17-е число

– Св. Алексия человека Божия.

– Св. муч. Марина.

– Пр. Макария, игумена Калязинского.

– Память труса при царе Константине.

– Воскресение Лазаря.

– (Преподобномуч. Павла)

В царствование благочестивых императоров Аркадия и Гонория¹⁵⁹ жил в Риме в великолепных чертогах знаменитый и богатый сановник Евфимиан. Блеск славы и богатство не заглушили добрых качеств его души, а напротив давали ему только больше средств и возможности проявлять их во всей силе. Имея всё к тому, чтобы по первому желанию удовлетворить требованиям плоти, Евфимиан налагает на себя ежедневный пост, употребляет пищу однажды в день и притом в позднее время. Любовью и сострадательностью к бедным и нуждающимся проникнута была благочестивая душа его. Ежедневно собирались к нему в дом сироты, вдовицы, странники и больные, и никто не получал отказа: все находили здесь себе пропитание и помощь. В тот же день, когда ему случалось менее оказать милости бедным, он печалился и признавал себя пред Богом недостойным ходить по земле Его. Эта любовь Евфимиана к нищим простиралась до того, что он сам часто ходил по торжищам, собирал нищих и увечных, приводил в свой дом и сам служил им при трапезе. Для мудрых мира сего, для его родных и знакомых такое обращение с нищими казалось соблазном, юродством, неприличным сану вельможи. Но Евфимиан не обращал внимания на эти пересуды, помня, что Сам Господь называет нищих Своими братьями и заповедал нам любить их. Супруга Евфимиана, Аглаида, была верной и дорогой ему помощницей в этих добрых делах. Подобно ему, онa отличалась благочестием и любовью к нищим. Согласие, мир и любовь царили между этой благочестивой четой. Одного только не доставало для их утешения в жизни – это детей. Постоянно и усердно молили они Бога даровать им сына, который был бы для них утехой и подпорой в старости. И Господь услышал молитву праведников: у них родился сын, которого назвали Алексием. Плод молитвы и благочестивой жизни, Алексий в своей жизни в полном свете проявил добрые качества, отличавшие его родителей.

Когда Алексию исполнилось шесть лет, родители позаботились дать ему отличное воспитание умственное и нравственное. Своими успехами в науках отрок радовал родителей. В короткое время он основательно изучил всё, что было преподано ему по требованию тогдашнего времени. Чем более возрастал Алексий, тем более, под влиянием прилежного чтения слова Божия и живого примера своих родителей, развивалось в нём сознание суеты и пустоты мирской жизни, тем более усиливалось желание и стремление к приобретению вечных благ. Подобно родителям, он щедрой рукой раздавал милостыни бедным и тайно, и явно, постился и молился Господу, а для умерщвления своей плоти тайно от родителей под богатым покровом одежды носил грубую власяницу.

Но этот дух подвижничества, нищеты и смирения, скрывавшийся доселе под наружным блеском, был только вступлением и, так сказать, приготовлением к тому высокому подвигу самоотвержения, до какого только может возвыситься внутренне подвизающийся истинный последователь Христа. И случай к такому подвигу скоро предстал для Алексия. Родители, когда сын их достиг зрелого возраста, решились женить его. Ему выбрали невесту из царского рода с прекрасными душевными качествами, обручили его с ней и, наконец, обвенчали их в церкви св. Вонифатия. По случаю бракосочетания своего сына Евфимиан сделал у себя великолепный пир. Целый день продолжалось в его доме веселье, но не тем был занят главный виновник торжества, Алексий. Он решал теперь участь всей своей жизни. В душе его в это время совершалась страшная борьба между его естественной любовью и привязанностью к своим родителям и юной супруге, и стремлением к ангелоподобной жизни, всецелой любовью ко Христу, Которому он желал обручить свою душу. Бог только один знает, сколько противоположных чувств и мыслей пережил в это время Алексий среди шумно веселящихся и ничего не подозревающих гостей! Но благодать Божия подкрепляла его в этой борьбе. Звучно и громко раздавались в ушах его глубоко напечатлённые в сердце слова Господа:

– Всяк, иже оставит дом, или братию, или сестры, или отца, или матерь, или жену, или чада, или села, имени Моего ради, сторицей приимет и живот вечный наследит¹⁶⁰.

