7-е число

– Св. о. н. Амвросия, еп. медиоланского.

– Св. муч. Афинодора.

– Павла повинника.

– Пр. Иоанна постника.

– Пр. Антония сийского.

– Пр. Нила столбенского.

– (Муч. Дометия. Мучч. Исидора, Акепсимы и Льва. Пр. Игнатия, близь Влахерн лежащего. Освящение церкви Богородицы в Кураторовых. Мучч. православных, поющих в храме. Мучч, иереев двух. Мучч. иереев 60. Муч. православной жены. Мучч. Приска, Мартина, Николая. Пр. и молчальника Григория, ктитора обители Григориатской. Селигерской Владимирской иконы Божией Матери. Пр. Иоанна постника печерского).

Когда угасали на востоке два великие защитника православия во время смут арианских св. Василий и Григорий Богослов, на западе в полном блеске сияла слава знаменитого борца против угасавшего язычества и распространившегося всюду арианства. св. Амвросия медиоланского.

Амвросий родился около 340 года от отца язычника, префекта Галлии и Испании; мать и сестра его были христианками. По смерти матери, Марцеллина, сестра Амвросия, заменила её двум малолетним братьям и воспитала их с любовью и заботливостью. Они получили блестящее образование, какое тогда давалось в богатых и знатных домах. В то время особенно уважалось красноречие: оно открывало путь к высшим должностям государства; потому отец Амвросия счёл за счастливое предзнаменование событие, случившееся в младенчестве сына: однажды ребёнок заснул под деревом; вдруг рой пчёл налетел на него; пчёлы садились на лицо его, вползали в открытый ротик ребёнка и выползали, не сделав ему вреда. Отец запретил отгонять их, заключив из этого, что сын его будет сладкоречив и могуч словом, потому что пчёлы оставили мёд свой на устах его. Но отцу не пришлось дожить до славы своего сына: вскоре отец скончался. По смерти его Амвросий, брат его Сатир и сестра Марцеллина переселились из Трира в Рим, где оба брата вступили в звание адвокатов. Скоро образованность и дарования Амвросия были замечены в Медиолане, и префект Проб приблизил к себе Амвросия. Когда открылось место префекта италийских областей Лигурии, то Проб предоставил это место Амвросию, которому сказал:

– Ступай, поступай не как судья, а как епископ.

Прибыв в Медиолан, столицу своего округа, Амвросий скоро заслужил всеобщую любовь. В конце 374 года умер медиоланский епископ Авксентий арианин; надо было избрать ему преемника. В соборный храм собрались избиратели; шли горячие споры между православными и арианами относительно выбора лица. Амвросий, по званию префекта, явился в храм, чтобы смотреть за порядком; он начал приводить к миру спорящих своей кроткой и умной речью. Вдруг один младенец, находившийся у груди матери, закричал:

– Амвросий епископ!

Народ подтвердил отзыв невинности и единодушно пожелал иметь у себя епископом Амвросия. Удивлённый Амвросий стал отказываться; напомнил, что он ещё не крещён, что он не готовился к такой должности и не способен учить и назидать других. Но народ не слушал возражений, а настаивал на своём. Восклицание ребёнка казалось всем внушением свыше. Все были уверены, что Амвросий, заслуживший в звании префекта любовь и уважение всей области, будет и достойнейшим епископом. Послали просить согласия императора, что было необходимо, потому что Амвросий занимал гражданскую должность. Между тем Амвросий делал всё, чтобы отклонить от себя звание, которое страшило его; он даже раз тайно ушёл из Медиолана; но, проходив целую ночь, поутру очутился опять у ворот города. Император утвердил выбор народа, и Амвросий должен был согласиться. Он принял св. крещение, в семь дней прошёл все церковные степени и был посвящён во епископа¹⁴⁸. Он был тогда 34 лет. Епископ Амвросий раздал деньги бедным, предоставил брату управлять наследством, а сам поставил себя на степень ученика христианских учителей: читал сочинения Оригена, Василия великого, Григория Назианзина, Кирилла иерусалимского, слушал умные наставления пресвитера Симплициана. Оратор кафедры гражданской явился оратором и на церковной кафедре; и народ, любивший префекта Амвросия и восхищавшийся красноречием, ещё более слушал слова епископа Амвросия, ревновавшего об очищении церкви от плевел арианства.

Василий великий, радуясь избранию такого пастыря церкви, писал Амвросию:

– Так как ты, человек Божий, не принял и не изучал евангелия Христова от человека, но сам Господь из судей земных возвёл тебя на престол апостольский, то подвизайся подвигом добрым, исцеляй немощи твоего народа, если кого из вверенных тебе коснулся недуг арианства.

