21-е число

– Преп. Максима исповедника.

– Св. муч. Неофита.

– Свв. мучч. Валериана, Кандида, Акилы и Евгения.

– Св. муч. Агнии.

– Св. муч. Анастасия.

– (Свв. 4 мучч. в Тире. Собор муч. Ирины. Неофита, ватопедского пономаря. Ватопедской иконы Божьей Матери. Преставление пр. Максима грека).

Св. Максим родился в Константинополе от благородной константинопольской фамилии. Получив высокое образование, он вскоре взят был в советники к царю Ираклию (610–641 г.). В то время распространилась монофелитская ересь (монофелиты признавали в лице Богочеловека при двух естествах одну волю). Защитниками этого лжеучения были патриарх александрийский Кир (630–640), цареградский Сергий (610–638) и сам царь Ираклий. Патриарх иерусалимский Софроний (634–644) не принял этого лжеучения и отстаивал истину. Максим, глубокомысленный богослов своего времени и строгий защитник православия, не мог спокойно смотреть на распространение при своих глазах еретического учения. Возненавидев сборище злонамеренных²⁰⁵, он оставил свой сан, славу мира сего и с грустью в сердце удалился в монастырь Хрисополь, где и постригся в монахи. Через несколько лет он был избран настоятелем того монастыря. Патриарх Сергий, не довольствуясь защищением монофелитского учения, убедил царя Ираклия издать повеление, чтобы все христиане принимали это учение. Восточные христиане беспрекословно повиновались царской власти. Западная же церковь отвергла повеление царя; римский папа Иоанн (640–642) даже предал царское учение анафеме. Видя такое волнение в церкви Христовой, Максим оставил монастырь и ушёл на запад; на пути он и словом, и писанием убеждал верующих не принимать еретического учения и твёрдо стоять за истину.

Умерли распространители ереси, патриархи Сергий и Кир, умер и Ираклий, но ложное учение, ими одобряемое, со смертью их не ослабло. После Ираклия на императорский престол вступил Констанс (641–668). Церковное разделение и смуты были слишком опасны для государства, особенно в виду того, что мусульмане, завоевавшие уже Иерусалим (в 637 г.) и Египет (в 640 г.), наступали сильнее и сильнее на империю. Констанс усиливался умирить церковь, преследуя православие и покровительствуя монофелитству. Но этим средством ещё более возмущал церковь.

Папа Мартин (649–653), по совету св. Максима, собрал в Риме большой собор (в 649 г.), на котором осудили монофелитство и всех защитников его, а акты собора были отправлены в Константинополь к императору с требованием восстановить православие. На этом соборе был и преподобный Максим. Констанс счёл такой поступок возмущением и поступил с Мартином слишком жестоко. В 653 г., по приказанию царя, Мартина схватили в церкви и привезли в Константинополь. Вместе с Мартином привезли в Константинополь и Максима. Здесь папу ложно обвинили в политических преступлениях и сослали в ссылку в Херсонес (в 654 г.), где он умер от голода (в 655 г.). Участь преп. Максима была печальнее. Разного рода пытками заставляли его принять монофелитство. Несколько раз заключали его в темницу, жестоко били, топтали ногами, судили, как государственного преступника. Преп. Максим, несмотря на все эти истязания, остался непоколебим в своих религиозных убеждениях. Он с твёрдостью защищал православное учение о Христе и не смыкал уст своих против врагов, держась правила: молчать об истине – значит отвергать её. Наконец император приказал вырезать ему язык и отрубить правую руку, чтобы он не мог ни словом, ни пером провозглашать истины. Исповедника, изуродованного таким образом, с позором влачили по всему городу, показывая народу отрезанный язык и руку и, наконец, босого и нагого отправили в ссылку на Кавказ, в землю лазов. Много страданий перенёс больной старец, прежде чем достиг места ссылки. Прибыв на место заключения, св. Максим три года томился в темнице, не имея никакого попечения и милости со стороны окружавших его. Перед кончиной Господь утешил праведника Своим божественным явлением, и он мирно предал душу свою Господу (в 662 г.).

На гробе его виделись три свечи, сияющие необыкновенным светом, как знамение, что угодник Божий верно служил Св. Троице. Анастасий, ученик его, описал жизнь его²⁰⁶.