И он твёрдо решил ради Христа оставить отца, мать, свою супругу, сохраняя к ним в душе любовь о Христе.

Кончился брачный пир. Наступила ночь. Алексий входит в брачную комнату к своей невесте и находит её одну, ожидающую его с стыдливо-потупленным взором и любящим сердцем. Сколько тут предстояло соблазна для цветущего и кипящего избытком сил и здоровья юноши! Но переворот в душе Алексия уже окончательно совершился. Он подходит к своей супруге, снимает свой обручальный золотой перстень и драгоценный пояс, отдаёт их супруге и говорит ей:

– Храни это; Бог да будет между нами, пока благодать Его не устроит в нас нечто новое.

Сказав это, он и вышел в свою особую комнату, сбросил с себя златотканые брачные одежды, облёкся вместо них в бедное одеяние и, взяв с собой несколько из своих дорогих вещей, тайно вышел из дома и из города, направляясь к морской пристани. Здесь он сел на корабль, отправлявшийся в Лаодикию и поплыл на нём с молитвой к Господу.

Последуем за ним в Лаодикию и во время пути поразмыслим о том, почему Алексию усвоено наименование «человека Божия?» Все святые – люди Божии. Но Алексий пo преимуществу называется «человеком Божиим», как получивший это название от Самого Бога. И действительно, не напрасно он так называется. Размышляя о земной жизни его, видишь, что он как будто вовсе не имел на земле ни родных, ни имения, ни привязанности к чему-либо земному, кроме одного Бога. Между тем он имел богатейших родителей, которых был единственным наследником. Он имел жену, которую оставил немедленно после брачного торжества. Он имел несомненную надежду быть знатным в отечестве, но всё презрел для Бoгa, Которому служил в смирении и кротости, в самовольном уничижении и крайней бедности. Вот почему он и получил наименование «человека Божия».

Высадившись в Лаодикии на берег, Алексий нашёл спутников, идущих в Месопотамию, и отправился с ними в город Едессу. Достигнув этого города и увидев здесь нерукотворный образ Христа Спасителя, который Он во время Своей земной жизни благоволил отобразить для Авгаря, князя едесского, Алексий исполнился живейшей радости. Смотря на изображение Спасителя, Им Самим начертанное, он видел пред собой как бы лицом к лицу Того, для Которого он презрел всё земное. В Едессе Алексий продал дорогие свои вещи, деньги раздал бедным, а сам облёкся в рубище нищего и почти постоянно пребывал на паперти церковной. Питался здесь милостыней во имя Христово, разделяя её с другими нищими, непрестанно молился и каждое воскресенье, и праздник приобщался св. Христовых Таин. Ум его постоянно был занят богомыслием; тело от строгого воздержания исхудало, красота лица его завяла, зрение потускло, глаза впали; казалось, что у этого человека Божия остались одни кости, обтянутые кожей.

Посмотрим, что делается в покинутом св. Алексием родительском доме.

Наутро родители, к удивлению своему, находят невесту в слезах и узнают от неё, что Алексий ушёл неизвестно куда. Долго ищут его пo городу, нo нигде не находят. Бывшее веселие сменяется печалью. Мать его, затворившись в свою спальню, проливала горькие слёзы о своём любезном сыне. Юная супруга Алексия также горько плакала и говорила матери:

– Не отойду я от тебя, но как горлица, когда лишится своего друга, летает по горам и долинам, испуская жалобный крик, так и я буду горевать, терпеливо ожидая известия о любезном своём муже.

Печальный родитель Алексия разослал повсюду своих слуг отыскивать сына, дав им денег для раздачи бедным; нo все их усилия отыскать его остались безуспешными. Некоторые из слуг были в Едессе, видели св. Алексия, подавали ему милостыню, но не могли узнать в измождённом и одетом в рубище бедняке своего господина. Алексий же, приняв милостыню из рук своих слуг, благодарил Бога, сподобившего терпеть такое самовольное уничижение и нищету.

