архиепископ Вениамин (Краснопевков-Румовский)

Новая Скрижаль

 ОглавлениеЧасть 1Часть 2 

Часть первая

О церкви вообще, о всех частях ее и о всех вещах и утварях, к ней принадлежащих

Глава I. Об именах и святости церкви

§ 1. Что есть церковь?

Слово церковь имеет два значения. Во-первых, церковь означает общество истинных христиан, рассеянных по всему земному кругу, и объемлет их, на каком бы месте и в какое бы время истинно верующие ни жили. Принимая в сем значении слово церковь, св. Герман, Патриарх Константинопольский, называет ее телом Христовым и Христовою невестою, которая очищена водою св. крещения, орошена честною кровию Искупителя, брачно одеяна и запечатлена миром Св. Духа. Сию-то церковь, продолжает тот же св. Герман, патриархи прообразовали, пророки провозвестили, апостолы основали, иерархи украсили и мученики прославили. Глава сей церкви Христос: потому что она управляется одним законом евангельским, воинствует под одним знамением Христовым и стремится к единой блаженной цели. Во-вторых, церковь есть храм Божий или молитвенный дом, куда верующие собираются славословить Бога и молиться Ему. В сем последнем значении слово церковь и принимается в настоящей книге, в которой имеют быть объяснены все части церкви, утвари и молитвы, в ней совершающиеся. Слово церковь не русское, но происходит от греческого χυριαχόν, что значит дом Господень. Из сего, с переменою букв χ на ц и υ на е, образовалось слово церковь, которое тоже значит дом или храм Господень. В самых российских словах многие буквы переменяются, напр., вместо на реке говорится на реце, вместо в человеках говорится в человецех и проч.

§ 2. Название церквей

Церкви или молитвенные храмы бывают многоразличны. Одни освящаются во имя Всесвятой и Живоначальной Троицы, или одного из Лиц Троицы; другие во имя Пресвятой Богородицы, а некоторые во имя ангелов, апостолов, или одного из иерархов, мучеников, святого или святой. Посему храмы и носят имена тех святых, которым они посвящены. Так мы говорим: пойдем к Троице, пойдем к Рождеству Христову, пойдем к такому-то святому, иерарху или мученику, т.е. в храмы тех святых, именам которых они посвящены. Впрочем, все эти храмы без исключения суть храмы Господни, храмы Божии и селения славы Всесвятой Троицы. Все они одинаково освящаются Божественною благодатью Отца и Сына и Святого Духа, во всех одинаково совершаются священнические молитвы и все одинаково помазуются Божественным миром. Симеон, епископ Солунский (в главе 128), пишет: «всякий храм посвящается Богу; это дом Его, и Он живет в нем: и раб Божий, которого имя носит храм, обитает в нем, как своем жилище, невидимо является там духом, часто тут полагаются и мощи его, и он действует Божественною благодатию и силою».

§ 3. Церковные вещи святы

О вещах, при молитвах в церкви употребляемых, и вообще о всех утварях церковных, тот же Симеон Солунский так рассуждает: «в вещах сея церкви благодать Божия приходит и пришедши пребывает: когда мы молимся, она действует по благоволению Отца и милости Сына, Который воплотился нас ради и возродил нас сошествием и щедротами нераздельного с Ним Св. Духа. И это мы видим ясно, потому что в храмах совершаются Божественные силы и чудеса, бывают явления ангелов и знамения святых, исполняются прошения и даруются исцеления. Потому-то в храме, где призывается имя истинного Бога, все свято, и Он Своею Божественною благодатию действует, врачует и спасает всех».

§ 4. Прообразование новозаветных церквей в ветхозаветных жертвенниках

Человек, прежде нежели чрез Моисея получил от Бога закон, воздвигал храмы и жертвенники и на них приносил жертву Богу; и все таковые жертвенники были святы. При Адаме Авель создал жертвенник: и хотя этот жертвенник был устроен из вещества, но был свят; и принесенные на нем в жертву Богу дары, хотя и состояли из закалаемых животных, также были святы, потому что посвящены были Богу; Бог явился верху их, или, как пишется, призре Бог на Авеля и на дары его (Быт.4:4). Ной, вышедши из ковчега, создал Богу жертвенник. Авраам, намереваясь принести в жертву сына своего Исаака, созда жертвенник, и рече ему Бог, глаголя: Аврааме, Аврааме! да не возложиши руки твоея на отрочища: ныне бо познах яко боишися ты Бога (Быт.22:12). – И Иаков также из камня устроил жертвенник, освятил его во имя Божие и видел при нем Бога. Но самый высокий и многознаменательный жертвенник устроил Моисей: это скиния, которая была образом храма, и которая лучше, нежели прежние жертвенники, прообразовала все вещи и таинства новой благодати. Симеон Солунский (в гл. 125) говорит: «все, что устроил Моисей внутри скинии, а особенно ковчег и трапеза, прообразовавшие Богородицу, называлось святая святых. Посему, если кто-либо кроме посвященных дерзал прикоснуться к этим вещам, погибал и умирал: так Оза, иже простре руку свою, да поддержит кивот... умре ту пред Богом (1Пар.12:9–10). Были в скинии и хлебы предложения, двумя своими составами означающие Хлеб живой и небесный, т.е. два естества, Божеское и Человеческое».

Просфора двусоставная

В подражание сему и в христианских храмах хлебы или просфоры делаются двучастные; и двумя своими частями ясно означают Божество и Человечество Иисуса Христа. «Была в скинии», продолжает тот же Симеон Солунский, «и вода очищения, означающая св. крещение, елей святой, прообразовавший миропомазание, светильник, – огонь священный и кадильницы; и все это было свято. Потому-то на чело Озии, имевшего в руке кадильницу, проказа взыде пред священники в дому Господни: не его была обязанность кадить фимиамом Господеви, но обязанность священников из племени Ааронова (2Пар.26)». В том же духе св. Герман пишет о новоблагодатной церкви: «церковь есть храм Божий, т.е. отдельное место Божие, святилище святое и дом молитвы, где воспоминаются распятие, погребение и воскресение Христово; дом прославленный паче скинии свидения и призывающий людей к покаянию и молитвам».

§ 5. Церковные вещи должно почитать

Если уже ветхозаветные жертвенники, и все вещи, бывшие прообразованием настоящих, были столь святы: то тем более мы должны благоговейно чтить новоблагодатные храмы и все принадлежащие к ним вещи и утвари. Симеон Солунский в той же главе рассуждает: «всякую вещь, посвященную имени Божию, должно почитать, какая бы она ни была, глиняная, каменная, деревянная или другая какая-нибудь. Все это освящено именем Божиим. И так как эти вещи носят на себе имя Божие, то им никто не может дать другого назначения. Мы во многих местах и не раз видали, что презирающие святых и храмы Божии и похищающие священные вещи погибали: домы, в которые положены были камни и дерева, церкви принадлежащие, совершенно разрушались и никто в них не мог жить». Итак, блажен человек, который щедротами своими созидает храм, попечениями и трудами приносит прибыль и пользу, украшает их, или, предупреждая разрушение, возобновляет старые. Всякий из нас сам знает, что этот человек своими пожертвованиями чтит и славословит Бога, и многие чрез его дела спасаются. Такой благотворитель душ привлекает себе любовь Божию, и воздаяние ему будет благое. И сама церковь об этих усердствующих, под именем создателей, плодоносящих, добродеющих и благотворящих Божиим церквам, во многих местах всенародно приносит Богу молитвы.

Глава II. О главнейших частях церкви

§ 1. Части храма

Церковь, принимаемая в значении храма Божия или дома молитвенного, разделяется главным образом на две части: алтарь и собственно храм; но часто к этим двум частям прилагается и третья, притвор или предхрамие; почему и храм разделяется по обыкновению на три главные части: алтарь, собственно храм и притвор.

§ 2. Различие в частях храма

Из всех частей церкви алтарь есть главнейшая, потому что он назначен для священнослужения, почему и не дозволяется входить в него непосвященным; храм назначен для верных, а притвор для оглашенных и кающихся, т.е. таких людей, которые не получили еще права входить в храм. Такое различие частей церкви повелевают соблюдать 19 и 43 правила собора Лаодикийского и 69 шестого Вселенского, в которых сказано: что в алтарь дозволяется входить только священникам для священнодействия и царской власти для причащения и приношения Даров.

§ 3. Первое знаменование церкви

Разделение церкви на две части, т.е. алтарь и храм, имеет четыре значения. Симеон Солунский (в главе 4, о храме) назвав алтарь невходным, т.е. местом, куда не всем позволяется входить, а только посвященным, а храм входным, куда все христиане входят, дает этим частям следующее значение: 1) они знаменуют Христа, Бога и вместе Человека, первое, т.е. Божество Иисуса Христа невидимо, а второе – Человечество видимо; 2) человека, состоящего из души и тела; 3) таинство Троицы, Которая непостижима по существу, но познается по Своему промыслу и силам, и 4) видимый мир и невидимый: алтарь означает небо, а храм землю.

§ 4. Второе знаменование церкви

Но церковь, разделенная на три части, т.е. алтарь, храм и притвор, имеет другие значения. Симеон Солунский в той же главе говорит: «и с другою целию храм разделяется на три части: на притвор, находящийся пред храмом, храм и алтарь; эти части знаменуют: 1) Троицу, 2) Горние силы, разделяющиеся на три чина, 3) благочестивых людей, разделяющихся на иереев, верных и находящихся в покаянии и 4) трехчастный образ храма означает то, что на земли, что на небеси и что превыше небес; паперть означает землю, храм – небо, а святейший алтарь то, что превыше небес».

§ 5. Ангелы и люди разделяются на три чина

Выше было сказано, что храм, разделенный на три части, уподобляется ангелам и людям; здесь следует объяснить, в каком смысле принимается деление ангелов и людей на три разряда. В первой части Православного исповедания, в ответе на вопрос 20-й, приводятся следующие слова св. Дионисия Ареопагита: «Ангелы», пишет он, «разделяются на десять ликов, а сии на три чина. В первом чине находятся те, кои ближе к Богу, как то: престолы, херувимы и серафимы. Во втором чине: власти, господства и силы. В третьем: ангелы, архангелы, начала. Они поставлены в таком порядке, что низшие ангелы получают просвещение и благодеяния Божия чрез высших». То есть, в первом чине находящиеся ангелы, прежде всех получая Божественное осияние и принимая оное без всякого посредства, передают тем, которые не имеют такого осияния, какое они получают. И посему первые чины, по воле Божией, причастны бывают и высших и низших чинов; так серафим может назваться ангелом и силою, но ангел не может назваться серафимом, потому что ангелы не достигают той горней страны, где находятся серафимы. Серафимы прежде всего принимают просвещение светом Божественным, а от них передается озарение прочим чинам, и потому первая третица священноначальствует над второю, а вторая над третьею. Таким образом и люди разделяются на три разряда. Симеон Солунский (в 133 гл.) говорит: «внутрь алтаря входит иерарх, носящий образ Богочеловека Иисуса и силою Его священнодействующий, другие же священные лица, каждый по своему чину, знаменуют и апостолов, и в особенности архангелов и ангелов». В 26 гл., о храме, он же говорит: «иереи, начинающие Божественные песни внутри алтаря, изображают собою первые, высшие к Богу чины; а диаконы, чтецы и песнопевцы, по порядку продолжающие Божественные псалмы и Священное Писание, образуют средний чин небесных сил; православный же народ, стоящий в храме и просящий у Бога милости, означает последний чин ангелов».

§ 6. Почему церковь разделяется на три части?

Церковь наша или храм разделяется на три части по примеру скинии Моисеевой и храма Соломонова, в которых было по три части. Так апостол Павел пишет к Евреям: имеяше убо первая скиния святое же людское: скиния бо сооружена бысть первая яже глаголется святая: по вторей же завесе скиния глаголемая святая святых (Евр.9). Одно из сих отделений, внешнее, предназначалось для евреев, еллинов, одним словом для народа. Затем была устроена завеса, отделявшая внешнюю часть храма: за эту завесу, внутрь храма всякий день входили священники для приношения жертвы; эта часть называлась святая. Далее была устроена еще вторая завеса, за которой была третья часть храма, святая святых: туда только один раз в год входил первосвященник для принесения жертвы. Все эти части храма были образом наших храмов, так как сень образовала истину. А почему как ветхозаветные, так и новозаветные храмы разделяются на три части, тому Василий Великий в своем трактате о Св. Духе (гл. 27) полагает следующую причину: «Великий Моисей», говорит он, «хотел выразить тем, что не всем дозволено приступать к тому, что было священного в храме; он вне храма назначит место для мирских людей, а в самый храм, т.е. в святая, предоставил право входить избранным. Левитов удостоил быть служителями Божиими; священникам предоставил право совершать заколения и всесожжения и совершать прочие священнослужения. Из сословия священников он избрал одного, который однажды в год, в известный день и в известный час, должен был входить в неприступное место (святая святых), для того, дабы и он сам по трудности и редкости со страхом взирал на святая святых».

Глава III. О святом престоле и его принадлежностях

§ 1. Знаменование и значение алтаря

Первейшая часть храма, знаменующая, как выше было сказано, невидимое Божество Христово, душу человеческую и проч., есть алтарь. Слово «алтарь» латинского происхождения; оно составлено из слов alta ага, что значит возвышенный жертвенник. Греки алтарь называли словом βῆμα, которое имеет то же значение. Βῆμα, по общему употреблению греков, означает: 1) возвышенный жертвенник, или вообще такое высокое место, которое не всякому доступно и даже для многих неприкосновенно; 2) кафедру, с которой ораторы произносили народу свои речи, и 3) судилище, с которого цари народу или военачальники воинам давали повеления, творили суд, раздавали награды за заслуги или дары от своего богатства.

§ 2. Престол есть важнейшее место в алтаре

Важнейшее в алтаре место есть святой престол. Посему все преимущества, приписываемые алтарю, ни к одному находящемуся в оном месту не могут быть так близко применены, как к святому престолу невидимого Бога, возвышающемуся посреди алтаря. Симеон Солунский (гл. 131, О храме) говорит: «священнейший алтарь в сем месте образует пренебесное и то, что превыше небес, где поставлен престол невидимого Бога».

Престол есть жертвенник и училище

Святой престол прежде всего есть тот истинный жертвенник, на котором приносится в жертву Христос наших ради грехов, приносится, как Архиерей и как Сын человеческий, закалаемый в тайную и бескровную жертву. Жертва сия раздается верным в словесное служение, чрез которое мы становимся причастниками живота вечного и бессмертного. Престол есть истинное для нас училище, откуда мы слышим слова Того, Которому не было равного в учении, как сказано: николиже тако есть глаголал человек, яко сей человек (Ин.7:46).

Евангелие на престоле

На престоле же полагается написанное слово Божие, священное Евангелие, и полагается для того, дабы с сего возвышенного места оно видимо было всеми. Симеон Солунский (о храме, в гл. 13 и 133) говорит: «Евангелие, образующее собою Иисуса Христа, лежит посреди престола, и это для того, чтобы на него все взирали, особенно когда оно проповедуется».

Престол есть судилище

Престол же есть для нас и то истинное судилище Христово, с которого Спаситель преподает к подкреплению душ наших небесную пищу, Божественные Дары, и преподает не только как залог Своей милости, но и вечной любви. Престол же изображает и то судилище Христово, откуда мы, исшед из сей жизни, услышим суд и решение о будущей и вечной жизни нашей. В сем-то смысле пишет и св. Герман: «βῆμα или алтарь есть место возвышенное (на которое входят по ступеням), и в нем престол, где председит Царь всех, Христос со св. апостолами, которым Он сказал: сядете и вы на двоюнадесяте престолу, судяще обеманадесяте коленома Исраилевома» (Мф.19:28). Итак, представляя себе престол судилищем Христовым, всякий из нас должен помнить то время, когда мы явимся пред суд Христов, и то предварительное решение о своей участи услышим с престола, поставленного в алтаре. Ибо сказано: суд себе всяк яст и пиет. Это слово одного из двенадцати судей наших.

