Деяния Вселенских Соборов, Том 1*

 Собор 2Собор 3

III. СОБОР ЕФЕСКИЙ, ВСЕЛЕНСКИЙ ТРЕТИЙ. ИСТОРИЧЕСКИЕ СВЕДЕНИЯ О ТРЕТЬЕМ ВСЕЛЕНСКОМ СОБОРЕ

Со времени второго вселенского собора на константинопольской церковной кафедре преемником Нектарию был Святой Иоанн Златоуст, Златоусту Арсакий, брат Нектария, Арсакию Аттик, Аттику Сисиний. По смерти его, император Феодосий младший, затрудняемый противоположными желаниями граждан в избрании епископа, решил избрать епископа не из константинопольской Церкви, а из антиохийской, именно Нестория. Несторий родился в Германикии148. Он владел даром слова, хотя и не был способен к общественной должности. Отличаясь грубостию простонародной одежды, величавостию в поступи и во взгляде, бледностию и сухостию лица, он заставлял предполагать в себе воздержность, благочестие, жизнь сообразную с правилами древних христиан. Поэтому-то, с общего всех согласия, он призван был в Константинополь, и возведен в сам епископа. Он привел с собой из Антиохии пресвитера Анастасия, который всегда был при нем самым близким и доверенным лицом и с которым Несторий обращался дружественно. Этот пресвитер в одном из своих поучений к народу дошел до такого нечестия, что с величайшим бесстыдством говорил: будто пресвятую Марию не должно называть Богородицею (Θεοτόκον, потому что Бог не может родиться от человека. Нечестивые слова его произвели в народе беcпокойство и смятение. Несторий же, созвав народ в церковь, красноречиво оправдывал своего пресвитера, тогда как виновник такого волнения заслуживал грозного приговора к отлучению от Церкви и самого строгого наказания. Поддерживая богохульство богохульством, он в ипостаси или лице Христа Господа представлял два лица, и утверждал, что в нем как два естества, так и два сына и два Христа: один есть Бог от Бога, другой – человек от матери; потому и св. Деву называл не Богородицей, а Христородицей.

Также один из епископов, Дорофей, изменили, вере, по корыстным видам. В церкви, когда Несторий совершал священнодействие, он бросился на верх кафедры, и с нее, против ожидания присутствующих, произнес проклятие на всех, которые употребляли слово Богородица. Несторий одобрил его поступок, и удостоил нечестивца совершать святые тайны. Но раздраженный народ поднял непрерывный крик и шум против епископа: ропот заглушал слова проповедника; в великой тревоге народ стал бегать по городу; с нечестивцем прекратили общение и простолюдины и сенаторы и духовные лица, и наконец по селам разнеслись скорбные слова, что в городе есть владыка, но нет епископа. При таких обстоятельствах Несторий, тревожимый и страхом и гневом, подвергает, кого может, допросам судей, изгоняет из храмов и из домов тех духовных лиц, которые имеют правильный образ мыслей, мучит их голодом, узами, телесными побоями. Между тем речи Нестория в списках распространяются по Востоку, и разливают смрад и яд. Против них с негодованием поднимают голос православные простолюдины и настоятели церквей, и из них особенно Кирилл, епископ александрийский, муж сиявший более всех мудростию и примерною святостию, которого Бог в самое тяжкое для Церкви время поставил защитником апостольской веры и самым сильным обличителем мнений Нестория. Сначала он в послании своем известил египетских монахов о Несторие и раскрыл, сколько потребно было, нечестивое и безумное учение его; потом, когда несториева ересь более и более, стала распространяться, он самыми ясными доводами опроверг ее в трех своих посланиях, к Феодосию и к царицам Пульхерии и Евдокии. Но император, представив себе это дело иначе, по внушению Нестория, написал к Кириллу письмо, в котором винил его со всею строгостию. Кирилл написал еще несколько посланий на тот же предмет и к другим лицам; когда эти послания некоторыми благочестивыми людьми переданы были Несторию, он, сильно раздосадованный, начал унижать достоинство святого мужа, взводя на него самые жестокия обвинения и хулы. Напротив того, Кирилл в многочисленных своих письмах старался образумить его, показывая, как далеко отступил он от апостольских преданий. Несторий упорствовал и, порицая своего увещателя, в письмах своих выставлял его человеком дерзким и неученым. Не ограничиваясь пределами константинопольской империи, этот нечестивейший человек осмелился возмутить и римлян. Он послал свои проповеди, которые говорил в Константинополе, к римскому епископу Келестину, отправив их с Антиохом, одним из сановников. И Кирилл также послал, к Келестину с Посидонием, диаконом александрийской Церкви, свои письма, писанные им к Несторию, и несториевы к нему. Келестин немедленно собрал в Риме собор из многих епископов, тщательно рассмотрел смысл учения несториева, и по приговору всего освященного собора осудил гибельную ересь. Потом он известил Нестория, что он подвергнется анафеме и лишению епископской чести, если в продолжение десяти дней торжественно не отречется от ереси, им введенной: восстановил в прежнем достоинстве тех, которых Несторий удалил от общения с Церковию, или от священнодействия. В тоже время в письмах своих к первенствующим епископам Востока Келестин в сильных выражениях побуждал их защищать православную веру против весторианского сумасбродства, а преимущественно побуждал Кирилла, которому он представил объявить суд на Нестория (если он в продолжение определенного времени не раскается в своей вине), и изгнать его из общества верующих, как человека, носящего в себе душегубительную заразу. Об этом Келестин писал и к жителям Константинополя. Кирилл также, в исполнение своего долга, написал послания об истинном учении веры и о заблуждении Нестория, и отправил их, вместе с посланием Келестина, к Иоанну антиохийскому, Ювеналию иерусалимскому и Акакию берийскому. Действуя с подлежащим благоразумием: он собрал в Александрии собор и отправил к Несторию четырех епископов, с тем, чтобы они вразумили его, лично вступив в беседу с ним, и доставили бы ему особливое послание от собора, содержащее в себе двенадцать глав, которые названы анафематами, потому что содержали проклятия на еретиков. По Несторий ко всему этому выказал презрение: он не допустил к себе епископов, не смотря на их убеждения; на проклятия отвечал проклятиями; монахов, которые с болышею пред другими твердостию сопротивлялись образу его мыслей, заключал под стражу и подвергал мукам; и со всеми другими он поступал с крайнею жестокостью.

Тогда Кирилл увидел, что нужно собрать вселенский собор, и в посланиях, как сказано, к главным восточным Церквам и к предстоятелем их настоятельно требовал, чтобы они, вошедши между собою в совещание, рассмотрели учение Нестория, и чтобы они или возвратили его к правомыслию, или, смотря по ходу дела, отсекли его от Церкви. Кирилл внушал это всем, к которым писал, епископам.

Но так как многое, что требовалось и для открытия собора и для содействия ему в достижении предложенной цели, могло совершиться только властию императора, поэтому в таких обстоятельствах обыкновенно обращались к императору с просьбой о его содействии. Кирилл советовал Ювеналию, епископу иерусалимскому, усердно просить императора, чтобы он подал помощь и употребил силу к прекращению несторианских волнений, обуревавших Церковь. Он писал также и к жителям Константинополя, которые были одних с ним мыслей, о том, что если Несторий не примет дружеских вразумлений, то дело надобно передать, на суд собора, Весь монашеский чин в Константинополе, побуждаемый словами Кирилла и оскорбляемый ежедневно Несторием, усердно просил Феодосия, чтобы он созвал епископов на собор для восстановления союза и мира церковного, расторгнутых Несторием. Император Феодосий, склоняясь на их прошения, в тринадцатый год своего царствования, в тринадцатый день пред декабрьскими календами (19 ноября), грамотой к Кириллу и прочим главным епископам, назначил вселенский собор, который должен был открыться в Ефесе в праздник пятидесятницы следующего года.

После праздника пасхи Несторий поспешил отправиться в Ефес, в сопровождении большого числа людей. Когда настал праздник пятидесятницы, прибыл туда и Кирилл, который долженствовал быть председателем собора. В четвертый день после пятидесятницы прибыл туда Ювеналий, епископиерусалимский, с палестинскими епископами. Капреол, епископ карфагенский, прислал диакона Весулу, который уведомил собор, что африканским епископам не позволяет отправиться в Ефес стеснение от вандалов, угнетающих всю Африку, что Августин, епископ иппонский, скончался прежде получения грамоты, которой император звал его на собор, и потому собор не ждал бы кого-либо из настоятелей африканских церквей. После этого ожидали только Иоанна антиохийского с его епископами: более двух недель со дня, назначенного для собора, он не являлся, причиною чего было не расстояние места, а опасение – как писал ефесский собор Келестину– принести с собою смерть Несторию. Промедлив столько времени, Иоанн, чрез двух своих епископов, анамейского и иерапольского, известил ефесских отцов, чтобы они долее не ждали его и не отлагали соборных совещаний.

Это отлагательство было очень тягостно для епископов; их было в Ефесе более двух сот: одни из них терпели недостатки в своем содержании, другие страдали от тяжких болезней; иные говорили, что дальнейшая медленность повлечет за собой оскорбительное со стороны народа неуважение к собору. Поэтому с общего согласия определено было открыть собор в храме пресвятой Девы Марии, в десятый день пред июльскими календами (22 июня). К этому времени прибыли в Ефес и два сановника, Ириней и Кандидиан; им не предоставлялось входить в суждения о делах веры: Ириней явился в след за Несторием по дружескому расположению к нему, без всякой власти; Кандидиан же с поручениями Феодосия, чтобы вместо императора принял на себя заботы охранять собор и содействовать его успехам. Епископы в общем собрании, прочитав грамоту императора, которой он призывал их на собор, пред началом рассмотрения спорного предмета звали на собор Нестория, для того, чтобы он на соборе выслушал свое святотатственное учение, в котором его обвиняли, и отрекся от него. Он не принял приглашения, и, презирая повеление собора, требовал отложить рассмотрение дела до прибытия епископа Иоанна. На второй и третий день к нему посланы епископы с тем, чтобы они от имени собора убедили его к повиновению: по целому дню они ждали при дверях его дома, но кроме укоризн ничего не получили; спутниками Нестория, окружавшими дом его, они приняты были нагло и прогнаны.

Напрасно испытав все средства, которыми можно было уврачевать недужный ум Нестория, отцы приступили к соборному рассмотрению дела. Для того торжественно прочтены были: никейский символ веры, письма Кирилла к Несторию и несториевы к Кириллу, также беседы, письма и мелкие сочинения несториевы; усмотрено, что все они несогласны с никейским исповеданием и учением святых отцов, которых многие сочинения были тогда предложены на соборе. Напоследок представлены были некоторые пользовавшиеся уважением мужи, которые засвидетельствовали о хулах Нестория на Христа и Богородицу Деву. Рассмотрев все это внимательно и заботливо, собор лишил Нестория епископства и отлучил от священнического чина, скрепив приговор подписями всех епископов. Немедленно вестники торжественно разнесли весть об этом приговоре по всему городу, и не на словах только пересказывали, но развешивали и письменные объявления. Народ, который с солнечного восхода до вечера нетерпеливо ждал соборного приговора, выразил свою благодарность епископам необыкновенным образом: он с зажженными светильниками провожал их в домы, воскурял благовония, когда они проходили; криком и рукоплесканиями торжественно одобрял осуждение нечестивого человека. Немедленно отправлено письменное донесение императору о том, что было сделано. Послание к нему собора, хотя комит Кандидиан, в угождение Несторию, старался перехватить его и на сухом пути и на море, доставлено императору. Извещенный об этом гласом Божиим, блаженный Далмат, чудный своей святой жизнию, вышел из монастыря, в котором он укрывался сорок восемь лет, прервав всякое общение с людьми, и, сопровождаемый сонмом архимандритов и монахов, с пением псалмов поспешно шел к дворцу императора, чтобы от него узнать о том, что постановил Святой собор. С светильниками и священными песньми собрались также пустынники; число народа было велико. В слух всех во храме святого Мокия прочтено было письмо ефесских отцов: все радовались; раздавался клик народа: анафема Несторию!

Послы римского папы, прибывшие в Ефес уже после того, как состоялось соборное определение, подтвердили свое согласие на осуждение Нестория собственноручным подписом. Но Иоанн антиохийский, который с своими епископами прибыл в Ефес после осуждения Нестория и прежде прихода туда римских послов, увлекшись коварными внушениями комита Кандидиана, прямо объявил, что собор несправедливо поступил, осудив Нестория, в его отсутствие и не входя в сношение с ним, и подтвердив анафематы Кирилловы. Поэтому Иоанн решился отделиться от собора, и, действуя заодно с Несторием, составил особое небольшое собрание епископов, которому дал имя вселенского собора. Его составляли около тридцати епископов, или, вернее сказать, сбор самых ничтожных, незначащих лиц: одни из них были изгнанниками и скитались из места в место; другие по важным винам лишены епископий своими митрополитами; некоторые из них за еретическое учение выгнаны были из своих мест в Фессалию; иные наконец держались заблуждений пелагианских. Опираясь на это скопище, Иоанн сперва отверг, на основании сочинений Феодорита кирского, двенадцать анафемат Кирилловых; потом отнял честь и имя епископские у Кирилла и Мемнона, епископа ефесскаго, которых все глубоко чтили и по летам их и за непорочную жизнь, обвинив их в том, что они держатся аполлинариевых мнений; прочих епископов, составлявших собор, без вины лишил общения с Церковию и немедленно написал к императору, что с Кирилла и Мемнона снят епископский сан общим приговором судей на законных основаниях. Подвигнутые таким недостойным поступком, отцы ефесского собора, приняв от Кирилла и Мемнона прошения, в которых они просили себе защиты, послали к Иоанну трех епископов с увещанием, чтобы он пришел в собор и дал отчет в том, в чем он несправедливо обвинял Кирилла, Мемнона и прочих епископов. Иоанн сначала пришел в недоумение, в раскаяние, в страх; но надеясь более на силу окружавших его воинов, нежели на правоту своего дела, отказался идти, куда его призывали. При таких обстоятельствах Святой собор осуждает его и его клевретов на отлучение от Церкви и лишает епископства; объявляет, что Кирилл, Мемнон и другие епископы осуждены с нарушением и законного порядка дел и справедливости, и обо всем этом извещает письмом папу Келестина. Но Феодосий, обманутый письмом Иоанна и других восточных епископов, поверил, что Несторий, Кирилл и Мемнон осуждены законно, и послал на собор комита Иоанна, который, прибыв туда, велел отдать их под стражу. В какую скорбь повергло и Святой собор и константинопольский клир несчастие Кирилла и Мемнона! Собор немедленно отправил в Константинополь восемь епископов с тем, чтобы они императору в порядке изложили все дело. Выслушав слова их о деяниях собора, он благоговейно принял их, велел освободить из под стражи Кирилла и Мемнона, а Несторию определил изгнание, и епископам, какие тогда находились в Константинополе, велел избрать вместо его на константино-польский престол другого иерарха. Они вступили в совещание между собой об этом трудном деле и наконец нарекли епископом Максимиана, известного всем благочестивою жизнию. Келестин, чрез послов и письмо получив от собора и Феодосия известие об избрании Маконмиана, одобрил его с полною радостию.

Но так как Иоанн в душе своей не прекратил злобы, какую выказал в Ефесе к Кириллу, то Церкви антиохийская и александрийская, также как и настоятели их, были в сильном между собою несогласии, к великому огорчению благочестивых и к удовольствию несториан. Это продолжалось почти три года после окончания собора, и ноток этого зла еще долго бы не иссяк, если бы император не преградил его, показав особливую бдительность и живое усердие к охранению правоверия. Он чрез трибуна и потария Аристолая с чувством глубокого благочестия советовал и с строгостию власти императорской повелел Иоанну, отложив вражду, примириться с Кириллом и утвердить постановления ефесского собора своим подписом и подписом епископов его патриархата. Для этого Иоанн послал в Александрию Павла, епископа емесскаго, который, прибыв к Кириллу, тщательно пересмотрел спорное дело о Несторие, и когда увидел, что оно произведено было правильно и в порядке, от имени Иоанна и антиохийской Церкви осудил ересь Нестория и одобрил низложение его; подтвердил избрание Максимиана и восстановил общение и мир двух Церквей и их знаменитых первонастоятелей. Благочестивый император не ограничился этим только делом: чтобы возбудить большее отвращение от этой богохульной ереси, он осудил самое имя Нестория; своим указом он повелел, чтобы его последователей называли не несторианами, а симонианами. Под опасением конфискования имущества, он запретил читать, держать у себя, или списывать несториевы сочинения. Он назначил для него местом заточения Оаз, который также называют Ивис, город в ливийских пустынях. После того, как этот город опустошен был кочевым народом, сделавшим на него нападение, Несторий, отпущенный варварами, перешел в Фиваиду, в город Пан; а оттуда ему велено переселиться в Елефантину, которая лежала за пределами Фивской области. Несторий, переселяемый из одного места в другое, среди страданий изгнания не сделался лучше: везде, куда только приходил, не переставал изрыгать хулы на Господа Христа и Богородицу Деву. Но в очевидное знамение Божия наказания сему нечестивому человеку, черви наполняли рот и ели богохульный язык его до последнего дня его жизни, в который он перешел на лютейшие страдания. По словам одних, он умер, убившись при падении на землю; другие говорили, что он поглощен был землею; есть предание, что он умер, лишившись ума.

Ефесский собор беспрекословно и справедливо причислен к вселенским соборам, потому что и открыт и после утвержден законным образом; он состоял из епископов, собравшихся из всех мест православной вселенской Церкви, исследовал и утвердил один из величайших догматов вселенской веры. Последующие вселенские соборы в своих деяниях с ясно высказанным благоговением утвердили ефесский собор.

Беседа Прокла, епископа кизического, говоренная в присутствии Нестория в великой константинопольской церкви, о вочеловечении Господа Нашего Иисуса Христа, о том, что Святая Дева Мария есть Богородица и что родившийся от нее не есть Бог только и не есть человек только, но Еммануил, который есть вместе Бог и человек, неслитно и непреложно.

Нынешнее собрание наше в честь пресвятой Девы вызывает меня сказать, братия, слово хвалы. Настоящее торжество соединяется с пользою для пришедших сюда потому особенно, что совершается в честь пречистой Девы; оно составляет похвалу жен, славу их пола, которую доставляет ему та, которая в одно время есть и матерь и дева. Вожделенное и чудное собрание! Вот, для прославления Девы приводят людей и земля и море, одно мирно расстилая для кораблей хребет свой, другая невозбранно открывая пути для шествующих. Торжествуй природа, потому что воздается честь жене; ликуй род человеческий, потому что прославляется дева. Идеже бо умножися грех, преизбыточествова благодать (Римл. 5, 20). Нас собрала здесь святая и Богородица Дева Мария, чистое сокровище девства, мысленный рай второго Адама, место где совершилось соединение естеств, где утвердился совет о спасительном примирении; чертог, в котором Слово уневестило себе плоть; одушевленная купина, которую не опалил огонь божественного рождения; легкое облако, носившее с телом восседящего на херувимах; орошенное небесным дождем чистейшее руно, из которого пастырь сделал одежду для овцы; раба и матерь, дева и небо; мост, по которому Бог низошел к человекам; изумительный ткальный стан божественного домостроительства, на котором неизъяснимо исткался хитон соединения, которого ткачем был Дух Святой, художницею – сила свыше осенившая, для которого волною было древнее кожаное препоясание Адама; основой была чистая плоть девы, челноком неизмеримая благодать носившего; художник слово, вошедшее чрез слух. Кто видел, кто слышал, чтобы обитал во чреве беспредельный Бог, которого небеса не вмещают, которого не ограничивает чрево девы.

Родившийся от жены не есть только Бог и не есть только человек: этот родившийся соделал жену, древнюю дверь греха, дверию спасения; где змий разлил свой яд, нашедши преслушание, там Слово воздвигло для себя одушевленный храм, вошед туда послушанием; где, возник первый грешник Каин, там родился бессеменно Искупитель человеческого рода Христос. Человеколюбец не возгнушался родиться от жены, потому что это дело Его даровало жизнь. Он не подвергся нечистоте, вселившись в утробу, которую Он сам устроил изъятою от всякого повреждения. Если бы сия матерь не пребыла девой, то рожденный ею был бы простой человек, и рождение не было бы чудесно. А так как она и после рождения пребыла девою, то кто же рожденный, как не Бог? Неизъяснимо таинство, потому что Он родился неизъяснимым образом, Он, беспрепятственно прошедший дверьми, когда они были заключены, в котором Фома исповедуя соединение двух естеств, воскликнул: Господь мой, и Бог мой! (Иоан. 20, 28).

Не считай, человек, этого рождения унизительным, когда оно для нас сделалось источником спасения. Если бы Он не родился от жены, то не умер бы; если бы не умер, то не упразднил бы своею смертию имущего державу смерти сиреч, диавола (Евр. 2, 14). Нет ничего бесчестного для зодчего жить в доме, который он построил; глина не служит к унижению горшечника, когда он устрояет из нее новый какой-либо сосуд. Так и святого Божества не оскверняет рождение от девического чрева; его сам Бог устроил, а потому, проходя им, Он не подверг себя нечистоте или унижению. О блаженное чрево! в тебе написана хартия всеобщего избавления. О чудная утроба! в тебе исковано оружие против смерти. Благословенная нива! в тебе бессеменно возрос насадитель твари. О величественный храм! в тебе священном явился Бог, который, не изменяя своего естества, по милосердию к нам, облекся в человечество и стал иереем, по чину Мельхиседекову (Псал. 109, 4). Слово плоть быст (Иоан. 1, 14), хотя иудеи не верят Господу, который сказал это. Бог принял образ человека, хотя еллины смеются над этим чудом. Потому апостол Павел говорит, что Христос иудеом убо соблазн, еллином же безумие (1Кор. 1, 23): они не познали силы таинства, потому что оно непостижимо уму. Аще бо быша разумели, не быша Господа славы распяли (2, 8). Если бы Слово не вселялось во чрево, то плоть не воссела бы с Ним на Божественном престоле. Если бы оскорбительно было для Бога войти в утробу, которую Он создал, то бы и ангелы оскорблялись служением человеку.

Тот, кто по своему естеству не подлежит страданиям, по милосердию к нам подверг себя многим страданиям. Мы веруем, что Христос не чрез постепенное восхождение к Божественному естеству сделался Богом, но, будучи Бог, по своему милосердию сделался человеком. Не говорим: человек сделался Богом; но исповедуем, что Бог воплотился. Рабу свою избрал для себя в матерь Тот, кто по существу своему не имеет матери, и кто, явясь по божественному домостроительству на земле, не имеет здесь отца. Как один и тот же есть и без отца и без матери, по слову апостола? (Евр. 7, 3). Если Он только человек, то Он не мог быть без матери: и действительно, у Него есть мать. Если Он только Бог, то Он не без отца: в самом деле, у Него есть Отец. Он не имеет матери как творец Бог, не имеет отца как человек.

Убедись в этом самым именем архангела, благовестившего Марии. Ему имя Гавриил; что значит это имя? Выслушай и узнай; оно значит: Бог и человек. Так как Тот, о ком он благовествовал, есть Бог и человек, то имя его предуказывало на это чудо, дабы верою принято было дело божественного домостроительства. Узнай причину пришествия в мир воплотившегося Бога и прославь Его силу. Род человеческий грехами своими вошел в большие долги, и не находил никаких способов уплатить их. Все люди в Адаме дали на себя рукописание в грехе и диавол нас сделал своими рабами; употребляя немощное наше тело как рукописание, он напоминал нам, что мы продали себя ему, и становясь пред нами, он, лукавый изобретатель страстей, указывал нам на тот наш долг и требовал с нас уплаты его. Вследствие этого надлежало быть одному из двух: или всем подвергнуться смерти, на которую были мы осуждены, потому что все согрешили; или для искупления нашего должна быть дана такая цена, которою бы все требование уплачивалось вполне. Какой-нибудь человек не мог уплатить его, потому что он сам чрез грех был в этом долгу; ни ангел не мог искупить человеческого рода, потому что не находил столь великой платы. Необходимым оставалось, чтобы Бог, непричастный греху, умер за согрешивших. Это одно средство для уничтожения зла.

Что в самом деле совершилось? Тот, кто из небытия привел к бытию весь мир, Тот, который ничем не затрудняется в раздаянии щедрот, открыл вернейший способ доставить жизнь осужденным, и самым приличным для себя образом разрушить смерть: Он делается человеком, рождаясь от Девы, образом, Ему самому только известным; потому что ум не может изъяснить для себя этого чуда. Он умирает тем, что́ в Нем есть рожденное, и совершает искупление силою того, что́ в Нем есть всегда пребывающее. Об этом говорит апостол Павел: о Нем же имамы избавление кровию Его, и оставление прегрешений (Ефес. 1, 7). Какое великое событие! Доставил другим бессмертие, потому что сам был бессмертный. В домостроительстве Божием для спасения людей не было, нет и не будет никого такого, кроме Его, родившегося от Девы, Бога и человека. Для искупления осужденных Он имеет в себе цену не только соразмерную всему множеству их, но и превышающую всякое количество. В отношении к Отцу, как Сын, Он сохраняет неизменяемость по естеству, как зиждитель, Он не имеет недостатка в всемогуществе; как милосердый, Он показал беспредельную любовь к людям; как первосвященник, Он для ходатайства за других имеет все, чем утверждается вера в Него. Всему этому ни равного ни даже близкого не найдет никто, никогда, в ком-либо другом. Рассуди, как велико Его человеколюбие: добровольно подвергши себя осуждению, Он разрушил смерть, владычествовавшую над распявшими Его; и беззаконие убийц своих обратил во спасение их самих, поступивших беззаконно.

Так, спасти людей нельзя было простому человеку, потому что всякий человек сам имел нужду в спасителе: вси бо, говорит св. Павел, согрешиша, и лишени суть славы Божия (Римл. 3, 23). Так как грех подверг грешника власти диавола, а диавол подверг его смерти, то состояние наше сделалось крайне бедственным; не было никакого способа избавиться от смерти. Были присылаемы врачи, т. е. пророки, но они могли только яснее указать на немощи. Что они делали? Когда видели, что болезнь превышает искусство человеческое; они с небес призывали врача; один говорил: Господи, преклони небеса и сниди (Псал. 143, 5); другой взывал: исцели мя, Господи, и исцелюся (Иерем. 17, 14); воздвити силу твою и прииди во еже спасти нас (Пс. 79, 3). Иной: яко аще истинно вселится Бог с человеки на земли (3 Дар. 8, 27)? Скоро да предварят ны щедроты твоя, Господи, яко обнищахом зело (Псал. 78, 8). Другие говорили: о люте мне душе, яко погибе благочестивый от земли, и исправляющего в человецех несть (Мих. 7, 2). Боже в помощь мою вонми, Господи, помощи ми потщися (Псал. 69, 1). Аще умедлит, потерпи ему, яко идый приидет и не умедлит (Аввак. 2, 3). Заблудих яко овча погибшее; взыщи раба твоею, уповающего на тя (Псал. 118, 156). Бог яве приидет, Бог наш, и не премолчит (Пс. 49, 3). Потому, Тот, кто по естеству есть Царь, не презрел естества человеческого, порабощенного лютой властью диавола; благосердый Бог не попустил быть ему всегда под властию диавола: присносущий пришел и дал в уплату свою кровь; для искупления рода человеческого от смерти отдал свое тело, которое принял от Девы, свободил мир от клятвы закона, уничтожив смерть своею смертию. Христос ны искупил есть от клятвы законные, восклицает св. Павел.

Так знай, иудей, что Искупитель наш не есть простой человек, потому что весь род человеческий порабощен греху; но также Он и не Бог только, непричастный естества человеческого, каковым хочешь считать его ты, Манихей: Он имел тело, потому что если бы Он в меня не облекся, то и не спас бы меня. Но вселившись во чрево Девы, Он облекся в меня осужденного, и в нем – в том чреве – совершил чудную мену: дал Духа и принял тело, один и тот же (пребывая) с Девою и (рождаясь) от Девы. Один (Дух) осенял ее; другой воплотился от нее. Если бы Христос был кто-либо особый, и Бог Слово особый, то была бы уже не Троица, но четверица. Не раздирай одежды домостроительства спасения, свыше истканной; не принимай учения Ариева: он нечестивый рассекает существо; ты не разделяй соединение двух естеств, дабы тебе не быть отлучену от Бога. Скажи мне: кто явился нам, во тме и сени смертней седящим (Лук. 1, 79)? Человек? Но как тот, кто сам жил в тьме, мог бы, как говорит св. Павел, избавить нас от власти темные (Колосс. 1, 13)? так как писание говорит о нас: бесте бо иногда тма (Ефес. 5, 8). Итак, кто же Он, явившийся нам? Пророк Давид указывает тебе в сих словах: благословен грядый во имя Господне (Псал. 117,26). Но яснее скажи нам, пророк, возгласи громче, не ослабляй своего голоса, как труба да прозвучит речь твоя (Иса. 58, 1), скажи, кто Он? Господ Бог воинств, говорит пророк; Бог Господь и явися нам (Псал. 117, 27). Слово плоть бысть (Иоан. 1, 14): соединились два естества, и соединение пребыло неслитным.

Он пришел спасти, но должен был и пострадать. Как могло быть то и другое вместе? Простой человек не мог спасти; а Бог в одном только своем естестве не мог страдать. Каким же образом то и другое совершилось? Так, что Он, Еммануил пребывая Богом, сделался и человеком, и то, чем Он был, спасло; а то, чем Он сделался, страдало. Потому, когда Церковь увидела, что иудейское сонмище увенчало Его тернием, оплакивая буйство сонмиица, говорила: дщери Сиони, изыдите и видате венец, им же венча Его мати Его (Песн. 3, 11). Он носил терновый венец, и разрушил осуждение на страдание от терния. Он один и тот же был и в лоне Отца и во чреве Девы; один и тот же на руках матери и на крылиях ветров (Псал. 103, 3); Он, которому покланялись ангелы, в тоже время возлегал за столом с мытарями. На Него серафимы не смели взирать, и в тоже время Пилат делал Ему допрос. Он один и тот же, которого заушал раб и пред которым трепетала вся тварь. Он пригвождался ко кресту и восседал на престоле славы; полагался во гроб и простирал небо как кожу (Пс. 103, 2); причислен был к мертвым и упразднил ад; здесь на земле клеветали на Него, как обманщика, там, на небе воздавали Ему славу, как святейшему. Какое непостижимое таинство! Вижу чудеса, и исповедую, что Он Бог; вижу страдания, и не могу отрицать, что Он человек. Еммануил отверз двери природы, как человек, и сохранил невредимыми ключи девства, как Бог; изшел из утробы также, как вошел чрез слух; одинаково и родился и зачался: бесстрастно вошел, без истления вышел, как об этом говорит пророк Иезекииль: обрати мя на путь врат святых втешних, зрящих на востоки: и сия, бяху затворена. И рече Господь ко мне: сыне человечь, сия врата заключенна будут, и не отверзутся, и никтоже пройдет ими, яко Господь Бог израилев, Он един, внидет и изыдет, и будут заключенна (Иезек. 44, 1. 2). Вот ясное указание на святую Деву и Богородицу Марию. Да прекратится всякое противоречие и священное Писание да просветит наше разумение, дабы нам получить и царство небесное во веки веков. Аминь.

II. Послание Кирилла епископа александрийского к Несторию, когда узнал о неправильном образе его мыслей.

Благоговейнейшему и боголюбивейшему епископу Несторию, нашему сослужителю, Кирилл епископ (желает) о Господе всякого блага.

В Александрию прибыли некоторые достопочтенные и заслуживающие доверие мужи. Они говорили мне, будто бы твое благочестие в великом негодовании и употребляет все средства огорчить меня. Когда я хотел узнать причину такого огорчения для твоего благочестия, они мне сказали, что некоторые из александрийцев распространили в народе послание, писанное мною к святым монахам, и что оно сделалось виною ненависти и озлобления. Я удивляюсь, что твое благочестие тщательнейшим образом не рассмотрело этого дела. Смущение в вере возникло не от послания, которое было написано мною прежде, но от некоторых поучений, сказанных твоим благочестием или кем другим. Напротив, когда писания или объяснения, содержащие превратное учение, стали ходить по рукам, мы озаботились исправить это учение. Потому что некоторые дошли до того, что не хотят исповедовать Христа Богом, а исповедуют Его органом или орудием Бога и человеком богоносным, и еще что-то нелепее этого. Нас огорчают слова, которые сказаны твоим благочестием, или сказаны кем-либо другим: я не очень верю этим распространившимся между людьми ничтожным писаниям. Как же нам можно было молчать в то время, когда вера извращается, когда столько изменений в ней возникает? Или мы не предстанем пред судилище Христово? Ужели мы можем оправдаться в неблаговременном молчании, мы, которые поставлены на то, чтобы говорить что́ должно? Что́ же мне делать теперь? Я должен войти в сношение по этому предмету с твоим благочестием, после того как благоговейнейший и боголюбивейший епископ Рима Келестин и при нем состоящие боголюбивейшие епископы спрашивали о сочинениях, явившихся там неизвестно откуда, от твоего ли благочестия, или от инуда. Они пишут об них, считая их великим соблазном. Как нам успокоить тех, которые, приходя сюда от всех церквей восточных, ропщут на эти сочинения? Ужели твое благочестие думает, что смущение, возникшее в церквах от этих необычайных поучений, маловажно? Все мы теперь в подвиге и в труде, чтобы возвратить к истине тех, которые, не знаю как, обольщены мыслями, чуждыми истины. Как же скоро повод к этому всеобщему ропоту подало твое благочестие, есть ли справедливость винить в этом другого? Почему твое благочестие ненавидит меня? Зачем несправедливо поносит меня, тогда как лучше было бы исправить свои слова, дабы прекратить соблазн во вселенской Церкви? Если слово и излилось из уст и, положим, оно распространилось уже в народе, этому еще можно помочь пересмотром своих слов. Уверься, что лучшим делом в этом случае будет сказать соблазняющимся слово, и назвать святую Деву Богородицею, дабы мы утешив обрученных и имея правомыслие, как и все другие, могли в мире и в единодушии совершать общественное богослужение. Да не усомнится твое благочестие, что мы за веру во Христа готовы терпеть все, подвергнуться узам и самой смерти. Скажу истину, что еще при жизни блаженной памяти Аттика мною была написана книжица о святой и единосущной Троице: в ней есть также слово о вочеловечении Единородного, с ними согласно и нынешнее мое писание. Я читал его епископам, клирикам и тем из народа, которые любят чтения. Но до сего времени я не давал его никому. Вероятно, с изданием этого слова, опять будут обвинять меня; потому что это сочинение составлено было мною прежде, нежели твое благочестие было избрано на архиепископию.

III. Послание Нестория к Кириллу александрийскому, отправленное с пресвитером и монахом Лампоном.

Боголюбивейшему и святейшему сослужителю моему Кириллу Несторий о Господе (желает) всякого блага.

Нет добродетели сильнее христианской кротости. Она заставила нас в настоящее время послать это письмо с благоговейнейшим пресвитером Лампоном, после того как он много пересказал, нам о твоем благочестии, и так же много о нем слышал от других. Он так был настойчив, что вытребовал от нас это письмо: мы покорились силе этого мужа. Признаюсь, что я питаю глубокое благоговение к полной кротости всякого христианина, думая, что с нею всегда пребывает Бог. С нашей стороны, не смотря на то, что от твоего благочестия, надобно сказать ласковее, много сделано не по братской любви,– надобно было написать приветственное письмо в духе терпения и любви. Опыт покажет, каков будет для нас плод от настойчивости благоговейнейшего пресвитера Лампона. Приветствуем все, с тобою находящееся, братство – я и все, находящиеся со мною.

IV. Благоговейнейшему и боголюбивейшему сослужителю Несторию Кирилл о Господе (желает) всякого блага.

Некоторые своим суесловием, как слышу, хотят ослабить в твоем благочестии твое мнение обо мне, и это часто они делают, выискивая для этого то время, когда сановники составляют собрания, а иногда и потому, что этим надеются угодить твоему слуху. Они говорят такие оскорбительные слова, не потому, что они обижены мною, но потому, что были обличаемы мною к их же пользе: один за то, что притеснял увечных и бедных, другой за то, что обнажил меч на свою мать, а третий за то, что чрез свою служанку похитил у другого деньги, и всегда такой мучился подозрительностью, какой никто не пожелает самому злому врагу. Но о таких людях я не стану говорить много, дабы мои слова не переступили ту меру, какую указал Господь и учитель, а также и отцы. Нельзя никому избежать невежественной дерзости злых людей, какой бы кто ни избрал образ жизни. Они, у которых уста полны клятвы и горечи (Пс. 35, 4. 13, 4), дадут ответ Судии всех. А я обращусь опять к тому, что более всего прилично мне: и теперь тебе, как брату в Господе, напоминаю, чтобы ты в поучительных словах своих со всякою внимательностию предлагал народу учение веры, и имел в мыслях, что соблазнить и единого из меньших, верующих во Христа, заслуживает непощадный гнев Бога. И если теперь так много есть смущенных, то как нам не употребить всего старания не только для исполнения обязанности – благоразумно прекратить соблазн, но и предложить здравое слово веры тем, которые ищут истины. Для этого самым правильным делом нашим будет то, если мы, обратившись к словам святых отцов, постараемся принять их за главное руководство, и, испытывая по слову Писания, самих себя, аще в вере есмы, наши собственные рассуждения будем, сколько можно, вернее соображать с их верными и непорочными мыслями.

Так святой и великий собор изрек, что единородный Сын Бога Отца, родившийся от существа Его, Бог истинный от Бога истинного, свет от света, которым Отец все сотворил, сошел с небес, воплотился и вочеловечился, страдал, воскрес в третий день и возшел на небеса. Этим словам и догматам должны следовать и мы, вникая мыслию в значение слов: Бог Слово воплотился и вочеловечился. Мы не говорим, что естество Слова, изменившись, стало плотию, ни того, что оно преложилось в целого человека, состоящего из души и тела; но говорим, что Слово, соединив с собою, в единстве лица тело, одушевленное разумною душою, неизреченно и непостижимо для нашего ума, стало человеком, сделалось сыном человеческим, не волею одною и благоизволением, не воспринятием только лица; а говорим, что естества, истинно соединенные между собою, хотя различны, но в соединении обоих сих естеств есть один Христос и Сын. Это мы представляем не так, что в сем соединении уничтожилось различие естеств, но божество и человечество, при неизреченном и неизъяснимом соединении, пребыли совершенными, являя нам единого Господа Иисуса Христа и Сына. Таким образом говорим, что сущий и рожденный от Отца, прежде веков, по плоти родился и от жены, не так, как бы божественное естество Его приняло начало бытия в святой Деве, и не так, как бы Он, после рождения от Отца, имел нужду родиться от нея. Ибо безрассудно и легкомысленно было бы говорить, что Тот, который прежде всех веков всегда пребывает со Отцом, еще имеет потребность родиться, чтобы начать свое бытие. Так как Он ради нас и ради нашего спасения родился от жены, соединив с собою, в свою ипостась, естество человеческое, то поэтому и говорится, что Он родился плотию. Это не так, что прежде родился от святые Девы простой человек, а после сошло на Него Слово; но Оно, соединившись с плотию в самой утробе, родилось по плоти, усвоив себе плоть, с которою родилось. Таковым же мы Его исповедуем и в страдании и в воскресении: не говорим, что Слово Бога по своему естеству подвергалось ударам, язвам гвоздинным и прочим ранам, потому что божественное естество, как бестелесное, не причастно страданию. Но так как всем этим страданиям подвергалось Его тело, которое есть Его собственное, то мы и говорим, что слово страдало за нас; потому что беcстрастный был в страдающем теле. Равным образом мы разумеем и смерть Его; бессмертно по естеству, нетленно, жизнь и животворяще есть Слово Бога. Так как Его тело благодатию Божиею, как говорит Павел, за всех вкусило есть смерти (Евр. 2, 9), то говорим, что Оно за всех претерпело смерть; не то, что Оно подверглось смерти по своему естеству: – говорить и думать так было бы безумно; – а то, что Его тело, как я сказал уже выше, вкусило смерть. Также, когда говорим, что воскресло тело Его, опять к Нему же относим воскресение, не так, как бы Он подвергался смерти (φθοράν), нет, а так, что Его тело воскресло. Таким образом мы исповедуем Христа единым и Господом, не так, как бы мы покланялись Слову и вместе с тем покланялись еще какому-то человеку; никакого представления о раздельности здесь не вводится при слове вместе: но покланяемся единому и тому же, потому что не есть что-либо особое от Слова тело Его, с которым Он седит вместе с Отцом, не два сына седят вместе со Отцом, но один, соединенный с своею плотию. Если бы мы стали отвергать ипостасное соединение, как что-то непонятное и странное, то мы должны бы были признать двух сынов; потому что тогда необходимо должно было бы сделать разделение и одного называть собственно человеком, удостоенным звания Сына, а другого собственно – Словом Бога, как имеющего имя и достоинство сыновства по своему естеству. Посему не должно разделять единого Господа Иисуса Христа на два сына. Правое учение веры нисколько не поддерживается и тем, что некоторые считают за лучшее допустить соединение лиц. Потому что Писание говорит, что Слово плот бысть (Иоан. 1, 14), а не то, что Слово соединило с собою лице человека. Выражение: Слово плоть бысть, означает только то одно, что Слово приискренне приобщися нашей плоти и крови (Евр. 2, 14); наше тело Оно усвоило Себе, и от жены произошел человек, не перестав быть Богом, рожденным от Бога Отца, и при восприятии плоти пребыв тем, чем Он был. Таково учение правой веры, повсюду исповедуемой. Так мыслили святые отцы, как находим в их писаниях. Они дерзновенно говорили, что святая Дева есть Богородица, не потому, что естество Слова или Божество Его началось по бытию от святой Девы, но потому, что от нее родилось святое тело, имеющее разумную душу; таким образом Слово, соединившись с ним ипостасно, родилось по плоти. Пишу к тебе эти слова, побуждаемый любовию во Христе, и, как брату, советую тебе и умоляю пред Богом и святыми ангелами Его, одинаково с нами мыслить и учить, дабы сохранился мир церквей, и чтобы союз единомыслия и любви пребыл неразрывным между священниками Божиими. Приветствуй братию, находящуюся при тебе; тебя приветствует братия, находящаяся со мною.

V. Послание Нестория к Кириллу, не одобренное всеми отцами, бывшими на святом соборе.

Возлюбленному и боголюбезнейшему сослужителю Кириллу Несторий о Господе желает всякого блага.

Прощаю укоризны, какие против меня содержатся в твоем странном послании, потому что оне, по моему мнению, требуют терпения, которое послужило бы для тебя врачеством; а ответом на них послужат в свое время самые дела. Но о чем нельзя умолчать, что грозит великою опасностию, если будет умолчано, о том, как только могу, не вдаваясь в многословие, попытаюсь кратко сказать, остерегаясь возбудить неприятность темным и тяжелым многоречием. Начну с премудрых слов, сказанных твоею любовию, и приведу их в точности. Какия же именно эти слова, которыми ты в своем письме высказываешь дивное учение? „Святой и великий собор, пишешь ты, говорит, что единородный Сын, родившийся по естеству от Бога Отца, истинный Бог от истинного Бога, свет от света, которым все сотворил Отец, – Он сошел, воплотился, вочеловечился, страдал, воскрес“. Эго слова твоего благочестия, и ты сам знаешь, что они твои. Выслушай же и наше, братское по духу благочестия, вразумление, то самое, которое великий Павел передал, свидетельствуясь Богом, своему возлюбленному Тимофею: Внимай чтению, вразумлению и учению: сия бо творя, и сам спасешися и послушающии тебе (1Тим. 4, 16). Что значит слово: внимай? Я хочу сказать то, что ты, читая в каком-нибудь списке предание святых мужей, не сознал своего недоразумения, заслуживающего извинение, подумав, что они подверженным страданию назвали вечно пребывающее со Отцом Слово. Вникни, если тебе угодно, с большим вниманием в сказанные слова, и увидишь, что божественный лик отцов не называл единосущее божество страдавшим, соприсносущего Отцу рожденным во времени, восставившего разрушенный храм воскресшим. Если бы ты склонил свой слух к предлагаемому братски вразумлению, вникнув в слова святых мужей, то я избавил бы тебя от клеветы на них и чрез них на божественные писания. „Веруем в Господа нашего Иисуса Христа, Сына Его единородного“. рассмотри, как они, поставив напереди слова: Господь, Иисус, Христос, единородный, и Сын, – имена, общие и божеству и человечеству, как основания, созидают на них предание о вочеловечении, страдании и о воскресении, с тем, чтобы поставлением напереди этих знаменательных имен, общих обоим естествам, не допускалось разделения свойства Сына от свойств Господа, и чтобы не уничтожились свойства двух естеств тем, что свойственно одному только Сыну. В этом учителем для них был Павел; он, воспоминая о божественном вочеловечении, когда требовалось сказать о страдании, наперед поставил слово: Христос, имя, общее, как я сказал уже, обоим естествам, и вводит слово, соответствующее тому и другому естеству. Какия его слова? Сие, говорит он, да мудрствуется в вас, еже и во Христе Иисусе: иже во образе Божии сый, не восхищением непщева быти равен Богу (дальнейшия слова я не привожу здесь), послушлив быв даже до смерти, смерти же крестные (Филипп. 2, 5. 6. 8). Так как он хотел напомянуть о смерти, то, дабы кто-нибудь не почел страдавшим Бога-Слово, употребил имя: Христос, как именование, указывающее в одном лице сущность, подверженную страданиям и неподверженную им, дабы можно было понять, что Христос был и нестрадающий и страдающий – нестрадавший по божеству, и страдавший по телу. Я мог бы и больше сказать об этом, а особенно о том, что святые отцы, говоря о строительстве нашего спасения, указывают не на рождение Христа, а его вочеловечение; но помня, что я сначала обещал сдержать ход моего слова уздою краткости, теперь перейду к другому главному вопросу, предложенному твоей любовию.