Семнадцать лет провёл св. Алексий в Едессе при храме Богородицы в строгих подвигах молитвы, воздержания и нищеты духовной и телесной сделался угодным Богу. Настало время открыть светильник, скрывавшийся под спудом. Пономарю той церкви, на паперти которой пребывал св. Алексий, было откровение. Он слышал от иконы Божией Матери голос, говоривший:

– Введите в Мою церковь человека Божия, достойного небесного царствия! Ибо молитва его, как благовонное кадило, приятна Богу и, как венец на голове царской, почивает на нём Дух Святой.

Не найдя такого человека, пономарь обратился к иконе Богородицы, умоляя Владычицу показать ему человека Божия. В новом откровении пономарь узнал, что нищий, сидящий у дверей церковной паперти, есть человек Божий, и тотчас ввёл его в церковь. Скоро многим сделалось известным богоугодное житие Алексия. Избегая человеческой славы, он решился удалиться из Едессы в Тарс.

– Пойду я в город Тарс, – говорил он про себя; там меня никто не знает, и поживу при тамошнем храме св. ап. Павла.

Св. подвижник тайно оставил город и сел на корабль, отправлявшийся в Киликию.

Но промысл Божий, сообразно с духовным возрастанием и усовершенствованием св. Алексия, избирает для его подвигов более трудное поприще. Корабль, на котором он плыл, пригнан был сильной бурей в Рим. Возвратившись действием Промысла Божия на родину, Алексий прежде всего поспешил в церковь Божию, чтобы подкрепить себя здесь молитвой для будущих подвигов. После молитвы он направился к родительскому дому, говоря себе:

– Жив Господь Бог мой, не буду никому я в тягость, как чужой войду в дом отца моего.

И вот почти у порога дома он встречает возвращавшегося из царских палат согбенного старца-отца своего, который 17 лет оплакивал неизвестно где пропавшего сына. Св. Алексий кланяется ему до земли и смиренно просит у него уголка-приюта.

– Раб Божий, – говорит сын отцу, – молю тебя, окажи мне нищему и странному милость, позволь мне жить у тебя в каком-нибудь уголке и питаться крупицами с твоего стола. Бог благословит твой дом и сподобит тебя небесного царствия, и, если кто из родных твоих странствует, Он возвратит тебе его здоровым.

Слушая эти слова, Евфимиан вспомнил любезного своего сына и горько заплакал. Возможно ли описать и изобразить те чувства, которые в виду этого свидания с престарелым отцом и его горьких слез о сыне, волновали св. Алексия? Пусть каждый представит себя на его месте! Сила сыновней любви побуждала его открыться отцу, но любовь ко Христу, ради которой он оставил родительский дом и все, что дорого человеку на земле, преодолела в нём естественные сыновние чувства.

Неузнанным, в качестве бесприютного нищего, Алексий поселился в небольшом помещении при дверях родительского дома, питаясь ради Христа подаянием от стола отца. Но получаемое ежедневно от трапезы родителей он раздавал другим нищим, сам же питался только хлебом и водой, чтобы не умереть от голода и жажды. Все ночи проводил он в молитве и всякую неделю ходил в церковь приобщаться Христовых Таин. Ему приходилось немало терпеть от наглости слуг: одни били его, другие терзали за волосы, третьи выливали на голову его помои и осыпали ругательными словами. Но св. Алексий всё это терпеливо и безропотно переносил в сердце своём из любви к Господу. Другое ещё более чувствительное испытание его терпения заключалось в том, что он ежедневно мог видеть свою супругу и мать грустивших и плакавших, одну – о вдовстве своём, другую – о лишении сына. Св. Алексий среди всех этих искушений оставался непоколебимым. Слёзы матери и супруги не могли победить eгo любви ко Христу, пламень которой объял всю его душу. Так прожил он 17 лет в родительском доме в многотрудных подвигах никем не узнанный, как нищий и странник! Наконец, Господу угодно было успокоить великого подвижника Своего в селениях праведных. Господь открывает ему день и час его кончины. Перед смертью своей св. Алексий выпросил у одного слуги бумаги, описал на ней свою жизнь и все тайны, пo которым родители могли узнать его, и заключил своё жизнеописание такими словами:

