Библиотеке требуются волонтёры

профессор Николай Фомич Красносельцев

Богослужение Иерусалимской Церкви в конце IV века

Содержание

Богослужение будничное Богослужение воскресное Богослужение праздничное  

 

Документы, относящиеся к истории древнего христианского богослужения, крайне скудны. Вследствие этого, наши сведения о его составе и особенностях за древний период довольно отрывочны и неполны. Между тем, иметь точное и ясное понятие об этом предмете весьма важно, как для понимания духа и значения всего вообще христианского богослужения на всех стадиях его истории, так и в частности для объяснения и оправдания его особенностей в настоящее время. Поэтому, открытие всякого нового памятника, обещающего пополнить и пояснить существующие сведения о древнем периоде христианского богослужения, не может быть встречено иначе, как с живейшим интересом и радостью. К сожалению, подобные открытия бывают весьма редко. – Впрочем, в последнее время литургической науке в этом отношении посчастливилось. В ее распоряжение поступает несколько новых весьма ценных документов, относящихся притом к самому древнему периоду. Таковы: Διδαχη των άπο δ τόλων и считавшиеся утраченными главы первого послания св. Климента римского к Коринфянам. Таково же вновь открытое „Путешествие к святым местам св. Сильвии Аквитанки“ – S. Silviae Aquitanae peregrinatio ad loca sancta. Этот последний памятник сделался известен ученому миру лишь с очень недавнего времени. Он опубликован, с введением и примечаниями, итальянским ученым Гамуррини в начале прошлого 1887 года в периодическом издании Римской историко-юридической академии (Bibliotheca dell Academia storico-giuridica, volume quarto) под следующим заглавием: S. Hilarii tractatus de mysteriis et hymni et S. Silviae Aquitanae peregrinatio ad loca sancta. Accedit Petri diaconi liber de locis sanctis (Romae 1887). На западе этот памятник успел уже обратить на себя должное внимание и филологов и географов и литургистов и вызвал значительное количество статей1; у нас же о нем еще мало кому известно. Вот общие о нем сведения.

Рукопись, с которой сделано издание, принадлежит библиотеке братства св. Марии в Ареццо (Fraternitas s. Mariae vel laicorum). Она – пергаменная и происходит из Монте-Кассинского монастыря, где была изготовлена в XI в. по приказанию знаменитого аббата Дезидерия, бывшего потом, с 1086 г., папою под именем Виктора III. В Ареццо она перенесена была по всей вероятности Амвросием Растреллини, который был аббатом монастыря Монте-Кассино 1599 – 1602 г., но жизнь свою кончил в Ареццо. К сожалению, в течение времени рукопись весьма много пострадала и дошла до нас в весьма неполном виде. В ней-40 листов. Из них первые 15 содержат сочинение Илария „О таинствах“ без начала и с большим пропуском в конце и несколько его гимнов без конца. Следующие 25 листов содержат „Peregrinatio» тоже в весьма неполном виде-без начала и конца и с небольшим пропуском по средине. По мнению Гамуррини обе половины рукописи писаны разными руками; последняя – рукою более древнею, чем первая. Нам нужна только вторая половина или путешествие.

В начале путешествия недостает многого. Описание начинается здесь с окрестностей горы Синая. Далее описываются путешествия по Аравии, Египту, Месопотамии, Сирии, Малой Азии. Путешествия эти предприняты были уже из Иерусалима, где путешественница пробыла три года. Описания весьма обстоятельны и заключают в себе множество весьма ценных фактов географических, церковно-археологических и бытовых. Это – первая часть сочинения. Вторая часть содержит в себе подробное описание богослужебных обрядов, соблюдавшихся в Иерусалиме во время пребывания там путешественницы и виденных ею.

Когда же именно находилась в Иерусалиме наша путешественница и кто она была? Вопрос этот имеет великую важность, ибо от такого или иного решения его зависит такой или иной взгляд на ценность и значение памятника. Надписания, указывающего на имя и время жизни автора, на нем нет (может быть и не было), но к счастью в самом тексте сохранились многие, хотя косвенные, но весьма ясные и ценные указания2, при помощи которых поставленные вопросы можно решить весьма удовлетворительно и даже почти безапелляционно. Гамуррини собрал эти указания и по хронологическому вопросу пришел к тому заключению, никем не оспоренному, что путешествие совершено было в царствование Феодосия великого в конце IV в., а именно в промежуток времени от 385 г. по 388-й год. Что касается личности автора, то из сочинения видно, что это была женщина весьма благочестивая и если не монахиня, то находившаяся в самых дружественных и близких отношениях с монахинями3, женщина весьма образованная, основательно знакомая с священным писанием и с историей тех мест, которые посещала. На восток прибыла она из отдаленнейшей страны (de extremis terris). В одном месте она сравнивает Евфрат с Rhodanus-ом4); отсюда можно заключить, что она родом из Галлии или из страны соседней с Галлею. Но кто она именно и как ее имя – определить труднее. Однако Гамуррини, на основании свидетельств разных древних писателей, находит возможным сделать весьма вероятную догадку. Из снесения свидетельств Палладия Елеонопольского, Сульпиция Севера, Павлина Ноланского, Руфина, оказывается, что в это именно время путешествовала по востоку, или по святым местам, Сильвия, сестра Руфина, родом из Аквитании. Все, что можно сказать о личности путешественницы на основании ее сочинения, весьма легко и без всяких натяжек может быть приложено к личности этой Сильвии, так что Гамуррини, отождествив Сильвию с путешественницей и приписав ей найденное сочинение, едва ли ошибся.

Итак, во вновь найденном путешествии мы имеем исторический документ весьма высокой ценности. Свидетельства, содержащиеся в нем, относятся к эпохе весьма древней и чрезвычайно интересной, когда христианская церковь, заняв господствующее положение, свободно развивала и упорядочивала свою обрядность, когда реформы в этой последней области св. Василия великого (а может быть и Златоуста) хотя были уже совершены, но не успели еще сделаться общецерковным достоянием. За достоверность свидетельств ручается образованность, благочестивое настроение и естественно вытекающие отсюда знание дела и добросовестность автора. Нельзя не пожалеть, что памятник столь важный дошел до нас в неполном виде и что утрачено столь многое из его текста в начале и в конце. Утраты восполняются несколько выдержками, сохраненными Петром диаконом Монте-Кассинского монастыря в его сочинении: De locis sanctis. Сочинение это, написанное в XII в. и составляющее компиляцию нескольких путешествий, помещено в издании Гамуррини вслед за Peregrinatio. Дополнений из него можно взять, впрочем, немного.

Путешествие Сильвии, как мы говорили уже, состоит из двух частей. В первой описывается путешествие, а во второй богослужебные обряды иерусалимской церкви конца IV века. Эта последняя часть составляет специальную и для нас особенно важную особенность памятника. В других путешествиях о богослужебных обрядах или вовсе не говорится, или говорится вскользь, мимоходом, весьма мало и темно. Здесь же мы имеем полный устав иерусалимского богослужения, изложенный систематически и с заметным знанием дела. Для историка-литургиста это- драгоценная находка.

Оставив в стороне приключения и географические указания путешественницы, мы обратим внимание только на этот, записанный ею, устав или описание иерусалимского богослужения и постараемся изложить его по возможности точно, хотя и не буквально. Последнее не особенно легко, так как латинский язык памятника весьма далек от классического, переполнен словами новыми, (то искаженными греческими, то вновь образованными из латинских), и вообще очень своеобразен5 и в этимологическом и в синтаксическом отношении.

Интересующее нас описание обрядов иерусалимской церкви, составленное Сильвией, расположено в таком порядке: сначала описывается богослужение дневное, или ежедневное – будничное, затем богослужение воскресное и, наконец, праздничное. Описание последнего, естественно, занимает самое значительное место, но у него нет ни начала ни конца.