§ 3

Так как на престоле, поставленном в алтаре, в продолжение Божественной литургии воспоминаются различные дела Христовы, особенно Тайная вечеря, крест, гроб, тридневное воскресение, вознесение на небеса, седение одесную, второе и славное на землю пришествие, то один и тот же престол принимает разные значения. Во-первых, престол означает святую трапезу, на которой Христос дает верным в пищу и питие жизни вечной живоносную Свою Плоть и животворящую Кровь. Св. Герман пишет: «святая трапеза означает место погребения, где положен был Христос; на этой же трапезе предлежит истинный и небесный Хлеб, таинственная и бескровная Жертва; живожертвенная Плоть и Кровь Его предлагается верным в снедь и питие жизни вечной». Симеон Солунский (гл. 138) пишет: «страшная трапеза (престол), находящаяся среди святилища (алтаря), означает гроб Христов и таинство Его страдания: на сей-то трапезе совершается живая и всемирная Жертва, и Спаситель наш, как Бог, на ней почивает и, как агнец, закалается. Посему-то трапеза и стоит среди алтаря, чтобы ее видели все и вкушали от нее все. От этого престол и называется трапезою, поелику Иисус есть животворная пища и сладость; тут находятся хлеб, укрепляющий и утверждающий верных, с вином чаша, которая веселит, животворит, согревает и упояет Божественною благодатию православных, и вода с вином, которая очищает, делает трезвым, орошает, напояет, заставляет приносить плоды и дает различные дарования. Все эту трапезу видят и все от ней причащаются. И кто от того хлеба не питается, мертв есть, по слову Давида: яко се, удаляющии себе от Тебе, погибнут (Пс.72:27). Пищу эту могут употреблять только люди, потому что пища эта словесная, и людям она пристойна. Ибо Слово только может питать без крови; и не от плоти те, которые питаются сею пищею, как и Тот, Который питает ею. Он Духом Святым рожден, и Духом Святым рождает; как Плод, происшедший бесстрастно, Он и изображается земными плодами бесстрастными же. Посему трапеза, хлеб, вино и вода суть таинства, и это Таинство бескровное, не жертва плотская и бессловная». Здесь следует заметить, что трапезою собственно называется одна только верхняя на престоле дека, которая положена и укреплена на столпах; от сей-то деки и весь святой престол называется трапезою. Симеон Солунский (106 гл.) говорит: «Архиерей в присутствии епископов и иереев берет трапезу, полагает ее на столпах и прикрепляет».

Престол означает гроб Христов, алтарь – гробницу

Святой престол означает еще гроб Спасителя, в котором погребли Его Иосиф и Никодим. Доказательства сего будут указаны в изъяснении литургии св. Иоанна Златоустого. Симеон Солунский (гл. 136) говорит: «святая трапеза есть гроб, а алтарь – гробница вокруг гроба». Сверх сего св. престол называется еще и престолом Божиим, скиниею, селением и жилищем славы Всесвятого.

Престол есть место присутствия Божия, скиния и проч

На сем престоле пренебесный Бог, седяй на херувимех, почивает таинственно. Симеон Солунский (в гл. 3, о храме) пишет: «в алтаре страшный жертвенник, т.е. трапеза, знаменует небесного Владыку; и эта трапеза называется седалищем и местом Божиим, успокоением, очистилищем и местом совершения великой жертвы, гробом Христовым и местом селения»; и (в гл. 98): «священная трапеза есть престол Божий, место воскресения Христова и честный гроб». Впрочем св. престол принимает и другие значения, смотря по тому, какое обстоятельство воспоминается из жизни Спасителя. Так он иногда означает горницу, где Христос совершил Тайную вечерю, вертоград, где иссечен был гроб Христов, гору Елеонскую, откуда Иисус вознесся. Об этих и других значениях святого престола будет упомянуто на своем месте, при объяснении литургии св. Златоуста.

§ 4. Почему престол и другие церковные утвари имеют разные значения?

Не только св. престол, но и жертвенник и все утвари церковные, как то: чаша, дискос, звездица, покровы и все одежды епископские, священнические и диаконские имеют разные значения, как увидим в чине литургии Златоустого. Причина, почему одни и те же вещи принимают различное значение, есть следующая: так как невозможно устроить столько необходимых и различных вещей, сколько воспоминается обстоятельств из жизни Спасителя, то одной и той же вещи даются многие значения, соответствующие разным местам, временам или словам. Отцы церкви не могли в алтаре устроить столько мест и вещей, сколько необходимо для служения; поэтому, избегая тесноты, одному месту и одним вещам дали многие значения. «Не всякий час», пишет св. Герман, «место и время определяют св. отцы, иначе потребовалось бы множество жертвенников и престолов, а это неприлично и для самого таинства».

§ 5. Престол бывает четвероугольный и возвышенный

Престол имеет много принадлежностей, из которых каждая имеет опять свое значение.

Во-первых, престол должен быть четверочастен или четвероуголен и возвышаться среди алтаря; так как на нем предлагается Христос для всех стран света, то и необходимо, чтобы все его видели и вкушали. Возвышаться престол должен и потому еще, что на нем совершается высокое и пренебесное таинство. Симеон Солунский (в гл. 133) говорит: «четверочастною трапеза бывает потому, что от нее питались и ныне питаются четыре страны мира, возвышаться должна, по причине высокого и небесного таинства».

Во-вторых, престол или трапеза утверждается на четырех столпах, которые означают пророков и апостолов. Симеон Солунский в той же главе пишет: «трапеза поддерживается столпами, которые и делают ее высокою; столпы эти, твердо поддерживающие трапезу, означают пророков и апостолов». Иногда престол бывает на одном столпе, или, как говорится в Требнике на освящении храма (лист 327), на единостолпии иногда же и вовсе без столпов, а устрояется на сплошном четвероугольном ковчеге (ящике). Какое значение имеет в этом случае один столп, и почему иногда престол утверждается на четвероугольном ящике, о том смотри в 3 ч., гл. 8, §3.

Ступени около престола

В-третьих, не мешает здесь заметить, что в древности вокруг престола делались ступени, на которые священники и диаконы всходили для целования престола или для совершения другого какого-нибудь действия. Такие около престола ступени были в великой церкви св. Софии, о чем свидетельствует Кодин: «вокруг престола», говорит он, «Юстиниан сделал златые ступени, на которые входят священники для целования священной трапезы».

Срачица и индития на престоле

В-четвертых, так как престол прежде всего означает гроб Христов, то на него, как на самую плоть Христову, прежде всего полагается простая белая одежда, называемая срачицею; срачица эта, по-гречески называемая χατασάρχα (приплотие), означает плащаницу, которою во гробе обвито было тело Спасителя. Симеон Солунский в той же главе пишет: «как бы на умерщвленном за нас теле Христа, на престоле полагается катасарка, означающая плащаницу. А так как этот же престол означает и престол Божий и селение славы Его, то сверх срачицы он облачается другою одеждою, называемою индития (ἰνδυτία), которая всегда бывает светлая и по возможности великолепная». – «Индития», продолжает тот же писатель, «бывает светлая, во образ славы Божией, потому что жертвенник есть престол Божий, или по образу блистающих риз Спасителя (в гл. 9, о храме); и катасарка полагается как на гроб, а индития как на престол Иисусов. Первая означает плащаницу, которою обвито было тело Иисуса, а вторая одежду славы Божией, что внушает и псалом, поемый при сем случае: Господь воцарися, в лепоту облечеся».

Мощи под престолом»

В-пятых, под престолом устрояется как бы гроб, ковчежец, в котором полагаются и погребаются мощи мучеников или других святых, за Христа подвизавшихся. Поелику престол есть гроб Христа, то и мученики и святые с Ним спогребаются, и как закланный Христос воскрес, то и святые с Ним прославятся, особенно в день Царствия Сына Божия. Все это объяснено будет в 3 ч., гл. 8, §22.

Илитон на престоле

В-шестых, на св. престоле, сверх индитии, должен быть илитон (εἰλητυ%`ν, обвертка, повязка). Этот илитон означает тот сударий, которым обвязана была глава Иисуса Христа во время положения Его во гроб, и который виден был там по воскресении Спасителя, как пишется в Евангелии Иоанна (Ин.20:7). Симеон Солунский (в гл. 112) пишет: «полагается на престоле илитон в ознаменование смерти и воскресения Христова, так как апостолы по воскресении видели между прочими погребальными одеждами и сударий, который был особь свит на едином месте. Так точно и илитон свивается, и на нем, вместо Спасителя, полагается Евангелие».

Антиминс на престоле

В-седьмых, в илитон всегда завертывается освященный антиминс. Так как антиминс то же означает, что и престол, то и значение антиминса, и то, почему он полагается здесь, будет объяснено в 3 ч., гл. 8, §10.

Крест на престоле и запрестольный

В-восьмых, на престоле и за престолом всегда находится Божественный крест Спасителя, на котором Он принес Себя в жертву. Где жертва, там должно быть и орудие ее. Симеон Солунский (в гл. 133) пишет: «к востоку за престолом ставится четвероконечный Божественный крест Спасителя, на котором Он, грех ради наших, был пригвожден, – Спасителя, Который сотворил и содержит все горнее и дольнее, Который соединил горнее с земным, свыше нисшел на землю, и потом с земли вознесся на небо: в Себе Самом все соединил, и к Себе призвал все концы земли, Который высотою Божества и смирением воплощения все Себе усвоил, и воссоздал нас высотою славы, глубиною нищеты и смирения, и широтою милости и любви, из ада воздвигнул, и из земных сделал небесными». Вот что образует крест. Вид креста указывает и на таинство Троицы; прямым своим положением он указует нам на Высочайшего Отца, поперечною перекладиною на Сына и Св. Духа; ибо Давид говорит: руце Твои сотвористе мя, и создасте мя, т.е. создал Сын и Св. Дух.

Ковчег или дарохранительница на престоле

В-девятых, согласно с таинственным знаменованием престола, на нем полагается (ковчег, ciborium, киворий), в котором хранятся Божественные Дары после их освящения. Ковчег этот означает, во-первых, место, где распят, погребен и воскрес Иисус Христос; во-вторых, стражу, которая приставлена была ко гробу Спасителя, дабы ученики тайно не унесли тела Его; в-третьих, сей кивот напоминает нам кивот и ковчег завета ветхозаветной церкви, где хранилась святыня Божия. Св. Герман пишет: «Кивот означает распятие; но он знаменует и погребение, потому что близ места распятия был вертеп, где погребен был Спаситель. Но сокращенно, кивот означает распятие, погребение и воскресение Иисуса Христа. Сей же кивот означает и ковчег завета, в котором были святая святых и святилище». Кивот сей теперь становится на краю престола в ковчежце, который называется дарохранительницею дароносицею, или, как сказано в чине преждеосвященной литургии, хлебоносцем. Но на Востоке этот кивот устроялся отдельно, и в нем хранились Преждеосвященные Дары для больных или для литургии преждеосвященной: иногда, впрочем, эти Дары хранились внутри золотого или серебряного голубя, висевшего над престолом. Впрочем, некоторые писатели ciborium называют сень, находящуюся над престолом.

Свещи и елей за престолом

И в-десятых, в честь Слова живого, лежащего, как истинная и таинственная пища нашей души, в дароносице, за престолом ставится подсвечник и висит лампада с елеем. «Подсвечник», по словам Симеона Солунского (гл. 133), «означает освещение, подаваемое нам истинным Светом; а лампада – милость. Ибо достойно приносить свет истинному Свету – Богу, и елей – в означение милости и щедрот Его».

§ 6. Молитвенный дом без святого престола не есть церковь

Исчисливши все принадлежности престола и значения их, должно заметить, что дом, в котором нет св. престола, хотя бы он был и молитвенный, не есть собственно церковь, а просто дом, назначенный для молитвы. Дом, в котором не освящен св. престол обновлениями, отверстием, воспрестолием, помазанием св. мира и положением св. мученических мощей (как изъяснено в 3 части, гл. 8, §24 и 4 части, гл. 20, §3), тот дом, по словам Симеона Солунского (гл. 101), «не есть скиния славы Божией, но жилище Его; в таком молитвенном доме не приносятся на трапезе Божественные Дары, и Св. Духом не прелагаются по молитвам иерейским в Тело и Кровь Христову: в нем нет также трапезы, т.е. престола».

Глава IV. О сени над престолом

§ 1. Сень над престолом

Над святым престолом с древнейших времен устрояется род балдахина или сень, которая поддерживается четырьмя столпами. Сень эта от древней своей формы у латинских писателей называется ciborium, а у греческих χυβόριον, по-русски киворий. Кодин, описывая великолепный храм св. Софии, о сени говорит следующим образом: «Иустиниан соорудил из серебра киворий (сень) и поддерживающие оный столпы, которые и позолотил; дуги, шар и сверх шара крест были вылиты из чистого золота».

§ 2

Св. Герман, рассуждая о значении сени, применяет к ней следующие пророческие слова: Бог содела спасение посреде земли, и прибавляет, что без этой сени нельзя понять значения сих слов, потому что, продолжает тот же св. Герман, Иерусалим не для всех народов может быть срединою земли, напр., для индийцев или венециан. Посему, дабы истина вышеприведенных слов пророческих исполнилась, в алтаре, над престолом, и устрояется сень, которая изображает полукруглый покров неба, а землю означает престол, на котором невидимо присутствует Спаситель, соделавший наше спасение. После сего он говорит: «Святые отцы, как бы небо, устрояют покров над святою трапезою, и под сим покровом, называемым киворием (сень), среди четырех столпов возвышается, как земля, священный престол. В устройстве-то этой сени и исполняется слово пророческое: Бог содела спасение посреде земли».

§ 3

Симеон Солунский, описывая три находящиеся в алтаре полукружия, над престолом, жертвенником и сосудохранительницею, и называя оные по-гречески χόγχη конхи (свод), говорит и о сени, и называет ее также покровом. О значении сего покрова или сени он так говорит (в гл. 139): «над Божественной трапезою устрояемый священный покров (сень) означает невещественную Божию скинию, т.е. славу Божию и благодать, которою покрывается Сам, одеяйся светом, яко ризою, и седяй на превознесенном престоле славы Своей». Итак, над престолом сень и с завесами, если где таковые находятся, есть покров св. трапезы и устрояется она в честь Иисуса честнейшего и драгоценного, и во образ небесной скинии.

Глава V. О горнем месте и сопрестолии

§ 1. Горнее место в алтаре

В алтаре к востоку от престола, или под средним полукружием около стен, по обеим сторонам ставятся другие престолы, т.е. стулья или скамьи. Они назначаются для сидения священников, служащих вместе с архиереем. В самой же средине находится возвышенное место для архиерея: это место Златоуст в своей литургии назвал горним местом и горним престолом. О горнем месте и стульях или скамьях, поставленных по обеим сторонам престола, Евсевий говорит так (кн. 10, гл. 4): «Константин Великий, устроивши храм, украсил его возвышенными престолами в честь председательствующих и сверх того сделал седалища, которые в порядке расположены были вокруг всего алтаря; после этого он среди алтаря поставил святая святых, т.е. святилище (св. престол)». Горнее место, седалища и седящих на них Григорий Назианзин, в своем сновидении о храме святой Анастасии, описывает следующим образом: «казалось мне», говорит он, «что я сижу высоко на св. престоле, но сижу не с гордостию, ибо и в сновидении ничем не возношусь: по сторонам же у меня сидели престарелые мужи, предводители паствы, знаменитые мужеством; служители же и диаконы стояли в блестящих одеждах и изображали собою ангельское благолепие».