– Прошу любезных моих родителей и честную невесту не огорчаться на меня, что я вовлёк вас в неутешную печаль, удалившись от вас без ведома вашего. Я болезновал сердцем о вашей скорби; много раз молил Господа даровать вам терпение и сподобить вас небесного царствия; надеюсь, что Он по Своей милости исполнит мою молитву; но я должен был более любить своего Творца и Спасителя, нежели своих родителей.

Написав это, Алексий пребыл в молитве до самой кончины своей.

В один день папа Иннокентий¹⁶¹ в соборной церкви свв. апостолов совершал литургию в присутствии императора Гонория. При конце литургии предстоявшие в храме услышали голос:

– Поищите человека Божия, хотящего разрешиться от тела, пусть он помолится о городе и о вас!

По всему городу стали искать человека Божия, но нигде не находили; все пришли в недоумение. Через несколько дней в той же соборной церкви папа в присутствии царя и множества народа совершал всенощное бдение; все умоляли Господа, чтобы Он Сам указал им Своего угодника и его местопребывание. Из алтаря вновь все услышали голос:

– В доме Евфимиана ищите человека Божия!

Царь спрашивает Евфимиана, почему он, имея у себя такую благодать, не открыл её им. Но этот клянётся, что ничего не знает, и в свою очередь спрашивает старшего своего слугу, не знает ли он от кого из домашних, кто имел бы особую добродетель и угождал Богу. Слуга отвечал отрицательно. Тогда царь с папой и вельможами отправляется в дом Евфимиана искать там «человека Божия». Когда царь и прибывшие с ним после приличной встречи уселись на места, является к Евфимиану слуга, прислуживавший Алексию, и говорит господину:

– Господин! не тот ли „человек Божий“, за которым ты поручил ходить мне? Я бывал свидетелем великих и удивительных его подвигов. Он постится каждый день, мало употребляет хлеба и воды. Причащается каждую неделю, по ночам постоянно молится и терпеливо переносит все обиды и даже побои от наших слуг.

Услышав это, Евфимиан поспешил в хижину, где жил нищий, но находит его уже умершим, с покрытым лицом и бумагой в руке. Он открыл покров умершего и находит лицо его сияющим, подобно лицу ангельскому; хочет взять бумагу, но не может: рука почившего крепко держала её. Евфимиан спешит к царю и говорит ему:

– Мы нашли, кого искали, но он уже умер; держит в руке свиток, но не даёт его нам.

Тотчас по приказанию царя приготовили драгоценный одр, на котором и вынесено было из хижины тело св. Алексия. Тогда император с папой и вельможами, преклонив колена и лобызая честные мощи, умоляли угодника Божия дать им свиток.

– Молим тебя, раб Христов, – взывали они, – дай нам этот свиток, да узнаем, что в нём написано и познаем, кто ты!

И вот рука, державшая свиток, сама собой разжимается. Взяв свиток, император приказывает вслух всех прочесть написанное в нём. Когда чтец дошёл до того места, где св. Алексий говорит о своих родителях и невесте, Евфимиан узнаёт в почившем праведнике столько лет оплакиваемого своего сына; старец-отец упал на грудь его, обнимал, целовал его и говорил со слезами:

– Чадо моё возлюбленное! что ты сделал с нами? Зачем навёл на нас печаль такую? Столько лет пребывая с нами, зачем не открылся нам, не утешил нашей старости? Что мне теперь делать: оплакивать ли твою смерть или радоваться встрече с тобой? Природа побуждает меня проливать слёзы, но твоя блаженная кончина останавливает.