Одобряю, что ты, говоря о человечестве и божестве, говоришь о разделении одного естества от другого и о соединении их в одном лице; утверждаешь, что Бог Слово не имел потребности в втором рождении от жены; исповедуешь, что божество непричастно страданий. Все это учение есть православное, и противоположно лживым мнениям всех еретиков о естествах Господа. Прочие же твои слова, сколько заключают в себе мудрости, непонятной и непюстижимой для читающих – может видеть только твоя проницательность; мне же кажется, что они заключают смысл совсем противоположный прежнему. Того, которого ты сначала назвал непричастным страданию, недопускающим для себя второго рождения, потом представил, не знаю почему, страждущим и снова созданным, как будто бы естественные свойства Бога Слова уничтожены соединением Его с храмом тела, как будто бы для людей маловажно убеждение, что храм его тела, непричастный греха, и нераздельный от божественного естества, рождается и умирает за наши грехи, как будто бы слова Господа, сказанные иудеям: разорите церковь сию, и треми денми воздвину ю (Иоан. 2, 19), не требуют нашей веры. Не сказал: разорите божество мое, и треми денми оно воздвигнется. Я хотел бы опять и здесь более говорить, но удерживаюсь от того, припоминая свое обещание. Буду говорить коротко о том, что необходимо мне сказать.

В священном Писании, везде, где только говорится о божественном домостроительстве, передается нам о рождении и страдании человеческого естества во Христе, а небожеского. А потому вернейшее наименование святой Деве должно быть не Богородица, а Христородица. Выслушай, как говорят об этом евангелия: Книга родства Иисуса Христа, сына Давидова, сына Авраамля (Матф. 1, 1). Ясно видно, что Слово Бог не был сыном Давида. Но вот тебе и другое доказательство: Иаков же роди Иосифа, мужа Мариана, из неяже родися Иисус, глаголемый Христос (1, 16). Вникни и в другие еще слова, дающие тот же смысл: Иисус Христово рождество сице бе: обрученей бо бывши матери Его Марии Иосифови, обретеся во чреве имущи от Духа Свята (1, 18). Из слов сих ужели кто выведет мысль, что божество единородного есть творение Духа? Также какой смысл и в сих словах: бе мати Иисусова ту? (Иоан. 2, 1). Также: с Мариею, материю Иисусовою (Деян. 1, 14); рождшееся в ней, от Духа есть Свята (Матф. 1, 20); еще: поими отроча и матерь его, и бежи во Египет (2, 13). Также: О сыне своем, бывшием от семени Давидова по плоти (Римл. 1, 3), и о его страдании: Бог Сына своего посла в подобии плоти греха, и о гресе осуди грех во плоти (8, 3). И: Христос умре грех ради паших (1Кор. 15, 3); Христу пострадавшу плотию (1Петр. 4, 1). Также не сказал Он: сие есть божество мое, но тело мое, еже за вы ломимо во оставление грехов (Лук. 22, 19). Есть много и других слов в Писании, которыми прямо возвещается роду человеческому, что не божество явилось во времени и подверглось телесным страданиям, но плоть, соединенная с естеством божественным. Поэтому и Христос называет себя и Господом Давида и сыном его: что вам мнится о Христе, чий есть сын? Глаголаша ему: Давидов. Глагола им: како убо Давид духом Господа его нарицает, глаголя: рече Господь Господеви моему: седи одесную мене? (Матф. 22, 42–44). По плоти он конечно сын Давида, а по божеству он Господь его. Поэтому правильно и с евангельским преданием согласно исповедовать, что тело Христа есть храм божества его, храм соединенный с божеством каким-то высоким, божественным союзом, в котором божественное естество усвоило себе то, что́ свойственно телесному. Но с словом: усвоение, приписывать Ему качества тела, с ним соединенного, каковы – рождение, страдание, смерть, есть, возлюбленный брат, неправильная мысль, какую может принять только или ум еллинов, или ум, зараженный учением сумасбродного Аполлинария, Ария или других каких-либо еретиков: еще далее их заблудившихся. Такое понятие об усвоении может их повести и к тому, что они, допуская это усвоение, будут утверждать, что Бог Слово и молоком питался, и постепенно возрастал, и причастен был страха во время страдания, имел нужду в ангельском укреплении. Я не стану говорить здесь об обрезании, о принесении жертв, о поте, о жажде, – немощах, каким подвергалось за нас Его тело и какими страдало. Относить это к божеству и ложно и мы подвергаемся за то осуждению, как хулители. Таковы предания святых отцов, таково учение святого Писания. Так каждый должен богословствовать и о человеколюбии Бога и о Его божественном величии, по слову Павла: в сих поучайся, в сих пребывай, да престьяние твое явлено будет во всех и ко всем (1Тим. 4, 15).

Ты очень хорошо делаешь, что не оставляешь заботливости о соблазняющихся, и благодарю, что ты душевно ревнуешь о Боге и заботишься о наших делах. Но знай, что и сам ты введен в заблуждение некоторыми клириками одинакового с тобою образа мыслей, теми, которые здесь святым собором низвержены за то, что заражены манихейскими мнениями. Но Церковь на каждый день приобретает новые приращения и, по благости Божией, присоединение к ней язычников таково, что, смотря на это приумножение, можно воскликнуть с пророком: наполнися земля ведения Господня, аки вода многа покры море (Исаии 11, 9). Жизнь царей, просвещенных учением, преисполнена радостию. Коротко скажу: каждый может видеть, что слово, сказанное на все ереси, борющияся с православием Церкви, каждодневно исполняется у нас: дом Сауль идяте и изнемогаше, и дом Давидов идяше и укрепляшеся (2Цар. 3, 1). Таков наш совет, который мы даем тебе, как брат брату. Ащели кто мнится спорлив быти, против такого восклицает за нас Павел, мы такового обычая не имамы, ниже церкви Божия (1Кор. 11, 16). Всех братий, с тобою находящихся, я и со мною живущие братия усердно приветствуем. Будь здоров и всегда молись за нас, всегда мною глубоко уважаемый и боголюбивейший.

VI. Послание Кирилла к обвинявшим его в своих письмах за то, что он, узнав о распространении нечестивого учения Несториева, не умолчал о нем.

Вашему благочестию угодно было написать ко мне, что благоговейнейший Несторий был огорчен моим посланием, которое я писал к монахам, желая возвратить к благочестию тех из них, которые уклоняемы были от него тревожною молвою. Я должен теперь сказать, что это огорчение произошло не столько от меня, сколько от егоже благоговеинства. Так, для тех, которые соблазнены были его поучениями, я изложил учение правой веры. А он допустил епископа Дорофея открыто сказать в соборной церкви православных: анафема тот, кто скажет, что святая Дева есть Богородица. Услышав эти слова, он не только промолчал, но и принял его тогда же в общение при совершении таинства литургии. Вот ныне мы, по его распоряжению – не скажу, прямо им подвергаемся отлучению – слышим анафема. Не помимо его образа мыслей говорил в церкви и епископ Дорофей. Таким образом не только на нас и на других епископов всей вселенской Церкви, еще живых, но и на наших отцов, отшедших к Богу, произнесена анафема. Так, что же бы удержало и нас написать вопреки их словам и сказать: тот, кто говорит, что св. Мария не есть Богородица, анафема. Этого я доселе не сделал для того, чтобы не сказал кто-нибудь, что на него произнес анафему епископ Александрии, или египетский собор. Когда же западные и восточные благоговейнейшие епископы узнают, что они все подвержены отлучению, (потому что они все говорят и исповедуют, что святая Мария есть Богородица), тогда что они почувствуют? Не обнимет ли всех их скорбь, если не за себя самих, то за святых отцов, в писаниях которых всегда, как читаем, святая Дева Мария называется Богородицею. Если бы будущее не грозило большой тревогой, я послал бы к вам много сочинений святых отцов, в которых можно найти, не в одном, а во многих местах, слова, коими исповедуется, что святая Дева Мария есть Богородица.

VII. Послание Кирилла к одному из ревностных защитников Нестория.

Знаю искренность любви твоей, понимаю твое усердие. Если бы я писал к человеку, который не знает моей жизни, то я должен бы был много говорить для уверения его, что я человек миролюбивый, нерасположенный к ссорам и спорам, но такой, который желает всех любить и заслужить любовь всех. Но как пишу к такому, кто меня знает, то в немногих словах скажу, что если бы мне надобно было утолить печаль брата о потере имения или денег, это я сделал бы с большим удовольствием, для того, что бы не подумал он, что я ценю что-нибудь выше любви. Но так как дело идет о вере и смущены все церкви, какие только существуют в римской империи (потому что из какого бы города, из какой бы веси ни приходил кто-либо, каждый спрашивает: что это за говор всеобщий? что за новое учение распространяется по церквам?): то что остается делать нам, которым Бог вверил учение о таинствах веры? нам, от которых в день всеобщего суда потребуется ответ за вверенных нашему водительству? Они скажут, что соблюли веру так, как научены были нами. Поэтому, если мы передали им правое учение, получим награду, приимем похвалу; а если – иное и превратное, то какого пламени достаточно будет для нашего наказания? Мы услышим тогда эти слова, сказанные в Писании: землю мою погубил еси, и люди моя избил еси (Исаии 14, 20). Там мирянин даст отчет только за свою жизнь; мы же, на которых возложено служение священства, должны будем дать отчет не за себя только самих, но и за всех верующих во Христа. Я не считаю важными для себя огорчения, обиды, злословие, как ни много хотят мне сделать их некоторые нерассудительные люди; все это должно предаться забвению, Бог будет судить их за их пустословие; нужно только, чтобы пребыла здравою вера. Дружество и любовь во мне постоянные чувства; и я никому не уступлю в любви к боголюбивейшему епископу Несторию: о Христе желаю – как пред Богом говорю это – чтобы он удержал за собою доброе мнение, загладил порицание, какое на себя навлек прежними действиями, и доказал, что распространенные некоторыми в вере новые мнения приписываются ему по клевете, и что в тех слухах нет нисколько истины. Если Христос велел любить нам и ненавидящих, то небольше ли это следует выполнить в отношении тех, которые нам братия и сосвященники? Если некоторые хотят повредить веру, мы не будем предателями своих душ; и хотя бы потребовалось подвергнуться самой смерти, нерешительность неуместна. Если мы убоимся сказать истину в защиту славы Божией, дабы чрез то не подвергнуться неприятностям: то с каким лицом мы пред народом будем славить подвиги святых мучеников? как станем хвалить их за то, что они исполнили слово Писания: даже до смерти подвизайся о истине (Иис. Сир. 4, 32)?

VIII. Послание Кирилла к константинопольскому клиру, смущенному разномыслием в церкви.

Я читал запись, которую вы прислали ко мне. Из нее узнал я, что Анастасий пресвитер в своей речи к вам старался показать, что он ищет единомыслия и мира; он говорил о мне: „наш образ мыслей такой же, какой и у него в письме к монашествующим». Но после, уклоняясь к своему образу мыслей, говорил обо мне: «и он сказал, что святой собор не употребил слова: Богородица». Но мною было написано так: собор, если и не употребил слова Богородица, поступил весьма хорошо, потому что в его время не было таких, какие ныне, смут, а потому не было никакой надобности выставлять на вид то, что не требовало исследования. Собор, если вникнуть в сущность его мыслей, признавал, что святая Дева Мария есть Богородица; потому что говорит, что рожденный от Отца, Тот, которым все получило бытие, воплотился, вочеловечился, страдал, воскрес из мертвых, возшел на небеса и придет судить живых и мертвых; а не говорит, что Слово, родившееся от естества Отца, умерло или прободено копием в ребро. Какое есть ребро, скажи мне, у Того, кто бестелесен? как бы умерла жизнь? Но Слово, соединив Себя с плотию, когда она подверглась страданию, усвояет себе страдание, потому что страдает Его собственное тело. Ложно мудрствуют и заблуждают те, которые говорят иначе.

Что они прельщаются и в своем сердце носят яд зловерия, можно видеть из следующего. К мученику, диакону Вуфе, который заботливо принимает участие в делах церковных, они написали два послания: одно сочинено Фотием, или кем другим, против моего письма к монашествующим; а другое, составляющее небольшую тетрадь, имеет странное заглавие, в таких словах: „против тех, которые в учении о соединении естеств (во Христе) или уничижают божество Единородного, или боготворят человечество“. В предисловии делается нападение на хуления еретические , которые выставлены очень резкими; потом старается сочинитель доказать, что страдания терпело тело, а не Слово Бог, так как, по его словам, некоторые говорят, что непричастное страданиям Слово божественное страдало. Но никто не доходил еще до такого безрассудства. Святой собор, как я часто уже говорил, сказал, что страдало само Слово – Тот, которым все получило бытие, но страдал плотию, по Писанию. Говорится, что само Слово страдало, когда страдало тело Его, также как говорим о человеке, что страдает душа его, когда страдает только ее тело, потому что она, по своему естеству, не подвержена страданиям. И как скрытая мысль их – допустить двух Христов и Двух Сынов, из которых один есть только человек, а другой есть только Бог, и допускать соединение только лиц (а не естеств): то от этого они так и цветисты на словах, так искусны непщевати вины о гресех, как говорит писание (Псал. 140, 4). Когда вам случится говорить с ними, то скажите им: не хорошо вы делаете, что заставляете некоторых своим пустословием смущать вашего епископа, и своим благоприятством и одобрением делаете их орудием своей злобы. Но не в этом кроется причина скорби; ваш епископ не против этого восстает. Печалит всех епископов, восточных и западных, то, что возникло учение о Христе, не только неправое, но извращенное. Для уличения этого достаточно указать на то, что содержится в беседах Нестория и чего никто никогда еще не говорил в церквах. Учение это таково: Несторий говорит: „любовь народа ко мне я измеряю не кликами его, но его усердием к учению, тем, как он мыслит о божестве и человечестве Господа“. Чрез несколько слов, читаем: „внимательно наблюдая за народом, вижу, что он имеет и глубокое благоговение и теплоту благочестия; но в богопознании он полон неточных понятий. Вина этому не в самом народе; а в том, что (скажу ближе к делу) учители не имели времени передать ему сколько-нибудь более верного учения». Как ужели его предшественники не уделяли времени для учения народа? Ужели он благоречивее Иоанна? ужели он рассудительнее блаженного Аттика, или по крайней мере равен ли ему? На что опирается это высокомерие его? Не лучше ли было бы ему искренно сознаться, что он принес учение странное, небывалое, такое, о котором, как нелепом, не мыслила ни одна из святых церквей, ни одно собрание верующих? До сего времени я не имел с ним никакого дела. Но как хорошо было бы, если бы он раскаялся и исповедал правую веру! А за то́, что́ он сделал против меня, что возбудил на меня врагов, раздражил их против меня, он даст ответ Богу. Нимало не удивительно, что нас злословят люди, самые ничтожные в городе, каковы: Херемон, Виктор, Софроний и прислужник везде поднимающего смуты Флавиана: во все времена бывают люди злые, на вред и себе и другим. Но тот, Кто возбуждает их против нас, пусть знает, что мы не боимся ни продолжительного переезда, ни труда защищаться пред судом их, как скоро этого потребуют обстоятельства. Обыкновенно бывает так, что промысл Спасителя, по поводу даже малых и незначительных дел, собирает собор, чтобы очистить свою Церковь, которая содержит веру непорочную, чистую и благоисточную. А тот несчастный, хотя бы и много людей сановных, по его искательству, было моими обвинителями, да не надеется быть судиею в моем деле, хотя бы право на это дано было ему амфиктионом. По прибытии моем туда, я буду требовать иного суда, и он сам, если угодно будет Богу, должен будет оправдываться в своих хульных словах. Мы нимало не уклоняемся от мира; а еще стремимся к нему, если только они исповедуют правую веру и перестанут говорить те странные слова, которыми они вызывают смерть. Посланная ими тетрадь с богохульным учением его, содержит так много превратного, что читающий оскверняется ее нечистотой.

Он винит Писание, или что́ тоже, святой собор в том, что собор употребил слово, не бывшее дотоле в употреблении, назвав святую Деву Богородицею; но спросим и мы их: где в Писании и они нашли слово: Христородица, или слово: Богоприемница? Между прочим, он приложил и такие слова: „употребляя слово Богоприемница, мы не уравниваем Деву с Богом». Он не понимает, что́ говорит. Если Дева не родила Бога, не имела во чреве Христа, который есть Бог, то как же она стала Богоприемною? Он и самого Отца называет Богородителем. Где он читал такие слова, – не знаю. Кроме этого и много других ложных мыслей идут одна за другой в его толковательных сочинениях; они сохранятся (у меня) до времени, если он не принесет раскаяния. Я получил и прочитал посланное ко мне ваше прошение, которое, не без нашего также мнения, должно быть представлено императору. Так как в нем содержится много улик на того, который там с вами, – братом ли, или другим каким именем назвать его, – то я удержал его у себя, дабы не вздумалось ему говорить: „вы обвинили меня пред императором, как еретика». Мы изложили прошение в других словах: при чем просим не поручать ему суда, указывая на его враждебные против нас поступки, а передать судопроизводство другим сановникам, которые были бы вполне беспристрастны. Вы же, прочитавши эту записку, подайте ее, когда откроется надобность. Если увидите, что он останется при своих мыслях и предпримет какое-либо дело, прямо направленное против нас, то вы не медля пишите о том. А я изберу из епископов и монашествующих несколько лиц благочестивых и благоразумных и пошлю к вам при первом представившемся случае. Не дам та очима моима, скажу словами Писания, и веждома моима дремания, и покоя скраниама моима (Псал. 131, 4), доколе не совершу подвига за спасение всех. Поэтому, зная образ моих мыслей, будьте мужественны. Мы не замедлим написать послания, какие нужно, и к кому нужно. За веру во Христа я готов пострадать и перенести все мучения, какие считаются самыми тяжкими, так что самую смерть, когда подвергнусь ей за это, встречу с услаждением.

Свидетельство константинопольского клира, всенародно возвещенное всей церкви, о том, что Несторий единомыслен с Павлом самосатским, который, за сто шестьдесят лет до Нестория, православными епископами предан анафеме.

Именем святые Троицы заклинаю каждого, кто получит эту хартию, заявлять ее епископам, пресвитерам, диаконам, чтецам и мирянам, живущим в Константинополе, и еще давать им списки с нее, в доказательство, что еретик Несторий есть единомысленник с Павлом самосатским, преданным анафеме православными епископами за сто шестьдесят лет прежде сего. Учение их таково:

Павел говорит: „Мария не родила Слово». Согласно с этими словами говорит и Несторий: „возлюбленный, Мария не родила Бога“.

Павел: „Он не был прежде веков». Несторий: „Богу, создателю времен, они дают мать, во времени жившую“.

Павел: „Мария зачала Слово, но она не была прежде Слова“. Несторий: „как может быть, чтобы Мария родила Того, который был прежде нее“?

Павел: „Мария родила человека, такого же, каковы и мы“. Несторий: „родившийся от Девы есть человек“.

Павел: „который по всему лучше нас, потому что Он от Духа есть Свята; о Нем были обетования, и, как Писание говорит, благодать была на Немъ“. Несторий говорит: „видех Духа сходяща аки голубя и пребывающа на Нем; этот Дух даровал Ему вознесение: заповедав апостолом, их же избра, говорит писание, Духом Святым вознесеся (Деян. 1,2); он-то даровал Христу столь великую славу“.

Павел говорит: „произшедший от Давида помазан для того, чтобы быть причастным премудрости, и чтобы в Нем обитала премудрость в большей мере, нежели в ком другом. Она была и в пророках, но еще более в Моисее; была во многих святых, но еще более во Христе, как храме Бога“. В другом месте он говорит: „ин есть Иисус Христос, и ин есть Слово». Несторий говорит: „невозможно рожденному прежде всех веков еще родиться, и родиться по божеству“.

Вот ясное указание того, что Несторий есть отступник от истины, когда учит, что рожденный от Отца не родился от Девы. Вот его единомыслие с еретиком Павлом самосатским, который, говоря, что иной есть Слово, и иной есть Иисус Христос, и они не одно (лице), учит не так, как учит православная вера.

Указываю здесь тебе, ревнитель святой веры, как исповедовала эту часть христианского учения Церковь антиохийская, от которой в первые времена распространилось на нас и имя христиан. Она знала не двух сынов Бога, из которых тот и другой есть особое существо, но единого Сына, прежде всех веков рожденного, Бога от Бога Отца, единосущного Отцу; при Августе Кесаре родившегося от Марии Девы. Это учение высказано в сих именно словах: Бога истинного от Бога истинного, единосущного Отцу, – которым и веки устроены и все получило бытие; нас ради сшедшего и родившегося от святой Марии приснодевы, и распятого при Понтие Пилате, и далее, как сказано в символе. Одинаково с сим учит и блаженный Евстафий, епископ той же Антиохии, Один из числа трех сот осьмнадцати епископов, бывших на святом и великом соборе; слова его таковы: „Он не человек только, но и Бог, как говорит пророк Варух: сей Бог наш, не вменится ин к нему. Изобрете всяк путь хитрости, и даде ю Иакову отроку своему, и Исраилю возлюбленному от него. Посем на земли явися, и с человеки поживе (Вар. 3, 36–38). А не тогда ли Он жил с человеками, когда родился от Девы, как рождаются люди; также как и они, был младенцем, возрастал, пил, ел, усвоив себе и все прочие качества человеческой природы? Поэтому, кто осмелится говорить, что иной. Сын есть единородный, прежде всех веков рожденный от Отца, и иной есть родившийся от Марии Девы, и не един и тот же есть Господь Иисус Христос, тот анафема да будет!

X. Послание Кирилла епископа александрийского к Келестину епископу римскому.

Преподобнейшему и боголюбезнейшему отцу Келестину Кирилл желает о Господе всякого блага.

Если бы мне можно было молчать и не писать к твоему благочестию о всех настоящих смутах, если бы можно было избегнуть жалоб и избавиться от огорчений, особливо при столь важных событиях, когда потрясается некоторыми правая вера: то я сказал бы самому себе: хорошо! и нечего опасаться молчаливому; покой лучше тревоги! Но так как Бог требует от нас бдительности в таких обстоятельствах, а давний обычай Церквей указывает входить в сношение с твоим благочестием: то я необходимо должен писать к тебе и известить, что сатана и ныне приводит все в смятение, свирепствует против Церквей Божиих и везде пытается уклонить от прямого пути веры тех, которые идут по нему. Не утихает этот вселукавый зверь, быстро распространяющий нечестие. До настоящего времени я молчал и ни к твоему благочестию, ни к другому кому-либо из наших сослужителей, ничего не писал о нынешнем правителе Церкви константинопольской, думая, что поспешность в таком деле заслужит неодобрение; но так как зло достигло уже крайней степени, то я почел за непременную обязанность не молчать больше и сказать все о произошедших смутах.

Тот, о ком я говорю, как скоро вступил на епископию, – вместо того, чтобы назидательными поучениями делать добро не только постоянным тамошним жителям, но и временным пришельцам, которых там, говорят, из всех городов и селений бывает очень много, – поставил себе задачей говорить странное, нелепое, такое, что далеко отступает от апостольской и евангельской веры, которую отцы сохранили в точности и передали нам как многоценную жемчужину. Беседы его, которые говорил он в церкви, и притом очень часто, – и доселе не перестает говорить, – я послал к твоему благочестию, как прямое доказательство его учения. Признаюсь, что я соборною грамотою хотел довести до его сведения, что мы не можем входить в общение с тем, кто так говорит и мыслит; но этого я не сделал. Рассудив, что поскользающимся надобно подать руку для поддержания их и упавших надобно поднять, как своих братий, я в своих письмах к нему советовал отстать от такого нечестивого учения; но от этого мы не получили никакой пользы. Как скоро он узнал, что мы не только далеки от того, чтобы одинаково с ним мыслить, но и, не одобряя его, побуждаем отстать от вымыслов – я не хочу назвать их учением, – он всячески стал коварствовать против меня и доселе не перестает производить смуты. Когда мы ждали, что он исцелится от своей болезни, удержится от противохристианского учения, узнаем, что мы ошиблись в своей надежде, по следующему событию. В Константинополе был епископ Дорофей, одинаковых с ним мыслей, человек корыстолюбивый и льстивый, и дерзкий на словах. Он во время одного общественного богослужения, – это было уже в то время, как Несторий занимал престол Церкви константинопольской, – встал с своего места и громким голосом дерзнул сказать: „кто говорит, что Мария есть Богородица, тот да будет анафема“. Весь народ поднял сильный крик и вышел из храма; он не хотел быть в общении с теми, которые имеют такие мысли; так что и в нынешнее время народ константинопольский не бывает при соборных молитвословиях, кроме немногих людей легкомысленных и угодников ему. Монастыри же почти все, и их архимандриты, и многие из членов сената не бывают при богослужениях, боясь, чтобы не сделалась неправою их вера от того превратного учения, которое он и его клевреты, пришедшие с ним из Антиохии, везде разглашают. Его беседы принесены были и в Египет, и я узнал, что некоторые нерассудительные люди увлечены были ими в заблуждение, а некоторые в недоумении спрашивают друг друга: истинны ли слова его? или он заблуждает? Опасаясь, чтобы яд этой болезни не проник в сердце простодушных, я написал окружное послание ко всем египетским монастырям, укрепляя их в правоверии. Списки с него некоторыми переданы и в Константинополь; прочитавшие его получили от того великую пользу, так что многие из государственных сановников письменно благодарили меня. Но в нем это только сильнее раздражило досаду на меня: он поднимает брань против меня, как против врага, хотя не находит во мне другой вины, кроме той, что не хочу иметь одинаковых с ним мыслей, что я, вопреки ему, поддержал во многих веру, которую приняли мы от отцов, убедив многих считать истинным то, чему научились мы из священного Писания. Не озабочиваясь умыслами его против меня, и поручая себя всеведущему и всесильному Богу, я написал к нему и другое послание, в котором, кратко изложив учение правой веры, убеждал и заклинал его Богом сообразно тому и мысль и говорить; но и этим я не принес никакой пользы; он и теперь таков же, как и прежде, и не перестает говорить превратное. Считаю нужным известить твое благочестие, что с моими словами согласны и все восточные епископы; они все теперь в огорчении, в печали, а особливо благочестивые епископы в Македонии. А он, зная это, считает себя мудрым больше всех, думает, что только он знает смысл боговдохновенного Писания и постиг тайну Христову. Не следовало ли бы ему скорее убедиться в том, что, когда все, какие есть по всей вселенной, православные епископы и миряне исповедуют, что Христос есть Бог и что Дева, родившая Его, есть Богородица, он один, отвергая это, находится в заблуждении? Но он, ослепленный гордостию, думает, что, действуя на всех властию своего престола, заставит и нас и всех других одинаково с ним мыслить. Так что же остается теперь делать нам, когда не можем ни вразумить его, ни отклонить от таких бесед, когда народ в Константинополе со дня на день сильнее и сильнее заражается зловерием, а некоторые с томлением в душе ждут себе помощи от православных епископов? рассмотрению нашему подлежит не какое-нибудь обыкновенное дело, и молчание тут нисколько не оправдает нас. Христос подвергается поношению; как же мы будем молчать? Каждый из нас знает слова Павла: аще убо волею сие творю, мзду имам: аще же неволею, строение ми есть предано (1Кор. 9, 17). Поэтому мы, которым вверено служение Слову, которым поручено охранять незыблемость веры, что скажем в день суда, если промолчим при настоящих событиях в Церкви?

Но мы не хотим открыто прервать наше сношение с ним, не сделав наперед сношения с твоим благочестием. Поэтому, благоволи письменно изложить свое мнение о том, должно ли нам еще иметь общение с ним, или прямо объявить, чтобы никто не входил в общение с ним, когда он остается с таким образом мыслей и так учит. Суждение твоего благочестия об этом деле надобно будет письменно передать также благочестивейшим и боголюбивейшим епископам Македонии и всем прочим пастырям восточных Церквей. Согласно желанию их, мы дадим им опору и оружие, чтобы стоять всем им единодушно и единомысленно и подвизаться за правую веру, против которой открылась брань. А на него самого уже изрекли анафему наши великие, досточтимые и славные отцы, учившие что святая Дева есть Богородица, с ними же вместе и мы, ньгне живущие. Он не хотел высказать своего учения сам своим языком, а выставил для того другого, Дорофея, о котором я говорил, и настроил его высказать его мысли в то время, когда сам он тут сидел и слушал; сошедши же с своего седалища, он допустил его к совершению божественных таин. Для того, чтобы твоему благочестию яснее видеть, чему он учит и как он мыслит, а также чему учили блаженные и великие отцы наши, я послал к тебе книги, содержащие основные статьи учения; по моему распоряжению, с них сделан перевод, какой можно было сделать в Александрии. Письма, написанные мною, я отдал возлюбленному Посидонию, поручив ему доставить их твоему благочестию.

XI. Послание Келестина к Кириллу.

Возлюбленному брату Кириллу Келестин.

Письма, посланные к нам твоим священством с сыном нашим, диаконом Посидонием, принесли утешение нам в нашей скорби; но эта радость в свою очередь сменилась в нас чувством печали. рассматривая и обсуживая превратное учение, какое высказал в своих беседах возмутитель константинопольской Церкви, мы глубокую почувствовали скорбь в душе своей; а теперь томят нас различные соображения, в которых обдумываем, каким бы образом нам содействовать к утверждению веры. Когда мы останавливаем наше размышление на том, что написано тобой, брат наш, то это является нам самым лучшим врачеством, целительной силой которого может уничтожиться заразительная болезнь: я разумею струю этого чистого потока, который льст слово твоей любви, смывающее всякую тину, наносимую мутными потоками, раскрывающее всем надлежащее понимание нашей веры. А потому, как того мы порицаем и осуждаем, так твое благочестие, как мы видим его в твоих письмах, с любовию в Господе принимаем в свои объятия, зная, что мы одно и тоже мыслим о Господе. Неудивительно, что прозорливейший священник Господний, согретый любовию к вере, воинствует с таким мужеством, что в состоянии и противостоят безрассудной дерзости врагов, и укрепить своими ободрительными словами тех. кои вверены его попечению. Как то для нас огорчительно, так это нам приятно; сколько одно грязно, столько другое чисто. Мы радуемся, видя в твоем благочестии неусыпную бдительность, такую, которою ты превзошел своих предшественников, бывших всегда защитниками православного учения. Вполне приличны тебе евангельские слова: пастырь добрый душу свою полагает за овцы (Иоан. 10, 11). Но как ты добрый пастырь, так тот недостоин имени даже худого наемника: он заслуживает обвинение не за то, что оставил овец своих, а за то, что сам, как дознано, разгоняет их.

С нашей стороны мы должны бы были дать еще некоторые наставления тебе возлюбленный брат, если бы не видели, что ты во всем имеешь такие же мысли, какие мысли и мы имеем, и если бы на опыте не дознали, что ты в защищении веры самый мужественный поборник. Потому что сын наш, диакон Посидоний, передал нам по порядку об этом деле все, что писало твое священство. Ты обнаружил сети в хитрых беседах (Нестория) и так оградил веру, что сердцу верующих во Христа и Бога нашего не можно уклониться на противную сторону. Высоко торжество нашей веры после того, как ты столь твердо доказал истину нашего учения и так победоносно низложил противные ему мнения свидетельством божественного Писания. Что после сего он станет делать? куда обратится? Он, любитель нечестивой новизны, – ее хотел он, – в своем учении показал себя более рабом себе самому, нежели последователем Христу; а вверенных ему людей желал отравить ядом своих бесед. Ему бы надобно прочитать в Писании и держать в уме, что суетных изысканий, которые не помогают спасению, но служат к погибели душ, надобно скорее убегать, нежели погружаться в них. Но в то время, как он приближается на край пропасти, или уже стал на то место пропасти, откуда начинается падение, мы, если можем, должны отозвать его назад; не подавши ему остерегательного голоса, мы как бы толкнем его и ускорим его падение. Христос Бог наш, о рождении которого началось изыскание, показал нам, что Он переносил труды для спасения и одной овцы, восхотел нести ее на своих раменах, дабы не похитил ее волк. Когда Он учил нас так действовать для спасения одной овцы, то не хочет ли Он, чтобы мы еще более труда понесли за спасение пастыря овец, который, забыв это свое имя и свою обязанность, сам себя предал хищному волку, стараясь погубить свое стадо, которое обязан был охранять?

Но мы должны удалить его от оград овчих, если не исправим его, как желаем; а если остается еще надежда, что он, сознав вину свою, исправится, мы хотим, чтобы он обратился и был жив, и не губил бы тех, которых жизнь вверена его хранению. Но если будет со стороны его упорство, то должно открыто произнести осуждение на него: надобно отсечь этот больной член, от которого страдает не он один, а поедается все тело Церкви. Что ему делать в кругу тех, которые между собою единомысленны, – ему, который считает себя одного понимающим лучше всех, который мыслит несогласно с нашей верою? Поэтому те, которых он за противоречие ему удалил от общения с Церковию, да пребудут в общении с нею, и пусть знают, что он сам не может иметь общения с нами, если останется на своем искривленном пути, противясь апостольскому учению. Итак ты, приняв на себя подобающую власть и заступив наше место с усвоенную ему властию, приведи в исполнение с непреклонною твердостию этот приговор: в продолжение десяти дней, считая их со дня объявления приговора, он должен письменно исповедать неправоту проповедуемого им учения, произнести на него проклятие, и искренно обещать, что будет исповедовать ту веру о рождении Христа и Бога нашего, какую содержит Церковь римская, Церковь твоего священства, и вся святая вселенская Церковь. Если же он не сделает этого, твое священство, прозорливо пекущееся о Церкви, да ведает, что он совершенно должен быть отлучен от нас, как такой больной, который не хотел принять помощи от врачей, и который, на погибель себе и всем порученным ему, как страждущий заразительною болезнью, спешит разнести свой недуг по всему телу Церкви. Это же самое я писал и к святым братиям и соеписконам нашим, Иоанну, Руфу, Ювеналию и Флавиану, дабы им известен был наш суд о нем, или вернее, божественный суд Христа нашего.

Дано в III иды августа, в царствование Феодосия XIII и Валентиниана иII.

XII. Послание Нестория к Келестину папе римскому149
.

С братским доверием друг к другу мы должны побеседовать между собою, чтобы нам, при единодушном согласии, успешнее противоборствовать врагу мира – диаволу. Что хочу сказать, начиная так свою беседу? То, что некоторые клирики, Юлиан, Флор, Оронт и Фабий, называющие себя епископами церквей, находящихся в областях западной империи, часто получая доступ к благочестивейшему и августейшему императору, горько жалуются на строгость суда по их делу, на то, что они, православные, в век православия, будто бы терпят гонение. С теми же жалобами они часто являются и к нам; и не смотря на то, что мы каждый раз отвергаем их жалобы, не перестают тоже делать: каждый день они являются, и со слезами пересказывают всем свое горе. На их речи мы, конечно, отвечаем словами, какие нужно сказать в том случае, когда не знаем верно их дела. Но нам надобно иметь подробнейшее сведение о их деле и для того, чтобы благочестивейший и христианнейший император наш не отягощался их докуками, для того, чтобы и мы, не зная верно их дела, не оказали покровительства им, когда они его не заслуживают. Благоволи сообщить нам сведение о них, дабы кто-нибудь, не зная верно истины, не оказывал сожаления к ним, когда его не заслуживают, и твоего гнева, какому твое благочестие, может быть, сообразно канонам справедливо подвергало их за особливые мнения в вере, не считали бы чем-либо другим, а не тем, что́ он есть. Вновь являющияся секты действительно не заслуживают, чтобы их защищали добрые пастыри. Потому и мы, усмотрев здесь, что некоторые произвели немаловажную порчу в православии, ежедневно выказываем то гнев, то кротость к этим больным. Ибо болезнь немаловажна; она близка к гнили аполлинариева и ариева учения. Говоря о соединении Господа с человеком, они безотчетливо допускают какое-то сорастворение и смешение, так что некоторые из наших клириков, одни по невежеству, другие по еретическому лжеучению, давно в них таившемуся, которое в многих видах идет до нашего времени от времен апостольских, заразившись недугом еретических мнений, открыто богохульствуют, говоря, что Бог Слово, единосущный Отцу, получил начало от Христородицы Девы, как бы от нее приняв бытие; они говорят, что после того, как воспроизведен был Его храм150, Он был погребен вместе с плотию, по воскресении же сорастворился с тою же плотию, и потом перешел в божественное естество; скажу короче: они учат, что и божество Единородного началось вместе с плотию, которую оно приняло, и вместе с плотию умирало. Плоть же, соединенная с божеством, сделалась, как богохульно учат они, божественною, получив обожение в самом Слове. А это не другое что значит, как извращать понятия о том и другом естестве, Они и деву Христородицу с какою то дерзостию называют Богородицею. Называя ее Богородицею, они не трепещут от страха, тогда как святые и всехвальные отцы никейские сказали только, как читаем в их писаниях, что Господь наш Иисус Христос воплотился от Святого Духа и Марии Девы. Я умалчиваю о тех словах Писания, в которых и ангелы и апостолы восвещают, что Дева есть мать Христа, а не Бога Слова. Сколько споров об этом мы выдержали, молва, думаю, уже давно известила твое благочестие и показала твоему вниманию, что мы не напрасно подвизались, но что многие, по милости Господа, исправлены, те, которые имели превратные понятия, несогласные с нашими.......1512. Если кто слово Богородица отнесет к естеству человеческому, которое родилось в соединении с Богом Словом, а не к той, которая раждает его: то мы справедливо скажем, что это слово не соответствует тому, что она родила; потому что истинная мать должна быть одного естества с тем, кто от нее родился. Но можем рассматривать это слово в некотором отношении и к ней: это имя можем употребить о Деве только в том отношении, что храм Бога Слова рассматривается нераздельно с нею; а не потому, что она как бы есть матерь Бога Слова: ибо ни одна мать не может родить того, кто был прежде ее. Слухи об этом учении, думаю, прежде еще дошли до тебя; но мы передаем и о том, что относится лично к нам обоим. Объясняем из самого хода событий, что мы с братским участием желаем знать дело тех лиц, о которых мы говорили, а не с тем, чтобы только удовлетворить своему докучливому любопытству. Будем извещать друг друга, как брат брата, о том, что́ будет касаться нас, передавая один другому верные сведения о всех толках в учении веры, так как я главным содержанием переписки поставил для себя одну истину; в начале этого послания я сказал, что мы с братскую доверчивостию обязаны говорить друг с другом. Приветствуем тебя со всею во Христе братиею; которая с тобою, я и все, которые со мною.

XIII. Другое послание Нестория к папе Келестину.

Часто я писал к твоему благочестию о Юлиане, Оронте и о других, присвояющих себе сан епископов, которые, часто получая доступ к благочестивейшему и августейшему императору, ищут у него защиты, и пред нами постоянно жалуются, что они в век православия изгнаны из областей Запада, как неправославные; но до сего времени от твоего благочестия мы не получали писем о них. Если бы я имел их, я мог бы отвечать и отвечать коротко на их жалобы; а теперь, когда неизвестно, справедливы ли слова их, никто не знает, как поступить с ними; ибо иные называют их еретиками и говорят, что за это они изгнаны из областей Запада, тогда как сами они клянутся, что их преследует клевета и что они по проискам терпят беды за православную веру. Что из этого верно, нам совершенно неизвестно. Жалеть о них, когда они в самом деле еретики, есть преступление; но и не жалеть о них, когда их ложно обвиняют, жестоко и нечеловеколюбиво. А потому, благоволит боголюбивейшая душа твоя дать нам наставление на этот раз, когда мы колеблемся между двумя чувствованиями, между презрением к ним, и сожалением о них. Так, мы хотим получить указание, на что нам должно решиться присуждении об этих людях. День за день удерживая при себе этих людей, мы не перестаем с надеждой ожидать содействия оть твоего благочестия. Немаловажное дело, как ты знаешь, досточтимейший, исследования в учении веры, и требуется немало уменья и опытности в тех, которые принимают на себя это дело. Для нас здесь умножаются труды и от того, что мы усиливаемся исторгнуть из Церкви Божией самый нечистый из нечестивых толков – злое учение Аполлинария и Ария. Не знаю, как некоторые из принадлежащих к клиру заразились недугом названных мною еретиков, допуская какой-то образ сорастворения божества с человечеством в Единородном, когда осмеливаются телесные страдания персносить на божественное естество Единородного, и вместе думают, что неизменяемое естество Божие перешло в телесное естество, так что оба естества, которым покланяемся в лице Единородного, чрез высшее и неслиянное соединение сливают между собою, допуская изменение в них чрез сорастворение их между собою. Они, слепцы, не понимают учения, изложенного святыми отцами, произнося ясные слова их: „веруем во единого Господа Иисуса Христа, Сына Божия, воплотившегося от Духа Свята и Марии Девы“. Таков заключается смысл в имени, Христос, означающем два естества: Он единосущен Отцу по божеству; а человечество после во времени родилось от святой Девы, которому потому, что соединилось с божеством, воздают честь ангелы и человеки. И так я думаю, что тому, кто здесь так много переносит трудов при обличении неправых толков, сколько надобно перенести томлений, когда он не будет знать дела тех людей, о которых говорено было, и много боится, как бы ему, в этом своем положении, по своему неведению не увеличить число еретиков. Потому прошу, чтобы твоя святая душа позаботилась сообщить нам сведение об тех людях, а особливо после того, как правдивейший Валерий, состоящий в должности книгочия и постельничего, может от себя пересказать твоему благочестию о тягостном их положении. Усердно приветствуем всю во Христе братию, которая с тобою, я и находящиеся со мною.

XIV. Послание Келестина к Несторию.

Возлюбленному брату Несторию Келестин.

Вселенская вера была в мире в продолжении некоторых дней нашего времени, после того как не стало нечестивого и везде осужденного учения Пелагия и Келестия, когда Восток и Запад мечем единогласного суда поразил их вместе со всеми последователями их заблуждений. В то время блаженной памяти Аттик, учитель вселенской веры, поистине преемник блаженного Иоанна и в этом деле служения, поборая за Царя всех, так преследовал их, что не попускал им и там (на Востоке) найти себе пристанище. По смерти его нас не мало озаботило ожидание: тот, кто будет ему преемником во власти, будет ли преемником ему и в вере? Ибо доброе как-то редко бывает продолжительно; чаще противоположности попеременно сменяют одна другую. Но и после него мы имели себе сослужителем, которому также должно было скоро оставить нас, святого Сисиния, приобретшего любовь всех своею простотою и святостию, который учил вере так, как он ее принял. Очевидно, его простое благочестие и благочестивая простота руководились словами, которые он читал в Писании, что надобно более бояться, а не высокомудрствовать, углубляясь в изыскании (Римл. 11, 20); что не должно, как сказано в другом месте, исследовать предметов высших себе (Иис. Сир. 3, 20); что тот, кто будет другое проповедовать, и другому учить будет, а не тому, что апостолы проповедовали, да будет анафема (Гал. 1, 8. 9). Когда же и он отшел из сего мира и поэтому наша забота еще продлилась на столько времени, на сколько указал Господь; тогда обрадовала нашу душу весть прибывших к нам послов о избрании тебя, которую скоро подтвердило донесение и наших сослужителей, которые находились при избрании. Они в одобрение тебя столько говорили, сколько можно было говорить о человеке, который избран из другой Церкви. Ибо прежде сего слава о твоей жизни была такова, что твоим достоинствам завидовал посторонний город; а ныне ты своими странными делами заставляешь бегать от тебя, так что прежние твои единоземцы по другим судят, кого избавились они. На твои письма, которые мы недавно получили, мы не могли отвечать в скором времени, потому что их надобно было перевести на римский язык. Когда это дело производилось у нас – медленно по причине витиеватого изложения их, – мы получили послания от святого брата и соепископа Кирилла, всеми одобряемого иерея Божия, с сыном моим диаконом Посидонием: в них он пишет о тебе нечто такое, чем, к крайнему нашему огорчению, уничтожается одобрительный отзыв о тебе тех, которые дали его при избрании тебя. Прекрасное начало твое сменилось худым, как видим, концом: прекрасным началом я называю те отзывы о тебе, которые так были одобрительны, что мы в ответе на донесение братий показали, сколько мы разделяли общую радость. А ныне, обдумывая и жалобу на тебя моего брата, которого я выше назвал, и переведенные на язык наш твои послания, которые содержат ясно нечестивое учение, видим, что нам должно сказать апостольское слово: хотел бых изменити глас мой, яко не домышляюся о вас (Галат. 4, 20). При всем том я переменил его, в надежде: не удержит ли себя на пути к пропасти этот составитель нечестивых бесед? Надобно, чтобы мы, как заповедано нам, изъяли злое от себя самих (1 Коринф. 5, 13).

