Азбука веры Православная библиотека Жития святых Житие святителя Арсения, епископа Тверского


Житие святителя Арсения, епископа Тверского

Содержание

Тропарь  

 

(Память его 2-го марта)

Велико было значение для Руси славной обители Киево-Печерской. Здесь находили приют и руководство все, стремившиеся к подвижнической жизни для спасения души своей; здесь приготовлялись лица для занятий высших степеней церковного управления; здесь воспитывались ревнители веры и благочестия, шедшие проповедовать слово Божие в странах неверных. Постриженники Святой Лавры в течение целых веков разносили свет веры и благочестия по всем пределам нашей Отчизны. В числе таковых питомцев Печерской Лавры не последнее место занимает святитель Арсений, епископ Тверской, благоговейно чтимый всей Церковью Русской и признаваемый особенным покровителем своего родного Тверского края.

Святой Арсений жил в конце XIV и в начале XV века. По древнейшим преданиям, существующим в области его пастырской деятельности и опирающимся на старинные жития этого Святителя, Святитель родился в первой половине XIV века в г. Твери1. Родители его были люди благочестивые, богатые и знатные. Они долго были бездетны и испросили себе у Бога сына только усердной молитвой. С особенным старанием заботились родители о воспитании и обучении единственного своего сына, а последний, отличаясь прекрасными умственными способностями, а также кротостью и незлобием, оказался весьма успешен в учении и «возрастал в любви у Бога и у человеков». Обучение и воспитание юношества в те далёкие времена носило строго церковный характер; поэтому немудрено предположить, что благочестивый и усердный отрок с юных лет усвоил себе знание слова Божия, а особенно жития святых. Как из этих источников, так и из наблюдений над современной жизнью св. Арсений должен был прийти к сознанию, что жизнь в «мире» со всеми непрочными удовольствиями его, по изречению библейского мудреца, есть «суета сует». Надобно припомнить время, когда рос и подготовлялся к подвигам духовным св. Арсений. Он родился, когда вымирали последние старики, родившиеся около времени татарского разгрома Русской земли; но впечатление пережитого тогда всеми русскими людьми ужаса постоянно подновлялось многократными местными нападениями татар. Стремление покидать мир усиливалось от части и от того, что в мирском обществе зарождалось в это время сознание необходимости приподнять и укрепить свои нравственные силы, приниженные вековым порабощением и унынием. – Люди с особенно чуткой совестью, к числу которых принадлежал, конечно, и св. Арсений, видевшие в тяжёлых испытаниях, ниспосланных на Родину, наказание за грехи мира, спешили удалиться от этого мира в монастыри и непроходимые леса, чтобы там постом, пламенной молитвой и строгой жизнью искупить и свои грехи, и грехи того же мира.

Вот почему оставшись после родителей наследником большого имения, св. Арсений недолго думал и о том, какой выбрать ему теперь род жизни. Душа влекла его к подвигам монашества, а оставшееся имение было препятствием к достижению этой цели. И вот он начинает раздавать имение нищим, принимает странников, помогает вдовицам; в то же время, полагая начало к строгому монашескому житию, св. Арсений почти всё время проводит в посте и молитвах.

Когда большая часть отцовского наследства была таким образом потрачена, св. Арсений, несмотря на уговоры и даже насмешки своих родных и знакомых, отпустил на волю своих слуг, наделив их из оставшегося имения. Размышляя затем, какую обитель выбрать ему для пострижения в монашество, св. Арсений усердно молил Бога, чтобы сам он, всеведущий, указал ему верный путь спасения. По молитвам Святого, Бог послал ему требуемое указание: однажды ночью св. Арсений услышал голос, повелевающий ему идти в обитель Пресвятой Богородицы Печерской. Ночью, тайно от всех ближних, удалился святой из родного города, не думая уже возвращаться в него, и отправился в Киев. Вероятно, и раньше слышал Арсений о Киеве-Печерском монастыре и о строгом подвижничестве, в нём процветавшем; тем радостнее было для него, следуя указанию свыше, совершать неблизкий путь к «матери городов русских». Но вот он уже и в Киеве, у ворот Святой обители. Здесь со слезами припал он к стопам настоятеля, умоляя принять его в число братии. Напрасно указывал настоятель молодому пришельцу на трудности монашеских подвигов, – св. Арсений уверял, что ради них-то он и предпринял тяжёлый путь в Киев. Тогда он был принят в монастырь и облечён в иноческий чин. Много образцов истинного монашеского подвижничества, много примеров непоколебимой веры в Бога, безропотного послушания, строгого воздержания представляла тогда св. Арсению обитель Киево-Печерская, и блаженный с первых же дней монашеской жизни стал усердным ревнителем окружающих подвижников. По правилам Печерской обители на каждого из новых послушников возлагались различные монастырские послушания; с терпением и великой любовью трудился св. Арсений над исполнением этих послушаний, служа Господу кроме того постом, всенощным бдением и молитвой.