Мать св. Алексия, узнав, что мёртвый нищий – сын её, спешит взглянуть на возлюбленного своего сына, чтобы обнять его. Она бросилась на тело почившего и со слезами называла его всеми ласкательными именами. Вместе с ней припала со слезами к почившему и супруга его, прожившая без него 34 года.

– Пустыннолюбивая моя горлица, – взывала она, – за что ты меня оставил до конца! Какое я зло сделала тебе, что отрёкся меня несчастной! Сколько лет ты слышал стенание моё и не открылся мне и не сжалился надо мной.

Трогательное и умилительное было зрелище! Все плакали, глядя на него. Чтобы все желающие могли прикоснуться к мощам св. Алексия, царь и папа приказали перенести их на средину города. Все граждане собрались сюда, и не было той болезни, от которой бы с верой приходящие не получали исцеления. Через несколько дней император с папой торжественно перенесли тело Алексия в церковь. Положенное в драгоценную раку, оно начало источать благовонное и чудотворное миро и целую неделю стояло непогребённым, чтобы все могли лобызать eгo, а больные получать исцеление от недугов своих.

Св. Алексий преставился 17 марта 411 года и погребён в церкви мученика Вонифатия, на Авентинском холме. Мощи его обретены в 1216 году на месте его погребения, и над ними воздвигнута великолепная церковь¹⁶².

Примечание. Житие св. Алексия, человека Божия – одно из любимых народных чтений; подвиги св. Алексия, его самоотверженная и преисполненная добровольных страданий жизнь под видом нищего у ворот своего отца, знатного и богатого римского сенатора, сделались предметом народных легенд. О св. Алексии нищие распевают псалмы, старцы, бандуристы воспевают св. Алексию хвалебные песни (в собрании народ песен у Рыбникова находится более 10 подобных песен).

Св. муч. Марин за веру во Христа усечён мечом в 3 веке¹⁶³.

Преп. Макария, игумена Калязинского

Макарий, в мире Матфей, родился в 8 вёрстах от г. Кашина, в селе Грибкове, что ныне село Кожино, от знатного помещика и благородного воина Василия Кожи, прославившегося в битвах на службе вел. князя Василия Васильевича Тёмного¹⁶⁴. Макарий был единственным сыном и наследником своих родителей. С семи лет они отдали его в научение грамоте, желая сделать из него достойного слугу князю и отечеству. Но не о мирской жизни и славе помышлял Матфей. От юности он стремился отречься от всего мирского и посвятить себя на служение Господу в чине инока. Родители же его, видя в нём такое настроение, по естественной привязанности и любви к единственному сыну, не хотели отпустить его от себя. Они желали и требовали, чтобы Матфей женился. Долго не соглашался на это юноша; наконец, не желая быть ослушником родительской воли, он, проливая слёзы, кротко сказал им:

– Воля Господня да будет; делайте со мной, что хотите.

И вскоре после сего, к радости родителей, сочетался браком с благородной девицей Еленой Яхонтовою. Спустя год после совершения брака умерли его родители, а через три года умерла и супруга его. Юный вдовец, отдав естественную дань любви к почившей супруге, вместе с тем благодарил Бога, что Он разрешил его от мирских уз, и что теперь уже ничто не может препятствовать ему исполнить своё давнишнее желание – поступить в монастырь. После погребения супруги, Матфей раздал всё своё имущество бедным и удалился в ближайший кашинский Николаевский, что на урочище Клобуково, монастырь, где и постригся с именем Макария. В обители молодой инок своей жизнью служил образцом и примером для старцев. Молитва, бдение и послушание всякому брату, не только игумену, были правилом для Макария; днём и ночью воспевал он псалмы Давидовы; чтение житий святых было любимым его занятием в часы отдыха. Вся братия дивились его подвигам. Впрочем, Макарий недолго оставался в Кашинском монастыре. С благословения настоятеля, который в юном иноке видел уже опытного старца, он оставил монастырь и удалился в одно уединённое место в 18 вёрстах от города, близ реки Волги. Тут водрузил он крест, построил хижину и предался трудным подвигам отшельнической жизни. По прошествии нескольких лет безмолвия к нему начали собираться мало-помалу ревнители иноческой жизни; для них он устроил церковь Живоначальной Троицы и основал свой монастырь, впоследствии названный Колязиным (от имени боярина Коляги, которому принадлежала земля, бывшая под монастырём). По устроении церкви и обители почувствовалась нужда во священнике. Братия начали упрашивать преподобного принять на себя сан священства; но Макарий отказывался, почитая себя недостойным такого высокого сана, и в свою очередь предлагал его каждому из братии. Наконец, неотступные и слёзные просьбы братии победили его смирение. Макарий отправился в Тверь, где и был рукоположен во священника и поставлен во игумена епископом Моисеем. И в сане настоятельском преподобный трудился, как простой инок, и ходил в заплатанной одежде; братия старались подражать в жизни своему наставнику. И дивились житию их такие подвижники, которые уже были знакомы с жизнью иноков св. Афонской горы. Вот как отзывался о жизни иноков обители Макария знаменитый старец Митрофан, проживший 9 лет на Афоне:

