епископ Виссарион (Нечаев)

Новопреставленный протопресвитер Mоск. Успенского собора, Михаил Измайлович Богословский († 15 января 1884)

Надгробное поучение97.

Аще кто назидает на основании сем, злато, серебро, камение честное, дрова, сено, тростие (солому), коегождо дело явлено будет, день бо явит. Зане огнем открывается, и когождо дело, яковоже есть, огнь искусит. (1Кор. 3:12–13).

Коринфская церковь, в послании к которой содержатся сии слова, основана была апостолом Павлом. По отбытии его из Коринфа явились здесь учители не одинакового достоинства. Одни из них, например Аполлос, были достойными продолжателями дела Павлова: насаждённое Павлом семя истины Аполлос поливал и своими трудами, споспешествовал утверждению её в умах и сердцах. Он и ему подобные благоустрояли Коринфскую церковь на положенном проповедью Павла основании, которое есть Христос и Его Евангелие, – безукоризненно и правильно, в духе Павла. О других же учителях нельзя было сказать это. Не видно, чтобы они проповедовали еретическое учение, искажали догматы веры. Не видно также, чтобы они преподавали несогласные с евангельским учением правила нравственности. Ни в том, ни в другом не упрекает их Павел; но он даёт видеть, что в изложении христианского учения они давали слишком много места соображениям человеческой мудрости и пускались в изысканное красноречие. В их речах не было той простоты и прямоты веры, которою дышала проповедь Павла. Он боялся мудростью слова, отвлечённостью суждений, силою красноречия упразднить Крест Христов (1Кор. 1:17), т. е. ослабить учение о спасении мира Крестными страданиями и смертью Христа. Напротив, они изо всех сил бились блеснуть своею мудростью и красноречием и достигали того, что слушатели, увлекаемые их мудрованием и красноречием, о достоинстве предлагаемого им учения судили по личности учителей. Последние удовлетворяли свойственной греческому духу пытливости и пристрастию к красному слову. В их речах незаметно было отступления от евангельской истины, но вместе не было ничего такого, что могло бы укреплять и совершенствовать веру христиан. Речи их были благовидны, но легковесы и бесплодны. Это были сухие дрова, солома и сено, – вещества удобовозгораемые и быстро обращающиеся в пепел. Такими эти речи являлись пред судом строгой христианской истины; но ещё яснее должна обличиться их несостоятельность на суде Божием, в жизни загробной. Этот суд поистине есть огненное испытание и тогда откроется, кто из учителей веры на основании Христовом полагал золото, серебро и драгоценные камни, и кто дрова, сено и солому, т. е. чьё учение имело великую цену пред Богом, и чьё не имело никакой цены, хотя блеском своим увлекало слушателей. Сено и солома не выдержат огненного испытания правды Божией. На суде Божием не только окажутся несостоятельными человеческие мудрования и человеческое красноречие, их непригодность в деле веры, но вместе обнаружатся тайные сердечные побуждения, руководившие мудрователями и краснобаями. Люди, услаждавшиеся их речами, могли не замечать в них славолюбия и тщеславия, могли не догадываться, что они проповедуют о Христе не для славы Его имени, а собственно для прославления себя, для того, чтобы все говорили о их глубокомыслии и о силе их слова. Но на суде Божием все это будет обличено и посрамлено.

Так строг будет на том свете суд правды Божией против мудрости и красноречия, не враждебных Христовой истин, а только не проникнутых духом смирения и заземляющих её хитросплетениями, в сущности, легковесными и бесплодными. Что же сказать о человеческих мудрованиях, искажающих в основании Христову истину и под видом христианского учения распространяющих мнения, ничего не имеющие общего с духом христианства? В наше время эти нечестивые мудрования распространяются не только посредством мнимоучёных исследований, но также посредством художественных произведений слова, в привлекательном образе вливающих в души сладкий, но смертоносный яд. И пусть бы эти мудрователи писали и говорили, не вмешивая имя Христово в своё лжеучение, – нет, они уверяют, что утверждаются на основании Христовом, имеют на своей стороне Евангелие. И чего-чего не оправдывают во имя Христа! Социалисты самого Христа дерзают называть социалистом. Разрушая основы жизни семейной, общественной, церковной, они ссылаются на христианское учение о любви, о свободе, которое толкуют возмутительно-превратным образом. Догматы об искуплении, о Богочеловечестве Христа ниспровергают, – и однакож называют себя христианами. Легкомысленные с подобострастием внимают им и превозносят их, как обновителей человечества. И они действительно мнят себя обновителями и величайшими благодетелями человеческого рода. Но горе им! Благосклонность к ним людского мнения кружит им голову, они торжествуют и ликуют, но надолго ли? Наступит и для них день, когда огонь правды Божией искусить их сатанинское дело, и если пред этим огнём не устоит учение человеческой мудрости, только затемняющее примесью неосновательных мудрований Христову истину, но не искажающее её, то не грозит ли несравненно строжайшее осуждение учению противохристианскому и еретическому вместе с распространителями его?

