Мартирий Св. Виктора

Перевод этого памятника сделан с версии мартирия, которую содержит рукопись, хранящаяся (под номером 21 – 42 «Коптской новой серии») в Российской Национальной библиотеке в Санкт-Петербурге. Листы мартирия принадлежат к тому же кодексу, что и листы гомилии об архангеле Михаиле, перевод которой (вернее, той ее части, которая сохранилась) публикуется также в данной книге. Существуют и другие коптские версии мартирия, но ни одна из них не совпадает с нашей, хотя некоторые местами очень близки. В Париже, в Национальной библиотеке, имеется два отрывка из мартирия на саидском диалекте, как и наша рукопись: 78, 52 – 53 и 129, 37. Первые 2 листа содержат конец произведения в версии, значительно отличающейся от нашей, но третий сохранил очень близкий текст. В Лондоне, в Британской библиотеке, есть полный текст мартирия на саидском диалекте, местами почти совпадающий с нашим, местами довольно сильно отклоняющийся. Он был издан известным коптологом Баджем (Е. А. Budge, Coptic Martyrdoms, London, 1914, с. 1 – 45). Существует и бохайрский перевод этого сочинения (рукопись Туринского музея: F. Rossi, Di alcuni manoscritti copti che si conservano nella Biblioteca Nazionale di Torino, Torino, 1893, c. 106 – 109). Рукопись Публичной библиотеки была ранее издана (А. И. Еланская, Коптские рукописи Государственной публичной библиотеки имени Μ. Е. Салтыкова-Щедрина//Палестинский сборник, вып. 20, Л., 1969, с. 21 – 95). В нижеприведенном переводе те лакуны петербургской рукописи, из-за которых нарушается последовательность изложения, восполняются по лондонской (они помещаются в круглых скобках).

Коптские тексты мартирия не восходят непосредственно к какому-либо определенному греческому оригиналу (создание таковых относят к III – IV в.), а представляют собой «вариации на тему». Дошедшие до нас коптские рукописи, содержащие это произведение, не древнее конца I тысячелетия, но, несомненно, переписывались с гораздо более древних, конечно, с изменениями и добавлениями.

Мучение святого мученика Христа апы Виктора, сына стратилата Романа489 , и святой Стефаниды, которые завершили свой святой подвиг двадцать седьмого числа месяца пармуте 490 в мире Бога. Аминь.

Случилось это в царствование Диоклетиана, беззаконного царя, в третий год (в рукописи ошибочно «день») его царствования, в первый месяц. Дьявол отвратил его сердце от Бога, чтобы он совершил те (деяния), которые не подобает совершать. Он служил идолам. Он пренебрег Богом неба ради деревянных и каменных творений рук людских.

Послушайте теперь о мужестве одного двадцатилетнего юноши, имя которого апа Виктор. Диоклетиан решил в своем сердце совершить то, что не подобает, перед Богом. Вот что он сделал. Он изготовил семьдесят золотых статуй и семьдесят серебряных статуй. Он назвал их «Боги», в то время как они не являлись таковыми. Он назвал богами тридцать пять мужчин и тридцать пять женщин. Они суть: Аполлон, и Зевс, и Серапис, и Артемида, и Афина, и другие его боги, которых он изготовил. Диоклетиан прибил грамоту на вратах дворца. Вот что было написано в указе:

«Я, царь Диоклетиан, повелеваю от Романии на юг до Пилака, чтобы – будь то эпарх, или комит, или игемон, или трибун, или воин, или епископ, или пресвитер, или диакон, или раб, или свободный – чтобы все они принесли жертву моим богам, и тот, кто скажет: „Я христианин», – пусть возьмут его имущество в казну царя, а его умертвят мечом. Вы же, о сенаторы дворца, напишите на юг во все страны, согласно этому указу, чтобы каждый служил моим богам, которые дали нам победу в войне, так как и за вас также они сражаются вместе с войсками. Поэтому тот, кто не встанет рано утром и не придет, чтобы мы все вместе пошли в храм, и не принесет жертву моим богам – пусть утопят его в море, чтобы знали, что нет другого, кроме меня!».

Утром первого пармуте491 Диоклетиан пошел в храм вместе с войском. Царь сел на свой трон и велел глашатаю возгласить: «О римляне! Приходите все, приносите жертву богам царя!». А он велел изготовить золотой алтарь, и серебряный алтарь, и золотой столп. Он поместил его перед алтарями, чтобы водрузить на него Аполлона. Он отлил золотой венец, выложенный драгоценными камнями, и возложил его на голову Аполлона. Приказал царь, чтобы зажгли алтарь, и возложили ладан, пряное вино, тончайшую пшеничную муку, масло, и налили полный алтарь. После этого он приказал, чтобы украсили венками храм и город и зажгли семьдесят золотых свечей и семьдесят серебряных свечей. И четыреста белых лошадей, в которых нет и частицы черной, украшенные драгоценными камнями, везли его богов в храм. Царь, когда привезли его богов, поднялся и стал на троне. Он снял с себя венец, и возложил его на голову Аполлона, и поклонился ему до земли три раза, говоря: «Ты – бог живой, Аполлон, тот, который дал нам победу».

Когда же царь поклонился, и его три соправителя пришли также, чтобы поклониться. Это Роман, Василид и Эвий492, которые равны (по положению) царям и которых царь любит. Он дал им пятьдесят золотых центенариев493 каждому и сказал им: «О мои друзья, послушайтесь меня и принесите жертву моим богам . . . сегодня. Клянусь могуществом великого бога Аполлона, я заставлю весь мир принести им жертвы и провозглашу от этом сегодняшнем празднестве во всем мире. Вы же, со своей стороны, дадите дары в храм Аполлона. Царь сказал Роману: «Принеси жертву моим богам». Отправился Роман и принес жертву, и также оба его товарища, а также остальные сановники дворца. В тот день шестьсот тысяч воинов поклонились богам и два миллиона граждан. Ибо все множество народа собралось для мерзкого жертвоприношения. Когда настала очередь принести жертву одного протектора по имени Василид, он не поклонился богам царя. Царь велел убить его и всех его домашних. Жители же города засыпали от запаха ладана, который возложили (на алтарь). Число людей, которые умерли из-за большого скопления народа, составило девятьсот человек. Царь Диоклетиан велел глашатаю возвестить: «Когда вы закончите ваше поклонение, ешьте и пейте у врат храма, славя моих почтенных богов». Царь же возвратился во дворец во время завтрака. Он позвал стратилата Романа и сказал ему: «Возьми указ. Пусть и остальные люди принесут жертву, пока ты сам не удалишься». Стратилат Роман приказал, чтобы вся толпа принесла жертву.

Наступила очередь сына Романа принести жертву. Это был юноша двадцати лет, который служил Богу, и чтил (букв. «боялся») его заповеди, и был целомудрен своим телом и чист сердцем, и ел только один раз в неделю, и молился по ночам. Со дня, когда он услышал христиан, взывающих в церкви, его сердце было занято небесным, возненавидя землю. Он не пил вина, не ел ни горячей пищи, ни мяса, ни рыбы, не кичился (богатым) одеянием, не садился на лошадь или колесницу, не ел вместе со своим отцом и не говорил в присутствии того, кто старше его, не говорил дурного слова, не клялся никакой клят-вой. И когда он слышал о христианине, посаженном в тюрьму, он шел к нему и служил ему всем тем, в чем тот нуждался, и он одаривал своих слуг, причем его отец (об этом) не знал. Он вставал ежедневно, и шел в темницу, и посещал тех, которые посажены. Когда он встречал кого-либо раздетого, он одевал его, причем его родители не знали. И он выполнял заповеди Евангелия Иисуса Христа. Его отец старался улестить его: «Я дам тебе в жены дочь стратилата Василида». Ибо они сговорились в отношении ее о двухстах центенариях золотых, и четырехстах центенариях серебряных, и трехстах рабах, и трехстах рабынях, и четырехстах лошадях, и двухстах мулах, и трехстах верблюдах, и двухстах арурах494 сада, и десяти домах, которые имеют десять арур при каждом, помимо того, что даст ему его отец. Апа Виктор же не соглашался, говоря: «Это все погибнет». Но он обращал взор к царству Бога. Ибо Иисус являлся к нему много раз, любя его за его чистоту. Апа Виктор оставил себе одну экседру495 в своем доме и уединился в ней, творя богослужения днем и ночью. И он обычно творил молитву двести раз днем и триста раз ночью. Дьявол старался уловить его, желая, чтобы он впал в блуд, и не мог. Но он (т. е. Виктор) укреплялся молитвой и постом. И его товарищи-комиты порицали его, говоря: «Почему ты не ешь, и не пьешь, и не носишь красивой одежды? Ты умрешь, и другие используют то, что принадлежит тебе». И он говорил им: «Одежды погибнут, золото и серебро погибнет, красота тела станет отвратительной в могиле. Царство же моего господа Иисуса Христа не погибнет вовеки»496. Молился апа Виктор в своей спальне, говоря: «Услышь меня, мой Господь Иисус Христос. Ты знаешь мое стремление к Тебе, ибо я люблю Тебя. Не допусти, чтобы желание женщины запало в мое сердце, чтобы сатана не нашел местопребывания в молитве Тебе, и чтобы мои враги не радовались по моему поводу, Ты же чтобы не разгневался на меня, и не сказал: „Ты был непослушен мне“, и не посрамил меня в день суда истинного, когда я приду к Тебе. Но пусть Твое милосердие направляет Твоего раба, и пусть Ты не удалишься от меня, так как Твоя есть сила и слава вовеки. Аминь».