– Напрасно и неумно трудился я, ходя во св. гору мимо Колязинского монастыря: в нём можно спастись: здесь всё совершается точно также, как в киновиях св. горы.

Ещё при жизни преп. Макария благодать Божия проявлялась в нём различными чудесами.

Так, он исцелил расслабленного Захарию, который впоследствии был священником в селении, называемом Киясова гора.

В другой раз привели к нему юношу, который яростно и с дикими воплями бросался на людей. Преподобный, отпев молебен, осенил бесноватого честным крестом и тотчас же тот исцелился. После исцеления юноша уже не хотел возвращаться в родительский дом и навсегда остался в монастыре иноком.

Воры украли однажды монастырских рабочих волов, но, когда погнали их к себе домой, внезапно ослепли. Долго блуждая пo окрестности, они возвратились в монастырь и покаялись Макарию в своей вине. Преподобный исцелил их от слепоты и дал им наставление, чтобы они впредь не брали ничего чужого.

Почувствовав близость своей кончины, Макарий созвал всю братию, в последний раз дал им наставление о пользе душевной, благословил и облобызал всех и, приобщившись св. Христовых Таин, сказал:

– Слава Богу о всём, аминь.

После сих слов преподобный предал дух свой Господу. Это было 17 марта 1483 г., на 83 году его жизни. По смерти его братия нашли на нём тяжёлые вериги, о которых дотоле не знали. Тело преподобного погребено было близ церкви созданной им обители.

В 1521 г., 26 мая при великом князе Василии Иоанновиче, при митрополите московском Данииле и колязинском игумене Иоасафе, мощи преп. Макария обретены были нетленными и положены в соборной Троицкой церкви. С того времени они начали источать чудеса.

Так, в монастырской гостинице жил убогий человек, по имени Иоанн, у которого в продолжение 12 лет были скорченные ноги. Убогий с трудом приполз ко гробу угодника Божия. Когда хотели поднять его, чтобы мог приложиться к св. мощам, вдруг ноги его захрустели, и он встал на них прямо совершенно здоровым.

Одна женщина исцелилась от водяной болезни после усердной молитвы угоднику Божию.

Расслабленный юноша, Григорий, 10 лет лежавший на болезненном одре и принесённый к гробу преподобного, получил исцеление.

Многие и другие были исцеления и чудеса при гробе св. Макария, которые записаны были благоговейными иноками его обители.

Ныне в Колязинском монастыре четыре каменные церкви и каменная ограда с башнями, построенная в 1648 г.¹⁶⁵

Память труса. Трус, или землетрясение, по хронике Георгия Амартола, был при Константине великом в Кампании. Во время труса погибло 13 городов, и солнце в 3 часа дня померкло так, что видны были звёзды¹⁶⁶.

Близ Иерусалима (в 3-х вёрстах от него) есть селение, называемое Вифания. Тут жил некто Лазарь и две сестры его, Марфа и Мария, которых любил Иисус за их благочестие и часто у них останавливался. За несколько дней до страданий Христовых, Лазарь сделался опасно болен.