Преп. Максим писал много сочинений и не в одном роде. Лучшие из них те, которые изображают жизнь духовную. В них особенно видна глубина и проницательность мысли. Вот как он, напр., рассуждает об отношении благодати к душе человеческой: «Способность испытывать божественное, – говорит он, – насаждена в человеческой природе Творцом её. Но откровение божественного сообщается силой Св. Духа. Поелику начальная способность вследствие вошедшего греха подавлена чувственностью, то надлежало явиться благодати Духа Святого, чтобы освободить и очистить начальную способность. Нельзя говорить, что благодать одна давала святым познание таин, иначе надлежало бы допустить, что пророки ничего не понимали из открытого им. Нельзя принять и того, что они только естественной силой достигали познания, иначе не нужна была бы помощь Духа Святого... Дух Святой дарует святым мудрость, но не без участия приемлющего духа, познание не без приемлющей силы разума, подаёт веру не без разумного убеждения в будущем и не видимом, даёт дар чудесь не без любви к ближнему и вообще всякий дар не без способности каждого. Дар Духа Святого не уничтожает естественной силы; напротив возводит естественную способность до сверхъестественного употребления, когда ведёт её к созерцанию Бога»²⁰⁷.

Примечание: Апостол в день св. Максима исповедника Евр.11:33–40, 12:1–2 (Зач. 330). Здесь апостол Павел, увещевая христиан быть твёрдыми в вере, представляет в пример ветхозаветных праведников, которых вера делала непобедимыми в опасностях и терпеливыми в страданиях.

Евангелие Лк.12:8–12 (Зач. 64). Здесь излагается наставление Иисуса Христа двенадцати апостолам перед посольством их на проповедь. Господь внушает Своим ученикам, чтобы они не только внутренне веровали, но и словом и всею жизнью свидетельствовали, что Он – истинный Бог, воплотившийся для спасения людей. За такой подвиг и Господь обещает учеников Своих исповедать пред Отцом небесным и ангелами жизни. Затем Господь внушает Своим ученикам, чтобы они не беспокоились, что отвечать пред великими мира сего, когда будут проповедовать евангелие, ибо Дух Святой научить их, как и что говорить.

Родители мученика Неофита, Феодор и Флорентия, жили (в 3 веке) в малоазийском городе Никее и, как сами были благочестивой жизни, так и сына своего воспитали в строго христианском благочестии. На десятом году родители отдали сына в училище. Здесь добрый отрок почти всю пищу, которую получал от родителей, раздавал бедным своим товарищам. Не довольствуясь этим, он нередко приводил их в родительский дом и помогал им всем, чем мог. На восточных городских воротах Неофит начертил крест и вместе с товарищами молился Христу, распятому за нас. Бог благочестивого сего отрока прославил даром чудотворений. Так, когда товарищи его томимы были жаждой, он подходил к городской стене и, ударяя рукой по камню, извлекал из него воду, и товарищи утоляли жажду. Об этом благочестивый отрок запрещал им разглашать, и тайна до некоторого времени была сохранена. Но Господу угодно было открыть матери Неофита в сонном видении, что сын её производит воду из камня, подобно Моисею, и поит жаждущих отроков.

Проснулась Флорентия и стала молить Бога открыть ей всё о сыне её. Вдруг прилетел с небесных высот в дом её белый голубь, сияющий необыкновенным светом; он сел на постели Неофита и сказал ему человеческим голосом: «я послан от Господа сохранить твою постель непорочной». Мать, слыша эти слова, от страха упала и лежала, как мёртвая.

По всему городу разнеслась весть, что жена Феодора умерла скоропостижно. Собрались в дом его соседи, знакомые и недоумевали, отчего её постигла внезапная смерть. Немедленно извещён был о смерти Флорентии её муж, который в это время был в отлучке.

Феодор, услышав о смерти жены, в отчаянии разодрал на себе одежду и с горьким плачем возвращался домой.

В воротах встречает его сын и говорит: «о чём скорбишь, отец? мать не умерла, но крепко спит».

Войдя с отцом в дом, он взял за руку мать и сказал: «встань, мать моя, ты уснула сладко!»

Флорентия встала, как от сна, обняла сына и крепко целовала. Все, бывшие свидетелями этого чуда, прославили Бога; и многие из язычников, бывшие при этом, уверовали в Иисуса Христа.

Голубь, часто прилетавший к постели Неофита, однажды сказал ему: «уйди, Неофит, из дома отца твоего и иди за мной!»

Отрок встал, простился со своими родителями и пошёл за голубем. Голубь довёл его до одной горы и влетел в пещеру, куда вошёл и св. отрок. В пещере он увидел большого льва и сказал ему: «иди отсюда, найди себе другую пещеру, а здесь Господь повелел мне жить!»