Тогда Роман сказал апе Виктору, своему сыну: «Мой сын, вот и твоя очередь, чтобы ты принес жертву богам царя, которым весь город сегодня совершает празднество».

Апа Виктор же сказал «Мой отец, что это за безумие охватило тебя сегодня, что ты оставил Бога ради пустой славы человеческой497? Вспомни, что сказал Господь в Своем святом Евангелии: „Тот, кто отречется от Меня перед людьми, – Я отрекусь от него перед Моим Отцом, Который на небесах, и Его святыми ангелами. Тот, кто исповедает Меня перед людьми, – Я исповедаю его перед Отцом Моим, Который на небесах, и Его святыми ангелами»498. Не надо же, мой отец, не отрекайся от Него, чтобы и Он не отрекся от тебя, потому что написано, причем Господь повелевает сынам Израиля через Моисея: „Не будьте подобны язычникам, которые служат творению вместо (того, чтобы служить) Тому, Кто сотворил. Не возводите глаз к небу, и не смотрите на луну и звезды, и птиц неба, и на животных, и не поклоняйтесь им, так как они – пустое. В день, когда вы поклонитесь им, Я поражу вас“499. Теперь же, мой отец, не уподобляйся им, чтобы Господь не поразил тебя. Мне жаль тебя, так как лучше бы ты не родился, чем жил безбожным».

Это сказал апа Виктор, и все войско изумленно смотрело на него, и его отец, удивляясь. Роман, его отец, сказал ему: «Мой сын, послушайся меня и принеси жертву, и мы перестанем мучиться в этом месте. Не огорчай меня, ты, которого я никогда не огорчал. Вспомни, что я сыскал тебе невесту и дам ее тебе в будущем месяце».

Апа Виктор сказал своему отцу: «Я не просил тебя о невесте и о дарах, но я печалюсь о тебе, что ты отрекся от Бога, Который есть спаситель всех людей ... ведь ... не пощадят тебя, но горе и смятение скоро обрушатся на тебя. Нет, мой отец, удались от этого греха, который ведет к смерти. Посмотри в Евангелие; когда иудеи кричали: «Распни Иисуса», игемон Пилат взял воду, и омыл свои руки, и сделал себя непричастным к первосвященникам иудеев, и освободил свою душу от его крови».

Тогда Роман разгневался и поклялся следующим образом, говоря: «Клянусь Аполлоном, великим богом, я отдам тебя царю, и он убьет тебя! Не думай же, что я помогу тебе, ибо многие вроде тебя умерли из-за своего ослушания и лишились своего чина (букв, «вооружения», т. е. военной должности) и имущества». Апа Виктор сказал своему отцу: «Я вижу, что весь плод дьявола возрос в тебе». Роман сказал апе Виктору: «Разве ты не знаешь, о несчастный, что если сын какого-либо человека не повинуется ему, его убивают?»500. Апа Виктор сказал своему отцу: «Вчера, когда ты служил Богу, я был твоим сыном. Сегодня же я не твой сын, потому что ты оставил Бога, Который сотворил тебя, и стал служить идолам. Апостол говорит: „Еретик, если ты его учишь раз или два, и он не слушает тебя – откажись от него, так как ты знаешь, что у него нет доли с Богом»501. Поэтому отныне ты не мой отец».

Его отец сказал ему: «Послушайся меня, не губи свою юность, так чтобы осрамиться во дворце и чтобы отобрали у тебя анноны502, которые дают тебе. Я и твоя мать – нет у нас детей, кроме тебя, и если твоя мать слышит, что твое тело беспокоило (болью тебя хоть) один день, она не ест и не пьет из-за тебя. Клянусь твоим здоровьем, в день, когда ты был рожден мне, я пожертвовал золотой центенарий в храм Аполлона ради тебя. И я провел три дня, подметая и окропляя503, пока тебе не исполнилось три (дня). А на твой третий (день) после того, как ты был рожден мне, я предназначил дочь Василида тебе в жены. Теперь же, мой сын, не огорчай меня, и я дам тебе тридцать золотых центенариев».

Василид и Эвий подошли к апе Виктору и сказали ему: «Поистине, мы принимали тебя как человека благородного. Чем же ты стал сегодня из-за непослушания твоему отцу, когда он просил тебя таким образом? И нас ты не постыдился. Мы просим тебя: что есть в твоем сердце, что ты хочешь, чтобы мы сделали тебе, – мы сделаем тебе это».

Разгневался апа Виктор и вскричал, говоря: «Боже, Твои глаза видят, и Твои уши слышат, что так, как я хочу жить, я хочу, чтобы каждый... и я не завидую. Ты видишь, о Боже мой, то, что делают со мной, так что говорят мне: „(Возьми) тридцать золотых центенариев и отрекись от Бога, Который тебя сотворил, перед всей этой толпой». Разве вы думаете, что я Иуда, который предал своего Господа за тридцать серебрянников, из-за чего унаследовал кладезь бездны и червя неусыпного? Клянусь молитвами святых, так как я недостоин клясться именем Бога, чтобы не освятить свои уста (букв, «чтобы я не стал чистым своими губами»), что, если ты даруешь мне весь мир, и царство Диоклетиана, и всех богов, которых он изготовил, я не принесу жертвы. Написано: „Если ты приобретешь весь мир и повредишь своей душе – что за польза тебе, и что ты приобретешь или что ты дашь взамен твоей души?""504.

Когда сказал это апа Виктор и услышал это его отец, он сказал: «Клянусь Аполлоном и Артемидой, я предам тебя царю, и он убьет тебя. Ведь законы повелевают: „Если сын не послушен своему отцу – пусть убьют его505".

Апа Виктор сказал своему отцу: «Вот сегодня ты исполнил то, что написано: «Отец предаст своего сына смерти»506. Если ты предашь меня – есть у меня Тот, Кто поможет мне. Разве не хорошо мне воздать так, как воздал мой Господь? Когда иудеи восстали на Него вместе с первосвященниками, крича: „Распни Его!», и давали Ему пощечины, Он не воздал им злом, а Он мог в то время заставить их всех ослепнуть и умереть или чтобы землетрясение обрушилось на них. Знай, что они все в Его власти... и Он терпит эту толпу и этого беззаконного царя, совершающего (мерзости) перед Ним».

Дьявол исполнил сердце Романа гневом к его сыну апе Виктору. Он предал его царю Диоклетиану. Тогда Диоклетиан, когда увидел его, сказал ему: «Ты, Виктор, почему ты не послушался своего отца, чтобы принести жертву моим богам? Разве ты не знаешь, что я могу убить тебя?». Апа Виктор отвязал пояс и бросил его в лицо царя, говоря: «Я вовсе не воин!» Царь сказал ему: «Почему ты пригрозил нам таким образом?» Апа Виктор сказал ему: «Я не грозил тебе, но я хочу быть воистину воином у моего Господа Иисуса Христа, потому что я – Его раб». Царь сказал ему: «Не приказывал ли я вам: «Не произносите этого имени – „Иисус» – передо мной?». Ведь если бы не позор твоего отца, в другое время я бы не стерпел твоего проступка! Разве ты не знаешь, что царь моего рода (т. е. моего типа, вроде меня), а именно Ирод послал к игемону Иерусалима, то есть Пилату, и он убил Иисуса, твоего бога, на которого ты полагаешься? Тем более я, царь, владыка мира. Я велю истребить всех людей, которые произносят под небом имя „Иисус“! Иди теперь и послушайся твоего отца и принеси жертву. Если же нет, я сошлю тебя и убью тебя». Он приказал передать его отцу. Его отец сказал ему: «Ты не согласился послушаться приказа царя и принести жертву богам моего господина – царя?». Апа Виктор сказал своему отцу: «Если Диоклетиан – твой господин, он не мой господин. Ведь написано: „Никто не может служить двум господам: вы непременно будете любить одного, а другого ненавидеть»507. Разве мы можем служить Богу неба и служить (одновременно) царю земли? Ведь мой господин – Иисус Христос». Его же отец приказал, чтобы связали ему руки позади, увели из города и пронзили его копьем, чтобы он умер.