Прочитав послания и те книги, которые доставил именитый Антиох, сын наш, мы внимательно рассмотрели содержание их. Когда мы в твоих сочинениях идем следом за тобой, настигаем тебя, схватываем тебя, ты стараешься увернуться от нас каким-то многословием, темнотой его прикрывая ясность истины; и потом снова утверждая то, что было отрицаемо, и отрицая то, что было утверждаемо, ты стараешься смешать то и другое. В посланиях же своих ты не столько изъяснил нашу веру, сколько выказал себя самого, желая дать иное учение о Боге Слове, а не то, какое содержит вселенская вера. Так теперь мы, как судии, вот какой должны дать суд о тебе, вот каковыми должны почесться твои новшества! Когда тебя не знали, тебя избрали, а когда тебя узнали, осудили тебя. Теперь надобно нам сказать вместе с учителем язычников: о чесом бо помолимся, якоже подобает, не вемы (Римл. 8, 26). Эти слова не прилично ли от нести к той Церкви, которая, руководствуясь более молвою о тебе, а не знанием, презрела людей достойных, какие были в ней? Оказалось неверным мнение тех, которые хорошо о тебе думали. Кто мог предположить, что под одеждой овцы скрывается хищный волк? Есть у апостола слова: подобает и ересем в вас быти, да искусни явлени бывают в вас (1 Коринф. 11, 19). Приклони ухо твое и выслушай слова, которые он сказал Тимофею и Титу. Что он повелевает им? то, чтобы они уклонялись скверных суесловий (1Тимоф. 6, 20). Потому что это содействует к успеху только нечестия, возращая всегда терния и волчцы. Он просил Тимофея пребыти в Ефесе, да завещает неким не инако учити (1Тимоф. 1, 3). Пред очами у меня слова пророка Иеремии; страшная содеяшася на земли: пророцы пророчествоваша неправедная (Иерем. 5, 29. 30). Скажи мне: эти слова Писания остаются ли неизвестными тебе, или ты знаешь их, но пренебрегаешь ими? Если они остаются для тебя неизвестными, не стыдись узнать истину так же, как ты не боялся узнать ложь и учить ей. Если же ты пренебрегаешь ими, тогда как знаешь их, то подумай, что ты ничем не оправдаешься, когда от тебя потребует отчета в порученном тебе таланте Тот, кто чрез них хочет всегда получить Себе прибыль от этой святой ссуды. Посмотри, какая казнь постигла того, кто скрыл полученный им талант, и возвратил его в том виде, в каком принял его (Матф. 25, 24–30). Поэтому рассмотри со вниманием как велика и грозна опасность не возвратить того, что ты принял. Можешь ли ты тогда сказать Господу нашему: их же дал еси мне, сохраних, когда ты закалаешь и терзаешь, как мы слышим, Церковь Его? Что говорит тебе Твоя совесть, когда ты живешь в этом городе, почти всеми оставленный? О если бы они в то время употребили большую осторожность, нежели какую они употребляют ныне, когда им нужно искать спасения! Откуда пришло тебе желание направить свои речи на такие вопросы, решение которых по началам разума есть нечестие? Зачем епископу проповедовать народу такое, чем ослабляется в нем благоговение к рождению Девы? Нечестивыми словами о Боге недолжно возмущать чистоту древней веры. Всегда и каждого суд Церкви не считал ли заслужившим отлучение, как скоро он или отнимал что от веры, или прилагал к ней? Ибо вера, полно и ясно преданная нам апостолами, не допускает ни приложения, ни уменьшения. Мы читаем в наших священных книгах, что не должно ни прилагать, ни отнимать; лютая казнь постигнет и того, кто прибавляет, и того, кто отъимает (Апокал. 22, 18). Поэтому, мы готовим прижигание и железо; не надобно больше употреблять пластыря для тех больных членов, которые следует только отсечь: знаем, что тяжелые раны лечатся всегда с большим мучением. Оплакивая многое, что ты нечестиво проповедовал, и что кафолическая Церковь отвергает, мы больше всего плачем о том, что ты от символа веры отъял те слова, которыми утверждается в нас надежда на совершенную жизнь и спасение. От чего это так; – о том говорят твои послания, в отношении которых у нас никакого недоразумения нет, после того как ты сам прислал их к нам. Лучше было бы, если бы они никогда не приходили в наши руки, дабы нам не быть в необходимости давать суд о таком тягостном деле. Все пути твоих исследований сходятся в одной мысли: ты много расширяешься в своих беседах, идешь по многочисленным изворотам; но напоследок разными дорогами ты приходишь к своей нечестивой цели. Знаем, от чего остерегал тот, кто повелел избегать споров и распрей о законе, суть бо, говорит он, не полезны и суетны (Тит. 3, 9). Что считается в настоящую пору бесполезным и суетным, то, без всякого сомнения, не принесет никакой пользы и в последующее время. Поэтому, после того, как брат Кирилл двумя своими посланиями хотел вывести тебя на прямой путь, я хочу дать знать тебе, что после первого и второго его вразумления, и после этого моего обличения, которое, как видишь, есть уже третье, ты совершенно отлучен и от епископского престола, который ты вместе с нами занимаешь, и от всего общества христиан, если скоро не исправишь своего злого учения, если не возвратишься на тот путь, который есть Христос, как он называет Себя. Тяготимый отчаянием, ты злобно поднял оружие против Того, кто в дому своем поставил тебя, как верного и умного раба, выше всех своих слуг, и ты потерял блаженство, обещанное тебе в награду за такое служение; потому что ты не только не раздаешь пищи в свое время, но губишь ядом тех, которых Ои приобрел Себе своею кровию и своею смертию. Видим, что яд под устнама твоима, что слова твои полны клятвы и горести (Пс. 12, 9), когда ты начинаешь говорить о Том, кто есть самая сладость. Где тут пастырская заботливость? Пастырь добрый душу свою полагает за овцы своя: а тот есть наемник кто оставляет их и предает волкам (Иоан. 10, 11, 12). Что же ты, пастырь, хочешь здесь делать? Вместо волков ты сам разгоняешь стадо Господне. В какой ограде может оно найти себе убежище, когда закалается во дворе Церкви? Под каким охранением оно будет безопасно, когда в тебе видит не защитника, а хищника? И ины, говорит Господь, овцы имам, яже не суть от двора сего: и тые ми подобает привести (Иоан. 10, 16). Он обещает привести иных, а ты губишь тех, которых имеешь, тогда как известны многократные случаи, что не овцы запастырей, а пастыри за овец погибают. И глас мой, говорит Он, услышать. Для чего? да будет едино стадо, а един пастырь. При Его гласе овцы соединяются в стадо, а при твоем они или теряются или разбегаются. Горько мне, что к тебе прилагаются слова блаженного Павла, сказанные в книге Деяний апостольских! аз вем сие, яко по отшествии моем внидут волцы тяжцы в вас, не щадящие стада: и от вас самех востанут мужие, глаголющии развращенная, еже отторгати ученики в след себе (Деян. 21, 29. 30). Желательно, чтобы эти слова говорил ты о других, а не другие о тебе; ты должен был в научение другим говорить, а не себе в наставление принимать то, что говорим мы. Кому не покажется странным, что епископа учат тому, каков должен быть христианин? Рассмотри внимательнее, в какое ты себя поставил положение: тебя вызывают на суд, на тебя доносят, тебя осуждают. Что тут сообразного с достоинством иерея? Упрямые упрямы бывают и в ответе за себя, если только есть средство говорить в защиту богохульства. Ужели думаешь, что мы будем щадить тебя, когда ты сам не щадишь души своей, когда хочешь всех, которые прежде были, ныне живут и после будут, лишить упования на спасение? Видишь, я, как верный служитель благого Господа моего, преследую врагов Его, о которых говорил пророк: совершенною ненавистию возненавидех я (Псал. 138, 22). Слова и другого пророка напоминают мне, чтобы я не щадил (Втор. 7, 2. 13, 8). К кому я покажу свое внимание, кому воздам честь, когда вижу здесь такое дело, которым у меня отнимается основание всей моей надежды? Сам Господь сказал в Евангелии, что ни отца, ни мать, ни детей, ни других родственников, недолжно предпочитать Ему: потому что бывает и такая честь, от которой происходит нечестие. Когда берет перевес плотское расположение, тогда плотскую любовь предпочитают любви, которая есть Бог, и под влиянием той любви оказывают честь каким то ни было людям. Но когда предпочитается Тот, который есть сама любовь, тогда необходимо отвергаются все те помышления, которых виновник подвергается осуждению. Пробудись же наконец. Нельзя назвать бодрствованием время, которое употребляешь ты не для охранения, а для хищения. О если бы ты был сонный в отношении к тому, чему ты учишь, и бодрствовал в том, чему противоборствуешь! Но что я говорю? Для нас было бы сноснее, если бы ты был сонный в том и другом. Тогда ты никого бы не погубил, никого бы не обольстил своим лукавством; Церковь не скорбела бы о погибели чьих-либо душ, радовалась бы, что среди ее нет лукавства, она была бы довольна тем, что ты представил бы ее своему Жениху такой, какую принял. Но зачем мне долго говорить, когда об этом есть слова первостроителя Церкви Павла? Напрасно я ищу чего-либо построенного тобой там, где не вижу основания (1 Коринф. 3, 9. 11). Слышим, что клирики, мяслящие согласно с вселенской верою, с которыми и мы единомысленны, терпят большие притеснения, так что они не впускаются, говорят, и в город: радуемся, что они получили награду за подвиг исповедания; но скорбим, что гонитель их епископ. Блаженный апостол Павел из гонителя переменился в проповедника; но ныне, перемениться из проповедника в гонителя – какое ужасное нечестие! Перечисли древних еретиков, которые в Церкви являлись с столь разнообразными своими толками; кто из борьбы с ними когда выходил, не одержав над ними победы? Пример для тебя в твоем городе. Павел самосатский, бывши епископом аитиохийской Церкви, собрал жатву сообразно семенам своего учения, какое он проповедовал. Таже строгость суда всегда низлагала и прочих выдумщиков ложного учения, управлявших церквами. И тех еретиков, о которых тебе угодно было спросить нас, как будто ты не знал жребия их, праведное осуждение изгоняло, сводя их с престолов, зато, что они говорили неправедное. Неудивительно для нас, что они находили для себя покой, потому что находили нечестивое учение, с которым когда сравнивали свое, считали себя невинными. Здесь, – уместность слова требует сказать это, – не можем умолчать о том, что удивляет нас. Вера твоя правильна, как читаем у тебя, в учении о грехе; ты доказываешь, что человек по своему естественному состоянию есть должник, и что этот долг вполне уплачивает Тот, кто происходит от рода должника. Как остаются на твоей стороне те, которые осуждены за то, что отрицали это? Где есть противоположное одно другому, там не бывает согласия, исключающего недоверие. Они были бы отвержены и тобой, если бы ты был ими недоволен. Для чего разведывать, что против них тогда сделано, когда известно, что оттуда к нам были присланы письменные уведомления о них тогдашним православным епископом Аттиком? Почему не распрашивал о них блаженной памяти Сисиний? Потому, очевидно, что он находил справедливым осуждение их при его предшественнике. Плакать должны они несчастные о том, что лишились у людей всякого к себе доверия, – они, которым оставалось средством войти в общение с Церковию одно покаяние. Вот теперь ты начал узнавать о них, если прежде ничего не знал; но лучше примись за излечение своей болезни, а не других, поспешив размыслить о кафолической вере. Потому, прилично говорим тебе: врачю, исцелился сам, когда хочешь помочь другим (Лук. 4, 23). Болезнь твоя такова, что не позволяет сделать какую-нибудь отсрочку. Вера иерея александрийской Церкви была и есть истинна, и ты, по его наставлению, опять будь с нами одного образа мыслей, если хочешь быть вместе с нами, о брат! Если есть у тебя чувство, то ты, осудив все те мнения, какие у тебя были до настоящего времени, неотложно начни, как мы желаем, учить тому, чему, ты видишь, он учит. Мы, не думая нарушать в отношении себя приличий, хотим и иереев исправлять в вере. Но как мы прежде озабочиваемся указать им правый путь, так, если они не воспользуются нашим наставлением, видим необходимость постановить решительный приговор осуждения на них. После того, как ты осудишь нечестивое учение, полным свидетельством исправления в вере послужит возвращение к Церкви всех тех, которые отлучены тобой от нее за Христа, главу ея. Если с ними не будет того, что мы говорим, то отлучен должен быть тот, кто их отлучил; потому что в совершенном общении с нами пребывают те, к которым ты себя показал таким. К клиру же константинопольской Церкви и ко всем, носящим имя христиан, мы пошлем грамоты, каких требует дело; для того, чтобы, в том случае, когда ты останешься упорным в своем превратном учении и не будешь проповедовать того, что проповедуют за одно с нами, брат Кирилл, знали, что ты удален от епископского престола, который ты занимаешь вместе с нами, и с ними у тебя нет никакого общения, для того, чтобы они знали, назидаясь сим примером, как твердым и основательным судом они должны побуждаться к заботе о спасении душ своих.

Так, верно знай, что нами постановлено такое определение: если ты не будешь учить о Христе Боге нашем так, как верует римская, александрийская и вся вселенская Церковь, и как до тебя в совершенной правоте веровала святая Церковь в великом Константинополе, и если ты в продолжение десяти дней, считая это время со дня, в который получишь это извещение, не отречешься от нечестивого нового учения, которое стремится разделить то, что, по указанию священного Писания, соединено, дав такое исповедание торжественно и письменно: то будешь отлучен от всякого общения с кафолическою Церковию. Письменный акт нашего суда на тебя со всеми другими хартиями мы послали с сыном нашим, диаконом Посидонием, к освященному иерею александрийскому и моему соепископу, который передал нам об этом полные сведения, чтобы он был нашим местоблюстителем, и, исполняя это дело, объявил наше определение и тебе и всем братиям: потому что все должны знать это дело, так как оно имеет отношение ко всем.

Бог да сохранит тебя, возлюбленнейший брат.

XV. Следующее послание было читано на ефесском соборе после того, как он изложил истинное учение в опровержение учения Нестория.

Послание Келестина к клиру и народу константинопольскому

Келестин епископ пресвитерам, диаконам, всем клирикам, служащим Богу, и кафолическому народу, живущим в Константинополе, возлюбленным братиям, о Господе (желает) всякого блага.

Началом для моей беседы с теми, которые составляют Церковь Божию, да послужит слово апостола, дабы благочестивые ученики прежде услышали слова учителя, который проповедовал язычникам. Кроме внешних, говорит апостол, меня озабочивает нападение еже по вся дни (повседневное ко мне стечение людей), и попечение всех церквей. Кто изнемогает, далее говорит он, и не изнемогаю? кто соблазняется, и аз не разжизаюся за него? Так и мы; находясь здесь в стороне и далеко от вас, как скоро узнали, что наши члены расторгаются превратным учением, воспламенились огнем отеческой ревности, разжегшей нас за вас: между церквами Божиими, которые, где бы они ни были, составляют один чертог Христов, какая может быть отдаленность, что может считаться сторонним? Так как вы наши члены, то мы естественно должны были озаботиться, чтобы влияние злого учителя не уклонило от пути истины вашу веру, везде проповедуемую. Ибо епископ Несторий проповедует нечестивое, внушает нестерпимое учение о божестве Христа и Бога и Спасителя нашего и о рождении Его от Девы, как бы потеряв чувство благоговения к этой тайне, и как бы забыв, что от нее зависит общее всех спасение: это доказывают и его сочинения, которые он за своим подписом переслал к нам, и донесение освященного брата и соепископа моего, Кирилла, доставленное ко мне сыном моим, диаконом Посидонием. Прочитав все сочинения (Нестория), мы нашли в них учение, доведенное до крайней и страшной степени нечестия: он во Христе естество человеческое и естество Божие отделяет одно от другого, иногда называя Христа только человеком, иногда представляя его в общении с Богом в такой мере, в какой он того достоин. Но мы, скажем подобно Иеремии, не слушаем словес пророков, иже пророчествуют прельщение (Иерем. 23, 16). Пусть он послушает Иезекииля и прочитает слова его, которыми он угрожает: и простру руку Мою на пророки, видящые лжу, и провещавающые суетная: в наказании (в числе) людей моих не будут, и в землю исраилеву не внидут: понеже прелстиша людей моих (Иезек. 13, 9, 10). Где же заботливость о священном стаде, которая составляет обязанность пастыря? Где попечительность о крепости ограды Господней? Какой может ждать безопасности стадо, когда его пастырь переменяется в волка, и, приходя к овцам, с яростию нападает на каждую? Уста, которые произносят нечестивое, только терзают, как пасть волка. Дается корм, который не утучняет, а истощает. Но и при этом стадо счастливо тем, что Господь предоставил ему суд о своей пажити; а потому вера ваша должна – мы не сомневаемся, что вы так поступаете – отвергнуть нечестивое учение, чтобы у вас те, которые бодрствуют во Христе, различали пищу от яда и вы пребыли твердо в том, чему вы научились от прежних пастырей, зная, что до настоящего времени у вас были иереи, высокие учением и святостию, которые, никогда не отступая от отеческих преданий, в глубоком мире правили кормилом Церкви Господней. Начну с ближайших к нам по времени. Сколько силы оказало на ваши души учение святого епископа Иоанна, которого слово распространилось по всему миру, поддерживая везде кафолическую веру. Нет места, где бы он не был с своим учением: он проповедник везде, где только читают его. За его заботливою мудростию следовала всем известная твердость души; блаженной памяти епископ Аттик управлял народом христианским по примеру предшественника, и преследовал нечестивое безумное учение еретиков. По смерти его, был общником нам блаженной памяти Сисиний, который свою славу поставлял в том, чтобы сохранить целою и невредимою красоту кафолической веры, как она была до его времени: мы видели, что у него не было недостатка ни в простоте голубицы, ни в мудрости змия. Скоро лишившись его охранительной деятельности, мы плакали о том, возлюбленные братия, как бы предвидя наше будущее. В самом деле, не знаю, какую мы найдем охрану в нынешнем епископе, который совсем не те имеет понятия о Боге нашем, какие нам преданы Им самим и апостолами? Он не только не делает перевязей сокрушенным, но еще сокрушает тех, кому сделаны перевязи; не только не поднимает низверженных, но и стоящих старается низвергнуть; не только не собирает рассеянных, но и расточает собранных, хотя знаем, что ум, освященный Богом, не может поколебаться, что не будет низвержен тот, кто стоит, укрепляясь силою небесной, не может расторгнуться союз святого общества. Так, я прямо указываю вашей любви на то, о чем мы не можем говорит без слез; ваш умствователь воздвигает войну против истины, поднимает руки на древнюю веру, воюет с апостолами, ратует против пророков: не внимает словам, которые говорит о себе сам Господь наш. Употребляя во зло новый и ветхий завет, какой веры, какого закона епископом он считает себя? Он отвергает те понятия, которых смысл уже определен, не принимает истины, которая очевидна по своей близости к нам; скажу проще: он мыслит о таинстве Христа Бога нашего не так, как позволяет святыня нашей веры, которой благоговейно покоряется каждый кафолический мыслитель. Ни один истинно благочестивый не мыслил о Христе инаково от того, как Он сам о себе указал мыслить. Некогда поднял такой же нечестивый вопрос Павел самосатский, сделавшись настоятелем святой антиохийской Церкви, но его низвел с престола, который он занял к прискорбию Церкви, единогласный суд кафолических иерархов: потому что всегда должны заблаговременно отсекаться от Церкви те, которые, смущая души христиан извращением евангельского учения по своему образу мыслей, не могут принести плодов Богу; необходимо должна производиться работа в винограднике, когда известно, чем он должен быть для своего владетеля. Известно, что вновь появляющияся учения возникают от легкомысленного желания славы, от того, что некоторые хотят между своими прослыть остроумными, прозорливыми, глубокомысленными, домогаются выдумать что-нибудь небылое, дабы чрез то среди людей необразованных приобрести для себя на время славу человека проницательного. Но кто из таковых приобретал себе истинную славу, хотя сам себя и считал умным? Бог наш избирает немощное мира для побеждения сильных, и посрамляет умных безумными мира (1 Коринф. 1,27). Не тот ли только может хвалиться мирской мудростию, кто сознается, что он от мира, кто не признает себя учеником того, который сказал о себе: Аз от мира несмь (Иоан. 17, 16). Единственный путь к славе тот только, о котором говорит апостол: хваляйся, о Господе да хвалится (1 Коринф. 1, 31). Не к вашему ли епископу (да, он до настоящего времени ваш, хотя и не верует в то, во что мы веруем) правильно можно отнести сии слова: глаголющеся быти мудри объюродеша? (Рим. 1,2). Ибо очевидное есть юродство не знать Того, кто есть Божия Сила и Божия премудрость (1 Коринф. 1, 24). Он сам, как сознается, не знает того, что хочет объяснить. Вам возлюбленные, не может показаться удивительным, что уклонился от пути истины тот, кто, как видите, потерял Христа, который есть путь наш. Видим, что он иногда пускается в хитрые толкования, иногда укрывается в каких-то затаенных им суждениях, чтобы чрез то скрыть яд своего учения. Нам бы надобно было, следуя, учению премудрого Соломона, не давать никакого ответа на его безумие, чтобы не быть подобными ему (Притч. 26, 4); но мы советуем ему вместе с нами последовать апостолам и пророкам, дабы ему не быть отвержену всеми, когда он идет противу всех. Вы же должны неусыпнее бодрствовать, чтобы стоять противу его вражеских кликов: вам надобно иметь больше заботливости о себе, когда вам внутри Церкви говорят противное Церкви. Для тех, которым грозит враг совне, бывает ослаба в трудах; они, быв разбиты вне укрепления, находят себе безопасность под защитою стен; но тревожимые внутренним врагом не знают себе покоя. В этой внутренней войне, в этой домашней борьбе вашей, вера должна послужить стеной для вас, ее духовными стрелами вы можете защитить себя самих, против неверия. Будем хранить ее, потому что она хранит нас: через нее нашим защитником, нашей оградой бывает Бог. Он избавит нас от руки грешного (Псал. 71, 3. 4). Среди волн, которые обуревают нас, мы прилично можем говорить слова: Господи, спаси ны! погибаем (Матф. 8, 25).

Теперь надобно нам обратить слово наше к вам, клирики, и ко всем вам, принявшим освящение для служения Богу. Но кто-нибудь из вас скажет, что нами не соблюден порядок. И мы хотели говорить прежде с вами, как требовал этого церковный чин; но нас сильнее озаботило состояние тех, которых спасение есть общее наше дело. Потому что о вас не было у нас сомнения; мы надеемся, что вы, как вожди других, твердо стоите в вере. Извещение святого и Богом возлюбленного брата и соепископа моего Кирилла, которое он прислал ко мне с сыном нашим, его диаконом, Посидонием, показало, что против вас делаются такие дела, какие может делать против членов Церкви только тот, кто не щадит самой главы Церкви. Но это не должно смущать вас: чем больше страданий, тем больше славы; свойством подвига определяется степень награды за подвиг. Вы вместе с нами читаете в Писании: аще и подвизается кто, не венчается, аще не законно подвизатися будет (2Тим. 2, 5). Поэтому на нас лежит долг ободрить вас, в чем имеют нужду и малодушные и те, которые мужественно стоят в борьбе, дабы и немощные получили мощь переносить искушения, и противустоящие им крепче стояли в борьбе. Ополчения царя нашего никогда не выходят из борьбы побежденными. Всякое искушение служить испытанием христианину, потому что оно, как сказано в Писании, терпение соделовает; от него рождается упование, которое, уверяет Писание, никого не посрамит (Римл. 5, 3–5). Поэтому, как утешение ваше, возлюбленные братия, от Бога есть, которому вы представляете, телеса ваша, т. е. себя самих, в жертву живу, как говорит апостол, то вы не изнемогайте в борьбе вашей. Вам подаст силу Тот, кто хочет, чтобы наши члены, как Он учит чрез апостола, были оружия правды Его (Римл. 6, 13). Вы имеете для себя пример в святых, которые некогда сеяли слезами, а после радостию пожнут (Псал. 125, 5). Господь наш любит того только раба, которого доброта дознана в искушении. Только поприще деятельности делает души христиан способными к подвигам: проходите подвиг так, чтобы вам на путях ко Господу опереживать друг друга. Не желаю, чтобы вас настигали когда-нибудь ваши сопротивники, хотя должно быть, о чем и апостол говорит, тому, что́ мы видим теперь у вас. Только на месте подвига докажется крепость и вера. Кто ищет покоя, тому не получить победного венка: награда дается только за подвиги. С головы своей никогда не должен снимать шлем спасения, не должен слагать с себя броню веры тот из вас, кто достойно хочет именоваться воином Христовым. Против нас открыли войну наши же соратники, если только надобно назвать нашими тех, которые, как вижу, расторгнув с нами союз любви, перебежали на сторону врага. На вас теперь обязанность, чтобы ваши ноги стояли во вратах Иерусалима (Псал. 121, 2). Желаю, чтобы ход ваш по пути был прям, чтобы ни чьи стопы никогда не колебались, как у тех, на которых мы указывали, и нося в себе зло, не делались бы последователями диаволу, с сознанием, что они от него. Вы, которые делами своими показываете в себе сынов Божиих,– так как каждый из вас надеется выказать себя по плодам своим (Матф. 7, 17), – ободряйте между собою сердца малодушных, укрепляйте слабых, принимая каждого из них с любовию. Не обольщайтесь нечестием, но, распознавая добро и зло по свойству того и другого, удаляйтесь умствований лукавых, а мыслите только истинное. Гнусен пред Богом, по слову Соломона, иже судит праведного неправедным неправедного же праведным (Притч. 17, 15). Временная скорбь ничего не значит; пред очами должна быть всегда вечная награда, выше которой ничего не должно ставить. Псалмопевец восклицает, что если восстанет на него брань, он нисколько не убоится, в уповании, что Господь будет просвещением его (Псал. 26, 3. 1). Если бы вы вели войну с народами, то для вас была бы великая победа – победить всегдашних врагов ваших: но как великой должно почесть победу в войне, в которой врагом явился гонитель кафолических христиан, иерей, который, изменив учение веры, почти во всем мыслит противоположно Павлу, сделавшемуся проповедником Евангелия Господа, после того, как прежде был гонителем Его. Нечестивый состязатель оставлен Духом Божиим после того, как стал мыслить противно Духу Божию. Если он останется при этом образе мыслей, то справедливо услышит от нас слова, которые Самуил сказал Саулу: уничижит тя Господ не быти тебе царем во Израиле (1 Царст. 15, 23). Если он сделался недостойным за то, что презрел повеление Божие только в делах, которые он делал, то какое наказание справедливо должно пасть на того, кто восстал против божеского величия Господа? Теперь на вас обязанность исцелить язвы, им сделанные, и уврачевать тех, которые заражены его учением. Твердо стойте на стопах ваших, противясь тому, который уже пал, как показывают слова его. Великодушно перенесите те огорчения, какие он нанес вам. Он делал вам обиды, он делал вам притеснения: но тоже самое потерпел от своих и Тот, кто для нашего спасения принял естество человеческое, чего не признает в нем этот вероучитель. Потому никто не должен сетовать на его умыслы против кого-нибудь из вас. Примером великодушия и твердости для вас есть Стефан, первый мученик за Христа. Когда толпы неверующих скрежетаху зубы нань (Деян. 7, 54), он, последователь Христов, не умолчал о том, что видел: среди разъяренной толпы, среди врагов веры, он возгласил, что видит отверстые небеса и Сына человеческого, за которого он страдал, стоящего одесную Бога (7, 55). Долго было бы говорит о всех. которые купили себе вечную жизнь или смертию или исповеданием. Вы, которые изгнаны им из Церкви, имеете для себя назидательный пример, почти в наше время бывший, в блаженной памяти Афанасие, мудром святителе александрийской Церкви. Кому не может послужить ободрением его терпение? Кому не будет в назидание его твердость? В ком не поддержит упования его радостное для многих возвращение на прежнее место? Он изгнан гонителем Арием, но возвращен Господом, сопутствующим ему. Был в темнице, был среди мучений: неудивительно, что муж апостольский перенес те самые страдания, в которых подвиг ставил себе в похвалу апостол (2 Коринф. гл. 11). Во всем этом он последовал ему, говорившему о себе, что он находит удовольствие в своих страданиях (12, 10). Оттуда он был изгнан, а в наших странах он нашел себе убежище. В самом деле, здесь он снова восстановлен был в своем достоинстве и обрел покой общения при нашем престоле, при котором находят себе защиту все исповедники кафолической веры. Подвергшись гонению, этот исповедник не чувствовал изнеможения среди скорбей своих. Посему ни один христианин не должен унывать при изгнании, какому он временно подвергается, потому что он не есть изгнанник пред Богом. Станем лучше остерегаться, чтобы не быть изгнанниками из земли живых, то есть из той страны, которую желаем иметь себе нашим отечеством. Оно только есть наше, оно постоянно, оно вечно. То не наше жилище, по которому нам надобно только пройти; наше только то, поистине самое твердое, что обещает нам наше упование. На это указывают нам слова апостола: ихже око не виде, и ухо не слыша, и на сердце человеку не взыдоша, яже уготова Бог любящим Его (1 Коринф. 2, 9). Чтобы не подумали, что этот суд имеет силу только в отношении к тбму, кто уже сам на себя призвал суд Божий, мы властию нашего престола определили: епископа, или клирика, и всякого христианина, состоявшего в чине церковном, из числа тех, которые были удалены от своего места и от общения с Церковью Несторием или подобными ему, с того времени, как они начали проповедовать свое нечестивое учение, не считать удаленными или лишенными общения; но все они были и до настоящего времени пребывают в общении с нами: потому что, никого ни низвергнуть, ни удалить не мог тот, кто, проповедуй такое учение, не пребыл тверд в учении истины. Так настоящее мое слово всех соединяет в общение между собою, дабы вы, более и более укрепляясь и приемля ободрение в Господе, не смущались более, а усерднее действовали бы к уврачеванию немощей в других. Вам теперь мы поручаем там ваших больных, когда врач сам в болезни. Но и ему мы желаем помо́чь, если есть еще возможность. Как мы послали надлежащие ответы к святому брату и соепископу нашему Кириллу, так и к вам мы отправили с его диаконом, возлюбленным Посидонием, это послание, и также письма от того же моего брата к нему, о ком у нас это слово. Мы видели, что в столь важном деле требуется личное наше присутствие, но, удерживаемые большим расстоянием, какое нам представляют море и суша, мы передали тому же святому брату нашему Кириллу полномочие быть нашим местоблюстителем, дабы та болезнь не усиливалась отлагательством врачевания ея. Только вы имейте пред очами слова апостола: да будете утверждени в том же разумении и в той же мысли (1 Коринф. 1, 10) да, претерпевше до конца, как читаем в евангелии, спасени будем (Матф. 10, 22). А чтобы вам знать, с каким определением мы отправили наше послание к Несторию, мы велели приписать здесь, в конце сего послания, наше постановление, и вы можете видеть, в какой форме дано оно против него. Бог да сохранит вас, возлюбленнейшие братия.

(Вышеуказанное) определение таково:

„Итак верно знай, что наш суд таков: если ты о Христе Боге нашем не будешь учить так, как мыслит о Нем Церковь римская, александрийская и вся вселенская, с которыми до тебя, почтенный, одинаково мыслила святейшая константинопольская Церковь согласно с изложением веры никейским собором, и если ты своей новизны, противной чувству веры, не отречешься, доказав свое оставление ее письменным изложением благочестивой и святой веры, в продолжение десяти дней, считая это время со дня, в который делается тебе известною эта грамота: то знай, что ты оставляешься вне общения со всею кафолической Церковью и твоя священническая власть во всех отношениях оставляется без всякого действия“.

XVI. Послание Келестина к Иоанну, епископу антиохийскому.

Возлюбленному брату Иоанну Келестин.

Желаем, чтобы, как один есть Бог, так и у всех людей, где только они есть, была постоянно одна правая вера. Невелика еще скорбь, что некоторые, отделившись от стада Господня, и укрываясь в местах потаенных и темных, легкомысленными речами преклоняют иных к единомыслию с собой в скрытном их заблуждении; но когда в святой Церкви Божией вознесенный над другими именем иерея уклоняет народ Христов от пути истины в дебри лживого учения, и это делает в главном из городов империи, в который, как местопребывание императора, со всех краев мира стекаются толпы народа: тогда, очевидно, должна удвоиться наша печаль, должна увеличиться наша забота, чтобы не усилилась хищность волка. Враг не столько страшен, когда он осаждает совне, сколько тогда, когда свирепствует внутри стен; и волк меньше тревожит, когда он рыщет вокруг стад, чем в то время, когда он занимает место пастуха внутри самого стада. Настоящая брань страшнее всякой внутренней брани, когда стрелы нечестивого вероучения сыплются внутри Церкви или, что тоже, йнутри самого дома Божия. Оттого сильно трепещет наша душа, когда этот учитель, который, как видишь, держит в своей власти константинопольскую Церковь, разливает среди святого сонма Христова учение превратное, которым отнимается честь и благоговение, подобающие родившемуся от святой Девы, и которое противоречит надежде нашего спасения. Что об этом передали нам верные, постигнутые сею скорбию, то самое нами дознано из книг, присланных им. Самым ясным доказательством того были его послания, к нам присланные, скрепленные подписом его властной руки, так что уже нельзя больше сомневаться в том. А как дальнейшая невнимательность к столь великой вине была бы опасна, потому что оставлять без внимания такое дело есть почти столько же непростительная вина, сколь велик грех проповедовать такое нечестивое учение: то мы отлучаем епископа Нестория и всякого последователя ему, который говорит одно с ним, от общения с нами дотоле, пока он не осудит выдуманного им ложного учения, прислав к нам письменное исповедание, и пока не исповедует, что он содержит веру о родившемся от Девы, или, что тоже, о спасении рода человеческого, ту, самую, какую по апостольскому учению содержит, чтит и исповедует Церковь римская, александрийская и вообще вселенская. Если же кто или Несторием, или кем-либо из его последователей, с того времени как начали они разглашать свое учение, был удален от общения, лишен был иерейской чести или другого сана в клире, тот всегда был и теперь пребывает в общении с нами. Не считаем его правильно отлученным, потому что не мог никого отлучить суд такого человека, который сам себя сделал достойным отлучения. Об этом мы теперь написали к твоему священству, досточтимейший брат, с тем, чтобы ты возмогал в Господе, и, облекшись в броню кафолического исповедания, в это оружие Христово, к которому привыкла твоя грудь, ты защитил от злого и постыдного учения стадо Господа нашего Иисуса Христа, который для спасения нашего родился и страдал, который, разверзши врата ада и победив смерть, воскрес в третий день для нашего оправдания. Как я писал к священнейшему брату и соепископу нашему Кириллу, ревностному защитнику кафолической Церкви и веры, так извещаю и твое священство, что нами, или, лучше, самим Господом Христом и Богом нашим произнесен суд, чтобы Несторий в течении десяти дней, считая их со дня, в который он получит об этом извещение, письменным исповеданием осудил свое нечестивое учение о рождении Христовом, и объявил себя исповедником той веры, какую содержит Церковь римская, александрийская и вся вселенская. Если же не сделает сего, то пусть знает, что он, отлученный от собора епископов, погибает от собственной своей вины. А для того, чтобы это наше постановление с надлежащей точностию было исполнено, мы заблагорассудили поручить нашему сыну Посидонию, диакону александрийской Церкви, верное доставление нашего послания любви твоей. Бог да хранит тебя, досточтимейший брат!

Точно такое же послание было писано к Ювеналию иерусалимскому, Руфу Фессалоникийскому и Флавиану филиппийскому, восточным епископам.

XVII. Послание Кирилла епископа александрийского к Иоанну антиохийскому.

Господину моему, возлюбленному брату и сослужителю Иоанну Кирилл о Господе желает всякого блага.

Твоему благочестию, вероятно, вполне, по многим случаям, известно нынешнее состояние святой константинопольской Церкви, то, что она теперь в крайнем смятении, и что многие из людей, известных благочестивою и доброю жизнию, удаляются от собраний для общественного богослужения, усмотрев, что в веру их вносится очень важное изменение поучениями, какие говорит в этой церкви высокочтимый епископ Несторий. В письмах моих к нему, я ему советовал удержаться от столь неправых и нечестивых толкований, а следовать, вере отцов; но он подумал, что я писал это по неприязни к нему. Он не только не захотел обратить внимание на то, что я это писал из любви к нему, но подумал, что столь странные свои мнения и слова может внушить еще и римлянам. Изложив свое странное учение в пространном послании, он отправил его к господину моему, благочестивейшему епископу римской Церкви, Келестину. В своих письмах, опровергая тех, которые думают несогласно с ним, он поместил и такие слова: «они без трепета святую Деву называют Богородицею“. Он также прислал к нему тетради с своими истолкованиями. Все благочестивейшие епископы, какие есть в великом городе Риме, в многократных своих собраниях, прочитав их, осудили его; указав ясно, что он вымыслил самую нечестивую ересь, какой еще не выдумывал ни один из прежних еретиков.

Когда Несторий писал об этом туда, я с своей стороны должен был дать известие о всем, что было между нами, послать копий с моих писем к нему, и для того немедленно отправлен был клирик александрийской Церкви, возлюбленный диакон Посидоний. Там, в собрании епископов прочтены были послания, особливо те, которые не давали повода к какому-нибудь несправедливому толкованию, каковы подписанные им самим. Святой римский собор дал о них прямой суд, о чем он уже писал и к твоему благочестию. Его постановлению обязаны повиноваться все, которые находятся в общении с западными церквами. Копии с него посланы к боголюбивейшему Руфу, епископу фессалоникийскому, и к другим благочестивым епископам македонским, которые всегда согласны с его суждениями. О том же самом они писали и к Ювеналию, благочестивейшему епископу элиейскому152. Теперь от твоего благочестия зависит усмотреть, как тебе лучше делать. Мы же будем согласоваться с суждениями его (римского епископа), боясь отделиться от общения с теми, которые пришли в негодование не из чего-нибудь не относящегося к ним, встревожились и дали свой суд не по какому-нибудь маловажному делу, но для защиты самой веры, церквей, которые все теперь в тревоге, и благоустройства народов. Скажи наше благожелание братиям, которые при тебе; тебя приветствуют братия, которые со мною.

XVIII. Послание Кирилла епископа александрийского к Акакию епископу веррийскому о Несторие.

Господину моему, возлюбленному брату и сослужителю Акакию Кирилл в Господе желает всякого блага.

Находящиеся в великой печали, те, которых сердце томится под тяжестию забот, не мало находят утешения, когда пересказывают другим, согласным с ними по своим чувствованиям, о том, что их печалит. В таком же положении и я теперь. Поэтому я почел нужным написать к твоей святыне о причинах, которыми я справедливо, как сознаю. огорчен, и от которых до сего времени я в огорчении. Высокочтимейший епископ Несторий не удовольствовался сказать в церкви нечто такое, что произвело смущение в Церкви и что разрушало веру во Христа, Спасителя всех нас, но и позволил епископу Дорофею, во время собрания церкви для общественного богослужения, всенародно, с дерзостию сказать: „кто говорит, что Мария есть Богородица, тот анафема“. После сего что нам делать в православной Церкви, когда на нас вместе с святыми отцами произносят анафему? Из писаний отцов я вижу, что приснопамятный епископ Афанасий часто называет ее Богородицею, также блаженный отец наш Феофил и многие другие из святых епископов, жившие в разное время, Василий, Григорий, Аттик. Никто из учителей, разумеется, православных не боялся называть ее Богородицею, считая это истинным так же, как истинно, что Еммануил есть Бог. Анафема произнесена на святых отцов, которые теперь пребывают с Богом, и на всех, которые, следуя правым догматам истины, исповедуют, что Христос есть Бог! Гибельное действие их учения не ограничилось сим, но оно возмутило умы в народе. Прискорбно слышать, что одни дошли до такого неверия и безрассудства, что Христа не исповедуют Богом, а другие хотя и не перестают исповедовать Его Богом, но не имеют здравых о нем понятий, говоря, что Он наречен сим именем по благоволению и благодати Божией так же, как и мы. Как не плакать, как не жалеть об этом? И какая была необходимость предлагать всем эти вопросы, которые неразрешимы и составляют тайну для ума? Не больше ли пользы принесли бы мы людям изъяснением нравственного учения, когда мы еще неспособны с надлежащею верностию истолковать догматическое учение? Когда монахи, живущие в Египте и Александрии, встревожены были его сочинениями или его толкованиями и мы изложили для них правое учение веры, то против меня открылась вражда, и он сделался мне врагом: выставил против меня каких-то скитальцев и людей, замеченных в предосудительных поступках, и заставляет их клеветать против меня в народе. Может быть, мы и заслуживаем это: если бы у нас была ревность по Боге и если бы мы подражали отцам в любви к Богу, то мы данно бы уже, водимые чувством благочестия, произнесли суд на тех, которые дерзко говорят против Христа, и предают проклятию как нас живых, так и святых отцов, отшедших уже к Богу. Этот суд послужил бы, как надобно надеяться, к уврачеванию и тех из людей, в которых поколебалась правота веры. Скажи наше благожелание братиям, которые с тобою; приветствуют тебя о Господе все, находящиеся со мною.

XIX. Послание Акакия, епископа веррийского, к Кириллу.

Господину моему, преосвященнейшему и боголюбивейшему епископу Кириллу Акакий желает о Господе всякого блага.

Я читал писание, которое от твоего благочестия недавно доставлено мне смиренному, его содержание – слезы и скорбь по случаю смятений в константинопольской Церкви; но в нем также сила и теплота христианской веры. В нем содержатся и сии слова: „еще в самом начале не было надобности предлагать это учение». В самом деле, какую принес пользу (Церкви) Аполлинарий лаодикийский, который думал быть великим борцем впереди других, в защиту правой веры, крепким воителем против врагов ее? Надеясь на свою мудрость и желая проложить какие-то пути к чистой и простой вере Христовой по местам непроходимым, не заставил ли он кафолическую Церковь поставить его самого в числе отступников? Не видна ли крепкая рассудительность, полное благоразумие в словах, которые сказаны одним из прежних епископов, желавшим остановить людей умных от исследования того, что выше сил человека? Его слова таковы: „тайну, как Отец родил Единородного, надобно чтить благоговейным молчанием о ней“. И продолжая свою беседу, он присоединил слова: „исследование этого недоступно всем силам небесным, а не только человекам и уму человеческому“153. Не здесь ли нужно и не сюда ли прямо относится предостережение священного Писания, которое учит: вышших себе не ищи, и креплших себе не испытуй: яже ти повеленна, сия разумевай, нест бо ти потреба тайных (Иис. Сирах. 3, 21. 22). Старающиеся же оправдывать тех, которые берутся рассуждать и говорить о неизъяснимом в вере, подвергаются тому же, что испытал на себе блаженный епископ Павлин: он не хотел употреблять прямое и определенное выражение: три ипостаси, тогда как он верно и истинно мыслил о них одинаково с другими. Он в этом следовал боголюбивым западным епископам, которых римский язык, по своей скудости сравнительно с нашим греческим языком, не мог с соответствующим истине значением употреблять слова: три ипостаси.

На всех нас, которые можем быть соучастниками в скорбях и страданиях Церкви Божией, лежит важная обязанность не давать вновь являться таким словам, которыми бы давался каким-либо досужим людям повод вносить в Церковь Божию разделения и расколы. Посему, в настоящее время, когда возникло такое учение, которое может опечалить и смутить многих из благочестивых и христолюбивых людей, на твоем полном и дознанном благоразумии лежит долг успокоить это волнение. И ато требуется потому особенно, что многие из приходящих из Константинополя в Антиохию и к нам, как из клириков, так и мирян, открыто защищают его учение, не считая смысл его противным апостольской вере и учению о Единосущем Отцу, изложенному по внушению Духа Божия святыми отцами, составившими собор в Никеи, и преданному вселенской Церкви. Поэтому по внушению своего благоразумия, сострадания, и по власти своего священства, благоволи принять на себя дело учителя, как требует теперь обстоятельство, чтобы ослабить это учение в тех, которые его услышали и им отторгнуты от веры: так чтобы твое святительство придумало и совершило все то, что можно сделать в настоящее время, когда обуревается вселенская Церковь, когда волнение больше и больше увеличивается. Теперь, когда волнуется это мысленное море, скажи ему слова Господа и грозно скажи ему: умолкни, утихни!

Письмо твоего благочестия я доставлял для прочтения священнейшему Иоанну, епископу антиохийскому: он слушал его с великим вниманием и сочувствием: у него, еще недавно вступившего на епископию, те же самые желания, какие и у нас, пришедших в старческие лета. Он, по благодати Божией, деятелен в совершении подвигов, составляющих непременные обязанности епископского звания, так что все восточные епископы многого от него надеются и им хвалятся. Он просит твое благочестие, – что и передаю я теперь, – чтобы твое святительство, употребив все свое благоразумие, действовало против этого неожиданно явившегося нетерпимого учения, дабы в твоем слове и в твоем деле, при настоящем случае, осуществилось слово апостола: аще и лишше что похвалюся о власти нашей, юже даде нам Господь в создание, а не на разорение, не постыжуся (2 Коринф. 10, 8).

Доставившего тебе наше письмо, достойного любви и верного христианина, у которого и предки были христиане, благоволи принять с свойственною тебе благоприветливостью; и если он о чем будет просить тебя, не оставь руководить его своею прозорливостию. Приветствуем, я и те, которые со мной, всех находящихся с тобой братий.

XX. Послание Кирилла к Ювеналию, епископу иерусалимскому.

Господину моему, возлюбленнейшему брату и сослужителю Ювеналию Кирилл о Господе желает всякого блага.

Желал бы я, чтобы высокочтимый епископ Несторий следовал истинной вере, идя по стезям мужей благочестивых! И кто из здравомыслящих не пожелает, чтобы те, кому выпадает жребий быть вождями стад Спасителевых, были вполне известны по правоте веры? А как настоящие у нас дела открылись не такими, каких надеялись, когда в том, в ком мы ожидали истинного пастыря, нашли гонителя правой веры: то нам надобно теперь вспомнить слова Христа, Спасителя всех нас: не приидох воврещи мир на землю, но мечь: приидох бо разлучити человека на отца своего (Матф. 10, 34. 35). Если для нас брань против родителей не предосудительна и безукоризненна, когда знаем, что подвизаемся для славы Христовой: то как нам не считать своею непременною обязанностью, – в то время, как оплакиваем потерю брата, – препоясаться мечем ревности по Боге и сказать всем, живущим на земле, сии слова: аще кто есть Господен, да идет ко мне (Исх. 32, 26)! В том, в другом из моих писем я убеждал его следовать не своим мнениям, а правой и апостольской вере, преданной святым церквам, надеясь отклонить его от неправоты, какая в его сочинениях; но предлагаемое мной врачество нисколько не помогло, совет не исполнен. Он не только не захотел последовать учению истины, но и прислал ко мне послание за своим подписом, в котором делает мне упрек за то, что я будто бы огорчил его, и при этом он прямо высказал, что святую Деву нельзя называть Богородицею. А это не значит ли прямо сказать, что Еммануил, в котором основание нашего упования на спасение, не есть истинно Бог.