Лев ушёл, и Неофит поселился в львиной пещере. Спустя некоторое время, святой по повелению Божию пошёл в Никею, чтобы отдать последний сыновний долг умирающим родителям. Похоронив их, он раздал имущество, оставшееся после них, нищим, а сам возвратился в пещеру и прожил в ней до пятнадцатилетнего возраста.

В царствование Диоклитиана и Максимиана (284–305), гонителей христиан, наместниками в стране вифинийской были Декий и Уарь. Декий повелел объявить гражданам Никеи и окрестным жителям, чтобы все в назначенный день собрались в город и в присутствии царей, которые в это время были в Никее, принесли жертвы богам. На зов наместника множество народа собралось в Никее; сюда же пришёл по внушению Божию и Неофит. Он громко и смело начал обличать нечестие языческой веры, и в заключение своей обличительной речи сказал Декию: «Беззаконник! что ты делаешь, ты приводишь к погибели столько человеческих душ? Разве ты знаешь, что за всех, кого заставишь принести жертвы бесам, ты понесёшь страшные муки в геенне огненной!»

В ярость пришёл Декий от этих слов. Он повелел обнажить Неофита, повесить его за руки на дереве и бить воловьими жилами, а раны поливать уксусом с солью. Святой отрок мужественно переносил пытки и громко говорил предстоящему народу: «покайтесь, припадите к истинному Свету, Христу Богу, чтобы получить вечную жизнь!»

Ещё более ожесточился Декий и велел строгать тело святого железом; но мученик, терпя страшную боль, только говорил: «Сыне Божий, помилуй меня!»

«Что ты противишься царскому повелению, – сказал страдальцу один из приближённых Декия, – принеси жертвы богам, и ты избавишься от страшных мук?»

«Я принесу жертву Богу, а бездушным идолам никогда и никаких жертв не принесу!» отвечал мученик.

После этого ещё сильнее стали строгать тело святого, так что обнажились кости ног его. Видя непоколебимую веру св. отрока, Декий повелел снять его с дерева и ласково сказал ему: «Щажу юность твою и твоё здоровье и больше мучить тебя не буду, но прошу тебя поклониться богам; и, если послушаешь меня, цари пришлют тебе самых искусных врачей, которые залечат твои раны».

«Я имею одного врача, – отвечал страдалец, – Иисуса Христа, за Которого терплю, и на Которого надеюсь».

Наместник приказал заключить святого в темницу, а сам на другой день пошёл к царям и объявил им о непослушании Неофита. Цари повелели каждого исповедника Христова бросать в огонь. Но Декий с Уаром сделали ещё попытку склонить мученика к идолопоклонству. Они на место Ираклиево, где обыкновенно совершались языческие торжища, поставили царские изображения и велели мученику поклониться им. Мученик решительно отказался от этого и остался верным Христу. После этого мучители велели бросить святого в сильно раскалённую печь и запереть её на 3 дня и 3 ночи. Но Неофит пребыл в огне невредимым, как вавилонские отроки. По прошествии трёх суток, слуги мучителей отпёрли печь и тотчас опалились вышедшим из неё пламенем. Отрок же, чудесно сохранённый от огня, прославлял Бога и говорил: «благословен Господь Бог мой, сохранивший меня целым, молю Тебя, Владыко, не оставь раба Своего до конца!»

Декий и другие нечестивые, ослеплённые язычеством, не могли видеть в чудесном избавлении отрока от огня действия всемогущества Божия и приписывали это чудо волшебству. Желая скорее погубить исповедника Христова, они осудили его на съедение зверям. Для этого привязали обнажённого Неофита к столбу и выпустили на него медведя. Зверь с рёвом подошёл к святому, посмотрел на него и вернулся на своё место. Удивлённый Декий приказал выпустить самую свирепую медведицу, но и та, подойдя к святому, не коснулась его. Тогда привели огромного голодного льва, пойманного в пустыне, и выпустили на мученика; но лев подошёл к святому и стал лизать его ноги. Это был тот самый лев, которого пещеру занял св. мученик.

Святой, узнав его, повелел ему возвратиться в прежнюю пещеру и никогда не делать вреда человеку. Лев со страшным рёвом бросился сквозь толпу народа и ушёл в пустыню. Мучитель, не зная, что более делать с Неофитом, повелел убить его, и один язычник вонзил копьё в грудь св. мученика. Неофит отошёл ко Господу на шестнадцатом году своей жизни (в 303–305 г.) в Никее²⁰⁸.

