Успокоителю.

Если сердце наше, братия, находит утешение в призыве: то разум должен находить убеждение. Как не идти, когда зовут? И можно ли не получить, что обещают? поелику убеждение достигается размышлением, то, хотя каждый из нас ни мало не сомневается в обязанности идти к Призывающему, и каждый уверен в несомненности получения обещанного блага; но, для большего утешения и большего убеждения, употребим несколько минут на размышление.

Призывающий к успокоению есть Господь наш Иисус Христос. Как Он призывал Иудеев, по время земной жизни, так и ныне призывает всех труждающихся и обремененных. Чтобы отстранить недоумение на счет всеобщего призывания, приведем в утверждение истины слово одного из Учеников и Апостолов Христовых, так свидетельствующего: Бог Отец посла Его Спасителя миру; следовательно не одному народу, или времени, а всем народам всех времен и стран. Мало сего: Сам Господь сказал: небо и земля прейдут, словеса же Моя не прейдут. Какие словеса? Это глаголы живота вечного, это словеса спасения, между которыми читаем мы и утешительные словеса призывания к успокоению. Что значит: не прейдут? То, что как Господь вчера и днесь, тойжде и во веки, так и словеса Его всегда были и будут неизменны и непреложны, живы и действенны. Не удивляйтесь же, что и теперь глаголет Христос, что и теперь призывает: приидите!

Что это за люди, – труждающиися и обремененнии? На земле греха и смерти, в мире скорбей и страдании, не трудно найти призываемых к успокоению: это все те грешники, которые чувствуют тяжкое бремя грехов и не знают, как сложить его; все те страдальцы, которые, кроме бремени грехов, еще страдают под бременем скорбей и бедствии; все те подвижники добродетели, которые стараются быть добродетельными, но изнемогают под благим и легким игом заповедей Христовых. Скажите, было ли время, в которое бы не было таких людей? Не было и не будет времени, в которое бы Спаситель не взывал к людям: приидите.

Нужно заметить, что между труждающимися и обремененными есть и такие, которые не чувствуют себя утружденными и обремененными; живут во грехах и не видят в них ига и бремени. Спаситель мира не оставляет и их без призывания: только призывает не словами, а скорбями, не утешениями, а лишениями. Призывы грозны, но спасительны. Удары скорбей тяжелы, но благотворны.

В числе труждающихся и обремененных, но сознающих свою греховность, свои печали и скорби, легко найти себя каждому из нас, Христиане. Кто не чувствует, как грех иногда, подобно бремени, тяготит душу воспоминанием соделанного, а иногда, подобно игу, лишает свободы, изнуряет и затрудняет привычкою? Кто всегда так счастлив и доволен собою, что никогда не испытывает ничего неприятного и горького? Если он не чужд греха, то не чужд печали и скорби. Кто не любит добродетели и не тяготится исполнением ее? Добродетель не то, что грех. Грех пред исполнением представляется приятным и сладким, а по исполнении – горьким и отвратительным. Напротив, добродетель пред совершением кажется скучною, трудною и тяжелою, а по совершении – легкою, приятною и спасительною. Вот одна из причин, почему человек более преклонен ко греху, нежели к добродетели. Грех с первого раза льстит чувствам наслаждением, а добродетель предлагает терние.

Между общими чертами труждающихся и обремененных есть частные, зависящие от духа времени и обстоятельств. Многие труждаются под игом ложного просвещения, которое, вложив в сердце тщеславие и надмение, препятствует им упражняться в слове Божием, и потому многих спасительных истин они или не знают вовсе, или понимают оные превратно. Многие отягчены бременем светских приличий, которыми быв связаны, как узами, волею и неволею влекутся в великолепное капище блистательной суеты. Хорошо, если те и другие сознают тяжесть суеты мирской и ничтожность земного просвещения! Рано или поздно приидут к Спасителю! Но почему не теперь приидут, не завтра, не послезавтра? Причина очевидна: бремя, давно носимое на плечах и обратившееся уже в привычное бремя, сложить вдруг невозможно. Горе от мира тому, кто бросит мир и станет действовать вопреки правил и обычаев мира! Мир не оставит преследовать его, как своего беглеца. Горе от мира тому, кто, предавшись влечению Веры, решится отвергать внешний блеск и роскошь, оспаривать нравственную цель зрелищ, осуждать игры, забавы и увеселения! Пламенные поборники суеты человеческой восстанут на него, осыплют колкостями, уязвят клеветою, и наконец объявят его лишенным здравомыслия. Но не бойся никаких бед, ревнитель христианского благочестия! Ты один из тех, которых призывает к Себе Господь. Пусть мир презирает тебя и гонит: тебя приемлет Спаситель и обещает тебе покой: прииди, труждающийся и обремененный, и Аз упокою тебя.

