митрополит Вениамин (Пушкарь)

Глава XX. Всеобщее Ожидание Спасителя

Иудейские рассеяния

Вавилонский плен, кроме того, что он послужил духовному возрождению евреев, имел еще и другое, более важное и глубокое значение для всего человечества. До него избранный народ жил более или менее отчужденно от остального мира, и свет истинной религии лишь изредка проникал за пределы земли обетованной. Теперь же, с приближением мессианских времен свет этот должен был ярко засиять для всех, «живущих во тьме и тени смертной», т.е. для всех языческих народов, погрязших во тьме идолопоклонства. И этому великому делу оказали содействие те грозные ассиро-вавилонские завоеватели, которые, сами не сознавая того, послужили могущественным орудием промышления Божия.

Переселяя цвет избранного народа в свою страну, бывшую центром языческой религии и языческого просвещения, они вместе с тем переселяли к себе миссионеров и проповедников истинной религии, которая постепенно рассеивала тьму языческих заблуждений. Влияние это сказалось отчасти уже на самих царях-завоевателях, как это видно из примеров Навуходоносора и Кира, а затем оно распространилось все шире и действовало все глубже. С этого времени иудейский народ сделался как бы народом всемирным.

Сначала иудеи рассеяния представляли три больших ветви: иудеев вавилонских, сирийских и египетских. Но затем завоевания греков и римлян значительно расширили области иудейского рассеяния. Их теперь можно было встретить в Малой Азии, Греции, Риме, Испании, по берегам Северной Африки. Одним словом, иудеи после плена вавилонского рассеялись по всему древнему миру, так что римский географ Страбон не без основания говорит, что «едва ли можно найти на земле такое место, где бы не было этого племени и которым бы оно не владело». А иудейский писатель Филон к этому свидетельству добавляет: «Иудеи, не как другие народы, запертые в границах своей страны; они обитают почти по всему миру и расселились почти по всем материкам и островам».

Рассеиваясь по всему миру, евреи не затерялись между иноплеменными и чужеземными народами, но продолжали составлять один народ, связанный между собой неразрывными узами. Правда, они забыли свой язык, но общая вера в живого Бога соединяла их воедино и предохраняла от ассимиляции с другими народами. Где бы только ни жили иудеи, там они строили синагоги и каждую субботу собирались туда для слушания Закона Моисеева. Но одним из самых сильных средств поддержания единства между иудейским миром было его постоянное сношение с Иерусалимом, как общим центром всего иудейства.

Эта национальная исключительность и взаимная сплоченность иудеев рано стала возбуждать подозрение и вражду в языческих народах, и это неприязненное чувство еще более усилилось, когда евреи явились сильными соперниками в торговых делах и захватывали в свои руки всю промышленность той или другой страны. Но, несмотря на враждебное отношение языческого мира к евреям, влияние их на этот мир не отрицали сами язычники, и оно усиливалось с каждым годом. Этому содействовало самое состояние языческого мира.

Состояние языческого мира

Перед пришествием Спасителя языческий мир клонился к упадку и разложению. Великие монархии востока – Египетская, Вавилонская и Персидская – все поочередно господствовали и исчезали. Александр Македонский пытался возродить их на почве греческой культуры, но созданная им монархия не пережила своего основателя и после его смерти распалась на несколько отдельных частей, которые легко сделались добычей Рима, – «железного царства», ставшего властелином всего мира.

Римские орлы победоносно пронеслись от берегов Евфрата на востоке до столбов Геркулеса на западе, и от берегов Северной Африки на юге до Британских островов на севере. Великолепные военные дороги соединяли между собой самые отдаленные страны, а римское управление и общераспространенный греческий язык сблизили между собой народы всего цивилизованного мира. Началось изумительное круговращение в области религии, литературы, искусства и промышленности, какого еще не видно было в истории человечества. Рим – столица мира, собирал все лучшее в тогдашнем мире, чтобы потом распространять во все страны своеобразную римскую цивилизацию. Это необычайное взаимообщение народов имело влияние на религиозно-нравственное состояние языческого мира. В Риме пришли в столкновение между собой всевозможные языческие культы, и их бесконечное разнообразие по необходимости должно было привести к убеждению, что языческие боги являются произведением самих же народов и не в состоянии удовлетворять присущей человеку потребности в истинной религии. Сильнее всего это сказалось на самих римлянах, вера которых в своих богов уже раньше была подорвана распространением греческих философских сочинений, прямо издевавшихся над олимпийскими богами как над измышлениями человеческого разума. Но так как человек не может быть без религии, то началось томительное искание истинного Бога, в поисках Которого были перебраны все известные тогда религии и культы, и чем таинственнее был культ, тем больше имел он приверженцев.