Апа Виктор же встретил дьявола, причем тот был в образе воина. Он сказал ему: «До каких пор ты сможешь совершать это великое зло? Ты заставляешь сердце своего отца огорчаться из-за тебя. Разве ты думаешь, что он ненавидит тебя? Нет, он любит тебя чрезвычайно. Не надо, не будь непослушным своему отцу, послушайся его, и я упрежу тебя и скажу царю: «Он принес жертву», и он перестанет гневаться на тебя. Посмотри на Исаака: когда он увидел нож в руке Авраама, своего отца, когда тот собирался заколоть его (принеся в жертву), он не убежал, потому что повиновался своему отцу. Теперь же не огорчай своего отца, не будь проклят, как Ханаан, которого проклял его отец. И я попрошу царя о тебе, и он сделает тебя стратилатом». Ответил апа Виктор: «Страти- латство этого мира я не поместил в своем сердце и не принял его, но я ищу царство небесное».

Когда он сказал это, пошли и сообщили Диоклетиану: «Роман отрекся от своего сына». Царь же послал двух протекторов, чтобы они схватили его (т. е. Виктора) и привели его к нему. Когда его привели, он сказал ему: «Почему ты не послушался своего отца, чтобы принести жертву моим богам?».

Апа Виктор сказал: «О глупый и неразумный царь, нехорошего дела ты требуешь! Ведь ты станешь чуждым мне, и я стану чуждым тебе, и большая часть войска станет чуждой тебе и возненавидит тебя, и Бог пошлет на тебя Свой гнев и уничтожит тебя и твое царство».

Сильно разгневался Диоклетиан и сказал: «Я сошлю тебя! Посмотрим, как Иисус спасет тебя из моих рук!». Царь же сказал Роману: «Вот теперь я убедился, что ты любишь меня! Не убивай его теперь ради меня, но сошли его и скажи ... то место, причем он будет подлежать суду, пока не умрет».

Царь приказал, чтобы его лишили его аннон – а он (т. е. Виктор) получал шестьдесят аннон – и велел, чтобы давали ему только одну, чтобы он не умер. И он написал комиту. Приказал царь, чтобы связали ему руки позади, и привязали его к хвосту лошади, и выбрили ему темя, и повесили ему два бубенчика на шею, и провели по всему городу, причем глашатай возглашал перед ним: «Так поступили с этим (человеком) потому, что он не принес жертвы богам царя». И его били пальмовыми прутьями, и прошли с ним весь город. Тогда царь сказал Роману: «Вот я убедился сегодня, что ты не любишь ни жены, ни сына, как меня. Сделай то, что я приказал тебе».

В месяце же пармуте выслали апу Виктора. Диоклетиан написал следующим образом, говоря: «Я, царь Диоклетиан, пишу Армению, комиту Ракоте508. Во время, когда доставят к тебе этого ссыльного нечестивца, а именно Виктора, выслушай его о всех вещах и испытай трижды. После этого брось его в печь бани и сожги живым». Тотчас царь передал апу Виктора со связанными сзади руками четырем воинам, чтобы они доставили его в Александрию, причем четыре ошейника было у него на шее, повязка509 на рту, оковы на руках и железо на ногах. Снаряженного (таким образом), воины подталкивали его. Апа Виктор сказал им: «Мои братья и мои товарищи-воины! Перестаньте быть столь жестокосердными ко мне! Вспомните, что некогда я был воином вместе с вами. И я не печалил вас ничем, не притеснял никогда. Почему вы возненавидели меня и даже не взглянули на меня? Теперь же сделайте ради Бога следующее: ослабьте немного повязку, чтобы я сказал слово моей матери». Воины же сняли повязку у него со рта, и он направился к своему дому.

Его мать, увидев его, задрожала и сказала ему: «Взгляни на свою несчастную мать, чтобы я убедилась, ты ли Виктор, мой сын? Почему ты в таком виде?».

Апа Виктор сказал своей матери: «Не плачь обо мне, о моя мать, но плачь о себе, потому что сегодня удалится имя Иисуса из твоего дома. Послушай меня, о моя мать, и я скажу сладостные слова твоему рту, пока я не ушел от тебя. Прежде всего бойся Бога и прославляй Его в Его посты. Его субботы и все Его праздники соблюдай в чистоте . . . приношения давай в радости, и они умножатся чрезвычайно. Не отвращай своего лица от вдовы и от сироты, согласно обыкновению этого мира, чтобы милосердие ты творила в этом месте, и мой Господь Иисус Христос вложил его в сердце кого-либо другого, и он сотворил бы его со мной также в месте, в которое я отправлюсь, так как нет ничего более великого, чем любовь, потому что любовь возвеличивается, и прославляется, и струит великое благоухание к престолу Бога, и возлюби раба ... и посещай больных, и одевай раздетых, и возлюби голодного, и напои жаждущего, чтобы ты получила благословение Сарры, жены Авраама. Все то, что я сказал тебе, делай, о моя мать, а Бог надзирает за тобой. Я же пойду и исполню то, что угодно Господу. Если ты услышишь, о моя мать, что я умер, попроси мое тело и не забудь обо мне. Вот, о моя мать, я уже знаю, что не возвращусь, и ты не увидишь моего лица отныне. Не уподобляйся, о моя мать, моему отцу, сыноненавистнику и богоненавистнику, но будь христианкой, прославляй Бога днем и ночью, чтобы Он услышал твою молитву и сотворил милосердие с тобой в день твоего упокоения. Помни, о моя мать, что я провел девять месяцев в твоем чреве и еще три года сосал твою грудь, пока не подрос. После этого меня удалят от тебя, (хотя) я не согрешил. Но я очень прошу о тебе, о моя мать, чтобы Бог благословил тебя, как Сарру, так как ты покоила меня в течение моей кратковременной жизни. Теперь же ... и я, несчастный чужак, буду просить каждого. Сегодня я подобен лишенному отца и матери, подобен сироте. Ведь если человек отправится на чужбину по работе или по какому-либо другому делу и после этого возвратится в свой дом и застанет своих людей живыми, то, если он (и) принял много трудов и скитаний на чужбине, он не вспоминает о них, потому что застал своих людей здоровыми и радуется вместе (с ними). Если же другой отправляется на чужбину, не имея там знакомого, чтобы позаботиться о нем, он пребывает... человек (?). Никто не дает ему, потому что не знают его люди, перед которыми он. Ты находишь его голодным, но никто не дает ему (есть). Сегодня я буду отчужден от тебя. Если ты (будешь) жива и услышишь, что я (умер), попроси мое тело и доставь его в это место. Не пренебреги же исполнить мое слово».

Тогда заплакала его мать, и его рабы, и его люди, потому что они любили его чрезвычайно, так как он был кротким и добрым, любящим малых и больших. Его мать сказала ему: «Не огорчай свою мать, о мой возлюбленный сын! Разве ты не знаешь, о мой возлюбленный сын апа Виктор, что в следующем месяце я вручу тебе твою невесту, и ты женишься на ней?» Ответил апа Виктор: «Невеста миновала, и мир миновал меня. Имущество этого мира погибнет и пройдет, и похоть его (пройдет), тот же, кто исполняет волю Бога, пребудет вовек510".

Апа Виктор отправился в свою спальню, стал и помолился, говоря: «Благодарю тебя, Боже Вседержитель, что Ты был милостив ко мне и сделал меня достойным Твоего святого призвания. Я прошу Тебя, чтобы Ты принял от меня мою молитву и сохранил меня невозмутимым и неколебимым, и не ввел меня в искушение, чтобы я смог не поддаться ему, но дай возможность Твоему рабу спастись от искушения. Я прошу Тебя, чтобы Ты не засчитал мне прегрешения, которые я совершил по своему неведению, но чтобы Ты направил мои пути по Твоему желанию и был мне помощником ...» .. .дверь своей спальни, снял кольцо, которое было у него на пальце, дал его матери и простился с ней и со всеми своими рабами, говоря: «Прости, мой дом, потому что отныне я не вернусь к тебе». И он сказал своей матери: «Не забывай меня, о моя мать, потому что в этом году мой отец получит гангрену, и умрет, и пойдет в геенну огненную. Диоклетиан будет просить милостыню у ворот Антиохии, и будет изъеден червями, и умрет, а его войско (?) ... Горе тем, которые послушаются его, так как их местопребывание – кладезь бездны».