Богослужение, описываемое путешественницей, представляется совершаемым по преимуществу в храме, построенном Константином великим на местах страданий и воскресения Господа. Храм этот представляется состоящим из трех отдельных частей. Первая часть – Анастасис – церковь воскресения; в средине ее находится гроб Христа, или пещера, окруженная решетками. Вторая часть – великая церковь, мартириум или базилика, построенная Константином над Голгофою – ecclesia major, quae appellatur Martyrio, quae est in Golgotha post Crucem (p. 85)6. Чаще всего эта часть храма называется: post Crucem, т. е. церковь, следующая за часовнею, которая помещалась налево от входа в эту церковь и в которой хранился крест. Третья часть называется: ante Crucem или ad Crucem. Это – церковь пред входом в большую базилику, вероятно, церковь Обретения креста.

Все эти части составляли однако одно целое, один храм, который был главнейшею святынею Иерусалима. Убранство этого храма было и вообще богатое, но во дни великих праздников оно положительно поражало зрителей 7. Ежедневное богослужение совершалось в различных частях этого храма, но праздничное постоянно выходило за его пределы. При помощи процессий оно переносимо было в соседние храмы, находившиеся на других священных местах Иерусалима и его окрестностей. Из таких храмов в „ Путешествии “ упоминаются: 1) Церковь на Сионе, на месте дома, где Христос явился ученикам при запертых дверях (р. 100,118). После церкви воскресения, это была в то время в стенах Иерусалима вторая и последняя; других, по-видимому, не было.

2) Церковь в Вифлееме с пещерою Рождества Христова.

3) Две церкви на горе Елеонской: одна над пещерою, где учил Христос апостолов (р. 90 ibi est spelunca illa, in qua docebat Dominus), другая – над местом, с которого Он вознесся; последняя называется у автора imbomon ( ε μβωμιον).

4) Церковь в Гефсимании (р. 94).

5) Церковь в 50 шагах от Вифании (р. 89).

Участвующими в богослужении представляются: монашествующие8, девственницы, миряне-мужчины, женщины и дети, оглашенные и верные. Совершители богослужения: епископ, пресвитеры, диаконы и клирики. Язык богослужения греческий.

Богослужение будничное

Ежедневное будничное богослужение описывается таким образом: Каждый день пред пением петухов открываются все двери Анастасиса и входят в него все: монахи и девственницы (parthenae, ut hic dicimus), равно как и миряне – мужчины и женщины, желающие принять участие в этом полночном богослужении. Начиная с этого часа, т. е. с часа пения петухов и до света поются гимны и псалмы с припевами9, равно как и антифоны. При каждом гимне бывает молитва. – Итак, строй этого полунощного богослужения был весьма прост: он характеризуется попеременным пением гимнов и псалмов, которое перемежалось чтением молитв, деливших всю службу на несколько отделов; на сколько именно, не сказано-вероятно, большей частью, на три. – Когда начинает светать, говорится далее, начинают петь (dicere) утренние гимны. Тогда приходит и епископ с клиром. Он входит внутрь пещеры и внутрь решеток и читает сначала молитву за всех, затем делает поминовение имен, каких хочет, т. е. читает диптихи, и благословляет оглашенных; затем читает молитву и благословляет верных. После этого он выходит из внутри решеток и все подходят к его руке. Выходя, он благословляет каждого и таким образом бывает отпуст уже при свете – ас sic fit missa, jam luce. В шестой час (т. е. в полдень) снова собираются все в Анастасис, снова произносятся псалмы и антифоны, пока не придет епископ. Пришедши, он не садится, но тотчас входит внутрь решеток, т. е. в пещеру, как и утром, творит молитву, благословляет верных, а когда выходит из-за решеток подходят к его руке. В девятый (около 3-х часов) час10 бывает тоже, что в шестой. В десятый же час, (quod appellant hic licimcon ­­ λυχνιχον) опять весь народ собирается в Анастасис; зажигаются все лампады и свечи, при чем свет берется не со вне, но из внутренности пещеры, где днем и ночью постоянно горит лампада. Произносятся вечерние псалмы и довольно долго антифоны; затем приходит епископ и садится на возвышении (susum), а пресвитеры сидят на своих местах; произносятся гимны или антифоны, а по окончании их епископ поднимается и встает пред решеткою, т. е. пред пещерою. Один из диаконов произносит эктению (iacit commemorationem singulorum), как это следует по уставу, а стоящие вокруг дети (pisinni) на каждое прошение громким голосом отвечают; Kyrie eleyson11. Когда диакон проговорит все, что говорить следует, епископ произносит молитву и молится за всех. И таким образом молятся все, как верные, так и оглашенные, вместе. Затем диакон возглашает, чтобы каждый из присутствующих оглашенных, встав, преклонил голову, а епископ, встав, произносит благословение над оглашенными. Далее бывает молитва, а диакон вновь возглашает, чтобы каждый из верных, встав, преклонил свою голову. Епископ благословляет верных и таким образом бывает отпуст (missa) в Анастасисе и начинают подходить к руке епископа. После этого, епископ и весь народ с ним с пением гимнов идут ad Crucem, т. е. в церковь обретения креста. По приходе, епископ произносит молитву и благословляет оглашенных. Затем бывает другая молитва и благословение верных. После этого епископ и весь народ с ним идут в post Cruсеm, т. е. в большую базилику над Голгофою. Здесь бывает тоже самое, что и в церкви ante Crucem. Все это совершается при обильном освещении всех частей храма и кончается ночью.

Такой порядок богослужения соблюдался ежедневно в течение первых шести дней недели. Он весьма ясно напоминает собою тот порядок, который изложен в VIII книге Постановлений апостольских от имени Иакова (VIII, 35). Изложение довольно обстоятельное и не возбуждает особенных недоумений, за исключением одного, касающегося совершения литургии. Гамуррини12 в этом описании находит указание на ежедневное двукратное совершение литургии- утром и вечером. Вааль13, напротив, не находит здесь никакого указания на совершение литургии и полагает, что в будние дни литургия не совершалась ни утром, ни вечером, за исключением случаев просьбы со стороны поклонников. Повод к недоумению подает употребляемое в описании слово: missa, fit missa jam luce... fit missa Anastasi (p. 77, 78). Как известно, на западе слово это имеет терминологическое значение и обозначает литургию. Такое значение оно получило там с очень древнего времени вследствие того, как думают14, что совершается всегда после отпуста (missa) оглашенных и сама составляет как бы заключение, отпуст длинного утреннего богослужения. Само собой понятно, что такое значение слово missa получило не вдруг. В то время, когда писано было Путешествие, в этом отношении по-видимому не было еще ничего строго определенного. Путешественница для обозначения литургии употребляет чаще слово oblatio, но иногда и missa, при чем, когда употребляет последнее слово, то иногда (очень редко) поясняет его, как новое и не всем понятное, например, р. 87: missa avtem, quae fit sabbato ad Anastase, ante solem fit: hoc est oblatio. Иногда слово missa она употребляет в смысле литургии и без пояснения. Например, при описании богослужения в день воскресный, и именно той части его, к которой должна примыкать литургия, она не употребляет слова oblatio, а выражается так: ut fiat missa ecclesiae... ad quintam aut sextam horam protraitur missa (p. 81). Если сличить это место с другим (р. 101), где говорится мимоходом о той же части воскресного богослужения, то окажется, что под словом missa здесь нужно разуметь литургию. Там сказано, что в воскресенье пятидесятницы после проповеди епископа aguntur omnia legitima, id est offertur (т. e. совершается приношение) iuxta consuetudinem, qua dominica die consuevit fieri. Но всего замечательнее в данном случае те места описания, где совершение литургии и missa ясно различаются друг от друга, например, р. 84: agunt sacramenta, et sic fit missa, p. 87: fit autem oblatio in Anastase maturius, ita ut fiat missa ante solem, p. 93: fit ipsa die oblatio ad martyrium et facitur missa hora forsitan decima,.. p. 99: et facta oblatione fit missa. Из этих мест видно, что, по словоупотреблению Путешествия, missa и oblatio не одно и тоже. Правда, за oblatio неизбежно следует missa, но сомнительно, чтобы можно было сказать наоборот, т. е. что последней, т. e. missa, неизбежно предшествовало oblatio. Если бы это было возможно, то под словом missa везде бы следовало разуметь литургию. Но это едва ли возможно, особенно когда дело идет о вечернем богослужении. Вечером в обыкновенные дни евхаристия не могла, быть совершаема, так как совершать ее по древнему, обычаю (Карф. соб. пр. 50) могли только люди неядшие. Указание на это есть и у самой путешественницы. В одном месте (р. 41), рассказывая о прибытии своем в одну из церквей Синая в 10-м часу (время вечерни), она говорит, что евхаристия не могла быть совершена, так как было поздно (hora decima erat jam, et ideo quin jam sera erat, oblationem facere non potuimus). Словом, значение слова missa в Путешествии остается под сомнением.