Амвросию много надобно было иметь твёрдости и любви, чтобы врачевать застарелый недуг арианства. В Медиолане жила императрица Юстина арианка; покровительствуемые ею ариане вызвали было одного низложенного арианского епископа для открытой борьбы с Амвросием, но полюбивший святителя император Грациан издал указ, которым запрещалось еретикам делать собрания и совершать богослужение. Тем не менее ариане успели, к скорби пастыря, получить для себя один из медиоланских храмов. Взамен того св. пастырь утешался обильными плодами своих проповедей о девстве, которые он говорил на втором году своего служения, и потом по просьбе своей благочестивой сестры и других выдал для общего назидания в виде книги. Беспокойства империи склонили на время дела церкви в пользу ариан Грациан, отправляясь на помощь Валенту против готфов, объявил свободу вероисповеданий, однако попросил Амвросия написать опровержение арианства. Амвросий написал обширное сочинение о вере, в котором ясно изложил доказательства единосущие Сына Божия с Отцом и основательно опроверг возражения арианские. Император, возвратясь из похода, оценил ревность и просвещение пастыря и выдал указ с строгими угрозами против еретиков; возвратил православным и храм, которым овладели было ариане.

– Один Бог знает, – писал тогда Амвросий императору, – сколько отрады приносит моей душе твоё благочестие... Ты даровал мне, чего так сильно я домогался: покой церкви; ты заградил уста отступникам истины. О, если бы так же успешно подействовал и на их сердца!

В 380 году Юстина, не достигнув цели в Медиолане, назначила в город Сирмиум арианского епископа; но Амвросий, прибыв туда, отменил назначение, и на место арианина был избран православный епископ. Вслед за тем два епископа Мизии и Дакии, низложенные за арианство, требовали у Грациана соборного суда; и на соборе аквилейском Амвросий успел, несмотря на сильные препятствия, подтвердить прежнее решение о епископах. Ариане выпросили у императора позволение иметь открытый спор с Амвросием, в назначенный день явился для прения Амвросий, но ариане не явились. В то же время, когда так успешно действовал Амвросий против арианства, он убедил благочестивого Грациана принять меры к искоренению язычества.

Одну из важнейших причин, служивших сильной опорой для языческой партии, составляли внешние, усвоенные ей прежним временем, почести и преимущества. Древнее государство, находившееся в теснейшем союзе с язычеством и пользовавшееся им, как орудием для своих политических целей, все свои учреждения старалось освятить символами и обрядами религии, и для того, чтобы поддержать влияние и значение последней, не щадило для неё никаких прав и преимуществ. От этого выигрывало государство, но ещё более языческая религия. Чуждая внутренней основы и средств для своего существования, она поддерживалась патриотическими и политическими чувствами, которые освящала собой. Хотя римское государство со времён Константина великого отреклось от этого союза и соединило свои интересы с христианством, однако следы древнего порядка оставались ещё везде: язычество по-прежнему пользовалось внешним видом государственной религии, императоры по-прежнему носили титло верховных первосвященников; вообще мнимо-государственная религия и её обряды ещё пользовались у многих большим почётом, а её служители многими правами и преимуществами. На эту-то сторону язычества направил политику Грациана св. Амвросий. Особенный предмет религиозной гордости язычников составляла статуя богини победы, находившаяся в римском сенате и превращавшая его в какое-то языческое святилище. Давно уже христианские императоры старались очистить это место от следов идолослужения. Констанций, несмотря на ропот языческих сенаторов, приказал вынести статую победы из сената, но при Юлиане она снова была возвращена туда и с того времени оставалась там неприкосновенной. Руководимый св. Амвросием, Грациан в 382 году приказал вынести вновь из сената алтарь и статую победы для того, чтобы отнят у язычников повод к суеверию и смирить их гордые чувства, поддерживавшие в них упорство в язычестве. Кроме того, он отнял у язычества все имения, которые принадлежали капищам и с которых доходы шли на содержание жрецов и на издержки жертвоприношений; наконец он уничтожил почести и преимущества языческих первосвященников и весталок. А для того, чтобы язычество, лишённое главных своих богатств, не могло впредь возвратить себе этих источников привязанности к нему его последователей, Грациан воспретил жрецам впредь принимать что-либо из недвижимого имущества. Удар был силен и должен был поколебать решительно здание язычества, потому что был направлен на самую чувствительную сторону этой религии. Язычники были сильно поражены такими распоряжениями императора: жалобой и криком их огласился Рим. Решено было послать к Грациану депутацию с целью испросить у него восстановления в сенате алтаря победы и возвращения имуществ. Сторонники язычества рассчитывали на важность своих требований, на красноречие своих ораторов, которых заклинали употребить всё своё искусство для защиты богов. В виду жалоб и деятельности языческой партии члены сената из христиан также соединились и протесту язычников противопоставили и со своей стороны протест, объявив, что, если их товарищи-язычники получат удовлетворение, то они отказываются впредь являться в присутствие сената. Этот протест был передан св. Амвросию, главному двигателю борьбы язычества с христианством, а сей передал протест императору. Руководивший Грацианом в делах веры, Амвросий посоветовал царю отказать в просьбе языческой депутации. Царь исполнил желание святителя. После, при Валентиниане II, Амвросий торжественно в императорском дворе (в Медиолане) изобличил несостоятельность дела, защищаемого язычниками.