§ 2. Горнее место означает кафедру Иисуса и седение Его одесную Бога

Горнее место, на котором один только архиерей восседает, важнее, и значение имеет высшее, нежели поставленные для сослужащих стулья или скамьи, на которых, впрочем, диаконы не имеют права сидеть. Симеон Солунский (в гл. 135) пишет: «Горняя кафедра означает пренебесную кафедру Иисусову: ступени, которые от ней идут (стулья и скамьи), показывают чин и превосходство иерархов и иереев; на этих стульях не имеет права никто сидеть, кроме их, ниже самые диаконы»; и (в гл. 11, о храме): «степенями алтаря, стульями и скамьями, стоящими ниже горнего места, обозначается чин и превосходство всякого из посвященных людей и ангелов». Горнее место, знаменующее кафедру Иисусову, означает еще вознесение Господа Иисуса и то, что Он вместе с плотию взошел выше всякого начала и власти ангельской, воссел одесную Бога Отца. Яснее об этом будет изложено во 2 части, гл. 7, §14.

§ 3. Сопрестолие на горнем месте

Горний престол со всеми стульями и скамьями вообще называется сопрестолием. Отсюда иереи, служащие вместе с архиереем и седящие на седалищах, образуют апостолов, по отношенью к Христу. Симеон Солунский (в гл. 63, о храме) говорит: «Архиерей, седящий на сопрестолии, образует Христа, епископы же и священники, седящие с ним вместе, образуют апостолов». А так как сослужащие архиерею суть его как бы сопрестольники, его собеседники и соучастники той же чести, то окрестности горнего места и называются сопрестолием.

§ 4. Иконы над горним местом

Над горним местом всегда пишется Христос, или преподающий Тайную вечерю Своим ученикам, или благословляющий людей, молящихся Ему; над прочими же седалищами ставятся иконы апостолов, которых образ носят седящие; но если случится, что над этими седалищами будут написаны изображения восточных иерархов, которые некогда сидели здесь, облеченные в священные одежды и приносящие себя в жертву Самому Христу, тогда и седящие здесь иереи образуют Василия Великого, Григория Богослова и Иоанна Златоустого и других св. священноначальников, или кого-либо из св. священников. Так как в алтаре не позволено никому сидеть, ниже самим диаконам, то и изображений св. диаконов не бывает не только над седалищами, где сидят священники, но и вблизи их. Лики же св. диаконов, как то: Стефана, Лаврентия и других, им подобных, помещаются вне этого полукружия, в сосудохранительнице или в диаконике; а иногда они пишутся на северных или южных дверях, или где-либо в другом месте на стенах, и всегда с орарями в руках, означая этим готовность их к священным службам.

Глава VI. О предложении и сосудохранительнице или диаконике

§ 1. Предложение. Сосудохранительница или диаконик в алтаре

Алтарь или самое святилище находится под средним полукружием (конхи), где возвышается и св. престол; по сторонам же алтаря под северным полукружием,– предложение, или по нынешнему наименованию жертвенник, а под южным сосудохранительница или диаконик. Такое расположение частей алтаря можно видеть из слов Симеона Солунского, который, говоря об устройстве алтаря, пишет: «когда по воле Божией все устроится внутри и вне храма, тогда святилище, т.е. алтарь ставится на востоке (средине), предложение по правую сторону (смотря от востока к западу), по левую же диаконик; предложение или жертвенник ставится не для священнодействия, но только для предварительного приношения хлеба и вина и приготовления их к священнодействию и литургии. А так как на жертвеннике бывает только предварительное приношение и приготовление хлеба и вина к священнодействию, то окончательное, торжественное, совершенное приношение Даров и самое освящение оных, эта истинная проскомидия, совершается на истинном жертвеннике, т.е. св. престоле, или на Божественной трапезе» (о сем смотри 2 ч., гл. 7, §32). В южном полукружии отдельное место составляет сосудохранительницу, где по удобности располагаются и хранятся книги, одежды и священные сосуды, и откуда по мере надобности они и берутся; здесь же хранятся и хлебы, прежде литургии приносимые и в свое время (за другими службами) молитвою освященные, и вода в день Богоявления Господня освященная. Эту воду диаконы во всякое время выносят и дают кающимся и от причастия отлученным (о чем смотри 4 ч., гл. 9, §7). Диаконик находится под непосредственным распоряжением диаконов, которые суть и хранители священных вещей, здесь находящихся. Сосудохранительница называется диакоником, от слова диакон, или от должности им свойственной (ибо диаконик значит диаконская или служебная палата, а слово диакон значит служитель); сосудохранительницей же это место называется по вещам, в нем хранимым. Из предыдущей главы видно было, что по Симеону Солунскому диаконы не могут сидеть на сопрестолии; но немного дальше, в той же главе, он местом для сидения диаконам назначает диаконик. «Им (диаконам)», пишет Симеон Солунский (гл. 135), «иное отделено место, которое и называется диаконик, где им и следует сидеть». Однако место, находящееся под южным полукружием, не всегда на самом деле, бывает диакоником или сосудохранительницею; так, если в иной церкви в один день нужно бывает служить две литургии, тогда в диаконике устрояется другой престол: оба эти престола отделяются друг от друга стеною.

Придел или параекклисия

Первый или средний из этих престолов называется главным, а второй, устроенный в диаконике, приделом, параекклисия, т.е. прибавленная или приделанная церковь; сосудохранительница же в таком случае из диаконика переносится в северное полукружие, на место предложения; а самое предложение ставится в среднем полукружии у стены, близ главного престола.

§ 2. Предложение имеет многие различные знаменования

Предложение, находящееся под северным полукружием, имеет знаменование, соответственно обстоятельствам рождества Христова. Все предложение, т.е. стены и своды или все северное полукружие, в сем случае означает Вифлеем и бывшую в нем пещеру или вертеп. Симеон Солунский (в гл. 189) пишет: «алтарь имеет полукружия, подобно небу, и это делается во всех храмах, дабы изобразить пренебесное; северное же полукружие, под которым устрояется предложение, означает пещеру вифлеемскую»; и (в гл. 137): «северное полукружие в алтаре, называемое предложением, знаменует Вифлеем и пещеру». Но когда предложение находится не под северным полукружием, а под средним, т.е. у стены близ престола, тогда оно означает не всю пещеру вифлеемскую, а только ясли, бывшие в ней. Симеон Солунский (в гл. 137) продолжает: «когда предложение бывает в углу (у стены близ престола), тогда оно означает нищету первого пришествия Христова, убожество, скудость страны, в особенности же сокровенную природную пещеру, где были и ясли».

§ 3. Утвари в предложении к рождеству Христову относятся

Утвари, находящиеся на предложении, как то: звезда, покровы, сосуды, фимиам, молитвы, при проскомидии совершаемые, имеют знаменования приспособительно к обстоятельствам рождества Христова. Симеон Солунский (в гл. 138) говорит: «звезда, находящаяся на предложении, означает ту звезду, которая руководила и привела волхвов в Вифлеем; покровы образуют пелены, которыми Спаситель был повит; вместо тройственных даров, коими Он почтен был от волхвов, на жертвеннике находится следующее: вместо злата – священные сосуды, вместо ливана – фимиам, вместо смирны – покровцы и так называемый воздух (синдон, плащаница); вместо поклонения и славословия, возданных пастырями и волхвами, – молитвы и славословия, совершаемые иереями и народом». Как самое предложение, так и вещи, на нем находящиеся, кроме знаменований, относящихся к обстоятельствам рождества Христова, при других действиях принимают и другие знаменования; например: то же предложение означает Голгофу и гроб, когда на проскомидии воспоминаются страдание и погребение Христово; знаменует престол благодати и престол суда, и седение Христово одесную Бога Отца, когда Дары по окончании литургии обратно переносятся на предложение; равным образом и покровы при воспоминании рождества Христова означают пелены и смирну, а при воспоминании погребения – плащаницу и сударий; верхний же воздух при сем случае, кроме плащаницы, означает камень, приваленный ко гробу Спасителя. Обо всем этом сказано будет ниже на своем месте, а причина, почему эти вещи имеют разные знаменования, показана выше в гл. 3, §4.

Глава VII. Об иконостасе, солее и амвоне

§ 1. Иконостас пред алтарем

Все три полукружия, т. е. алтарь, диаконик и предложение, отделяются ныне от молитвенного храма сплошною перегородкою, простирающеюся от южной стены до северной. Эта перегородка в древние времена была решетчатая. Евсевий (кн. 10, гл. 4) говорит: «Константин Великий оградил алтарь деревянными решетками, дабы в него немногие входили». Церковь же, после потрясения от гонения иконоборцев, утвердив почитание икон, как древнее, одобренное и всюду благоговейно хранимое, узаконила утверждение в иконостасе многих икон святых, и решетчатую перегородку заменила сплошным иконостасом.

§ 2. Что знаменует иконостас

Что решетки, вместо которых ныне ставится неперемежающийся иконостас, изобретены для того, чтобы алтарь был доступен немногим, и какое значение имеют эти решетки и иконостас об этом говорят следующие писатели: Св. Герман: «бруски в решетках (киониа), отделяющих алтарь (вима) от прочего храма, означают храм вне алтаря и вхождение людей молящихся. Алтарь (или вима по-гречески) есть внутренняя часть храма, и святая святых, доступное только одним иереям и сослужащим с ними И далее, перегородки или решетки (канкелла) означают место молитвы, где стоит входящий народ; алтарь же, как святая святых, доступен одним только иереям. Так в храме Св. гроба были медные решетки, за который никому не позволено было входить, хотя бы и нужно было». Эти решетки в иконостасе и находящийся на верху фриз с карнизом Симеон Солунский (в гл. 136) объясняет следующим таинственным образом: «два столпа (бруски в решетках) ставятся для того, чтобы показать различие чувственного от мысленного, и суть как бы твердая стена, разделяющая вещественное от мысленного. Вещественным называется то, что человек видит и осязает, а мысленным то, чего он не видит, не осязает, а только постигает умом. Над двумя столпами находится фриз с карнизом (космитис), который означает союз любви, связь и соединение святых со Христом и с горними святыми ангелами».

Иконы в иконостасе

В знак сего-то в иконостасе над царскими дверьми в средине ставится образ Спасителя, по правую сторону его лик Божией Матери, а по левую Крестителя и Предтечи, иногда же и изображения ангелов, апостолов и других святых. Все это внушает мысль, что Христос со святыми Своими пребывает на небесах, таинственно однако ж соприсутствует и нам и имеет придти судить миру.

§ 3. Солея пред иконостасом

Впрочем, иконостас состоит не в одной перегородке: к нему относится и находящееся перед ним возвышение со ступенями; это возвышение бывает не только пред царскими вратами, но и идет от южной стороны до северной. Возвышение это хотя и не представляет предмета особенной важности, но по значению достойно всякого уважения; древние отцы не преминули дать ему значение и назвали оное, особенно среднее, на своем языке солея (отсюда и римское solium – престол). Итак, в церкви для Св. Даров находятся собственно два престола: один внутренний, другой внешний; первый устрояется внутри алтаря, и назначается для освящения Даров, а второй для раздаяния оных верующим. Как высоко рассуждали и как пространно писали о Божественных делах отцы греческой церкви! Они не преминули дать почетные и священные названия не только великолепнейшим вещам, но и самым, по-видимому, незначительными частями храма. Значение и превосходство этого внешнего престола или солеи древние отцы понимали и превозносили в сочинениях своих. Иероним в своем разговоре христианина с люциферианином, упоминая о святом причащении, говорит: «епископ преподает народу Св. Евхаристию с возвышенного места (солеи)». Св. Златоуст, священника, призывающего народ к принятию Божественного Тела, изображает сими словами: «по сей причине священники, стоя на возвышенном месте (на солее), дабы виден был всеми, при великом молчании громко произносит святая святым». Итак, солея необходима для раздаяния Св. Даров. Ступени же, по коим всходят на солею, Симеон Солунский (в гл. 135) назначает для сидения иподиаконов и чтецов. «На сопрестолии, пишет он, непристойно сидеть даже диаконам. Им отделено другое место, которое поэтому и названо диаконик, и в котором им и сидеть следует. Для иподиаконов же и чтецов отделена вне алтаря солея, которая и называется местом чтецов». Здесь следует заметить, что когда избранный из чтецов, кандиловозжигатель, который есть и прислужники екклисиарха, по своей обязанности ходит по солее и украшает св. иконы, или зажигает лампады, тогда он делается распорядителем всей солеи. Впрочем, солея необходима и для предосторожности; она препятствует множеству предстоящих христиан подходить к иконостасу, стоять у него, и чрез то дает удобство кандиловозжигателю заниматься своими делом, а священниками или диаконам совершать входы из алтаря в храм или из храма в алтарь.

§ 4. Амвон

От средины возвышения или солеи, далее во храме находится другое особенное возвышение, которое называется амвон. Амвон, по словами св. Германа, означает находившийся у св. гроба камень, который отвалили ангел, проповедуя и глаголя о воскресении мироносицам.

§ 5. Кто восходит на амвон

Так как на амвон восходят только священники и диаконы, образуя собою ангелов, и на нем читают Евангелие, посему на него и не дозволено всходить никому другому для какого бы ни было чтения. Разве только еще иподиаконы и чтецы, как правильно возведенные в чин церковнослужебный и архиерейским посвящением удостоенные исполнять звание свое, могут всходить на амвон. Об этом говорится и в 15 правиле собора Лаодикийского: «без малых риз никто на амвон не должен всходить, т.е. как сказано в толковании: никому не следует всходить на амвон, ни петь, ни читать людям Божественного слова, если кто на главе не имеет священнического пострижения, и не принял по св. правилам благословения от своего пастыря». Впрочем, помня, что для иподиаконов и чтецов, по их степени, назначено место на ступенях солеи, как показано выше, они при чтении апостольских посланий не всходят на амвон, а становятся на ступень оного. – Сверх того амвон этот называется диаконским, потому что на нем только диаконы читают Евангелие и ектении.

Глава VIII. О дверях царских, катапетасме или завесе и о прочих дверях

§ 1. Двери царские и святые

В иконостасе находятся три двери, ведущие из алтаря в храм; одни называются средними, другие южными, а третьи северными. Средние врата, прямо от престола ведущие во храм, достойны уважения больше других. Средние врата, во-первых, называются царскими, потому что чрез них в Св. Дарах проходит Царь славы и Господь господствующих; потом они называются святыми, потому что чрез них проносятся Св. Дары; притом эти врата святы и потому, что чрез них не позволено входить простым людям, а только освященным.

§ 2. Завеса

За царскими вратами в алтаре находится завеса, по-гречески катапетасма. Завеса есть полотно на шнурах, или опускающееся сверху вниз, или передвигающееся от одной стороны к другой. Симеон Солунский (в гл. 6, о храме) говорит: «завеса, находящаяся при жертвеннике (престоле), означает небесную при Боге скинию, где находятся лики св. ангелов и отшедшие к Богу святые». Завеса эта в Уставе (лист 15) называется внутрь сущею, т.е. внутреннею дверью. А так как эта же завеса в иных местах опускалась сверху вниз, то и называется еще горнею дверью, или горними дверями, а самые врата в дверях называются дольними или нижними и внешними дверями. Те и другие двери, для выражения различных знаменований, иногда отворяются, а иногда запираются. О сем будет сказано во 2 части, гл. 6, §46 и гл. 7, §5 и §34.