По вопросу о литургии в Путешествии обращает на себя внимание еще то обстоятельство, что о подробностях совершения ее в Иерусалиме и о каких бы то ни было особенностях в ее чине сравнительно с литургией, совершавшейся в IV в. на родине путешественницы, ничего не сообщается. Жалеть об отсутствии подробностей совершения литургии Иерусалимской церкви, на этот раз, нет особенных причин, так как эта литургия подробно описана современником путешественницы, св. Кириллом Иерусалимским, но что касается особенностей сравнительно с нею литургии, употреблявшейся в то время на крайнем западе, то иметь о них сведения из уст современника для литургической науки было бы далеко не излишне. Впрочем и из умолчания можно извлечь довольно веское доказательство в пользу весьма важного положения, а именно, что в конце IV века на крайнем западе была в употреблении литургия древнегреческого типа, такая же, как в Иерусалиме, а потому естественно, сравнительно с иерусалимскою, не имела особенностей, по крайней мере таких, которые стоило бы отметить. – Переходим к дальнейшему описанию.

Богослужение воскресное

В седьмой день, т. е. в день Господень (id est dominica), говорится в описании – еще до пения петухов весь народ собирается в преддверии (in antecessum) храма воскресения, который в это время еще заперт, „ибо обычай таков, что прежде пения петухов святые места не отпираются “. Здесь, в ожидании открытия дверей, совершается обычное богослужение, при участии пресвитеров и диаконов, которые бывают тут же и всегда к тому готовы: произносятся гимны и антифоны и читаются молитвы при каждом гимне или антифоне. Как только пропоет первый петух, приходит епископ и входит внутрь пещеры воскресения. Открываются все двери и весь народ входит в Анастасис, освещенный множеством лампад. По входе народа один из пресвитеров произносит псалом и все ему отвечают; потом читается молитва. Затем один из диаконов произносит псалом и опять читается молитва. Третий псалом произносится одним из клириков и опять бывает молитва и поминовение всех (commemoratio omnium) или эктения. По окончании трех псалмов и молитв вносятся кадильницы (tliimiataria) внутрь пещеры воскресения и вся базилика воскресения наполняется благоуханием. Епископ, стоящий внутри решеток, берет Евангелие и идет к двери и сам читает о воскресении Господа. По прочтении Евангелия епископ выходит и идет с гимнами в Ad crucem и весь народ с ним. Здесь вновь произносится один псалом и читается молитва. Затем епископ благословляет верных и бывает отпуст (missa). При уходе епископа все подходят к его руке, а он отправляется в дом свой. Монахи же все возвращаются в Анастасис, где произносятся псалмы и антифоны до рассвета; при каждом псалме или антифоне бывает молитва. – Каждый день, замечает далее путешественница, пресвитеры и диаконы по очереди бодрствуют в Анастасисе с народом – мирянами-мужчинами и женщинами. Кто хочет, остается здесь до света, кто не хочет, возвращается в дом свой для отдыха. – С рассветом собираются в Великую церковь на Голгофе, или post Crucem, и это – одна из особенностей воскресного богослужения. В течение года только в одно воскресенье богослужение это совершается не в Великой церкви, а на Сионе. В указанное время здесь, в Великой церкви, совершается все положенное на день воскресный по уставу, принятому в Иерусалиме. Устав же или обычай (consuetudo) здесь такой. Желающие из присутствующих пресвитеров проповедуют, а после всех проповедует епископ. Такие проповеди бывают постоянно по дням воскресным и продолжаются довольно долго, так что ранее четвертого и даже пятого часа миссы не бывает, т. е. литургия не начинается. По совершении отпуста (missa) здесь, т. е. в Великой церкви, монахи ведут епископа с гимнами в Анастасис. Когда епископ начинает шествие, открываются все двери базилики воскресения (de basilica Anastasis-может быть из большой базилики в Анастасис). Входит весь народ, за исключением оглашенных. По входе народа, входит епископ и встает внутри решеток пещеры. Сначала воздается благодарение Богу (aguntur gratiae Deo – может быть это и есть евхаристия) и бывает молитва за всех. После этого возвышает голос диакон и все предстоящие наклоняют свои головы. Епископ благословляет их, стоя внутри решеток, и затем выходит. При выходе епископа все подходят к его руке. Таким образом мисса продолжается (protraitur missa) до пятого или шестого часа. Вечером все бывает по уставу ежедневного вечернего богослужения (juxta consuetudinem cotidianum), который таким образом соблюдается каждый день в течение всего года, за исключением дней праздничных (solemnibus), о коих сказано будет ниже.

Этим кончается описание воскресного богослужения в изданной рукописи. Настоящего конца по-видимому нет, равно как нет начала следующего далее описания праздничного богослужения. В рукописи в этом месте недостает одного листа.

Богослужение праздничное

Начало описания, утраченное вместе с листом, относилось, как видно из оставшегося, к празднику Епифании или Рождества Христова. Оставшаяся часть этого описания весьма значительна. Далее следует описание богослужения в день Сретения, в великий пост, в страстную неделю, в Пасху, в Вознесение, в Пятидесятницу и в праздник обновления храма Воскресения. Конца описания нет. Таким образом, описание праздничного богослужения сохранилось не в целом виде. Но и в том, что сохранилось, есть весьма много и важного и любопытного.

Праздник Рождества Христова или Epiphania. В древности на Востоке праздник Рождества Христова совершался 6 января, вместе с Крещением, и назывался η μερα τ ν έπιφανίων, ότε έπιφαν ιων εν δαρχi ό Κύριος (Epihanius. Haeres. III). По свидетельству Златоуста около 376 г. перешел на Восток римский обычай праздновать Рождество 25 декабря. Но в Иерусалиме этот обычай не скоро был принят. Козма Индикоплов (около 530 г.) говорит (кн. V) что в его время праздник Рождества совершался 25 декабря повсюду на Востоке; только в Иерусалиме совершали его по старому, 6-го января. Сильвия имела дело в своем описании очевидно с этим обычаем. В утраченном начале шла речь по всей вероятности о бдении, которое совершалось накануне праздника в Вифлееме – в базилике над пещерою Рождества и в котором принимал участие иерусалимский епископ с клиром и народом. По окончании бдения процессия возвращалась в Иерусалим с пением: „Благословен грядый во имя Господне“15 и проч. Так как монахи, принимавшие участие в процессии, шли пешком, то она двигалась медленно, и достигала Иерусалима пред светом ea hora, qua incipit homo hominem cognoscere. По достижении храма епископ тотчас входит в Анастасис и все вместе с ним. Здесь произносится псалом, читается молитва и благословляются епископом сначала оглашенные, потом верные. После этого все расходятся, за исключением монахов, которые продолжают петь гимны до света. Отдохнув, в начале второго часа собираются все в Великую церковь и здесь бывает литургия (missa). Проповеди, чтения и гимны бывают принаровлены к дню. После этого, по совершении миссы, идут по обычаю в Анастасис с гимнами и таким образом отпуст (missa) бывает около шестого часа. Вечерня совершается по уставу ежедневного богослужения. Во второй день и в третий тоже самое совершается в Великой церкви на Голгофе. В четвертый день тоже богослужение совершается в церкви на Елеонской горе; в пятый – в Гефсимании, в шестой – на Сионе; в седьмой – в Анастасисе, в восьмой – в церкви ad Crucem (вероятно тоже, что ante Crucem, т. е. в церкви обретения креста). Таким образом праздник в Иерусалиме продолжался восемь дней. В Вифлееме точно также праздничное богослужение совершалось ежедневно в течение восьми дней с большою торжественностью пресвитерами, всем местным клиром и монахами. Особого епископа там в то время еще не было, а иерусалимский епископ в эти дни должен был постоянно находиться в Иерусалиме. По случаю праздника, бесчисленные толпы собирались в Иерусалим, не только монахов, но и мирян-мужчин и женщин.