– На что, – говорил святитель в присутствии языческой депутации, снова явившейся со своими требованиями, – жалуются они? На то, что упадают их алтари и храмы? Но щадили ли они нас, когда были сильны? Не проливали ли они без всякой пощады нашей крови? Не были ли разрушаемы наши священные здания? Они требуют привилегий, они, которые при Юлиане отказывали нам в неотъемлемом праве человека говорить и учить!..

Обращаясь к Симмаху, красноречивому и ревностному защитнику язычества, святитель говорил:

– Ты хотел бы, чтобы по-прежнему курился фимиам жертвенный в сенате, в котором бо́льшая часть членов состоит из христиан? Ты хочешь, чтобы христиане были принуждены по-прежнему дышать дымом ваших благовоний и запахом ваших жертв? Нечестие, говоришь ты, христиан привлекает на мир бедствия вместе с гневом богов? Но разве в первый раз грозят империи бедствия от варваров? Разве до христианства никогда не было в империи ни язвы, ни голода? Объясни мне ещё, отчего в этом году земля покрылась обильной жатвой?.. Послушай, Симмах: мир течёт всегда в определённом круге счастливых и несчастных событий, которые изменяют его вид, но из этого ничего не следует заключать ни в пользу, ни против религии.

Св. Амвросий изобличает также нелепость слепой привязанности к обычаям и учреждениям древним тем, что такая привязанность может задержать человека на пути совершенствования и погрузить человеческий род в состояние варварства. Восходя потом в круг предметов высших и богословских, он показывает, что христианство есть единственное спасительное учение, и что все прочие богопочтения ведут своих последователей посредством заблуждения в бездну вечной погибели. Язычники имели своих покровителей в императорском совете, и депутация могла надеяться на их заступничество. Но св. Амвросий остался победителем, депутации опять было отказано в её деле, и даже собственные представители языческой партии в совете подписали это решение. Христиане радовались и торжествовали победу св. Амвросия. Язычество пало, но оставался другой враг – арианство, с которым св. Амвросию опять пришлось вступить в борьбу.

Пользуясь покровительством правительницы империи в малолетство Валентиниана, императрицы Юстины, ариане простёрли свою дерзость до того, что не только изгоняли и заточали православных пресвитеров, но и нагло отнимали у верных церкви для своего богослужения. Так они хотели сделать и в Медиолане: пред наступлением праздника Пасхи, в 385 году, императрица Юстина потребовала у св. Амвросия одну из медиоланских церквей для празднования Пасхи со своими арианами, но получила от святителя твёрдый ответ, что епископ может строить церкви Божии, но выдавать их не может. Подстрекаемая арианами, императрица послала префекта с вторичным требованием и получила тот же ответ. Тогда ариане распорядились сами и захватили требуемую церковь православных; но народ, раздражённый таким насилием, схватил одного арианского пресвитера и готов был излить на него своё мщение. Св. Амвросия известили об этом в то время, когда он, стоя на своём месте в церкви, поучал народ. Не прерывая своего дела, святитель послал только диаконов освободить немедленно схваченного пресвитера, чтобы на совести православных не было крови. Сановники царские явились ещё раз к Амвросию в церковь и упрекали его в строптивости и противлении.

– Чего требует от меня кесарь? – отвечал им мужественный епископ, – имения моего, земель, денег? пусть возьмёт, хотя они принадлежат нищей братии, достояние же Божие не в его власти. Нужно ли тело моё? вот оно: иду с вами; руки мои готовы для оков, и сам я иду на смерть; не думайте, что окружу себя народом, или прибегну к алтарям¹⁴⁹; нет, я умру лучше за алтари.

Сановники царские, видя сильное раздражение в народе, требовали, чтобы Амвросий по крайней мере усмирил его.

– Подумайте, – отвечал им кротко святитель: – я ли виновник настоящего смятения? Если вы точно считаете меня таким, возьмите и сошлите меня в какую угодно пустыню; от меня зависит только не подстрекать народа, и я это сделаю, а усмирение его в руках Божиих.

Желая подтвердить свои слова самым делом, святитель из церкви нарочно удалился в свой дом для того, чтобы царская стража удобнее могла взять его ночью, но ариане не решились на это; тем более, что и телохранители царские объявили, что они будут сопровождать императора Валентиниана только в храм к св. Амвросию. На другой день они действительно окружили церковь, в которой учил св. Амвросий, и когда, при виде этого, смущение и страх обнаружились в собрании верных, то телохранители вошли в неё, громогласно объявляя, что они пришли молиться, а не воевать с православными. Видя всеобщее негодование в народе, ариане были принуждены возвратить верным захваченную у них церковь. Однако царские сановники, извещая об этом Амвросия, не преминули укорить его за самовластие.

– Какое? – отвечал доблестный пастырь, – я даже не выходил из церкви, я только молился, а не сражался; если же кажусь вам мятежником, что медлите поразить меня?