§ 3. Двери южные и северные в иконостасе

Южные двери называются диаконскими не потому, чтобы ими выходили и входили одни только диаконы; но от диаконика, куда вели эти двери. Правда, диаконы, для перенесения в алтарь священных сосудов и прочей утвари, имели близкий из диаконика вход; но когда они выносили народу благословенный хлеб или богоявленскую воду, как показано в гл. 6, §1, то всегда выходили из южных дверей. Притом издревле на диакона возложена была обязанность наблюдать за благочинием народа, стоящего во храме; для исполнения сей обязанности они выходили всегда южными дверьми. Св. Кирилл Александрийский (в 3 кн., о поклонении) пишет: «священникам вверен престол и сущее внутрь завесы, которым так и именоватися достоит, и да сохраняют священство свое, диаконом же сие, да хранят целость скинии (сосудохранительницы), все сосуды в оной хранимые и благочиние народа». В Пост. апост. (кн. 8, гл. 11) говорится: «отроки должны стоять пред алтарем; чтобы они порядка не нарушали, один из диаконов должен смотреть за ними, а другие должны ходить по церкви и наблюдать над мужчинами и женщинами, чтобы не было между ними шуму, и не переходил бы никто с места на место, не шептались и не дремали». Итак, от диаконика и по должности, отправляемой диаконами, южные двери называются диаконскими, которые им собственно и вверялись. Северные двери иногда называются пономарскими, не потому, чтобы одни пономари ими входили и выходили: часто диаконы и священники в служении ими ходят, особенно в малом и великом выходах; но эти двери пономарскими называются потому, что вещи, за ними находящиеся, как то: уголья, вода, свечи, вверялись хранению пономарей, о чем подробнее увидим в отделе, где будет говориться о поставлении их, и двери северные вверялись хранению пономарей.

Средняя и боковые двери в притворе

Западные двери, ведущие из храма в притвор, в иных храмах бывают одни, а в других трои, одни средние и двои боковые. Средние западные двери у некоторых писателей называются иногда царскими, как в иконостасе, потому что они выше и шире боковых. В Священном Писании эти двери называются красными (Деян.3:2). Название красных они получили от вышины, широты и красоты своей, особенно сравнительно с двумя боковыми дверями. О средних и боковых дверях смотри ниже гл. 10, §11.

Двери великие в паперти

Двери же, ведущие из притвора на паперть, называются великими, а иногда серебряными. Это можно видеть из Пролога на 8 сентября, где о Созонте диаконе сказано, что «постоявши в великой церкви, он пошел к красным и великим дверям». Следовательно, идя из церкви, первые – из храма в притвор были красные, а вторые – из притвора в паперть великие. Потом сказано: «идя с диаконом ко двору паперти, остановились у серебряных врат». Эти двери вели из паперти в притвор. Серебряными же названы потому, что в великой церкви обиты были серебряными досками.

Глава IX. О светильниках, воске, елее и фимиаме

§ 1. Светильники во храме многоразличны

Церковь во всех своих трех частях, т.е. в алтаре, храме и притворе, по средине и по сторонам освещается различными светильниками. Особенно замечательны в ней светильники о двух свечах или дикирии (от δυς два и χηρος свеча), о трех или трикирии, о седьми и двенадцати. Из светильников последние, т.е. имеющие семь и двенадцать свечей, иногда называются поликандилами, или многосвещными; а те, кои имеют более двенадцати свечей, называются паникандилами, или всесвещными, и этим отличаются от поликандил.

§ 2. Что знаменуют?

Все сии светильники, по различному положению в храме и по неравному числу свечей, имеют разное значение. Вверху весь средний купол молитвенного храма освещается многими свечами; эти свечи поставлены на круге, висящем под куполом. Круг этот вместе со свечами у Григоровича-Барского (стр. 521) называется по-гречески хорос. Симеон Солунский (в гл. 27, о храме) свечи в хоросе уподобляет звездам, а самый круг, где поставлены свечи, называет твердию и говорит: «красота храма доказывает доброту твари, свечи же, поставленные высоко, изображают звезды, а круг твердь». Но в наших русских церквах этот хорос, устрояемый в греческих церквах в куполе, заменяется поликандилом, или паникандилом, утверждаемым вверху того же купола. Тот же писатель (в гл. 140) говорит: «в храме и другие светильники поставляются; иные, как например свечи местные и прямые, во образ древнего огненного столпа (водившего Израиля в нощи); другие (на каждой лампаде разнообразно постановленные) во образ купины; те свечи, кои располагаются на лампаде правильными кругами, обозначают колесницу, восхитившую Илию, а самые круги изображают как бы колеса этой колесницы; три свещи, как то трикирии, делаются во образ Троицы; седмисвещники устрояются по числу даров Св. Духа; двенадцать светильников соответствуют лику апостольскому) между ними висит один высший свет (лампада на горнем месте), или повыше царских врат во образ высшего Света – Иисуса; дикирий же (светильник о двух свечах) означает два естества Спасителя; одинокие светильники (иногда на лампадах ставится по одной свече), означающие или единство Троицы, или одного из святых, пред иконою которого поставлена свеча или привешена лампада.

§ 3. Воск, елей и фимиам

Все сии знамения светильников показывают наше почитание к тем святым, в честь которых они возжигаются. Теперь следует упомянуть и о воске, который по разным своим свойствам имеет многие и различные знаменования. Симеон Солунский (в гл. 134) пишет: «приносимый и возжигаемый нами воск, как вещество самое чистое, означает чистоту нашу и искренность приношения; воск, как вещество, на котором можно отпечатлевать предметы, означает печать или знамение креста, которое возлагается на нас в крещении и миропомазании; воск, как вещество мягкое и удобосгибаемое, означает наше послушание и готовность покаяться в своей греховной жизни; воск, собираемый с благоуханных цветов, означает благодать Св. Духа; воск, составленный из множества цветов, означает приношение, делаемое всеми христианами; воск, как вещество сжигаемое, означает обожение наше (то есть естество наше, очищаемое Божественным огнем); и наконец, воск, в котором горит огонь, или этот самый свет, постоянно горящий, означает соединение и крепость взаимной нашей любви и мира». Тот же писатель (гл. 25, о храме) говорит следующее: «мы приносим в храм елей, воск и фимиам: елей – во образ Божественной милости; воск, выделяемый из множества цветов, во образ всесовершенного приношения и всеобщей нашей жертвы; фимиам – во образ Божественной любви, всем преподаваемой, также и во образ благоухания Духа Святого». При разных священных действиях бывает каждение фимиама; и это каждение имеет разное значение, о чем и будет сказано при объяснении тех священнодействий, при которых оно совершается.

Глава X. О притворе и паперти, о оглашенных и кающихся

§ 1. Притвор и паперть

Притвор есть третья часть храма и, как предхрамие, от молитвенного или среднего храма отделяется особенною стеною, в которой находятся одни или трои двери. В притворе во время поучений и некоторых церковных служб по правилам велено было стоять оглашенным, т.е. готовящимся к крещению и кающимся. Паперть при храме за притвором есть крыльцо или сени с покрышкою. Эти сени или крыльцо греки называют внешним притвором, а самый притвор внутренним. Так как внутренний притвор назначается для оглашенных и кающихся, то здесь следует знать, что означает слово оглашенный? Кто суть ныне оглашенные? и как разделяются кающиеся? кому из них во время службы позволено было стоять в храме, кому в притворе, кому в паперти? и наконец, для каких других надобностей необходим внутренний притвор?

§ 2. Оглашенные имеются и ныне

Оглашенный есть поучающийся вере, и о святом крещении, как сказано в Кормчей (на листе 24); т.е. оглашенным называется тот, который принят в число готовящихся ко крещению и чрез поучение живым голосом научается вере, или оглашается и приготовляется к св. крещению. Некоторые утверждают, что теперь не могут быть оглашенные, которые находились в древней церкви; ибо ныне все делаются христианами вскоре после рождения, а не возрастные, как было в древней церкви, а потому, говорят они, и на литургии после Евангелия молитвы пред изведением оглашенных из церкви не должны читаться. Сему противоречит 19 правило Лаодикийского собора. И само по себе мнение это несправедливо. Симеон Солунский (в гл. 74) пишет: «знаю, что некоторые осуждают то, что мы повелеваем выходить оглашенным, когда нет оглашенных; такие люди заблуждаются, не зная писаний, ни тайн церкви и тому подобного. В церкви всегда есть оглашенные. Во-первых, оглашенные суть все некрещенные младенцы христианские, над которыми тотчас после рождения совершаются священные молитвы; и эти младенцы еще не христиане, потому что над ними не совершено еще крещение, о них-то мы всегда молимся, и во время св. Четыредесятницы творим молитвы и моления о готовящихся к святому просвещению. Во-вторых, оглашенные суть те, кои скрывают свою веру в сердце, стараясь убежать от нечестивых и опять присоединиться к церкви. Оглашенными называются и иноверцы, обратившиеся к православной вере, но непомазанные Божественным миром. В-третьих, оглашенными могут называться и все те, которые впали в какие-нибудь грехи, убийство, или в другой какой-нибудь тяжкий грех: таким людям не следует приобщаться Таин, но только позволяется слушать одно Божественное слово. И это последнее сделано по человеколюбию отцев: прежде и они извергались». Итак, к числу оглашенных теперь принадлежат: младенцы некрещенные, те, кто находится в плену у язычников и веры своей не может открыто исповедать, иноверцы, обратившиеся в нашу веру и требующие миропомазания и, наконец, кающиеся и отлученные от св. причастия. Сверх того, к оглашенным могут быть причислены и те, кои удаляются от церкви и живут в нераскаянии; церковь во всегдашнем своем священнодействии и об этих заблудших молится, дабы Бог открыл им Евангелие правды, присоединил их к церкви, просветил их разумом благочестия и проч. Наконец, и всякий верный, побуждаемый совестию, должен самого себя полагать в числе оглашенных и молиться вместе с теми же оглашенными, дабы Бог очистил его тайные согрешения и не попустил ему входить в большие уклонения в деле веры и благочестия.

§ 3. Кающиеся суть четырех родов

Василий Великий кающихся или находящихся под запрещением разделяет на четыре разряда: на плачущих, послушающих, припадающих и стоящих с верными. Слова сего отца церкви в 83 правиле изложены так в Кормчей книге (на листе 243): «ниже волхвом верующе, и возводяще некия от них в домы своя на обретение чародеяний, лето едино да плачутся; другое да послушают; три лета да припадают; и едино стояще с верными, и потом прияти будут на причащение».

§ 4. Плачущие

Плачущие, как последний род кающихся, несли на себе самый тяжкий образ покаяния. Они стояли в паперти, как во внешнем притворе и месте, находящемся вне церкви, и стоя в грубом одеянии и на голой земле, всем входящим в церковь кланялись, и просили прощения и молитв о себе к Богу и умоляли принять их по-прежнему в церковь. Плачущие не впускались ни в какую часть храма, но должны были стоять на паперти и на открытом воздухе, подвергаться холоду, пыли и грязи. Сии плачущие в 17 правиле собора Анкирского называются ввающиеся, т.е. терпящие зиму или холод: потому что этот род кающихся обречен был переносить все непогоды, сырость, большие болезни и страдания. В пятом правиле собора Неокесарийского о плачущих сказано: Из церкве весьма да изринутся. Феодор Вальсамон, патриарх Антиохийский, объясняя второе правило Дионисия Александрийского, пишет: «предхрамие (внутренний притвор) есть место второго рода кающихся, называемых слушающими; в нем не позволено стоять людям, которым запрещено входить в церковь и которые должны вне притвора плакать». Следовательно, место плачущих было вне предхрамия или внутреннего притвора. Св. Григорий чудотворец говорит: «плакание должно быть вне дверей храма, где стоящему грешнику следует просить верных, входящих в храм, дабы они за него помолились». Без всякого сомнения, св. Григорий разумеет здесь паперть, как внешний притвор, вне храма находящийся. С сим святым согласен Властарь, который (в гл. 6) пишет: «кающиеся разделяются на четыре разряда, на плачущих, слушающих, припадающих и стоящих с верными. Плачущие суть те, кои стоят за дверью молитвенного храма, и от верных, входящих в церковь и исходящих, просят молитвы и прощения своих грехов». Некоторые думают, что вне внутреннего притвора вместе с плачущими иногда стояли и требующие крещения. Но другие писатели готовящихся ко крещению освобождают от этого тяжкого наказания; впрочем, во время наставления в вере они находились вне церкви, как это показано будет ниже (в §11). Род покаяния, назначенный кающимся, несли и беснующиеся, и это было установлено для того, чтобы смирить гордость вселившегося в них беса, и чтобы службу церковную и слушание слова Божия совершать без всякого смятения и препятствия, в мире и свободе от врага мира и покоя.

§ 5. Слушающие

После открытой паперти или внешнего притвора, в котором стояли плачущие, ближе к церкви следует внутренний притвор. Эта часть храма в некоторых церквах, а особенно в обителях называется трапезою, потому что в ней иноки обедают. Внутренний притвор есть второе место кающихся, т.е. слушающих, об исправлении которых печется церковь. Св. Григорий чудотворец пишет: «слушающие должны стоять внутри храма в притворе, и этим грешникам здесь можно стоять только до оглашенных (т.е. до того времени, до которого позволено стоять на литургии оглашенным), а потом уже выходить оттуда. Слушающий, выслушав чтение и поучение, должен выходить; он недостоин принимать участие в молитвах». То же говорит и Властарь: «слушающие, стоящие за дверью, в так называемом притворе, по выслушании Божественного Писания и общего учения, должны выходить с оглашенными».

§ 6. Припадающие

Местом припадающих была последняя половина среднего или молитвенного храма. Им дозволялось, войдя из притвора в храм одною дверью, стоять близ оной, не доходя до амвона, где архиерей облачается. Властарь (в той же 6 гл.) пишет: «припадающими называются те, кои стоят внутри храма, позади амвона, и когда диакон скажет: елицы оглашении, исходят с оглашенными». В пятом правиле собора Неокесарийского припадающие называются преклоняющими колена, и говорится: «оглашенный, если согрешит, и если находится с преклоняющими колена, должен быть причислен к слушающим, да не согрешает. Если же, находясь и между слушающими, он согрешит, тогда должен извергнуться». Припадающие и преклоняющие колена, по окончании молитвы об оглашенных, могли, если хотели, стоять всю литургию в притворе, потому что это, как говорит Вальсамон в изъяснении на второе правило Дионисия Александрийского, служит к большему их сокрушению.

§ 7. Стоящие с верными

Стоящие с верными находились, как кажется, в самом недре храма. Они вместе с верными стояли и участвовали во всех молитвах, пениях и поклонении до конца всей службы, но причащения Св. Таин признавались недостойными. Эти кающиеся, удостоенные имени стоящих с верными, несли последний род покаяния. Св. Григорий, сказав о припадающих, говорит и о стоящих с верными: «припадание», пишет он, «совершается близ двери храма, и стоящий здесь грешник исходит с оглашенными. Стояние же с верными бывает тогда, когда грешник вместе с верными молится и с оглашенными уже не исходит». Властарь в вышеозначенной главе говорит: «стоящие с верными вместе с ними молятся и поют псалмы, но причащения святыни (Св. Таин) удерживаются дотоле, пока, по исполнении совершенного времени, примут Божественное общение».

§ 8. Причастившиеся

По исполнении сих четырех степеней покаяния, кающиеся хотя и удостоиваются причащения Св. Таин, но не освобождаются совершенно от мер исправления, а несут некоторый пятый род покаяния, сверх прежних четырех. Хотя стоящие с верными к принятию Св. Таин и допускаются, но не получают всех тех преимуществ, какие имеют верные, ничем не опорочившие своей христианской жизни. Эти кающиеся, и удостоившись причащения, носят на себе некоторые признаки прежде бывшего наказания; они не допускаются быть участниками всех без исключения почестей церковных. Посему св. Григорий и называет их особенным именем, причастившимися. Это, кажется, и теперь бывает. Так, некоторые христиане, хотя Св. Таин приобщались, но носят на себе признаки своего покаяния, т.е. ходят слушать церковные молитвы и пребывают в воздержании. Это в простом народе называется отгавливать. Этот пятый род исправления, кроме кающихся, исполняли и оглашенные, о чем смотри в 4 ч., гл. 7, §1.