Праздник Сретения Господня 16 – quadragesimae de Epiphania совершается в Иерусалиме с великою пышностью: бывает процессия в Анастасис и происходит все, что следует по чину, так же торжественно, как в Пасху. Проповедуют все пресвитеры, а затем епископ. Предметом проповедей служит то место Евангелия, где рассказывается о том, как в 40-й день Иосиф и Мария принесли Господа во храм и как увидели его Симеон и Анна пророчица, – те слова их, которые сказали они, увидев Господа, и то приношение, которое сделали родители.

После этого совершается все по принятому чину, священнодействуются таинства и бывает отпуст (missa).

Четыредесятница. Перед Пасхою – говорит путешественница – как и у нас, т. е. на западе, бывает четыредесятница. Здесь она продолжается 8 недель – потому 8, что по воскресеньям и субботам не постятся, кроме одной субботы накануне Пасхи, которую необходимо поститься17. Итак, если из 8 недель вычесть 8 воскресений и 7 суббот, то останется 41 день, в которые постятся. Дни эти называют здесь: eortae ( εορταί) id est quadragesima. В каждый день каждой недели богослужение имеет такой порядок: В воскресные дни четыредесятницы совершается тоже, что и во все другие воскресные дни; прибавляется только nona, т. е. богослужение 9-го часа. В понедельник, вторник и четверток совершается тоже, что обыкновенно в эти дни, но прибавляется tertia, т. е. богослужение третьего часа, и кроме того литургия преждеосвященных на девятом часе. В среду же и пятницу богослужение имеет и еще некоторые особенности. В Анастасис в эти дни входят ночью и совершают здесь все, что обыкновенно совершается с полуночи до утра, равно как в третий час и шестой; для совершения же девятого часа отправляются на Сион, за исключением дней памяти мучеников, когда на Сион не ходят. На Сионе совершается все, что по обычаю свойственно богослужению девятого часа, кроме приношения (praeter oblatio), т. e. литургии, которой здесь не бывает18, но бывает проповедь. После отпуста (missa) народ и епископ с гимнами отправляются в Анастасис. Здесь в Анастасисе и в Ad crucem произносятся гимны и антифоны и читаются молитвы и бывает мисса вечерняя (missa lucernalis), т. е. вероятно литургия преждеосвященных. С пятницы на субботу, кроме того, бывает бдение (vigiliae). Оно начинается по возвращении епископа и народа с Сиона ко времени вечерни и продолжается до утра (usque in mane id est de hora lucernari). Всю ночь произносятся попеременно псалмы responsorii, антифоны и различные молитвы. В субботу утром тотчас после бдения совершается литургия (oblatio) в Анастасисе, – очень рано, так что отпуст (missa) бывает до солнца. Раннее совершение литургии в субботу нужно бывает для того, чтобы поскорее могли быть отпущены так называемые домадарии или евдомадарии ( ενδομαδη), т. е. те строгие постники, которые в течение четыредесятницы принимают пищу только два раза в неделю: в воскресенье после литургии около шести часов, т. е. в полдень, и затем в субботу тоже после литургии рано утром. Впрочем в субботу за литургией приобщаются не одни только евдомадарии, но и все, кто желает. Вечером в субботу богослужение вероятно было такое же, как обыкновенно.

Описанным образом богослужение совершается в течение первых шести недель: каждую неделю одинаково. Первые дни седьмой недели в этом отношении тоже не имеют отличий; но с пятницы являются особенности. Бдение на субботу, в течение первых шести недель совершавшееся в Анастасисе, в этот день совершается на Сионе. Псалмы и антифоны при этом бывают особенные, приноровленные к месту и времени (apti... tam loco quam diei). Рано утром в субботу здесь же, т. е. на Сионе, епископ совершает литургию, как и в другие субботы поста. После отпуста архидиакон возвышает голос и говорит: „ныне в седьмом часу все отправимся (parati simus) в Лазариум». И вот, когда настанет седьмой час, все идут в Лазариум (Lazarium), т. е. в Вифанию, отстоящую около двух миль от города. Не доходя шагов 50 до Вифании есть церковь на том месте, где Господь встретил сестру Лазаря Марию. Когда приходит сюда епископ, его встречают здесь все монахи; за ним входит народ; произносится один гимн, один антифон и читается то самое место Евангелия, где говорится о встрече Господом сестры Лазаря. По прочтении молитвы и после преподания благословения, все идут затем в Лазариум с гимнами. Сюда собирается все множество народа, так что не только самое место это (вероятно около пещеры Лазаря) но и окрестные поля бывают полны людьми. Здесь произносятся гимны и антифоны, равно как и чтения, приличные дню и месту. Перед отпустом (missa) возвещается пасха. Это бывает таким образом: Пресвитер входит на возвышенное место и читает из Евангелия то место, где написано: „Когда пришел Иисус в Вифанию прежде шести дней пасхи“ и проч. По прочтении этого места возвещается пасха и бывает отпуст. Затем возвращаются все прямо в Анастасис и бывает вечерня по обычаю.

Страстная неделя ( πάбχα δτаυоωδι μον). На другой день, т. е. в воскресенье, которым начинается пасхальная неделя, называемая здесь великою неделею (septimana major) утром в Анастасисе и в Ad crucem, а затем позднее в Великой церкви совершается все, что следует по уставу воскресных великопостных дней. Затем пред отпустом (antequam fiat missa) архидиакон возвышает голос и говорит: „С завтрашнего дня во всю неделю на девятый час будем собираться в Мартириум, т. е. в Великую церковь“. Потом в другой раз возвышает голос и говорит: „Будем готовы сего дня все в седьмой час“. По совершении отпуста в Великой церкви, епископ идет с гимнами в Анастасис и, совершив там все, что следует по уставу воскресных дней, (следовательно и литургию), отходит в дом свой для отдыха и приготовления к шествию на Елеон. В седьмой час весь народ восходит на масличную гору, т. е. на Елеон. Здесь в церкви епископ садится, и начинается пение гимнов и антифонов, приличных дню и месту; равным образом бывают и чтения. В начале девятого часа поднимаются с гимнами выше на Имбомон, т. е. на то место, с которого Господь вознесся на небо, и там садятся епископу и народ; только диаконы стоят постоянно. И здесь произносятся гимны и антифоны приличные месту и дню, равно как чтения и молитвы, положенные между ними. Затем, в начале 11-го часа (в 5-м пополудни по-нашему), читается то место Евангелия, где говорится, как дети с ветвями и пальмами встречали Господа, говоря: „Благословен грядый во имя Господне». В это время поднимается епископ и с вершины горы Елеонской вместе со всем народом направляется к городу. Весь народ идет пред ним с гимнами и антифонами, постоянно отвечая: „Благословен грядый во имя Господне». И сколько бы не было детей в тех местах, все они, даже те, которые не могут еще ходить, а потому находятся на руках у родителей, держат пальмовые или оливковые ветви. И так епископ шествует тем же образом (in ео typo) как шествовал (deductus) и Господь19. От самой вершины горы и до Анастасиса чрез городские ворота идут пешком и очень медленно, чтобы никто не отставал, и приходят в Анастасис уже поздно. Но как бы не было поздно, здесь бывает вечерня; затем бывает молитва в Ad crucem и народ отпускается.