Посрамлённые ариане не перестали, однако, и после этого враждовать против православных. На следующий год они не только убедили императора обнародовать указ, которым отменялись постановления Грациана, но и объявить полную свободу арианам и призвать в Медиолан арианского епископа. Валентиниан приказал, кроме того, Амвросию явиться на суд свой для прения с арианским епископом. Но мудрый пастырь отказался от этого, потому что считал неприличным подвергать истины веры судебному приговору, однако послал сильное обличение против арианского исповедания. Между тем наступали опять дни светлой недели, и народ, слыша о разных покушениях ариан против жизни своего пастыря, негодовал и стерёг его день и ночь в храме. Св. Амвросий, видя бурю, готовую опять разразиться, успокаивал народ, умолял не прибегать к силе для защиты; напоминал, что молитва – единственное орудие христиан. Это было в торжественные дни страстной недели. Народ толпился в храме, где служил епископ, и с восторгом и умилением слушал его высокие поучения; иногда вооружённые воины окружали церковь, готовые вломиться в неё. Раз пришлось верным оставаться в церкви целую ночь. Такими мерами Юстина думала склонить Амвросия к уступке, но молящиеся забывали об опасности, и епископ продолжал совершать богослужение с спокойной, благоговейной торжественностью. Чтобы облегчить молящимся долгое стояние, Амвросий в это время ввёл в медиоланскую церковь антифонное пение на два лика, бывшее давно уже в употреблении на востоке. Пение его гимнов во славу Св. Троицы смягчало скорбь православных и утверждало их в св. вере. В это же время Господь открыл святителю во сне место погребения двух свв. мучеников – Гервасия и Протасия, пострадавших во время гонений. Обрели мощи святых; и чудесные исцеления, совершавшиеся при них, ещё более воспламенили ревность христиан и усилили любовь народа к епископу. Наконец гонение прекратилось, и Амвросий выразил радость христиан в торжественной церковной песни: Тебе, Бога, хвалим.

Гонение прекратилось, впрочем, только от того, что некий военачальник Максим подступал с войском к пределам Италии с целью овладеть ею и занять императорский престол. Устрашённый Валентиниан прибёг к Амвросию с просьбой предпринять посольство к Максиму. Амвросий согласился, но неохотно: ему было крайне неприятно вступать в сношения после одного его поступка, который привёл в негодование всю церковь. За несколько лет появилась в Испании ересь присциллианистов (смесь гностицизма с манахеизмом). Присциллиан, основатель лжеучения, был человек безнравственный, вёл порочную жизнь и усердно распространял своё учение, которым заразились многие в Испании и южной Галлии. Некоторые епископы обвинили его пред Максимом. Максим, желая прослыть ревнителем истинной веры, осудил на смертную казнь Присциллиана и четырёх главных его приверженцев. Это решение привело в ужас всех истинных христиан. Мартин, епископ турский, уважаемый всей Галлией за святость жизни, умолял Максима отменить жестокий приговор. Святитель представлял ему, что достаточно отлучить от церкви еретиков; но не слыханное доселе дело, чтобы гражданская власть казнила смертью во имя христианской веры за ложные убеждения. Усилия Мартина и других достойных епископов остались напрасны; в первый раз¹⁵⁰ смертная казнь во имя веры Христовой поразила еретиков. Эта первая казнь, возбудившая всеобщее негодование, послужила к усилению ереси; потому что приверженцы Присциллиана стали почитать его за мученика. Мартин турский укорял Максима за поступок, несогласный с духом христианской веры и оскорбляющий святую истину, которая не нуждается для своего торжества в помощи внешней силы. Амвросий, прибыв в Галлию, не захотел быть в общении с епископами, принявшими участие в осуждении еретиков, и высказал Максиму своё негодование.

Максим, глубоко уважавший Амвросия и во многих случаях следовавший его совету, на сей раз принял его неблагосклонно, и просьба святителя не делать нападение на Италию не была уважена: Максим двинул своё войско на Италию. Валентиниан со своей материю, Юстиной, бежал в Солунь; но Феодосий вступился за молодого императора и победил Максима, который был убит своими воинами. Феодосий утвердил на престоле Валентиниана и помогал ему советами, убеждая его держаться истинной веры. Надобно думать, что Валентиниан последовал совету, потому что не упоминается более о покровительстве арианам в его царствование. Амвросий приобретал всё более и более влияния на народ; его святая жизнь, его ревность к службе Божией прославили имя его во всём христианском мире: приходили из дальних стран, чтобы видеть его; многие неверующие обращались к Богу, услышав убедительные поучения святителя. Он написал много сочинений о христианской нравственности, объяснений на священное писание, писем и поучений; составил чин литургии и других церковных служб, стараясь как можно более сближаться с обрядами востока. Вообще Амвросий много изучал великих отцов восточных, и подражание им заметно в его сочинениях.