Эти св. мученики пострадали в царствование Диоклитиана и Максимиана от полководца Лисия. Валериан, Кандид и Акила во время гонения на христиан оставили свои дома́ и имущество и скрылись в трапезонтских горах, желая лучше жить со зверями, чем с язычниками. Но здесь святые скоро были найдены и взяты мучителями. Их сначала заключили в темницу, а потом привели в Трапезонт и представили Лисию. Перед ним они смело исповедовали веру во Христа и высказали презрение к идолам. За это исповедников Христовых начали бить воловьими жилами, потом повесили на дереве, строгали железными ногтями и палили огнём. Божественная сила, укреплявшая страдальцев в муках, устрашала в то же время самих мучителей, и они пали на землю, как мёртвые. Испуганный Лисий велел отвести мучеников в темницу. Через несколько дней был взят и св. Евгений, который за веру во Христа подвергнут был также жестоким мучениям. После мучений Лисий велел Евгению идти с ним в идольский храм. Едва только вошёл Евгений в храм, как вдруг идолы попадали и обратились в прах. Воспылал сильным гневом мучитель и приказал Евгения растянуть на земле и бить деревянными палками, затем мученика повесили на дереве и подвергли его тем же лютым мучениям, какие претерпели Валериан, Кандид и Акила. Евгений мужественно переносил пытки. Его твёрдость в истинной вере, также как и трёх заключённых в темнице мучеников, была несокрушима. Бессильная злоба не знала, как победить их мужество. После разных истязаний всех четверых мучеников бросили в раскалённую печь, но, когда мученики вышли из неё невредимыми, им отсекли головы. Скончались они в 284 г.²⁰⁹

Св. мученица Агния родилась в Риме (в 3 веке) от христианских родителей. Ещё в юных летах Агния отдалась всей душой Богу. Сын городского начальника Симфрония пленился редкой красотой её лица, посылал ей много подарков и просил её руки. Но Агния все подарки возвращала назад, так как она решилась обручить себя лучшему жениху, Христу. Между тем любовь юноши к прекрасной деве росла с каждым днём. Думая, что она не принимает от него подарков потому, что желает получить от него более ценные вещи, юноша посылал ей драгоценные каменья и дорогие одежды, обещал ей почести и богатство, если она обручится с ним.

«Отойди от меня, раб греха и страсти, отвечала Агния незваному жениху, я связана союзом любви с Другим, с Которым ты не можешь сравниться, и Который меня украсит лучшими дарами. Мать Его Дева, а Отец Его не имел жены. Моему жениху служат ангелы, солнце и луна удивляются красоте Его».

От любви и печали юноша заболел. Лёжа на постели, он объявил свою сердечную боль врачу, а от него узнал и отец. Симфроний послал к родителям Агнии просить её в невесты своему сыну. Городской правитель думал, что просьба его, как богатого и знатного человека, не будет напрасной. Но святая дева решительно отвергла предложение, говоря, что не может и не хочет отказаться от первого своего Жениха. Разгневанный правитель старался узнать, кто жених её. Один из приближённых правителя открыл, что Агния христианка и христианским волшебством так прельщена, что хочет иметь своим женихом Христа, Которому покланяются христиане. Обрадовался правитель, нашедши случай к гонению непреклонной девы. Будучи судьёй, он думал или убедить её вступить в брак с сыном, или казнить её за бесчестие богов. Посланные слуги привели Агнию на суд к Симфронию. Судья ласками старался расположить Агнию к отречению от Христа и к вступлению в брак с его сыном. Святая смело отказалась от того и другого. Симфроний обратился с просьбой к родителям её, чтобы они расположили свою дочь к повиновению.

«Мы не можем уговорить её, – отвечали родители, – ибо с детства знаем её волю, что она раз сказала, то и сделает».

Тогда Симфроний опять позвал Агнию на суд и много говорил ей о любви и супружеском счастье; но видя Агнию непреклонной, с гневом сказал ей:

«Выбирай одно из двух: или вступай в брак с моим сыном, или посвяти себя богине Весте!»

«Если я, – отвечала Агния, – презрела сердцем человека разумного и чувствующего, то как могу почитать бездушного и бессмысленного идола? Не могу покланяться камню, ибо нет другого Бога, кроме Того, Который создал небо и землю, Который воплотился для нас, пострадал и в третий день воскрес. Ему одному служу и кланяюсь, а всех ваших богов ненавижу!»