Предположив, что может склонить к себе и римскую Церковь, он писал к господину моему, благочестивейшему и боголюбивейшему брату и сослужителю Келестину, епископу римской Церкви, и изложил в посланиях свое извращенное учение. Он также прислал туда много истолковательных сочинений, из которых обнаружилось, что он мыслит неправо. И он решительно был осужден, как еретик. Благочестивейший и боголюбивейший епископ римской Церкви, Келестин, писал о нем то, что верно узнал о нем, и ко мне прислал эти письма. Я почел нужным переслать их к тебе и ими возбудить в твоем благочестии ревность к святому делу, которая в тебе сильна всегда своею внутренней силой, для того, чтобы нам, при единодушии и ревностном усердии, препоясав себя поясом любви ко Христу, спасти людей, повергшихся опасности, и поддержать Церковь в ее свете. Без сомнения все мы, в единомыслии между собою, определив для себя план, будем писать к нему и к народу. Если мы будем иметь успех и возвратим его от настоящего образа его мыслей к истине, то мы приобрели брата (Матф. 18, 15), и спасли пастыря. А если наше намерение останется безуспешным, то он сам будет виновником своей судьбы, и сам от себя вкусит плодов дел своих. Нам также непременно надобно писать к христолюбивому и благочестивейшему императору и ко всем государственным сановникам, и советовать им, чтобы они человека не ставили выше благочестивой веры во Христа, но утвердили бы в ней вселенную и избавили бы стадо его от злого пастыря, в том случае, когда он не примет от всех нас вразумлений. Скажи наше благожелание братиям, находящимся при тебе. Тебя приветствуют о Господе те, которые со мною.

XXI. Послание, писанное Иоанном, епископом антиохийским, к Несторию.

Владыке моему, боголюбивейшему и преподобнейшему епископу Несторию Иоанн о Господе желает всякого блага.

I. Мои желания в отношении твоего благочестия со всею правдивостию я открыл твоему вниманию чрез господина моего, сиятельнейшего комита, Иринея. Предполагая, что я под защитой искренности, не возбуждаю уже в тебе никакого против себя подозрения, предлагаю твоему благоразумию мой прямой совет. В том, что буду советовать, можно тебе видеть и ручательство за нашу искренность в отношении тебя, и немалую в нас заботливость руководиться любовию по Боге: руководствующиеся ею исполняют закон Божий: а те, которые оставляют се и поступают коварно против своих сочленов, более вредят себе самим, нежели тем, против кого действуют. Считая эти слова лучшим началом для нашей беседы, прошу тебя: прими меня за доброго советника, не отвергай полезного в том, что буду говорить тебе, того, что будет говорено по чувству любви к Богу.

II. Нам надобно было вместе рассмотреть некоторые дела, полезные по своему направлению; но как наши ошибки произвели великое смущение в церквах, то я принужденным нашелся дать знать твоему благочестию о том, что недавно было писано к нам из Рима и Александрии. Все александрийские клирики прислали ко мне несколько посланий, в которых они пишут о твоем благочестии: одно послание от святейшего епископа Келестина, другие от боголюбивейшего епископа Кирилла. Пересылая к тебе списки с них, прошу прочитать их с таким расположением души, чтобы в уме твоем не возникало той тревоги, от которой часто происходят споры и вредные разногласия. Не сочти этого дела маловажным: ибо диавол, возбуждая гордость, часто и ничтожные дела так направляет и доводит до такой крайности, что их уже нельзя бывает исправить. Поэтому, с вниманием прочитай эти письма. К рассмотрению предлежащего дела допусти кого-либо из единодушных с тобой людей; предоставь им право говорить то, что полезно, а не то, что приятно. Если они все, усердно приступив вместе к рассмотрению этого дела, свободны будут от всякого страха, то они легко вместе обсудят его, и что кажется теперь мрачным, явится светлым.

III. Господин мой, боголюбивейший Келестин епископ, как видно из его письма, назначил очень малый срок, определив для ответа десять дней; но это дело можно сделать и в один только день, даже в несколько часов. Потому что в учении о спасении нас Христом, царем всего мира, всего лучше употреблять слово, соответствующее Ему, употребляемое многими отцами, соответствующее истине спасительного рождения Его от Девы. Твое благочестие не должно отвергать этого, как такого, в чем нет опасности. Не должно также думать, что не прилично говорить против себя самого. Ибо если твой ум мыслит так же, как отцы и учители Церкви (а это мы знаем о тебе, владыка, чрез многих общих нам друзей), то для чего же тяготиться открыто сказать благочестивую мысль словом, соответствующим этой мысли, и притом в такое время, когда началось такое беспокойство от твоих толкований веры? Без сомнения, тебе известно, боголюбивейший, что везде, и в далеких от нас и близких к нам местах все пришло в движение, везде слышен говор об одном и том же: какая-то сильная буря вдруг застигла церкви: везде верующие со дня на день отделяются одни от других вследствие этого толка. Что это точно так, видно из настоящих дел: Запад, Египет, и даже Македония решительно отделились от единения, какое благодать Божия даровала церквам, многим потом и трудами святых и славных епископов, а особливо вполне святого, общего нам отца, великого Акакия. И кто станет охуждать тебя, когда ты станешь говорить, что думаешь? Напротив, не одобрит ли всякой, когда то имя, смысл которого твое благочестие, как мы знаем, понимает, примешь для того, чтобы тем сохранить благосостояние и мир во вселенской Церкви? Считаю благовременным указать тебе на один прекрасный пример, который бы ты, как я желаю, помнил. Немного прошло времени после того, как это было у нас, так что это не могло быть забыто. Ты, без сомнения, помнишь блаженного Павла епископа: он в одном из своих толкований сказал какие-то слова, которые не были одобрены, прежде тобой (в то время ты действовал свободнее и смелее других), а после и всеми, кто слышал. Заметив вред и тревогу, какая последовала за первым неудовольствием, и поняв, что эта тревога может произвести не только разделение, но и противоборство между людьми, потому что они обыкновенно начинают делиться на толки, начинают бо́льше и бо́льше друг другу противодействовать, как скоро улучают повод к тому, хотя искра соблазна, по-видимому, незначительна (как и у нас в настоящее время делается), – этот великодушный епископ, по прошествии немногих дней, явился к народу и, краснее от стыдливости, исправил прежние слова свои, ко благу Церкви. Показав свое исправление, он тотчас загладил порицание, какому подвергали его; он не считал исправления чем-то унизительным для себя. Все знали, что слова, прежде им произнесенные, были слова гнилые, но тотчас примирились с ним, как скоро увидели в нем перемену.

IV. Убеждаю твое благочестие не к такой перемене одного слова на другое, которое принесло бы тебе бесчестие, не к юношеской изменчивости в своих мыслях, как иной почел бы это. Но так как тобой часто и многим говорено было, как я знаю, что ты не самый смысл благочестивого верования устраняешь, а не одобряешь только выражение его: то если бы кто из знаменитых учителей Церкви предложил тебе употребить и это слово, т. е. святую Деву назвать Богородицею, то ты, без сомнения, не отказался бы от этого. Убеждая тебя, я вызываю тебя сказать то самое, в чем ты, как мне известно, не ошибаешься по образу мыслей; ты только употребишь слово и имя, которое составлено многими отцами, употребляемо было ими и в книгах и устно, не откажешься от такого слова, которое обнаруживает только благочестивую мысль ума. От этого имени не отказывался ни один из церковных учителей. Тех, которые употребляли его, было много, и притом знаменитых; а не употреблявшие не осуждали употреблявших. В самом деле, мы, по излишней снисходительности к ложным мнениям еретиков, несправедливо оставляем без уважения совесть своих братий, и без всякой нужды смущаем ее, отвергая слово, которого смысл признаем правильным и верным. А если мы не будем принимать его с тем значением, какое в нем заключается, то мы неизбежно впадем во множество заблуждений, – а что всего опаснее, лишим себя спасения, доставляемого неизреченным строительством единородного Сына Божия. Ибо как скоро отвергнется это слово, а следовательно и тот смысл, какой в нем заключается, то от туда будет следовать мысль, что Тот, кто для нашего спасения неизреченно являлся на земле, не был Бог, что Бог Слово, истощившый себя до принятия образа раба (Филипп. 2, 7), не показал нам неизреченного человеколюбия; тогда как священное Писание более всего утверждает Божие человеколюбие к нам, когда говорить, что единородный Сын Бога, вечный и всегда с Ним пребывающий, бесстрастно родился от Девы, о чем так говорит божественный апостол: посла Бог Сына своего, раждаемого от жены (Галат. 4, 4). Он ясно указывает, что Единородный неизреченно родился от Девы, как я говорил прежде. Если ради этого рождения отцы называли Деву Богородицею, как и мы ныне называем ее сим именем: то не знаю, для чего нам (извини меня за эти слова) еще приниматься за совершенно ненужное исследование этого догмата, к смущению, как видишь, себя самих и церковного мира? Для нас, нет никакой опасности говорить и мыслить согласно с знаменитыми учителями Церкви Божией. Считаю излишним перечислять здесь имена их; ты знаешь их не меньше, чем и каждый из нас, потому что и ты сам и мы все считаем для себя за честь быть их учениками.

Прошу, прими от нас этот совет; сделай то, к чему тебя убеждаем; не давай повода новому мнению внести в Церковь несогласие и разделение, рассуди: если прежде этих писем, какие присланы, много недоброжелательных к нам было, то теперь сколько будет таких, которые, получив смелость по случаю этих писем, открыто будут говорить против нас? Я писал к тебе это послание в присутствии многих благочестивейших епископов, благорасположенных к твоему благочестию, которые по случаю были у меня в то время, как доставлены ко мне те неприятные письма. Я думал, что этим я исполню и обязанность друга, согласно моему обещанию, и братским советом дам помощь правильно судить твоему уму, утомленному настоящими обстоятельствами. Прошу боголюбивую твою душу принять без спора этот совет, какой предлагаю с чувством благоговения к Богу и любви к тебе для утверждения мира Церкви. Предлагаю его не я один, но и все епископы, которые, как я говорил, были при мне, – господин мой боголюбивейший епископ Архелай, и с ним находящиеся Апрингий, Феодорит, Илиад, Мелетий н Макарий, который, по благодати Божией, недавно сделался настоятелем лаодикийской церкви Божией. Все они, твердо держась учения Церкви, и согретые, как и я, любовию к тебе, просят тебя, владыко, чтобы ты показал покорность, вникнув в содержание тех писем, которых сила грознее бури: она не возмутит, не встревожит, если будем уступчивы, но низринет, если станем противиться ей. Считая дело твое своим собственным, этот совет мы хотели предложить тебе: благодушно прими его, и не смотря на то, если кто-нибудь из недоброжелательствующих нам станет внушать тебе пренебречь этим делом, ко вреду и себе и всей Церкви. Благоволи, прошу тебя, в ответ на это письмо сказать, как ты думаешь о том, или лучше, напиши не то, что думаешь ты, а то, что служит ко благу.

XXII. Послание Кирилла, епископа александрийского, к Несторию об отлучении.

Кирилл и собор, собравшийся в Александрии из египетского округа, Несторию, благоговейнейшему и боголюбезнейшему сослужителю, желают о Господе всякого блага.

I. После того, как Спаситель наш ясно говорит: иже любит отца, или матерь паче Мене, несть Мене достоин: и иже любит сына, или дщерь паче Мене, несть Мене достоит (Матф. 10, 37), что должны будем потерпеть мы, от которых твое благоговейнство требует любви к тебе бо́льшей, чем ко Христу, Спасителю всех нас? Кто будет в силах помочь нам в день суда? Или какое найдем мы себе оправдание в столь долгом молчании при твоих на Христа злохулениях? Если бы ты, имея такие мысли и учение, вредил только самому себе, то нам меньше было бы заботы. Но как ты соблазнил Церковь и распространил в народе закваску необычайной и чуждой ереси, и книги твоих толкований разнесены не только там154, но и повсюду: то какая еще причина достаточна будет к нашему молчанию? Или как невольно не вспомнишь Христовых слов: не мните, яко приидох воврещи мир на землю, но мечь. Приидох бо разлучити человека на отца своего, и дщерь на матерь свою (Матф. 10, 34. 35). Ибо когда искажают веру, тогда погибает уважение к родителям, как бы устарелое и неосновательное, прекращается и закон любви к детям и братиям, и, наконец, смерть для благочестивых становится приятнее жизни, да, по Писанию, лучшее воскресение улучат (Евр. 11, 35).

II. Итак, вот вместе с святым собором, собравшимся в великом Риме, под председательством святейшего и благочестивейшего брата и сослужителя нашего епископа Келестина, мы с третьим уже посланием обращаемся к тебе и единодушно советуем отстать от того ложного и превратного учения, которое ты выдумываешь и рассееваешь, а вместо его избрать правую веру, в начале преданную церквам святыми апостолами и евангелистами, которые были самовидцами и служителями Слова (Лук. 1, 2). Если твое благоговеинство не сделает этого к сроку, назначенному в послании помянутого святейшего и благочестивейшего брата и сослужителя нашего, епископа Церкви римской, Келестина: то знай, что ты не имеешь никакого общения с нами, ни места или счета между священниками Божиими и епископами. Ибо не возможно же нам оставаться небрежными, когда церкви так возмущены, народ соблазнен, правая вера попирается и ты разгоняешь стадо, ты, который должен бы хранить его, если бы, подобно нам, крепко любил правую веру, строго следуя благочестию святых отцов. А со всеми мирянами и клириками, коих твое благоговеинство отлучило или низложило за веру, мы все находимся в общении, – ибо несправедливо подвергаться твоим тяжким приговорам – тем, которые умеют мудрствовать православно, потому что они стали противоречить тебе с доброю целию. Это самое ты объявил в послании, писанном тобою к святейшему епископу великого Рима и нашему соепископу Келестину. Впрочем, недостаточно будет того, чтобы твое благоговеинство только исповедало с нами символ веры, изложенный некогда, во Святом Духе, святым и великим собором, который был собран, по обстоятельствам, в Никее; ибо ты понял и объяснил его неправильно, и даже превратно, хотя на словах исповедуешь так, как он изложен; – а следует, чтобы ты письменно и с клятвою исповедал, что ты проклинаешь злочестивое и гнусное свое учение, и будешь мудрствовать и учить так, как и все мы, западные и восточные епископы, учители и вожди народов. Что же касается посланий, писанных к твоему благоговеинству александрийскою церковию, как составленных правильно и неукоризненно, то с ними согласен святой собор римский и мы все. К настоящему посланию нашему мы приложили то, что до́лжно содержать и чему учиться, и то, от чего надлежит удаляться. Вот вера кафолической и апостольской Церкви, в которой согласны все православные епископы, западные и восточные.

III. Веруем во единого Бога Отца, Вседержителя, Творца всего видимого и невидимого; – и во единого Господа Иисуса Христа, Сына Божия, единородного, рожденного от Отца, то есть, из сущности Отца, Бог от Бога, Света от Света, Бога истинного от Бога истинного, рожденного, не сотворенного, Отцу единосущного, чрез которого все произошло как на небе, так и на земле, ради нас человеков и ради нашего спасения низшедшего, воплотившегося и вочеловечившегося, страдавшего и воскресшего в третий день, возшедшего на небеса и грядущего судить живых и мертвых; – и в Духа Святого. Говорящих же, что было время, когда не было Сына, что Он не существовал до рождения, и произошел из несущего, или утверждающих, что Сын Божий имеет бытие от иного существа или сущности, и что Он подлежит превращению или изменяем, таковых кафолическая и апостольская Церковь предает анафеме. Следуя во всем исповеданию святых отцов, которое постановлено под руководством говорившего в них Духа Святого строго разбирая цель заключающихся в нем мыслей и шествуя как бы царским путем, мы говорим: само единородное Слово Божие, рожденное из самой сущности Отца, истинный Бог от истинного Бога, Света от Света, которым получило бытие все, что есть на небе и на земле, ради нашего спасения сшедшее (с небес) и уничижившееся, воплотилось и вочеловечилось, то есть, приняв плоть от святой Девы и усвоив Себе от самого зачатия, претерпело наше рождение и произошло от жены человеком, не теряя того, чем было, но и по восприятии плоти и крови пребывая тем же, чем было, то есть, Богом по естеству и по истине. Но мы не говорим ни того, будто плоть превратилась в естество Божества, ни того, будто неизреченное естество Бога Слова изменилось в естество плоти. Ибо оно не подлежит превращению и изменению, но, по Писаниям, всегда пребывает совершенно тоже (Евр. 13, 8). Став же видимо и быв еще младенцем в пеленах, Оно, как Бог, и в недрах родившей Девы наполняло всю тварь и восседало с Родившим Его. Ибо Божество не имеет ни количества, ни величины и не терпит никакого ограничения.

IV. Исповедуя, что Слово соединилось с плотию ипостасно (καθ᾿ ὐπόςτασίν), мы покланяемся единому Сыну и Господу Иисусу Христу и в этом случае мы не разлагаем по частям и не разлучаем человека и Бога, особенно когда они соединены между собою не единством достоинства и произволения (ибо это пустословие, а не что другое); не называем Христом отдельно Слово, сущее от Бога, и также Христом отдельно другого, сущего от жены, но признаем одного только Христа – Слово, сущее от Бога Отца, с собственною Его плотию. Ибо тогда Оно по человечеству помазано (св.Духом), хотя достойным получить Само дает Духа, и дает не в меру, как говорит блаженный евангелист Иоанн (3, 34). Не говорим мы и того, что Слово, сущее от Бога, обитало в рожденном от святой Девы, как в обыкновенном человеке, да не представляют Христа человеком Богоносным. Ибо хотя Слово и с нами обитало (Иоан. 1, 14), но сказано, что во Христе обитало телесно и вся полнота Божества (Колос. 2, 9). А мы содержим в мысли и определяем, что Слово, став плотию, обитало во Христе, отнюдь не так же, как, говорится, обитало Оно во святых; но, став едино с человеческим естеством в ипостасном бытии, и не превратившись в плоть, Слово устроило такое обитание, какое, мощно сказать, имеет душа человека с собственным своим телом.

V. Итак един Христос и Сын и Господь, впрочем не так, будто человек имеет союз с Богом только по единению с Богом в достоинстве или в воле. Ибо равное достоинство еще не объединяет естеств. Например, Петр и Иоанн друг другу равны достоинством, как апостолы и святые ученики, но оба не суть одно. Не понимаем мы образ союза ни как приложение, ибо этого не достаточно для единения естеств, ни как согласие свойств, подобно как мы, прилепляясь к Господу, по Писанию, бываем един дух с Ним (1Кор. 6, 17). Мы даже избегаем имени союз (συναφείας), как не могущего достаточно выразить единение (ο:νωσιν). Слово, сущее от БогаОтца, мы не называем Богом или Владыкою Христа, чтобы опять единого Христа, Сына и Господа, видимо не рассечь на двое, и, делая Его Богом и Владыкою Самого Себя, не подпасть вине злохуления. Ибо Слово Божие, как мы уже прежде говорили, став едино с плотию ипостасно, есть Бог всего и владычествует над всем, а сам для Себя Он ни раб, ни Владыка. Мудрствовать и говорить таким образом глупо и даже нечестиво. Правда, Отца Он называет Богом своим, хотя сам по естеству – Бог и (рождается) из сущности Его: но мы знаем, что, гиребывая Богом, Он стал и человеком, подчиненным Богу, по закону, коему подлежит естество человеческое. А сам для Себя как Он может быть Богом или Владыкою? Итак, как человек и низшедший до уничижения по внешнему состоянию, Он говорит, что вместе с нами Он подчинен Богу. Таким же образом Он стал под законом, хотя сам изрек его и, как Бог, сам есть законодатель.

VI. Мы избегаем о Христе таких речей: „ради носящего чту носимого; ради невидимого поклоняюсь видимому». Ужасно прибавить к этому и следующее: „воспринятый Бог действует совокупно с воспринявшим». Кто говорит так, тот опять рассекает Христа на двое, и человека становит отдельною частью и Бога также; ибо открыто отрицает единение, по которому не приемлет кто-либо поклонение, как один в другом, ни Бог совокупно действует (с человеком), но признается един Иисус Христос, Сын единородный, с собственною Его плотию чтимый единым поклонением. Мы исповедуем, что самый Сын, рожденный от Бога Отца, и единородный Бог, хотя бесстрастен по собственному естеству, однако ж за нас пострадал плотию, по Писаниям, и в распятом теле бесстрастно усвоил Себе страдания собственной плоти. По благоволению Божию Он принял смерть за всех (Евр. 2, 9), предав ей собственное тело, хотя по естеству есть Жизнь и сам есть воскресение. Дабы в собственной плоти, как бы в начатке (πρώτη), поправ смерть неизреченною силою, быть перворожденным из мертвых (Колос 1, 18) и начатком из умерших (1Кор. 15, 20), и открыть человеческому естеству путь к достижению нетления, – Он по благоволению Божию, как мы сейчас говорили, вкусил смерть за всех и, расхитив ад, в третий день ожил. Посему, хотя говорится, что воскресение мертвых совершилось человеком (1Кор. 15, 21), но мы под человеком разумеем Слово, рожденное от Бога, и разумеем, что Им разрушена держава смерти. Как единый Сын и Господь, Он придет некогда во славе Отца, дабы, как написано, судить вселенную праведно (Псал. 37, 9). – Нужным считаем присовокупить и следующее:

VII. Возвещая смерть по плоти единородного Сына Божия, то есть, Иисуса Христа, исповедуя Его воскресение из мертвых и вознесение на небеса, мы совершаем в церквах бескровную жертву, приступаем таким образом к таинственным благословениям и освящаемся, причащаясь святой плоти и честной крови Христа, Спасителя всех нас; принимаем не как обыкновенную плоть (да не будет!), не как плоть человека освященного, и сопряженного с Словом единением достоинства, или сделавшегося обиталищем божества, но как кровь по истине животворящую и собственную для самого Слова. Ибо Оно, как Бог и Жизнь по естеству, и став едино с своею плотию, явно сделало ее животворящею. Посему хотя говорит нам: амин, амин глаголю вам, аще не снесте плоти Сына человеческого, ни пиете крове Его (Иоан. 6, 53), однако ж мы должны разуметь плоть не человека, одного из подобных нам (ибо как плоть человека будет животворящею по собственному естеству своему?), но плоть по истине принадлежащую собственно Тому, кто ради нас сделался и действовал как Сын человеческий.

VIII. Что касается до изречений нашего Спасителя, заключающихся в евангелиях, то мы не относим их раздельно ни к двум существам ни к двум лицам. Ибо един и единый только Христос, хотя и признается соединенным в нераздельное единство из двух и притом различных естеств, не есть сугуб; подобно как и человек признается состоящим из души и тела, однако ж не двойным, но единым из той и другого. Рассуждая по надлежащему, мы полагаем, что единым (Христом) сказаны человеческие и вместе божеские изречения. Именно, когда Он говорит о Себе богоприлично: видивый Мене, виде Отца (Иоан. 14,9), и: Аз и Отец едино есма (Иоан. 10, 30), то мы разумеем Его божеское, неизреченное естество, по которому Он и есть едино со Отцом своим, и по тождёству сущности, есть образ и начертание и сияние славы Его (Евр. 1, 3). Когда же, не находя бесчестия в человеческом естестве, говорит иудеям: ныне же ищете Мене убити, человека, иже истину вам глаголах (Иоан. 8, 40), мы опять и из свойств Его человечества неменее признаем Его Богом, равным и подобным Отцу. Ибо если необходимо веровать, что истинный по естеству Бог стал плотию, т. е. человеком, одушевленным разумною душою, то какое кто имеет основание стыдиться таких Его речений, кои были бы и человеку приличны? Если бы Он отказывался от речений, приличных человеку, то кто бы принудил Его стать подобным нам человеком? А когда Он ради нас низвел Себя в добровольное уничижение, то по какой причине Ему отказываться от речений, приличных уничижению? Итак, все заключающиеся в евангелиях изречения должно относить к единому лицу, к единой воплощенной ипостаси Слова. Ибо, по Писанию, един Гоcподь Иисус Христос (1Кор. 8, 6).

IX. Хотя Христос называется посланником и первосвященником исповедания нашего (Евр. 3, 1), как священнодействующий пред Богом и Отцом в исповедании веры, приносимом нами Ему и чрез Него Богу Отцу и даже св. Духу, не смотря на то мы говорим, что Он по естеству есть Сын Божий единородный, и как имя, так и самое совершение священства не приписываем человеку, отдельному от Него. Ибо Он, предав Себя самого в приятное благоухание Богу и Отцу (Ефес. 5, 2), стал посредником между Богом и человеками (1Тим. 2, 5) и ходатаем примирения. Посему и говорил Он: жертвы и приношения не восхотел еси, тело же совершил Ми ееи. Всесожжений и о гресе не благоволил еси. Тогда рех: се иду: в главизне книжней написася о Мне, еже сотворити волю твою, Боже (Евр. 10, 5–7. Псал. 39, 7. 8). Он принес собственное свое тело в приятное благоухание за нас, а не за Себя. Ибо, как Бог, выше всякого греха, какую имел Он нужду в приношении или в жертве за Себя? Если и все согрешили и лишены славы Божией (Рим. 3, 23), так как мы стали склонны к заблуждению и естество человеческое изнемогло от греха; но Он не таков, и потому мы побеждены Его славою. Какое, впрочем, сомнение может быть в том, что Он, истинный Агнец, заклан ради нас и за нас? Говорить, что Он принес Себя за самого Себя и за нас, почти тоже, что быть виновным в нечестии. Ибо Он ни в каком отношении не погрешил и не совершил никакого греха. Какую же нужду имел Он в приношении (за Себя), когда нет греха, за который бы справедливость требовала приношения.

X. Когда Он говорит о Духе: Он Мя прославит (Иоан. 16, 14), ты мы, рассуждая по надлежащему, говорим, что единый Христос и Сын приимет от Духа Святого славу не в том смысле, будто нуждается в славе от кого-нибудь иного, потому что Дух Его ни лучше, ни выше Его. Но так как Он употреблял (силу) Духа Святого при совершении великих дел для доказательства своего божества, то в сем смысле и говорит, что Им Он будет прославлен, подобно тому, как если бы кто из нас об имеющейся у него силе или знании в известном деле сказал: они меня прославят. Хотя Дух существует в собственной ипостаси и признается сам по Себе (существующим), так как Дух и не есть Сын; но и не чужд Ему, так как именуется Духом истины (Иоан. 16, 13), а истина есть Христос (Иоан. 14, 6). Посему, когда Дух чрез святых апостолов совершал чудеса, по вознесении Господа нашего Иисуса Христа на небо, Он прославил Его. Ибо люди тогда уверовали, что Он есть Бог по естеству, что Он же снова действует Духом своим: посему и сказал Он: яко от моего приимет, и возветит вам (Иоан. 16, 14). Впрочем этим мы не говорим, будто Дух мудр и силен по заимствованию (εκ μετόχης) (от другого лица): ибо Он всесовершен и не нуждается ни в каком благе. Но как Он есть Дух Силы и Мудрости Отчей, то есть, Сына: то по этому самому Он есть Мудрость и Сила.

XI. И как святая Дева по плоти родила Бога, соединившегося с плотию в (единую) ипостась: поэтому мы и говорим, что она есть Богородица, не в том впрочем смысле, будто естество Слова имеет начало бытия от плоти (ибо в начале бе, и Бог бе Слово, и Слово бе к Богу, Иоан. 1, 1., и само Оно есть творец веков, совечно Отцу и создатель всего), но в том, что Слово, как мы уже прежде говорили, приняв человеческое естество в личное с собою единение, претерпело плотское рождение из Ее ложесн, не потому опять, будто ради собственного естества имело необходимость во временном рождении, в последния времена мира, но для того, чтобы благословить самое начало нашего бытия, чтобы с рождением Его, соединившегося с плотию, от жены, прекратилась наконец клятва над всем человеческим родом, предающая земные наши тела смерти, чтобы с упразднением чрез Него приговора: в болезнех родиши чада (Быт. 3, 16) оправдалось сказанное у пророка: пожерта будет смерт возмогши; и опять: отъят Бог всякую слезу от всякого лица (Исаии 25, 8). Мы говорим, что для этой же цели Он по особому устроению сам благословил брак, и, когда пригласили его вместе со святыми апостолами, отправился в Кану галилейскую. Так думать мы научены святыми апостолами и евангелистами и всем богодухновенным Писанием и истинным исповеданием блаженных отцов. Все это должно принять и твое благоговеинство, и принять без всякого коварства. А что твоему благоговеинству необходимо предать анафеме, то изложено ниже, в прибавлении к нашему посланию.

1) Кто не исповедует Еммануила истинным Богом и посему святую Деву Богородицею, так как она по плоти родила Слово, сущее от Бога, ставшее плотию: да будет анафема.

2) Кто не исповедует, что Слово, сущее от Бога Отца, соединилось с плотию ипостасно, и что посему Христос един с своею плотию, то есть, один и тот же есть Бог и вместе человек: анафема.

3) Кто во едином Христе, после соединения (естеств), разделяет лица, соединяя их только союзом достоинства, то есть, в воле или в силе, а не, лучше, союзом, состоящим в единении естеств: анафема.

4) Кто изречения евангельских и апостольских книг, употребленные святыми ли о Христе, или Им самим о Себе, относит раздельно к двум лицам или ипостасям, и одни из них прилагает к человеку, которого представляет отличным от Слова Божия, а другие, как богоприличные, к одному только Слову Бога Отца: анафема.

5) Кто дерзает называть Христа человеком Богоносным, а не, лучше, Богом истинным, как Сына единого (со Отцом) по естеству, так как Слово стало плотию и приблизилось к нам, восприяв нашу плоть и кровь (Евр. 2, 14): анафема.

6) Кто дерзает говорить, что Слово Бога Отца есть Бог или Владыка Христа, а не исповедует, лучше, Его же самого Богом и вместе человеком, так как, по Писаниям (Иоан. 1, 14), Слово стало плотию: анафема.

7) Кто говорит, что Иисус как человек был орудием действий Бога Слова и окружен славою Единородного, как существующий отдельно от Него: анафема.

8) Кто дерзает говорить, что воспринятому (Богом) человеку должно поклоняться вместе с Богом Словом, должно его прославлять вместе с Ним и вместе называть Богом, как одного в другом (ибо так думать заставляет постоянно прибавляемая155 частица – συν вместе), а не чтит Еммануила единым поклонением и не воссылает Ему единого славословия, так как Слово стало плотию: анафема.

9) Кто говорит, что единый Господь Иисус Христос прославлен Духом в том смысле, что пользовался чрез Него как бы чуждою силою и от Него получил силу побеждать нечистых духов и совершать в людях божественные знамения, а не почитает собственным Его Духом, чрез которого Он совершал чудеса: анафема.

10) Божественное Писание говорит, что Христос был первосвященником и ходатаем нашего исповедания, что Он принес Себя за нас в приятное благоухание Богу и Отцу. Итак, если кто говорит, что первосвященником и ходатаем нашим был не сам Бог Слово, когда стал плотию и подобным нам человеком, а как бы другой некто, отличный от Него, человек, произшедший от жены; или кто говорит, что Он принес Себя в приношение и за самого Себя, а не за нас только одних, так как, не зная греха, Он не имел нужды в приношении (за Себя): анафема.

11) Кто не исповедует плоть Господа животворящею и собственно принадлежащею самому Слову Бога Отца, но принадлежащею как бы другому кому, отличному от Него, и соединенному с Ним по достоинству, то есть, приобретшему только божественное (в себе) обитание, а не исповедует, как мы сказали, плоть Его животворящею, так как она стала собственною Слову, могущему все животворить: анафема.

12) Кто не исповедует Бога Слова пострадавшим плотию, распятым плотию, принявшим смерть плотию и наконец ставшим первородным из мертвых, так как Он есть жизнь и животворящь, как Бог: анафема.

XXIII. Послание того же Кирилла к клиру и народу констатинопольскому.

Возлюбленным и вожделеннейшим братиям, пресвитерам, диаконам и народу константинонольскому епископ Кирилл и собор, сошедшийся в Александрии из египетского округа, желает о Господе всякого блага.

Поздно и с трудом пришли мы к тому, к чему лучше было бы обратиться в начале, именно, чтобы позаботиться о спасении всех вас и об избавлении от смущения относительно веры. Впрочем мы сочувствуем общей вашей скорби по сему случаю. Ибо мы провели минувшее время не без слез. Но мы ждали, что благопочтеннейший епископ Несторий, в следствие советов и убеждений Церкви и в следствие обличений со стороны всех вас, отстанет от своего гнустного учения и вместе с нами будет чтить ту веру, которая предана церквам святыми апостолами и евангелистами и всем освященным собором, и речениями святых пророков запечатлена в ее истинности. Но как из речей его, какие он не перестает говорить у вас по церквам, так и из письменных его объяснений, мы видим его заблуждающимся и безмерно нечествующим относительно веры: поэтому наконец мы вынуждены засвидетельствовать пред ним соборным посланием, что если он в скорейшем времени не откажется от своих нововведений и в срок, назначенный святейшим и благочестивейшим Келестином, епископом римской Церкви, письменно не проклянет того, что он говорил у вас и изложил в книгах или по крайней мере приготовил к изданию, каковые книги есть и у нас, – то он будет лишен всякого общения со священниками Божиими и будет от всех отчужден.

Впрочем никто да не обвиняет нас в медлительности. Ибо мы не были безпечны, когда находилось в смятении столь великое стадо и даже народы и церкви во всех местах. Но мы подражали опытным врачам, которые болезненные припадки в телах не тотчас исторгают приложением железа и огня, но в начале ослабляют мягкими лекарствами, ожидая времени, приличного для сечений. Итак, будьте мужественны о Господе, и, сохраняя свою веру неизменно, старайтесь благоугождать Христу, единому и единственному, истинному Сыну Божию, памятуя святых отцов наших, правильно и свято священствовавших у вас, которые при жизни своей называли святую Деву Богородицею. Ибо она родила Еммануила, который есть истинный Бог. Слово же стало плотию и плотски родилось от жены для того, чтобы мы сделались братиями Того, кто превыше всякой твари. Они проповедовали вам не двух Христов, но одного, того же самого – Бога Слова и вместе человека по плоти огь жены, человека, соединемного с Богом не простым соприкосновением и как бы только равночестием (такое холодное, бесплодное и оглупевшее учение принадлежит ему (Несторию). Они говорили, что Христос один и тот же плотию претерпел за нас смерть и божеством воскрес, поправ державу смерти, и Он же придет Судиею всех. Всегда возгревая в себе эту веру, храните себя нескверными и непорочными, не имейте с помянутым человеком общения, не внимайте его учению, если он вместо пастыря остается волком и если после такого нашего увещания решится еще мудрствовать превратно. С теми же из клириков или мирян, которые за православную веру отлучены или извержены им (Несторием), мы имеем общение, не одобряем несправедливого его решения, но особенно ободряем пострадавших, говоря им и то: если вас злословят за Господа, то вы блаженны: ибо Дух силы и Божии на вас почивает (1Петр. 4, 14).

XXIV. Того же (Кирилла) и того же собора (послание) к монахам константинопольским.

Благоговейнейшим и боголюбезнейшим отцам монастырей, пребывающим в Константинополе, Кирилл и собравшийся в Александрии святой собор желает о Господе всякого блага.

Ревность по Христе, какую оказало выше благочестие, когда Его поносили и притом в церкви православных, мы знаем хорошо. И мы весьма одобряем вашу преданность Христу и любовь к Его имени. Сами же постоянно пребываем в слезах и молим Спасителя всех Христа, да расторгнет ныне сети диавола, да упразднит соблазн по церквам и прекратит злохуления на Его славу. Но как Он долготерпелив, то благоговейнейшему епископу Несторию дал очень много времени для раскаяния. Ибо все так долго для него молчали и все молились и ожидали, чтобы он отстал от нечестивого пустословия, принял вместе с нами здравое и правильное мудрование, согласное с богодухновенными Писаниями, и решительно усвоил себе веру, изначала преданную церквам святыми апостолами и евангелистами, которые и были истинными строителями Христовых таин и получили повеление священнодействовать евангелие Его гю всей поднебесной. А как (Несторий) остается при одном и том же образе мыслей и, может быть, дошел еще до худшего (ибо он постоянно прилагает хулу к хуле и проповедует учение совершенно странное и чуждое, которого святая кафолическая Церковь вовсе не знает): то мы произнесли уже над ним приговор в третьем послании156, – том, которое послано от нас и от святейшего и благочестивейшего брата и сослужителя нашего Келестина, епископа великого Рима. Именно:

Если он решится переменить образ мыслей, и, оплакав свои речи, письменно проклянет развращенное свое учение, право же и нелицемерно исповедует веру кафолической Церкви, то пусть остается (в общении с Церковию и в своем сане), прося прощения и учась, чему следует. Если же он не решится сделать этого, то отчуждается и отлучается он сонма епископов и от учительского достоинства. Ибо не безопасно в виде пастыря оставлять волка, страшного для стад Спасителя. Итак будьте мужественны, как рабы Христовы, и заботьтесь о душах своих, все делая для славы Христовой и для того, чтобы повсюду проповедовалась вера в Него правая и безукоризненная. Это избавит вас от будущих бед, сделает достойными венцов от божественного судилища, когда Христос, Спаситель всех нас, будет принимать к Себе всех только за любовь к Нему. Целуйте друг друга лобзанием святым (Рим. 16, 16). Приветствуют вас все находящиеся со мною братия. Молю, чтобы вы, возлюбленные и вожделеннейшие, были здравы и сильны о Господе.

XXV. Учение Нестория и его анафемы, направленные против анафем Кирилла.

1) Кто говорит, что Еммануил есть истинный Бог, а не: с нами Бог157, то есть, что Он обитал в подобном нашему естестве, так что соединился с нашим естеством, воспринятым от Девы Марии, кто будет называть ее также Материю Бога Слова, а не Еммаиуила, и будет говорить, что само Слово Божие превратилось в плоть158, которую Оно восприняло для обнаружения своего божества, чтобы по виду стать как человек (Филип.2, 7): – анафема.

2) Кто говорит, что в соединении Бога Слова с плотию, по намерению Божию, устроено местное пременение (естества)159, что плоть стала причастна божественному естеству и Оно стало едино с плотию во всех отношениях: или опять, что (Христа) должно признать Богом, плоть распростирая в бесконечность неописанного естества160, что один и тот же (Христос) есть по естеству Бог и человек: – анафема.

3) Кто признает Христа, который по существу своему есть Еммануил, единым не вследствие союза лиц, и не исповедует Его (состоящим) из двух лиц, Бога Слова и воспринятого им человека, сочетанных во едино в Сыне, при чем единение их у нас сохраняется без смешения (естеств)161: – анафема.

4) Кто изречения евангельских и апостольских книг, употребленные о Христе, как о состоящем из того и другого естества, принимает как бы об одном естестве162, и страдания покушается приписывать Богу Слову, как по плоти, так и по божеству: – анафема.

5) Кто дерзает говорить, что после восприятия человека Сын Божий есть един по существу163, тогда как Он Еммануил: – анафема.

6) Кто после воплощения будет признавать Бога Слово кем-то другим, а не Христом, кто осмелится говорить, что и зрак раба вместе с Богом Словом не имеет начала, и, как Он Сам, не сотворен, кто не будет признавать его (раба) сотворенным от Него, как Господа, творца и Бога по естеству, как Он и обещал восставить его собственною силою, говоря: разорите церков сию и треми денми воздвиту ю (Иоан. 2, 19): – анафема.

7) Кто говорит, что сотворенный в Деве человек есть самый Единородный, который прежде денницы рожден из чрева Отца (Псал. 109, 3), а не исповедует, что он получил наименование Единородного от Отца чрез соединение с Единородным по естеству; кто также называет Иисуса другим кем-то, а не Еммануилом: – анафема.

8) Кто говорит, что зрак раба достоин почитания сам по себе, т. е. по достоинству своей природы, хотя и не есть Владыка всего, а не за то почитается, что принят в общение с блаженным естеством Единородного, и по самому естеству Господа: – анафема.

9) Кто говорит, что зрак раба сосуществен Св. Духу, а не входит в общение с ним чрез посредство Бога Слова, и что от самого зачатия имел союз с ним, вследствие чего некогда и совершал чудесные врачевания в людях и со властию изгонял духов: – анафема.

10) Кто говорит, что само сущее в начале Слово соделалось первосвященником и посланником нашего исповедания (Евр. 3, 1) и самого Себя принесло в жертву за нас, а не признает посланником Еммануила, почему и приношение приписывает (самому) Тому, кто принял (человека) в единение, (все) относя к одному лицу Сына и приписывая Ему, то – как Богу, что принадлежит Богу, то как человеку, что свойственно человеку: – анафема.

11) Кто говорит, что принятая в единение плоть по силе своей природы животворяща, тогда как сам Господь и Бог возвещает: Дух есть, иже оживляет, плоть не пользует ничтоже (Иоан. 6, 63): – анафема. – Дух есть Бог (Иоан. 4, 24), сказано еще. Итак, кто говорит, что Слово Бог стало плотию ипостасно, тогда как плоть сохраняет свойственный себе вид в Господе Христе, – особенно, когда по воскресении Он сам говорит ученикам своим: осяжите Мя и видите, яко дух плоти и кости не имат, якоже Мене видите имуща (Лук. 24, 37): – анафема.

12) Кто, исповедуя страдания плоти, но, не различая достоинства естеств, те же страдания приписывает Богу Слову, как и плоти, которую Он воспринял: – анафема.

XXVI. Прошение диакона Василия и прочих монахов.

Благочестивейшим, досточтимым и почитаемым от Бога и от людей, христианским императорам, Флавиям Феодосию и Валентиниану, прошение от диакона и архимандрита Василия, от чтеца и монаха Фалассия и от прочих христианских монахов.

I. Человеколюбие Божие, даровавшее и дарующее человеческому роду причастие благ, неисчислимых для людей, видно во всем и над всем. Между сими дарами от Бога заключается истинное ведение и ненависть к ведению лжеименному, именно то, что мы знаем веру, свыше и изначала преданную кафолической Церкви от апостолов, мучеников, исповедников, святых епископов, содействующих ей, и благочестивейших императоров: и во-первых от апостола Петра, первостоятеля, по откровению и ведению, изрекшего исповедание и предавшего последующим родам – в словах: Ты еси Христос, Сын Бог живаго (Матф. 16, 16); от Иакова апостола и первоепископа, Иоанна апостола и евангелиста и прочих евангелистов; от мучеников, исповедников, епископов и всех веровавших и верующих в единосущную Троицу; от Иринея, великого Григория, епископа неокесарийского; от св. собора ста осьмидесяти епископов, сошедшихся в Антиохии против Павла самосатского, который (собор) низложил его за его нечестие, за то, что он не исповедывал Христа Богом по естеству и Сыном Бога Отца; от великого и святого собора никейского трех сот осьмнадцати епископов, подтвердившего определение отцов, бывших в Антиохии; от Василия и Григория, братьев епископов, Афанасия епископа александрийского, Ефрема Сирина, Григория епископа, Аммона епископа, Виталия епископа, Амфилохия, Павла, Антиоха, Евстафия, Мефодия, Оптима, Лепория, Амвросия медиоланского; от всего собора африканского; от Иоанна Севериана, Аттика епископа, Кирилла епископа александрийского, который и ныне в живых и следует закону нашего благочестия. Да и никто из людей не может перечислить всех верных, веровавших во Христа Сына Божия и верующих, что Он воистину есть истинный Бог. Ибо, после того, как Он ради нас стал человеком, пребывая, чем был, Богом (как признает и ваше благочестие), мы не отрицаем в Нем того, чем Он был. Но мы веруем, исповедуем и проповедуем, что предвечный Бог Слово, единородный Сын Божий, ради многого своего человеколюбия к нам, стал совершенным человеком, подобным нам во всем, кроме греха, для сиасения рода нашего родившись от св. Девы Марии, так, как только Он сам знает.

II. По поводу этого истинного учения, тщательно проповедуемого в святейшей Церкви, и за еретика Павла, по справедливости изгнанного, произошли расколы в народах, неустройство в священниках, беспорядки в пастырях. Посему и теперь некоторые из благоговейнейших пресвитеров, в собраниях часто обличают в лицо Нестория, коему вверен епископский престол (если должно называть его епископом), и по причине его упорства, с которым он не признает св. Деву Богородицею, а Христа истинным Богом по естеству, отделились от общения с ним и доселе продолжают это разобщение. Другие тайно также уклоняются от общения с ним. Иные из благоговейнейших пресвитеров получили запрещение говорить, за то, что они в этой святой церкви, Приморской Ирине164, заговорили против вновь искаженного догмата. Посему народ, ищущий обычного учения православия, открыто восклицал: „императора мы имеем, а епископа нет“! Впрочем эта попытка народа не осталась ненаказанною. Часть его была захвачена слугами, и в царствующем граде на судилище били (захваченных) всячески, так как не бывало и у варварских народов. Некоторые в святейшей церкви при народе в глаза обличали (Нестория), и за то потерпели не мало оскорблений. А один из простых монахов, подвигнутый ревностию, решился, при собрании, среди церкви, остановить вход проповедника беззакония, так как он еретик. Но этот, избив его, предал его гражданским начальникам. Сверх того, подвергнув публичному наказанию и посмеянию, сослал его в заточение, с глашатаем впереди. Этого мало. Если б не удержала помощь Божия, придворные самого владетеля, после нечестивой беседы его (Нестория) произвели бы убийство в самой святейшей церкви.