Он учредил несколько монастырей и сестре своей Марцеллине, инокине, посвятил несколько книг об иночестве. Об этом предмете он говорил так красноречиво и увлекательно, что некоторые матери запрещали своим дочерям слушать его проповеди, боясь, как бы он не привлёк их к подвижнической жизни. Иночество, так сильно распространённое на востоке, стало в это время развиваться и на западе. Монастыри устроились в разных местах Италии, на островах Средиземного моря, в Галлии и Испаний. Развитию подвижнической жизни сильно способствовали, кроме Амвросия: Мартин турский, Павлин нольский, Иероним стридонский и некоторые другие. Св. Амвросий скончался в 397 г.¹⁵¹

Св. Афинодор жил в царствование императора Диоклитиана; он происходил из Месопотамии сирийской и был монахом. За исповедание Христа он был предан правителем Елевсием на мучение. Афинодора сначала растянули между двумя столбами, палили всё тело свечами, клали на раскалённую медную доску; потом посадили внутрь раскалённого медного быка. Но все эти мучения святой перенёс с твёрдостью, чем и обратил многих в христианство. За это правитель приказал наконец отсечь ему голову. Но лишь только палач вознамерился исполнить приказание правителя, как упал замертво. Присутствовавшие, видя это, не осмелились приблизиться к святому; он же, помолившись Богу, скончался, около 304 г.¹⁵²

Преп. Павел повинник (послушный) большую часть своей жизни проводил в странствовании. Так, он был в Иерусалиме, Кипре и Византии; любил предаваться уединённой молитве на горах и в пустынных местах. На одной горе, близ Константинополя, Павел предал душу свою Богу¹⁵³.

Преп. Иоанн постник, он же и молчальник. См. о нём 3 декабря.

Родители блаж. Антония, в мире Андрея, были богатые и благочестивые земледельцы Двинской волости, деревни Кехты, вышедшие из Новгорода. Андрей был старший сын и отличался особенными дарованиями ума. Отданный учиться грамоте, Андрей превзошёл всех своих товарищей в книжном учении, так что приводил в удивление самих наставников, предвидевших в своём ученике учителя многих; в то же время он научился иконописанию. Андрей был почтителен к родителям, старался делать всё по их воле и указанию, но не имел охоты к их занятию земледелием. Любимым занятием его было иконописание и хождение в храм Божий. По смерти родителей юноша отправился в Новгород и там пять лет служил у одного боярина. По совету своего господина, он вступил в брак; но Богу не угодно было надолго связывать мирскими узами Своего угодника: через год скончалась супруга Андрея, и он решился расстаться с суетой мира и сделаться иноком. Андрей возвратился домой, раздал своё имущество нищим и в одной одежде отправился в Пахомиеву пустынь, находившуюся в Каргопольских пределах, на реке Кеме. На расстоянии пяти вёрст от монастыря Андрея застигла ночь, он помолился, лёг отдохнуть и заснул. Во сне он увидел святого мужа, украшенного сединами, в белых ризах, с крестом в руках.

Явившийся старец сказал путнику:

– Возьми крест свой, подвизайся и не бойся диавольских козней.

С этими словами муж осенил его крестом и скрылся. Проснувшись, Андрей весь остаток ночи провёл в молитве и с рассветом подошёл к монастырю. Против самых монастырских ворот, на которых был написан образ Господа Иисуса, путник пал на колени и молился; после молитвы пришёл к игумену Пахомию, мужу высокой добродетели и подвижнику. Андрей усердно просил игумена облечь его в иноческий образ. Блаж. Пахомий облёк его в иноческую одежду с именем Антония и взял его в свою келью. Ему было в то время 30 лет. Антоний с полным усердием предался иноческим подвигам: он прежде всех являлся в храм на молитву; трудился на кухне, нося воду и готовя дрова; пищу принимал через день и то не до сытости; память о смерти и суде постоянно хранил в сердце. Посвящённый в иеромонаха, он один совершал служение в храме (другого иеромонаха не было) и вместе с тем ходил на работы наравне с прочими. По любви к пустынному уединению подвижник с благословения игумена оставил Пахомиеву пустынь и с двумя братиями, Александром и Иоакимом, отправился на реку Шелксну: здесь избрано было место для пустынной жизни, поставлен небольшой храм во имя св. Николая и несколько келий. Это было в 1513 г. К трём пустынникам присоединились ещё четыре инока, и преподобный прожил здесь семь лет. Соседние жители стали теснить пустынников, и они ушли ещё дальше на север. Зверолов указал им место, удобное для пустынной жизни Михайлов остров, окружённый глубокими озёрами и омываемый с одной стороны рекой Сией, вытекающей из озёр. Антоний поставил тут часовню и для себя с братией хижину. Это было в 1520 году, на 42 году жизни Антония. Когда умножилось число учеников, двое из старших братий, Александр и Исаия, отправлены были в Москву испросить у великого князя Василия дозволение занять дикое место пустынной обителью. По получении дозволения, построен был обширный деревянный храм во имя Св. Троицы. Местный храмовой образ написан был самим Антонием и с молебным пением поставлен в иконостас. Антоний достиг уже глубокой старо и подвергался многим болезням, частью от преклонных лет, частью же от постоянных подвигов. Братия скорбели, при виде приближающейся кончины старца, и просили его изложить на бумаге своё завещание об общежитии.