Такие труды и подвиги обратили на себя внимание не только монастырской братии, но и управлявшего в то же время Киевской митрополией, святителя Киприана. Последний поставил св. Арсения в свои архидиаконы и сделав его ближайшим сотрудником в занятиях делами митрополии. Но Промысл Божий звал Блаженного к иному высшему служению Церкви. – Обстоятельства Русской Церкви сложились тогда так, что митрополит Киприан приглашён был великим князем Василием Дмитриевичем занять кафедру Всероссийской митрополии. В начале марта 1390 г. Киприан прибыл из Киева в Москву, а с ним вместе и любимый его архидиакон св. Арсений. Как человеку сведущему и богобоязненному, митрополит поручил ему заведование письменными делами митрополии. Вскоре по прибытии в Москву митрополиту Киприану нужно было отправиться в Тверь по приглашению Тверского князя Михаила Александровича, который в недолгое ещё пребывание митрополита в Москве неоднократно обращался к нему с жалобами на своего местного архиерея Евфимия Вислена. Современные летописные известия не дают возможности с совершенной определённостью выяснить причину вражды между Тверским князем и Тверским епископом. Вероятно, вражда возникла и разгорелась от властолюбивого, не терпящего противоречий, нрава великого князя и от неблагоразумной неуступчивости епископа. Великий князь Тверской был властолюбив; «сердце его было яко сердце льва», – говорит о нём местный летописец. Он вёл почти непрестанные войны с Москвой, употреблял все способы утвердить за собой первенство и престол великокняжеский и между тем притеснял своих удельных князей. Неудивительно, если и от епископа требовал он покорности и уступчивости безусловной, а Евфимий сам был характера настойчивого. Он, по свидетельству древнего жития св. Арсения, «был человек высокоумный, никого не считал выше себя и любил вмешиваться в мирские дела». Ссора епископа с князем привела в конце концов к тому, что епископ самовольно оставил кафедру и удалился в один монастырь. В другое время дело это без замедления могло бы быть решено судом митрополита, но никогда управление Церковью Русской не подвергалось таким нестроениям, как в это время. Благодаря этим нестроениям, некоторое время на Руси было сразу трое всероссийских митрополитов, и между теми ни один из них не управлял делами митрополии, пока порядок церковный не укрепился с призванием в Москву митрополита Киприана. Целые 3 года прошли так, пока устроились дела церковные; а между тем Евфимий жил в монастыре; паства тверская не имела пастыря; вражда всё кипела между князем и епископом. Первым делом митрополита Киприана, по занятии им митрополии всероссийской, было разобрать эту распрю между князем Тверским и его епископом. Митрополит Киприан поехал в Тверь, захватив двух митрополитов греческих, приехавших в Россию за милостыней, и двух епископов русских из которых один был Стефан Пермский, равноапостольный просветитель зырян и пермяков. Среди собора этих святителей вместе со многими архимандритами и игуменами находился и любимый архидиакон митрополита св. Арсений. Первосвятителю и его спутникам сделана была самая торжественная встреча. На четвёртый день по прибытию митрополита начался суд над Евфимием. После многих тщетных попыток примирить его с князем, митрополит Киприан лишил Евфимия епископского престола, выслав его в московский Чудов монастырь. Предстояло избрать нового архипастыря тверской пастве. Тогда и великий князь Тверской, и собор тверского духовенства, и граждане Твери стали просить митрополита Киприана поставить им епископом архидиакона Арсения. Такое единодушное желание видеть своим пастырем скромного митрополичьего архидиакона можно объяснить только воспоминанием о непорочной и праведной жизни Блаженного ещё в бытность его в Твери. Весьма возможно, что присоединилась к этому и уверенность в приобретении тверской епархией особенного расположения митрополита с назначением на епископскую кафедру его любимца. Митрополит, сам прекрасно зная высоко честные убеждения Арсения и его религиозность, охотно согласился на прошение Тверского князя и тверских граждан, тем более, что тверская паства имела особую нужду в добром пастыре. Но когда Арсению объявили волю митрополита, князя и народа, он ужаснулся и отвечал с кротостью и смирением, что он грешный человек и не считает себя достойным принять столь высокий сан; не в силах он поднять и нести трудное архипастырское бремя; он желал бы только оплакивать собственные грехи, его заветное желание вернуться в Киево-Печерскую обитель и провести остаток дней у гроба преподобных основателей её. Долго отрекался