§ 9. Притворы – домы оглашенных

В притворах оглашенные не только стояли во время церковных служб, но оставались там и для слушания Катехизиса, который им объяснялся. Посему притвор и может назваться началом храма, предхрамием или домом оглашенных. Симеон Солунский (в 154 гл.) пишет: «притворы называются началом храмов, т.е. домом оглашенных: и это значит то, что оглашенные общниками Божественных Таин делаются только чрез слушание и зрение: они только устнами и языком исповедуют веру и поют глаголы благочестия, но не стоят вместе с верными и не молятся с ними; эти грешники не присоединены еще к числу верных, но отделены от них». В тех же церквах, где внутреннего притвора не было, оглашенные и кающиеся, которым надлежало стоять в притворе, стояли в последней части молитвенного храма, у задней стены за амвоном. Симеон Солунский (в гл. 152) говорит: «тако стоит благочестивый народ во храме, видимо образуя мир небесный и земный; входят в него только одни люди благочестивые, которые на земле Божией благочестиво воспевают Владыку неба и земли. Нет здесь ни нечестивых, ни иноверующих, так как нет ничего общего у Христа с велиаром. Те же, которые хотя и благочестивы и веру Христову исповедуют, но еще не просвещены и Божественного крещения не приняли, стоят в последней части храма, за амвоном. Неверные же, которых члены не запечатлены церковным благословением, совершенно извергаются. Также не удостоивается общения с верными падший после крещения, отрекшийся Бога, или осквернивший себя братскою кровию, соделавший убийство, или учинивший другое что-нибудь, препятствующее общению». Наконец, тот же Симеон Солунский (в гл. 153) свидетельствует, что теперь не все кающиеся вместе с оглашенными выходят из храма. «Прежде», говорит он, «все, не принадлежащие к числу верных, вместе с оглашенными выходили из храма. Но теперь, как св. отцы нашли необходимым, выходят только оглашенные, отрекшиеся веры и убившие кого-нибудь. Прочие же, принявшие св. крещение, остаются во храме; они только несут особливый подвиг покаяния, назначаемый духовными отцами. Выводимые из церкви в то время, когда совершаются страшные Тайны, стоят в паперти или на месте, назначенном для оглашенных (в притворе)».

§ 10. Оглашенные исполняют все четыре степени

И самые оглашенные, т.е. готовящиеся к принятию христианской веры и крещения, исполняли все четыре рода покаяния, впрочем исполняли их хотя без ослабления, но не в одинаковой степени с кающимися. Один из древних писателей говорит: «всегда должно помнить, что оглашенные в вере проходили чрез многие степени. В древности не рождались, но делались христианами, и делались не скоро и не случайно, но постепенно, по прошествии некоторого определенного для сего времени. Так точно животным, чтобы от начала своего зачатия до рождения развиться, принять свой настоящий вид и выйти на свет, требуется больше времени, чем неодушевленным предметам. Если же кому-нибудь свет, от Бога происходящий, внушит мысль быть христианином, тому прежде всего в уединении и в отдельном месте показываются и объясняются все обманы и суеверия его прежнего язычества. Но к слушанию Божественных и истинных поучений, преподаваемых верным, таковой оглашенный не допускается, и проходит степень покаяния, как плачущие. Потом уже позволялось ему являться к слушанию поучений христианской веры; и все находящиеся в сем состоянии назывались слушающими. Затем оглашенный проходил третью степень, где позволялось ему участвовать во всех тех молитвах, которые установлены для оглашенных третьего разряда, и право преклонять колена в самой церкви. Наконец, по прохождении сих трех степеней, оглашенный, по общему обычаю, переводится в число избранных или стоящих с верными и после всего этого он вместе с другими омывается св. крещением». Избранными некогда назывались те, кои, пройдя все катехизические и огласительные испытания и представив доказательство своего истинного благочестия, отделялись от прочих оглашенных и считались, по усмотрению священноначальников, достойными крещения, которое рано или поздно и принимали.

§ 11. Моления в притворе

Внутренний притвор назначается не только для стояния оглашенных или кающихся, но он необходим и для совершения некоторых молитвословий церковных. Так, в притворе поется лития на вечерни; в обителях, по монашескому чину, читаются девятый час, повечерие, полунощница и первый час, как повелевают уставы сих молитвословий. Церковь, как бы в образе кающихся, смиряясь перед Богом и испрашивая Его помилования, совершает на вечерне литию вместе с оглашенными и кающимися: об этом пространнее будет сказано на своем месте. Но монахи, как большему подвигу покаяния себя посвятившие и являющие в себе преимущественное смирение, кроме литии, в тот же внутренний притвор исходят совершать девятый час и повечерие на вечерни, полунощницу и первый час на утрени; и эти молитвословия, как и лития, совершаются вместе с кающимися и оглашенными.

Завеса в западных дверях

Значение молитвословий, совершаемых в притворе, Симеон Солунский (в гл. 12, о храме) так выражает: «когда мы перед храмом (во внутреннем притворе) творим молитвы, тогда храм самый образует для нас небо, и уподобляется раю, бывшему в Едеме. Посему в некоторых священных обителях, во время пения вне храма (в притворе), самый храм отделяется завесами, которые открываются, когда служащие входят в него. Этот обычай напоминает то, как Христос нисшел даже до нас, средостение преграды разрушить, подал мир и небеса отверз». В гл. 155 тот же писатель говорит: «в начале служения стоим вне храма, как бы пред раем или самым небом, изображая только землю: с нами часто стоят кающиеся, обратившиеся к вере, или после отречения, или после убийства какого-нибудь, или оглашенные в вере. Когда же после молитвословия, совершенного в притворе, отверзаются врата (западные), тогда мы входим в Божественный храм, как бы в рай или в самое небо. Оглашенные и кающиеся остаются вне храма, в притворе, и тем самым на деле показывают, что нам, т.е. верным, отверзлись небеса, открыт вход во святая святых, и что мы приближаемся ко свету и престолу Господню. Идя к востоку, или алтарю, мы, как на облацех, с восторгом поем Божественные словеса и песни; вошедши во внутренний храм, мы, как на воздухе, идем во сретение Господу, Который, взошед на небо возвел и нас горе и уготовал нам путь чрез Самого Себя, дабы мы всегда пребывали с Самим Господом, Который за нас священнодействует». Вот почему, когда входят из притвора во храм, врата отверзаются и завесы отдергиваются, так как теперь горнее открылось и соединилось с земным. Оглашенные и кающиеся, стоящие в притворе, стоят как бы на земле; и одни из них, отвергшиеся Бога или виновные в человекоубийстве, весьма далеки от входа на небо, т.е. в храм, или только несколько к нему приближены. Симеон Солунский с особенным вниманием объясняет вход из притвора в храм, бывающий по окончании полунощницы. «Когда срединощная песнь (полунощница) совершится», говорит он (в гл. 309), «тогда отверзаются врата, ведущие в храм, как бы на небо, и мы входим туда, как бы от земли, подобно тому, как по втором пришествии, иже Христови суть восхитятся на облацех, и тако всегда с Господем будут».

Средние и боковые двери в притворе

«Когда же все войдут в храм, игумен царскими вратами (средними западными), а прочие, как его подчиненные и рабы, боковыми, иерей от жертвенника благословляет (Бога), как служитель Христов, славя Его со Отцем и Святым Духом пред престолом и святыми Его; и все поют трисвятое и проч.».

Трисвятое пред утренею

Утреня начинается пением или чтением трисвятого, только в одну св. Четыредесятницу, т.е. когда полунощница совершается в притворе; но когда она читается не в притворе, а в храме, тогда утреня начинается словами: приидите, поклонимся и проч.; об этом будет сказано во 2 части, гл. 4, §2.

Кающиеся и оглашенные не были допускаемы на вечерню и утреню

Из сего видно, что оглашенные, так как время крещения их отлагалось надолго, не только не могли присутствовать при совершении таинственной и Божественной литургии, после возглашения диаконом: елицы оглашеннии изыдите; но не допускались и на вечерню по девятом часе, и на утреню, после полунощницы; и вечерня, и утреня, как службы священнейшие, совершаемы были одними верными. Поэтому монахи при своих обителях в притворе, где совершаются частые и долговременные службы, у стен ставят скамейки для сидения как им самим, так и оглашенным и кающимся; а сам внутренний притвор оградили со всех сторон стенами, и сделали его частию храма. Это произошло или от обыкновения, с древних времен введенного, или для избежания воздушных перемен. Подле внутреннего притвора, около крыльца, устроялась со стенами паперть или внешний притвор, который должен был защищать от непогоды входящих во внутренний притвор и церковь; поэтому паперть и получила название внешнего притвора. Впрочем, паперть в устройстве своем проще других частей церкви; она состоит вне оной и по пространству своему в некоторых местах не занимает всей широты западной стороны храма. По обеим сторонам паперти и теперь в Греции, вместо наших колоколен, висят железные и деревянные доски, называемые в наших уставах билами и клепалами, в которые ударяют для созывания народа в церковь. Об этом во многих местах упоминает Григорович-Барский.

Глава XI. О святом кресте

§ 1. Крест везде прилагается

Поелику св. крест поставляется на всех церквах, и в церкви нет таких священных одежд, нет вещей и утварей, на которых не было бы креста, нет таинства и других молитвенных действий, при которых не употреблялось бы знамение креста; посему здесь следует сказать: что есть крест? Для чего Христос благоволил претерпеть не другую какую-нибудь смерть, как крестную? Какою Божественною силою облечен крест? и как древние святый крест почитали?

§ 2. Что был прежде крест?

Поелику крестная казнь в древности считалась самою поносною, то древние всегда называли крест самыми бесчестными именами. Одни говорили, что это есть несчастное древо, проклятая виселица, жесточайшая и отвратительнейшая казнь; другие почитали его и для низких людей бесчестным наказанием, ужасным умерщвлением рабов, а для человека свободного, хотя и виновного, он не должен быть употребляем. Бл. Августин (в кн. 180-ти вопросов) в вопросе 25 так пишет о кресте: «между всеми родами смертей ни одного не было столь страшного и поносного, как смерть крестная»; он же, в 18 беседе на Матфея, так говорит: «ничего не было в то время бесчестнее крестной смерти». Посему-то не напрасно апостол похваляя послушание Христово, прибавил: «послушлив был даже до смерти, смерти же крестныя». То же самое и в 36 трактате на Иоанна бл. Августин пишет: «когда апостол хвалил послушание Христово, бывшее до смерти, то ему мало было сказать, что Христос послушлив был даже до смерти, не до какой-нибудь смерти, но прибавил: смерти же крестныя. Между всеми родами смертей, этой смерти не было хуже».

§ 3. В порок христианам поставляем был

Когда Христос Сын Божий нашего ради спасения благоволил на земле умереть поноснейшею крестною смертию; тогда язычники и неверные иудеи нападали на христиан и насмехались над ними, особенно потому, что они Христа, как бы простого человека, и еще более бесчестно на кресте распятого, Богом и Сыном Божиим называли и поклонялись Ему. Посему апостол Павел (1Кор.1:18) пишет: «Слово бо крестное погибающим убо юродство есть»; и ниже (1Кор.1:23): «проповедуем Христа распята, иудеем убо соблазн, еллином же безумие». Св. мученик Иустин в последней Апологии пишет: «неверные безумным делом назвали то, что христиане воздают Божественную честь Человеку распятому». Лактанций (в кн. 4, гл. 16) говорит: «в бесчестие нам вменяют, что мы почитаем Человека, от человеков поносною казнию умученного и умерщвленного». Бл. Августин в беседе 8 на слова апостолов говорит: «из-за креста Христова на нас нападают премудрые века сего и говорят: какое вы имеете сердце, когда Богом почитаете Распятого?» И в послании 48: «Христос, не царством земным украшенный, Христос, не земными богатствами изобилующий, ниже другим каким-нибудь земным счастием превосходящий; но Христос распятый проповедуется по всему кругу земному. Над чем прежде смеялись гордые народы, над тем теперь смеются потомки их». Арновий (в кн. 1) против язычников пишет: «неверные, смеясь над христианами, так им говорят: не за то боги к вам немилостивы, что вы почитаете всемогущего Бога, но за то, что рожденного Человека, и, что бесчестно и для низких людей, крестною смертию умерщвленного почитаете Богом, веруете, что Он всегда жив, и воздаете Ему поклонение чрез повседневные жертвоприношения».

§ 4. Что он есть ныне

Впрочем, оставим сии и подобный сим глумления язычников и неверных иудеев над христианами; а посмотрим, как вооружались св. отцы против этих глумлений. Св. Афанасий Великий в речи против язычников так на них жалуется: «язычники нападают на нас и широко разверстым зевом смеются, поставив на вид не что другое, как крест Христов. Об их судьбе надо сожалеть, потому что, когда поносят крест Христов, они не примечают его силы и действий, которыми наполнена вся вселенная, и того, что крестом совершены такие дела, чрез которые познаем Бога. Если бы язычники правильно обратили свой разум к познанию Божества, то никогда над такою великою вещию не смеялись бы. Они тогда лучше узнали бы Спасителя и увидели бы, что крест Его был не казнь, но искупление всей твари». Августин в 15 беседе, по случаю праздника кресту, пишет: «вот в чем христианское учение, смирения заповедь, смирения похвала: да хвалимся точию о кресте Господа нашего Иисуса Христа. Ибо не дивно премудростию Христовою хвалиться, но дивно хвалиться крестом. За что нападает на тебя нечестивый, тем хвалится благочестивый, над чем смеется гордый, тем хвалится Христос. Не стыдись креста Христова. Для сего ты на челе, как на месте стыда, и изображаешь знамение креста; огради чело твое и не будешь бояться языка чуждого». Св. Златоуст, в 54 беседе на Матфея, так рассуждает о кресте: «если кто тебе скажет, ты Распятому покланяешься? ты светлым голосом и с веселым лицем отвечай: покланяюсь и не перестану покланяться. Если засмеется, ты прослезись о нем, потому что беснуется. Благодари Владыку, что Он вам дал такое благо, которого нельзя понять иначе, как чрез высшее откровение». Св. Кирилл Иерусалимский, в 4 огласительном поучении, говорит: «мы не должны стыдиться креста Христова; если кто это утаит, ты явно знаменайся им на челе»; в 13 поучении огласительном: «крест есть похвала похвал»; и ниже: «не стыдимся креста Спасителева, но еще хвалимся им».

§ 5. Для чего Христос распялся на кресте

Здесь место спросить: для чего Спаситель наш, Господь Иисус Христос, благоволивший пострадать за весь род человеческий, из всех родов смерти избрал не другую какую-нибудь, но самую поносную, – смерть крестную? Этому древние церковные писатели находят разные причины. Первая причина: Лактанций (кн. 4, гл. 26) пишет, что Христос это сделал для того, чтобы чрез такой презренный род смерти и Свое смирение показать нам, и что Его страдания спасительны будут людям и самого низкого состояния. Вот его слова: «Может, кто-нибудь скажет: для чего Христос, если Он был Бог и благоволил умереть, то не умер по крайней мере какою-нибудь честною смертию? или иначе: для чего Христос умер на кресте, что недостойно человека свободного, хотя бы он был и преступник? Это сделано для того, дабы Тот, Кто во смирении пришел, подал помощь людям самого низкого состояния и открыл всем надежду ко спасению; посему-то Христос и благоволил умереть такою смертию, какою умирают презренные и низкие рабы, дабы не было никого, кто бы не мог Ему последовать». Подобно Лактанцию и св. Афанасий в книге о воплощении Слова, на вопросы для чего Христос не уклонился от самой поносной, крестной смерти? отвечает: «если бы Спаситель сделал это, тогда бы навел на Себя подозрение, что Он не всякий род смерти мог вынести, но только тот, который избрал Сам». Августин, в 36 трактате на Иоанна, говорит: «Тот, Который должен был умертвить всякую смерть, избрал самый последний и низкий род смерти».