От этого неприглядного зрелища обратимся теперь к светлой картине, которую представляет нам образ почившего служителя Христовой Церкви, протопресвитера Михаила. Мы затем и указали на мрачные явления, чтобы чрез противоположность им ярче засиял пред нами этот образ, виднее были привлекательные черты его. Почивший служитель Церкви известен заслугами в круге деятельности начальственной, общественной, педагогической, пастырской, духовно-литературной. За два года перед сим празднуем быль пятидесятилетний юбилей его служения Церкви и Отечеству. Тогда суд человеческий весьма сочувственно и благосклонно оценил его достоинства, его дела на разнообразных поприщах его служения. Теперь ему надлежит предстать на суд Божий; очи Господни, тьмами тем светлейшие, найдут ли в его служении и жизни то, перед чем с уважением и любовью преклонялось людское мнение? Мы лишены возможности ответить на это решительно: да или нет. Мы можем только с упованием на милость Божию умолять праведного Судию, да не внидет в суд с рабом своим (ибо кто устоит на сем суде?). К счастью, мы имеем не мало причин думать, что наше упование основательно и не будет посрамлено. По общему отзыву, частная жизнь почившего была в высшей степени неукоризненна, а служебная деятельность добросовестна. Но для нас особенное значение имеет его духовнопросветительная деятельность. Она была не только безупречна, но поистине многоценна, поистине представляла подобие золота, серебра и драгоценных камней. Как православный богослов, он неуклонно следовал руководству слова Божия и Святой Церкви во всех своих духовно-литературных произведениях. Наглядным доказательством сего служит, между прочим, его Библейская история. Мудрость человеческая, какою в обилии обладал почивший, не только не вознеслась здесь на разум Божий, но вся пошла на то, чтобы изложить библейские события языком близким к библейскому. В ней вы не найдёте ни малейшего следа произвольных мудрований человеческих, в ней всё проникнуто духом слова Божия, новозаветного и ветхозаветного. А словеса Господни честнее злата и камней многоценных. По всей справедливости этот труд его заслужил ему высшую учёную степень. Не мало оставил он других духовно-литературных произведений, но и в них дышит тот же дух и вместе дух строго-церковный. Но может-быть почивший заявлял себя таковым только в своих писаниях? – Нет, присутствие строго-церковного духа давало себя знать во всей жизни почившего. Он известен, как человек непреклонного правдолюбия, которое не раз вводило его в столкновение с людьми. Не всем нравилось в нём слово правды; но он не стеснялся этим, чужд был человекоугодия, рассуждая: «правда груба, да Богу люба». Откуда же в нём проистекала эта любовь к правде, любовь бесстрашная и не безопасная? Без сомнения, от любви к слову Божию, которое есть слово истины, и к Святой Церкви, которая есть столп и утверждение истины. Как служитель слова Божия и Св. Церкви, он ревновал по истине и правде ревностью пророческою. Правда была для него дороже всего на свете. К счастью, терпя за неё неприятности от одних, он утешаем был сочувствием к нему других. Это сочувствие трогательно выразилось на его юбилее. Присутствовавшие на сем юбилее, его бывшие ученики, со слезами вспоминали его одушевлённые правдою и доброжелательством отношения к ним в школе.

Итак, да будет благословенна память почившего служителя Христова и ревнителя правды. Помолимся, да возложен будет на главу его венец правды на Небесах в награду за то, что на основании Христовой истины он полагал не сено и солому, а золото, серебро и многоценные камни, – не произвольные мудрования, а непреложное учение Веры и Церкви.

* * *

97

Предположено было к произнесению при отпевании его, но не было произнесено для того, чтобы не увеличить утомления присутствовавших.


Источник: Виссарион (Нечаев), еп. Духовная пища. Сб. для религиозного чтения. М. 1891

Комментарии для сайта Cackle