блаженный от епископского сана, ссылаясь на своё недостоинство, и на смуты, обуревавшие тверскую паству, для которой предлагал он избрать искуснейшего пастыря. Но все причины, выставляемые Арсением, не были признаны достойными митрополитом; он желал исполнить общую просьбу тверитян. Тогда Арсений с великим трудом склонен был к повиновению и то, после того, как митрополит пригрозил отдать его церковному суду за сопротивление власти соборной и княжеской. – 15 августа 1931 года Арсений был рукоположен в епископа Тверского. При хиротонии его принимали участие, кроме митрополита Киприана, два греческих митрополита, судившие Евфимия, Михаил, епископ Смоленский, святой Стефан, епископ Пермский, епископ Даниил Звенигородский и Еремий, епископ Рязанский. – Новый епископ, тотчас же во вступлении на свою кафедру, обратил внимание на благочестие и религиозное развитие народа по всей Тверской области; главным же средством для этого он считал пример собственной жизни. Кротость и смирение, удаление от мирских волнений, строгие труды подвижничества, любовь к нищим и всецелое посвящение себя пастырским обязанностям, – всё это особенно должно было привлекать к новому пастырю тверитян и Тверского князя. Сердечно любя и глубоко сознавая спасительную силу иноческого жития, святитель создал близ Твери деревянную церковь во имя Антония и Феодосия Печерских, устроил братскии келии, собрал монашествующих, поставил над ними игумена и положил таким образом начало Желтикову монастырю. Через 10 лет святой епископ заложил здесь каменную церковь в честь Успения Божьей Матери и освятил оную в 1405 году. Принужденный оставить заветную мечту свою – провести дни свои в любимой обители Киево-Печерской, Святитель желал, конечно, иметь близ себя воспоминание о месте, где протекли первые годы его подвижничества. Часто ходил сюда Святитель Арсений для уединения молитвенного богомыслия. Местное предание говорит, что у святого Арсения была здесь особая пещера, им самим выкопанная, в которую он и удалялся; это предание согласно и с характером Святителя и с характером Киево-Печерского подвижничества. Для постоянного же памятования о смерти Святитель собственными руками устроил из белого камня гроб, который и имел в своей келии. В назидание братии новосозданной обители Желтиковской святой Арсений велел списать (печать в то время была ещё неизвестна) Патерик Печерский, или сборник сказаний о жизни и подвигах иноков, трудившихся и прославленных в монастыре Киево-Печерском. Этот сборник давал и монашествующим, и мирянам высокие образцы жизни строго-подвижнической, святой и богоугодной. Кроме обители Желтиковской, Святитель устроил не в далёком же расстоянии от Твери ещё обитель Сретенскую, где начал свои подвиги преподобный Савва Вишерский, где подвизались впоследствии преподобные Савва и Варсонофий Тверские, – и обитель Савватьевскую, получившую своё наименование от подвизавшегося здесь преподобного Савватия Тверского. Во всех этих монастырях Святитель старался водворить дух подвижничества и уединенного отшельничества. Много заботился св. Арсений и о построении храмов Божиих, как в самой Твери, так и в окрестностях её; но ещё больше, конечно, прилагал он старания, чтобы в сердцах вверенной ему Богом паствы создать храмы Духа Святого. Это особенно было трудно, потому что Тверь и область Тверская переживала в это время тяжёлое положение и в политическом, и в экономическом, и в нравственном отношении. Тяжёлое татарское иго, постоянная борьба с соседними Москвой и Новгородом должны были содействовать общему огрубению нравов; падение же среди этих тяжёлых обстоятельств торговли влекло за собой и материальное обеднение прежде богатого города. Наконец, церковные нестроения, о которых речь была выше, продолжительное отсутствие архипастыря должно было содействовать бесследному исчезновению того, что раньше было посеяно в сердцах тверитян доброго. Святитель Арсений всеми доступными ему средствами боролся с падением нравов, которое он замечал вокруг себя. Располагая собственным примером к страданию и делам любви и благотворения, св. Арсений оказывал всем, кому мог, помощь вещественную. Его собственные средства не могли быть значительными; потому он часто входил даже в долги к частным лицам, чтобы оказать помощь другим, ради того же приходилось ему брать заимообразно и церковные суммы. Но если и при всем том, не удавалось Святителю покрыть материальные недостатки других, он восполнял скудность своей вещественной помощи своей приветливостью и ангельской ласковостью. В заботах о других Святитель забывал самого себя.