«Щажу твою юность, – сказал судья, – и прощаю тебе хулу на богов, так как ты имеешь несовершенный разум, но пощади и ты сама себя, не прогневай богов».

«Почему, – отвечала Агния, – ты почитаешь неразумной мою молодость? Вера не в летах и не в возрасте тела находится, а в разуме. Боги же твои пусть гневаются на меня, они не страшны для меня!»

«Выбирай одно, – гневно сказал судья: – или служи богине Весте, или иди в дом блудниц!»

«Если бы ты знал, Кто мой Бог, – отвечала святая, – то не сказал бы этого. Я не боюсь твоих угроз, богам твоим не поклонюсь и девство своё надеюсь сохранить, ибо имею хранителем тела моего ангела Божия. Ты же с прочими язычниками, если не обратишься к истинному Богу, будешь мучиться в вечном огне».

Озлобленный правитель велел раздеть святую донага и отвести обнажённую в дом блудниц; впереди её должен идти глашатай и говорить: «девица Агния за хулу на богов, как блудница, отдаётся в блудный дом».

Но Господь не допустил св. девицу до такого посрамления и сотворил чудо: мгновенно на голове Агнии выросли такие густые и длинные волосы, что закрыли всё её тело, как одеждой, и любопытные не могли видеть наготу её. Войдя в дом беззаконниц, святая увидела ангела, который облёк её таким невыразимым светом, что никакие глаза любопытных не могли выносить его; этот небесный свет помрачал их зрение. Многие из приходящих в дом для удовлетворения плотской похоти, видя деву, сияющую необыкновенным светом, кланялись ей и выходили из дома с решительным желанием вести целомудренную жизнь. Пришёл в этот дом и сын городского правителя. Увидев молящуюся Агнию, он со страстным порывом бросился к невесте Христовой, чтобы обесчестить её; но едва коснулся до неё рукой, как пал мёртвым. Весть о смерти дерзкого и безбожного юноши дошла вскоре до отца его. Видя своего сына мёртвым, Симфроний со слезами сказал Агнии: «Бесчеловечная! ради чего уморила моего сына? Разве ты не могла на ком-нибудь другом испытать свои чары?»

Святая кротко отвечала ему: «не я, а его похоти убили его».

При виде мёртвого сына сердце отца раздиралось глубокой скорбью; и он стал со слезами просить Агнию воскресить сына. Пала святая лицом на землю и со слезами молилась Господу. Во время молитвы явился ей ангел, поднял её и воскресил умершего.

«Один Бог на небе и на земле – Бог христианский, прочие же боги прах и пепел»! воскликнул воскрешённый юноша.

При виде этого чуда, сто шестьдесят человек уверовали в Бога и крестились; в скором времени язычники отсекли всем им головы вместе с воскресшим юношей.

Жрецы и волхвы стали возмущать народ против Агнии и от самого правителя требовали её смерти. Симфроний хотел защитить и освободить невинную деву, но убоялся народного восстания и народного гнева. Он оставил с грустью город и скрылся. Преемник Симфрония, Аспазий, велел среди города приготовить костёр и сжечь мнимую чародейку. Огонь, не касаясь св. мученицы, опалил многих из неверных. Святая же посреди огня с поднятыми к небу руками молилась Богу и прославляла Его.

«Слава Тебе, Всемогущий, – говорила она, – что избавил меня от рук нечестивых и сохранил душу и тело моё чистыми и сейчас защищаешь меня от огня. Тебя исповедую устами и сердцем, к Тебе, Богу истинному, стремлюсь всеми своими силами».

Когда костёр потух, Аспазий велел воткнуть в горло мученицы меч.

Итак, мученица Христова Агния, обагрившаяся своей чистой кровью, пошла на брак к своему бессмертному Жениху (около 304 г.). Родители похоронили св. тело дочери в своём поместье, недалеко от города Рима, близь дороги номентанской. Верующие часто собирались к могиле святой и молились о ней. Однажды язычники внезапно напали на молящихся и многих камнями убили, а остальные разбежались. Осталась одна только девица Емерентиана, бывшая подруга св. Агнии. Смелая девица сказала этим нечестивым:

«За что убиваете невинных людей? Какую вину находите в тех, которые молятся Богу и вам просят благ в своих молитвах?»

Озлобленные язычники побили её за эти слова камнями. Праведный гнев Божий тотчас разразился над убийцами. Ударила молния, загремел страшный гром и бо́льшая часть их пала мёртвыми. С тех пор язычники не смели более нападать на молящихся у гроба св. мученицы Христовой. Родители Агнии ночью пришли ко гробу своей дочери, омыли окровавленное тело св. Емерентианы и погребли её близ св. Агнии. Часто родители проливали слёзы у могилы своей возлюбленной дочери.