III. А то, что мы претерпели, для многих, слышащих об этом, может показаться невероятным. Так, по его (Нестория) приказанию и ободрению, вошли мы в епископскую палату с целию удостовериться, так, или нет, поняли мы слышанное об нем. Но он дважды и трижды отсылал нас подождать, и потом едва позволил нам высказать, чего мы желаем. Когда же услышал от нас, что его выражения – „Мария родила только единосущного себе человека» и „рожденное от плоти есть плоть“, – не приличны православным, то тотчас приказал захватить нас, и – судейская прислуга под ударами отвела нас в судилище. Здесь, обнажив и оковав нас, как подлежащих наказанию, нас заклеймили, растянули и били пятами. Итак, чего во внешних (гражданских) судилищах не переносят, не говорим, клирики и архимандриты или монахи, и даже никто из мирян, то мы, вопреки законов, претерпели в церкви от законопреступника. И много времени провели мы в оскорблениях от судилища, в голоде, под стражею прислуги. Но ярость его не удовольствовалась и этим. Каким-то обманом, после этого, предали нас знатнейшему начальнику великоименитого города, и нас, окованных железом, отвели в темницу; потом, точно также в оковах, повели в преторий. Но как не было ни одного обвинителя; то опять под стражею отвели нас в судилище. Здесь он снова мучил нас, бив по лицу. Потом начал говорить, и притворно, как оказалось в последствии, согласился, что от святой Марии Богородицы родился Сын Божий по естеству, говоря: «ведь есть иной сын“, – и таким образом отпустил нас.

IV. Итак, умоляем вашу бессмертную и благочестивейшую веру, не оставляйте наконец православную Церковь на бесчестие еретикам в правление ваше, православные и благочестивейшие императоры. Не потому просим, будто желаем чрез это отмстить за обиды нам сделанные, (Бог тому свидетель!), но мы желаем, чтобы основание христианской веры пребывало непоколебимо. Да повелит ваше величество быть здесь святому и вселенскому собору, дабы чрез созвание его Бог соединил святейшую Церковь, совокупил народ и доставил священникам возможность проповедию истинной веры прервать нечестивое учение прежде, чем оно распространится. Настоятельно умоляем об этом, потому что Несторий старается устрашить угрозами, изгнанием, заточением, (действовать) хитростию, обольщением, оскорблениями, и для утверждения своего безумия и нечестия делает все, не щадя ничего, ни Бога не страшится, ни людей не стыдится, не уважает ни епископов, ни священников, ни клириков, ни святых монахов, ни благоговейных мирян, не боится ни казни, угрожающей беззаконникам, ни закона служителей гнева Божия на тех, которые вызывают его на себя, но все это делает, вооружившись презрением ко всем, надеясь на состояние свое и на силу некоторых растленных нравом людей и даже, если сказать небоязненно, на ваше величество. Умоляем, не позволяйте ему ничего делать никому, прежде, чем восстановится целость православной веры, дабы подобными делами он не вытеснил ее и не ввел свою. Ибо он сумеет, как думается, многих хотя страхом ослабить и отвратить от веры; потом, нашедши себе единомысленников, даст им смелость открыто нападать на всякого, даже с побоями, и преследовать. И не только своих клириков или домашних совратил он на свою сторону, но принял к себе и из чужих епархий несколько лиц, которым по церковным правилам отнюдь не позволительно оставаться в иной епископии, или в иной церкви, но необходимо быть в собственных приходах или городах, куда они рукоположены, и здесь жить в тишине. О, дабы с продолжением времени, при благоприятстве правительства, не распространилось далеко это нечестие! Оно вменено будет в вину вашему благочестию: ибо Бог на то поставил вас служителями своими, чтобы вы блюли славу Его, прославившего и прославляющего вас, и имеющего воздать вам награду со всеми святыми, верно сохранившими возложенные на них служения. Таковым Он скажет: добре, рабе благий и верный, о мале был еси верен, над многими тя поставлю: вниди в радость Господа твоего (Матф. 25, 21). Истинные христиане веруют этим словам и свидетельствуют веру свою делами. А неверные и отверженные, живущие для своего чрева и на это самое все издерживающие, если слышат, что кто-нибудь Христа исповедует Богом, скрежещут зубами, как тогдашние иудеи затыкали уши свои, когда св. Стефан первомученик произносил: се вижу небеса отверста, и Сына человеча одесную стояща невидимого Бога (Деян. 7, 56). Так и эти люди скрежещут зубами на христиан и стараются совершить над ними всякую ярость.

V. Итак мы просим, чтобы восстающие на православных и под предлогом самозащищения, как говорят, нападающие на кого ни попало, попечительностию знатнейшего епарха нового Рима были укрощены, доколе не восстановится целость веры. Если же вы не послушаете и презрите нас, то мы пред лицем Царя веков нетленного, невидимого, единого премудрого Бога (1Тим. 1,17), пришедшего и явившегося, как Ему было угодно, для нашего спасения и опять имеющего придти для суда живых и мертвых (Деян. 10, 42), пред которым преклоняется всякое колено небесных, земных и преисподних, и которого всяк язык исповедует (Филип. 2, 10. 11), призываем вас во свидетели нашей невинности. Ибо мы умоляли вас о созвании вселенского собора, который бы мог прочно утвердить колеблющееся, или восстановить ниспроверженное. Но по благодати и при помощи Божией, действующей в вас, врата адовы которые суть уста еретиков, не возмогут ей (вере) сделать зла (Матф. 16, 18). О если б, достигнув этого, мы могли благоугодно и православно в единомыслии воссылать к Богу обычные молитвы о спасении всех и о вашем царстве. Аминь.

XXVII. Грамота Императоров Феодосия и Валентиниана к епископу александрийскому Кириллу165
.

Самодержавные императоры, Феодосий и Валентиниан, победоносные, торжествующие, великие, досточтимейшие, августейшие,– епископу Кириллу.

Выше всего мы поставляем страх Божий, по которому и погрешающим оказывается снисхождение. Но непохвально то, что не имеют снисходительности те, которые должны бы от нас заслуживать всякие похвалы и особенное уважение за глубокое благочестие. Священнослужители должны быть примером и добрых нравов и чистоты веры, должны всегда отличаться простотою жизни, знать сущность каждой вещи и преимущественно учение благочестия, особенно если возникнет какой-либо вопрос или сомнение. Ибо и сначала это учение определили для нас не угрозы какого-либо владыки или думающего владычествовать, но совещания св. отцов и священного собора. Впрочем всякому известно, от приказаний ли более получает твердости благочестие, или от разумения. Посему твое благочестие ныне же должно объяснить нам, почему ты, миновав нас, которые, как тебе известно, очень заботимся о благочестии, и священные лица всех мест, собрание которых могло бы удобно разрешить недоумения, произвел сам собою смятение и разделение в церквах. Как будто учению благочестия более приличны рьяные порывы, чем точное исследование, и как будто пред нами большую силу имеет дерзость, чем умеренность, и нам нравится более тонкость (в вероучении) чем простота. Да, мы не думали, чтоб твое благочестие так приняло воздаваемые от нас тебе почести, чтобы ты все так смутил, – как будто бы и мы также склонны были к раздражению. Напротив, мы будем заботиться о мире церковном. А ты знай, что ты все смутил, как не следовало бы. И нисколько не дивно, что преступивший меру в сем случае не остановился в нападении на церкви и священников, но и относительно нас самих поверил кое чему, недостойному нашего благочестия. Ибо какая была причина – иное писать к нам и к супруге моей благочестивейшей Августе Евдокии, и – иное к сестре моей благочестивейшей Августе Пульхерии, если ты не думал, что мы находимся в разномыслии, или надеялся произвести разномыслие между нами письмами своими? Если бы такое разномыслие и было на самом деле, то из любопытства узнавать о нем человеку, столько от нас отдаленному, совершенно предосудительно. А если не было разногласия, то желать произвесть его, свойственнее всякому другому, чем лицу священному. Поистине это могло произойти от одного намерения и стремления произвесть разделение в делах церковных и царских, как будто нет другого случая к достижению славы.

Итак узнай, каков наш образ мыслей; знай и то, что Церковь и государство находятся в союзе между собою и под влиянием нашим еще более будут соединены промыслом Спасителя нашего Бога. Но и тебе мы даруем прощение, чтобы не было предлога и ты не мог сказать, будто за дело веры и благочестия ты подвергся порицанию. Мы желаем только, чтобы это дело на священном соборе было рассмотрено и решено так, как окажется лучше, получат ли прощение побежденные от отцов, или нет. Мы однако ж не потерпим, чтобы города и церкви были в смятении и чтобы осталось неисследованным учение, которого первыми судиями должны быть из всех мест предстоятели священства, при посредстве которых и мы крепко держимся и будем держаться истинного учения. Из тех, кто хотя мало участвует в правлении, отнюдь никто не должен считать себя в праве своевольствовать, если вознамерится по самомнению освободиться от такого суда. Этого не будет позволено тому, кто бы и захотел. Наше величество необходимо одобрит тех, которые с готовностию поспешат к такому исследованию, но не потерпит того, кто захотел бы более повелевать, чем излагать только свои мнения или совещаться с другими о таких предметах. Посему и твое благоговеинство должно прибыть к тому времени, какое назначено будет другими грамотами, посланными ко всем епископам главных городов, и не надейся иначе возвратить наше благоволение, как только, если оставив все оскорбительное для других и возмутительное, добровольно явишься для исследования вопросных предметов. Ибо в таком случае ты докажешь, что не вследствие личной неприятности, не из неприличной неприязни к кому-нибудь, ты поступил так жестоко и необдуманно, защищая свое мнение, и что напоследок желаешь поступать законно. Да если б ты и пожелал сделать иначе, мы не потерпим.

Высочайшая грамота, посланная в Александрию к епископу Кириллу и к епископам областных митрополий.

Самодержавные императоры, Феодосий и Валентиниан, победоносные, торжествующие, великие, досточтимейшие, августейшие, – епископу Кириллу.

Состояние нашего государства зависит от образа богопочтения и у них много общего и сродного. Они поддерживают одно другое, и каждое из них возрастает с успехами другого, так что истинное богопочтение светится правдивою деятельностию, а государство цветет, когда соединяет в себе то и другое. Посему, поставленные Богом на царство, назначенные быть средоточием благочестия и благополучия подданных, мы всегда храним союз их неразрывным, служа Промыслу и людям: Промыслу служим в преспеянии государства, а подданных, во всем, так сказать, принадлежа им, устрояем в благочестивой вере и в жизни, приличной верующим. О том и другом стараемся, как должно. Ибо не возможно, присваивая себе одно, не заботиться равно и о другом. Преимущественно пред прочим мы заботимся о том, чтобы состояние Церкви оставалось достойным Бога и приличным нашим временам, чтобы от единомыслия всех происходило спокойствие, и от мира в церковных делах – невозмутимая тишина, чтобы богопочтение и богослужение было безукоризненно, чтобы находящиеся в клире и совершающие великое служение священства были свободны по жизни от всякого упрека с худой стороны.

Соображая, что все это поддерживается любовью к Богу и единодушным мышлением верующих, мы давно уже по обстоятельствам времени признавали необходимым боголюбезное собрание святейших епископов изо всех мест. Однако ж, чтобы не утруждать их, мы долго медлили. Но исследование нынешних необходимых церковных и сопряженных с ними общественных вопросов показало неотвратимую нужду в таком собрании. Посему, чтобы нерадение о предлежащем исследовании столь важных предметов не привело к чему-либо худшему, что́ не свойственно благочестию наших времен, преподобие твое (да будет сказано с Богом!) да озаботится, после наступившей св. пасхи, прибыть в Азию, в Ефес, на самый день св. пятидесятницы, повелев туда же. прибыть немногим, кому заблагорассудишь, святейшим епископам из подчиненного тебе округа, так, чтобы и в самом округе оставалось достаточное число (епископов) для святейших церквей и для собора не было недостатка в способных.

Об указанном святейшем соборе тоже самое от нашего величества написано боголюбезным епископам всех митрополий. Когда же это совершится, тогда произшедшее от споров смятение разрешено будет по правилам церковным, незаконные поступки будут исправлены, богопочтению и общественной пользе дано будет твердое основание. Само собою разумеется, что прежде святейшего собора и по общему его решению данного для всех правила, не должно быть нововведения ни от кого в частности. Мы уверены, с одной стороны, что каждый из боголюбезнейших священнослужителей, узнав, что сим определением нашим святейший собор учреждается ради церковных и вселенских дел, постарается прибыть и подать посильную помощь делам, столь необходимым и споспешествующим богоугождению. С другой стороны мы, так много заботящиеся об этом, не перенесем равнодушно ничьего отсутствия. Да и никакого не будет иметь оправдания ни пред Богом, ни пред нами тот, кто не поспешит тотчас прибыть к назначенному времени в указанное место. Ибо кого призывают на священный собор, и он не спешит с готовностию прибыть, у того явно совесть нечиста. Бог да хранит тебя, святейший и благочестивейший отец, на многие лета.

Дано в Константинополе 13 декабря, в лето правления владык наших, всегда августейших, Феодосия – тринадцатое, а Валентиниана – третье.

XXIX. Первое послание Кирилла, писанное из Родоса, прежде собора.

Кирилл возлюбленным и вожделеннейшим пресвитерам и диаконам и народу александрийскому желает о Господе всякого блага.

По благодати и человеколюбию Христа, Спасителя всех нас, мы переплыли великое и широкое море, при ветрах легких и самых тихих, так что достигли Родоса, совершив плавание без страха и без всякой опасности, за что и прославляем Бога словами псалмопевца; Ты владычествуеши державою морскою; возмущение же волн его Ты укрощаеши (иисал. 88, 10), А как, отсутствуя телом, духом же присутствуя, необходимо было хотя письменно обнять вас, как детей, то я сочел нужным написать вам и уведомить вас по крайней мере об этом. Надеюсь, что Бог, преклоненный мольбою всех вас, приложит и остальное. Поэтому совершите, как плод любви, молитву за нас, особенно в настоящее время (и я непрестанно это делаю), чтобы Бог, сокрушающий всякую брань, Господь сил, остановив возникшее разногласие и утишив все противоборство, снова возвратил нас в радости на радость вам, как детям. Ибо Он все может, по Писанию, и невозможного Ему нет ничего (Лук. 1, 37). А вы соблюдайте свойственное и приличное вам смирение. Это особенно докажет ваше право на уважение, именно что вы, и в присутствии и в отсутствии духовного отца, дорожите, жизнию благородною и достохвальною. Целуйте друг друга лобзанием святым (Рим. 16, 16). Приветствуют вас находящиеся со мною братия. Желаю вам, возлюбленные и вожделеннейшие, здравствовать о Господе.

XXX. Его же послание второе.

Кирилл возлюбленным и вожделеннейшим пресвитерам и диаконам и народу александрийскому желает о Господе всякого блага.

Тогда как я жаждал снова беседовать с вашим смирением, мне представились время и случай писать. Итак (да будет вам известно), по общим молитвам вашим, мы пребываем в Ефесе в надлежащем здравии и приближаемся наконец ко времени собора. Мы надеемся, что Христос, Спаситель всех, покажет церкви свои чистыми от превратных мыслей и православную веру восстановит во всем блеске, так что все, чистые и непорочные, содержащие ее неизменно, повсюду будут простирать праведные руки на молитвы, говоря словами блаженного Давида: да исправится молитва моя яко кадило пред Тобою, воздеяние руку моею жертва вечерняя (Псал. 140, 2). Лукавый, этот неусыпный зверь, обходит всюду, строя ковы против славы Христовой: но решительно ни в чем не успевает, ибо криводушие его остается без действия и лукавство его не имеет силы. Он строит ковы не против обыкновенного, не против простого, одного из подобных нам, человека, как думают новые учители, а против всемогущего Бога. Посему всякий, любящий Христа, скажет ему: жестоко ти есть противу рожну прати (Деян. 9, 5). Несчастный, он сам себя поражает, и вместе с исчадиями своими падет в погибель. Ибо развращающие правое учение святой Церкви суть его соучастники, и не избегнут суда Божия. Молитесь же за нас, да Бог, Спаситель всех, возвратит нас в радости к радости вашей. Он все может, и невозможного для Него нет решительно ничего. Приветствуйте друг друга святым целованием. Находящиеся со мною братия приветствуют вас. Желаю вам, возлюбленные и вожделеннейшие, здравствовать о Господе.

XXXI. Высочайшая грамота, посланная святому собору чрез придворного сановника Кандидиана, которому поручено и наблюдение благочиния на соборе.

Самодержавные императоры Феодосий и Валентиниан, победоносные, торжествующие, великие, достопочтимейшие, августейшие,– святому собору.

Много заботимся мы обо всем общеполезном, но преимущественно о том, что относится до благочестия: ибо благочестие доставляет людям и прочие блага. Посему, что́ нужно было, мы уже прежде писали относительно собрания вашего в ефесской митрополии. Но как справедливость требует позаботиться и о благочинии и тишине, нужной святейшему вашему собору при совещаниях, то мы не упустили из виду и того, чтобы соблюдена была для него невозмутимость со всех сторон. Хотя мы и уверены, что ваше благочестие не нуждается ни в какой внешней помощи, чтобы доставить мир и прочим, однако ж тщательное наше попечение о благочестии решилось не пренебречь и этим.

Посему знатнейшему придворному сановнику нашему Кандидиану повелено прибыть к вашему святейшему собору, с тем однако же, чтобы он нисколько не вмешивался в происходящее исследование о догматах (ибо не принадлежащему к числу святейших епископов несправедливо вмешиваться в дела церковные), а с другой стороны, чтобы он как мирян, так и монахов, и собравшихся уже, и имеющих еще собраться, всячески отдалял от самого города (ибо людей, нисколько ненужных для предстоящего исследования догматов, не надобно допускать, чтобы они производили смятения и таким образом препятствовали мирным постановлениям вашей святыни); равно он должен будет заботиться и о том, чтобы от неприязненных взаимно расположений разномыслие не дошло до больших размеров, а от этого не встретило бы препятствий рассуждение вашего святейшего собора, и от могущего произойти беспорядочного шума не замедлилось бы тщательное исследование истины, но чтобы каждый, без злобы выслушивая, что́ говорится, или придавал свое мнение, или возражал, и таким образом чрез предложение мнений и решение их исследование об истинном учении окончилось бы без всякого смущения и по общему решению вашей святыни получило бы утверждение неоспоримое и всем угодное. Преимущественно же нашим величеством тому же знатнейшему мужу Кандидиану повелено наблюдать, чтобы никто не оставлял назначенного для рассуждений места, ни с тем, чтобы возвратиться домой, ни по желанию дойти до двора нашего величества, ни с намерением пойти в другое какое-либо место; также, чтобы по чьему-нибудь требованию не был предложен совершенно посторонний церковный вопрос, или от кого-нибудь не возникло предложение, не относящееся к предлежащему рассмотрению святого учения, прежде, чем решены будут все недоумения о вопросном предмете, и что нужно к дознанию истины, все то, по точном исследовании, получит утверждение приличное православному богопочтению. Да знает ваше благочестие и то, что нашему величеству угодно, чтобы ни на вашем святом соборе, ни в народном там судилище не было возводимо на кого бы то ни было обвинение в денежных делах, или обвинение в преступлении, если бы с кем-либо что-нибудь такое случилось, но чтобы все дела такого рода были собраны в великоименитом городе; что знатнейший муж Ириней отправился вместе с Несторием, боголюбезнейшим епископом великоименитого города, только из дружбы с ним, но ни в каком отношении не должен принимать участия ни в делах святейшего вашего собора, ни в поручениях посланного нами знаменитейшего мужа – Кандидиана.

XXXII. Послание Иоанна антиохийского к Кириллу.

Владыке моему, боголюбезнейшему и святейшему сослужителю Кириллу, Иоанн желает о Господе всякого блага.

Немалую скорбь причиняет мне то, что я опоздал этими немногими днями, тогда как ваша святость уже прибыла в Ефес. Ибо любовь к твоей святыне более, чем самая нужда, побуждает меня, чтобы я поспешнее совершал путь. Но вот, по молитвам твоей святости, я уже при дверях, перенесши великую трудность пути. Ибо я уже тридцать дней нахожусь в пути (таково пространство пути), нисколько не давая себе послабления, так что некоторые из боголюбезнейших епископов во время пути подверглись расстройству здоровья, а из животных многие пали от поспешности в пути. Итак, владыко, молись, чтобы нам эти пять или шесть дней пути совершить без печали и с утешением обнять священную для нас и святую главу твою. Господин боголюбезнейший епископ Иоанн, Павел, Макарий, приветствуют твою святыню. Я и находящиеся со мною многократно приветствуют все твое братство. Будь здоров и продолжай молиться за нас, боголюбезнейший и святейший владыко.

ОТДЕЛЕНИЕ ВТОРОЕ166. НАЧАЛО СОБОРА

ДЕЯНИЕ I.

В лето правления владык наших, всегда августейших, Флавия Феодосия – тринадцатое, а Валентиниана – третие, на 23 июня в ефесской митронолии, по назначению боголюбезнейших и христолюбивых императоров, собрался собор, и в святейшей церкви, называемой Мария, воссели боголюбезнейшие и святейшие епископы:

Кирилл александрийский, представлявший также Келестина, святейшего архиепископа Церкви римской,

Ювеналий иерусалимский,

Мемнон ефесский,

Флавиан филиппийский, представлявший также Руфа, благоговейнейшого епископа фессалоникского,

Феодот анкирский, из первой Галатии,

Фирм кесарийский, из первой Каппадокии,

Акакий мелитинский, из Армении,

Иконий гортинский, из Крита,

Периген коринфский из Эллады,

Кир афродисийский, из Карии,

Валериан иконийский,

Исихий парийский,

Елланик радосский,

Донат никопольский, из древнего Эпира,

Евхарий доракийский, из нового Эпира,

Перекий фармальский,

Евдоксий хоматский, из Ликии,

Силуан херетопский, из Фригии,

Вериниан пергийский, из Памфилии,

Амфилохий сидский, из Памфилии,

Епифаний кратийский из Онориады,

Григорий керасунтский, из полемониакского понта,

Профимий команский,

Ииалладий амасийский, из Геллеспонта,

Сенекион кодрский,

Далматий кизический,

Акакий аркский,

Докимасий маронийский, из Фракии,

Иоанн приконнисский,

Даниил колонийский, из второй Каппадокии,

Гоман рафийский,

Павлиан маиумский,

Павел анеидонский,

Фид иопийский,

Аиан сикамазонский,

Феодор гадарский,

Литоий ливиадский,

Ампелай элусский,

Феодор аривильский,

Петр паремвольский,

Иоанн августопольский,

Саида фенский,

Руфин тавский,

Анисий фивский,

Калликрат навпактский,

Домн опунтский,

Никий мегарский,

Агафокл колонийский,

Фелиск аполлонийский и веллиадский,

Феодор додонский,

Кирилл пильский, из Херсониса,

Андирийхерронисский, из Крита,

Павел лампский,

Зиновий кносский,

Лукиан топирийский, из Фракии,

Еннепий максимианопольский,

Секундиан ламийский,

Дион фивский, из Фессалии, Феодор эхинейский.

Мартирий илистрский,

Фома дервийский,

Афанасий паросифский,

Фемистий иасский,

Аффонит ираклийский,

Филит амазонский,

Апеллай кивиррский,

Спудасий керамский,

Архелай миндский,

Фаниа арнасский,

Промахий алиндский,

Филипп пергамский, из Азии,

Максим кумский,

Дорофей миррский,

Максим асский,

Апор ипепский,

Александр аркадиопольский,

Евтихий феодосиопольский,

Родон палеопольский,

Евтропий эгейский,

Афовий колонский,

Несторий сионский,

Ираклеон траллийский,

Феодот нисский,

Феодор анинитский,

Тимофей вриульский,

Феодосий маставрский,

Евтихий эрифрийский,

Евсевий клазоменский,

Евфалий колофонский,

Модест анейский,

Феодосий приенский,

Евсевий магнисийский,

Саприкий пафский, из Кипра,

Зинон кирийский (киренский, из Кипра),

Ригин константийский,

Евагрий сольский,

Кесарий, областный епископ,

Тривониан аспендский, из Памфилии,

Нунехий селгийский,

Солон кораллийский,

Акакий когенский,

Нисий кориврасский,

Матидиан коракисийский,

Нектарий синейский,

Евтропий этенский,

Тавриан лирвийский,

Евсевий аспонский, из Галатии,

Филумен киннский,

Астрапит,

Евсевий ираклийский, из Онориады,

Паралий андрапский, из Геллеспонта,

Силуан кератапский,

Гермоген ринокурурский,

Евоптий птолемаидский, из Пентаполя,

Евсевий пилусийский,

Евлогий терепуфидский,

Адельфий онуфейский,

Павел флавонийский,

Фиваммон коптский,

Феопемпт кавасский,

Макарий метилейский,

Аделфий сасский,

Македоний ксосский,

Марин илиопольский,

Митродор леонтский,

Макарий антейский,

Пависк аполлонийский,

Петр оксиринхский,

Стратигий афривидский,

Афанасий паральский,

Силуан коприфидский,

Иоанн ифестский,

Аристовул фмуйский,

Феона сефритский,

Лампон касийский,

Кир ахейский,

Поплий олвийский,

Самуил дисфейский,

Зиновий варкский,

Зинон тивхирский,

Даниил дарнейский,

Сосипатр септимиакский

Евсевий нилопольский,

Ираклид ираклейский,

Хрисаорий афродитский,

Андрей эрмоиольский,

Савин паносский,

Авраам остракинский,

иерак афнейский,

Елип сельский,

Александр клеопатридский,

Исаак тавайский,

Аммон вутский,

Ираклид финейский,

Исаак элеархийский,

Ираклид тамиафидский,

Феона психосский,

Аммоний папефесский,

Весула, диакон карфагенский.

Тогда Петр, пресвитер александрийский и первенствующий из нотарей, сказал: протекло лишь несколько дней после рукоположения благоговейнейшего Нестория во епископа св. церкви константинопольской, как некоторыми из Константинополя уже предъявлены были его изъяснения, возмутительные для читателей, так что отсюда произошло большое смятение по святым церквам. Благочестивейший и боголюбезнейший епископ александрийский Кирилл, узнав о сем, написал к достопочтенному Несторию одно за другим два послания, исполненные увещаний и убеждений. Несторий отписал на них отрицательно, и неприязненно обошелся с посланными. Сверх того тот же благоговейнейший епископ Кирилл, узнав еще, что и в Рим отправлены от Нестория письма и книги его изъяснений, написал и сам к благочестивейшему епископу Рима Калестину чрез диакона Посидония, дав ему такое приказание: „если найдешь, что книги изъяснений Несториевых и письма отданы (Келестину), то отдай (ему) и мои письма: если же нет, то и мои, не отдавая, доставь сюда“. Посидоний узнав, что изъяснения и письма (Несториевы) переданы (Келестину), и от себя передал ему Кирилловы. Святейший епископ Церкви римской Келестин написал, что следовало, в самых ясных выражениях. Посему, когда по императорской, боголюбезной, воле составился здесь ваш св. собор, долгом почитаем объявить, что хартии об этом мы имеем в руках для представления вашей святыни.

Ювеналий, епископ иерусалимский, сказал: да прочтется боголюбезная грамота благочестивейших и христолюбивых императоров наших, писанная к митрополитам, и да озарит путь начинаемым ныне деяниям.

Благоговейнейший пресвитер александрийский Петр, принесши грамоту, прочитал так:

«Самодержавные императоры, Феодосий и Валентиниан, победоносные, торжествующие, великие, всегда августейшие, – епископу Кириллу. – Состояние нашего государства зависит от образа богопочтения“, и проч.167.

Фирм, епископ Кесарии каппадокийской, сказал: боголюбезнейший и святейший епископ города Ефеса Мемнон да засвидетельствует пред нами, сколько дней прошло после нашего прибытия.

Мемнон, епископ города Ефеса, сказал: от срока, назначенного в благочестивой и боголюбезной грамоте, прошло шестнадцать дней.

Кирилл, епископ александрийский, сказал: святой и великий собор довольно времени провел в ожидании прибытия боголюбезнейших епископов, на прибытие которых надеялся. Но как из епископов, одни подверглись болезни, а некоторые и умерли, и время уже выполнять предназначенное нам дело, и для пользы всей поднебесной исследовать учение веры: то да прочтутся по порядку хартии, относящияся к этому предмету, особенно потому, что чрез Кандидиана, светлейшего и знаменитейшего придворного сановника, препровождена собору вторая грамота боголюбезнейших и христолюбивых императоров, повелевающая исследовать и изложить учение веры без всякого замедления.

Феодот, епископ анкирский, сказал: хартии прочитаются в свое время, а теперь нужно, чтобы при совещаниях наших присутствовал и боголюбезнейший епископ Несторий, так чтобы учение благочестия установилось по общему суждению и соглашению.

Гермоген, епископ ринокурурский, сказал: во вчерашний день вашим благочестием мы посланы были напомнить благоговейнейшему Несторию, что он должен заседать вместе с вами на этом св. соборе, и – мы были у него с напоминанием об этом. Но он решительно сказал: посмотрю, и если мне нужно будет пойти, приду.

Афанасий, епископ паральский, сказал: вашим благочестием вчера мы посланы были сообщить благоговейнейшему Несторию, что он должен вместе с вами заседать на этом св. соборе. Прибыв к нему, мы доложили об этом. Но он с твердостию говорил: посмотрю, и если мне будет нужно пойти, приду.

Петр, епископ паремвольский, сказал: во вчерашний день мы посланы были вашим благочестием к благоговейнейшему епископу Несторию напомнить ему, что в настоящий день будет заседание св. собора. Он в ответ сказал: посмотрю, и если мне нужно будет пойти, приду. Напомнили мы об этом и находящимся при нем благоговейнейшим и боголюбезнейшим епископам, которых числом было шесть или семь. Они также сказали: посмотрим, и если сочтем нужным, на утро придем.

Павел, епископ лампский, сказал: святой и блаженный собор ваш поручил нам пойти к благоговейнейшему Несторию и уведомить его, чтобы он в нынешний день прибыл на святой и блаженный ваш собор. Вместе с святыми братиями, которые уже высказали об этом, отправлялся и я уведомлять его, чтоб он в нынешний день прибыл на святой ваш собор для совокупного заседания. Он же сказал: если признаю нужным, то в свое время приду. И не только его мы уведомляли, но и некоторых благоговейнейших епископов, с ним находящихся. А с ним было шесть или семь епископов.

Флавиан, епископ филиппийский, сказал: пусть некоторые из благоговейнейших епископов пойдут и снова напомнят Несторию, чтобы он прибыл для заседания со святым собором.

И святым собором посланы были: Феодул епископ Элузы палестинской, Андирий епископ Херрониса критскаго, Феопемпт епископ Каваса египетского, и Епафродит, чтец и нотарий благоговейнейшего Елланика, епископа родосскаго. Они имели от св. собора и предписание самому благоговейнейшему епископу Несторию следующего содержания:

„Благочестию твоему, вчера благочестивейшими и боголюбезнейшими епископами уведомленному о том, чтобы ты прибыл на св. собор, сегодня составившийся во святой и соборной церкви, не следовало уклоняться от сего. Но как твоей святыни недостает и теперь на сошедшемся уже святом соборе, то чрез благоговейнейших и боголюбезнейших епископов, Феопемпта, Феодула и Андирия, и чрез чтеца и нотария родосского Епафродита, мы по необходимости снова убеждаем тебя прибыть и не уклоняться от дела, особенно потому, что благочестивейшие и боголюбезнейшие императоры повелели нам, оставив все, заняться утверждением веры“.

И когда они возвратились, Петр, пресвитер александрийский и первенствующий из нотариев, сказал: так как посыланные св. собором благоговейнейшие и боголюбезнейшие епископы прибыли, то мы желаем, чтобы они объявили, какой они получили ответ.

Феопемпт, епископ кавасский сказал: быв посланы святым и великим собором к благоговейнейшему Несторию, мы отправились в дом его, и, увидев там множество воинов с палицами, просили допустить к нему. Но они удержали нас, говоря: он отдыхает и почивает, и нам приказано никого не допускать к нему. Когда же мы сказали, что нам нельзя уйти, не

получив ответа, потому что святой собор послал к нему предписание, повелевая ему явиться для заседания вместе с другими: тогда вышли клирики его и дали нам такой же ответ, какой и воины. Мы продолжали просить их, как и воинов, о том, чтобы нам получить ответ. Тогда трибун Флорентий, сопровождавший Кандидиана, знатнейшего придворного сановника, предложил нам пождать, как бы намереваясь принесть нам ответ. Мы и ждали. Но потом, вышедши с клириками его, сказал нам: я не мог видеть его (Нестория); но он приказал сказать вашему благочестию, что когда соберутся все епископы, тогда и мы выйдем к ним. Тогда мы попросили Флорентия, всех находившихся тут воинов и клириков Нестория, быть свидетелями и удалились.

Феодул, епископ элусский, сказал: и я тоже самое слышал, и тоже самое объявляю.

Андирий, епископ Херрониса критскаго, сказал: по определению святого и блаженного собора, и я был там, и тоже самое говорил и слышал, что без опущения объявили бывшие со мною благочестивейшие епископы.

Флавиан, епископ Филиппийский, сказал: так как не следует ничего опускать из церковного порядка, а между тем боголюбезнейший Несторий, несмотря на двукратное напоминание, вчера и сегодня, очевидно противится, то снова нужно напомнить ему третьим предписанием. Именно, благочестивейшие сослужители, Анисий, епископ фивский из Еллады, и Домн, епископ той же Еллады, Иоанн, епископ Ифеста августамникскаго, и Даниил, епископ дарнейский из Ливии, – пусть отправятся (к Несторию) и в третий раз напомнят ему. И они отправились с Анисием, нотарием и чтецом Фирма, епископа каппадокийскаго, имея при себе предписание следующего содержания:

„Святейший собор, исполняя правила и делая тебе великодушное снисхождение, вот в третий уже раз призывает твое благоговеинство. Благоволи же, по крайней мере ныне явиться и оправдаться пред сонмом церковным в том еретическом, учении, которое, говорят, ты проповедовал по церквам. Знай и то, что если ты не явишься и не устоишь против того, что устно и письменно показывают на тебя, тогда святейший собор будет в необходимости составить против тебя определение, какое следует по правилам святых отцов“.

По возвращении посланных Петр, пресвитер александрийский и первенствующий из нотариев, сказал: так как и сегодня посланные благоговейнейшие епископы возвратились, то просим объявить, какой они получили ответ.

Иоанн, епископ ифестский, сказал: святым и боголюбезным собором мы были посланы с третьим предписанием к благочестивейшему Несторию, чтобы он по крайней мере ныне явился на св. собор для исследования учения веры в присутствии его благочестия. Сообразно данному нам от вашего благочестия повелению, мы отправились туда, где он остановился. Приблизившись к преддверию, мы встретили множество воинов с палицами, стоящих в самой передней комнате его. Мы попросили, чтобы или нам позволили войти в дверь комнаты, которую занимает сам богочестивейший Несторий, или по крайней мере сами воины доложили бы ему об нас, что мы посланы от святого собора с третьим предписанием, кротко и совершенно дружелюбно приглашающим его на св. собор. Много мы провели времени. Воины не позволяли нам и под навесом стоять, но с дерзостью толкали и сгоняли нас с места, и не давали нам никакого человеколюбивого ответа. Когда же мы долгое время не переставали просить и говорить, что мы, числом четыре епископа, посланы не для обиды, не для какого-либо несправедливого и неприличного дела, а чтобы, с соблюдением всего должного, и ныне просить Нестория прибыть в святую церковь для соприсутствия на св. соборе: тогда воины, наконец, отослали нас, сказав, что мы не получим никакого иного ответа, хотя бы до вечера прождали в преддверии дома. Они прибавили еще, что затем они и поставлены, чтобы никого из посланных собором не впускать, что они такое получили приказание от самого Нестория.

Анисий, епископ фивский, сказал: что объявил святейший брат и сослужитель Иоанн, то истинно. Именно, весьма долго стояв в передней комнате благоговейнейшего Нестория, мы видели и слышали это самое.

Домн, епископ опунтский из Эллады, сказал: и я видел и слышал то самое, что объявили святейшие и боголюбезнейшие братия и сослужители – Иоанн и Анисий.

Даниил, епископ дарнейский, сказал: что эти благочестивейшие епископы предъявили, то самое и я слышал, и то сущая правда.

После сего священный собор начал обсуживать учение Нестория.

Ювеналий, епископ иерусалимский, сказал: хотя церковные постановления повелевают довольствоваться и троекратным вызовом приглашаемых к оправданию, в чем их обвиняют, однако ж мы готовы были, сверх долга, чрез боголюбезнейших епископов, еще четвертым предписанием снова пригласить благоговейнейшего Нестория. Но как он, поставив строй воинов около своего жилища, как предъявили благочестивейшие епископы, не позволяет входить к нему (посланным), то явно, что он отказывается прибыть на св. собор не с доброю совестию. Почему нужно вести дело далее по порядку правил, и делать, что полезно к утверждению православной и благочестивой нашей веры. Прежде всего да прочтется символ веры, изложенный 318 святейшими отцами и епископами, сошедшимися в Никее, так чтобы, по сравнении учения с этим изложением, согласное было утверждено, а несогласное отвергнуто. И символ прочитан следующим образом.

Собор никейский изложил веру так:

„Веруем во единого Бога Отца“, и проч. – до конца.

По прочтении символа, Петр, пресвитер александрийский и первенствующий из нотариев, сказал: у нас есть в руках послание святейшего и благочестивейшего архиепископа Кирилла, писанное к благоговейнейшему Несторию, полное совета и убеждения о том, что он мудрствует неправильно. Если ваша святость прикажет, я прочту послание.

Акакий, епископ мелитинский, сказал: так как благоговейнейший и боголюбезнейший пресвитер Петр, положивший начало речи, сказал, что боголюбезнейшим и праведнейшим епископом Кириллом было нечто писано к благоговейнейшему Несторию, как излагающему неправославное учение, то следует прочитать и это послание.

И оно прочитано, и положено между предварительными документами. Начало послания таково:

„Некоторые, как я узнал, извращают мое мнение пред твоим благочестием“ и проч.

По прочтении послания, Кирилл, епископ александрийский, сказал: святой и великий собор слышал, что я писал к благоговейнейшему Несторию в защиту православной веры. И я думаю, что никак не могу быть обличаем в отступлении от истинного учения веры, или в преступлении против символа, изложенного святым и великим собором, бывшим некогда в Никее. Однако ж прошу вашу святость сказать, правильно ли написал я это, безукоризненно ли и согласно ли с тем св. собором, или нет.

Ювеналий, епископ иерусалимский, сказал: так как по прочтении символа св. веры, изложенного в Никее, и послания святейшего архиепископа Кирилла, и послание и изложение св. собора оказались согласными, то с этим благочестивым учением я согласен и одобряю его.

Фирм, епископ Кесарии каппадокийской, сказал: твое благочестие с точностию и подробностию изъяснило то, что св. никейским собором изложено кратко и в главных основаниях, и таким образом сделало для нас понимание изложенной веры яснейшим и очевиднейшим, так что в выражениях нет ничего обоюдного, все они между собою согласны и вера утверждается. И так как они точны и неизменны и не вносят никакой новизны, то и я, принявший такое же учение от отцов моих святых епископов, согласен с посланием.

Мемнон, епископ ефесский, сказал: прочтенное послание святейшего и благочестивейшего отца, епископа Кирилла, по содержанию своему согласно с символом веры, изложенным 318 святыми отцами, сошедшимися в Никее; посему, не находя в послании ни недостатка, ни противоречий, с ним я согласен и одобряю его.

Феодот, епископ анкирский, сказал: чудное и благочестивейшее и правильное изложение св. веры, составленное 318 св. отцами, собравшимися в Никее, стало еще яснее и понятнее чрез послание боголюбезнейшего отца нашего и епископа Кирилла, нисколько не разногласящее с тем изложением веры, но пространнее изложившее то, что там сказано сокращеннее. Посему, признав единогласие означенного послания с разумением и верою 318 св. отцов, мы совершенно согласны, как с ними, так и с сим отцом нашим, чрез послание свое уяснившим их изложение, и с верою принимаем то, что они изложили, а послание помянутого святейшего епископа Кирилла изъяснило.

Флавиан, епископ филиппийский, сказал: по прочтении нам символа веры, изложенного в Никее 318 св. отцами, собравшимися в этом городе, и вслед за ним послания святейшего отца и епископа Кирилла, писанного к благоговейнейшему Несторию о вере, мы нашли, что послание это самым очевидным образом согласно с никейским изложением веры и проливает великий свет на понимание изречений его. Посему и я согласен с посланием святейшего и боголюбезнейшего отца и сослужителя Кирилла, которое нисколько не отступает от православной веры, но согласно с апостольскою проповедию и с православною верою, изложенною святыми отцами в Никее.

Я утверждаю также, что с этим согласен и святейший отец наш Руф, митрополит фессалоникский. Ибо, за болезнью отказавшись лично прибыть сюда, он, при отправлении моем на великий и святой собор, дал мне такое поручение. Я убежден также, что и все епископы Иллирика одних со мною мыслей и нимало не сомневаются относительно прочтенного послания.

Акакий, епископ мелитинский, сказал: видя, что послание святейшего и благочестивейшего епископа Кирилла совершенно благочестиво и согласно с 318 отцами, бывшими в Никее, я принимаю мысли его, и исповедую, что Церковь с самого начала мудрствует точно также, и знаю, что точно такое мудрствование она имеет на основании творений св. отцов, священных писаний и преданий веры.

Иконий, епископ города Гортины, критской митрополии, сказал: из прочтения символа святейших отцов, сошедшихся в Никее, и послания святейшего отца и епископа Кирилла, я узнал, что изложение последнего согласно с первыми, и потому совершенно согласен держаться тех же мыслей, каких и они во имя Отца и Сына и Святого Духа, а о тех, которые не мудрствуют так, знаю, что св. собор извергнет их.

Елланик, епископ митрополии родосской, сказал: я следую никейскому изложению православной веры и согласному с ним посланию святейшего и боголюбезнейшего епископа Кирилла и эту веру сохраняю, как истинную и православную. Тем, которые мудрствуют противно сему, противится сам Бог. Анафема тому, кто не верует, что св. Дева Мария есть Богородица.

Палладий, епископ амасийский, сказал: прочтенное послание святейшего и боголюбезнейшего отца нашего Кирилла во всем согласно с верою, изложенною св. отцами, собравшимися в Никее. Посему, как правильное само по себе и, как я сказал, согласное с изложением св. отцов, я с любовию принимаю это послание и держусь тех же мыслей, каких он (Кирилл) и св. отцы, т. е. собравшиеся в городе Никее.

Кир, епископ города Афродисиады, области карийской, сказал: усмотрев, что послание святейшего и боголюбезнейшего Кирилла, писанное к благоговейнейшему Несторию, согласно и единомысленно с верою, изложенною святейшими отцами, собравшимися в городе Никее, и я объявляю тоже самое мнение, какое высказали отцы прежде меня.

Периген, епископ коринфский, сказал: об изложении веры, которое ныне так хорошо составил святейший и праведнейший епископ наш Кирилл, я такого же мнения, как и о символе, составленном святейшими и праведнейшими отцами на св. соборе в Никее. Посему желаю преданные от начала и доныне сохраняющиеся у нас постановления сохранять без сомнений.

Амфилохий, епископ Сиды, сказал: так как послание боголюбезнейшего во всех отношениях и праведнейшего архиепископа Кирилла в точности соблюдает аностольское предание и согласно С изложением веры св. отцов, сошедшихся в Никее, то я с любовию принимаю это православное учение, признаю и подтверждаю благочестие исповеданных догматов.

Профимий, епископ команский, сказал: изложение веры, прочитанное из послания святейшего отца нашего и епископа Кирилла, я нахожу ни в каком отношении ни больше, ни меньше (разве в одних только словах) вероучения, изложенного 318 отцами, и потому исповедую, что в этой вере я крещен, возрос, рукоположен и удостоен священства; в этой вере желаю умереть и ее сохранить Владыке Христу на день воскресения.

Иоанн, епископ приконнисский, сказал: и я тоже объявляю, и так же верую, как и благоговейнейший епископ Профимий.

Константин, епископ Фригии пакатианской, сказал: и я точно тоже объявляю, и так же верую.

Валериан, епископ иконийский, сказал: в различных выражениях мы находим одно и тоже правило веры, ибо каждое из них внушено одним и тем же Духом Святым. Посему, уразумев, что послание святейшего и боголюбезнейшого отца нашего и епископа Кирилла сходно и согласно с православными и точными выражениями и изложением св. собора никейского, мы одобряем и принимаем послание, и находим, что оно снова разливает благоухание веры отцов, как бы некое муро.

Феодул, епископ элусский, сказал: я с любовию следую православной вере святого и великого собора, т. е. и символу веры, изложенному в Никее 318 святейшими нашими отцами, и посланию святейшего и боголюбезнейшего епископа Кирилла.

Фид, епископ иоппийский, сказал: я чту изложение веры 318 св. отцов, бывших в Никее. Не менее почитаю и прочитанное ныне послание святейшего по вере и боголюбезнейшего епископа Кирилла, согласное с символом никейским, как написанное по внушению Духа Святого. И я уверен, что не пребывающий в этой самой вере от Духа Святого отлучен от святой и вселенской Церкви.

Павлиан, епископ маиумский, из первой Палестины, сказал: узнав, что благочестивейшим епископом Кириллом изложена вера отцов, которой мы научились от 318, бывших в Никее, и что изреченное им согласно со внушением Святого Духа, мы писание его почитаем, содержим и с ним соображаемся.

Даниил, епископ Колонии каппадокийской, сказал: уразумев изречения и, можно сказать, самые буквы, заключающиеся в изложении св. отцов, составлявших некогда собор в Никее, а равно и мысли о догматах, напечатленные в послании святейшего и праведнейшего отца нашего Кирилла, изучив как бы некоторого рода отеческие буквы, сам приняв это учение, и зная, что оно и во вверенной мне церкви вкоренено, удостоверено и всеяно святыми отцами, – исповедую, что послание святейшего архиепископа Кирилла согласно с изложением св. отцов. И это не мое только мнение, но мое и вверенной мне святой церкви, во имя святой и единосущной Троицы, Отца и Сына и Святого Духа.

Анисий, епископ фивский, сказал: участвуя в общем присутствии всех святейших епископов и имея одни с ними мысли, чувствуя правоту учения святейшего и праведнейшего архиепископа Кирилла, я принимаю его, как сходное и согласное с изложением св. отцов, собравшихся в Никее.