На другой день, в великий понедельник с полночи до утра совершается обычная служба в Анастасисе; там же совершается третий и шестой час по уставу четыредесятницы. Но в девятый час все собираются в Великую церковь, т. е. Мартириум, и здесь до первого часа ночи поются гимны и антифоны и бывают чтения, приличные дню и месту, а также перемежающие их вечерние молитвы, так что отпуст (missa) в Мартириуме бывает уже ночью. По совершении отпуста епископ с гимнами идет в Анастасис. Здесь бывают: один гимн, молитва, благословение оглашенных и верных и отпуст (missa).

В великий вторник бывает тоже, что в понедельник. Прибавляется только следующее: после последнего отпуста в Анастасисе, ночью, все идут в церковь на Елеоне. По прибытии в эту церковь, епископ входит в пещеру, в которой учил Иисус, и берет книгу Евангелия и, став, читает сам слова Господа, написанные в Евангелии от Матфея: „Берегитесь, чтобы кто не прельстил вас“ (Мф. ХХIV 4) и далее всю речь. По прочтении же, бывает молитва, благословение оглашенных и верных и отпуст (missa), после коего все возвращаются с горы каждый в дом свой уже поздно ночью.

В великую среду совершается тоже, что в понедельник и вторник. Особенность только в конце вечернего богослужения. После отпуста в Мартириуме, епископ, пришедши с гимнами в Анастасис, входит в пещеру воскресения и встает внутри решеток; пресвитер же встает пред решетками, берет Евангелие и читает то место, где Иуда Искариот приходит к иудеям и спрашивает, что ему дадут, если он предаст Господа. После этого бывает молитва, благословляются оглашенные, затем верные, и бывает отпуст (missa).

В великий четверток в Анастасисе-обычная полунощная служба, затем третий час и шестой. Но вместо девятого весь народ собирается в Мартириум в восьмом часу – ранее, чем в другие дни, потому, что отпуст в этот день должен быть ранее. Когда соберется народ, совершается все, что следует совершать на девятом часе, бывает приношение, т. е. литургия, и делается отпуст около 10-го часа. Пред отпустом архидиакон возвышает голос и говорит: „В первый час ночи соберемся все в церковь на Елеоне, ибо величайший труд предстоит нам ныне в эту ночь». После отпуста в Мартириуме идут в Post crucem-в особую часовню, где хранился крест Христов20. Здесь поется один только гимн, читается молитва и епископ совершает литургию (offeret ibi oblationem) и приобщает всех. Литургия совершается здесь только в этот день однажды в год. После отпуста идут в Анастасис. Здесь читается молитва, благословляются по обычаю оглашенные и верные и бывают отпуст (missa). После этого отправляются по домам, чтобы, подкрепив себя пищею, тотчас идти на Елеон в церковь, где пещера, в которой учил Иисус. Здесь до пятого часа ночи поются гимны и антифоны, приличные дню и месту, совершаются чтения и молитвы, положенные между ними, читаются те места из Евангелия, в которых содержатся беседы Господа с учениками, говоренные им когда Он сидел в пещере. Затем, около шестого часа ночи идут на верх на Имбомон, или место вознесения, с гимнами. Здесь вновь бывают чтения, гимны и антифоны, приличные дню. Молитвы, какие положены между ними, тоже приноровлены ко дню и месту, а читает их епископ.

Великая пятница. В полночь с пением петухов начинают спускаться с вершины горы и приходят в то место, где молился Иисус, как написано в Евангелии (Лук. XXII. 41): „И отошел от них на вержение камня и преклонив колена молился». На этом месте есть церковь, куда входят епископ и народ. Здесь произносится молитва, приличная месту и дню, поется один гимн и читается то место Евангелия, где Христос говорит ученикам Своим: „Бдите, да не внидите в напасть». Все место это прочитывает сам епископ и творит вновь молитву. Затем, вместе с епископом все, даже малые дети, пешком начинают спускаться в Гефсиманию. Процессия движется медленно, так как народу много и он утомлен ежедневными бдениями и постом. Народ идет со свечами и кроме того в процессии имеются свыше 200 церковных свечей (candelae). По прибытии в Гефсиманию бывает сначала молитва и поется гимн; затем читается то место Евангелия, где рассказывается, как схвачен был Господь. При чтении этого места народ поднимает такой плачь, что его слышно бывает в городе. Отсюда идут с гимнами к городу и достигают ворот, когда начинает уже светать (incipit quasi homo hominem cognoscere). Затем идут чрез весь город все до одного, большие и малые, богатые и бедные, все с готовностью; и особенно в этот день никто не уклоняется от бдения до утра. С народом идет и епископ от Гефсимании до ворот и от ворот чрез весь город до Ad crucem. По прибытии сюда бывает уже светло. Здесь снова епископ читает то место из Евангелия, где говорится о приведении Господа к Пилату и о том, что говорил Пилат Господу или иудеям. После этого епископ увещевает народ, ободряя его: так как они всю ночь трудились и еще имеют трудиться, то, чтобы не оставляли подвига, но имели надежду на Господа, Который за труд воздаст им великую награду. И таким образом, по возможности ободряя их и увещевая, говорит: „Идите теперь каждый в дом свой, садитесь и отдыхайте, а около второго часа будьте все здесь, чтобы, начиная с этого часа и до шестого, вы могли видеть святое древо для подкрепления себя на будущее время ; ибо в шестом часу вновь нам нужно будет собраться на это место, т. е. в Ante crucem, чтобы в чтениях и молитвах провести время до ночи“. Тотчас после отпуста, который имеет место еще до восхода солнца, некоторые из более бодрых ходят еще на Сион молиться пред колонною, при которой происходило бичевание Господа, а затем возвращаются в дом для отдыха.

Во втором часу начинается чествование св. древа. На Голгофе – post Crucem – в том самом приделе, где совершается литургия только однажды в год и где она совершена была накануне, ставится кафедра епископа, а пред кафедрою стол, покрытый священными одеждами (mensa sublinteata); кругом становятся диаконы. Затем приносится серебряный позлащенный ларец (loculus). Из него вынимаются св. древо и титул, т. е. досчечка с надписью, и полагаются на стол. Епископ садится на кафедру, а диаконы, стоя вокруг, наблюдают за порядком и стерегут. Это необходимо. Говорят, что раз кто-то отломил часть св. древа и украл. Поэтому, соблюдается такой обычай: входят по одному, верующие и оглашенные, наклоняются к столу, целуют св. древо и титул и проходят далее. В одну дверь входят, в другую выходят. Руками до святого древа никто не касается. После креста показываются приходящим и даются для целования перстень Соломона и рог, из которого помазывались цари. Церемония продолжается до шестого часа. В шестом часу идут отсюда в Ante crucem, где поставляется для епископа кафедра. Здесь шестого часа до девятого происходят чтения в таком порядке: сначала читается один из псалмов, где говорится о страданиях Господа, затем места из Апостола, т. е. из Посланий апостольских или из Деяний, где говорится о том же предмете, равно и из Евангелий подобные же места; потом читаются места из пророков, где говорится о пришествии Мессии, и опять из Евангелий о страданиях. Таким образом, в течение трех часов, с шестого до девятого, поучается народ чтениями, имеющими целию показать, что ничто из предсказанного пророками не осталось без исполнения. Чтения перемежаются молитвами и гимнами, приличными дню. В начале девятого часа читается место из Евангелия Иоанна о пришествии Духа. По прочтении его бывает молитва и отпуст (missa). После отпуста в Ante crucem тотчас переходят в Великую церковь, где совершается все, что обыкновенно совершаюсь в девятый час в течение всей недели. После отпуста в Великой церкви переходят в Анастасис. Здесь читается место из Евангелия, где Иосиф просит у Пилата тело Иисусово и полагает его во гробе новом. По прочтении его бывает молитва, благословляются оглашенные и таким образом совершается отпуст (et sic fit missa). Приглашения к бдению с стороны архидиакона на этот раз не бывает, так как народ и сам об этом знает. Впрочем всю ночь бодрствуют только клирики, крепкие и молодые, а из народа кто может и сколько может. Бдение состоит из пения гимнов и антифонов до утра.