После этого он благословил всех своих людей и вышел от них. Воины повязали ему на рот повязку и увели его, таща его, и посадили на корабль (пока не прибыли в Ракоте. Они заключили его в темницу. Они вручили письма Армению, комиту Ракоте, во время часа третьего двадцатого числа) месяца пармуте.511 Дук, когда читал письма царя, производил суд над другими людьми в претории во имя нашего Господа Иисуса Христа. И он приказал заключить его в темницу до завтра. Это первое мучение святого апы Виктора в городе Антиохии, произведенное над ним его отцом и царем Диоклетианом. Этот же благородный был стойким.

Назавтра комит сел на судилище посреди площади и приказал, чтобы привели блаженного апу Виктора, и сказал ему: «Принеси жертву, о Виктор!». Сказал блаженный ему: «Разве ты не прочел мою анафору512? Разве ты не нашел в ней написанным, что меня сослали в это место из-за этого слова: „Принеси жертву!». Теперь же я не принесу жертвы». Сказал комит ему: «Дурная голова! Ты осмелился говорить передо мной! Разве ты не знаешь, что приказал сделать с тобой царь? Он приказал бросить тебя в печь общественной бани, чтобы убить тебя! Но я оказал тебе милость, стыдясь твоего отца». Апа Виктор сказал ему: «Вчера ты стыдился (т. е. стеснялся) моего отца, сегодня же не стыдись его. Согласно (обыкновению) этого мира, прежде чем передали меня тебе, я получал шестьдесят аннон, и я четвертый в приветствии царя, а мой отец – второй, но если я говорю с тобой об этих вещах, ты скажешь, что я – гордец. О комит, вспомни день, когда ты хотел стать комитом. Ты попросил моего отца: „Возьми три золотых центенария и сделай так, чтобы назначили меня комитом Ракоте». И мой отец не удостоил вообще говорить с тобой. Ты пришел и попросил меня тайно: „Попроси своего отца, чтобы он попросил за меня царя». Я же принял тебя в своем доме и завтракал с тобой, пока мой отец не вошел во время завтрака. Я встал, и повергся перед ним на землю, и поклонился ему, и просил его за тебя, пока он не согласился со мной и не упросил царя. Ты не вспомнил ни одного слова и не вознаградил нас. Но написано в Евангелии: „Тот, кто ест мой хлеб со мной, – он поднял пяту свою на меня»513".

Комит же приказал, чтобы били его в уста, и связали его ремнями, и дали ему четырнадцать полусотен (ударов), говоря: «Я буду пытать тебя, пока ты не умрешь, согласно приказу царя».

После этого апа Виктор терпел голод и жажду, пока не обессилел. Когда наступило утро, приказал комит, чтобы при-вязали ему двести фунтов железа на шею, на руки и на ноги, причем воины повалили его ничком. Он не мог идти из-за чрезмерного количества железа. Когда он достиг судилища, комит сказал ему: «Тот, в которого ты веруешь, пусть теперь придет и спасет тебя из моих рук! Впрочем, принеси жертву и ты избежишь великих кар!» Апа Виктор сказал ему: «Я не принесу жертвы». Дук же приказал, чтобы его подвесили за голову к раме для пыток, и сказал: «Принеси жертву, пока тебя не стали пытать, о несчастный!» Блаженный сказал: «Я не принесу жертвы!» Он (т. е. комит) приказал тотчас, чтобы пытали его, а он не чувствовал. Палачи устали и прекратили (пытку). Комит сказал им: «Почему вы не пытаете хорошо?». Они сказали ему: «Мы словно пытаем тыкву, которая вообще не чувствует, что мы ее пытаем!». Сердце же апы Виктора было вознесено на небо. Он был взят в Иерусалим, город всех праведников. Святые приветствовали его. Авель подошел к нему и сказал ему: «Крепись, мой брат апа Виктор. Меня тоже мой брат убил насилием, и моя кровь вопиет к Богу с земли до сего дня». И он приветствовал его. (Архангел) Михаил сказал ему: «Терпи, не бойся этих тиранов, тех, которые . . . тьм(а?) кромешн(ая?). И тотчас Михаил взошел на небеса, говоря с ним. Комит же, когда увидел, что он ничего не чувствовал, приказал, чтобы принесли шесть . . . (зажженных светильников?)... так, что его кожа слезла, и сказал ему: «Принеси жертву, не умирай дурной смертью!» Он сказал: «Я не принесу жертвы!» Дук же приказал, чтобы ему на голову положили серу и надели на нее раскаленный металлический шлем, но он не почувствовал и этой муки. Приказал комит, чтобы положили его на железное ложе и разожгли под ним огонь. Но он не почувствовал и этой муки. Дук сказал ему: «Принеси жертву, не умирай дурной смертью, о несчастный!». Апа Виктор же не мог ответить из-за мучительного страдания, так как железное ложе раскалилось под ним. Дук сказал ему: «Скажи одно слово и я отпущу тебя». Благородный сказал ему: «„Скажи одно слово!». Из-за этого слова я покинул своего отца и свою мать! Подними глаза на небо и посмотри, и ты узнаешь, что эти животные – ты . . .514 Ведь Писание говорит: „Господь твой Бог – Тот, которому ты поклонишься. Да не поклонишься ты чужим богам, потому что мой Бог ревнив, Он мстит и поражает нечестивых и всех, кто не верит в Него».515 Ибо Бог видит дела каждого – тех, кто ворует, тех, кто завидует, тех, кто ненавидит, тех, кто клевещет. Ведь написано: „Да не клевещешь ты на твоего ближнего. Тот, кто клевещет на своего ближнего, клевещет на закон»516. . . .".

(Разгневался же дук и приказал, чтобы бросили его в печь общественной бани (города) Ракоте, связав по рукам и ногам, причем у него было железо на его руках и ногах и кляп во рту его.

Люди города плакали о нем, мужчины и женщины, потому что он отрок, говоря: «Горе этому несчастному, потому что его тело погибнет в пламени. О, если бы он принес жертву!».

Апа Виктор же стал и помолился среди пламени, говоря: «Молю тебя, мой Господь Иисус Христос, чтобы Ты стал мне помощником и поддержал меня во всех этих муках, потому что я несчастен и одинок, чтобы этот город весь узнал, что нет бо-гов, кроме одного Тебя!». Тотчас же снизошел с неба Михаил архангел святой. Он вошел в печь бани и простер над апой Вик-тором свою святую столу. И пламя огня стало как ветерок в утренний час. И он поднял его на свои крылья светлые, (а) было (его каждое) крыло (величиной) в аруру. И Михаил снял железо, которое было прикреплено к его рукам и ногам. И они пребывали, говоря друг с другом о таинствах царства небесного и города праведников.

После этого сказал дук сидящим с ним и жителям Ракоте: «Вы узнали, о александрийцы, что Иисус не смог спасти его от моих рук, потому что нет богов, кроме Аполлона и Артемиды!». Дук же разделся, чтобы войти в баню и омыться. И Михаил встал на плиту бани и поднял (на нее) апу Виктора. Войдя, игемон воскликнул, говоря: «Ты посрамлен сегодня, о апа Виктор, нет твоего бога, на которого ты надеешься!» Апа Виктор сказал дуку: «О беззаконный, почему ты насмехаешься над моим Богом? Где, ты думаешь, твой Аполлон, когда ты говоришь: „Принеси жертву богам неподвижным»? Ибо ты уже узнал, что есть сила у моего Бога спасти меня от твоих пыток». Армений же комит сказал: «Я понял сегодня, что ты маг, творящий магию!».

Дук вышел и сел на свою лошадь, чтобы приговорить его, чтобы отрубили ему голову. Чиновники же и жители Ракоте попросили дука, чтобы он не убивал его в их городе, чтобы его отец не погубил весь город из-за него, потому что он великий стратилат, но выслал его на юг Египта, чтобы убили его там. Тогда он поразмыслил, говоря (себе): «Какую пользу я получу от своей вражды к его отцу?». Тогда дук взял папирус и написал на нем так: «Я, Армений, дук Ракоте, пишу Евтихиану, комиту Фиваиды517. Тотчас, как доставят тебе этого нечестивого ссыльного, а именно Виктора, допроси его хорошенько, чтобы он или принес жертву, или чтобы ты его убил, согласно указу нашего господина царя». Затем он отдал его в руки воинов, чтобы они взяли его на юг в Фиваиду к Евтихиану, дуку Фиваиды.