Калликрат, епископ навпактский, сказал: я принимаю послание, изложенное святейшим отцом нашим и архиепископом Кириллом, как согласное с изложением святых и блаженных отцов, сошедшихся на святом соборе никейском.

Домн, епископ опунтский, сказал: если незнающим веры в подробностях некогда и представлялось нечто неудобовместимым, то представлялось несправедливо. Но мы, что́ изображено святейшим архиепископом Кириллом, то́ признаем и ныне справедливым и совершенно равным святому никейскому собору 318 богоносных отцов. Посему решительно признаем справедливым хранить вместе с собором и учение Кирилла. Я верую в Отца и Сына и Святого Духа, и в этой вере желаю оставаться до конца моей жизни и в ней умереть.

Никий, епископ мегарский, сказал: как пришли мы с одинаковыми мыслями, так научились и говорить одно и тоже. Так как изложенное святейшим архиепископом Кириллом и, прежде, святыми отцами в Никее согласно между собою, то и мы одного с прочими мнения, и нимало не сомневаемся в том, что и ныне вероучение изложено хорошо.

Роман, епископ рафийский, сказал: и я мудрствую согласно с изложением святых 318 отцов, сошедшихся в Никее; принимаю также послание святейшего и праведнейшего епископа Кирилла, согласное в содержании своем с верою св. отцов.

Григорий, епископ керасунтский, сказал: послание святейшего архиепископа Кирилла по содержанию согласно с верою св. собора никейского; довольный им, как согласным с верою Церкви, я принимаю и одобряю его; а я прибыл (сюда) не за себя только, но и за благочестивейшего Елевсия, митрополита неокесарийскаго, получив от него доверие на это.

Нунехий, епископ Селгии памфилийской, сказал: так как прочтенное нам послание святейшего и боголюбезнейшего отца нашего архиепископа Кирилла во всем согласно с символом веры, составленным святыми отцами в Никее, то и я с ними согласен и так верую, и, прожив в этой вере, желаю с дерзновением предстать пред судилище Христово, сохранив эту православную веру.

Солон, епископ кораллийский, из Памфилии, сказал: как святейший и благочестивейший архиепископ Кирилл передал и передает веру Христову во всем согласно с святым и великим собором никейским, так я крещен, и так верую, и желаю сохранить сию веру до последнего моего издыхания.

Акакий, епископ котенский, из Памфилии, сказал: выслушав послание святейшего нашего отца и архиепископа Кирилла, во всем согласное с православною верою св. отцов, сошедшихся в Никее, и я исповедую, что и я так содержу и верую, и желаю до конца сохранить сию веру.

Гавриан, епископ лирвийский, из Памфилии, сказал: выслушав послание святейшего нашего отца и архиепископа Кирилла, согласное во всем с православною верою св. отцов, сошедшихся в Никее, исповедую, что и я так содержу и верую, и желаю до конца сохранить сию веру.

Нектарий, епископ сийейский, из Памфилии, сказал: и я точно так же верую и содержу учение св. отцов наших и епископов и послание благоговейнейшего и благочестивейшего архиепископа Кирилла.

Матидиан, епископ коракисийский из Памфилии, сказал: и я согласен с исповеданием правой и здравой веры, составленным ныне присутствующими св. отцами и теми, которые в городе Никее составили изложение веры не без внушения Божия; я признаю его апостольским; в нем желаю пребывать и сохранить его в чистоте до последнего моего издыхания.

Нисий, епископ кориврасский, иэ Памфилии, сказал: со святою верою, изложенною святыми и блаженными отцами в Никее, согласно и прочтенное ныне послание святейшего и боголюбезнейшего архиепископа Кирилла. Эту веру я желаю сохранить до последнего издыхания.

Епифаний, епископ кратийский, сказал: и я принимаю учение св. отцов и епископов и послание, писанное святейшим архиепископом Кириллом, и желаю пребыть в них до конечного издыхания.

Евсевий, епископ ираклийский, из области Онориады, сказал: я согласен с посланием святейшего и праведнейшего отца нашего Кирилла, так как оно во всех отношениях сообразно с верою святых 318 отцов, сошедшихся в Никее, и желаю в этом веровании докончить время жизни, какое определено мне Вседержителем.

Силуан, епископ херетопский, из пакатианской Фригии, сказал: хотя я очень поздно удостоился святого крещения, однако ж я крещен в эту веру, которая святыми 318 отцами епископами изложена в Никее и ныне пространнее изъяснена в послании архиепископа Кирилла, согласном с нею, в нее крестил я весьма многих и ее желаю сохранить беспорочно до дня воскресения и представить Христу.

Евтропий, епископ этенский, из Памфилии, сказал: и я принимаю и одобряю прочитанное послание святейшего и праведнейшего отца нашего и архиепископа Кирилла, во всем согласное со всем, что́ изложено святыми 318 отцами, сошедшимися в Никее, и в этом исповедании желаю предстать пред Владыку Христа.

Секундиан, епископ города Ламии, из области фессалийской, сказал: и я веровал и верую, и так мыслил и буду мыслить, как учит символ веры, изложенный в Никее святыми и духовными отцами, 318 епископами, с которым согласно и прочитанное послание святейшего и боголюбезнейшего отца нашего и епископа Кирилла.

Феодор, епископ города Эхинея, из области фессалийской, сказал: я тоже самое объявляю и принимаю.

Руфин, епископ тавский, сказал: и я мудрствую точно так же, как святейшие отцы, собравшиеся в Никее, и принимаю послание святейшего и праведнейшего боголюбезнейшего отца нашего и епископа Кирилла, которое по содержанию своему хорошо и право, и согласно с этою самою изложенною верою.

Феодор, епископ аривильский, сказал: и я тоже самое объявляю, и принимаю послание святейшего и праведнейшего епископа Кирилла, которое по содержанию хорошо и православно.

Павел, епископ анеидонский, сказал: и я принимаю послание святейшего и праведнейшего епископа Кирилла, которое по содержанию хорошо и православно и сходно с верою святых отцов наших, сошедшихся в Никее.

Литоий, епископ ливиадский, сказал: и я верую так, как постановили св. отцы наши, сошедшиеся в Никее, ибо они изложили в символе истинно православную веру, и принимаю послание святейшего и праведнейшего епископа Кирилла.

Петр, епископ паремвольский, сказал: и я мудрствую точно так же, и принимаю послание святейшего и праведнейшего епископа Кирилла, хорошее и благочестивое по содержанию.

Иоанн, епископ августопольский, сказал: как изложили перу св. отцы наши, так и я верую, и принимаю послание святейшего и праведнейшего епископа Кирилла, по содержанию согласное с этою верою.

Саида, епископ фенский, сказал: так как послание святейшего и праведнейшего епископа Кирилла согласно с православною верою, то я принимаю его.

Феодор, епископ гадарский, сказал: так как прочтенное послание святейшего и праведнейшего епископа Кирилла в содержании своем хорошо, благочестиво и сообразно с верою, изложенною св. отцами, сошедшимися в Никее, то и я принимаю его.

Аиан, епископ сикамазонский, сказал: равно и я принимаю послание святейшего и праведнейшего епископа Кирилла, сообразное с православною верою, изложенною святейшими отцами нашими.

Феодосий, епископ маставрский, из Азии, сказал: от начала и доныне я твердо содержал изложение веры св. отцов, сошедшихся в Никее, именно 318; верным остаюсь и согласному с ним посланию святейшего и боголюбезнейшего епископа Кирилла, которое он писал к благоговейнейшему епископу Несторию, и принимаю его, как согласное, по вышесказанному, с душеполезным учением отцов.

Александр, епископ аркадиопольский, из Азии, сказал: согласно посланию боголюбезнейшего епископа Кирилла, единомысленному с верою, изложенною святыми отцами, собравшимися в городе Никее, т. е. 318, и я верую, и веровал, и желаю впредь так мудрствовать.

Максим, епископ кумский, из Азии, сказал: послание святейшего и боголюбезнейшего отца нашего архиепископа Кирилла, согласное с православною верою, изложенною 318 святыми отцами, сошедшимися в Никее, я одобряю и принимаю, и исповедую, что эта вера православная.

Феосевий (Феодосий), епископ приенский сказал: я содержу веру, изложенную 318 святыми отцами, которая от меня предана и святым Божиим церквам; равно принимаю и послание святейшего и боголюбезнейшего архиепископа Кирилла, писанное к благоговейнейшему Несторию, так как оно согласно с верою св. отцов, бывших в Никее.

Евтропий, епископ евазский, сказал; сообразно вере 318 епископов, сошедшихся в Никее, и посланию боголюбезнейшего епископа Кирилла, согласному с нею, я веровал, верую и в этой вере желаю умереть.

Евфалий, епископ Колофона азийскаго, сказал: вере св. отцов, сошедшихся в Никее, и согласному с нею поеланию святейшего и благочестивейшего епископа Кирилла к благоговейнейшему Несторию, повинуюсь, одобряю и верую по сему преданию.

Докимасий, епископ маронийский, сказал: усматривая, что послание боголюбезнейшего и евятейшего отца нашего архиепископа Кирилла согласно с верою св. отцов, которую они в городе Никее изложили с благоговением и любовию ко Христу, я с посланием согласен и принимаю его; так я мудрствовал и желаю сохранить свою веру до конца неизменно.

Лукиан, епископ топирийский, сказал: с содержанием прочитанного послания святейшего и боголюбезнейшего отца нашего Кирилла, которое он посылал к благоговейнейшему Несторию, я согласен со св. собором, бывшим в никейской митрополии, принимаю его и до конца (моей жизни) сохраню неизменным.

Еннепий, епископ максимианопольский, сказал: замечая, что послание святейшего и боголюбезнейшего отца нашего епископа Кирилла, писанное к благоговейнейшему Несторию, согласно с верою, изложснною святейшими отцами в городе Никее, я принимаю его, и еогласен мудрствовать так, как оно, и надеюсь сохранить эту веру непоколебимо.

Стефан, епископ дийский, сказал: мы прочитали послание святейшего и треблаженного отца нашего епископа Кирилла, согласное е верою, изложенною святыми и богоносными отцами, сошедшимися в Никее; поэтому и я принимаю его, и веровал и верую так, как оно.

Модесть, епископ фригийского города Аней, сказал: и я пребываю в вере, изложснкиой 318 святыми отцами, сошедшимися в Никее, равно как принимаю и прочтенное ныне послание святейшего отца нашего архиепископа Кирилла, писанное к благоговейнейшему Несторию, так как оно согласно с верою, изложенною вышесказанными св. отцами.

Афовий, епископ колонский, сказал: так как послание святейшего и боголюбезнейшего епископа Кирилла, прочтенное пред св. собором, согласно с верою, изложенною в Никее 318 св. отцами, то я с сею верою согласен, и верую так.

Максим, епископ асский, из Азии, сказал: и я верую и пребываю в вере так, как определил ее святейший и боголюбезнейший епископ наш Мемнон.

Дорофей, епископ миррский, из Азии, сказал: и я верую и мудрствую так, как (учит) прочтенное послание святейшего во всех отношениях и боголюбезнейшего епископа и отца нашего Кирилла, согласное с верою, изложенною 318 святыми отцами.

Евхарий, епископ доракийский, сказал: я уразумел, что послание святейшего и боголюбезнейшего архиепископа и отца нашего Кирилла, писанное к благоговейнейшему Несторию, православно и во всех отношениях истинно, и нашел его согласным с верою, изложенною святыми отцами нашими, сошедшимися некогда в Никее; посему и я так же мудрствую и верую, и желаю жить и умереть о Господе.

Феодор, епископ анинитский (анинисийский), сказал: и я согласен с определением святых отцов относительно веры, изложенной в Никее, и с посланием святейшего и боголюбезнейшего епископа Кирилла, писанным к благоговейнейшему епископу Несторию.

Евдоксий, епископ города Ликии, из Хомат, сказал: я удивился посланию праведнейшего и святейшего отца нашего Кирилла к благоговейнейшему Несторию, как оно согласно с верою, изложенною святыми отцами в Никее; и я согласен с ним, и исповедую, что я мудрствую так же, как изложили святейшие отцы наши.

Филипп, епископ пергамский, сказал: я согласен с верою; изложенною 318 святыми отцами, собравшимися в Никее; а по правилам, какие они изложили, принимаю и послание святейшего архиепископа Кирилла, как согласное с сими самыми правилами, и таким образом мудрствую и верую.

Евсевий, епископ магнисийский, из Азии, сказал: и я согласен с верою, изложенною 318 святыми отцами, сошедшимися в Никее, и с посланием святейшего отца нашего архиепископа Кирилла, которое одинаково с нею по содержанию, и (как они учат) так я и мудрствую и верую.

Евтихий, епископ города Эрифр, из Азии, сказал: я в исповедании и вере повинуюсь суждению и доказательствам св. отцов, сошедшихся в Никее, и митрополитов разных областей, и посланию святейшего епископа Кирилла, которое он писал к благоговейнейшему Несторию.

Донат, епископ никопольский, из древнего Эпира, сказал: выслушав прочитанное ныне при святом сем и великом соборе послание, которое святейший и боголюбезнейший отец наш и сослужитель Кирилл писал к благоговейнейшему Несторию, и нашед его согласным и единомысленным со святыми отцами, сошедшимися в Никее и изложившими православную веру, и признавая достойными всякого принятия изложение послания и написанную в нем православную веру, я точно таким образом и верую и объявляю.

Дорофей (Феодор), епископ города Додоны, сказал: и я одобряю и принимаю тоже, что определил святейший епископ моей митрополии Донат.

Ираклеон, епископ, траллийский, сказал: я иду по следам св. отцов, и пребываю в изложении собора, бывшего в Никее из 318 епископов, возвестивших православие; потом, на сем святом соборе, состоявшемся в ефесской митрополии, услышав святейшего и боголюбезнейшего епископа, отца нашего Кирилла, проповедующего тоже самое и еще более просвещающего нас, и признавая сию проповедь согласною с 318 отцами, я принимаю ее и желаю пребывать в сей вере и умереть в ней по вашим молитвам.

Паралий, епископ города Андрапов, сказал: воспитанный в вере, изложенной 318 святыми отцами в Никее, и ныне я так же верую, подтверждаю сию веру и на последующее время желаю хранить ее. И недавно прочитанное нам послание святейшего и боголюбезнейшего отца нашего архиепископа Кирилла нахожу во всем согласным с изложением (св. отцов), только пространнее объясненным; посему одобряю его и желаю умереть в сей вере.

Архелай, епископ города Минда, из Карии, сказал: послание святейшего и боголюбезнейшего отца нашего архиепископа Кирилла до точности согласно с верою, благочестно и спасительно нам преподанною святыми и боголюбезнейшими отцами и епископами, собравшимися в городе Никее; и я так же исповедую и на будущее время желаю так веровать.

Апеллай, епископ кивиррский, из Карии, сказал: и я объявляю тоже самое, и с сим согласен.

Фома, епископ дервийский, из Ликаонии, сказал: и я держусь того, что согласно с верою св. отцов и с посланием, писанным святейшим и благочестивейшим архиепископом Кириллом; и я одинаково с ним мудрствую и верую.

Фемистий, епископ иасский, из Карии, сказал: как учит здравая вера 318 св. отцов, бывших в Никее, и единогласное с нею послание боголюбезнейшего архиепископа отца нашего Кирилла, прочтенное (здесь), точно так и я верую и рассуждаю.

Спудасия, епископ керамский, из области карийской, сказал: я жил и желаю жить по вере, изложениой св. отцами, собравшимися в городе Никее. Равным образом усматривая, что одинаково с нею и послание, писанное святейшим архиепископом и отцом нашим Кириллом к благочестивейшему Несторию, я принимаю и его и нахожу нисколько не разноречащим с верою: посему и я в ту и другое из них верую, и ту и другое принимаю.

Аффонит, епископ ираклийский, из Карии, сказал: послание святейшего и боголюбезнейшего отца нашего и архиепископа Кирилла есть объяснение и подтверждение благочестивой веры, преданной нам святейшими отцами и епископами, бывшими в Никее; посему я исповедую и желаю веровать согласно с обоими.

Филит, епископ амазонский, из Карии, сказал: как учит небесная и православная вера, изложенная 318 благоговейнейшими и боголюбезнейшими епископами, сошедшимися в Никее, и согласное с сим самым святым изложением послание, писанное святейшим и боголюбезнейшим отцом архиепископом Кириллом, так и я думаю и верую и одобряю его богочестие.

Фаниа, епископ города Арпасов, из Карии сказал: я объявляю и утверждаю, что мудрствую точно так же, как учит изложение небесной веры, составленное 318 св. отцами, сошедшимися в Никее, и прочтенное нам послание святейшего и боголюбезнейшего епископа и общего отца нашего Кирилла, писанное к благоговейнейшему епископу Несторию, в сущности одинаковое с верою св. отцов.

Промахий, епископ Алиндов, из Карии, сказал: зная, что послание святейшего и боголюбезнейшего отца нашего и архиепископа Кирилла согласно с верою, изложенною святейшими и боголюбезнейшими отцами нашими епископтами, сошедшимися в Никее, и я верую точно так же, и мудрствую, и одобряю.

Саида, епископ Фена, из салютарии Палестины, сказал: я согласен с посланием, изложенным святейшим и боголюбезнейшим отцом нашим архиепископом Кириллом, зная, что оно согласно с верою, изложенною святыми и богоносными отцами, сошедшимися в Никее, и сообразно с ним верую и мудрствую; равно принимаю и одобряю и определение святейшего и боголюбезнейшего епископа нашего Ювеналия, так как и оно согласно с изложением отцов.

Сенекион, епископ города Кодрии, сказал: я верую и утверждаю сообразно с верою, определенною в Никее 318 св. отцами нашими, исполненными Духа Святого, сообразно также и с посланием святейшего и боголюбезнейшего отца нашего Кирилла, которое нам прочитано.

Иоанн, епископ августамникского Ифеста, сказал: так как вера, изложенная святым собором св. отцов в Никее, и послание к благоговейнейшему Несторию, писанное святейшим и боголюбезнейшим отцом нашим и епископом Кириллом, имеют одну мысль и одну веру в различных только словах, то я с ними согласен, одинаково с ними думаю, и, по благодати св. Троицы, в сей вере желаю пребыть до конца жизни.

Афанасий, епископ паральский, сказал: и я точно такого же мнения, и я одобряю православную веру отца нашего архиепископа Кирилла.

Евсевий, епископ города Аспон, из Анкиры, сказал: узнав, что большое находится согласие между верою, изложенною в послании благочестивейшего и боголюбезнейшего отца нашего и епископа Кирилла, и верою, древле изложенною святейшими отцами, я их одобряю и принимаю, и точно так же верую, думаю и учу.

Феона, епископ Сефрита, сказал: и я одобряю послание святейшего архиепископа нашего Кирилла, так как оно согласно с верою, изложенною некогда святейшими отцами, сошедшимися в Никее.

Даниил, епископ дарнейский, сказал: и я одобряю прочтенное послание святейшего и боголюбезнейшего отца нашего Кирилла, так как оно изложено согласно с верою святейших отцов наших, бывших в Никее.

Макарий, епископ города Антея, сказал: находя одну и туже благодать Св. Духа в вере, изложенной святейшими отцами нашими в Никсе, и в послании святейшего и праведнейшего архиепископа Кирилла, я с благоговением пребываю в ней, и желаю впредь сохранять сию благодать, направляющую и спасающую род человеческий.

Сосипатр, епископ септимиакский, сказал: высказать обширное слово и изобразить чудеса святых отцов, – было бы не по моим силам, но прилично кому-нибудь другому, известному бо́льшим образованием. Впрочем, так как прочтенное послание святейшего и боголюбезнейшего отца нашего и архиепископа Кирилла, писанное к Несторию, в содержании своем согласно с собором, бывшим в Никее, то и я так думаю и утверждаю, как думали и веровали святые отцы наши.

Самуил, епископ дисфейский, из Пентаполя, сказал: я верую согласно со св. отцами, сошедшимися на собор в Никею, и мыслю и верую так, последуя посланию святейшего и боголюбезнейшего отца нашего и архиепископа Кирилла.

Стратигий, епископ Афривиды, из области августамникской, сказал: так как прочтенное послание святейшего и боголюбезнейшего архиепископа Кирилла, писанное к благоговейнейшему Несторию, по содержанию согласно с верою св. отцов наших, 318 епископов, заседавших в Никее; то и я мудрствовал и мудрствую, веровал и верую так же, и, ио благодати Св. Троицы и сего боголюбезного св. собора, (впредь) пребуду в сей же вере.

Евсевий, епископ нилопольский, из области Аркадии, сказал: я принимаю послание, согласное с верою св. отцов, и верую единомысленно с ним.

Марин, епископ илиопольский, из области августамникской, сказал: я принимаю послание святейшего архиепископа нашего Кирилла, так как оно православно и согласно с верою св. отцов никейских.

Павел, епископ флавонийский, сказал: я содержу одну и туже светлую веру, которая прежде изложена в Никее св. отцами, а ныне единогласно объявлена сим великим собором и еще яснее возвещена самым посланием святейшего отца нашего Кирилла; по нсй верую, ее одобряю и ею же надеюсь спастись, исповедуя ее во Христе.

Митродор, епископ леонтский, сказал: так как святая вера, изложенная св. отцами нашими в Никее, и ныне прочтенное послание святейшего и боголюбезнейшего отца и архиепископа Кирилла, писанное прежде к благочестивейшему Несторию, заключает одно исповедание и учение в разных (только) словах, то и я одобряю это послание и, по благодати Св. Троицы, верую, думаю и исповедую точно так же.

Феопемнт, епископ кавасский, сказал: от епископов египетских требовать отчета в православной вере – излишнее дело; ибо всякому очевидно, что мы следуем вере, изложенной святейшим и праведнейшим отцом нашим и архиепископом Кириллом, и держимся ея, как согласной с верою св. отцов.

Ираклид, епископ ираклейский, из Аркадии, сказал: так как вера св. отцов наших, собравшихся прежде в Никее, и послание святейшего и боголюбезнейшего отца нашего и архиепископа Кирилла согласно проповедуют и исповедуют одно учение, то и я, рожденный и воспитанный в ней, по благодати Св. Троицы, желаю навсегда оставаться единомысленным с этим учением.

Савин, епископ Паноса, из области Фиваиды, сказал: так как вера св. отцев, изложенная прежде в Никее, и послание благочестивейшего и благоговейнейшего отца нашего Кирилла заключают в себе одинаковое учение, то и я, по благодати Св. Троицы, держусь сей же веры.

Ираклид, епископ Тамиафиды, сказал: так как послание святейшего и благочестивейшего отца нашего и архиепископа Кирилла не заключает никакого изменения противу веры, изложенной прежде св. отцами в Никее, то и я, по благодати Христовой, держусь его.

Исаак, епископ элеархийский, сказал: я исповедую, что символ св. отцов и послание святейшего Кирилла, совершенно согласны; посему и я, по благодати Христовой, с ними согласен.

Евтихий, епископ феодосиопольский, из Азии, сказал: как мы веровали с юных лет, так нисколько не устранились от послания, писанного боголюбезнейшим архиепископом Кириллом, посланного к благоговейнейшему Несторию, ибо оно оказалось согласным с верою, изложенною 318 (епископами) сошедшимися в Никее; и я верую так же, как изложили учение св. отцы на сем великом соборе.

Аделфий, епископ сасский, сказал: так как вера св. отцов, изложенная прежде в Никее, и послание боголюбезнейшего и благоговейнеишего отца нашего Кирилла заключают в себе одинаковое учение, то и я согласен с ними, по благодати Св. Троицы.

Родон, епископ города Палеи, из Азии, сказал: так как послание святейшего и праведнейшего епископа Кирилла ни в чем не разноречит со св. отцами, сошедшимися в городе Никее, то и я верую так же, и веру, ими изложенную, утверждаю.

Несторий, епископ сионский, из Азии, сказал: я веровал и верую сообразно с изложением, составленным св. отцами в Никее; согласным с ним по содержанию нашел я и послание боголюбезнейшего епископа Кирилла. Посему и я согласен с сею верою и с изложением св. отцов, и в сей вере желаю, по благодати Христовой, прожить остальное время моей жизни.

Андирий, епископ города Херрониса, из области критской, сказал: вера св. отцов, сошедшихся в Никее, распространившаяся как драгоценное миро, еще более облагоухала нас чрез послание святейшего и благочестивейшего отца нашего Кирилла, которое с нею согласно и единомысленно. И я держусь ее и желаю веровать так во все продолжение моей жизни.

Павел, епископ города Лампы, из области критской, сказал: выслушав послание святейшего и боголюбезнейшего епископа Кирилла и находя его согласным и единомысленным с верою, изложенною св. отцами, сошедшимися в городе Никее, я принимаю его, верую согласно с ним и в сей вере желаю пребыть навсегда.

Зиновий, епископ города Кносса, из области критской, сказал: так как православная вера св. отцов, сошедшихся в городе Никее, ясна, и послание святейшего отца и епископа Кирилла мы находим единомысленным и согласным с отцами, изложившими тогда веру православную: то я принимаю и одобряю его, и в сей вере желаю пребыть (навсегда).

Макарий, епископ метилейский, из Египта, сказал: так как прочтенное послание святейшего архиепископа нашего Кирилла согласно с верою, изложенною по внушению Духа Святого св. отцами, сошедшимися в Никее: то я верую одинаково с ним, потому что оно не другое заключает учение, но, как я прежде сказал, согласно с верою, которую святейшие отцы преподали святой Церкви Божией.

Лампетий (Лампон), епископ касийский, из августамникской области, сказал: я согласен с прочтенным посланием святейшего архиепископа отца нашего Кирилла, так как оно согласно с собором никейским, и с верою, изложенною св. отцами.

Македоний, епископ ксосский, сказал: и я верую сообразно с прочтенною нам ныне верою святого собора, бывшего в Никее из святейших отцов, каковую подтверждает еще и святейший архиепископ наш Кирилл, единомысленный с нею; верую так, доколе живу, и так научен другим передавать.

Аммон, епископ города Вута, сказал: я согласен со св. собором св. отцов, бывшим в Никее, и с посланием святейшего архиепископа нашего Кирилла, и желаю сохранит сию веру до последнего дня моей жизни.

Аммоний, епископ города Панефеса, из августамникской области, сказал: я верую и пребываю в вере 318 епископов; принимаю и согласное со св. отцами послание святейшего архиепископа Кирилла, писанное к Несторию; верую так, и желаю умереть в сей вере.

Алипий (Елип), епископ Селы, из августамникской области, сказал: я выслушал послание святейшего и боголюбезнейшего отца нашего архиепископа Кирилла, писанное к благоговейнейшему Несторию; послание сие согласно с верою, изложенною святыми и богоносными отцами: и я верую сею самою православною верою, и с нею желаю окончить здешнюю жизнь и предстать пред судилище Христово.

Перревий (Перекий) епископ фессалийских гор, сказал: так как вера, изложенная св. отцами в Никее, ненарушима и неизменна, и вера, изложенная в послании святейшего епископа Кирилла, с нею согласна, то я с любовью принимаю ее, подобно как высказались и все св. отцы прежде меня (говорившие).

Филумен, епископ города Кинны, из Галатии, сказал: находя послание святейшего и боголюбезнейшего епископа Кирилла согласным с изложением веры 318 св. епископов, бывших в Никее, я согласен с ними, и верую так же, как сии св. отцы изложили и как содержит послание святейшего епископа Кирилла.

Гермоген, епископ ринокурурский, сказал: один и тот же Св. Дух вещал о вере в отцах, бывших в Никее, и в душе и в языке святейшего и праведнейшего отца и архиепископа Кирилла, написавшего послание для исправления того, что нехорошо говорил в церквах благочестивейший Несторий. Посему и я, удивляясь сему согласию и имея одно с отцами мнение, полагаю совершенно одинаково со святейшим собором.

Евоптий, епископ Птолемаиды, из Пентаполя, сказал: я удивляюсь согласию между посланием святейшего и боголюбезнейшего отца нашего и архиепископа Кирилла, написанным для исправления неправославных выражений благочестивейшего Нестория, и между символом святейших и богочестивейших отцов наших, собравшихся в Никее, и не сознавая никакого изменения в первом (противу последнего), наравне со всем собором принимаю его, как согласное с православною верою.

Фиваммон, епископ коптский, из Фиваиды, сказал: прочитанное послание святейшего отца нашего Кирилла ни в чем не отступает от догматов, изложенных на соборе никейском, и равную с ними имеет силу к утверждению православного учения и низложению еретических мудрований: посему и я так верую и так исповедую.

Зинон, епископ города Курия168 на острове Кипре, сказал: так как определения святых отцов никейских вполне согласны с тем, что писал святейший отец наш архиепископ Кирилл, то и мы согласно с ними исповедуем ту же веру.

Мартирий, епископ илистрский, сказал: с детства быв воспитаны в правилах никейского собора, мы надеемся сохранить их до конца (жизни). Выслушанное нами послание блаженнейшего архиепископа Кирилла мы находим согласным с теми святыми канонами, и уповаем до конца сохранить и соблюсти (в здравой вере) порученный нам народ.

Исихий, епископ парийский, сказал: хотя я один здесь из моего округа, и пришел сюда по обету, впрочем не обинуясь исповедую ту же веру, которую предали святейшие и благочест-вейшие отцы, собравшиеся в Никее, и которую подтвердил святейший и боголюбезнейший Кирилл в своем послании к достопочтеннейшему Несторию.

Елладий, епископ атрамитийский, сказал: принимаю изложение (веры) 318 святейших и боголюбезнейших отцов наших и послание блаженнейшего архиепископа Кирилла, и эту веру буду хранить (навсегда).

Дион, епископ города Фив, сказал: моя вера есть вера святых отцов никейских, сию веру исповедую; убежден впрочем, что в том же смысле изложил и изрек (веру) и святейший отец и сослужитель (наш) архиепископ Кирилл в своем священном послании к Несторию.

Андрей, епископ города Эрмополя, что в фиваиде, сказал: верую и исповедую православную веру согласно определениям относительно правой и спасительной веры святых отец, 318 епископов, собравшихся в Никее, и согласно с прочитанным ныне посланием святейшего и блаженнейшего огца нашего архиепископа Кирилла к достопочтеннейшему Несторию, так как сие послание нимало не противоречит древним определениям святейших отцов, собранных в Никее.

И прочие все епископы, поименованные выше в своем порядке, тоже самое исповедуют и так веруют, как изложили отцы и как изъясняет послание святейшего архиепископа Кирилла к Несторию.

Палладий, епископ амасийский, сказал: теперь следует прочитать и послание достопочтеннейшего Нестория, о котором упомянул в начале благочестивейший пресвитер Петр, чтобы нам видеть, согласно ли и оно с символом святых отцов никейских.

И прочитано было послание Нестория к Кириллу, как изложено выше: „Возлюбленному и боголюбезнейшему сослужителю Кириллу Несторий желает о Господе всякого блага. – Прощаю укоризны, какие против меня содержатся в твоем странном послании, потому что оне, по моему мнению, требуют терпения, которое послужило бы для тебя врачеством» и т. д.169.

По прочтении послания Кирилл, епископ александрийский, сказал: что думает сей святой и великий собор о прочитанном сейчас послании? Согласно, или несогласно оно с верою, утвержденною на св. соборе св. отцами, собранными некогда в Никее?

Ювеналий, епископ иерусалимский, сказал: нисколько несогласно с благочестивою верою, изложенною св. отцами в Никее: анафематствую тех, кто так верует; ибо все это чуждо православной вере.

Флавиан, епископ филиппийский, сказал: все, содержащееся в прочитанном послании, явно противоречит и совершенно чуждо православной вере, изложенной в Никее святейшими отцами: посему верующих так признаем чуждыми православной веры.

Фирм, епископ Кесарии каппадокийской, сказал: в начале послания сохраняет (Несторий) еще образ благочестия, но с течением речи, не имея более возможности скрывать свой образ мыслей, открыто высказывает свои мнения, несогласные ни с верою святых 318 отцов, ни с посланием архиепископа Кирилла.

Валериан, епископ иконийский, сказал: для всех очевидно, что послание достопочтеннейшего Нестория не только противно вере св. отцов никейских и посланию боголюбезнейшего и святейшего архиепископа Кирилла, но и само с собою несогласно.

Иконий, епископ гортинский, сказал: прочитанное сейчас послание достопочтеннейшего Нестория нисколько несогласно ни с изложением св. отцов, собранных в Никее, ни с посланием святейшего отца нашего епископа Кирилла. Посему, отвергая это послание и анафематствуя тех, кто так верует, принимаю изложение св. отцов никейских и послание святейшего отца и архиепископа Кирилла.

Елланик, епископ родосский, сказал: я уже прежде объявил, что держусь изложения православной веры св. 318 отцов, сошедщихся в Никее, и св. Деву Марию исповедую Богородицею. Анафема тем, кто так не верует!

Акакий, епископ мелитинский, сказал: прочитанное послание достопочтеннейшего епископа Нестория ясно показывает нам, что он не напрасно убоялся придти на сей святой и великий собор. Вполне сознавая, что он и божественное Писание исказил и догматы св. отцов ниспроверг, он, естественно, пришел в такой ужас, что окружил свой дом множеством воинов. Ибо из прочитанного послания его весьма ясно видно, что он, отринув изречения о единородном Сыне Божием, которые употребили в символе веры 318 св. отцов и богоносных епископов, приписал единой плоти то, что относится к спасительному домостроительству, утверждая, что и рождение и смерть относятся только к храму божества170 и даже оболгал само Писание, якобы и оно приписывает рождение и страдание не божеству, а единому человечеству171, оклеветал и писания святейшего и боголюбезнейшего епископа Кирилла, якобы в них Бог называется подлежащим страданию (παθητὸν), чего ни он, ни другой кто из благочестно мыслящих не помышлял и не дерзал говорить. Вообще (Несторий) показал, что он признает соединение Бога с плотию только по имени, а на самом деле совершенно отвергает. Доказательством странности его учения служит и то, что он утверждает, якобы только теперь, и именно чрез него, догматы объяснены (надлежащим образом). Все сие, как чуждое истины и весьма нечестивое, я отвергаю, и не хочу иметь общения с теми, которые говорят подобное.

Мемнон, епископ ефесский, сказал: прочитанное послание исполнено не только клеветы, но и богохульства: посему оно совершенно противно вере, изложенной 318 св. отцами, сошедшимися в Никее.

Феодот, епископ анкирский, сказал: по нашему мнению, послание достопочтеннейшего Нестория ни в чем не имеет сходства с символом св. отцов и богоносных епископов, сошедшихся в Никее. Посему мы следуем изложению их, а послание Нестория признаем чуждым правой веры, равно и единомысленников его считаем чуждыми христианской веры.

Палладий, епископ амасийский, сказал: что касается до меня, я затыкаю уши от богохульства, содержащагося в послании (Нестория), и от чрезмерной скорби соделавшись как бы каменным, едва могу говорить. Уверен, что и весь святой и боголюбезный собор разделяет мое мнение о прочитанном сейчас послании. Одно скажу, именно, что это послание далеко отступает от символа веры св. отцов: посему признаем его совершенно чуждым кафолической Церкви.

Донат, епископ Никополя, из древнего Эпира, сказал: прочитанное послание достопочтеннейшего Нестория нимало не содержит учения истины; оно, по нашему мнению, несогласно ни с символом св. отцов никейских, ни с преданием кафолической Церкви. Если и другой кто (кроме Нестория) так же мудрствует, то удаляется от веры кафолической Церкви.

Профимий, епископ Команы, сказал: признаю истинными составленные твоею (Кирилла) святостию писания, а тех, которые не называют св. Деву Богородицею, анафематствую,

Григорий, епископ керасунтский, сказал: то, что писал достопочтеннейший епископ Несторий к святейшему и боголюбезнейшему архиепископу Кириллу, противно благочестивой вере 318 епископов, бывших в Никее: посему я не соглашаюсь с его мыслями и учением, а следую учению упомянутых – архиепископа Кирилла и св. отцов.

Роман, епископ Рафии, сказал: обманчивую и чуждую св. отцам веру изложил достопочтеннейший Несторий: посему анафематствуем ее по слову апостола, сказавшего: аще кто благоветстит вам паче, еже приясте, анафема да будет (Гал. 1, 9).

Феодул (Ампелай), епископ элусский, сказал: отвергаю послание, которое написал достопочтеннейший Несторий к святейшему епископу Кириллу, потому что оно составлено несправедливо и вопреки определениям Церкви; веру же никейскую признаю неизменно.

Гермоген, епископ ринокурурский, сказал: учение достопочтеннейшего Нестория совершенно противно православной вере и символу св. отцов, равно и тому, что, вполне сообразно с разумом св. отцов, писал блаженнейший и боголюбезнейший Кирилл.

Евоптий, епископ птолемаидский, сказал: как подделыватели царской монеты по законам подвергаются самому тяжкому наказанию: так и достопочтеннейший Несторий, осмелившийся извратить догматы православия, и пред Богом и пред людьми достоин всякого наказания; (равно достойно осуждения) и его учение, противное кафолической Церкви, которое он измыслил на пагубу и разорение людей, последующих ему. Посему я прекращаю общение как с ним самим, так и со всеми теми, которые имеют одинаковые с ним мысли.

Фид, епископ иоппийский, сказал: кое общение света ко тьме; кое же согласие Христови с Велиаром (2Кор. 6, 14. 15)? Прочитанное сейчас послание достопочтеннейшего Нестория далеко отстоит от истины и весьма близко подходит к ложному мнению Павла самосатскаго. Посему никто не может принимать это послание по причине содержащегося в нем богохульства.

Феодор, епископ аривильский, сказал: послание достопочтеннейшего Нестория не имеет ничего согласного с православную верою и с изложением св. отцов, сошедшихся в Никее, но совершенно противно им. Посему и я анафематствую его за такое мудрствование.

Феодор, епископ гадарский, сказал: анафематствую и я достопочтеннейшего Нестория, за то, что он, как видно из прочитанного послания его, неправильно понимает учение св. отцов сошедшихся в Никее.

Руфин, епископ тавский, сказал: прочитанное послание достопочтеннейшего Нестория показывает, что он мудрствует противно вере, изложенной св. отцами, сошедшимися в Никее: посему анафематствую его, и отвергаю его нелепые и хульные мнения.

Павлиан, епископ маиумский, сказал: равно и я анафематствую его, ибо он мудрствует неправо, противно православной вере, как видно из его послания.

Аиан, епископ сикамазонский, сказал: в прочитанном послании достопочтеннейшего Нестория мнение его высказано не в виде простой и обыкновенной погрешности; напротив это послание ясно и прямо показывает, что он мудрствует вопреки православной вере: посему и я анафематствую его.

Петр, епископ паремвольский, сказал: так как людям, посвященным Богу, должно следовать вере, изложенной св. отцами, сошедшимися в Никее, а достопочтеннейший Несторий мудрствует противно сей вере, то и я также анафематствую его за прочитанное сейчас послание.

Иоанн, епископ августопольский, сказал: из прочитанного послание видно, что достопочтеннеиший Несторий мудрствует противно православной вере: посему и я анафематствую его.

Павел, епископ анфидонский, сказал: истинным христианам не должно сообщаться с неправомыслящими: и я анафематствую достопочтеннейшего Нестория; потому что прочитанное послание его явно противоречит православной вере, изложенной св. отцами, сошедшимися в Никее.

Литоий, епископ ливиадский, сказал: мнение достопочтеннейшего Нестория далеко отступает от православной веры, как явствует из прочитанного: посему и я анафематствую его.

Саида, епископ фенский, сказал: и я анафематствую его за неправомыслие и противоборство вере св. отцов, сошедшихся в Никее; ибо чтение послания явно показало его мысли.

Евсевий, епископ пилусийский, сказал: все, что содержится в прочитанном послании достопочтеннейшего Нестория, чуждо вере, изложенной св. отцами никейскими: посему я анафематствую все это и тех, которые мудрствуют подобным образом.

Макарий, епископ антейский, сказал: изложенное в послании достопочтеннейшего Нестория весьма несогласно с верою, утвержденною св. отцами, сошедшимися в Никее: посему анафематствую мудрствующих таким образом, как сущих вне православной веры.

Фиваммон, егшскоп коптский, сказал: послание достопочтеннейшего Нестория нисколько не согласно с верою, изложенною св. отцами, сошедшимися в Никее, ни с посланием святейшего и боголюбезнейшего Кирилла: посему анафематствую тех, кто так верует.

Феопемпт, епископ кавасский, сказал: из прочитанного послания видно, что достопочтеннейший Несторий мудрствует совершенно несогласно с верою св. отцов: посему анафематствую и его и всех тех, которые разделяют его мысли.

Аристовул, епископ фмуйский, сказал: из прочитанного послания видно, что достопочтеннейший Несторий мудрствует противно правой вере: посему анафематствую его.

Амфилохий, епископ Сиды, сказал: странность и несообразность (с верою) мнений, усматриваемые в прочитанном послании достоточтеннейшего Нестория, не только оскорбляют слух благочестивых, но показывают враждебность против правой веры.

Наконец все епископы вместе воскликнули: „кто не анафематствует Нестория, тот сам да будет анафема! Православная вера анафематствует его! Св. собор анафематствует! Кто сообщается с Несторием, да будет анафема! Все мы анафематствуем послание и учение Нестория! Еретика Нестория все предаем анафеме! Все мы анафематствуем тех, кто сообщается с Несторием! Нечестивую веру Нестория анафематствуем! Нечестивое учение Нестория все предаем анафеме! Нечестивого Нестория все анафематствуем! Вся вселенная анафематствует нечестивое учение Нестория! Кто не анафемагствует его, да будет сам анафема! Православная вера анафематствует его! Св. собор анафематствует! Кто сообщается с Несторием, да будет анафема»!

«Пусть прочитано будет послание святейшего римского епископа“.

Ювеналий, епископ иерусалимский, сказаль: так! следует прочитать послание Келестина, святейшего архиепископа римского, которое он писал о вере.

Петр, пресвитер александрийский и первенствующий из нотариев, стал читать: перевод послания Келестина, епископа римского, к Несторию: «Возлюбленному брату Несторию Келестин. – Вселенская вера была в мире в продолжении некоторых дней нашего времени, после того как не стало нечестивого и везде осужденного учения Пелагия и Келестия» и проч.172).

Петр, пресвитер александрийский и первенствующий из нотариев, сказал: согласно с прочитанным сейчас писал святой и благочестивейший епископ наш Кирилл. Писание его мы имеем под руками, и, если повелит ваше благочестие, прочитаем.

Флавиан, епископ филиппийский, сказал: пусть будет прочтено и оно, и внесено в акты.

Петр, пресвитер александрийский и первенствующий из натариев, стал читать: „Кирилл и собор, собравшийся в Александрии из египетского округа, Несторию, благоговейнейшему и боголюбезнейшему сослужителю, желают о Господе всякого блага. – После того, как Спаситель наш ясно говорит: иже любить отца, или матерь паче Мене несть Мене достоин (Матф. 10, 37), что должны будем терпеть мы, от которых твое благоговеинство требует любви к тебе большей, чем ко Христу, Спасителю всех нас“? и так далее173.

Петр, пресвитер александрийский и первенствующий из натариев, сказал: как послание святейшего и блаженнейшего Келестина, епископа римской Церкви, отослано и передано достопочтеннейшему Несторию: так и то, что писал святейший и благочестивейший Кирилл, епископ александрийской Церкви и собор египетский, также передано ему чрез благочестивейших епископов Феопемпта, Даниила, Потамона и Комария. Не благоугодно ли будет спросить об этом благочестивейших епископов Феопемпта и Даниила, здесь присутствующих?

Флавиан, епископ филиппийский, сказал: пусть почтеннейшие сослужители наши Феопемпт и Даниил, здесь присутствующие, изъяснят, отдали ли они сказанные послания.

Феопемпт, епископ кавасский, сказал! в воскресный день, во время священного собрания, пришли мы в жилище епископа, и там, в присутствии всего клира и почти всех вельмож, отдали Несторию означенные послания.

Тоже самое подтвердил и Даниил, епископ дарнейский.

Флавиан, епископ филиппийский, сказал: дал ли он удовлетворительный ответ по этим посланиям?

Даниил, епископ дарнейский, сказал: он сказал нам тогда, чтобы мы пришли к нему на следующий день и переговорили с ним наедине. Но когда мы пришли, то запер двери и не удостоил нас ответа.

Феопемпт, епископ кавасский, сказал: приняв упомянутые послания, он приказал нам придти к нему на следующий день. Мы ушли. Потом, когда опять пришли, он не принял нас, и не исполнил требований, изложенных в посланиях; напротив, в церкви проповедовал тоже самое, и еще худшее, учение. И не только до получения послания учил так, но и после получения стал учить еще хуже, и так продолжает до сего дня.

Фид, епископ иоппийский, сказал: остается ли Несторий доселе при прежнем своем учении, об этом могут сказать присутствующие здесь благочестивейшие епископы Акакий и господин Феодот, которые, не без личной для себя опасности, имели беседу с ним. Посему просим их и заклинаем предлежащим здесь св. евангелием, в удостоверение и подтверждение настоящих рассуждений сказать нам, что слышали они от самого Нестория за три дня пред сим.

Кирилл, епископ александрийский, сказал: у нас речь идет не о каких-нибудь обыкновенных вещах, но о самом важном деле, именно, о правой вере во Христа. Поэтому пусть епископы Феодот и Акакий, как мужи благочестивые и правдолюбивые, согласно просьбе и заклинанию благочестивейшего епископа Фида, откроют нам, что слышали они от Нестория в этом городе Ефесе, когда имели беседу с ним о правой вере.

Феодот, епископ анкирский, сказал: скорблю о друге, но всякой дружбе предпочитаю благочестие; посему должен, хотя и

не без великой скорби, высказать всю правду на предложенный вопрос. Впрочем, в свидетельстве нашем, по моему, нет и нужды, потому что образ мыслей его (Нестория) ясно открывается из его послания к твоему (Кирилла) благочестию. Как в послании он упорно отвергал, что Богу Слову, то есть, Единородному, можно приписывать что-либо человеческое, считая это унизительным для Него: так и в разговоре повторял тоже самое. Как там утверждал, что о Боге нельзя говорить, что Он питался млеком или родился от Девы: так и здесь неоднократно говорил, что о Боге нельзя сказать, что Он – двух или трех месяцев. И это слышали от него не мы одни, когда за несколько дней пред сим имели беседу с ним, но и многие другие.