В великую субботу совершаются по обычаю третий час и шестой, но девятого не бывает. Вместо того бывает пасхальное бдение в великой церкви или Мартириуме. Пасхальное бдение – замечает путешественница, – такое же как у нас, т. е. на западе, но только здесь оно полнее. Во время бдения совершается крещение оглашенных. По совершении крещения они, одетые в крещальные одежды, выходят из крещальни вместе с епископом. Епископ входит внутрь решеток Анастасиса; поется гимн, епископ произносит молитву за них и входит вместе с ними в Великую церковь. Здесь, по обычаю, весь народ бодрствует и совершается все так же, как у нас (на западе). По совершении приношения (литургии) бывает отпуст (missa). После отпуста в Великой церкви идут с гимнами в Анастасис. Здесь вновь читается место Евангелия о воскресении, бывает молитва и вновь совершает литургию епископ (et denuo offeret episcopus), только поспешно, чтобы не задерживать долго народ. После этого народ отпускается.

Пасхальная неделя. Пасхальные дни проводятся так же, как у нас, т. е. на западе. Во все восемь пасхальных дней (т. е. до понедельника Фоминой недели) обычным порядком совершаются литургии (fiunt missae). В (первое) воскресенье богослужение совершается в великой церкви, т. е. в Мартириуме; также – в понедельник и вторник. По совершении миссы в Великой церкви, с гимнами идут в Анастасис. В среду богослужение совершается на Елеоне, в четверг в Анастасисе, в пятницу-на Сионе, в субботу в Ante crucem, в Фомино воскресенье (id est octavis ­­ восьмой день Пасхи) опять в великой церкви, т. е. в Мартириуме. Во все восемь дней ежедневно после обеда епископ со всем клиром, со всеми новокрещенными и со всеми апотактитами21, мужчинами и женщинами, и с желающими из народа восходит на Елеон. Здесь поются гимны и читаются молитвы, сначала в церкви над пещерою, в которой учил Иисус, а потом на Имбомоне, т. е. на месте, с которого Он вознесся. После произнесения псалмов и молитв идут отсюда в Анастасис с гимнами к часу вечерни. В оба воскресения, кроме того, после совершения вечерни (post missa lucernarii) в Анастасисе, весь народ с гимнами идет на Сион. Здесь поются гимны, приличные дню и месту, и читаются: молитва и то место из Евангелия, где рассказывается о том, как Господь в этом самом месте, где ныне на Сионе церковь, при запертых дверях явился ученикам, между коими одного, т. е. Фомы, не было, и как Фома, по возвращении узнав об этом, сказал: „Не поверю, пока не увижу». По прочтении Евангелия бывает молитва и благословение оглашенных и верных. Затем все расходятся по домам.

Праздник вознесения Господня. В промежуток времени от Пасхи до Пятидесятницы никто не постится, даже апотактиты. Богослужение бывает обычное, за исключением сорокового дня по Пасхе, который бывает в четверг. Накануне, т. е. в среду, после шестого часа идут в Вифлеем для совершения бдения22. Здесь совершают бдение в церкви над пещерою, в которой родился Господь. На другой день, т. е. в четверг, совершается литургия (missa) своим порядком, при чем пресвитеры и епископы проповедуют, приноровляя свои проповеди ко дню и месту. После этого поздно возвращаются в Иерусалим.

Праздник пятидесятницы. Этот день бывает очень труден для народа. День начинается обычным полуночным богослужением в Анастасисе, при чем епископ читает обычное воскресное Евангелие, т. е. о воскресении. Затем народ переходит в Мартириум и здесь бывает все по уставу воскресной службы: пресвитеры проповедают, после них епископ. Затем бывает литургия, которая по воскресеньям всегда совершается (qua dominica die consuevit fieri). В этот день она совершается только скорее, так что отпуст бывает прежде третьего часа (обыкновенно в пятом или шестом). После отпуста в Мартириуме епископ и народ с гимнами отправляются на Сион, куда приходят ровно в три часа. По прибытии туда читается то место из Деяний апостольских , где говорился о сошествии Св. Духа на апостолов; затем и здесь бывает литургия (offertur et ibi etiam). За отпустом архидиакон возвышает голос и говорит: „Сегодня, тотчас после шестого часа, все идем на Елеон, на Имбомон». После этого народ расходится по домам и тотчас после обеда идут на Елеон все, так что в городе не остается ни одного христианина. Сначала идут на Имбомон. Здесь садятся епископ и пресвитеры; садится и весь народ. Произносятся чтения, поются положенные между ними гимны и антифоны, приличные дню и месту, читаются молитвы, тоже приноровленные ко дню и месту, читается и то место Евангелия, где повествуется о вознесении Господа на небо после воскресения. После этого, благословляются оглашенные и верные. В девятый час выходят отсюда и идут с гимнами в церковь над пещерою. По прибытии сюда, в десятом часу совершается вечерня: бывает молитва, благословляются оглашенные и верующие. Затем, с гимнами и антифонами, приличными дню, начинают обратное шествие в Мартириум. Когда достигают городских ворот, бывает уже ночь, и зажигаются церковные свечи, числом до 200, равно как и имеющиеся у народа. Так как от ворот до Мартириума довольно далеко, а идут очень медленно, чтобы не утомить ног, то приходят на место уже около второго часа ночи. Главные врата базилики со стороны площади бывают открыты (apertis balvis majoribus, quae sunt de quintana parte) и чрез них входят в Мартириум с гимнами епископ и весь народ. Здесь, в Мартириуме, а затем в Анастасисе и в Ad crucem совершаются обычные молитвословия, состоящие из гимнов, или антифонов, молитв и благословения оглашенных и верных. После этого вновь весь народ и епископ с гимнами идут на Сион. По прибытии сюда, бывают приличные чтения, поются псалмы или антифоны, читается молитва, благословляются оглашенные и верные и бывает мисса. По совершении миссы все подходят к руке епископа и расходятся по домам уже около полуночи.

Праздник обновления храма воскресения. Праздником пятидесятницы заканчивается цикл великих господских праздников, известных в IV веке. Но кроме них уже и в IV в. были и другие праздники, посвященные чествованию Богоматери, апостолов, мучеников. Некоторые из них без сомнения известны были и в Иерусалиме. О днях памяти мучеников упоминается и в Путешествии, но о других мы не находим в нем ничего, может быть просто потому, что конец Путешествия утрачен. Кроме перечисленных праздников довольно подробно описывается еще только один праздник, хотя местный, но имеющий некоторое отношение к перечисленным общим-это праздник обновления или освящения храма над теми местами, которые освящены страданиями и воскресением И. Христа. Праздник этот, по словам путешественницы, совершается с такою же торжественностью, как Пасха и Епифания. Как и эти последние, он продолжался восемь дней. Какого месяца и числа был этот праздник, путешественница прямо не говорит, но она говорит, что освящение храма было в тот самый день, когда обретен был крест Христов, следовательно 13-го сентября.– Еще задолго до праздника начинают собираться в Иерусалим отовсюду, не только монахи и апотактиты из различных провинций, как то: из Месопотамии, Сирии, Египта, Фиваиды, где множество монашествующих, но и миряне-мужчины и женщины. Епископов собирается до 50 и множество клириков, приходящих с епископами. Считается большим грехом не быть на этом празднике, если нет к тому какого либо непреодолимого препятствия. Богослужение в этот праздник бывает такое же, как в Пасху и Епифанию. В первый и второй день оно совершается в великой церкви или Мартириуме на третий день на Елеоне, в четвертый день вероятно в Анастасисе или на Сионе и т. д. На четвертом дне описание прекращается.