Марфа и Мария послали сказать Иисусу:

– Тот, кого Ты любишь, болен.

Но Иисус ответил:

– Эта болезнь не к смерти, нo к славе Божией, – и пробыл на том месте, где находился, ещё два дня. После чего сказал ученикам:

– Лазарь, друг наш, уснул; но Я иду разбудить eгo.

На это ученики сказали:

– Господи, если уснул, то выздоровеет.

Тогда Иисус сказал им прямо:

– Лазарь умер.

Когда Иисус приближался к Вифании, Лазарь уже четыре дня находился во гробе. Марфа первая услышала о приближении Господа и, не давая знать о том сестре, одна поспешила к Нему навстречу. Увидев Его, она воскликнула:

– Господи! если бы Ты был здесь, брат мой не умер бы; но и теперь я знаю, что чего Ты ни попросишь у Бога, даст Тебе Бог.

Иисус, утешая её, сказал:

– Воскреснет брат твой.

– Знаю, – печально проговорила она, – что воскреснет в воскресение, в последний день при всеобщем воскресении.

Желая возбудить в ней крепкую веру в исполнение Своих слов, Господь произнёс:

– Я есмь воскресение и жизнь: верующий в Меня, если и умрёт, оживёт. И всякий живущий и верующий в Меня не умрёт во век. Веришь ли ceму?

– Так, Господи, я верю, что Ты Христос, Сын Божий, грядущий в мир, – отвечала Марфа.

После сего она пошла и позвала свою сестру, тихо сказав ей:

– Учитель здесь, и зовёт тебя.

Как скоро услышала об этом Мария, немедленно встала и отправилась к Нему.

В это время в доме их много было иудеев, собравшихся по долгу родства и знакомства для утешения печальных сестёр. Увидев, что Мария поспешно вышла из дома, и думая, что она пошла плакать на гроб своего брата, родственники и знакомые также последовали за ней. Но, выйдя из селения, они, к изумлению своему, нашли её у ног Иисусовых.

– Господи, – говорила Мария, заливаясь слезами, – если бы Ты был здесь, не умер бы брат мой.

Иисус Христос, при виде искренней горести Марии и пришедших с ней иудеев, возмутился духом и прослезился. Затем Он спросил:

– Где вы положили его?

Ему сказали:

– Господи! пойди и посмотри.

Иудеи, заметив на глазах Иисусовых слёзы, начали говорить между собой:

– Смотри, как Он любил его. He мог ли Сей, отверзший очи слепому, сделать, чтобы и Лазарь не умер?

Между тем Господь, придя к гробовой пещере, в которой положен был умерший друг Его, велел отнять камень, закрывавший её вход. Марфа, не понимая Его намерения и считая неприличным возмущать могильный покой своего брата, возразила:

– Господи! уже смердит, ибо четыре дня, как он во гробе.

Но Он строго заметил ей:

– Не сказал ли Я тебе, что, если будешь веровать, увидишь славу Божию.

Марфа замолчала, и камень отвалили. Тогда Иисус Христос возвёл очи на небо и сказал:

– Отче! благодарю Тебя, что Ты услышал Меня. Я и знал, что Ты всегда услышишь Меня, но сказал сие для народа, стоящего здесь, чтобы поверили, что Ты послал Меня.

После сего Он воззвал громким голосом:

– Лазарь! иди вон!

Во входе пещеры показался четверодневный мертвец, обвитый пеленами по рукам и ногам, и с покрывалом на лице. Когда все стояли неподвижно в страхе и немом изумлении, Господь сказал им, указывая на Лазаря:

– Развяжите его, пусть идёт.

Многие из иудеев, бывших свидетелями сего чуда, уверовали в Господа. Архиереи же, видя это, положили убить Иисуса и Лазаря вместе с Ним¹⁶⁷.

Предодобномуч. Павел за иконы в Кипре предан огню, около 777 года¹⁶⁸.