Двадцатого числа пармуте был выслан блаженный апа Виктор и доставлен на юг в десять дней четырьмя воинами, причем ошейник был на его шее, цепь на руках и оковы на ногах. Он был изнурен от страданий. Воины, когда достигли Антиноэ, причалили корабль к берегу. Они обнаружили в день тот, что игемон уехал на юг. Они отвязали парус, поплыли на юг и догнали комита, в то время как он пристал к острову в середине реки, потому что не было ветра. Воины же вывели апу Виктора из трюма корабля. Он провел двенадцать дней без еды и питья. Они передали его Евтихиану дуку и дали ему анафору, согласно тому как велел комит Ракоте. Апа Виктор сказал в своем сердце: «Что еще этот беззаконный сделает мне, кроме того, что есть в моем теле (т. е. что он властен только терзать его тело)?».

Тогда он (т. е. комит) приказал, чтобы причалили к берегу и установили судилище в месте том. Когда же настал вечер, было приготовлено судилище. Апа Виктор провел всю ночь внизу, в трюме корабля, благословляя Бога и говоря: «Ты благословен, Царь веков всех, Отец Вседержитель, и Твой единородный Сын Иисус Христос, наш Господь, Тот, Который спасает меня во всяком месте, в которое я взят. Да станешь Ты со мной снова и да будешь со мной перед этим беззаконным». Тогда приказал Евтихиан, чтобы привели его на берег, и сказал ему: «Ты – Виктор, маг? Теперь же ты колдуешь каким образом, покажи мне, пока я не посрамил тебя и ты не умер». Ответил апа Виктор и сказал дуку: «Я не маг и не рожден для этого, но я раб Иисуса Христа, Того, Который спасает меня во всех моих муках»). Евтихиан сказал ему: «Где оружия твоего воинствования?»518 Апа Виктор сказал: «Я же не воин, и дня, когда мой отец сделал меня воином, я не признаю. И со дня, когда я стал воином, мое сердце ни на день не давало мне покоя». Евтихиан сказал ему: «Почему ты не принес жертвы с самого начала, чтобы не идти на все эти страдания? Вот нет людей в этом месте, так что не увидят тебя таким образом (т. е. приносящим жертву)». Ответил апа Виктор: «Я ведь не боялся толпы и не принес жертвы, нет, но Бог небесный, Отец нашего Господа Иисуса Христа – Тот, Кого я боюсь, и Он – Тот, Кому я служу». Евтихиан сказал ему: «Если ты не укажешь мне, где оружия твоего воинствования, я буду мучить тебя чрезвычайно». Блаженный апа Виктор сказал: «Ни меч, ни конь не спасут человека в войне, кроме того, кого спасет Господь Иисус». Дук сказал ему: «Тебя позвали не для того, чтобы убеждать нас пустой проповедью! Если ты осмелишься говорить передо мной, я велю, чтобы отрезали твой язык. Если бы ты не был достоин смерти, тебя не бросили бы в печь бани. Кроме разбойников и грабителей храмов, никого не бросают в печь бани!». Он приказал, чтобы связали ему руки позади, и отрезали ему язык и края губ, и вынули ему половые органы, и вылили ... на них. И он велел, чтобы постелили под ним железные гвозди, раскаленные в пламени, и катали его по ним... говоря: «Если ты не укажешь мне, где оружия твоего воинствования, я убью тебя!». Апа Виктор же сказал: «Оружия моего воинствования – мои молитвы, которые я творю, и крещение, которое я принял. Оружия моего воинствования – смерть, которой я умру во имя моего Господа Иисуса Христа и которая будет мне жизнью». Дук приказал, чтобы принесли сосуды, полные кипящей смолы, и вылили их на него. Тогда дук сказал: «Укажи мне, где оружия твоего воинствования? Из-за твоего обилия слов тебя сослали в это место. Теперь же, если ты не укажешь мне, где оно, я сошлю тебя до тех пор, пока ты не умрешь». Ответил нумерарий Феофан и доместик Сотирих519, говоря: «Наш господин комит, (есть) на юг от нас заброшенная крепость. Вот (уже) десять лет в ней нет людей. Сошли этого нечестивца в нее, пока он не умрет». Дук приказал, чтобы взяли блаженного в ссылку, говоря: «Пусть возьмут этого нечестивца Виктора в крепость Иеракион520, и поместят его в том месте, пока он не умрет». Тотчас взяли блаженного в крепость и поместили его в ней.

Добрый апа Виктор уже держал ответ на четырех судилищах до этого времени. Случилось же, когда блаженный апа Виктор был вне судилища521, пришел к нему дьявол в образе воина и сказал ему: «Здравствуй, апа Виктор. Я – воин дворца царя, твой отец послал меня за тобой, (говоря тебе следующее): „Вставай, приходи ко мне, и я сделаю тебя стратилатом“. Разве я не принуждал тебя: „Приди, и я сделаю тебя (стратилатом)“, а ты не послушал меня. Ты сам навлек на себя эти страдания. Посторонние едят твое добро». (Разве) ты не знаешь, что ты единственный сын? Твои родители оказались без наследников.

Они записали себе в сыновья сына своей служанки. Он теперь ездит на колеснице, и он сделал его комитом вместо тебя. Твои одежды он стал носить. Ты сам вверг свою душу в мучения. И вот ты в этой пустыне. Разве ты не боишься, что разбойники нападут на тебя ночью?». Тогда извлек дьявол папирус, протянул ему и сказал: «Возьми, и ты узнаешь почерк твоего отца и его печать».

Апа Виктор посмотрел внимательно на человека, понял, что это видение, и сказал ему: «Удались от меня, потому что из-за тебя весь мир смущается, и (люди) являются идолопоклонниками!». Обратился к востоку апа Виктор и сказал: «Смилуйся надо мной, Сын единый Своего Отца, мой Господь Иисус Христос! Да спасешь Ты меня во всех этих муках!». И когда дьявол услышал имя Иисуса, тотчас стал (он) невидим...

Благородный же подумал про себя: «Какую работу мне де-ать, чтобы жить на нее, поскольку я являюсь праздным, и Бог разгневается на меня». Он выучился плотничать и изготовлял скамьи и подсвечники. И он был в крепости один, причем Иисус был с ним во всех делах, которые он делал . . . деревня .. . ответил апа Виктор и сказал: «О мой брат человеколюбивый, почему ты говоришь: „Спустись в деревню и оставайся у нас?“. Разве, если я укроюсь от людей, я смогу укрыться от Бога? Да не будет мне, чтобы твой раб бежал от смерти этого века!».