Призывание Христово не должно оставаться без действия между теми, которые слышат его и признают его спасительным. Пойдем же, братия, к призывающему нас Спасителю. В светских обществах и собраниях, в которые не редко нас призывают, не обещают душевного спокойствия: там доставляют одно веселие. Если сравнить веселие с спокойствием, то первое ничтожно, а второе важно. Действие веселия, подобно упоению, которое бывает непродолжительно, и оставляет по себе чувство лишения и тягости; а действие спокойствия, подобно отрезвлению, которое постоянно сопровождается приведением всех умственных и нравственных сил в тихое, мирное и безмятежное согласие.

Церковь Христова, вводя нас в Св. четыредесятницу, возвестила, что ныне ближайшее нам спасение, и указала самый путь ко спасению. Это подвиг поста духовного и телесного, упражнение в слове Божием и молитве, хождение во храм, раскаяние во грехах и исповедь. Смотрите, как этот путь, назначенный Церковью, скоро и благонадежно может привести нас к призывающему Спасителю. Пост обуздывает страсти, которые могли бы затруднять наше шествие; слово Божие насыщает душу, молитва привлекает силу Божию, для подкрепления нас в немощах; церковные Богослужения возбуждают и питают в нас благочестивые помыслы и чувствования; раскаяние во грехах и исповедь отверзают вход благодати в сердце. Точно ныне ближайшее наш спасение. Нет столь легкого пути ко Христу, как во дни поста и покаяния. Пойдем!

Успокоение, обещанное труждающимся и обремененным, заключается в таинственном и благодатном общении нашем со Христом. Так обремененным грехами, но очистившимся исповедью, Спаситель дает Себя в снедь: приимите, ядите: сие есть тело Мое; пейте от нея вси: сия есть кровь Моя. ядый Мою плоть и пияй Мою кровь во Мне пребывает и Аз в нем. Укажите же мне такое состояние радости и счастья на земле, которое, хотя несколько, могло бы сравниться с состоянием, в какое входим, приобщаясь плоти и крови Христовой. Быть во Христе и иметь Его в собственном сердце, значит иметь в себе целое небо света, жизни и блаженства. В страждущих под бременем скорбей и бедствий Господь открывает, чрез общение с Собою в таинстве причащения, чувство благополучия; страдание растворяет удовольствием, печали дает вкус радости. Радуюся во страданиях моих, говорит Апостол. От чего радуется он? От того, что носит в сердце своем Господа Иисуса: живу не ктому аз, но живет во мне Христос. Найдите же мне утешение на земле, которое было бы похоже на утешение, почерпаемое из чаши Господней? Здесь мы вкушаем такое утешение, которое потушает все горести, печали и скорби. Утружденным в подвигах добродетелей, Господь дает облегчение и подкрепление, облекает новою силою и одушевляет новою ревностью, к достижению христианского совершенства. Удовлетворяя таким образом труждающихся и обремененных в их разных духовных потребностях, успокаивает их в благодатном общении с Собою; и успокоив их совесть и сердца, взывает гласом кротости к каждому: иди, се здрав еси, и ктому не согрешай.

Пойдем же, возлюбленные, к Спасителю нашему с полною верою и твердою надеждою; сложим бремя грехов и скорбей пред отцем духовным и отверзем двери сердец наших, да внидет Господь Иисус Своим благодатным светом и Своею благодатною жизнию, и даст нам и душевное спасение, и здравие телесное. Аминь.

* * *

48

Произнесено февраля 9-го, 1847 года.



Источник: Никанор, митрополит Санкт-Петербургский, Новгородский, Эстландский и Финляндский. Избранные слова и речи. Т.I. СПб, 1857. – 405 с.

Вам может быть интересно:

1. На начало поста, и о посте святитель Иоанн Златоуст

2. Историческое учение об Отцах Церкви. Том II – § 161. Сочинения нравственные. Учреждения богослужебные. святитель Филарет Черниговский (Гумилевский)

3. Игумения Антония настоятельница Московских монастырей Страстного (1861-1871 гг.) и Алексеевского (1871-1897 гг.) священник Георгий Орлов

4. Слова и речи. Том II – Слово в день Святителя и Чудотворца Николая митрополит Никанор (Клементьевский)

5. Собрание слов и размышлений епископ Вениамин (Платонов)

6. Простые и краткие поучения. Том 2 протоиерей Василий Бандаков

7. Книга глаголемая "Описание о российских святых, где и в котором граде или области или монастыре и пустыни поживе и чудеса сотвори, всякого чина святых" – Града Волоколамскаго Святыя Михаил Владимирович Толстой

8. The City of God – The City of God (Book XI) блаженный Аврелий Августин

9. Sermons – Sermon given by metropolitan Anthony on 31st октября 1999 Антоний, митрополит Су́рожский

10. Православная Церковь и сектанты – Второе пришествие Христово протоиерей Димитрий Владыков

Комментарии для сайта Cackle