Преп. Антоний написал им:

– Братия и отцы! видите, постигла меня грешного старость, часто подвергаюсь болезни, которой и теперь отягчён. Все мои болезни говорят мне об одном о смерти и о страшном суде будущем. Сердце моё смущено от грозного исхода, и страх смерти напал на меня... Вы называли меня грешного своим отцом, пастырем и учителем, но я не пастырь и не учитель: один есть пастырь Христос. Своим неразумием я грешный разорял ваше богоугодное житие. Но не отчаиваюсь я в своём спасении, а надеюсь на милость Божию и на ваши молитвы. Бог говорит: не приидох призвати праведники, но грешники на покаяние. Ради святых молитв ваших, по слову пророка, возлагаю на Господа печаль мою: пусть творит со мной, что Ему угодно. Он хочет, чтобы все спаслись и пришли в разумение истины. Поручаю свой монастырь и вас Богу и Пречистой Его Матери и преп. Сергию. Назначаю вам в монастырь, по вашей просьбе, строителя старца Кирилла; пусть с ним священники соборно решают монастырские дела в трапезе, при всей братии. Если иные строптивые и раскольники не захотят жить по монастырскому чину, не станут повиноваться строителю и братии, – выгонят их из обители в страх прочим; если же такой возвратится с раскаянием, то принять его, как своего, простить и не считать врагом, а братом... Прежде всего имейте страх Божий в душе, да вселится в вас Дух Святой и научит вас всякой истине. Живите общей жизнью по духу и телу, в пище и одежде, по заповеди свв. отцов. Строитель пусть довольствуется братской трапезой, не прибавляя себе ничего; тоже в одежде и обуви, разве по особому усмотрению. Не держите хмельного в монастыре и не принимайте оного от усердствующих. Женский пол отнюдь не должен ночевать в монастыре, и миряне не должны ночевать в кельях вместе с иноками. Пойте и кормите бедных досыта, подавайте милостыню, да не оскудеет это святое место. Здоровые из братии для своего спасения не должны оставаться без работ. Не дозволяйте ставить дворов вокруг монастыря; скотный двор пусть стоить за озером. Молю вас, храните это. Да будет с вами милость Божия и Пречистой Богородицы и молитвы преп. Сергия, ныне и присно и во веки веков, аминь.

После этого духовного завещания преп. Антоний жил не долго. Он скончался на 79 году своей жизни, 7 декабря 1556 года. Честное тело его было положено по правую сторону созданной им церкви Св. Троицы; ныне мощи его почивают под спудом в созданной в 1684 году каменной церкви. Память преп. Антония установлено праздновать в 1579 г.; по писцовой книге 1627 года видим в Сийской обители храм во имя преп. Антония сийского. При раке мощей его совершалось много чудес¹⁵⁴.

Пр. Нил родился в Новгородской области в Жабенском погосте, Деревской пятины¹⁵⁵. О родителях его ничего не известно. С юных лет отличался он кротостью, смирением и набожностью, и с юных лет возымел желание оставить мир и облечься в иноческий образ в каком-либо уединённом монастыре. Следуя такому внутреннему влечению, Нил тайно оставил родительский дом и постригся в иночество в Крыпецкой обители пр. Саввы¹⁵⁶. Там почти десять лет провёл юный инок в подвигах общежития, с усердием проходя все возлагаемые на него послушания. Молва о Ниле, как о строгом подвижнике, скоро распространилась по окрестностям и стала смущать его смиренную душу.

Однажды он сказал своему игумену:

– Тревожит меня похвала человеческая; боюсь, да не всуе будет труд мой от неё. Благослови меня, отче, на уединённую жизнь.

Настоятель, искренне любивший Нила, не хотел расставаться с ним; но после слёзной мольбы преподобного благословил его на пустынное уединение. Сперва Нил удалился в Ржевский уезд на реку Черемху; здесь, поставив хижину, питался только травами, а дух свой насыщал молитвой и богомыслием. Пр. Нил не давал простора желаниям плоти и жил по духу для Господа, потому-то и Господь был с ним. Раз напали на него разбойники и хотели прогнать его с места подвигов; преподобный вышел к ним навстречу с иконой Богоматери. Ужас объял разбойников им представилось, что целый полк вооружённых воинов вышел из кельи вместе с преподобным. В страхе они пали к его ногам и просили себе помилования. Преподобный охотно простил их вину и умолил оставить преступное ремесло. Вскоре после этого преподобного стало посещать множество мирян, одни просили его молитв, другие слова утешения и назидания. Исполняя волю просителей, угодник Божий, однако, тяготился славой, которая распространилась о нём по окрестностям; известность своего имени он считал опасной для своей души; посещения мирян часто пресекали безмолвие пустынника. Потому он молил Господа указать ему какое-либо уединённое место для подвигов. Господь услышал молитву Своего угодника: раз, после молитвы, он в лёгком сне услышал голос:

– Нил! иди на озеро Селигер, там на острове Столбенском можешь спастись.

Нил, проживший на берегу реки Черемхи около 13 лет, в радости о готовом для него безмолвии решился оставить не совсем покойное своё место. Поныне часовня и келья, окружённая группой вековых деревьев, остаются памятником пребывания преп. Нила на Черемхе, составляя предмет благоговейного уважения для окрестных жителей.