Акакий, епископ мелитинский, сказал: когда дело идет о вере и богопочтении, всякое личное пристрастие должно умолкнуть. Посему, хотя я более всех любил господина Нестория, и всячески старался спасти его, но теперь, по любви к истине, должен открыть то, что слышал от него, чтобы за сокрытие истины не подвергнуть осуждению душу свою. Тотчас по прибытии в Ефес я имел с сказанным мужем беседу. Узнав, что он неправо мудрствует, я всячески старался вразумить его и отвлечь от ложных мыслей. Он согласился со мною, по крайней мере на словах, что должен оставить прежнее мнение. Но спустя десять или двенадцать дней, когда беседа между нами возобновилась, и я по обычаю стал защищать истину, то заметил, что он и истине противится и впадает в два нелепых заблуждения. Ибо во-первых он нелепыми вопросами своими старался принудить собеседников или совершенно отвергнуть, что божество Единородного воплотилось, или допустить ни с чем несообразную мысль, что вместе с Богом Словом воплотилось и божество Отца и Св, Духа: что было свойственно только в высшей степени злокозненному уму, готовому совершенно ниспровергнуть благочестивую веру. Потом, при другой беседе, вступил в разговор один из бывших с ним епископов, который утверждал, что иной есть Сын, претерпевший страдания, и иной – Бог Слово. Я не мог вынести такого богохульства, простился со всеми и ушел. Еще другой из бывших с ним оправдывал иудеев, утверждая, что они согрешили не против Бога, но против человека.

Флавиан, епископ филиппийский, сказал: рассказ почтеннейших и благочестивейших сослужителей наших Феодота и Акакие весьма ясен. Теперь следует прочитать учение блаженных отцов наших и епископов о настоящем предмете, и по прочтении внести в акты.

Петр, пресвитер александрийский и первенствующий из нотариев, сказал: мы имеем под руками книги святейших и блаженных отцов й епископов и разных мучеников, и избрали из них несколько глав: не благоугодно ли будет вам выслушать?

Флавиан, епископ филиппийский, сказал: пусть будут прочитаны и внесены в акты. И были прочитаны следующие места.

Из книги о божестве Петра, святейшего александрийского епископа и мученика.

«Так как благодать и истина Иисус–Христом бысть (Иоан. 1, 17): то, по учению апостола, мы спасены благодатию: ибо говорит: и сие не от вас; Божий дар: не от дел, да никтоже похвалится (Ефес. 2, 8). По Божию благоволению Слово плоть бысть (Иоан. 1, 14) и образом обрется, яко человек (Фил. 2, 7), не отлучившись божества. Богат сый, Он обнищал (2Кор. 8, 9), нетак, чтобы Он совершенно оставил свою сиду, или славу, но обнищал для того, чтобы за нас грешников принять смерть, Праведянку за неправедники, да приведет ны Богови, умерщвлен убо быв плотию, ожив же духом“ (1Петр. 3, 18). И немного ниже: „Посему и евангелист возвещает истину, когда говорить: и Слово плоть бысть, и вселися в ны (Иоан. 1, 14). То есть, тогда (Слово плоть бысть), когда ангел, приветствуя Деву, сказал: радуйся, благодатная, Господь с тобою (Лук. 1, 28). Слово Гавриила: Господь с тобою, значат тоже, что: Бог Слово с тобою. Они означают, что Слово родилось во утробе Девы и соделалось плотию, как и написано: Дух Святой найдет на тя, и сила Вышнего осенит тя: тем же и раждаемое свято наречется Сын Божий“ (Лук. 2, 35). И еще ниже: „Но Бог Слово воплотился во чреве Девы без содействия мужа, по воле Бога, могущего все совершить, не имея нужды ни в действии, ни в присутствии мужа. Ибо сила Божия, осенив Деву наитием Святого Духа, воздействовала сильнее мужа“.

Из книги против ариан святейшего Афанасия, бывшего епископа александрийского.

«Многие соделались святыми и чистыми от всякого греха: Иеремия был освящен от матернего чрева (Иер. 1, 5); Иоанн, носимый еще во чреве, взыграся радощами от гласа Богородицы Марии (Лук. 1, 44). Однако же царствова смерть от Адама даже до Моисея и над несогрешившими по подобию преступления Адамова (Рим. 5, 14). А таким образом люди тем неменее оставались смертными, тленными, доступными свойственным естеству страданиям. Но ныне, после того, как Слово соделалось человеком, и усвоило себе все принадлежащее плоти, ничто подобное не касается уже тела по причине бывшего в теле Слова, но истреблено им, и люди не остаются уже грешными и мертвыми по своим страстям, но, воскресши силою Слова, навсегда пребывают бессмертными и нетленными. Посему, когда рождается плоть от Богородицы Марии, родившимся именуется сам Он, дарующий другим рождение к бытию, чтобы на Себя перенести Ему наше рождение, дабы после сего и мы, не как только земля, возвращались в землю, но как сочетавшиеся с Словом, которое с неба, чрез Него были возведены на небо. Посему не без причины перенес Он на Себя также и прочие немощи тела, чтобы мы уже, не как только человеки умирали, но, как усвоенные Слову, соделались причастниками вечной жизни. Ибо не умираем уже по прежнему бытию в Адаме, но как бытие наше и все телесные немощи подъяты на себя Словом, то восстаем от земли по разрешении клятвы за грех Тем, кто в нас и за нас соделался клятвою“.

Из послания к Епиктету его же.

«Как именующиеся христианами осмелились усумниться в том, что произшедший от Марии Господь по существу и естеству есть Сын Божий, а по плоти происшел от семени Давидова и от плоти св. Марии? Ужели некоторые простерли дерзость свою до того, чтобы сказать: Христос плотию пострадавший и распятый не есть Господь, Спаситель, Бог, Сын Отчий? Или, как хотят именоваться христианами те, которые утверждают, что Слово снизошло на святого человека, как на одного из пророков, а не само соделалось человеком, восприяв тело от Марии, и что иной есть Христос, а иной – Божие Слово, прежде Марии и прежде веков сущий Отчий Сын.? И как могут быть христианами те, которые говорят, что иной есть Сын, а иной – Божие Слово“? – И немного ниже: «Соделано же это не по присвоению (οὐ θὲσει), как представляли себе также некоторые, да не будет.! Но как Спаситель истинно и действительно стал человеком, то совершено спасение целого человека. Ибо если, как говорят они, бытие Слова в теле только так выражается по присвоению, а одно выражение по присвоению есть только мысленное представление: то оказывается, что и спасение и воскресение человеков, согласно с злочестивейшим Манихеем, есть мнимое, или только так именуемое. Но спасение наше – не мысленное представление, и спасение не одного тела, а целого человека, т. е. души и тела, действительно совершенно. Итак тело Спасителя, согласно с божественными , писаниями, было человеческое по естеству, воспринятое от Марии и истинное».

Из послания к Докиму Юлия, святейшего епископа римского.

„Для полноты веры проповедуется, что Сын Божий воплотился от девы Марии, и жил между людьми, что Он не действовал только в человеке (это можно отнести только к пророкам и апостолам.), но что Он есть совершенный Бог во плоти и совершенный человек в Духе, – не два сына, – т. е. один истинный Сын, восприявший человека, а другой смертный человек, восприятый Богом.; но един Единородный на небеси и Единородный на земли Бог.».

Из послания Феликса, святейшего римского епископа и мученика, к епископу Максиму и александрийскому клиру.

„Что касается до воплощения Слова и веры, то веруем в Господа нашего Иисуса Христа, рожденного от Девы Марии, веруем, что Он есть вечный Сын Божий и Слово, а не человек, восприятый Богом, так чтобы был отличен от Него; ибо Сын Божий не так восприял человека, что бы был отличен от него, но будучи совершенным Богом соделался вместе совершенным человеком, воплотившись от Девы».

Из пятого пасхального послания Феофила, святейшего епископа александрийского.

«И ныне есть останки прежних чудесь. Посему никто да не сомневается, что сила Божия может произвесть то, чтобы родила Дева. От нее-то и родилось живое Слово Божие, дабы уподобиться нам, ибо иначе Оно не могло войти в ближайшее общение с нами. Чтобы не восприять плоть от похоти и услаждения сна (Прем. Сол. 7, 3), как это бывает со всеми прочими людьми, Он рождается в подобии нашем, но принимает плоть от Девы; и таким образом, по зраку раба, является человеком, подобным нам, но делами показывает, что он есть Творец и Господь всего, ибо творил дела Божии“.

Из шестого послания его же.

«Как наилучшие из художников не на благородном только веществе являют свое искусство и заслуживают удивление, но часто берут малоценный воск и рыхлую глину, и на них показывают силу своего искусства, и чрез это удостаиваются еще большей похвалы: так и высочайший всех Художник, живое и действенное Слово Божие, украсившее вселенную стройным порядком, снисходя к нам, не принимает какое-либо превосходное вещество, например небесное тело, но являет величие своего художества на персти, обновляя человека, созданного из персти. Сам каким-то новым, необычайным, образом является от Девы человеком. И хотя образом рождения отличается от нас, однако ж во всем, кроме греха, уподобляется нам. Он и рождается, и повивается пеленами, и питается млеком, в младенчестве полагается в ясли; (вообще) по сказанным причинам, принимает все немощи естества нашего. Впрочем, быв еще младенцем, Он устрашает и врага и его полчище, привлекает к покаянию волхвов, и устрояет так, что они презирают пославшего их царя“.

Из слова о милостыне Киприана, святейшего епископа и мученика.

„Велики и многочисленны, возлюбленные братия, благодеяния Божии, которые Бог Отец и Христос явили и всегда будут являт для нашего спасения по своей богатой и великой милости.

Для спасения и оживотворения нашего Отец послал Сына своего, да обновит нас. Посланный Сын (Божий) благоволил соделаться и сыном человеческим, дабы нас сделать сынами Божиими. Он смирил Себя, дабы возвысить людей, поверженных долу, был язвлен, дабы уврачевать наши язвы, зрак раба приял, дабы нас от рабства привести к свободе, претерпел смерть, дабы смертным даровать бессмертие».

Изъяснение веры святейшего Амвросия, бывшего епископа медиоланскаго.

„Если не верят мне, то пусть поверят апостолу, который говорит: егда прииде кончина лета, посла Бог Сына своего, раждаема от жены, бываема под законом (Гал. 4, 4). Сына говорит, своего, – не единого из многих, не усыновленнаго, но своего. Когда говорит: своего, этим указывает на вечное рождение Сына. Далее говорит, что сей Сын родился от жены, дабы рождение приписываемо было не Божеству, но восприятию им тела. Раждаемого от жены, чрез восприятие плоти; бываема под законом, чрез исполнение закона. Ибо небесное рождение прежде закона, а это после закона“.

Из второй книги о вере его же.

„Да умолкнут пустые словопрения; ибо царствие Божие, как написано, не в доводах слова, но в явлении силы (1Кор. 2, 4). Соблюдаем различие божества и плоти. В том и другом говорит единый Сын Божий, ибо в Нем то и другое естество. Но хотя говорит один и тот же, впрочем не всегда одинаковым образом. Примечай в Нем то славу Божию, то движения человека. Как Бог, Он учит божественному, ибо есть Слово Божие; как человек, говорит о человеческом, ибо говорил в моем естестве. Сей есть хлеб животный, иже сшедый с небесе. Хлеб сей есть плоть, как сам сказал: и хлеб, его же Аз дам, плот моя есть (Иоан. 6, 7). Сшедый с небесе есть Тот, его же Отец святи и посла в мир (Иоан. 10, 36). Это самое речение научает нас, что в освящении имело нужду не божество, а плоть“.

Великого и святейшего Григория, бывшего епископа назианскаго.

„Пусть люди не обольщают других, и сами пусть не обольщаются, допуская, что Господний человек, как говорят они, лучше же сказать, Господь наш и Бог, не имеет ума (т. е. человеческаго). Мы не отделяем в Нем человека от божества, но учим, что один и тот же – прежде не человек, но Бог и Сын единородный, предвечный, не имеющий ни тела, ни чего-либо телесного, а наконец и человек, восприятый для нашего спасения, подлежащий страданию по плоти, бесстрастный по божеству, ограниченный по телу, неограниченный по духу; один и тот же – земный и небесный, видимый и умопостигаемый, вместимый и невместимый, чтобы всецелым человеком и Богом воссоздан был всецелый человек, падший под грех.

«Если кто не признает Марию Богородицею, то он отлучен от божества.

«Если кто говорит, что Христос, как чрез трубу, прошел чрез Деву, и не образовался в ней божески вместе и человечески, – божески, как родившийся без мужа, человечески, как родившийся по закону чревоношения: да будет анафема!

„Если кто говорит, что в Деве образовался человек, и потом уступил место Богу, – то он осужден, ибо это значит не рождение Бога признавать, а избегать рождения.

„Если кто вводит двух сынов – одного от Бога и Отца, а другого от матери, а не одного и того же, то да лишится он всыновления, обещанного право верующим. Ибо хотя два естества – Богочеловек (как в человеке душа и тело) – но не два сына, не два Бога, – (как и здесь не два человека, хотя Павел 2Кор. 4, 16, наименовал человеком и внешнее и внутреннее в человеке). Кратко сказать: в Спасителе есть иное и иное: потому что не тожественны невидимое с видимым и довременное с тем, что под временем.; но не имеет в Нем места иный и иный. Сего да не будет. Ибо то и другое в срастворении – и Бог вочеловечился, и человек обожился, или как ни наименовал бы кто это. Когда же говорю: иное и иное, разумею это иначе, нежели как должно разуметь о Троице. Там Иный и Иный, чтобы не слить нам ипостасей, а не иное и иное; ибо три ипостаси по божеству суть едино и тожественны.

„Если кто говорит, что во Христе божество, как в пророках, благодатно действовало, а не существенно было сопряжено и сопрягается: то он да не будет иметь в себе лучшего вдохновения, а напротив того, да исполнится противного!

„Если кто не покланяется Распятому, таковый да будет анафема, и да причтется к богоубийцам!

„Если кто говорит, что Христос стал совершен чрез дела, и что Он или по крещении, или по воскресении из мертвых, удостоен всыновления, подобно как еллины допускают богов сопричтенных, – да будет анафема! Ибо то́ не Бог, что́ получило начало, или преуспевает, или усовершается, хотя и говорится это (Лук. 2, 52) относительно постепенного проявления» (божества во Христе).

Святейшего Василия, бывшего епископа Кесарии каппадокийской.

„Превосходство силы доказывают не столько небо и земля, и обширность морей, и животные, живущие в водах и на суше, и растения и звезды, и воздух, и времена года, и разнообразное украшение вселенной, сколько то, что неограниченный Бог мог чрез плоть бесстрастно вступить в борьбу со смертию, чтобы собственным своим страданием даровать нам бесстрастие».

Григория, святейшего епископа нисскаго.

„Сие же, говорит, да мудрствуется в вас, еже и во Христе Иисусе, иже не восхищением непщева быти равен Богу, но Себе умалил, зрак раба приим (Филип. 2, 5). Что уничиженнее для Бога зрака раба? Что смиреннее для царя всяческих, как добровольно войти в (приискреннее) общение с нашею немощною природою? Дарь царствующих и Господь господствующих принимает зрак раба; Судия всех делается данником властителей; Господь твари поселяется в пещере; измеряяй вся пядию не обретает места в гостиннице, но полагается в яслях бессловесных.; чистый и непорочный не отвращается скверн человеческого естества, но, прошед все степени нашего убожества, претерпевает наконец самую смерть. Взирайте на великость Его самоуничижения. Жизнь вкушает смерть, Судия ведется в претор, Владыка всякой жизни подвергается приговору судии: Царь всех премирных сил предается в руки казнителей. Пусть, говорит, с сим образцем соображается мера твоего смирения».

Аттика, епископа константинопольского.

„Ныне Христос и Господь по человеколюбию приемлет рождение (по плоти); ибо рождение по божеству имел уже прежде». – Потом присовокупляет к сему: «человеколюбивое Слово умаляется, будучи по своему божеству неспособно к умалению: ибо само Себе умалило, зрак раба приим. Бесплотный воплощается для тебя: Слово плоть бысть. Неподлежащий осязанию по бестелесному естеству делается осязаемым, Безначальный приемлет начало по телу, Совершенный возрастает, Неизменяемый преуспевает, Богатый рождается во временном пристанище, покрываяй небо облаки повивается пеленами, Царь полагается в яслях.“.

Его же.

„Если кого удаляет от нас вочеловечение Единородного, рождение от Девы, общение страстей, крест, смерть и воскресение: тот пусть узнает, что все это было для спасения мира, и пусть недумает, что это недостойно человеколюбия Совершеннейшего. Ибо, если унизительно для Бога вселиться в Деву, то гораздо унизительнее было бы создать ее. Но как для Него не было унижением создать ее, то и вселиться в свое создание Он не счел постыдным. И если страдать есть зло, то избавлять от страданий–какое благо! Посему-то и умер Бессмертный, дабы умертвить смерть, и воскрес, устрояя наше воскресение. И все это совершил не божественным естеством, но чрез восприятие плоти: по божеству пребывал бесстрастным, плотию же все перенес и претерпел, дабы быть вождем и законодателем наилучшей жизни“.

Амфилохия, епископа иконийскаго.

«Как один и тот же есть Царь и Бог и по домостроительству должен был вкусить смерть: то и дары служат прикровенными назнаменованиями таин. Приносят волхвы злато, признавая в Нем царя; приносят ливан, ведая, что приносят Богу; приносят смирну ради таинства страданий и смерти Его“.

Его же.

„Если бы Он не родился по плоти, ты не возродился бы в духе. Если бы Он не принял зрак раба, ты не получил бы славы всыновления. Посему то сходит на землю Сый на небеси, дабы т. е. ты, сущий на земли, восшел на небо; посему-то Христос умалил Себя, дабы все мы прияли от Его полноты. Его смерть соделалась для тебя бессмертием: страдание Господа соделалось возвышением для раба. А ты благодеяние обращаешь в повод к богохульству».

Петр, пресвитер александрийский и первенствующий из нотариев, сказал: мы имеем под руками и богохульные книги достопочтеннейшего Нестория, и из одной выбрали несколько глав. Не благоугодно ли будет святому собору приказать прочитать эти главы?

Флавиан, епископ филиппийский, сказал: пусть будут прочитаны и внесены в акты. – И прочие епископы сказали: мы все думаем также.

Из книги Нестория, лист 17 о догмате. – И было читано так:

„Когда божественное писание начинает говорить о рождении Христа от Девы Марии, или о Его смерти, то нигде не употребляет имени: Бог, но – или Христос, или Сын, или Господь. Ибо эти три имени обозначают оба естества, иногда то, иногда другое, а иногда и то и другое вместе. Например, изъясняя нам рождение от Девы, писание говорит: посла Бог Сына своего; не сказало: посла Бог Бога Слово, но берет имя, означающее оба естества. Так как Сын есть и Бог и человек, то и говорит: посла Бог Сына своего, рождаема от жены (Гал. 4, 1), дабы, когда ты услышишь: раждаема от жены и потом увидишь предыдущее имя, означающее оба естества, – то рождение от св. Девы называл бы также Сыном; ибо Сына же Божия родила и Христородица Дева. Но как Сын Божий имеет два естества, то она родила не Сына Божия а родила человечество, которое есть также сын, ради сочетавшегося с ним Сына“.

Его же лист

21. «3амечай, еретик, сущность дела. Я не отнимаю у Христородицы Девы славы; знаю напротив, что достойна почитания та, которая приняла (в себя) Бога, чрез которую явился или изшел в мир Бог всяческих, чрез которую воссияло Солнце правды.

Но опять я не доверяю вашим рукоплесканиям. Как поняли вы слово: изшел (προἠθεν)? По моему, это не тоже значит, что: родился; ибо я не так скоро забываю себя. Что Бог Слово изшел от Христородицы Девы, этому я научился из божественного писания; а что Бог родился от нее, этому нигде не учит писание».

И ниже:

«Итак, божественное писание нигде не говорит, что от Христородицы Девы родился Бог, но – или Иисус Христос, или Сын, или Господь: это мы все признаем. Несчастен, кто не призна́ет немедленно того, чему учит писание. Востав поими отроча и Матерь Его: это глас ангельский. Архангелы, конечно, лучшие тебя знали, что относится к тайне рождения; но они не говорят: восстав поими Бога и Матерь Его, но: восстав поими отроча и Матерь Его“.

Его же листь

24. „Сказано: не бойся прияти Мариам жены твоея: рождшеебося в ней от Духа есть Свята (Мат. 1, 20). Здесь в слове γεννηθέν примем ли мы два ν, или одно, это не вредит смыслу, как скоро мы будем говорить, что Бог Слово явился во плоти; ибо иное – быть вместе с рожденным, и иное – родиться. Рождшеебося в ней, сказано, от Духа есть Свята, т. е. Дух Святой создал сущее в ней. Итак отцы, как сведущие в божественных писаниях, видели, что если (в символе) вместо: воплотившегося, сказать: рожденнаго, то окажется, что или Бог Слово ость Сын Духа, или что Он имеет двух отцов, или наконец – если примем одно ν (т. е. будем читать γενηθέν, а не γεννηθέν), – что Бог Слово есть создание Духа Святого. Посему, избегая слова: рождение, они изложили: „нас ради человек и нашего ради спасения сшедшего (с небес) и воплотившегося“. Что такое: воплотившегося? Не то, чтобы божество Его превратилось в плоть. – Сказав: воплотившегося от Духа Свята, отцы следовали в сем евангелисту. Ибо евангелист, говоря о вочеловечении, не приписал Слову рождения, но употребил воплощение. Где? Слушай. И Слово плоть бысть, не сказал: Слово родилось плотию. Напротив, где апостолы или евангелисты упоминают о Сыне, то всегда говорят, что Он родился от жены. Внимай, прошу тебя, словам моим. Где, говорю, употребляют имя: сын, там говорят и родился, утверждают, т. е., что родился от жены. Напротив, где упоминают о Слове, там ни один из них не осмелился сказать, что Оно родилось чрез человечество. Слушай! Блаженный евангелист Иоанн, говоря о Слове и Его воплощении, вот что пишет: и Слово плоть бысть, т. е. приняло плоть, и вселися в ны, т. е. облеклось в наше естество и жило среди нас, и видехом славу Его, т. е. Сына, а не сказал: „видехом рождение Слова».

Его же лист 15 о догмате.

„Так мы и сущего по плоти Христа именуем Богом, по причине сопряжения (συναθέιας) с ним Бога Слова, зная в тоже время, что Он по-видимости был как простой человек. Слушай, вот Павел проповедуест и то и другое: от иудеев, говорит Христос по плоти сый над всеми Бог (Рим. 9, 5). Сперва говорит, что Он человек, а потом видимого человека сего называет Богом (θεολογῶ), по причине сопряжения с ним Бога, дабы никто не упрекнул Христианство в обожении человека».

Его же лист

27. „Как Творца всяческих мы называем Богом, и богом также называется Моисей, как сказано: се дах тя бога Фараону (Исх. 7, 1), и Израиль называется сыном Божиим: сын мой первенец Израиль (Исх. 4, 22), – как Саул называется христом: никакоже ми, говорит, от Господа, еже нанести руку мою нан, яко христос Господен есть сей (1Цар. 24, 7), равно и о Кире сказано; сице глаголет Гоcподь Бог помазанному (χριςτω) моему Киру (Исаии 45, 1), и наконец вавилоняне называются святыми: Аз повелеваю, освященни (ᾶγιοι) суть: и Аз веду их (Исаии 13, 3): так и Христа мы называем и Господом, и Богом, и Сыном, и Святым, и Христом. Но хотя здесь имена общи и сходственны, однако ж достоинство не одно и тоже“.

Его же лист

15. „Сие да мудрствуется в вас, еже и во Христе Иисусе, иже во образе Божии сый... Себе умалил, зрак раба приим (Филип. 2, 5). Не сказал: сие да мудрствуется в вас, еже и в Боге Слове, иже во образе Божии сый, зрак раба приим.; но употребив имя: Христос – имя, обозначающее оба естества, без всякой опасности и Богом Его называет, и принявшим зрак раба, безошибочно относя сказанное к обоим естествам.“.

Его же лист

16. „Да о имени, говорит, Иисусове всяко колено поклонится, небесных, и земных, и преисподних.; и всяк язык исповест, яко Господ Иисус Христос (Фил. 2, 10). Ради носящего почитаю носимого, ради сокровенного почитаю видимого. Бог неотделим от видимого (т. е. Христа); посему не разделяю чести Неразделяемого; разделяю естество, но соединяю поклонение».

Его же лист

17. „Бог Слово и прежде воплощения был и Сын и Бог и соприсущ Отцу, но в последнее время Он принял также зрак раба. Впрочем, хотя прежде Он был и назывался Сыном, но после принятия плоти, сам по себе – в отдельности – не должен называться Сыном, дабы не внести нам двух сынов. Но как с ним соединился (συνῆςιται) Тот, кто был в начале Сыном, то по отношению к достоинству cыновства, а не по отношению к природам, в Нем нельзя допустить и разделения; говорю: по отношению к достоинству сыновства, а не по отношению к природам. Посему-то Бог Слово называется и Христом, так как имеет постоянное общение (συναφέιαν) со Христом.“.

Его же лист 15 о догмате.

„Итак соблюдем неслиянное общение (συναφέιαν) естеств, будем исповедовать Бога в человеке, будем почитать человека, спокланяемого с Вседержителем Богом, по причине божественного общения (συναφέιας)“.

Его же лист

6. Смотри, что сказано: да милостив будет и верен первосвященник в тех, яже к Богу: в нем же бо пострадав, сам искушен быв, может и искушаемым помощи (Евр. 2, 17). Итак пострадавший есть милостивый первосвященник.; но то, что может подлежать страданию, есть храм, а не Бог, оживотворяющий пострадавшего“.

Его же лист

27. „Знайте, как превосходно было общение божества (с человечеством.), даже и в то время, когда Господня плоть созерцаема была в младенце. Ибо один и тот же был и младенцем, и Владыкою младенца. Вы одобрили слово; смотрите же, не бессознательно содержите его; ибо я сказал: один и тот же был и младенцем, и обитал в младенце“.

Его же лист

1. „Действия Троицы общи, и различаются только по ипостасям. Таким образом прославление Единородного иногда приписывается Отцу, ибо говорит: ест Отец мой славяй Мя (Иоан. 8, 54), иногда Духу, ибо говорит: Дух истины прославит Мя (Иоан. 16, 14), а иногда силе Христовой“.

Его же лист 16, где говорит о Христе.

«Это есть Тот, который сказал: Боже мой, Боже мой, вскую Мя еси оставил (Матф. 27, 46), – Тот, который претерпел тридневную смерть. Покланяюсь Ему вместе с божеством, как соучастнику божественного величия“. – И ниже: „не само по себе есть Бог то, что образовалось во утробе, не само по себе – Бог то, что создано Духом, не само по себе – Бог то, что положено во гроб: ибо в таком случае мы были бы явными человекопоклонниками и мертвопоклонниками. Но как в восприятом (обитал.) Бог, то восприятый, как соединенный (συναφέις) с восприявшим, от восприявшего именуется также Богом.“.

Егоже лист 3 против еретиков, где говорить о Св. Духе.

„Каким образом может быть рабом Тот, который действует вместе с Отцом и Сыном? Если кто иcследует действия Духа, то найдет, что они нисколько не ниже действий Отца и Сына. Это не значит, чтобы единое Божество разделялось на части, но божественное писание, дабы показать равенство Троицы, разделяет иногда по ипостасям то, что принадлежит единой силе. Подобное усматриваю я и из дел, начавшихся во времени. Слово плоть бысть, и вселися в ны. Отец спосадил с собою восприятое человечество (Еф. 1, 20. 2, 6), ибо сказано: рече Господь Господеви моему: седи одесную Мене (Пс. 109, 1). Снисшедший Дух увеличил славу восприявшего; ибо говорит: егда приидет Дух истины, Он Мя прославит“ (Иоан. 16, 13. 14).

Его же лист 6, где говорит о Христе.

„Он послан проповедати плененным отпущение и слепым прозрение (Лук. 4, 18), и, как апостол прибавляет, говоря: Он сделался верным Богу первосвященником (Евр. 2, 17). Итак Он соделался, а не от века существовал. Еретик.! Он мало по малу достиг достоинства первосвященника. Слушай, вот слова, которые яснее говорят тебе об этом: иже во днех плоти своея моления же и молитвы к могущему спасти его от смерти с воплем крепким и со слезами принес и услышан быв от благоговеинства; аще и Сын бяше, обаче навыче от сих, яже пострада послушанию: и совершився бысть всем послушающим его виновен спасения вечнаго (Евр. 5, 7–9). А совершается (τελειοῦται), еретик, то, что мало по малу преуспевает. О сем и Иоанн в евангелии говорит: Иисус преспеваше премудростию и возрастом и благодатию174. Согласно с сим и Павел говорит: совершився бысть всем послушающим его виновен спасения вечнаю, наречен от Бога первосвященник по чину Мельхиседекову (Евр. 5, 9. 10), и ниже: наречен первосвященник. Зачем же ты превратно толкуешь Павла, смешивая бесстрастного Бога Слово с земным подобием, и делая (Его) удобостраждущим первосвященником.“?

Его же лист

17. Тем же, братия, звания небесного причастницы, разумейте посланника и святителя исповедания нашего Иисуса Христа: верна суща сотворшему Его“ (Евр. 3. 12). И ниже: „так как у нас один сей первосвященник, состраждущий, соестественный нам и постоянный: то не отступайте от веры в Него. Ибо Он послан вследствие обещанного нам благословения от семени Авраама, как приносящий жертву тела за Себя и за соестественных Ему людей. Заметь: (апостол.) сказал прежде, что всякий первосвященник имеет нужду в жертве, и исключил Христа, как не имеющего в этом нужды; но здесь утверждает, что Он приносит жертву за Себя и за соестественных ему людей“.

Его же лист

4. „Итак слушайте со вниманием сии слова: ядый, говорит, мою плоть (Иоан. 6, 56). Помните, что здесь говорится о плоти, и слово: плоть не мною прибавлено. Не подумайте, что я неправильно толкую. Ядый мою плоть и пияй мою кровь; не сказал: ядый мое божество и пияй оное, но: ядый мою плоть и пияй мою кров, во Мне пребывает и Аяг вг нем. Помните, это сказано о плоти. Якоже посла Мя живый Отец (51), Меня, которого вы видите. Но говорят, что иногда я неправильно толкую. Узнаем из следующаго: якоже посла Мя живый Отец. Он (противник.) из.ясняет это о божестве, я – о человечестве. Посмотрим, кто толкует неправильно: якоже посла Мя живый Отец. Еретик говорит, что здесь речь идет о божестве: посла Мя, т. е. Бога Слово. По мнению их (противников.): якоже посла Мя живый Отец, и Аз – Бог Слово живу Отца ради. Но потом вот что следует: ядый Мя, и той жив будет (–57). Кого же будет есть? божество или человечество“?

Его же лист

16. „И вообще, если тщательно исследуем весь новый завет, то нигде не встретим в нем, чтобы смерть приписывалась Богу, но – или Христу, или Господу, или Сыну. А эти имена: Христос, Сын, Господь, когда усвояются в писании Единородному, обозначают оба естества, иногда божество, иногда человечество, а иногда то и другое вместе. Напр. когда Павел в послании проповедует: аще бо врази бывше примирихомся Богу смертию Сына Его (Римл. 5, 10): то обозначает сим человечество Сына. Но когда он же говорит (в послании) к Евреям: Бог глагола нам в Сыне, имже и веки сотвори (Евр. 1, 1. 2): то показывает божество Сына; ибо не плоть сотворила веки, сама быв сотворена после многих веков.». И ниже: „не божество имело братом Иакова, не смерть Бога Слова возвещаем, когда вкушаем Господню плоть и кровь» (1Кор. 11, 26).

Его же (Нестория) лист

23. „Я замечаю в нашем народе великую привязанность к вере и пламенную ревность к благочестию, но по невежеству в божественных догматах он часто впадает в заблуждения. В этом впрочем виноват не самый народ, но, как бы выразиться приличнее? – Наставники ваши не имели времени сообщить вам точнейшего учения“.

Петр, пресвитер александрийский и первенствующий из нотариев, сказал: вот он прямо говорит здесь, что никто из бывших до него учителей не говорил народу того, что он говорил.

Флавиан, епископ филиппийский, сказал: так как все сказанное Несторием отвратительно и богохульно, и слух наш не может более выносить сих мерзостей: то пусть все богохульные его слова, в изобличение их виновника, будут внесены в акты.

Петр, пресвитер александрийский и первенствующий из нотариев, сказал: достопочтеннейший и благочестивейший митрополит и епископ карфагенский Капреол с диаконом Везулою прислал сему святому собору послание. Если повелит ваше благочестие, я прочитаю это послание, равно и перевод его

„Епископ Капреол благочестивейшим и блаженнейшим сослужителям, отовсюду сошедшимся на собор, желает о Господе всякого блага.

„Я желал, благочестивейшие братия, чтобы при настоящем положении дел созван был ваш досточтимый собор, – и нам хотелось бы отправить на сей собор не достойное слез извинение, но благоустроенное посольство, состоящее из нескольких собратий и епископов наших, избранных общим голосом. Но разные причины воспрепятствовали исполнению сего нашего желания. И во-первых дошедшее до рук наших послание господина и сына нашего благочестивейшего императора Феодосия было такого свойства, что требовало личного присутствия (на соборе) блаженной памяти брата нашего и соепископа Августина. Но так как упомянутое послание уже не застало его в живых, то я, приняв царское извещение, хотя оно собственно назначено было для упомянутого Августина, и разослав по всем епархиям Африки приличные грамоты и обычные увещания, хотел созвать надлежащий собор, дабы, избрав на нем некоторых из числа наших братий и епископов, отправить их на досточтимый собор вашего блаженства. Но на сей раз все пути сообщения оказались у нас непроходимыми. Ибо толпа врагов, разлившихся повсюду и повсеместное опустошение провинций, которые, частию по причине умерщвления жителей, частию по причине бегства их, и в длину и в широту представляют очам печальный вид запустения, – уничтожили во всяком желание и готовность идти на собор. Вследствие сих-то препятствий епископы, которым предположено было явиться на собор, не могли из разных областей Африки собраться в одно место. Сверх того послание императора доставлено было нам в дни пасхи, когда до вселенского досточтимого собора оставалось не более двух месяцев, какового пространства времени едва достаточно было и для созвания африканского собора, если бы даже не было никаких препятствий со стороны врагов. Но хотя, вследствие таких обстоятельств, мы никоим образом не могли отправить к вам торжественное посольство, однако ж, из уважения и во исполнение установленного в Церкви порядка, назначили к вам, досточтимые братия, сына нашего диакона Везулу с сим оправдательным посланием. Итак, хотя я вполне уверен, что кафолическая вера чрез столь великий собор досточтимых иереев, при помощи Божией, сохранится твердою и непоколебимою, но прошу и умоляю вашу святость, чтобы вы, при содействии Св. Духа, который, как я не сомневаюсь, будет в сердцах ваших при всех ваших действиях, силою древнего предания поражали новые и доселе неслыханные в Церкви учения, и таким образом противустали всякого рода новым заблуждениям, не касаясь тех, которые уже прежде отвергла Церковь, и возникших в наши времена, которые также низложены единодушным приговором иереев, – дабы под предлогом вторичного исследования Не возобновлять того, что уже отвергнуто прежде. Ибо подвергать исследованию нужно вновь возникшие спорные вопросы, дабы или одобрить, если что говорится справедливо, или отвергнуть достойное осуждение. А если кто станет подвергать новому исследованию предметы уже решенные, о том по справедливости должно будет сказать; что он не иное что делает, как сам сомневается в той вере, которая доселе имела силу. Потом, дабы нынешние определения относительно кафолической веры сохранили всегдашнюю твердость, нужно, в пример потомству, оставить неизменным и неприкосновенным все то, что в прежние времена утверждено св. отцами. Ибо, если кто хочет своим определениям относительно кафолической веры сообщить всегдашнюю твердость, то он должен подтверждать свое мнение судом древних отцов, а не основываться на собственном авторитете, дабы таким образом видно было, что он, подтверждая свое мнение определениями частию древних, частию новейших, утверждает, проповедует и содержит единую истину Церкви, хранимую от начала до настоящего времени в простоте и чистоте, с непоколебимою твердостию и достоинством. Вот что заблагорассудил я представить вашему достопочтенному вниманию вместо настоящего посольства африканского, которому воспрепятствовали изъясненные выше тесные обстоятельства. Усерднейше прошу вас, взяв во внимание эти бедственные обстоятельства времени, приписывать наше отсутствие не гордости или небрежению, но именно этому стесненному положению нашему“.

Цирилл, епископ александрийский, сказал: пусть и прочитанное сейчас послание достопочтеннейшего и боголюбезнейшего епископа карфагенского Капреола, как содержащее в себе ясную мысль, будет внесено в акты веры. Ибо он желает, чтобы древние догматы веры были утверждаемы в прежней своей силе, а новые, нелепо вымышленные и нечестиво проповедуемые, были осуждаемы и опровергаемы.

Все епископы воскликнули: таково мнение всех нас; мы все тоже говорим.; это общее наше желание.

Приговор о низложении Нестория.

Св. собор изрек: так как нечестивейший Несторий, сверх прочего, не захотел повиноваться нашему приглашению и не принял посланных от нас святейших и благочестивейших епископов, то мы вынужденными нашлись исследовать нечестивое его учение. Открывши же, частию из его писем, частию из других сочинений, частию из бесед, которые он недавно имел в сей митрополии (Ефесе) и которые подтверждены свидетелями, что он и мыслит, и проповедует нечестиво, мы вынуждены были, на основании канонов и послания святейшего отца и сослужителя нашего Келестина, епископа римского, произнесть против него, хотя не без горких слез, следующее горестное определение:

„Господь наш Иисус Христос, на которого он изрыгал хулы, устами сего святейшего собора определяет лишить его епископского сана и отлучить от общения церковнаго».

Подписуюсь и осуждаю вместе с святым собором Кирилл, епископ александрийский.

Подписуюсь и осуждаю вместе с святым собором Ювеналий, епископ иерусалимский.

Подписуюсь Флавиан, епископ филиппийский, и осуждаю вместе с св. собором.

Подписуюсь Фирм, егшскоп Кесарии каппадокийекой и пр.

Подписуюсь Мемнон, епископ ефесский и пр.

Подписуюсь Акакий, Божиею милостию епископ мелитинский, вполне согласуясь с означенным определением св. собора.

Подписуюсь Феодот, епископ св. церкви в Анкире, согласуясь с св. собором.

Подписуюсь Палладий, епископ амасийский, согласуясь с означенным определением св. собора.

Подписуюсь Амфилохий, епископ Сиды, и осуждаю вместе с св. собором.

Подписуюсь Иконий, епископ Гортины в Крите, и осуждаю купно с св. собором.

Подписуюсь Анисий, епископ фивской св. Божией церкви в Греции, и осуждаю и пр.

Подписуюсь Домн, епископ св. Божией церкви в Опунте, и пр.

Подписуюсь Агафокл, епископ города Колонии и пр. Подписуюсь Григорий, Божиею милостию епископ Керасунта и пр.

Подписуюсь Паралий, Божиею милостию епископ Андранпв, и пр.

Подписуюсь Калликрат, епископ Навпакта, и пр. Подписуюсь Никий, епископ мегарский, и пр.

Подписуюсь Докимасий, епископ города Маронии, фракийской епархии, в провинции Родоне, и пр.

Подписуюсь Лукиан, епископ города Топира той же провинции, и пр.

Подписуюсь Еннепий, епископ города Максы в той же провинции, и пр.

Подписуюсь Ригин, епископ города Константии, и пр. Подписуюсь Саприкий, епископ Пафа, и пр.

Подписуюсь Фемистий, наименьший епископ Иасса, и осуждаю вместе с св. собором.

Подписуюсь Перревий, епископ фессалоникийских гор, и осуждаю вместе с св. собором.

Подписуюсь Аффонит, наименьший епископ Ираклии, и пр. Подписуюсь Спудасий, епископ керамский, и пр.

Подписуюсь Филит, наименьший епископ Амазона, и пр. Подписуюсь Архелай, епископ Минда, и пр.

Подписуюсь Апеллай, наименьший епископ Кивирры, и пр.

Подписуюсь Фаниа, наименьший епископ города Арпас, и пр.

Подписуюсь Промахий, епископ алиндский, и пр.

Подписуюсь Андирий, епископ города Херрониса в критской провинции и пр.

Подписуюсь Павел, епископ города Лампы в критской области, и пр.

Подписуюсь Зиновий, епископ города Кноса в критской области.

Подписуюсь Феодор, епископ Додоны в древнем Эпире и пр.

Подписуюсь Секундиан, епископ св. Божией церкви в Ламии, и пр.

Подписуюсь Дион, епископ города Фив в Фессалии, и пр.

Подписуюсь Феодор, еписком Эхинея, и пр.

Подписуюсь Ираклеон, он же и Феофил, епископ траллийский, и пр.

Подписуюсь Евпор, епископ ипепский, и пр.

Подписуюсь Родон, епископ города Палеополя в Азии, и пр.

Подписуюсь Тихик, епископ города Ериффей, и пр.

Подписуюсь Несторий, епископ Сиона, и пр.

Подписуюсь Евтихий, св. Божией кафолической и апостольской Церкви в Феодосиополе, и пр.

Подписуюсь Модест, епископ города Неат, и пр. Подписуюсь Феосевий, наименьший епископ города Приены, и пр.

Подписуюсь Феодот, епископ Мназы, и пр.

Подписуюсь Максим, наименьший епископ Асса, и пр.

Подписуюсь Максим, епископ Кумы, и пр.

Подписуюсь Александр, епископ Аркадиополя, и пр.

Подписуюсь Феодор, епископ анинитский, и пр.

Подписуюсь Евсевий, епископ Клазомен, и пр.

Подписуюсь Евсевий, епископ Магнезии, и пр.

Подписуюсь Феодосий, епископ Маставры, и пр.

Подписуюсь Евтропий, наименьший епископ эвазский и пр.

Подписуюсь Филипп, епископ города Пергама, и пр.

Подписуюсь Афовий, наименьший епископ Колоны, и пр.

Подписуюсь Дорофей, наименьший епископ Миррины, и пр.

Подписуюсь Евфалий, епископ колофонский, и пр.

Подписуюсь Илиофей, епископ вариулитский, и пр.

Подписуюсь Афанасий, епископ острова Параса, и пр.

Подписуюсь Исихий, епископ города Пария в геллеспонтской области, и пр.

Подписуюсь Евсевий, епископ аспонский, и пр.

Подписуюсь Филумен, епископ Кинны, и пр.

Подписуюсь Зинон, епископ города Кирия в Кипре, и пр.

Подписуюсь Тривониан, епископ св. церкви в Приамополе и пр.

Подписуюсь Нунехий, епископ св. церкви в Сельге, и пр.

Подписуюсь Евагрий, епископ Солии, и пр.

Подписуюсь Кесарий, хорепископ города Алки, и пр.

Подписуюсь Иоанн, епископ Приконниса, и пр.

Подписуюсь Нисий, епископ св. Божией церкви, что в Коривоенне, и пр.

Подписуюсь Акакий, епископ св. Божией церкви в Котенах и пр.

Подписуюсь Нектарий, епископ кафолической церкви в Синее, и пр.

Подписуюсь Солон, епископ Кораллии, и пр.

Подписуюсь Матидиан, епископ города Коракисс, и пр.

Подписуюсь Мариан, епископ Лирвы, и пр.

Подписуюсь Феодул, епископ Элузы, и пр.

Подписуюсь Филадельф, епископ Грацианополя, и пр.

Подписуюсь Феоктист, епископ города Фокей, и пр.

Подписуюсь Руфин, епископ города Тава, и пр.

Подписуюсь Иоанн, епископ Августополя, и пр.

Подписуюсь Роман, епископ рафийский, и пр.

Подписуюсь Фид, епископ иоппийский, и пр.

Подписуюсь Аиян, епископ Сикамазона, и пр.

Подписуюсь Павлиан, епископ маиумский, и пр.

Подписуюсь Феодор, епископ аривильский, и пр.

Подписуюсь Петр, епископ паремвольский, и пр.

Подписуюсь Павел, епископ Анфидоны, и пр.

Подписуюсь Нестор, епископ Газы, и пр.

Подписуюсь Саида, епископ Фены, и пр.

Подписуюсь Серениал, епископ города Мирей, и пр. Кирилл, епископ г. Пил. За болезнию у него руки подписался за него пресвитер Селиниспондий, и пр.

Подписуюсь Гермоген, епископ ринокурский, и пр.

Подписуюсь Евсевий, епископ Пелусия, и пр.

Подписуюсь Евоптий, епископ Птолемаиды, и пр.

Подписуюсь Фиваммон, епископ коптский, и пр. Подписуюсь Павел, епископ Флавоней, и пр.

Подписуюсь Македоний, епископ ксосский, и пр.

Подписуюсь Петр, епископ Оксиринха, и пр.

Подписуюсь Аделфий, епископ онффейский, и пр.

Подписуюсь Афанасий, епископ Парала, и пр.

Подписуюсь Ираклид, епископ финейской епархии, и пр.

Подписуюсь Силуан, епископ Коприфы, и пр.

Подписуюсь Кир, епископ ахейский, и пр.

Подписуюсь Марин, епископ Илиополя, и пр.

Подписуюсь Макарий, епископ метилейский, и пр.

Подписуюсь Аделфий, епископ сасский, и пр.

Подписуюсь Митродор, епископ леонтский, и пр.

Подписуюсь Иоанн, епископ ифестский, и пр.

Подписуюсь Леонтий, епископ..., и пр.