§6

Вторая причина, почему Искупитель благоволил умереть крестною смертию, есть кажется та, чтобы тело Его при (будущем) воскресении осталось целым и нераздробленным. Всякому известно, что Христос прежде страдания Своего говорит о смерти Своей всем, что Он имеет власть, когда пожелает, душу Свою положити и паки прияти ю (Ин.10:17). Полагая душу Свою за людей, Христос пригвожден был ко кресту, но убийцы не решились, как был обычай, сокрушить на голенях Его кости, но только пробили ребро Его. Итак, тело Спасителя снято было со креста целым, и со тщанием положено во гроб. И все это сделано для целости тела пострадавшего; если бы оно было разделено и рассечено на части, то не было бы по восстании видимо целым. А между тем, Христу в таком виде и с теми же язвами, с какими Его положили во гроб, надлежало по воскресении явиться мирови. Согласно с сим и Афанасий Великий, в вышеприведенном месте, рассуждает: «Христос», пишет этот отец церкви, «не принял смерти Иоанновой, которому отсекли главу, ни смерти пророка Исаии, который перепилен был пилою, дабы и в смерти сохранить без разделения, целым, тело Свое, и чрез то отнять повод у тех, кои захотели бы раздирать на части церковь Его».

§ 7

Третья причина: Христос благоволил пригвожден быть ко кресту и с тою целию, дабы показать, что как величество Его, так и страдание Его должны быть всей вселенной ведомы и спасительны. Сие утверждает Лактанций в вышеприведенном месте: «главнейшая причина», пишет он, «для чего Бог избрал крест, была та, что на кресте Он хотел быть вознесен и представлен как бы на позорище всем народам. Ибо тот, кто висит на кресте, виден бывает всем. Поэтому-то и избран был крест, чтобы показать, что Христос будет столько славен и толико превознесен, что отдаленнейшие народы из всего мира стекутся к Нему, познают Его и поклонятся Ему. Посему нет ни одного народа столь грубого, и страны столь отдаленной, где бы страдания и величие славы Искупителя не были известны. В страдании Иисус Христос распростер руки Свои и объял, так сказать, всю вселенную, и этим хотел показать, что под крыло Его придет народ великий, народ, составленный из всех языков и племен, и будет осенять чело свое этим великим и высоким знамением креста». Согласно с Лактанцием говорит и св. Афанасий: «если смерть Господа нашего Иисуса Христа есть искупление всех, если смертию Его разрушается средостение ограды и совершается призвание языков: то как бы Христос нас призвал, если бы не был распят? Только на кресте можно умереть с распростертыми и поднятыми руками. И Господу необходимо было понести такую смерть, и распростерть руки, дабы одною рукою привлечь народ древний, а другою язычников, и обоих соединить во едино. Ибо Сам Христос, показывая, какою смертию Он имел искупить людей, предрек: аще Аз вознесен буду от земли, вся привлеку к Себе (Ин.12:32). То есть, когда Я буду пригвожден ко кресту, тогда все в Меня уверуют».

§ 8

Четвертая причина: Св. Дамаскин (в книге 4, гл. II, о православной вере) так рассуждает: «как четыре оконечности креста сосредоточиваются в средине и здесь соединяются, так точно силою Божиею держится высота, глубина, долгота и широта, т.е. вся видимая и невидимая тварь». О том же и блаженный Августин (в 120 послании) говорит: «не даром Христос принял такой род смерти; вися на кресте, Он сделался Учителем широты, долготы, высоты и глубины его. Широтою креста называется поперечная перекладина, вделываемая в дерево; это касается добрых дел твоих: ибо чрез сие тебе простираются руки. Долготою креста называется та часть, которая идет от самого верха его до земли, где она поставляется, т.е. водружается и укрепляется. Долгота означает долготерпение Божие. Высота означается тою частию, которая простирается от поперечной перекладины до самого верха (конца), т.е. где глава Распятого должна быть: это означает ожидание свыше для благоуповающих. Та же часть креста, которая находится в земле, откуда все древо возвышается прямо, означает глубину благодати, ниспосланной туне и без заслуг наших. Эта благодать сокрушает многие умы, старающиеся узнать ее; о таковых-то сказано: темже убо, о человече, ты кто еси противу отвещаяй Богови» (Рим.9:20). О таком же разделении креста на части смотри выше (гл. 3, §5, под числом 8-м).

§ 9

Пятую причину св. Григорий Нисский, в своем катехизисе (гл. 32), изъясняя Символ веры Лаврентию, объясняет сими словами: «Крест Христов восторжествовал над всем. Ибо Христос, пришед на землю, как говорит апостол (Флп.2:10), покорил себе три царства. Это означается словами: о имени Иисусове всяко колено поклонится небесных и земных и преисподних; это значит, что Христос Своею смертию победил все эти три царства. И смерть была соответственна сему таинству. Вися на воздухе, Христос покорил воздушные силы, и тем показал победу над высшими небесными силами. Простертые же на древе, как говорит пророк Исаия, весь день руце Свои Он держал для людей, сущих на земли, дабы непокоряющихся поразить, а верующих призвать. Частию же креста, находящеюся в земле, Христос покорил преисподние царства».

§ 10

Шестою причиною распятия Христа древние обыкновенно, кроме вышеприведенных, полагают следующую: «как первый Адам вкушением плода от запрещенного древа породил всеобщую смерть, так необходимо было второму Адаму, т.е. Христу, приобрести нам жизнь на древе». Св. Ириней (в кн. 5, ст. 6) пишет: «Христос, истребляя непослушание человека, оказанное вначале чрез древо, послушлив был даже до смерти, смерти же крестныя, т.е. то преслушание, которое учинено было чрез древо, исцелил Он послушанием, показанным на древе». И далее (в гл. 17): «Слово, сокрытое от нас чрез древо, открылось расположением древа. Ибо как чрез древо мы оное потеряли, так чрез древо же и приобрели его». Св. Григорий Назианзин (в гл. 1) говорит: «необходимо было дать древо за древо, за руку, невоздержно простертую, руки, доблестно простертые, за руку слабую, руки, гвоздями пригвожденные, за руку, низвергшую Адама, руки, соединяющие концы всего мира». Св. Амвросий (в 51 гл., о кресте) так рассуждает: «Христос пригвождается на древе. И это потому так премудро устроено, дабы как человек в раю прельщен был древом сластолюбия, так и ныне спасен был древом же, и чтобы то же орудие, которое было причиною его смерти, соделалось причиною и его спасения». То же самое подробнее излагает св. Златоуст в 1-й беседе на св. и Великий пяток: «видишь ли, чем диавол победил, тем и сам побежден; он чрез древо одолел Адама, древом же Христос и победил его. То древо низвергло нас в ад, а это – освободило и отшедших туда; то древо скрыло наготу плененного Адама, а это показало всем победителем нагого. Смерти Адама подвергались и его потомки, смерть же Христа воскресила и умерших до Него. Кто возглаголет силы Господни? Из мертвых мы сделались бессмертными. Таковы действия креста!»

§ 11

Седьмую причину св. Афанасий в книге о воплощении объясняет следующими словами: «ежели», говорит он, «Христос пришел для того, чтобы на Себе понести и наши смертные грехи и наше проклятие: то каким бы другим образом Он мог вместо нас принять на Себя проклятие и удовлетворить Бога за наши смертные грехи, если бы не принял смерти, свойственной проклятым? А это-то и есть крест. Писано бо есть: проклят всяк висяй на древе.

§ 12

Восьмую причину указывает тот же св. Афанасий и в том же месте: «враг рода нашего, диавол, ниспадший с неба, носится в низших слоях воздуха. Господь пришел, чтобы диавола низвергнуть, воздух очистить, и путь на небо, бывший некогда непроходимым, проложить нам, как говорит апостол, завесою, сиречь плотию Его (Евр.10:20). И этого можно было достигнуть только смертию Спасителя. Но какою другою смертию можно бы это сделать, как не смертию, которая претерпевается в воздухе? Я говорю о кресте; ибо только тот умирает на воздухе, кто оканчивает свою жизнь на кресте. Следовательно, не без причины Господь подъял такую смерть. Будучи вознесен на крест, Он очистил воздух от диавольского и всякого демонского нападения, говоря: видех сатану, яко молнию с небесе спадша (Лк.10:18). Таким образом Он очистил и возобновил непроходимый на небеса путь». И наконец, в том же месте, св. Афанасий заключает: «справедливо и прилично смерть Христова совершилась на кресте, и достаточна причина, почему спасение всех надлежало совершить не иначе, как крестом».

§ 13. Для чего Христос распялся вне града?

К этим восьми причинам мы присовокупим и то, для чего Христос благоволил пролить Свою кровь на кресте не в Иерусалиме, а вне его? Августин в беседе о кресте и разбойнике так говорит об этом предмете: «для чего Христос умерщвляется на высоте крестной, а не под кровом здания? Для того, отвечает, чтобы очистить воздух; во-вторых, Искупитель умирает не на алтаре, и не под кровом, сверху сделанным, а под небом умирает потому, что во время смерти Агнца на высоте, очищался воздух, очищалась и земля, от падавшей на нее крови Господней». Далее – не под кровом и не в храме иудейском Он умирает для того, дабы иудеи не присвоили себе этой спасительной жертвы, или не подумали, что жертва сия приносится только за этот народ; и наконец, для того Спаситель умер вне града и вне стен, дабы ты разумел, что как жертва, принесенная за род человеческий, есть жертва всеобщая, так и очищение всеобщее же.

§ 14. Древние не изображали Христа на кресте

Хотя древние христиане не только не стыдились Распятого, но и хвалились о Нем; но, снисходя к немощи обращающихся к вере от язычества или иудейства, не только не имели обыкновения изображать на кресте страждущего Христа так явно для всех, как это после начали делать, но изображали один только простой крест, без изображения на нем Распятого; и иногда только изображали у креста стоящего агнца, который означал Спасителя нашего. Один из древних писателей об этом предмете так говорит: «при начале образования церкви, когда для преступников, предаваемых смерти рукою палачей, была в употреблении крестная виселица, христиане не имели обыкновения изображать на кресте Христа пригвожденным гвоздями и висящим подобно преступникам; хотя Спаситель наш, будучи совершенно безгрешен, распят за нас и со беззаконными вменился. И это делалось для того, чтобы вид Христа, бесчестно пригвожденного к крестному дереву, не мог унизить веру в глазах недавно обратившихся христиан, причинить им соблазн, даже ослабить их дух, если бы они в тот же день увидели, что к такому же древу пригвождают злодея или преступника. Обыкновенно люди сильно боятся этого печального зрелища. Посему, снисходя до времени к немощи новообращенных, христиане поступали с ними с осторожностью, и писали один только крест, а образа Христа, на нем висящего, не изображали. Но при этом самый крест они облагали и украшали великолепно драгоценными камнями, а иногда под ним изображали стоящего агнца». Вот почему некто из древних написал стихами следующие слова: «под крестом, обагренным кровию, Христос предстоит в виде агнца, подобного белизною снегу». И это делалось для того, как другой древний писатель говорит, чтобы «в то время, когда креста стыдились, обращающиеся из язычества к вере и крещающиеся во Христа привлекаемы были к уразумению высших тайн христианской веры способом неприметным и приятным». Не спорим, что в древности было обыкновение изображать Христа Спасителя искусной резьбою; но это никак не могло быть прежде времен Константина Великого. Ибо христиане прежде, нежели Константин получил в свою власть римскую империю, и спустя после того долгое время, пока не настали благополучнейшие для христианства времена, имели обыкновение на св. иконах изображать один крест и при нем агнца, или агнца, несущего на себе крестное знамение.

§ 15. Знамением креста ограждаются члены тела

В заключение всего этого должно сказать и то, что все древние христиане оказывали св. кресту великое уважение и поклонение. Исповедующие имя Распятого всегда имели обычай при начале всякого дела ограждать чело свое крестом, сложивши первые персты руки. О чем ясно говорит в одном месте Тертуллиан, один из древнейших писателей. В книге о венце воина (в гл. 3) он пишет: «при всяком шествии и движении, при всяком входе и выходе, при одеянии, обувании, умывании, при приближении к столу, при возжении свечи, отходя ко сну, садясь на лавку и при всяком нашем занятии, ограждаем чело свое знамением креста». Лактанций (кн. 4, гл. 26) говорит следующее о Христе: «овча совершенно, непорочно, упоминаемое в книге Исход (Исх.12), был Христос, т.е. незлобивый, праведный и святой, Который, будучи принесен в жертву иудеями, соделался спасением для всех тех, кои ограждают чело свое знамением крови, т.е. креста, на котором Он пролил кровь Свою»; а св. Златоуст (в 34 беседе на Матфея) по случаю этого обыкновения присовокупляет и нравоучение: «когда знаменуешься крестом, подумай о великой силе креста, и угаси ярость и все прочие страсти. Когда знаменуешься крестом, пусть чело твое будет исполнено дерзновения и душа свободна. Крест должно изображать не просто перстом, но прежде этого произволением, соединенным с сильною верою. И если ты так изобразишь крест на лице твоем, ни один из нечистых духов не может близь тебя стать, потому что он увидит меч, который причинил ему смертную рану. Ибо, если мы, видя места, где казнят осужденных, приходим в ужас, то подумай, как будут страдать диаволы и бесы, видя оружие, которым Христос разрушил всю их силу, отсек и главу змиеву. Не стыдись столь сильного креста, чтобы тебя не постыдился Христос, когда придет со славою Своею и, когда пред Ним явится знамение светлее лучей солнечных. Это знамение и при прародителях наших и теперь отверзло заключенные двери; оно уничтожило ядовитые влияния, отняло губительную силу у растений, исцелило укушение ядовитых зверей; ибо этот крест спас и обратил вселенную, изгнал заблуждение, возвратил истину, сделал из земли небо, из людей ангелов. По причине креста бесы уже не страшны, но достойны презрения; смерть уже не смерть, а сон. Крестом все повержено долу, и все на нас восстающее попрано». Обыкновение ограждать себя или осенять других крестным знамением есть самое древнее и произошло от апостольского предания. Св. Василий Великий в книге о Св. Духе к Амфилохию (гл. 27) пишет: «чтобы уповающие на имя Господа нашего Иисуса Христа знаменались образом креста, кто учил писанием? не по умолчанному ли (это) или тайному преданию?»

§ 16. Знамением креста все освящаются таинства

В особенности же крестному знамению приписывается та сила, что чрез него совершаются таинства и все священные действия. В вышеуказанной беседе св. Златоуст говорит: «никто не должен стыдиться честного знамения, и источника благ, посредством которого мы живем и существуем; но как венец, да обносим крест Христов. Ибо все наши (таинства) совершаются им. Если нужно возродиться, является крест; если нужно напитаться таинственною трапезою, или рукоположиться, или сделать что-нибудь другое, везде является это знамение нашей победы». Августин в 1 беседе на Пятидесятницу, изъясняя символ, пишет: «крестным знамением освящается Тело Господне, освящается источник крещения, поставляются как пресвитеры, так и другие церковные степени, и знамением креста Господня, с призыванием имени Христова, все очищается и освящается».