Однажды ночью им было здесь видение: пред ними явилось множество светлых девиц, посреди них и дочь Агния. Св. Агния обратила свой сияющий взор к родителям и сказала им: «Не плачьте обо мне, как об умершей, но радуйтесь, что с этими девами я получила светлые селения, и Кого всем сердцем полюбила на земле, с Тем теперь соединилась на небе».

Сказав это, Агния и другие девы сделались невидимыми.

По молитвам св. Агнии много исцелялось больных. Так, Константия, дочь Константина великого, страдавшая неизлечимой болезнью, ночью припала ко гробу св. Агнии и слёзно просила об исцелении. После молитвы она при гробе заснула. Во сне она увидала св. Агнию, которая сказала ей: «встань, Константия, Господь Иисус Христос Сын Божий исцеляет тебя от ран твоих».

Проснулась Константия совершенно здоровой. Возвратившись домой, она рассказала своему отцу и родным о своём чудесном исцелении. Вскоре после этого Константия устроила над гробом св. мученицы девичий монастырь и пребывала в нём в девственной чистоте до самой смерти²¹⁰.

Мощи св. Агнии почивают в Риме в загородной церкви её имени по дороге номентанской, а честная глава – в церкви Святая Святых²¹¹.

Св. мученик Анастасий был ученик Максима исповедника,

Преп. Неофит подвизался в Ватопедской обители. По монастырским делам случилось ему быть в одном месте, где Неофит заболел тяжкой, смертельной болезнью; тогда он обратился с пламенной молитвой к Пресвятой Богородице, прося Её исцелить его, и вдруг слышит голос от иконы Богородицы: «даётся тебе год жизни, чтобы приготовиться к смерти». Неофит, исцелённый чудесным образом, возвратился в монастырь, где увеличил свои иноческие подвиги, приготовляя себя к исходу из настоящей жизни. По окончании года, в один воскресный день, приступая к принятию св. Таин, Неофит снова услышал голос от иконы Богоматери: «настало время твоего исхода из этой жизни».

Действительно, причастившись Св. Таин, он мирно скончался²¹².

Ватопедская икона Богоматери находится в древнем Ватопедском монастыре, на горе Афонской, в соборной Благовещенской церкви. Название «Ватопедская» икона Богоматери получила по следующему случаю: Близь этого монастыря упал в море из корабля царевич Аркадий, сын Феодосия великого, ещё быв отроком, и дивным заступлением Богоматери невредимо перенесён на берег, где и найден стоящим под кустом близь обители. От этого события и произошло название Ватопеда, что значит: куст отрока. Император Феодосий, в память чудесного спасения своего сына от смерти, распространил, украсил и обогатил Ватопедский монастырь. Пресвятая Богородица на Ватопедской иконе изображена обращённой лицом к правому плечу, потому что Она в 807 г. 21 января обратила лицо своё к игумену монастыря, стоявшему на молитве близь Неё по другую сторону, и возвестила ему о намерении разбойников напасть ночью на обитель. Почему игумен, приняв надлежащую предосторожность, сохранил от них монастырь невредимым. В память этого чудесного охранения обители пред сею иконой Богоматери горит неугасимая лампада²¹³.

Преп. Максим, родом грек (родился в исходе 15 века), получил первоначальное образование в г. Арте (в Албании), где отец его был сановником. Для дальнейшего образования Максим отправился путешествовать по Европе; был в Париже, во Флоренции, в Венеции и других городах, где изучал словесные науки, историю, философию, богословие и языки: латинский, французский и итальянский. Греческий язык знал он и прежде, как природный грек. Получив многостороннее и основательное образование, Максим мог занять важное место на гражданской службе в любом государстве, но душа его стремилась не к мирской славе и не к земным благам, но к славе небесной, к благам вечным и нетленным. Возвратившись на родину, он отправился на Афон и постригся в Ватопедской обители в иноки.

Господь, наделивший дарами Максима, не допустил талантам его погибнуть. Великий князь Василий Иванович, желая привести в порядок греческие рукописи своей библиотеки и иные видеть в переводе, просил султана и афонское начальство прислать к нему учёного грека. Афонские старцы указали на Максима, как на человека более других способного исполнить просьбу великого князя. И Максим должен был отправиться в Москву, хотя ему и не хотелось расстаться с Афоном.

