священноисповедник Никодим (Милаш)

Послание к Руфиниану архиепископа Афанасия Александрийскаго
Правило 3 Афанасия Великого

Сыну и вожделеннейшему сослужителю, господину Руфиниану, Афанасий, ο Господе радоваться.

Ты пишешь к отцу, как прилично сыну возлюбленному. Приближившагося убо чрез писание, объял я тебя, вожделеннейший мне паче всех Руфиниане. Мог бы и я тебе, яко сыну, писати и вначале и в средине и под конец: но удержался, да не по письмам познается общение и свидетельство. Ибо ты мое послание, по реченному в писании (2Кор. 8:2), знаемое и читаемое в сердце. Тако будучи расположен (верь мне, ей, верь), приглашаю, и убеждаю тебя писати. Ибо делая сие, не мало, но много меня утешаешь. поелику же благолюбиво и церковно (как и прилично твоему благочестию) вопрошал ты ο увлеченных нуждою, но не развращенных зловерием, и желал, чтобы я написал к тебе, что положено ο них на соборах и повсюду: то ведай, господине мой вожделеннейший, яко в начале, по прекращении бывшаго насилия, был собор епископов, сошедшихся от внешних стран: был такожде и у сослужителей, обитающих в Элладе, равным образом и у находящихся в Испании и в Галлии: и постановлено как здесь, так и всюду, чтобы падшим и бывшим предстателями нечестия, являти снисхождение кающимся, но не давати им места в клире: а не бывшим самовластными делателями нечестия, но увлеченным нуждою и насилием, давати прощение, и имети им место в клире, наипаче, когда они принесли достойное веры оправдание, и сие учинено, повидимому, с неким благоусмотрением. Ибо таковые утверждали, что они не совращались в нечестие: но дабы некоторые, соделавшись нечестивейшими, не разстроили церквей, почли за лучшее уступити насилию, и понести бремя, нежели погубити народ. Говоря сие, они, и по нашему мнению, говорили достойное приятия: ибо в извинение себя представляли и Аарона, Моисеева брата, который уступил в пустыне преступному требованию народа, но имел извинение в намерении, дабы народ не возвратился в Египет, и не остался в идолослужении. Ибо представлялось вероятным, что пребывая в пустыне, он может престати от нечестия: но вошедши во Египет усилит и возрастит в себе нечестие. По сей причине разрешено допускати таковых в клир, так как прельщенным и насилие претерпевшим дается прощение. Сие объявляю и твоему благоговению, и уповаю, яко и твое благочестие приимет постановленное, и не осудит снисхождения согласившихся тако. Удостой же про писание сие и пред священством, и пред народом тебе подчиненным, дабы и они, зная сие, не сетовали, когда ты тако расположен к таковым. Ибо не было бы прилично мне писати тогда, как твое благоговение может и наше к ним благорасположение возвестити им, и все недостающее восполнити. Благодарение Господу, исполнившему тебя всяким словом и всяким ведением. Кающиеся же, явно да предают анафеме именно Евдоксиево и Евзоиево зловерие. Ибо сии богохульно именуя Слово Божие тварию, обнаружили себя защитниками Ариевой ереси: да исповедуют же веру, в Никеи от отцев исповеданную, и, яко никакого инаго собора не предпочитают сему собору. Приветствуй сущее с тобою братство, а сущее с нами ο Господе приветствует тебя.

(Ап. 62; I Всел. 10; Анкир. 1, 2, 3, 5, 8; Петра Алекс. 10, 14; Феофила Алек. 2).

Во времена, когда арианство было в силе и находилось под покровительством императорских защитников этой ереси, особенно же императора Валента, многие духовные лица принуждаемы были силою исповедовать арианское учение. Впоследствии, когда насилие прекратилось, и когда православные имели возможность свободно исповедовать свою веру, многие из упомянутых духовных лиц оставляли ересь и возвращались опять в православную церковь. Вследствие этого, возник вопрос, как надлежит принимать таких лиц обратно в церковь, раз общих предписаний об этом не существовало. За разрешением этого вопроса обратился к Афанасию около 370 года епископ Руфиниан, у которого, по-видимому, было много таких обращенцев. Афанасий ответил специальным посланием, составляющим настоящее правило. Афанасий упоминает ο соборах, которые по этому вопросу собирались в Испании, Галлии и Элладе, в частности же ο соборе, составленном из епископов закордонных (από των έξω μερών επισκόπων), издавшем специальное правило об этом. Это – Александрийский Собор 362 года, созванный, под председательством Афанасия, для восстановления церковного мира и единения между христианами, которые были разделены арианством. На этом соборе постановлено было, между прочим, что всех тех, которые принуждены были силой перейти на сторону ариан, но на деле и по своему убеждению не были арианами, следует простить и разрешить им остаться в тех степенях церковной иерархии, в которых были до перехода к арианам; вожди и защитники ереси, в случае их обращения и покаяния, могут также быть приняты в церковь, однако к клиру уже принадлежать не могут143. Это постановление Александрийского Собора святой Афанасий сообщает Руфиниану для руководства. В виду же того, что в то время выдвинулись, как решительные сторонники Ариева учения – Евдоксий, епископ константинопольский (360–370), и Евзой, епископ антиохийский (364–376), провозгласив притом православным арианское верование, св. Афанасий в настоящем своем послании напоминает Руфиниану, чтобы он от всех, обращающихся в церковь из арианства, требовал: предать анафеме учение упомянутых двух епископов и торжественно исповедать никейский символ144.

* * *

143

Hefele, Conciliengeschichte, I, 727–728.

144

Из послания Василия Великого к неокесарийцам (ер. 204, 6) [Migne, s. g., t. 32, col. 753] видно, что Афанасий об этом писал также и Василию.


Источник: Правила [kanones] православной церкви с толкованиями Никодима епископа Далматинско-Истрийского : Пер. с серб. Т. 1-2 / [Предисл.: проф. И. Пальмов]. - Санкт-Петербург : тип. С.-Петерб. духовной акад., 1911-1912. / Т. 1. - 1911. - XX, 640 с.; Т. 2. - 1912. - VIII, 635 с.

Комментарии для сайта Cackle