Столбенский остров на озере Селигере¹⁵⁷, заключая в себе около 8 десятин пространства, в XVI веке весь был покрыт дремучим лесом. Преп. Нил рад был такому тихому и уединённому месту. На первый раз он выкопал себе пещеру в горе острова, где прожил зиму; потом поставил небольшую хижину и часовню и стал проводить труженическую и подвижническую жизнь: он возделывал землю, сажал овощи и ими питался зимой и летом. Отшельник утешался тем, что славил Господа вместе с природой, не развлекаясь людьми. Плоть не докучала ему: он уже приучился побеждать её похоти, а для души была полная свобода славить Господа. Так прожил Нил несколько лет. Нашлись злые люди, которые позавидовали преподобному в обладании островом, и пришли рубить лес. Преподобный умолял их оставить для него хотя одну гору, осенённую деревьями, но они порубили весь лес на острове, оставив одну только сосну. Потом зажгли срубленные деревья, надеясь в общем пламени сжечь и келью отшельника; пламя с яростью пожирало деревья и готово было уничтожить даже келью отшельника. Но пр. Нил стал на молитву, прося Бога о помощи, и лишь только пламя дошло до горы, где была хижина преподобного, как внезапно угасло. Но этим не окончились его искушения: через несколько времени пришли на остров разбойники, отшельник в то время копал землю около кельи. Разбойники, как лютые звери, бросились на него, готовые растерзать, и требовали у него денег.

Блаженный, живший в крайней нищете, с одним лишь рубищем, кротко отвечал им:

– Всё сокровище моё в углу кельи.

Там стояла у него икона Богоматери. Хищники устремились в самую келью в надежде найти там деньги; но дивный свет, истекавший от иконы, внезапно ослепил их, и они пали на землю. В таком положении нашёл преподобный непрошенных гостей, когда вошёл в келью.

Он сказал им:

– Чада, что искали, то и нашли.

В слезах раскаяния они просили у него прощения и молитв за себя. Преп. Нил преподал им наставление жить честно и своими трудами, и молитвой возвратил им зрение. После этого хищники не тревожили преподобного. Вместо них являлись по временам добрые рыбаки, присылавшие преподобному рыбу. Однажды они послали рыбу с одним своим товарищем; но преподобный, увидев его издали, затворил окошко, и тот был принуждён воротиться назад.

– Вероятно ты, брат, совершил какой-нибудь грех, потому святой и не принял тебя– – сказали ему товарищи.

Тот, действительно, сознался в нечистом плотском грехе. Тогда рыбаки послали другого товарища с рыбой, преподобный принял от него рыбу и благословил его. Опытного в духовной жизни отшельника посещали многие с пользой для себя: самоотверженное подвижничество его уже само по себе давало уроки каждому, кто всматривался в жизнь его. Преподобный и для отдыха никогда не ложился на постель или на землю; когда он утомлялся трудами, то опирался на два врытых в землю костыля, служивших ему вместо стула и ложа, и так отдыхал и предавался дремоте. Многие годы провёл так в пустыне преп. Нил и достиг глубокой старости. В последнее время св. отшельник ископал себе пещеру внутри своей часовни, в этой пещере он приготовил себе гроб и ежедневно приходил плакать над ним: «се покой мой и жилище, где вселюся», – говорил он при гробе.

Извещённый о близкой своей кончине, преп. Нил молил Господа удостоить его пред смертью причастия св. таин. Желание святого исполнилось: на остров прибыл посетить отшельника его духовный отец, Сергий, игумен Никольского монастыря, что на Рожку. Духовный отец много беседовал со своим духовным сыном о душеполезном и причастил его свят. Таин. Когда игумен Сергий собирался в обратный путь, пр. Нил убедительно просил духовного отца ещё однажды посетить его; игумен обещался и направил путь в свою обитель. Между тем пр. Нил, затворившись в келье, взял кадильницу, окадил святые иконы, находившиеся в келье, потом, чувствуя изнеможение сил, опустился на свои два костыля и так с молитвой на устах заснул вечным сном праведника. На другой день после его блаженной кончины приехал игумен Сергий с братией посетить преподобного и нашёл почившего с лицом светлым, ангеловидным, выражавшим душевную чистоту.

Преп. Нил преставился 7 декабря 1554 года, после 26-летнего пребывания на пустынном острове.