§ 17. Крестом ограждаются домы, стены, врата и письменные акты

Во времена Златоуста не только чело и другие части человеческого тела, не только храмы, но самые домы, стены и двери ограждались крестным знамением. Об этом свидетельствует сам же Златоуст в вышеуказанной беседе. «А потом, пишет он, изображаем знамение креста и на храмах, и на стенах, и на дверях, и на челе и представляем его с особенным вниманием в мысли; потому что это есть знамение нашего спасения, общего освобождения, и знамение смирения Господа нашего». Подобно сему пишет и Созомен в Церковной истории о Константине Великом (кн. 1, гл. 8): «Константин Великий, чтобы приучить воинов почитать Бога, как он сам почитал Его, начертал на всех оружиях знамение креста». Об этом смотри Четьи-Минеи сентября 14. Благочестивый царь Константин отменил и самую крестную казнь, чтобы уже ни один злодей не подвергался ей. Притом он приказал и себя изображать всегда со крестом (см. Барония под 325 г.). Почитание креста доказывается и тем, что знак оного, будучи изображен на завещаниях или на других каких-нибудь договорах и расписках, имел значение рукоприкладства и служил ручательством за истину всего написанного. Это доказывается уложением Юстиниана, или собранием его новелл (т.е. приложений к уложению, кн. 73, гл. 8), где повелевается: «неграмотные на своих договорах, совершаемых при чиновниках, нотариусах, или посторонних свидетелях, должны начертать знамение креста; и это знамение считать, как твердую и достойную всякого вероятия собственноручную подпись». В предисловии к 99 новелле Юстиниана говорится, что «в Вифинии, на одной скрепленной духовной или завещании, открыли такой обман, что сами свидетели написали знамение креста, вместо руки одной женщины, которая умерла, и которая будто бы сама оставила эту духовную». У Властаря (под буквою Е, гл. 32) приводится 72 новелла Льва Премудрого следующего содержания: «всякий документ, под которым образ честного и животворящего креста изображен рукою составившего его, должен быть ненарушим и непреложен; хотя за нарушение этого и не полагается определенного наказания». Изображением крестного знамения скреплялись также и деяния соборов. Об окончании одного из соборов пишется: «император и все вельможи каждый написали по одному кресту. Духовный чин, воздав Богу и государю благодарение, воспели песнь: Тебе Бога хвалим, и тем окончили собор». Касательно таких соборов один из государей дал такое предписание: «Узаконяем, да не отменяются постановления епископов, которые приняты с общего согласия нами и нашими предками, но да пребывают тверды и нерушимы; и повелеваем всякое соборное деяние, которое утверждено знамением святого креста Христова, так хранить и так ему быть, как оно есть». Говорится также, что цари Василий, Константин и Лев изобразили знамение креста, а потом подписали свои имена на 5-ти списках собора, на котором присутствовали.

Запрещается начертывать крест на земле и на полу

Наконец, должно помнить, что какой бы то ни был образ креста, чтобы не бесчестить его, издревле запрещено было начертывать или вырезывать его на полу и на земле. Св. отцы шестого Вселенского собора в 73 правиле положили: «поелику животворящий крест явил нам спасение: то подобает нам всякое тщание употребляти, да будет воздаваема подобающая честь тому, чрез что мы спасены от древнего грехопадения. Посему повелеваем: изображения креста, начертываемые некоторыми на земле, совсем изглаждати, дабы знамение победы нашей не было оскорбляемо попиранием ходящих». Еще прежде этого правила Тиверий Кесарь, который, по словам Барония, был истинный христианин (лет. 582 г., §3), «однажды, ходя по своим палатам и увидя на земле мраморную доску, на которой был изваян крест Господень, сказал: Господи! Твоим крестом мы ограждаем чело и перси: станем ли же по нему ходить? и тотчас приказал взять эту доску». Некто из древних писателей сказал: «почитай священными гробы и памятники, воздвигнутые над могилами; украшай их образом креста, и никогда не дерзай попирать ногою».

Глава XII. О святых иконах

§ 1. Иконы святые от Бога преданы

Сказавши о силе и почитании св. креста, следует сказать и о св. иконах, которые, как и самый крест, всеми благоговейно почитаются, и которые поставляются как в церкви и в домах, так и на всяком месте вне оных. Ибо всещедрый и премилостивый Господь Бог, всегда промышляющий о спасении рода человеческого, не восхотел верных Своих оставить в неведении о тех спасительных благодеяниях и предивных чудесах Своих, которые Он соделал на земле в образе человеческом; но, по премногой Своей благости, предал все это возлюбленной Своей церкви в изображениях на св. иконах, дабы мы видели Его чудеса своими телесными очами. Церковь же, украсившись иконами, как багряницею царскою, достойно чтит их и призывает своих православных сынов к надлежащему их почитанию. Так как почитание св. икон как в древнем законе, так и в новой благодати, введено не волею человеческою, но повелением Божиим: то необходимо здесь из Св. Писания показать происхождение св. икон, потом вкратце изложить историю, с каким благоговением издревле были почитаемы св. иконы и как мужественно защищаемы, и наконец, в каком смысле они почитаются церковию.

§ 2. Доказательство о св. иконах из Ветхого Завета

В начале, в древнем законе, Сам Бог повелел Моисею, ради чести и славы Своей, сотворить в скинии образы, сказав ему: И да сотвориши дщицу злату чисту, и изобразиши на ней образ печати, святыня Господня (Исх.28:36). Господь, повелевая Моисею сотворить образы, сказал не о идолах греческих и языческих богов, но повелел сотворить образы для славы Своей. Потом Господь Бог повелел Моисею сделать кивот завета и двух херувимов, говоря: сотвориши два херувима злата изваянна, и возложиши я от обеих стран очистилища; и ниже: на опонах множество херувимов сотвориши (Исх.25:18–19). Затем Господь Бог повелел Моисею сделать медного змия: сотвори себе змию (медяну) и положи ю на знамя: и будет, аще угрызет змия человека, всяк угрызенный видев ю, жив будет (Чис.21:8). Затем Господь Бог повелел Моисею сделать две каменные скрижали (таблицы). И рече Господь к Моисею: истеши себе две скрижали каменны якоже и первыя, и взыди ко Мне на гору: и напишу на скрижалех словеса (Исх.34:1). Эти две скрижали, стамну, заключавшую в себе манну, и жезл Ааронов Моисей с великою честию положил в ковчеге. Еще повелел Бог Моисею: и да помажеши (святым елеем) скинию свидения, и кивот скинии свидения, и вся сосуды ея, и олтарь кадильный. И освятиши я и будут святая святых: всяк прикасаяйся им, освятится (Исх.30). Соломон же премудрый сотвори на дверях изваянны херувимы... объятыя златом свешеным на изображение (3Цар.6:35). Провидев все это, пророк Давид возгласил: Господи, возлюбих благолепие дому Твоего, и место селения славы Твоея (Пс.25). И еще: вниду в дом Твой, поклонюся ко храму святому Твоему в страсе Твоем (Пс.5). Возносите Господа Бога нашего, и покланяйтеся подножию ногу Его, яко свято есть. Все эти свидетельства не противоречат заповеди данной Богом людям израилевым: слыши, Израилю: Господь Бог наш Господь един есть (Втор.6). Да не будут тебе бози инии пред лицем Моим, да не сотвориши себе кумира, ни всякаго подобия, елика на небеси горе, и елика на земли низу, и елика в водах и под землею: да не поклонишися им, ниже послужиши им (Втор.5:7 и след.). Здесь Бог ясно запрещает делать образы богов греческих и языческих, потому что греки и другие языческие народы, как напр. египтяне, почитали своих истуканов за богов и покланялись им. Но чтобы к сему не привык и народ Божий, Господь Бог строго запретил делать такие подобия. Однако они слили себе тельца в пустыне и вопияли пред ним: се бози твои, Израилю, и сделались идолослужителями. Но Господь не только не запретил делать образы, но и для Своего прославления повелел сделать доску с изображением херувимов, медного змия, и другие украшения, имевшие быть при кивоте. И этих украшений ни Моисей, ни израильтяне не только не уничтожали, но почитали и покланялись им, и в сем случае почитали не дерево и не краски, но Того, в честь и хвалу Которого они были сделаны.

§ 3. Из Нового Завета

Обращаясь к Новому Завету, мы видим, что и здесь образа получили начало от Самого Иисуса Христа. Ибо когда Авгарь, царь едесский, послал в Иудею живописца снять с Господа нашего образ, и когда живописец не мог сего сделать, по причине блистающей светлости лица Иисусова: тогда Сам Господь, приложив убрус к Своему Божественному и Животворящему лицу и отпечатлев на нем Свое изображение, послал его к ожидавшему Авгарю. Об этой иконе подробнее читай в Четьи-Минеи августа 16 дня. Кровоточивая жена в Кесарии, где она и родилась, сделала медный образ Господа Иисуса Христа, и у ног этого образа выросло дерево, которое исцеляло всякие болезни. «Этот образ», пишет Евсевий (кн. 7, гл. 18), «сохранился и до наших дней, и мы, когда ни приходили в город, всегда его видели». Тот же Евсевий в той же главе пишет о себе:"иконы апостолов Петра и Павла, изображенных на досках, мы видели сохранившимися и до наших дней». Что иконы были и во времена святых апостолов, об этом в слове на Неделю Православия свидетельствует св. Иоанн Дамаскин: «прими (во свидетели) и благовестника Луку. Как апостолы повелели евангелисту Луке написать образ Спасителя, так и авва Иосиф написал честную икону Пречистой Девы Марии, и послал ее к Феофилу». И ниже: «св. апостол Лука прежде написал на иконе образ Господа нашего Иисуса Христа и Пречистой Его Матери, а потом изображения св. апостолов и пророков». Древние писатели говорят, что когда «образа, написанные св. евангелистом Лукою, были принесены к Пречистой Деве Марии, она благословила их, сказав: благодать Сына Моего и Моя да будет с ними. И тотчас вследствие благословения Богоматери от этих образов стали совершаться многие чудеса и до ныне совершаются». А что касается до того, что об этом не писано в Евангелии, или в посланиях апостольских (почему иконоборцы и не веруют), то на это нужно сказать, что не все написано в Евангелии, что и самое Евангелие свидетельствует: многа же и ина знамения сотвори Иисус пред ученики Своими, яже не суть писана в книгах сих (Ин.20:30).

В Деяниях апостольских пишется: предаяше им хранити уставы сужденныя от Апостол и старец, иже во Иерусалиме (Деян.16:4). И в другом месте: тем же убо, братие, стойте и держите предания, имже научистеся или словом, или посланием нашим (2Сол.2:15). Отсюда видно, что чего не написали апостолы, то после них, когда христианство распространилось и служение демонам престало, написали и преподали словесно ученики их. Ученик св. апостола Павла, св. Дионисий Ареопагит, в книге о небесной иерархии, спрашивает: «почему пишут ангела в образе человеческом? и для чего евангелистов пишут в четверовидных изображениях?» Отсюда видно, что образы были в употреблении и во времена апостольские. В конце первого столетия по Рождестве Христовом Евстафию Плакиде явился образ Распятия Христова, о чем см. в Четьи-Минеи 20 сентября. В греческой хронике пишется, что во втором столетии по Рождестве Христовом, когда на христиан было воздвигнуто язычниками лютое гонение, они не смели явно показывать образа. Внук едесского царя Авгаря был идолопоклонник, и поэтому Нерукотворенный образ хотел снять с ворот, где Авгарь поставил его с честию; но епископ едесский, будучи поставлен откровением Божиим, ночью положил сей образ в стену и, закрыв его, поставил перед ним горящую свечу. И он находился там до прихода Хозроя, царя персидского; тогда он чудесным образом был обретен и перенесен в Константинополь. О сем см. Четьи-Минеи августа 16-го дня. Сильвестр, папа римский, показывал Великому царю Константину образ св. первоверховных апостолов, говоря: «вот изображения тех, которые тебе явились в ночном видении». Св. Афанасий Великий, бывший на первом Вселенском соборе, пишет: «в городе Вирите, в области антиохийской, жиды поругались над иконами Распятия Христова. Но когда из иконы истекла кровь и вода, то совершились многие чудеса и исцеления больных, и многие из жидов уверовали и крестились». У св. Иоанна Златоустого были образа, потому что св. Прокл, ученик его, увидевши апостола Павла, указал на образ его. О чем см. в житии его. Созомен, один из древних и славных историков (в кн. 1, гл. 21), пишет: «об образе Христове, который сокрушил Юлиан Отступник, но вскоре после того и сам погиб». В особенности же было много икон в пятом столетии: потому что, по повелению царя Константина Великого, воздвигнуто было много церквей, которые украшаемы были св. иконами. Мария Египетская, помолившись пред образом Пречистой Богородицы, ушла в пустыню, а образ этот был в притворе церковном; посему, если в притворе были иконы, то тем более были они в самой церкви.

§ 4. Святые иконы почитаются издревле

В течение многих лет, с самого Рождества Христова, св. отцы имели святые иконы в великом почтении. И если бы они были устроены без соизволения Божия, то на соборах св. отцы, конечно, их не приняли бы. И если бы они допустили это на первом соборе, то на втором, на третьем, на четвертом или пятом они упомянули бы об этом. И точно: на шестом Вселенском соборе, в 82 правиле, отцы положили: «не пиши агнца во образе Христа, но пиши образ Его Самого». В толковании сего правила так говорится: «агнец был образом истинного Христа Бога нашего, а потому не следует образ почитать выше истины и на честных иконах писать агнца, указуемого перстом Предвечного, но Самого Христа Бога нашего, и писать Его в человеческом образе». На седьмом Вселенском соборе св. богоносные отцы, как видно из деяний сего собора, учение о св. иконах изложили так: «последующе богоглаголивому учению св. отец наших и преданию кафолической церкви, подобно изображению Честного и Животворящего Креста, повелеваем полагати во св. Божиих церквах иконы Господа и Бога и Спаса нашего Иисуса Христа, и Непорочной Владычицы нашей Святой Богородицы, и всех святых мужей, и чествовати их не богопоклонением, еже подобает единому Божественному естеству, но почитанием по подобию, якоже воздается честь изображению Креста Христова, Евангелию и иным святыням. Ибо честь, воздаваемая образу, преходит к первообразному». Потом отцы того же собора единогласно возгласили: «все тако веруем, все содержим едино исповедание первых соборов и все подписуемся; сия вера апостольская, сия вера св. отцев» и прочая.

§ 5. Св. иконы ревностно были защищаемы

В следующие века, когда возникло иконоборство, св. отцы не только писанием, но и самым делом мужественно сопротивлялись этой ереси. В сочинении об иконах, в кн. 3 и 4, а в особенности в слове на Неделю Православия, св. Иоанн Дамаскин писал против иконоборцев, за что, по клевете еретиков, ему отсекли руку; но он получил исцеление от иконы Пречистой Богородицы. Св. Андрей Критский за иконы был обнажен, без милости бит, и от отсечения ноги скончался. Св. Герман, патриарх Цареграда, за иконы бесчестно был изгнан из патриаршего дома. Св. Никифор, патриарх цареградский, из-за них же отошел на вечный покой ко Господу в изгнании и в крайней нужде. Св. Тарасий, константинопольский патриарх, при котором был седьмой св. Вселенский собор, потерпел за иконы оскорбления и много разных бедствий. Св. Мефодий, патриарх цареградский, за иконы скончался в нищете и в глубоком рве (о чем смотри жития их). Если же самые православные патриархи столько страдали за св. иконы: то какие муки должны были вынести клирики церковные, и сколь велико должно быть число сих мучеников? В житии св. Андрея Критского пишется: «многие, твердо держались предания св. отец, дерзновенно сопротивлялись иконоборцам и были различно мучены; и повсюду видны были оковы, темницы и глубокие рвы, наполненные не разбойниками, не ворами или другими какими-нибудь злодеями, но епископами, священниками, иноками и другими благочестивыми людьми».