Случилось же после второго месяца ссылки апы Виктора, когда он был в крепостной башне, что Иисус пришел к нему и говорил с ним. Он изменил свой вид и был в образе человека, который пришел издалека. Он постучал в дверь и позвал апу Виктора. И тотчас спустился вниз блаженный и увидел человека. Он обнял и поцеловал его в уста, говоря: «Войди, мой господин брат и добрый человек. Я словно увидел Иисуса пришедшим ко мне!». Апа Виктор же не знал, кто это. Они вошли вместе. Когда они достигли башни, апа Виктор повернулся к человеку и сказал ему: «Мой брат, да помолимся мы!». Апа Виктор сказал: «Становись первый, потому что ты старше меня». Сказал человек, то есть Иисус, апе Виктору: «Становись первый». Сказал апа Виктор: «Да не будет мне так, потому что я молод по возрасту». Сказал человек, то есть Иисус: «Прости меня, я стану». И Иисус простер свои руки вместе с апой Виктором. Случилось же, когда они уже помолились, что апа Виктор подошел и приветствовал его. Он сказал человеку: «Что ты сделал, что избежал гонений, которые происходят?». Иисус сказал ему: «Мой брат, меня также взяли в судилище и распяли. ....... «Да благословит тебя мой Господь Иисус, потому что твое лицо источает радость. Садись, мой брат, чтобы я насытился твоим видом, потому что вот уже много дней я не видел людей. Сообщи мне, откуда ты. Может быть, ты житель моего города?» Иисус сказал ему: «Я житель города Антиохии». Апа Виктор сказал ему: «Стало быть, ты знаешь моего отца и мою мать?» Иисус сказал ему: «Твой отец – Роман, а твоя мать – Марфа». Апа Виктор сказал ему: «Есть ли смятения снаружи522 и теперь?». Человек сказал: «...». Помолился апа Виктор: «Мой Господь Иисус Христос, умилосердись над всеми твоими созданиями и укрепи все эти изволения, которые в мире, и да славится Твое святое имя отныне и во веки веков. Аминь». Человек сказал апе Виктору: «Сколько времени (прошло) с тех пор, как ты пришел сюда?» Апа Виктор сказал: «Вот уже месяц и шесть дней». Человек, то есть Иисус, сказал: «Мой брат, разве тебя оставил страх, что ты живешь в этом пустынном месте один, и где ты добываешь хлеб и воду? И ты ... я сел и устрашился, а моя душа смутилась во мне. Если ты преподнесешь мне фунт золота, (говоря): «Проведи одну ночь в этом месте, я не смогу сделать это из страха перед пустыней». Ответил апа Виктор: «Мой брат, я достоин того, чтобы оставаться в этой пустыне, потому что я – грешник. Горе мне, если я достигну другого места. (Как) написано в Писании, во время, когда Господь сядет в долине Иосафатовой, ангелы, и архангелы, и все святые, и .... и старцы, и патриархи, воссядут с апостолами на своих престолах, причем небо и земля будут сотрясаться, и приведут несчастного Виктора, и поставят его пред Господом, и Он спросит меня обо всех (делах), которые я совершил, и я дам ответ за них, и Он найдет, что мои беззакония многочисленны, и приговорят меня к смерти, и я буду посрамлен перед Господом и Его ангелами – кто попросит за меня в это время? Разве мои уста не будут сомкнуты и я найду (хоть) слово, чтобы сказать? Если (даже) я не клеветал и не клялся ложно . . . (то, может быть, я не повиновался (?)) моим родителям, или несправедливо рассудил вдову, или забыл рассудить сироту, чтобы оказать ему милость, или хвастался, или ненавидел поучавшего меня или своего ближнего, или восстал на человека, подобного мне, или проклял когда-нибудь моих врагов, или, может быть, Бог любит их более меня, или я пожелал женщины, или не принадлежащей мне вещи, или хвастовства. Ведь написано, что человек ответит за все это». Человек сказал апе Виктору: «Окажи мне милость и принеси немного хлеба, чтобы я поел». Ответил апа Виктор: «Клянусь твоим спасением, о мой брат, вот уже тридцать два дня я не находил хлеба, чтобы поесть». Апа Виктор же откинул край своей рубахи. Он указал Иисусу место, где его терзали, говоря: «Я не нашел человека, чтобы он оказал мне милость, (дав мне) немного драгоценного масла и немного вина для возлияния (на раны), которые на моем теле, когда я был под пытками. И где я найду хлеб? Ведь я не знаю ни одного человека на этой горе. Однако встань, возьми эти подсвечники и мой пояс, пойди в деревню, продай их, получи их стоимость, купи хлеба и поешь. Ведь я со дня, когда пришел в это место, не переставал молиться, что, может быть, Он возьмет мою душу, так как я лишился отца и матери в этом мире, стал несчастным чужестранцем, и все люди возненавидели меня. И за все эти страдания я умру в этой пустыне, и звери съедят мою плоть, и люди не найдут моего тела, и я буду посрамлен. Разве Бог забыл меня?». Тогда Иисус сжалился над ним плачущим и сказал ему: «Виктор, узнай, кто Я – Я – Тот, Который спас тебя на раме пыток. Я – Тот, Который погасил пламя огня под тобой. Я – Тот, Который погасил печь бани под тобой. Это Я дал тебе все эти силы, Я – Тот, Кто находится с тобой в этой пустыне. Я – Иисус, твой Царь. Истинно говорю тебе, о Виктор, что ты будешь со Мной вечно. Ты проведешь целый год в этой пустыне и на следующий год умрешь в этой крепости. Тебе снимут голову у (букв, «вне») крепости. Ты примешь страдания во имя Мое. Я снова приду и дам тебе силу, так что ты посрамишь дука. Не печалься же, что ты в этой пустыне. Я не удалюсь от тебя, и Мои ангелы будут бдить над тобой. Проведи в печали немного дней в этом мире, о Виктор. Я знаю, что ты принял страдания во имя Мое. Твое имя прославится, и о страданиях, которые ты принял, Я заставлю все народы земли услышать и изумиться. И всякое место, которое было местопребыванием твоего тела в течение твоей жизни, Я заставлю назвать твоим именем. И Я заставлю народы и всех великих почтенных (людей) прийти в твое место ...» Тотчас апа Виктор встал и поклонился в ноги Иисусу, говоря: «Кто я, чтобы Ты говорил со мной так?». После этого Он простился с ним и взошел на небеса, и ангелы пели перед Ним славу. Апа Виктор же был в крепости один, воздавая славу Богу днем и ночью. Иисус сжалился над апой Виктором и населил крепость множеством воинов. И апа Виктор радовался . . . Блаженный же апа Виктор удвоил свои молитвы, которые он творил.

Третье мучение апы Виктора, которое он претерпел в ссылке.

Случилось после ссылки блаженного апы Виктора в крепость следующее. Дук Себастиан прибыл на юг, чтобы посетить крепость. Астерий же, ее начальник, повергся перед дуком, и он вручил ему анафору, чтобы представили ему блаженного апу Виктора . . . Воины схватили блаженного апу Виктора в то время, как он находился в башне и ел бобы. Благородный же апа Виктор выбросил бобы из окна башни на гору, говоря: «Мой Господь Иисус Христос, да превратишь Ты бобы в камни, чтобы не нашли их эти нечестивые и не съели, и чтобы они не разрушились на этой горе до скончания века и стали знамением всем поколениям». Потом он помолился, говоря: «Мой Господь Иисус Христос, не посрами меня перед этим нечестивым тираном». После чего он спустился с башни вместе с воинами, и они поставили его перед дуком. Дук сказал ему: «Я прочту тебе письма, которые прислали наши господа цари, чтобы ты повиновался им и принес жертву». Ответил апа Виктор: «Поистине я был воином у Царя бессмертного, поэтому я не принесу жертвы царю смертному, так как его царство погибнет и прейдет. Царство же ... не погибнет вовеки. Поэтому я не полагаюсь на царство этого мира, оно ничто перед моим Богом. Поистине я знаю, что я получал шестьдесят аннон ежедневно, и Бог ненавидел мои дела, потому что я пользовался ими (т. е. аннонами) насилием. Ведь ни золото, ни серебро не смогут спасти человека в час нужды. О дук, я тоже был вознесен и прославлен и тоже был горд. Поэтому исполнилось надо мной написанное: „Тот, кто возвышает себя, унижен будет, а кто унижает себя, тот возвысится»523«. Тогда Себастиан разгневался весьма и сказал ему: «Сейчас же принеси жертву». Он ответил: «Я не принесу жертвы. Делай со мной что тебе угодно. Над моим телом ты имеешь власть, над моей же душой и духом у тебя нет власти, но мой Господь Иисус является господином над ними. Он – Тот, Кто разрушит все царства мира, Тот, Кому принадлежит слава во веки веков. Аминь». Дук сказал апе Виктору: «Открой ............

Тот, Который дал это мне, так как это Бог живой». Дук сказал ему: «Принеси жертву, и ты избежишь великих мучений». Праведник сказал ему: «Вот уже на четыре судилища я являлся до сего дня и не принес жертву ... Теперь же меня сослали из-за этого слова „Принеси жертву» .... я не принесу жертвы