В 1516 году он предпринял дальний путь. В Перекопе он остановился на несколько времени для изучения русского языка и только в начале 1518 года прибыл в Москву. Здесь Максим был ласково принят князем и поселился в Чудовом монастыре. Прежде всего преподобному поручено было перевести на славянский язык толкование на псалтирь. Через год и 5 месяцев Максим с помощью переводчиков окончил первый возложенный на него труд, снискавший ему любовь и уважение всех духовных и светских властей. По поручению митрополита Варлаама, Максим перевёл толкование на книгу Деяний Апостольских. Затем ему поручили исправить перевод Триоди и некоторых других богослужебных книг. Грубые ошибки, вкравшиеся в церковно-богослужебные книги, смущали Максима, и он резко и открыто говорил, что богослужебные книги весьма неправильно написаны. Невежественные последователи старины в отзывах Максима видели оскорбление святыни и роптали; но не смели открыто восстать на преподобного, потому что его любили и достойно ценили великий князь и Варлаам.

В 1522 году московскую кафедру после Варлаама занял Даниил, человек не столь благочестивый и умный, как его предшественник. При Данииле Максим уже не мог с полной свободой отдаться своему делу, так как не встречал такой горячей поддержки в новом митрополите, какую видел в Варлааме. А потому Максим обратил свою разумную деятельность к новым предметам. В то время учение Лютера сильно колебало власть папы. Обессиленный на западе, папа старался распространить своё влияние на Россию; для чего легат (посол) его, Николай Шонберг, хитрил в Москве и тайно пустил слух о тесном соединении русских с латинами. Шонберг склонил уже на свою сторону несколько знатных бояр. Максим сильно восстал против Шонберга и написал до 15-ти сочинений против его козней, разбивая его на каждом шагу.

Эта защита правой веры понравилась народу, и злоба его на Максима до времени смолкла. Она снова открылась с того времени, как митрополит Даниил сделался врагом преп. Максиму. Даниил желал, чтобы Максим перевёл церковную историю Феодорита, содержащую в себе письма еретиков Ария и Нестория. Преподобный, считая это сочинение вредным для народа, не соглашался переводить. Сильно досадовал на Максима Даниил. Эта досада перешла в явную вражду, когда преподобный открыто и свободно обличал пороки духовенства и вельмож. Вскоре после этого преподобный лишился благоволения и самого великого князя, прежде искренно любившего его. Эта перемена в отношениях к преподобному образовалась в душе князя по следующему поводу: жена великого князя, Соломония, была неплодна. Василий Иванович хотел развестись с ней и вступить в брак с Еленой Глинской, чтобы иметь от неё наследника. Митрополит Даниил одобрял средство для цели. Также некоторые из приближённых к князю, желая угодить ему, поддерживали намерение его. Но Максим и некоторые бояре, отличавшиеся прямодушием и благочестием, желание князя считали противозаконным.

«Кто побеждается страстями, тот не образ небесного Владыки, а бессловесное животное в виде человека», – писал Максим к великому князю.

Получив это послание, разгневался князь на преподобного, враги Максима разожгли в нём гнев, и преподобный в кандалах был заключён в темницу Симоновского монастыря (в 1525 г.). Впрочем, Василий Иванович не хотел показать, что Максим страдает за противодействие разводу его. Нужно было найти справедливые основания к обвинению Максима. Не находя законных причин к обвинению, враги преподобного приступили к клеветам. Они градом посыпались на невинного. Так, его обвиняли в сношениях с боярами, недовольными правлением великого князя, клеветали, будто Максим через переписку с пашами (высшими лицами при особе турецкого императора) возбуждает турецкого султана к войне с Россией, доказывали, что Максим не исправил, а испортил богослужебные книги, называли его еретиком, врагом истинной веры и пр. Все подобные клеветы вскоре сами собой разоблачились и Максим оказался невинным. Как были придирчивы и злостны враги Максима, можно судить по следующему случаю: Максим в Триоди написал о седении Сына с Отцом: «седел еси». Его стали винить за это выражение. Максим искренно признал это за ошибку, извинялся неточным пониманием русского языка и не только не упорствовал в своей ошибке, но и просил прощения за допущение её, хотя ошибка всякому возможна. Однако судьи преподобного, хотевшие непременно осудить его, не приняли во внимание защиту его. Спешили произнести приговор: Максим портит книги, удалить его.