Обряды оглашения. Кроме подробного описания праздничного богослужения, путешественница дает нам еще описание обрядов оглашения, соблюдавшихся в Иерусалиме во время четыредесятницы и Пасхи и составлявших как бы некоторого рода особенность постового и пасхального богослужения. Может быть впрочем они соблюдались и в другие времена церовного года, так как крещение оглашенных совершалось иногда и в пятидесятницу и даже в праздник обновления храма воскресения23. Но в Пасху или, точнее, в великую субботу оно совершалось по преимуществу. Описание начинается с обряда принятия в число оглашенных или, вернее, готовящихся ко крещению24, который имеет место пред началом четыредесятницы. Желающий приготовляться ко крещению объявляет свое имя пресвитеру, который его записывает. Когда будут записаны имена всех желающих, совершается обряд принятия в день, которым начинаются восемь недель четыредесятницы, т. е. за 8 недель до Пасхи воскресной или дня воскресения. В этот день в средине великой церкви или в Мартириуме поставляется кафедра для епископа; здесь же садятся и пресвитеры и стоят все клирики. Затем один по одному входят просящие крещения: мужчины с восприемниками (cum patribus suis), а женщины с восприемницами (cum matribus suis). Епископ спрашивает восприемников: хорошей ли жизни просящие, почитают ли родителей, не пьяницы ли и не лжецы ли, и о других тяжких пороках. Если окажется, что просящий крещения одобряется присутствующими свидетелями, то епископ записывает его имя своею рукою. Тех же, кто не получает одобрения, просит выйти, говоря: „исправься, и когда исправишься, приходи к купели “. Если же кто иностранец и не имеет свидетелей, которые бы его знали, то ему не легко получить крещение. Что касается обрядов самого оглашения, то обычай таков. В течение всей четыредесятницы каждый день утром, после утренней миссы в Анастасисе, оглашенные заклинаются клириками. Затем тотчас ставится в Великой церкви кафедра для епископа. Все, просящие крещения – мужчины и женщины – садятся вокруг близ епископа; здесь же присутствуют и восприемники и кто хочет из народа, но только верные; оглашенные же, т. е. не готовящиеся еще ко крещению, пока учит епископ, не могут сюда входить. И таким образом в течение 40 дней просящие крещения, начав с книги Бытия, проходят все писания. При этом излагается для них сначала буквальный смысл, а потом духовный, говорится также о воскресении и о вере вообще. Это называется: катехизис. По прошествии пяти недель, им предлагают символ, излагая, как и в писаниях, сначала буквальный смысл его, а потом духовный. Оглашения эти слушают здесь и верующие. Предлагают их каждый день в течение трех часов, начиная с первого часа. По окончании оглашения в третьем часу, епископ с гимнами идет в Анастасис и делает отпуст (missa) службы третьего часа. С наступлением восьмой недели, называемой неделею великою, поучение прекращается. Епископ утром приходит в великую церковь, или Мартириум, и садится на кафедру, поставленную в апсиде за алтарем. Сюда подходят к нему один по одному: мужчины с восприемниками, а женщины с восприемницами, и отдают отчет в знании символа. После этого епископ делает увещание и обещает остальное, т. е., высшие таинства веры, изложить им после того, как они крестятся, в течение восьми дней пасхальной седмицы. По наступлении этой седмицы епископ, совершив миссу в Великой церкви, идет с гимнами в Анастасис, читает молитву и благословляет верных; затем встает и, облокотившись на внутреннюю решетку пещеры воскресения, излагает все, что совершается в крещении. В это время никто из оглашенных не может здесь присутствовать, а только неофиты и верные, желающие слышать таинства. Объяснения епископа встречаются одобрениями (collaudantia) так громко, что слышно бывает вне церкви. Поучения говорятся епископом погречески; но так как многие из слушающих сириане и не знают по-гречески, то один из пресвитеров переводит поучение епископа на сирийский язык. Точно также переводятся на сирийский язык и чтения. Если же между слушающими есть латиняне, не знающие ни по-гречески ни по-сирийски, то для них переводят другие присутствующие здесь греки или латиняне, знающие оба языка.

Обряды оглашения весьма значительно осложняли великопостное и пасхальное богослужение и занимали в составе его весьма видное место, хотя сами по себе имели и самостоятельное значение. Поэтому вероятно путешественница описание их и выделяет из общего описания в особый отдел. Подобная же роль уже в IV в. принадлежала и некоторым другим обрядам, каковы например обряды публичного покаяния, чин освящения мира и елея для оглашенных. Нельзя не пожалеть, что путешествие дошло до нас в неполном виде. В недостающей части его могли быть сведения и об этих обрядах, равно как и о других, имевших еще более самостоятельное значение и несомненно существовавших в IV в., каковы например, обряды погребения, обряды поставления в иерархические степени и различные молитвословия по частным нуждам верующих. Проживая в Иерусалиме в течение трех лет, путешественница, как очевидно, весьма живо интересовавшаяся богослужебными порядками, могла найти много случаев видеть совершение и других богослужебных чинов и хорошо ознакомиться с их формою и составом. Будем надеяться, что со временем найдется другой, более полный список Путешествия и даст желаемые дополнения.

Впрочем, и теперь из разных мест путешествия можно извлечь сведения об одном молитвословии , которое существовало в конце IV в. и, хотя имеет частный характер, но довольно живо характеризует религиозность и до некоторой степени дополняет картину богослужебных порядков того времени. Это молитвословие так сказать паломническое, отчасти соответствующее нашему молебну для в путь шествующих. Описывая свои посещения различных святынь, путешественница не раз упоминает об этом молитвословии. В одном месте (р. 52) она так описывает общий состав молитвословия: „У нас всегда был такой обычай, что когда мы хотели отправиться в какое либо желаемое место, то сначала была молитва, потом чтение из кодекса, потом читался один псалом, относящийся к делу, и напутственная молитва“. Под кодексом разумеется Библия. Чтения из нее, так же, как и псалмы, избирались разные – приноровительно к месту. Так, когда путешественница была на месте, где Мельхиседек встретил Авраама, то чтение во время указанного молитвословия было из книги св. Моисея (de libro sancti Moysi), вероятно из Бытия (р. 58); когда была у колодца, где Иаков напоил овец Рахили, тоже было чтение подходящего места из книги Бытия (locus ipse de Genesi p. 71). Иногда впрочем бывали и другие чтения: так, когда путешественница была в Едессе у ворот, чрез которые вошел Анания с посланием I. Христа к Авгарю, то епископ, совершавший указанное молитвословие, вместо места из Библии прочитал эти послания – legit nobis ibi ipsas epistolas (p. 67).

Начало приноровления к месту и времени, судя по описанию путешественницы, весьма широко было распространено в иерусалимском богослужении IV в. Вследствие этого, богослужение, в сущности весьма простое и однообразное по своему строю и внешней форме, было весьма обильно и разнообразно по своему содержанию. Путешественнице весьма нравится это и она неоднократно обращает на это внимание, как на нечто особенно важное и замечательное. Так, заканчивая описание воскресного богослужения, она делает такое общее замечание: „Довольно замечательно (satis paecipunm est), что псалмы и антифоны всегда имеют приноровительный характер (apti semper): одни имеют место ночью, другие утром; те, которые употребляются днем: в шестой час, в девятый или в вечерню тоже всегда имеют принаровительный характер и такое содержание, которое относится к самой сущности (ad ipsam rem pertineat) совершаемого (в известное время) богослужения» (р. 81). В другом месте, описав богослужение пятидесятницы, она выражается об этом предмете еще с большею решительностью: „Весьма хорошо и весьма замечательно, что гимны, антифоны и чтения, равно как и молитвы, произносимые епископом, всегда имеют такое содержание, что бывают приличны и соответственны, как дню, так и месту“ (совершения богослужения)25. Это обстоятельство, вероятно, и было одной из причин, почему богослужение это, особенно в праздники, производило на присутствующих то необыкновенно сильное впечатление, о котором неоднократно упоминает путешественница26. Впрочем, и самый порядок богослужения был так хорошо выработан, что не мог оставаться без воздействия на религиозное чувство верующих. По-видимому однообразная смена псалмов – гимнами, гимнов – молитвами и чтениями и т. д. запечатлена характером стройности и религиозно-символической симметрии, что необходимо должно было вызывать впечатление мерности, успокоения и благоговения. Нужно заметить, кроме того, что так как гимны всякий раз полагались особенные, то гимнологический материал по всей вероятности был весьма обилен и разнообразен, не только по содержанию, но и по форме.