Подобным же образом боролся Святитель и с нищетой нравственной, как личным примером своей веры и своего жития, так и постоянной проповедью слова Божьего. Неопустительно совершал он богослужение, сопровождая его постоянно пастырскими наставлениями. И слово его было сильно и действенно. В древнем жизнеописании Святителя находим свидетельство, что он «приняв в десницу меч слова Божьего, выходил подобно храброму воину против врагов, побеждал их и прогонял до той поры, пока окончательно не утвердил православную веру своим учением, пока не возрастил благочестие и не укоренил в сердца любовь Божью».

Каковы были результаты пастырской деятельности свят. Арсения, всего лучше можно видеть на примере великого князя Тверского Михаила Александровича. Летописные сказания сохранили до нас рассказ о христианской мирной и высокопоучительной кончине этого князя, который раньше, по характеристике той же летописи, «был муж страшен и имел сердце льва», постоянно вёл войны и с Москвой, и с удельными князьями, не терпел ни от кого противоречий и из-за них, как мы видели, рассорился даже с предшественником св. Арсения – епископом Евфимеем. Мы приведём вкратце этот рассказ летописи, как лучшее свидетельство действенности проповеди свят. Арсения.

Летом 1399 года Михаил Александрович сильно расхворался и почувствовал, что уже близок конец его мятежного жития. Как раз в это время прибыли из Константинополя тверские посланцы, отправленные два года тому назад великим князем с милостыней для храма св. Софии. Посланцы везли князю патриаршие дары: мощи свв. угодников, св. миро и икону Страшного суда. Сведав об этих дарах, великий князь провёл всю ночь в молитве и решил принять иноческий чин. Когда наступило утро, пришли бояре для обычного совета с князем о делах правления, но князь их не принял, а послал за свят. Арсением, которому и сообщил о своём решении отказаться от княжения, от мира и принять пострижение. Между тем, икону и другие дары патриарха с торжеством внесли в город; князь, несмотря на свою болезненную слабость, встречал св. икону и мощи у ближайшей ко дворцу церкви. Затем князь устроил пир, на который, кроме Святителя и духовенства городского, пригласил нищих, убогих, хромых, слепых. Сам князь подавал всем гостям чашу вина и прощался со всеми. Затем он простился с детьми, боярами и слугами, заповедуя всем любовь и мир, пошел после того в собор, указал место для своей могилы, с паперти соборной простился со всем народом и, не возвращаясь уже во дворец, прошёл в ближайший монастырь св. Афанасия. Св. Епископ Арсений облёк его здесь в иноческий образ; через несколько дней великий князь принял пострижение в схиму и скончался. Такой поворот в жизни и характере Тверского князя можно объяснить вернее всего благодатным влиянием свят. Арсения.

Старался Святитель воздействовать и на приемников Михаила Александровича Тверского. В это время происходили постоянные усобицы между князьями; имели они, к несчастью, место и в Тверской области: великий князь Тверской вёл войну со своим удельным Кашинским князем. Кровь граждан лилась рекой; пользуясь внутренними неурядицами, в дела Тверские вмешивались соседи: Литва, Великий Новгород и Москва; княжество Тверское терпело от этих вмешательств великий ущерб. Свят. Арсений, по долгу пастырскому и по личному сочувствию своему к миру общему, вмешивался неоднократно в эти усобицы и страхом суда Божьего прекращал братскую вражду. В этих деяниях нельзя не признать великой услуги его княжеству Тверскому, Церкви и всему народу.

Митрополит Киприан, видя великую ревность к пастырскому служению своего прежнего любимца, ещё больше начинал любить и уважать его. Свидетельством этого служит троекратный вызов святителя Арсения в Москву для соборных совещаний.