И Максим тайно был увезён из Москвы и заключён в Волоколамскую темницу, где от смрада и побоев приходил он в омертвение. Здесь явился ему ангел Божий и сказал: «терпи, старец! этими временными муками избавишься от вечных мук».

В тюрьме на стенах Максим углём написал канон Духу Утешителю, поныне воспеваемый церковью.

В 1531 году, т. е. спустя шесть лет после заключения Максима в темницу Симоновской обители, его снова потребовали на суд в Москву, так как многие благонамеренные люди, вспоминая заслуги преподобного, начали защищать его перед князем. Чтобы оправдать себя в жестокостях с Максимом, судьи выбрали из книг переведённых и исправленных им всё, что могло его обвинить. Но оказалось, что бо́льшая часть ошибок произошла от неискусных переводчиков и от неисправности переписчиков, некоторые только ошибки сделаны были преподобным и то по недостаточному знанию русского языка. Максим умолял судей простить ему невольные ошибки и ему смягчили наказание, – Максим послан был в Тверь под надзор епископа Акакия. Епископ приветливо принял его и обходился с ним милостиво.

В 1534 году великий князь Василий III умер, и преподобный надеялся на облегчение своей несчастной участи. Он написал сочинение «исповедание веры». В этом труде он выразил своё верование, вполне православное и доказал, что еретические книги не те, которые он исправил, а те, которые враги его считают за святыню. В заключение же преподобный просил русское правительство отпустить его на Афон, представляя, что судить его должен патриарх. Судьи не вняли просьбе Максима и участь его осталась та же.

В 1539 году Даниил был сослан в заточение; преемник его, митрополит Иоасаф, утешил невинного страдальца, позволив ему ходить в церковь и причащаться св. Таин, чего прежде по суду Максим был лишён. В 1551 году по просьбе троицкого игумена Артемия и некоторых благочестивых бояр царь Иоанн Васильевич (Грозный) освободил Максима из тверского заточения и позволил ему жить в Сергиевой лавре, где он и был принят с честью после 19-летних страданий. Несмотря на крайнюю слабость своих сил, Максим не оставлял и здесь своих занятий. Памятником их служит псалтирь, переведённая им с греческого языка, по просьбе своего ученика Нила, бывшего князя Курлятева.

За благодушное и безропотное перенесение скорбей и высокое смирение Максим получил от Бога дар прозорливости. В 1553 году царь Иоанн, посетив лавру, зашёл в келью преп. Максима и сообщил ему о своём намерении отправиться на богомолье в Кириллову обитель, в благодарность за исцеление от болезни. Св. старец посоветовал ему оставить это намерение и вместо путешествия позаботиться об облегчении участи вдов и сирот убитых воинов под Казанью.

«Вдовы и сироты эти, – говорил царю преподобный, – льют слёзы, ожидая твоей помощи. Собери их под царственный кров твой, и тогда все святые будут молиться за тебя, а если не послушаешь меня, то знай – сын твой умрёт».

Царь не послушался доброго совета и пророчество старца исполнилось, царский сын умер. Это исполнившееся предсказание Максима возбудило великое уважение к нему в царе. В следующем году Иоанн Васильевич приглашал Максима на собор против Матвия Башкина, отвергавшего почитание св. икон, призывание святых и некоторые церковные обряды и правила. Но преподобный отказался от приглашения по дряхлой старости и послал своё сочинение о почитании святых икон.

После 50-летних трудов и многолетних страданий, преподобный скончался в 1556 году в лавре. Мощи его под спудом почивают в притворе, пристроенном к храму Сошествия Св. Духа с северной стороны. Митрополит Платон устроил раку и часовню над гробом Максима.

В 1651 году совершились два чуда над могилой Максима. Один крестьянин осмелился сесть на могилу святого, и вдруг с неё был сброшен, так что расслаб всем телом. Когда же он раскаялся в своём грехе, и по просьбе его отслужена была на могиле панихида, больной тотчас выздоровел. То же самое случилось с послушником. Последний получил, кроме того, обличение от преподобного во сне.

Обозревая жизнь преп. Максима грека, мы видим, что он по своим великим подвигам вполне принадлежит св. Русской церкви, для которой он был светильником при жизни и остался светильником по смерти в своих трудах. Этот св. муж, трудолюбивый, деятельный, твёрдый в убеждениях, почти половину своей жизни переносил бедствия, которые увеличивались от того, что он страдал за дело, достойное всякой похвалы, страдал от тех, которым в дар принёс свою жизнь, спокойствие, дарования и своё образование²¹⁴.