В это время многие стали обращать внимание и на таинственного Бога Иегову, о Котором проповедовали евреи. Иудеи утоляли жажду ищущих правду язычников и обращали их в иудейство. Язычников, которые принимали иудейскую религию, называли прозелитами. Прозелиты разделялись на два класса: пришельцев врат и пришельцев правды, отличавшихся между собой степенью принятия иудейства. Для первых достаточно было общей веры в Иегову с принятием «Новых законов», а от вторых требовалось полное подчинение всем постановлениям Закона Моисеева.

Обращению в иудейство сильно способствовало и нравственное падение языческого мира, как неизбежное следствие падения религиозного. Не видя никакой отрады в настоящем и потеряв всякую веру в будущее, люди задыхались от духовной пустоты и искали себе исхода в безумных оргиях наслаждений или же в самоубийстве, которое сделалось самым обычным явлением. Удрученный печальной действительностью древнеримский философ Сенека считал самоубийство лучшим способом избавления от невыносимого положения. Но инстинкт самосохранения противодействовал принятию такого ужасного способа, и потому, естественно, большинство искало другого исхода и находило его в присущей человеческому сердцу надежде на лучшее будущее.

Лучшие язычники стали надеяться, что откуда-нибудь должно прийти спасение, если не от людей, то свыше. И надежда эта как раз совпала с тем ожиданием Избавителя мира, которое все сильнее нарастало в иудейском мире и все шире распространялось через иудеев среди языческих народов. По свидетельству римских историков Светония и Тацита, в то время между римлянами ходила широко распространенная молва, что на востоке скоро появится могущественный царь, который покорит весь мир. А римский поэт Вергилий в своей знаменитой четвертой эклоге воспевал младенца, который должен был восстановить золотой век. Младенец этот должен снизойти с неба, и на земле водворится мир. Щедро он будет изливать свои дары; стада не будут бояться львов, ярмо снимется с шеи пашущего вола, и земледелец уже не будет работать в поте лица своего. Это славное мечтание римского поэта, несомненно, было отголоском знаменитого пророчества Исаии о том, что родится младенец, Которому нарекут имя: «Чудный, Советник, Бог крепкий, Отец вечности, Князь мира», и «тогда волк будет жить вместе с козленком» (Ис. 9:6; 11:6).

Но особенно сильного напряжения достигло ожидание Мессии в иудейском народе. Древние предсказания пророков сделались предметом самого тщательного изучения и толкования. Самой любимой книгой у евреев была книга пророка Даниила с ее точными определениями времени пришествия Мессии. Ожидание Мессии в Иудее до такой степени было живо, что сами правители еврейского народа во времена Маккавеев принимали власть лишь условно, «доколе восстанет Пророк верный» (1Мак. 14:41). При появлении всякого выдающегося проповедника или пророка все невольно спрашивали, не он ли Христос. Многие при этом не ясно представляли себе, в каком виде явится Христос, и хотели видеть в Нем всемирного завоевателя, который покорит иудеям весь мир и создаст на земле вечное еврейское царство. Но более духовные люди ожидали в Нем истинного Мессию, Который искупит человека от рабства греху, водворит мир в возмущенной душе, призовет к Себе всех страждущих и обремененных и создаст вечное Божие Царство на земле.

И истинный Мессия пришел наконец, и в ночь пришествия Его небеса над Вифлеемом огласились радостной песнью ангелов, возвещающих наступление новой эры в истории человечества: «Слава в вышних Богу, и на земле мир, в человеках благоволение!» (Лк. 2:14).


Источник: Священная Библейская история / митрополит Вениамин (Пушкарь). - [7-е изд.]. - Санкт-Петербург ; Владивосток: Изд.: Владивостокская епархия РПЦ, 2015. - 736 с. / Ч. 1. Ветхий Завет. 7-328 с. ISBN 5-7444-1167-4

Комментарии для сайта Cackle