... Если ты проведешь год, пытая меня, я не принесу жертвы,

чтобы быть живым». Дук сказал ему: «Перестань много- словить! Диакон ты или чтец, что знаешь эту мудрость?». Ска-зал блаженный: «. . . Христос . . . Который оказывает милость всем, сердца которых устремлены к Нему, потому что Он – обладатель богатства, чьи сокровищницы полны мудрости. Он дает всем (чтобы они пользовались благами. Ведь как добрый земледелец удобряет свое поле и дает ему силу,) чтобы взять его плод, так же мудрость Бога бывает в душах тех, которые ищут Бога, и она не допускает врага овладеть ими. Поэтому он может все». Дук сказал ему: «Поскольку ты сказал это, ты предпочел для себя смерть жизни». Блаженный же сказал: «Не думай, что смерть (этого) мира является для меня смертью. Нет, но это жизнь навеки» . . . «Принеси жертву!». Дук приказал, чтобы ломали ему руки, пока их кости не прорвались наружу сквозь кожу, и чтобы порвали его связки. Ответил апа Виктор: «Благодарю тебя, мой Господь Иисус Христос, что наступила для меня (букв, «приблизилась ко мне») радость подвига!». Дук сказал ему: «Тебя дали мне как бунтовщика-мага. Если ты не послушаешься меня, я буду жестоко пытать тебя. Почему ты не принимаешь анноны?». Ответил апа Виктор: «Потому что их берут силой. Поэтому я не буду есть от них. У меня есть пища духовная, вкусив которой, я не буду голодным никогда». Приказал дук, чтобы его бросили в котел и два дня поддерживали под ним огонь. После этого его опять привели. Дук сказал ему: «Дурная голова! Ты издеваешься надо мной магическими делами! Клянусь благосостоянием Аполлона, твоя кара – истребить тебя огнем!». Он приказал, чтобы разожгли печь, и поддерживали огонь в ней три дня, и бросили его в нее. Помолился апа Виктор в печи, говоря: «Мой Господь Иисус Христос, Твоим именем море высыхает, и пламя гаснет, и горы разрушаются, так как благословенно имя Твое во веки веков! Аминь». Когда же говорил это блаженный апа Виктор, находясь в печи, огонь не тронул его совсем, но он вышел невредимым, и ничего плохого с ним не случилось. Тогда Себастиан сказал апе Виктору: «Клянусь моими почтенными богами, я буду мучить тебя, так что пошлю и доставлю мага, который превосходит тебя, и он разрушит твои колдовские дела». Он повелел, чтобы привели мага. Маг же изготовил снадобья: отраву и змеиный яд. Он произнес имена демонов над ними, согласно своему умению. Он сказал апе Виктору: «Возьми и съешь их, и я увижу твою силу». Апа Виктор сказал: «Мне не хочется есть их, но я съем их, чтобы ты знал, что у моего Бога есть сила разрушить всякую магию». И он запечатлел на себе крестное знамение во имя Отца, и Сына, и Святого Духа, говоря: «Не посрами твоего раба Виктора перед этим беззаконным». И никакого изменения не было в его теле, но он был подобен человеку, наслаждающемуся вином. Маг изготовил другие снадобья, более сильные, чем прежние, – и желчь, и печень, и одну... и гной трупа. Он положил их в сосуд и произнес над ними имена, так что земля дрогнула от имени его волхований. Он сказал апе Виктору: «Возьми еще и в этот раз. Если с тобой не случится плохого, я тоже поверю в твоего бога и оставлю свое волхование». Он (т. е. Виктор) взял другие снадобья и съел их, и ничего плохого с ним не случилось. Маг сказал апе Виктору: «Крепись, (о) тот, который крепился, и будь сильным, о (тот), который был сильным, именем твоего Бога Иисуса Христа, так как ты спас душу, чтобы она жила, подобно Андрею: его убили, а он снова воскрес. Таким образом Господь обновляет тех, кто сбился с пути в своих грехах, когда делал то, что ему хотелось». Тотчас маг бросил все (свои колдовские) дела и признал Господа Иисуса Христа. Дук сказал апе Виктору: «Будь разумным и принеси жертву!». Апа Виктор сказал: «Я всегда разумен». Дук сказал: «Но сейчас ты стал неразумным». Апа Виктор сказал: «Неразумных мира Бог избрал, чтобы они посрамили мудрых»524. Дук сказал ему: «Где это написано?». Апа Виктор сказал: «Павел написал это». Дук сказал: «Стало быть, Павел – бог?». Апа Виктор сказал ему: «Как мудрый строитель, который положил основание, а другой мудрый пришел и завершил его525, таким же образом Павел, который пришел последним, завершил все Святые Писания». Дук сказал: «Перестань говорить эти неразумные слова, которые не принесут тебе пользы». Апа Виктор сказал: «Я не принесу жертвы». Разгневался дук и приказал, чтобы вытянули его сухожилия ... Сказал апа Виктор перед дуком: «Сухожилия, которые ты вытянул из моего тела, подобны шипам, которые вырвали из раны, и ее гной вышел, и покой наступил в теле – вот каково и мне теперь. Благодарю моего Господа Иисуса Христа!». Дук же приказал, чтобы разожгли огонь под маслом, пока оно не закипит, и вылили его на его половые органы. Апа Виктор сказал: «Это масло подобно холодной воде: когда человек выпьет ее в жару, покойно становится ему». Дук приказал ... и он не почувствовал, но Господь был с ним. Дук сказал ему: «Дурная голова! Я устал щадить тебя. Ты принесешь жертву или нет?». Ответил апа Виктор: «Да не будет мне никогда, чтобы я принес жертву мертвым богам и оставил моего Господа Иисуса Христа!». Приказал дук, чтобы вылили уксус с известью в его горло526. Сказал апа Виктор . . . Апа Виктор же сказал дуку: «Если ты сделаешь меня слепым на мои внешние глаза, у меня есть другие глаза внутри меня, которые озаряют мою душу, глаза моей души и моего духа, согласно тому, как говорит Петр: „Если вы видите дела мира – блуд, клевету . . .“527 . . . ». ... Воины подвесили его, и ушли, и оставили его. Спустя три дня он приказал, чтобы его привели к нему. Палачи же, когда схватили его, упали и ослепли. Сказал апа Виктор: «Именем моего Бога, Того, ради Которого я здесь, да прозрите вы». И тотчас прозрели палачи. После этого оповестили дука о том, что произошло. Он приказал содрать кожу с его тела и вырвать ему язык. Апа Виктор сказал дуку: «Даже если ты сдерешь с меня внешнюю кожу, есть у меня другая кожа внутри меня, над которой не властен ни ты, ни твои пытки».

Когда говорил это апа Виктор, вот одна женщина смотрела из своего окна, жена одного воина гарнизона, имя которой Стефанида. Ей же было около пятнадцати лет. Она вскричала, говоря: «. . . Приняты от тебя все твои жертвы, как (у) Авеля, так как он принес их Богу в прямоте. Бог надзирал за тобой, как (за) книжником Енохом528. Ты был праведным в твоем роде, как Ной. Ты верил в Бога, как Авраам. Ты принес свое тело в жертву Бога, как Исаак. Ты был стойким, как Иаков... О апа Виктор, вот два венца – их опустили с неба, причем один из них превосходит другой, и поддерживают их двадцать четыре ангела святых, и мой (венец) в их числе».

Когда дук услышал то, что она говорит, он приказал привести ее к нему (и сказал ей: «Тебе сколько лет, (что ты произносишь эти сильные слова?». Она сказала: «Мне пятнадцать лет и восемь месяцев». Дук сказал ей: «Сколько уже лет, как ты вышла замуж?». Она сказала ему: «Год и шесть месяцев». Он сказал ей «Как твое имя?». Она сказала: «Стефанида – мое имя, а перевод его: «венец». Он сказал ей: «Стефанида, принеси жертву!». Она сказала: «Я не принесу жертвы, чтобы получить венец, который есть мое имя»529. Разгневался дук и приказал, чтобы ее привязали к двум финиковым пальмам и привязали веревки к ним так, чтобы верхушки были соединены друг с другом. Потом их резко отпустили, и ее разорвало посередине на две части530. Она свершила свое мучение в мире и взошла на небеса к Тому, Кого она возлюбила, ко Христу, в великой славе. Аминь.

Тогда дук вынес приговор апе Виктору, чтобы ему отрубили голову. Ответил блаженный апа Виктор и сказал: «Благодарю моего Господа Иисуса Христа, Того, Который дал мне это богатство навек. Теперь же слушайте меня, я скажу вам те слова, которые открылись мне. Потом, после моей смерти, вы умрете тоже, через одиннадцать лет после меня. И дук Себастиан – инспекция будет иметь место, и жители городов приготовят подати, и он взойдет на свои суда и отправится, чтобы забрать их. Когда же они причалят к берегу, дук пойдет, сходя на землю по сходням. Он отвлечется, и якорь вонзится (букв, «взойдет», т. е. снизу вверх) в его ногу, и она станет гнить у него, и он умрет через двадцать четыре года после меня. И палачи все, и судьи пойдут через восемь лет после меня (на трапезу), и дом, в котором они, обрушится на них, и они умрут все вместе. Астерий же, начальник крепости, тот, который дал анафору обо мне комиту, так что он пытал меня, взнуздает свою ослицу и прибудет в северную часть крепости, и он ударит ее, и она укусит его, и он будет (умирать) и умрет. Спустя десять дней (считая с сегодняшнего дня) мои люди придут за моим телом. Дайте его им, ибо я уже купил свой саван и свой гроб, чтобы не погребли меня в чужом саване. Только не препятствуйте им взять мое тело, когда они попросят его, потому что великое наводнение531 и великие чудеса произойдут в месте, в котором положат мое тело. И страны все придут к моему святилищу532, и великие чудеса произойдут там. где отрубят мне голову, все страны придут к моему святилищу ради чудес, которые произойдут в нем, потому что я – юноша двадцати лет533. Я прошу вас всех, мои соратники, потому что я пойду к моему Господу Иисусу Христу, ибо это есть день (моей кончины), который я жду. Вот он пришел сегодня ко мне».