Наконец, приспело время и блаженной кончины Святителя. В феврале месяце 1409 года свят. Арсений сильно разболелся. Разумея приближения своего исхода от временной жизни к жизни вечной, Святитель пригласил великого князя Тверского, желтиковского игумена, городское духовенство, некоторых бояр и граждан Тверских, простился со всеми, дав последнее наставление присутствующих, затем исповедался, елеопомазался и причастился св. Таин. Скончался Святитель ночью на 2-е марта после краткой молитвы. Тело его было положено в каменный гроб, им самим изготовленный, отпето в кафедральном соборе, затем на руках священников отнесено в Желтиковскую обитель, где и похоронено.

В 1483 г., следовательно, через 74 года после блаженной кончины святителя Арсения, мощи его обретены были нетленными, тогда же написана была его икона, составлена служба, и началось местное чествование Святителя. Повсеместное же чествование его утверждено было на соборе Святителей, бывшем в Москве в 1547 г. Нетленные мощи св. Арсения почивают ныне открыто в главном Успенском соборе основанной им Желтиковской обители, источая с верой притекающим к ним обильные исцеления. Из множества их приведём следующие три.

Самое поразительное чудо произошло в 1556 г. над Тверским рыбаком Терентием. Он был опасно болен, и родители его, имея веру в силу молитв свят. Арсения, повезли своего больного сына в Желтиковскую обитель к мощам Угодника Божия. Но едва привезли они больного в монастырь, он скончался. Умершего вынесли в соборный монастырский храм, в котором почивают мощи Святителя. Между теми вера родителей Терентия поколебалась, и они к плачу над умершим присоединили укоризны Святому, что он не внял их усердным мольбам. Не попустил Господь, чтобы так неразумно хулили Его Угодника, но по милосердию Своему поразил грешников не гневом, а дивным чудом. Во время пения молебна св. Арсению, умерший поднялся из своего гроба, славя милость Божию и Его Святителя. Родители Терентия, едва придя в себя от бывшего чуда, со слезами каялись в своём ропоте. Тверской епископ Акакий, произведя расследование этого чуда, донёс обо всём митрополиту и царю.

Не менее дивное чудо произошло 1606 г. от покрова на мощах св. Арсения. Пределы Тверские опустошали в то время польские и литовские полчища. Ворвались они и в Желтиковский монастырь, думая поживиться чем-нибудь. Но иноки заблаговременно сокрыли все монастырские сокровища, а сами ушли в город. Не найдя ничего драгоценного, поляки хотели уже оставить монастырь, но один святотатец, заметив шитый шёлком и золотом покров на мощах свят. Арсения, взял его и хотел покрыть им своего коня. Но едва святотатец сел на коня, последний опрокинулся на землю и убил до смерти своего хозяина; покров же силою Божьей поднялся вверх и повис на кресте колоколенном. Поляки поспешили оставить обитель, где их товарищ встретил такую страшную смерть.

Наконец, приведём ещё чудо, записанное под 1637 годом. Один неблагоразумный инок заснул в нетрезвом виде в церкви, где почивали мощи Святителя. Проснулся он в полночь и видит, что церковь вся освящена, а св. Арсений сидит на своём каменном гробе. В ужасе хотел инок оставить скорее церковь, но прежде Святитель сказал ему грозно: «Злосчастный! Как осмелился ты без страха, в нетрезвом виде входить в храм Божий? Иди вон!» – Монах едва выбрался из церкви через северные двери, запиравшиеся изнутри, и долго и тяжко был болен. Со слезами исповедал он братии свой грех, со слезами просил прощения у Святителя, и милосердный угодник Божий, простив инока, исцелил его и от болезни телесной, и от пьянства.

Тропарь

Благочестно пожив во Святительстве, люди просветил еси учением твоим, и о храме Пречистыя вельми подвизався, и любитель монахов быв; сего ради от Христа паствы твоей венец приял еси. Темже яко апостольского престола наместника, и Святителя великаго чтуще тя молим, чада твоя блаженне: от всех бед избави нас, яже ко Христу молитвами твоими, Святителю Христов Арсение, Отче наш.

* * *

1

Некоторые предполагают, впрочем, что св. Арсений был уроженцем южной Руси.


Источник: Москва: Типо-литография И. Ефимова, 1911. — 36 с.

Комментарии для сайта Cackle

Открыта запись на православный интернет-курс