Казань 6 ноября 1888 г.

* * *

1

См. Weyman. Ueber die Pilgerfahrt der Silvia in das heil. Land. Theolog. Quartalschrift 1888 hef. I. Waal. Die Feste des Kirchenjahres zu Jerusalem gegen Ende des П Jalirhunderts. Romische Quartalschrift fur christliche Alterthumskunde und fur Kirchen gescliichte 1887. hef. 4. См. также статью Момзена в Sitzungsber. der Kgl. preuszischen Akad. 1887 и др.

2

Напр. упоминания о Мартане диакониссе селевкийской, об апотактитах и под. Praef. pag. XXVII XXX. Peregr. p. 74.

3

Она адресует свое описание монахиням какого-то монастыря, называя их: dominae venerabiles., dominae animae meae., dominae, lumen meum., dominae sorores. Peregr. p. 55, 68, 75, 106.

4

Peregr. p. 63. «Flumen magnum Euphratem, et ingens, et quasi terribilis est; ita enim decurrit habens impetum, sicut habet fluvius Rhodanus, nisi quod adhuc major est Euphratus.

5

О языке Peregrinatio писал Wolfflin Archiv fur lateinische Grammatik und Lexicographie Bd. ИУ s. 259–277.

6

p. 90: Propterea autem Martyrium apellatur, quia in Golgopha est, id est post Crucem, ubi Dominus passus est, et ideo Martyrion.

7

Extra aurum et gemmas aut sirico, nihil aliud vides: nam si vela vides, auroclava oloserica sunt; si cortinas vides, similiter auro- clavae olosericae sunt. Ministerium autem, omne genus, aureum gemmatum profertur illa die (Epiphania) Numerus autem vel ponderatio de ceriofalis, vel cicindelis, aut lucernis, vel diverso ministerio num- quid vel existimari aut scribi potest? (p. 83).

8

Чин монашествующих на востоке в то время был чрезвычайно многочисленен и влиятелен. Почти повсюду, где случалось быть путешественнице, она встречала их во множестве. Епископы, с которыми она встречалась, были из монахов и она отмечает несколько раз это обстоятельство. Наприм., р. 49: в Аравии – episcopus., jam senior vir, vere satis religiosus ex monacho,.. p. 64 – в Едессе – episcopus ipsius civitatis, vir vere religiosus etiam monachus et confessor,... p. 68 – в Харране: vidi., episcopum loci ipsius vere sanctum et hominem Dei et ipsum et monachum et confessorem... p. 73: в Селепкии Исаврийской: cum pervenissem fui ad episcopum vere sanctum ex monacho».

9

p. 76: et psalmi responduntur, т. e. поются ипофоническитак, что на каждый стих народ отвечает повторением положенного припева.

10

В пост девятый час по средам и пятницам совершается на Сионе. См. ниже.

11

На основании ответа: Kyrie eleyson всего вероятнее разуметь здесь эктению, на которой поминались имена живых, взятых из диптихов.

12

Gamurrini р. 77, not. 3, 78 not. 3.

13

Romische Quartalschr. 1887. Hef. 4. s. 312. 314.

14

Kraus, Realencycl. d. christl. Altberth. В. II, p. 398.

15

Этим начинается сохранившееся описание. Очевидно это – припев к псалму.

16

Большинство ученых католических и протестантских доселе относили установление этого праздника ко временам более поздним, к V или VI в. и некоторые слова древних отцов на этот день наприм., Кирилла Иерусалимскаго считали подложными. Оказывается, что праздник этот гораздо древнее, чем думали. Может быть впрочем в IV в. в Иерусалиме он был только местным. – Если Рождество праздновалось в то время там не 25 декабря, а 6-го января, то Quadragesimae Epiphaniae или υπαπαντη приходилось не 2-го Февраля, а на 14 дней позднее.

17

Это согласно с указанием Постановлений апостольских VII. 23. «Одну только во всем году субботу должны соблюдать вы, именно ту, в которую Господь погребен» сн. V. 14.

18

Не бывает потому, что богослужение это было назначено по-видимому главным образом для оглашенных. Выше путешественница, как на причину, почему 9-й час совершается в среду и пятницу на Сионе, указывает на то, что в эти дни постятся и оглашенные (р. 86) quoniam in istis locis semper quarta et sexta feria etiam et a cathecumenis jeiunatur. Литургия, как видно из последующего, бывает позже, по возвращении в Анастасис. В другие дни поста на 9-м часе была следовательно литургия (преждеосвященных).

19

Не есть ли в гаком случае это шествие на осляти?

20

Из последующего видно, (р. 96–97) что название: post Crucem (если это не ошибка) прилагаются здесь к особому помещению в Мартириуме, имевшему выходы на открытый двор, простиравшийся inter Cruce et Anastase вероятно с южной стороны. Вероятно, это – то самое помещение, которое в Brev. Hieros. 350 г. называется: sacrarium базилики св. Константина (Пал. Сбор, вып. II, стр. 5, вып. VII, стр. 96), где, кроме древа креста и перстня Соломона, хранилась еще чаша, которую Христос употреблял при совершении последней своей вечери. Этим последним обстоятельством и объясняется, почему именно здесь в великий четверток однажды в год совершалась литургия. У последующих паломников помещение это известно под именем горницы с чашею.

21

Об апотактитах Сильвия упоминает часто. Это род подвижников, считавших недозволенным употребление мяса и вина. Еще ранее прибытия Сильвии в Палестину двумя указами Феодосия 381 и 383 г. они были объявлены еретиками (Cod. Theod. tit. II, с. 7.11), но в Палестине указы эти вероятно еще небыли известны. Это одно из указаний на время составления Путешествия. У Епифания (de haeres, с. 15) апотактиты тоже причисляются к еретикам.

22

Странно, что Вознесение празднуется не на Елеоне, а в Вифлееме. Waal (Вот. Quart. р. 309) думает, что основанием служило мнение, что отделение Господа от земли, совершилось там же, где он в первый раз явился на землю. Евангельское повествование (Лук. 24. 50. Деян. I. 12) впрочем довольно ясно определяет место вознесения.

23

О совершении крещения в этот праздник говорит Созомен Hist. Eccl. L. II, сар. 26 ideo ut baptismi quoque sacramenta eo die tradantur et per continuos septem dies collectae fiant.

24

J Описание это помещено тотча после описания богослужения в Пятидесятницу (р. 104).

25

р. 108: Illud autem hic ante omnia valde gratum fit, et valde memorabile, ut semper tam уmni quam antiphonae et lectiones, nec non etiam et orationes, quas dicet episcopus, tales pronuntiationes habeant, ut et diei, qui celebratur et loco, in quo agitur, aptae et convenientes sunt semper. Тоже, p. 83, 89, 102.

26

p. 94. Tantus rugitus et mugitus totius populi est cum fletu, ut forsan porro ad civitatem gemitus populi omnis avditus sit..; p. 93 tantus rugitus et mugitus est totius populi, ut nullus sit, qui moveri non possit in lacrimis., p. 97: Nullus est neque major neque minor qui in illa die illis tribus horis tantum ploret quantum nec existimari potest., p. 107. Tantae voces collaudantium, ut porro foras ecclesia audiatur voces eorum.


Источник: Богослужение Иерусалимской Церкви в конце IV века Казань. Типография Императорского Университета 1888. Отдельный оттиск из журнала „Православный Собеседник" за 1888 год.

Комментарии для сайта Cackle