Тотчас же надели повязку на его рот. Апа Виктор сказал палачу: «Кончай со мной скорее, ради ангелов, которые ожидают меня». Не понравилось (это) палачу. Но он ударил его мечом, и его голова повисла на коже. Он был в муках, и его дух стеснился в нем. Он посмотрел и увидел Ориона, воина, и сказал ему: «Возьми меч из руки этого беззаконного и прикончи меня, потому что этот беззаконный сиутец534 сделал много зла в моей жизни, и в моей смерти он снова терзает мой дух, но Господь отплатит ему за (все) то, что он сделал мне». Орион воин сказал апе Виктору: «Мой господин, не подумай обо мне в твоем сердце, будто я подниму руку на моего соратника. Клянусь твоим спасением, о мой брат апа Виктор, и твоим мучением535 (букв, «которое на тебе»), я не поднимал руки (даже) на птицу, чтобы пролить ее кровь. Да не будет, чтобы я поднял мою руку на тебя. Но помяни меня в месте, в которое ты пойдешь». Ответил апа Виктор: «Господь Иисус Христос умилосердится над тобой, потому что в этом году ты умрешь, и Господь отпустит тебе твои грехи, и престол мучеников явится пред тобой, и я буду следовать за ними и петь вместе с ними».

Орион закрыл лицо платком. Сказал (апа Виктор): «Прошу тебя очень, о мой возлюбленный брат!». И он ударил его мечом. Вся крепость сотряслась трижды. Он же отсек ему голову.

Он завершил свое мучение. Орион же поднял свои глаза к небу. Он увидел душу апы Виктора, и была она завернута в одеяния виссоновые. Святые приветствовали душу апы Виктора.

А когда отсекли его голову, кровь вышла и молоко536. Он завершил свое славное мучение двадцать седьмого числа месяца пармуте537, в десять часов дня538. И слова все, которые он сказал, пока не отсекли ему голову, суть истинные. Мир всем, которые стали мучениками во имя нашего Господа Иисуса Христа, Того, Которому слава, и Его Отцу благому, и Духу Святому, животворящему и единосущному, ныне и присно и во веки веков. Аминь.

* * *

489

Роман (так же, как Василид и Эвий, см. прим. 492) упоминается и в других мартириях. Исторических сведений о нем нет.

490

22 апреля

491

27 марта

492

На основании исследования цикла мартириев и сопоставления действующих лиц Галтье составил генеалогическую таблицу семьи Виктора (Е. Galtier, Contribution á l’étude de la litterature arabe-copte.– Bulletin de l’lnstitut francais d’Archfeologie orientale, t. IV, Le Caire, 1905, c. 127–140). Василид, отец Макария Антиохийского (также мученика) оказывается братом матери Виктора. Таким образом, дочь Василида, которую Роман прочит в жены своему сыну, является двоюродной сестрой Виктора, а Макарий – двоюродным братом. Все три стратилата, Роман, Василид и Эвий, упоминаются в мартирии Апаиуле и Птелеме (Е. А. Е. Reymond, J. W. В. Barns, Four Martyrdoms from the Pierpont Morgan Coptic Codices, Oxford, 1973).

493

Центенарий – 100 фунтов

494

См. «Изречения египетских отцов», прим. 73

495

Экседра – в римских домах зал, выходящий в портик или перистиль, а также вообще помещение, во всю ширину открытое в большее, закрытое помещение. В нашем тексте экседра имеет двери с запором. По-видимому, значение этого термина впоследствии стало шире, и он стал обозначать просто отдельную комнату, возможно, выходящую в портик или большее помещение. В арабском это слово передается словом гурфатун, "комната".

496

Ср. Иак. 5и Мф. 6:19–20

502

Для снабжения армии и чиновничества с населения собирались специальные подати натурой (хлеб, вино, мясо, растительное масло, дрова, одежда; последняя – до V в.) и деньгами. Солдаты в среднем получали одну аннону (в пересчете на деньги примерно 12 солидов в год; солид – золотая монета весом 4,55 г). Августалий Египта получал 50 аннон, дук Ливии при Анастасии (491–518)-40. Виктор получал 60 аннон, будучи первым после трех соправителей императора. Как государственный преступник он должен был получать одну аннону, «чтобы он не умер». Однако Виктор не пользовался этим содержанием, потому что «аннону берут (у населения) силой», и за это также был обвинен.

503

Указанные действия в храме были функциями иеродулов. Роман исполнял обязанности простого служителя храма по обету, в благодарность за рождение сына.

505

См. прим. 500

508

Армений, наместник императора, правитель Нижнего Египта (с центром в Ракоте, Александрии), упоминается во многих мартириях. Он назы вается также и духом, и комитом, и игемоном, как и Евтихиан, правитель Верхнего Египта, о котором говорится ниже. Комиты (откуда впоследствии произошел титул «граф»)- «спутники» римских императоров, почетный титул высших должностных лиц. Дук (откуда произошел титул «герцог»)- верховный представитель военной власти, он же игемон («правитель»), стратилат («полководец»).

509

Хамос, вид «намордника», надеваемого осужденным, встречается во многих мартириях. По-видимому, представлял собой нечто вроде маски для нижней части лица. За неимением соответствующего термина для перевода, приходится, в зависимости от контекста, переводить «повязка» или «кляп».

511

Около 9 часов утра (см. «Апокриф пророка Иеремии», прим. 407) 15 апреля.

512

Слово имеет много значений. В области делопроизводства это отчет, доклад, заявление, петиция. В данном случае – сопроводительный документ, в котором указано, в чем обвинен и к чему приговорен Виктор.

517

Правитель Верхнего Египта (с центром в Антиноэ). Упоминаемый ниже дук Себастиан, по-видимому, сменил Евтихиана на этом посту.

518

Евтихиан имеет в виду силы, которые помогают Виктору переносить пытки, магические, по его мнению. Виктор понимает этот вопрос буквально, как его бывшее воинское вооружение. Далее, поняв, что имеет в виду Евтихиан, он отвечает, что это его молитвы, крещение и готовность принять смерть во имя Христа.

519

Нумерарий – счетовод, доместик – телохранитель

520

Место, в котором впоследствии была построена часовня св. Виктора, в районе современной ал-Атавлы

521

Т. е. в перерыве между судилищами, в ожидании нового суда

522

Т. е. в мире

526

См. «Апокалипсис Илии», прим. 378. Там уксус с известью вливают в нос.

528

Ср. «Апокриф пророка Иеремии», прим. 430. Енох был популярен у коптов, в частности, его имя нередко встречается на надгробных стелах среди имен святых.

529

Распространенный прием обыгрывания значения имени собственного, ср. например «женщина, имя которой Евсевия, которая жила в благочестии, согласно значению ее имени».

530

Обычный способ публичной казни женщин-христианок в Фиванде в эпоху гонений при Диоклетиане, как о том свидетельствует Евсевий (книга VIII, глава IX).

531

Букв, «волнение морское». Поскольку дело происходит в Верхнем Египте, здесь, по-видимому, имеется в виду необыкновенное нильское наводнение.

532

Греческое τόπος, букв, «место». Это слово в коптском могло обозначать монастырь, часовню и вообще любого рода святилище. Ср. прим. 520.

533

Т. е. в таком юном возрасте он совершил все эти подвиги.

534

Житель г. Сиута, современный Асьют.

535

Греческое слово ανάγκη имеет много значений: неизбежность, судьба, закон, нужда, потребность, страдание, мучение, пытка. В коптском часто употребляется для обозначения кончины. Но поскольку далее следует определение «которое на тебе», т. е. которое ты несешь, выносишь, его, скорее всего, «мучение».

536

Знак великой праведности казненного. Так, например, в апокрифических деяниях апостола Павла (они имеются и в одной из рукописей ГМVI, см. издание: А. I. Elanskaya, Passio Pauli in the Coptic MS GMII I.l.b.686, – Melanges Antoine Guillaumont, Genive, 1988, c. 20–37) говорится, что, когда ему отрубили голову, полилось молоко.

537

. См. прим. 490.

538

Примерно в 4 часа дня, см. «Апокриф пророка Иеремии», прим. 405


Источник: Введение, перевод с коптского и комментарии А. И. Еланской

Комментарии для сайта Cackle