§ 6. В каком смысле св. иконы почитаются

Изложивши эти ясные свидетельства Ветхого и Нового Завета о св. иконах, упомянем наконец и о том, что все, сделанное в Ветхом Завете для почитания и хваления истинного Бога, все это народ Божий имел в чести и благоговейно хранил в дому Божием. Взирая на сие, евреи покланялись Творцу Богу и в Нем полагали всю надежду. Так поступаем и мы, христиане. Образа, которые мы поставляем в честь истинного Бога, Господа нашего Иисуса Христа, Пречистой Богородицы и всех святых, почитаем благоговейно; взирая на них, вспоминаем все смотрение Избавителя, нас ради соделанное, и воздавая Ему хвалу, покланяемся Ему и на Него полагаем всю надежду свою. И святых тоже благоговейно почитаем, потому что об них Иисус Христос сказал: и Аз славу, юже дал еси Мне, дах им, да будут едино, якоже Мы едино есмы. Аз в них, и Ты во Мне (Ин.7:22–23). Посему, когда взираем на иконы, изображающие Христа Господа, Пречистую Богородицу или святых: то мы как бы читаем историю Ветхого и Нового Завета, припоминаем таким образом их и возгораемся к ним большею любовию. Но мы покланяемся не доскам, но лицам тех, которые на них изображены; взирая телесными очами на иконы, сердечные очи обращаем к тому, чей образ созерцаем; целуем их устнами, в том смысле, как и блаженный патриарх Иаков целовал окровавленную ризу возлюбленного своего сына Иосифа; почитаем и любим священные изображения, как некогда народ ветхозаветный благочестиво почитал ковчег Моисеев, воздавая честь не древу и почитая не краски, но Того Самого, в честь и славу Которого ковчег был устроен.

Глава XIII. О непрестанной молитве, о числе и времени служб церковных

§ 1. Всякому и во всякое время необходимо молиться

К непрестанному молению обязуют нас писания пророческие и евангельские. Пророк Давид говорит: благословлю Господа на всякое время (Пс.33). Божественный Павел учит: непрестанно молитеся, о всем благодарите (1Сол.5). Но особенно Спаситель нам повелевает: бдите убо на всяко время молящеся (Лк.21). Посему всякий благочестивый христианин, следуя такому учению Священного Писания, должен творить молитву умом и языком во всякое время, стоя и ходя, и должен принуждать себя к этому: ибо он приобретет тогда величайшую тишину и радость, как это опытом узнали испытавшие. Хотя эта обязанность касается более монахов, а не людей, живущих в обществе: но долг непрестанно молиться лежит на всех; как особам священным и монашествующим, так и сущим в мире по мере сил должно приобрести навык к непрестанной молитве. Монашествующие, как на сие обрекшие себя, имеют непременный к этому долг; равным образом и лица, служащие церкви, должны принуждать себя к непрестанной молитве Богу. И хотя бы подверглись искушениям и смятению ума; но дабы не быть уловленными от врага, должно обращаться к молитве и радоваться, обращаясь к ней. Священные лица преимущественно должны радеть о сем деле, так как они носят на себе звание апостольское, совершают все Божественные таинства, и на себе являют любовь Христову. Миряне же должны по мере сил совершать непрестанную молитву, как печать и знамение своей веры, как святыню, как убежище и прогнание всякого искушения. И так всем как посвященным, так и живущим в мире и монахам следует, воставше от сна, памятовать о Христе, и это воспоминание Бога должно прежде всякой мысли принести, как спасительную жертву, Господу, спасшему и толико возлюбившему нас. Сверх того мы есмы и называемся христианами, облечены в Него Божественным крещением, запечатлены Его миром, причастились и причащаемся Его Плоти и Крови, мы члены Его и храм, и Сам Он обитает в нас. А потому должны любить и помнить Его всегда.

§ 2. Молитва превосходнее других добродетелей

Молитва, соединенная с любовию и верою, более других добродетелей приводит людей к Богу. Ибо всякое доброе дело, как то: милостыню, служение братии, посещение немощных, попечение о заключенных в темнице, выкуп пленных и другие добродетели человек делает из любви к своим ближним, и они приближают его к Богу; или еще например: пост, землележание, коленопреклонение, бдение и прочие подвиги, предпринимаемые христианином ради чистоты и дабы приблизиться к Богу и быть в любви у Него, хотя хороши и бывают жертвою Богу, однако приближают к Нему не непосредственно. Одна только молитва приближает человека к Самому Богу, соединяет его с Ним, и делает его любезным Богу, и, молясь, он беседует с Богом, дерзает, просить и делает едино с Ним. Поэтому необходимо молиться немолчно и непрестанно, как молятся ангелы. Ибо Бог только того и хочет от нас, чтобы мы Его помнили, с Ним были, Его одного искали, любили и видели, так чтобы могли чисто и непосредственно принять дары Его. Но так как такую немолчную и непрестанную молитву нам, по немощи плоти нашей и ради нужд наших, невозможно в совершенстве исполнять, так что только немногие иногда имели такой Божий и равноангельный дар, то церковь, снисходя к потребности нашей в этом деле, как деле божественном, установила известные и определенные времена для молитвы, избрала некоторое число молений, к исполнению которых всякий верный непременно обязан.

§ 3. Служб дневных считается седмь

Всех отдельных церковных служб, совершаемых всякий день и ночь, кроме священной и Божественной литургии, считается седмь, по числу даров Св. Духа. Седмь же даров Св. Духа суть: премудрость, разум, совет, крепость, ведение, благочестие и страх, как говорит пророк Исаия (Ис.11:2–3): и почиет на нем Дух Божий, Дух премудрости и разума, Дух совета и крепости, Дух ведения и благочестия: исполнит Его Дух страха Божия. Почему и церковь, подражая этому седмеричному числу даров Духа Святого, – потому что молитвы эти совершаются при содействии Св. Духа, – имеет также седмь служб или молений, дневных и ночных, о чем смотри во 2 ч., гл. 1, §5. Все эти седмь молений или служб, обозначенные у Симеона Солунского (в гл. 298), так называются: 1) полунощница, 2) утреня вместе с первым часом, 3) третий час, 4) шестый час, 5) девятый час, 6) вечерня и 7) повечерие. О седмеричном числе молений пророк Давид говорит: седмерицею днем хвалих Тя, о судьбах правды Твоея (Пс.118). Здесь под днем разумеются целые сутки, или день и ночь вместе, как говорится в кн. Бытия: и бысть вечер, и бысть утро, день един (Быт.1). О каждой из седми служб упоминает пр. Давид: о полунощнице: полунощи востах исповедатися Тебе, Господи (Пс.118); об утрени и первом часе: Боже, Боже мой, к Тебе утренюю (Пс.62); заутра услыши глас мой: заутра предстану Ти, и узриши мя (Пс.5); о третьем часе, шестом и о вечерне: вечер, заутра и полудне повем и возвещу, и услышит глас мой (Пс.54); и наконец, о повечерии: измыю на всяку нощь ложе мое и слезами моими постелю мою омочу (Пс.6).

§ 4. Содержание дневных служб

Всякая из служб церковных, совершаемая днем или ночью, имеет свое особенное содержание. Полунощница совершается, во 1-х, в подражание бдению ангелов и немолчному их хвалению; во 2-х, чтобы безмолвием и тишиною приготовить наш ум к Божественному славословию; в 3-х, в воспоминание востания Христова: ибо заутра рано во едину от суббот воста Христос, и в 4-х, в воспоминание второго будущего пришествия Христова, которое имеет быть в полуночи, и которого мы, все верные, должны ожидать, когда Господь воздвигнет нас от смерти, как бы от сна, и явится, как жених душ наших, среди ночи. Посему и должно нам бодрствовать. Утреня совершается ради наставшего дня, за который человеку следует благодарить Приводящего свет, разрушившего тьму лести и подавшего нам свет благочестия. Потому с утренею соединяется и первый час, так как им начинается день, и он приносится вместе с утренею, как дар и жертва хваления Господу. Третий час поем в честь Троицы: 1) потому, что прошла четверть дня, 2) в третьем часу иудеи обвинили Спасителя нашего и положили Его убить и 3) в этом же часу на апостолов сошел Дух Святой, Которым просветились мы все, живущие во вселенной. Подобным образом и шестый час поем так же в честь Св. Троицы: 1) потому, что еще кончилась четверть дня, 2) потому, что шестой час – средина дня и 3) в шестом часу воплотившийся нас ради Христос Господь распят был на кресте, и тогда же тьма была по всей земле, и Спаситель пострадал плотию. Славословие девятого часа бывает по следующим причинам: 1-е, потому что приближается конец дня, и еще после шести прошли три часа, 2-е, в честь Троицы, так как девять часов троекратно указывают нам троичность лиц и 3-е, особенно потому, что в девятом часу распятый за нас Христос, возгласив, предал Богу Отцу Свою душу и соделался совершенною жертвою за людей. Тогда-то земля потряслась, камни распались, гробы отверзлись, и, в знаменование общего нашего востания, многие телеса усопших святых востали. Ибо смертию Господнею умертвилась смерть и сущие во аде сделались свободными. Спаситель, предав Свою святую душу Отцу и распяв волею на кресте плоть Свою, освободил наши души от рук диавольских; а чрез воскресение Господа и наши телеса удостоились бессмертия. Итак, (в девятый час) мы благодарим Того, Который за нас умер плотию, Который, предав Свою душу, принес наши души Отцу и Который Своею смертию оживил нас. Вечерняя песнь, совершаемая в 12-м часу, то есть, по прошествии последних трех часов, после девятого, или в шестом часу по полудни, самым названием внушает, дабы мы славословили Создателя нашего за то, что Он сподобил нас достигнуть вечера, то есть конца дня. В это время мы благодарим Его за все то, что случилось с нами в прошедший день, то есть за нашу жизнь, пищу, мысли, слова и дела; и должны просить, дабы Он ниспослал нам ночь мирную, безгрешную и неблазненную, ночь, которая, как предзнаменование конца жизни нашей, предозначает нашу смерть. Наконец, повечерие совершается ради благодарения за начало ночи, за успокоение от трудов, предпринятых во время дня, и ради воспоминания смерти, которая некогда должна постигнуть нас. Ночь эта есть дар Божий как для человека, так и для всех прочих тварей; и потому мы молимся, дабы Христос Бог сподобил нам прейти эту ночь без опасения от губительных, злобных, темных и мрачных духов, и избавил нас от них. Итак, вот эти седмь служб, которые у Давида называются и седмью хвалениями. Для них в церковных уставах изложен порядок и последование. Более подробное изложение этих служб будет показано при объяснении их.

§ 5. Литургия не в числе седми дневных служб

Божественная литургия не причисляется к этим седми суточным службам. Ибо эта Божественная и священнейшая жертва не из числа тех седми славословий, но жертва особенная. Она выше прочих славословий и есть как бы дело Божие, которое никто другой кроме иерея совершать не может. Все вышеизложенные седмь молений могут быть иногда совершаемы без иерея людьми мирскими, и могут совершаться вне храма, в домах. Но священная литургия совершается только в храме, и никем другим, а только иереем, получившим на это священство и власть.

Как начинаются службы мирянами

Миряне творят иное начало тем службам: они не благословляют, как это делают иереи, потому что не имеют той благодати и власти, которая составляет преимущество иерея; – но только просят Христа помиловать их молитвами отец, смиряясь пред Христом и не дерзая молиться от себя самих. Под именем же отцев они разумеют не одних только архиереев и иереев, но и лики всех святых, которых всех они называют отцами.

§ 6. Службы дневные начинаются с вечера

Суточные службы, положенные в праздники Господские, Богородичные и других святых, начинаются, как известно, не с утра, как начала дня, но с вечера накануне. Причины этому следующие: 1) В древности у иудеев исчисление дней было двоякое: одно церковное, а другое гражданское. Это ясно видно из следующих слов (Лев.23:32): субботы суббот будут вам: и смирите души ваша, от девятаго дне месяца... до вечера, субботствуйте субботы ваша; а в Лев.23:27–28 говорится: и в девятый день седьмаго месяца сего день очищения, наречен свят да будет вам: и смирите души ваша. Всякаго дела не сотворите в самый день сей. Из последних слов видно, что день очищения или воздержания, который весь должен быть свят, начинался с утра и оканчивался вечером. Это было по счислению гражданскому или народному, по которому день начинался с полуночи или с восхода солнечного. А из слов 32 стиха видно, что празднование субботы или службы церковной начинается с вечера прошедшего дня и продолжается до вечера настоящего. 2) Сверх этой ясной заповеди Господней, причина празднования дней церковных с вечера содержится в истории сотворения мира. Ибо при нем Сам Бог всегда начинал день с вечера, так как в сказании Моисея о сотворении мира вечер всегда упоминается прежде утра: и бысть вечер и бысть утро день един, вторый, третий и проч. 3) Всякую ночь приличнее относить к последующему дню, а не к прошедшему. Св. Афанасий Великий доказываете это воскресением Христовым. В послании к Антиоху на вопросы «в субботу ли иудейскую Христос воскрес? ночь эта была как бы субботняя», отвечает: «чтобы евреи не могли нам сказать, будто бы Христос воскрес в субботу, Сам Бог предупредил их, заповедав им дни субботние начинать с вечера». 4) Тот же св. Афанасий, в вопросе к тому же Антиоху, предлагает и таинственную причину того, для чего мы празднование воскресного дня, а следовательно и всех праздников, должны начинать с вечера, а не с утра. «Для чего, – вопрос, – Бог повелел нам начинать неделю (день воскресный) с субботнего вечера?» и отвечает: «так как Он призвал народы от тьмы неведения и от закона к свету благоразумия и Евангелия: то сообразно с сим повелел и воскресный день начинать с вечера, а оканчивать днем. Ибо странно и неприлично было бы дням Христа, Который есть истинный Свет, начинаться при свете, днем». 5) Почему празднование святых начинается с вечера, Симеон Солунский (в главе 300) так объясняет: «с вечерних песней начинаем хвалить святых, которые, во дни своей (земной) жизни, живя светом благодати Божией и кончивши свою жизнь как бы днем, – душами хотя находятся в неприступном свете, но тела их еще содержатся смертию, ожидая конечного, невечернего дня; они прияли обетование воскреснуть с нами, а это совершится с нашею плотию там».

§ 7. Совершаются трижды в день

Хотя все церковные суточные моления или службы, разделяемые на семь частей, должны бы были семь раз совершаться днем и ночью, каждая в свое время: но так как столь частое и отделенное одно от другого столь многими часами возношение сих песней рождает как бы уныние и леность, особенно в душах мало благоговейных; то божественнейшие отцы, движимые Божественным Духом, строго сохраняя и порядок всех славословий и отвращая предлог к лености и унынию, определили не семь раз, а только трижды совершаться тем службам в честь и славу Пресущественной Троицы. В первый раз от полуночи до утра, в течение этого времени совершаются три службы: полунощница, утреня и первый час, который хотя соединяется с утреней и не причисляется к семи хвалениям, однако есть отдельная и самостоятельная служба. Во второй раз в третий час дня (т.е. девятый утра); тогда совершаются также три службы, именно: последование третьего и шестого часов и чин изобразительных, который хотя также причисляется к семи хвалениям и поется вместе с шестым часом, но есть отдельная и самостоятельная служба. В третий раз, при конце того же дня, и тогда совершаются опять также три службы, – последование девятого часа, вечерня и повечерие. Эти три времени служб – все вместе и каждое отдельно – изображают Троицу. Посему три раза в день совершаются службы, и в каждый раз три службы, в подражание великому пророку Даниилу, который всякий день молился три раза. Сверх того, совершая по три службы в каждые три раза мы подражаем девяти чинам ангельским, которых числом трижды три и которые немолчно воспевают Бога в Троице.

§ 8. Литургия от одного священника совершается только однажды в день, и другие литургии на том же престоле в этот день не совершаются

Наконец, если кто спросит: можно ли одному священнику в один день совершать две или три литургии, одну после другой? Отвечаем: нельзя. Литургию одну только в день может совершить священник. Ибо Христос принес за нас Себя, как жертву, однажды, и умер на кресте только раз. Равным образом на одном престоле и в один и тот же день не могут совершать многих литургий и разные священники один после другого, имея в виду, что Христос однажды только умер и однажды пострадал.

КОНЕЦ ПЕРВОЙ ЧАСТИ


 ОглавлениеЧасть 1Часть 2