По кончине великого отшельника, остров остался по прежнему пустынным, но над ним сияла слава великого подвижника. Вскоре после преставления пр. Нила, пришёл на Столбенский остров игумен одного новгородского монастыря Антоний, вслед за ним пришёл из Никольской Рожковской обители инок Герман. Они возобновили часовню преподобного и над могилой его устроили гробницу; 3 года прожили вместе Антоний и Герман и потом разошлись в разные места. После них приходили и другие любители уединения и один по одному жили и спасались на пустынном острове. Между тем начали время от времени совершаться чудеса и знамения на гробе преп. Нила. Один осташковский житель, Иоанн Куров, ехавший озером Селигером, причалил лодку к острову и хотел похитить покров с гробницы преп. Нила; но поражён был дивным явлением: Куров увидел, что гробница преподобного вместе с покровом стала подниматься на воздух. Ужаснулся Куров и от страха пришёл в такое изнеможение, что тотчас упал на землю и не мог встать. Его спутники взяли его на ладью и отвезли в собственный его дом, где больной пролежал на болезненном одре около шести месяцев. Затем, чувствуя тяжесть своего греха, велел везти себя ко гробу преподобного; там Куров слёзно молился, испрашивая прощение в грехе, и так же скоро получил исцеление, как и самую болезнь. Другой житель Осташкова, по имени Нечай, имея нужду в строевом лесе, покусился срубить на острове ту сосну, которая одна чудно там сохранилась во время всеобщего сожжения леса злоумышленниками; но едва только ударил он топором по сосне, как внезапно его отбросило невидимой силой от дерева, и Нечай должен был возвратиться домой ни с чем. То же случилось и с другим жителем Осташкова, который сломал три топора, нисколько не повредив дерева. Много было и других знамений особенного благословения Божия к пр. Нилу.

Господу не было угодно таить сей светильник под спудом. Лишь только по окрестным местам разнеслась молва о чудесах, истекавших от гроба преподобного, как начали мало-помалу сходиться на Столбенский остров любители пустынного уединения. В числе других пришёл во второй раз и иеромонах Герман. Он и странник Борис-холмогорец построили здесь деревянный храм в честь Богоявления. с приделом во имя блаженного Василия, Христа ради юродивого московского. Это было в 1594 году. С тех пор начали собираться иноки, и устроилась общежительная обитель, которая стала называться Ниловой пустынью. В 1595 году пришли в эту обитель из Оршина монастыря два инока-иконописца, Иаков и Нифонт, которые, расспросив старцев, ещё помнивших преп. Нила, написали лик преподобного. Лик был написан так удачно, что оказался весьма сходным с подлинником при открытии мощей преподобного. Около же этого времени было определено чтить память преп. Нила.

Постриженный в иночество в Ниловой пустыни с именем Нектария, дядя известного современника Петра І – Магницкого, а с 1620 г. игумен Ниловой обители, привёл её в цветущее состояние. Назначенный в 1634 году митрополитом тобольским, он в 1639 году возвратился уже опять на покой в свою любимую обитель и здесь, посоветовавшись с тогдашним игуменом Германом и со всей братией, решил соорудить на свои средства каменную церковь на месте деревянной. Когда начали копать рвы, то за полсажени от того места, где была гробница преп. Нила, сама собой осыпалась земля и открылись мощи святого¹⁵⁸; гроб оказался совершенно истлевшим, а мощи нетленными. Св. мощи вынули из земли и, положив в новую гробницу, поставили на том же месте. Когда уведомили об этом царя Алексия Михайловича и митрополита Питирима, то повелено было для мощей устроить благолепную раку и поставить их в церкви Покрова Богоматери до тех пор, пока не соорудится Богоявленская. Ныне они открыто почивают в серебряной раке. При мощах преподобного хранятся: келейная его Владимирская икона Богоматери, его схима, лежавшая в земле 112 лет. Мая 27, в день открытия мощей, каждый год бывает крестный ход из Осташкова в Нилову пустынь при многочисленном стечении народа. Ныне пустынь как по великолепному строению, так и по многочисленному стечению народа, туда приходящего для моления, почитается знаменитейшею; на содержание её было отведено грамотами разных царей 4.769 десятин земли. В 1775 году учреждена там архимандрия с 30-ю монашествующими. Издавна заведено в Ниловой обители безмездное странноприимство, на что и употребляется ежегодно значительная денежная сумма. Приходящие странники и богомольцы принимаются в особенно устроенных для сего гостиницах и довольствуются всем потребным¹⁵⁹.

Муч. Дометий был усечён мечом.

Мучч. Исидор Акепсима и Лев были сожжены огнём¹⁶⁰.

В Константинополе был храм во имя Божией Матери, построенный Вериной, супругой Льва Макелла.

Начальствовал над работой некто Куратор, откуда произошло и самое название храма. Храм был выстроен наподобие гроба Господня, близ площади Тавра. Хотя Куратор значит целитель, но икона Богоматери целительницы имеет другое происхождение, ибо изображается исцеляющей клирика¹⁶¹.

Два иерея были перепилены.

Шестьдесят иереев скончались от урезания языка.

Мучч. Приск был умерщвлён голодом, Мартин усечён секирой, Николай сожжён огнём; императором Юстинианом этим мученикам была построена церковь в Царьграде¹⁶².

Преп. и молчальник Григорий родился в Сербии и спасался в пещере, которая сохраняется ещё и доныне. Он устроил на Афоне обитель во имя святителя Николая¹⁶³, которая называется Григориатом, в честь своего ктитора. Обстоятельства жизни Григория и время его кончины неизвестны¹⁶⁴.

Селигерская Владимирская Икона Богоматери была принесена преп. Нилом столбенским в основанную им пустынь на о. Селигере (твер. епар.) и доныне находится при его мощах. На 7 декабря, в навечерии торжественно отправляется пред нею молебен¹⁶⁵.