Подписуюсь Стратигий, епископ афривидский, и пр.

Подписуюсь Лампеций, епископ Кассия, и пр.

Подписуюсь Феопемпт, епископ кавасский, и пр.

Подписуюсь Евсевий, епископ Никополя, и пр.

Подписуюсь Хрисаорий, епископ афродитский, и пр.

Подписуюсь Александр, епископ Клеопатриды, и пр.

Подписуюсь Феона, епископ ираклиевой Сефриты, и пр.

Подписуюсь Феона, епископ Псинха, и пр.

Подписуюсь Ираклид, епископ церкви верхней Ираклии, и пр.

Подписуюсь Аристовул, епископ города Вута, и пр.

Подписуюсь Андрей, епископ Эрмополя, и пр.

Подписуюсь Макарий, епископ антейский, и пр.

Подписуюсь Савин, епископ Пана, и пр.

Подписуюсь Ираклий, епископ Тамиафы, и пр.

Подписуюсь Зиновий, епископ Варки в Пентаполе, и пр.

Подписуюсь Исаак, епископ Элеархии, и пр.

Подписуюсь Зинон, епископ тевхирский, и пр.

Подписуюсь Авраам, епископ города Остракины, и пр.

Подписуюсь Иерак, епископ афнейский, и ир.

Подписуюсь Самуил, епископ Дисфеи, и пр.

Подписуюсь Даниил, епископ Дарны и пр.

Подписуюсь Сосипатр, епископ септимиакской Ливии, и пр.

Подписуюсь Алипий, епископ Селы, и пр.

Подписуюсь Аммоний, епископ Панефеса, и пр.

Подписуюсь Елладий, епископ св. Божией церкви,... и пр.

Подписуюсь Воспорий, епископ Гангр главного города в провинции Памфилии, и осуждаю вместе с св. собором. По болезни его самого, подписал уполномоченный им пресвитер Ипатий.

Подписуюсь Аргин, епископ Помпеополя в Пафлагонии. За его болезнию подписал пресвитер Синезий.

Подписуюсь Елладий, епископ св. церкви в Адромите, и пр.

Подписуюсь Стефан, епископ города Тиит в Азии, и пр. Подписуюсь Иддуй, епископ смирнский, и пр.

Подписуюсь Аристоник, наименьший епископ митрополии лаодикийской, и пр.

Венсаг, епископ Церкви иерапольской. Подписуюсь за него пресвитер Павел, в его присутствии и по его повелению.

Подписуюсь Силуан, епископ Кератап, и пр.

Подписуюсь Константин, епископДиоклитианополя, и пр. Подписуюсь Ермолай, епископ Саттудей, и пр.

Подписуюсь Асклипиад, епископ церкви трапезопольской, и пр.

Подписуюсь Иоанн, епископ лезбийский, и пр.

Подписуюсь Петр, наименьший епископ Крузы, и пр. Подписуюсь Евгений, наименьший епископ Аполлониады, и пр.

Подписуюсь Каллиник, епископ Апамеи, и пр.

Подписуюсь Афанасий, епископ церкви дуелтской и созопольской, и пр.

Подписуюсь Валериан, епископ иконийский, и пр.

Подписуюсь Пий, епископ пессинутийский, и пр.

Подписуюсь Фома, епископ церкви дервийской, и пр.

Подписуюсь Мартирий, епископ илистрский, и пр. Подписуюсь Авлавий, епископ Амориа, и пр.

Подписуюсь Литоий, епископ Ливиады, и пр.

Подписуюсь Север, епископ Синад в области Фригии-Салютарии, и пр.

Подписуюсь Домнин, епископ Котнее в области Фригии-Салютарии, и пр.

Подписуюсь Евстафий, епископ Докимия в области Фригии-Салютарии, и пр.

Подписуюсь Далматий, епископ св. Божией Церкви в Кизике, и пр.

Подписуюсь Тимофей, епископ... в области Скифии, и пр.

Подписуюсь Афанасий, епископ города Скипсии, в области Геллеспонта, и пр.

Подписуюсь Меоний, епископ города Сард в Лидии, и пр.

Подписуюсь Феофан, епископ города Филаделфии, и пр.

Подписуюсь Фаск, епископ фиатирский, и пр.

Подписуюсь Тимофей, епископ Ферман, в области Геллеспонта, и пр.

Подписуюсь Коммод, епископ трипольский, и пр.

Подписуюсь Евферий, епископ города Стратоник в Лидии, и пр.

Подписуюсь Павел, наименьший епископ Дарданы в Лидии, и осуждаю вместе с св. собором, пользуясь при сем, по болезненному своему состоянию, рукою собрата и сослужителя моего Фаска.

Подписуюсь Лимений, епископ св. Божией церкви при Селле в области Мидии, и пр.

Подписуюсь Феодор, наименьший епископ Атал, и пр.

Подписуюсь Павел, епископ церкви в Фримнах, и пр.

Подписуюсь Тимофей, епископ города Термиса и Евдокиады, и пр.

Подписуюсь Едесий, епископ города Исиот, и пр.

Подписуюсь Ливэний, епископ города Палеи, и пр.

Подписуюсь Иоанн, наименьший епископ Аврелианополя, в области Лидии, и пр.

Вместо Феодора, епископа Гадар, подписуюсь, по его повелению, диакон Еферий, так как сам он, по болезненному состоянию, не мог писать.

Подписуюсь Дафн, епископ Магнезии при Меандре, и пр.

Подписуюсь Фома, епископ Валентианополя, и пр.

Подписуюсь Евпрений, епископ Визии, и пр.

Подписуюсь Вериниан, епископ Пергии, и пр.

Подписуюсь Пависк, епископ Аполлонии, и пр.

Подписуюсь Евлогий, епископ Теренуфы, и пр.

Иоанн, епископ тавлский. За болезнию его, по его просьбе, подписуюсь вместо него Аделфий, епископ онуфейский.

Подписуюсь Евдоксий, епископ города Хомата, в области Ликии, и пр.

Подписуюсь Аристократ, епископ Олимпа, и вполне соглашаюсь с вышеозначенным определением св. собора.

После того, как все означенные епископы подписали низложение Нестория, – и другие епископы, присоединившиеся к св. собору, подписались под вышесказанным определением. Таким образом епископов, низложивших Нестория, было более двух сот.; ибо некоторые из них были представителями и других епископов, не могших прибыть в Ефес.

Приговор низложения, отосланный к Несторию.

Святой собор, собранный благодатию Божиею, по повелению благочестивейших и христолюбивейших наших императоров в митрополии Ефесе, Несторию, новому Иуде.

Знай, что ты, за нечестивые твои проповеди и противление канонам, в двадцать второй день текущего месяца июня, на основании церковных правил, низложен святым собором и лишен всякой церковной степени.

Этот приговор отослан св. собором к Несторию на другой же день по его низложении.

Послание к клирикам и экономам церкви константинопольской, отправленное в тот же день, в который и к самому Несторию отослан приговор о низложении его.

Святой собор, благодатию Божиею, по повелению благочестивейших и боголюбезнейших наших императоров, собранный в Ефесе, светлейшему Евхарию, благочестивейшим пресвитерам и экономам и прочим благочестивейшим клирикам св. Божией церкви, сущей в христолюбивом Константинополе, желает всякого блага.

Да ведомо будет вашему благочестию, что богохульный Несторий за нечестивые его проповеди и противление церковным правилам, вчерашний день, т. е. двадцать второго числа текущего месяца июня, низложен святым собором, согласно определениям церковным, и лишен всякой церковной степени. Итак храните все, принадлежащее Церкви, так как вы должны будете дать отчет тому, кто, по воле Божией и указанию благочестивейших и христолюбивейших наших императоров, рукоположен будет в епископы константинопольской церкви.

Послание Кирилла к некоторым лицам принадлежащим к клиру константинопольскому.

Кирилл, архиепископ александрийский, епископам Комарию и Потамону, и архимандриту монастырей господину Далматию, и пресвитерам Тимофею и Евлогию, возлюбленным и вожделеннейшим и во Христе освященным, желает премного всякого блага.

Мы ожидали, что достопочтенный Несторий придет (на собор.) и раскается во всех богохульствах, какие он изрыгал своими устами со времени своего посвящения, и будет просить прощения у св. собора, хотя и весьма опасно было даровать ему прощение, ибо этот человек, своими проповедями возмутивший всю вселенную и поколебавший благочестно содержимую в церквах веру, не заслуживал прощения. Если и тот, кто осмелился бы произнесть хотя одно хульное слово против благочестивейших и христолюбивейших наших императоров, по справедливости подвергается наказанию по законам: то не более ли подлежит наказанию совершенный нечестивец, который ниспровергает велию благочестия тайну и уничтожает строительство, которое совершил для нас святой и человеколюбивый, единородный Сын Бога Отца, благоволив соделаться человеком, дабы всех нас спасти и избавить весь мир от греха и смерти? Поистине, мы удивились жестокосердию этого человека. Ибо он не раскаялся и не восплакал о том, что дерзнул говорить против величия и достоинства общего нашего Спасителя Христа; напротив, и по прибытии в Ефес употреблял те же выражения (о Христе) и тем явно показал, что нисколько не бтсгупает от превратного своего мнения. Когда некоторые почтенные митрополиты и благочестивейшие епископы вступили с ним в прение и доказывали ему из богодухновенного Писания, что родившийся по плоти от св. Девы есть Бог, то он произнес следующин нечестивые слова: „я не признаю двухмесячного и трехмесячного Бога“. К сему присовокупил и другое немалое, совершенно ниспровергая воплощение Единородного.

Временем для св. собора назначен был боголюбезнейшими нашими императорами праздник пятидесятницы. Так сказано в первом их послании, которым они созывали нас. Мы прибыли в Ефес ранее назначенного срока, ибо неприлично было оставлять в небрежении предписания государей. Но и после того, как получили мы известие об отправлении в путь благочестивейшего и боголюбезнейшего Иоанна, епископа антиохийскаго, мы ждали его еще шестнадцать дней; между тем весь собор вопиял против сего и говорил, что он (Иоанн.) не хочет присутствовать в заседаниях, опасаясь, как бы достопочтеннейший Несторий, взятый из его церкви, не подпал низложению, каковое дело, быть может, ему самому причиняло стыд. В последствии опыт ясно доказал справедливость сей догадки; ибо он медлил своим прибытием. Между тем некоторые из благочестивейших восточных епископов, посланные им наперед, возвестили следующее: господин епископ Иоанн повелел сказать вашему благочестию: „делайте свое дело“. Итак св. собор в двадцать осьмой день месяца пауна, как говорят александрийцы, собравшись в великой церкви, которая называется Святая Мария, послал к Несторию благочестивейших епископов сказать ему, чтобы он явился в собрание и дал отчет в своем учении и посланиях. Но он на первый раз дал такой ответ: „посмотрю и увижу“. Затем последовало другое приглашение; еще посланы были к нему св. собором некоторые благочестивейшие епископы. Тогда он учинил поступок, совершенно неуместный, ибо взяв у светлейшего комита Кандидиана воинов, расставил их с палками в руках пред своим жилищем, дабы они не допускали к нему никого. Когда же посланные святейшие епископы настаивали, говоря, что они пришли не затем, чтобы говорить или слушать что-либо обидное, а только пригласить его по повелению св. собора, то он, обличаемый своею совестию и не желая идти, прибег к разным предлогам и извинениям. Мы и в третий раз приглашали его; еще посланы были к нему епископы из разных епархий, – и опять он прибег к насилию воинов, и не хотел идти. Итак св. собор открыл заседания, и, согласно правилам Церкви, повелел прочитать его писания и толкования, и нашел их исполненными хулы. Так как сверх того некоторые почтенные благочестивейшие епископы и митрополиты засвидетельствовали, что он в самом этом городе Ефесе, рассуждая с ними, явно отвергал божество Иисуса: то собор низложил его и произнес против него справедливый и законный приговор.

Я счел нужным известить вас о сем, так как вашему благочестию необходимо и самим знать это, и другим, кому нужно, сообщить, дабы не увлек кого или он сам, или его сообщники. Мы имеем и послание к нему благочестивейшего и боголюбезнейшего Иоанна, который сильно укоряет его зато, что он вводит в Церкви новые и нечестивые догматы и ниспровергает учение, преданное церквам св. евангелистами и апостолами. Не имея ничего сказать в защиту своего нечестия, он в прикрытие своей вины говорит только: „я просил отсрочки на четыре дня, пока прибудет епископ антиохийский; но мою просьбу не уважили»: хотя упомянутый святейший епископ Иоанн отказался придти. Ибо если бы он желал присутствовать, то для чего бы ему извещать нас чрез своих епископов: „если замедлю, то делайте свое дело“? Но он, как я сказал, не хотел присутствовать (на соборе), зная, что св. собор непременно низложит Нестория, нечестиво и богохульно говорившего о Христе, общем нашем Спасителе. Так как светлейший комит Кандидиан, как я узнал, уже отправил донесение, то будьте бдительны и объясняйте, что деяния собора о низложении Нестория еще не переписаны, поэтому мы не могли еще послать должного донесения и к благочестивейшим и победоносным нашим государям, но, Бог даст, оно отправлено будет вместе с деяниями, если только удастся нам найти человека, который бы мог их доставить. Если же мы замедлим доставлением их, знайте, что нам воспрепятствовали послать. Будьте здоровы.

Донесение Нестория и единомысленныхь с ним епископов к императорам о деяниях св. собора, писанное до прибытия в Ефес епископа аитиохийского.

Быв приглашены вашим благочестием в Ефес, мы прибыли сюда без всякого замедления, и, согласно вашему благочестивому указу, хотели дождаться прибытия боголюбезнейших епископов отовсюду собиравшихся, особенно же святейшего епископа великого града Антиохии с боголюбезнейшими его митрополитами и епископами, также епископов Италии и Сицилии, и таким образом устроить общее и полное заседание, и общим голосом утвердить веру св. отцов никейских. Ибо хотя и много было соборов после никейского, но ни один не дерзал вводить что-либо новое вопреки никейскому и все законоположили, что должно держаться сего собора. Но когда мы узнали, что египетские епископы негодуют на это и думают, что мы хотим воспользоваться этим замедлением для своей выгоды, то положили тотчас идти в собрание, как скоро пригласит нас светлейший комит Кандидиан, для сего именно и присланный сюда вашим благочестием; это самое мы и объявили ему чрез боголюбезнейших епископов. Но когда его светлость узнал, что как святейший епископ антиохийский Иоанн вместе с своими епископами находится близко (об этом донесли ему посланные Иоанном магистриане), так и другие боголюбезнейшие епископы западные находятся в пути то убеждал всех, чтобы, согласно предписанию вашего благочестивого величества, дожидались прибытия их. Таким образом мы, не желая нарушить предписание вашего благочестия, остались в покое. Но египтяне и азийцы, не помышляя об общей пользе церквей, опуская из виду миротворную и законную цель вашего благочестия, и даже презирая церковные и императорские постановления, уклонились от обычного и согласного исповедания веры, и как бы желая рассечь тело Церкви, одни, сами по себе, составили собрание: дело противное и обычаю Церкви и указу вашего благочестия, недавно изданному. Ибо сим указом вашего благочестия предписывалось изложить единую и согласно всеми исповедуемую веру, изложить на основании писаний евангельских и апостольских и догматов св. отцов. Но выше упомянутые, не принимая во внимание ничего подобного, сделали между собою то, что ваше величество узнает от каждого, расставив своих воинов на площади, они возмутили весь город, сторожили наши домы, своими нападениями тревожили наши общин собрания и грозили чем-то необычайным. Главным виновником этих смут был епископ Мемнон.; он запер для нас св. церкви, св. места мучеников и базилику св. апостола (Иоанна), чтобы мы, в случае гонения, не могли найти в них убежища, им же напротив открыл великую церковь и устроил там места для заседаний, угрожая в тоже время всем нам смертию. Итак мы, как пришедшие в Ефес по предписанию вашего христолюбивого величества, совершенно не предвидя таких варварских притеснений, просим, и умоляем и заклинаем ваше благочестие, чтобы вы или приказали охранять нас от всякой обиды и составить законный собор, не допуская в него никого из клириков и монахов, наши ли то будут, или египтяне, и ни одного епископа из тех, которые пришли незванные для возмущения собора, но чтобы из каждой области избраны были двое знакомых с делами мужей и вместе с своими митрополитами допущены были на собор и утвердили веру св. отцов в мире и согласии, – или по крайней мере дозволили нам безопасно возвратиться домой; ибо они угрожают лишить нас даже жизни.

Подписались:

Несторий, епископ константинопольский.

Фритил, епископ Гераклеи фракийской.

Елладий, епископ тарский.

Дексиан, епископ Селевкии исаврийской.

Имерий, епископ никомидийской.

Александр, епископ Апамеи – митрополии.

Евфирий, епископ тианский.

Василий, епископ фессалийский.

Максим, епископ Аназарвы.

Александр, епископ Иераполя в Евфратисии.

Дорофей, епископ Маркианополя в Мизии.

Донесение св. Собора благочестивейшим государям о низложении Нестория.

Благочестивейшим и боголюбезнейшим императорам, Феодосию и Валентиану, победоносным, торжествующим, августейшим, св. собор, созванный по благодати Христа и по повелению вашего величества в городе Ефесе.

Ваше благочестие, христолюбивые и боголюбезнейшие государи, приняв истинную веру от предков и приумножая ежедневно, прилагаете великое попечение о догматах истины. Ибо, когда по поводу проповеди и учения Нестория, чуждых предания св. отцов и святейших апостолов и евангелистов, возникли споры не только в великом городе175, но и во всем мире, то ваше величество не потерпели, чтобы возмущаемы были святые церкви и изменяемы догматы веры и истинного благочестия, но повелели, чтобы К празднику пятидесятницы из каждой области пришли благочестивейшие митроиолиты с своими епископами и некоторые епископы других городов. Времени для сбора их оставалось довольно. Но тогда как все мы собрались в Ефес к назначенному времени, святейший Иоанн, епископ антиохийский, замедлил своим прибытием. Полагая причиною сего замедления трудность пути, мы и по истечении назначенного вашим величеством срока, целых шестнадцать дней не открывали заседания. Между тем некоторые из святых епископов, удручаемые недугами старости, не могли выносить пребывания в чужом городе; другим, бывшим в болезненном состоянии, грозила опасность смерти, иные и действительно скончались в сем городе, некоторые наконец, терпя во всем нужду, неотступно требовали, чтобы мы тотчас приступили к рассуждениям. Таким образом, по прошествии целых шестнадцати дней после пятидесятницы, мы собрались для рассуждений, так как и святейший Иоанн, епископ антиохийский, чрез посланных им вперед благочестивейших епископов Александра апамейского и Александра иеранольского, дал нам знать, чтобы мы приступили к преднамеренному делу, хотя этим замедлением своим он причинил скорбь св. собору. Итак, в двадцать второй день месяца июня, по счислению римскому, мы собрались. Но за день пред тем мы чрез некоторых благочестивейших епископов просили удивительного Нестория присоединиться к нашему собранию и участвовать вместе с нами в исследовании веры и благочестия, впрочем не получили от него никакого ответа, кроме сих слов, переданных им чрез посланных: „посмотрю, и, если заблагорассудится мне, приду“. Итак на следующий день мы собрались во святой и великой церкви называемой Мария, положили на столе, стоявшем в средине, св. евангелие, которое являло самого соприсутствующего нам Христа, и, следуя канонам, опять послали к нему трех других святейших епископов, прося его явиться на св. собор и дать отчет в своем учении. Но он, окружив свой дом воинами, хотя ни в то время, ни прежде не было никакого возмущения в городе, не удостоил даже ответа наших посланных. Согласно правилам, предписывающим и в третий раз приглашать непослушного, мы еще раз послали к нему некоторых епископов, но он по прежнему упорствовал, и наши посланные возвратились со стыдом и бесчестием, которое причинили им воины, окружившие его дом. Но как столь великому собору не подобало оставаться в бездействии после того, как Несторий, обличаемый своею совестию, не явился на собор: то мы вынуждены были приступить к исследованию догматов веры и благочестия, и прежде всего внесли в деяния боголюбезнейшее писание вашего благочестия, потом изложение благочестивой веры, преданной нам изначала святейшими апостолами, и после изложенной 318 св. отцами, собранными в Никее св. Константином, которого правую веру ваше величество являете еще святейшею. С сим изложением веры мы прежде всего сравнили послания о вере боголюбезнейшего и святейшего архиепископа Кирилла, и нашли их согласными с догматами и определениями и его учение ни в чем не разнствующим от благочестивого (никейского) изложения. Затем оставалось подвергнуть исследованию мнения, проповеданные удивительнейшим Несторием. (А они не были неизвестны, ибо и в письмах и в книгах его ясно выражены, и в публичных его беседах были слышаны, и в самом сем городе Ефесе ясно высказаны им некоторым из благочестивейших епископов.; он не переставал говорить, что не должно называть Богом соделавшегося нас ради человеком, как будто человеческое, восприятое им не по немощи, но по человеколюбию, было унизительно для Божества. Он же в беседе с некоторыми благочестивейшими епископами, как бы насмехаясь над достопокланяемым и божественным нашим таинством, дерзнул сказать: „не признаю двухмесячного или трехмесячного Бога», – и это было за три дня до заседаний св. собора, как в том удостоверяют и записи деяний). Сравнив эти его мнения с символом св. отцов, мы нашли их несогласными с ним и совершенно противными кафолической и апостольской нашей вере, так что не было нужды в оправдании Нестория, который каждый день обвинял самого себя, упорствуя в превратных своих мнениях, совершенно противных кафолической и апостольской нашей вере.

По сей причине мы лишили его священства и права учительства, которое он во зло употреблял, и низложили его законным порядком; Келестина же, боголюбезнейшего и святейшего епископа великого Рима, восхвалили, так как он прежде нашего приговора отринул еретические мнения Нестория и произнес на него осуждение, заботясь о безопасности церквей и благочестивой и спасительной вере, преданной нам св. апостолами и евангелистами и св. отцами, которую тот старался ниспровергнуть превратным учением, распространяя его всюду даже и после своего низложения. Посему умоляем ваше величество, повелите истребить в церквах все его учение, и книги его, какие где найдутся, предать огню, так как он посредством них старается уничтожить благодать Бога, из любви к нам соделавшегося человеком, считая то не человеколюбием, но унижением Божества. Если же кто презрит ваши распоряжения, да устрашится таковой гнева вашего величества. И таким образом апостольская вера, покровительствуемая вашим благочестием, пребудет неизменною, и

мы все будем возносить усердные моления о вашей державе, по средством которой и Христос прославляется, и вера укрепляется, и благодать Божия всем человекам возвещается. Для яснейшего и полнейшего уразумения деяний собора прилагаются при сем акты его. И подписались все, поименованные выше, благочестивейшие епиископы.

Послание собора к клиру и народу константинопольскому.

Благочестивейшему клиру и народу константинопольскому от св. собора.

Ни один чесловек, дерзавший когда-либо восставать против, своего Создателя, не избегал божественного правосудия, но тотчас, сколько то может видеть человеческий взор, подвергался какому-либо наказанию, потому что полнейшее воздаяние предоставлено будущему веку. Так и Несторий, восстановитель нечестивой ереси, когда прибыл в город Ефес, где Иоанн Богослов и св. Дева Богородица Мария176, и изобличаемый своею совестию держал себя вдали от собрания св. отцов и епископов, не смея приступить к нему: то, после троекратного приглашения, праведным судом святые Троицы и богодухновенным их (отцов и епископов.) приговором был осужден, и, как значится в записях деяний собора, лишен всякой священной степени! Итак радуйтеся всегда о Господе, и паки реку: радуйтеся (Филипп. 4, 4); ибо соблазн устранен, и исторгнуты плевелы на поле духовного делания. Мужайтесь, и, приняв щит веры, удаляйте от себя немедленно ревнителей нечестивого и пагубного нововведения, – и вы получите награду неменьшую, чем те, которые здесь (на соборе) потрудились. Приветствуют всех, вас сущие с нами братия.

Послание епископа Кирилла к клиру и народу александрийскому.

Кирилл пресвитерам и диаконам и народу александрийскому, возлюбленным и вожделеннейшим, желает о Господе всякого блага.

Хотя бы должно было сообщить вашему благочестию подробнейшие сведения о произшедшем здесь; но так как податели сего письма спешили, то я вкратце пишу к вам. Итак знайте, что св. собор состоялся двадцать восьмого дня месяца Пауна в Ефесе в великой церкви, называемой: Богородица Мария. Проведши там целый день, мы наконец приговорили к низложению богохульного Нестория, который не осмелился и явиться на св. собор, и лишили его епископского сана. Было же нас, собравшихся епископов, около двухсот, более или менее. Все граждане города от утра до самого вечера дожидались приговора св. собора, и когда услышали, что нечестивец низложен, все единодушно начали восхвалять св. собор и прославлять Бога: ибо враг веры был низринут. Нас же, как только мы вышли из церкви, провожали со светильниками до жилища, так как был вечер! И было великое торжество и освещение в городе, потому что и женщины, взяв горящие курильницы, шли впереди нас. И показал таким образом Господь уничижавшим славу Его, что Он все может. – Мы намерены, как только покончим с бумагами, касающимися низложения его, поспешить к вам. По благодати Спасителя мы все пребываем в благодушии и добром здравии. Желаю вам здравствовать о Господе, возлюбленные и вожделеннейшие.

Второе послание того же Кирилла к тому же клиру и народу

Кирилл пресвитерам и диаконам и народу александрийскому, возлюбленным и вожделеннейшим, желает, о Господе, всякого блага.

Славные и великие дела добродетели не приводятся к концу без трудов. Обыкновенно всякому истинно доброму делу предшествует потовой труд. И неудивительно, если в великих делах мы замечаем этот порядок, когда и обыкновенные и низшие дела не совершаются без забот и трудов. Но и среди трудов мы научились говорить: мужайся, и да крепится сердце твое, и потерпи Господа (Пс. 26, 14). Ибо мы твердо убеждены, что труды ради добродетели будут иметь славный плод, и что мы обрящем у Бога награду за духовное мужество. Так гибельнейшую ту ересь, которая готова была распространиться по всей поднебесной, воздвигла на высоту рог и глагола на Бога неправду (Пс. 74, 6), Сам Он уничтожил, и когда она, как некий пламень, хотела сожещи правые догматы Церкви, Единородное Слово Божие сокрушило ее, низложив самого виновника и изобретателя ее, и лишив его священства приговором св. собора. Итак мы можем говорить радуясь, возвеличил есть Господь сотворити с нами: быхом веселящеся (Пс. 125, 3). Поистине, радость ныне для учителей и вождей народа, ибо правая вера утверждена и всюду прославляется общий всех Спаситель и Бог, и сатана низложен и произведенные им соблазны уничтожены, и догматы истины одержали победу над ложью, так что все мы едиными устами и единым гласом можем сказать един Господь, едина вера, едино крещение (Еф. 4, 5). И я теперь пишу вам, как своим чадам, размышляя о чудных делах Спасителя, и прошу вась воссылать к Богу усерднейшие молитвы, чтобы милостию Его нам возвратиться к вам в здравии и радости, и вас найти также в радости. Желаю вам здравствовать о Господе.

Послание Кирилла, писанное из Ефеса, к аввам монашествующих.

Кирилл благочестивейшим и благоговейнейшим аввам монашествующих и провождающим вместе с вами иноческую жизнь, утвержденным в вере Божией, возлюбленным и вожделеннейшим, желает о Господе всякого блага.

Господь наш Иисус Христос, претерпевая от беззаконных иудеев поношения, оскорбления, заушения и истязания, и наконец быв распят ради нас и за нас на кресте, когда увидел, что все против Него неправедно восстали и воздвигли нечестивые главы, – сказал: и ждах соскорбящего, и не бе, и утешающих и необретох (Пс. 68, 21). Нечто подобное, видим мы, случилось и ныне. Но чтобы не опечалить мне ревности верных и присных, (скажу, что) много имел Он (Христос.) соскорбящих о нечестии Нестория, хотя впрочем некоторые из облеченных саном священства отринули Его (Христа) и, содействуя еретику, враждуют против тех, которые на него восстали. Но Христос изобличит неразумие таковых, или, лучше сказать, уже изобличил. Ибо богохульные уста заграждены, и умолк язык нечестивейший; не произнесет он более хулений на Христа со властию учительскою и священноначальственною. И те, которые дружбу с ним (Несторием.) предпочитали любви ко Христу, покрылись теперь стыдом и бесчестием, – и по справедливости. Но хотя враг уже низложен, и нам остается теперь немного трудов, но и для сего мы имеем нужду в ваших к Богу молитвах. Необходимо вам, посвятившим жизнь свою Богу, молиться, воздеюще преподобные руце (1Тим. 2, 8) и чаще делать это за нас. Припомните, что когда Иисус Навин с избранными израильтянами сражался против Амалика, блаженный Моисей, воздвигши руки к небу, испрашивал у Бога победы над врагами. Да подвизается и ваше благочестие в молитве, вспомоществуйте, как истинные чада, вашим отцам, истребившим лжеучение Нестория, как некую заразительную язву, – дабы содержа веру испорочную и неповрежденную и чуждую всякой укоризны, благоугодить нам Христу, все ради нас и за нас претерпевшему. Порадуйте нас своими письмами: они будут для нас великим утешением. Желаю здравствовать вам возлюбленные и вожделениейшие братия.

Беседа Ригина, епископа города Констанции на о. Кипре, говоренная в Ефесе, по низложении Нестория.

Желал бы я молчать, и тем почтить отцов и не оставлять это слово памятником моего неведения. Но как ты, мудрый, не позволяешь молчать и желающему, то нужно и мне приступить к слову, ибо сказано негде: послушает советов мудрый (Прит. 12, 15)

– И так как тайновидец уже изобразил тебя (Нестория), когда сказал: како спаде с небесе денница, восходящая заутра (Ис. 14, 12), и: како паде Вавилон (Апок. 18): то ни с кем другим не приходится сравнить тебя, как с иудеями, убившими Господа, которых нечестие ты возобновил. Ибо они были некогда уделом Божиим, и закон приняли, и удостоены всыновления (Втор. 32 9. Рим. 9. 4), и наслаждались бесчисленными благами; но когда, так сказать, опьянели от благодеяний, то услышали от Бога слова: сыны родих, и возвысих, тии же отвергошася Мене, (Ис. 1, 2). Каким еще именем по всей справедливости можно бы назвать тебя? – Окаянным Каином.? – но его преступление маловажнее твоего. Жалким Хамом, осмеявшим наготу отца? – Но если (даже) грехи содомлян сравнить с твоими хулами, то надо сказать: оправдися Содома паче тебе (Иезек. 16, 52). Ибо ты в короткое время возмутил вселенную, возмнил извратить веру, и старался, сколько от тебя это зависело, неиспровергнуть неизреченное строительство пришествия во плоти Единородного, так что и о тебе можно сказать: несть пластыря приложити к твоим ранам, ниже елеа, ниже обязания (Ис. 1,6). И нужно бы было уже давно в изобличение твоего нечестия получить тебе за твою дерзость хотя малое возмездие и твоему сомнищу или быть попаленным огнем, или поглащенным землею, дабы и для простых людей было очевидно, что ты понес наказание. В наших же глазах ты уже наказан: ибо воплотившийся от Богородицы Марии Бог Слово, которого ты разделил, определит тебе в день суда неизбежную казнь. И что ты скажешь, ты, неразумнейший моря и смерти? Ибо море, увидев Господа, подставило ему хребет, а смерть, вопреки обычному порядку, возвратила Лазаря единокровным. Умолчиваю о солнце, сокрывшемся от страха по причине страданий Господа, о камнях распадшихся, о гробах разверзшихся. И если для тебя этого мало, устыдился бы ты (по крайней мере) свидетельства восставших мертвецов, трепета привратников ада, раздрания завесы, пременения света, помрачения дня. Но при всем этом остался несчастный непреклонным, имея неисправимую наклонность ко злу. Таково его состояние! Мы же, последуя божественным внушениям, будем поклоняться Богу Слову, который благоволил во плоти жить между нами, не отлучаясь, впрочем, естества Отчего, сый сияние славы и образ ипостаси Его, нося же всяческая глаголом уст своих.

Беседа Кирилла, епископа александрийского, говоренная в Ефесе во время священного собрания, по низложении Нестория.

Надлежало бы вам довольствоваться наставлениями предшествовавших учителей, и, как напоенным священными струями, не чувствовать более жажды. Но как я замечаю в вас ненасытимую жажду к слушанию, то вот и мы скажем немногое согласное с тем, что уже вам известно. – Нет никакого сомнения, что светлый сонм святых поставляет себе в особенную честь и славу прославлять Христа, и, так сказать, похваляется сим прославлением из горячей любви к Нему. Вот например блаженный пророк Исаия взывает к Нему: Господи Боже мой, прославлю тя, воспою имя твое, яко сотворил если чудная дела (Ис. 25, 1); а блаженный пророк Давид говорит: язык мой поучится правде твоей, вес день хвале твоей (Псал. 34, 28). И это есть цель святых. Злые же и беззаконные, не понимая великого, досточтимого и глубокого таинства воплощения Единородного, открыто богохульствуют, отверзая невоздержные и необузданные уста. Да слышат же они пророка Исаию, который так говорить к ним: вы же приидите семо сынове беззаконнии, семя прелюбодеев и блудницы: в чем услаждастеся, и на кого отверзосте уста ваша, не вы ли есте чада погубы, семя беззаконно (Ис. 57, 3). По истине чада погубы и семя безаконное суть те, которые отверглись Господа, искупившего их. Куплени бо есть ценою (1Кор. 6, 20), и не истленным сребром или златом, но честною кровию яко агнца непорочна и пречиста Христа (1Петр. 1, 18. 19). Каким же образом кровь обыкновенного, подобного нам человека, могло бы быть искупительною ценою всего мира? Как один умер за всех, чтобы всех спасти? Каким образом мы стали принадлежать Ему, мы, которые принадлежим истинному по естеству Богу? Почему мы служим и поклоняемся Ему, тогда как нам запрещено служить твари паче Творца? Но, как я уже сказал, некоторые непризнательны к снисхождению нашего Спасителя, отрекаются от Господа, свергают с себя иго рабства, дабы и о них Христос сказал словами пророка: горе им, яко отскочиша от Мене: боязлива суть, яко нечествоваша ко Мне: Аз же избавих я, сии же возглаголаша на Мя лжу (Ос. 7, 13). Лгут же против славы и величия нашего Спасителя подражатели злобы и нечестия фарисеев. Они носят имя христиан, но смысл имеют иудействующий и язык ядовитый и исполненный горечи, так что и о нем Христос сказал устами Иеремии: се Аз на тя, горде, глаголет Господь (Иерем. 50, 31). Подлинно, древние иудеи преследовали Христа, общего нашего Спасителя, нападали на Него, как звери, хотели камнями побить своего благодетеля и спасителя; почему Спаситель тогда говорил к ним: многа добра дела явих вам от Отца Моего: за кое дело камение мещете на Мя. Отвещаша Ему иудее, глаголюще: о добре деле камение не мещем на тя, но о хуле, яко ты, человек сый, твориши себе Бога (Иоан. 10, 32). Таковы хулы древних иудеев на Спасителя нашего, подражатели же безумия их и нечестия, возобновляя эти хулы, говорят: для чего ты, быв человеком, делаешь себя Богом? О безумной и непотребнейший! Не понимаешь таинства. Он не сделал себя Богом, быв человеком, но, будучи по естеству Бог, неизменно и неслиянно соделался человеком, и, родившись неизреченно от Бога Отца, благоволил родиться по плоти от жены и нарещись сыном человеческим, дабы нас спасти. Соделался подобным тебе ради тебя, и пребыл сам в себе тем, чем был. Признай же Единородного родившимся по плоти, исповедуй Богом того, кто нас ради соделался человеком; Он сам себя предлагает тебе, говоря: Аз есмь сам глаголяй (Ис. 52, 6). Он людям прежнего времени дал закон чрез Моисея, потом явился уже воплоти. Вот тебе свидетели святые пророки. Что говорит Варух, едва не перстом указуя Еммануила? Сей Бог наш, не вменится ин к нему. Изобрете всяк путь хитрости, и даде ю Иакову, отроку своему, и Израилю, возлюбленному от него. Посем па земли явися, и с человеки поживе (Варух. 3, 36–38). Блаженный Давид также поет о Нем: Бог наш яве приидет (Пс. 49, 3). Хочешь ли слышать свидетельство о Нем и от проповедников Нового Завега? Слушай, вот Иоанн креститель говорит: уготовайте путь Господень, правы творите стези Бога нашего (Мат. 3, 3). Хочешь ли иметь и другое полнейшее удостоверение? Обещал Бог блаженному Давиду от плода чрева его посадить на престоле его (2Цар. 7, 12. Пс. 131, 11). Он же (Давид), весьма много радуясь сему, тщательно изыскивал место177 рождения сего (плода). Но следует послушать его самого: аще взыду на одр постели моея, аще дам сон очима моима и веждома моима дремание, и покои скраниама моима (Пс. 131, 3). Доколе, ты думаешь? Дондеже обрящу место Господеви, селение Богу Иаковлю (–5). Заботливо изыскиваешь место, блаженный Давид; одобряю усердие, хвалю терпение твое, но если ты узнал что-нибудь более, поведай и нам. Где будет его рождение? В каком месте Он родится? Слушай, вот его ясные слова: се слышахом я во Ефрафе и обретохом я в полях дубравы (Пс. 131, 6). Когда говорит о Ефрафе, означает сим Вифлеем. О сем и Бог свидетельствует чрез одного из святых пророков: и ты Вифлееме, доме Ефрафов, еда мал еси, еже быти в тысящах иудиных; из тебе бо изыдет старейшина, еже быти в князя во Израили, исходи же его изначала, от дней века (Мих. 5, 2). Слышишь, как он о вифлеемитяне сем (так как он соделался человеком), утверждает, что исходи Его от начала века? Ибо в начале бе Слово, и Слово бе у Бога (Иоан. 1, 1). Но мне стыдно, говоришь ты, признавать Богом родившегося от жены? Значит, ты ставишь ни во что божественные определения? Отвергаешь домостроительство? Противишься изволению Господа? – Таким именно образом Он восхотел спасти мир. Неужели ты мудрее самой мудрости? Чудное дело! Светильник хочет сравняться с солнцем. Господь всяческих знает, что делает. Итак, признай домостроительство, почти верою таинство, не исследуй заботливо того, что выше нашего ума, не трудись напрасно постичь непостижимое: веруй вместе с нами. Но если ты останешься и неверующим, Он верен пребывает, отрещися бо себе не может (2Тим. 2, 13). Ему слава и держава со Святым Духом во веки. Аминь.

Его же (беседа) против Нестория (говоренная после того), как сем присоединились к святой Марии178.

Вижу светлый собор всех святых, поспешно сошедшихся по призыву святой Богородицы и приснодевы Марии. Посему, хотя я был в великой печали, но это присутствие святых отцов изменило печаль мою на радость. Ныне исполнилось над нами сладостное изречение песнописца Давида: се что добро, или что красно, но еже жити братии вкупе (Псал. 13, 1). Итак благословляем тебя, святая таинственная Троица, созвавшая всех нас в этот храм Богородицы Марии. Благословляем тебя, Богородица Мария, досточтимое сокровище всего мира, неугасимый светильник, венец девства, скиптр православия, храм неразрушимый, вместилище Невместимаго, матерь и дева; чрез тебя благословенным именуется во святых евангелиях грядущий во имя Господне. Благословляем тебя, вместившая Невместимого во святой девственной утробе; чрез тебя Троица святая почитается и прославляется, чрез тебя крест честный чтится и покланяется во всей вселенной, чрез тебя небо торжествует, ангелы и архангелы радуются, демоны расточаются, чрез тебя искуситель диавол ниспал с неба, чрез тебя падшая тварь возводится на небо, тобою вся тварь, подвергшаяся идолослужению, приводится к познанию истины, тобою святое крещение сообщается верующим, тобою елей радования, тобою по всей вселенной утверждены Церкви, тобою язычники приводятся к покаянию. Но что говорить многое? Тобою воссиял Единородный Сын Божий, свет седящим во тьме и сени смертной, тобою пророки пророчествовали, тобою апостолы проповедовали спасение язычникам, тобою мертвые восстают, тобою цари царствуют, силою святые Троицы. Но кто из людей мог бы по достоинству восхвалить прехвальную Марию? Утроба девственная. Чудное дело! Чудо сие приводит меня в изумление. Кто когда-либо слышал, чтобы строителю, создавшему собственный дом, воспрещено было обитать в нем? Кто подлежит нареканию за то, что собственную рабу возвел в достоинство матери? И вот все радуется: море, узнав своих сорабов покорилось, и переход святых умирил яростные бушующие волны. Ибо вспомнила непокорная раба глас Спасителя, глаголющего: молчи, престани (Марка 4, 39). Землю, опустошаемую некогда разбойниками, путь (святых) отцов также умиротворил. Ибо коль красны ноги благовествующих мир (Рим. 10, 15). Какой мир? Господа, нашего Иисуса, которого родила Мария, как Он сам восхотел. Впрочем, зачем мне заботливо исследовать Писание, а не мудрствовать в простоте сердца, согласно с ним.? Ты укажешь мне на отречение иудеев.? – Но пророки издавна произнесли о них торжественный приговор, как о христоубийцах, потому они и отреклись от Христа. Ты укажешь на горькую болезнь Ария? – Но он заражен был погибельным желанием высшей (епископской) кафедры. Ты укажешь наконец на еллинское распутство, их бесславное и безбожное мудрование? Но это было следствием и признаком их неведения. И что много говорить! Всякий народ, ходящий нечестивыми путями, он (Несторий) превзошел своим непотребством. Ибо язычники большею частию бесчествуют против Бога неумышленно, но неведению Писания, а он, имея под руками все Писание, и еще занимаясь, кажется, бреднями магии (осмелюсь сказать и это), – не обратился чистосердечно к богодухновенному Писанию, но имел в виду злато и сребро. Ослепленный и омраченный манией богохульства, ты отлучил себя от престола и исключил из списка братий, не признав в не почтив Того, Кто даровал тебе жребий архиерейства. Неужели не убедил тебя Павел, который говорит: аще ангел с неба благовестит вам паче, неже благовестихом, анафема да будет (Гал. 1, 8)? И если Павел не остановил твоего суетного мудрования, неужели не мог остановить Исаия, который сказал: се дева во чреве приимет и родит сына и нарекут имя ему Еммануил, еже есть сказаемо: с нами Бог (Мат. 1, 23. Ис. 7, 14)? А если и он не мог (удержать тебя от нечестивого мудрования), – так какь ум твой заражен ужасным зломудрованием, – послушай хотя демонов, которые взывают: что нам и тебе Сыне Божий? Пришел еси прежде времени мучити нас (Мат. 8, 29). Кто ж присоветовал тебе проповедовать такие пустые мысли? Кто заражен был вместе с тобою этою странною болезнию? Не убоялся ты уподобить Бога персидскому царству? Не постыдился ты ниспровергнуть предания отцов, и евангелистов и пророков.? Возмнив начальствовать над всеми церквами, не вспомнил ты о Том, Кто из грязи возвел тебя на небесную высоту. Заботясь о вещах сотворенных, не познал ты Творца, задумав возмутить лукавыми мыслями вселенную, оскорбляя храм Божий и желая разделить Рожденного от девы Марий, вводя в мир злой догмат и ярую ненависть, которая ни прекращается, ни обнаруживается, ты вздумал даже, непрошенный, соделавшись прежде времени подражателем Велиалу, вздумал сетями твоих нечестивых мыслей опутать императора, поборника православия и поклонника единосущной Троицы, которою он твердо царствует, которою сокрушает враждебные народы, и которою он содержит мир в мире. Его-то посредством коварных своих речей вздумал сделать ты отступником. Ты восхотел также развратить боголюбезный народ и рассеял множество отцов, живших в тишине уединения. Неудовольствовался ты погублением самого себя чрез богохульство, но распространил хульные мысли по всей вселенной. И вот исполнились на тебе слова: в делах руку своею увязе грешник (Пс. 9, 17). Ты отлучил от общения святой клир пресвитеров и диаконов, которые обличали твое неблаговременное исступление, и (убеждали тебя), чтобы ты не мудрствовал согласно с Арием. И я теперь не падшего попираю, не утопающего погружаю, но низлагаю суетную ложь беззаконных замыслов. Кто видел, чтобы корабль, благополучно прибывший в спокойную пристань, потерпел крушение? Кто видел, чтобы боец, павший на месте боя, не вставал и не поправлялся? Но не простирали ли мы тебе руку помощи, когда ты пал и потерпел крушение в вере? Свидетелем сего да будет тебе почтенный и святой архиепископ великого Рима Келестин, который настойчиво просил тебя чрез письмо, чтобы ты отстал от суетного и бесполезного и ни на чем не основанного учения. (Да будет тебе свидетелем сего) и наше смирение, так как и мы в кратких посланиях убеждали тебя выслушать наши слова о Боге. Но ты не внял нашим убеждениям, облекшись, (так сказать), в некое бесчувствие и безумие, хвастаясь злом, как бы сильный, и имея в мыслях беззаконное. И замышляя коварство, соделался ты секирою, изощренною против тебя самого. И вот Бог, о котором ты зломудрствовал, низложил тебя и исторг твой корень от земли живых, потому что ты не умел размыслить о Боге. Но довольно сказанного нами в обличение его. Бог есть судия и мздовоздаятель каждому по делам его (Рим. 2, 6). Что же касается до нас самих, будем благоговейно чтить и смиренно исповедовать единение (т. е. между Божеством и человечеством во Христе), повиноваться боголюбезнейшему императору, покоряться начальствам и властям, и со страхом и трепетом чтить и славить нераздельную Троицу, ублажая и приснодеву Марию, святой храм (Божества) и Ея Сына и непорочного жениха: ибо Ему слава во веки веков. Аминь.

Деяния отступнического сборища.179

Записка о деяниях восточных епископов, в которых они низлагают святейших Кирилла и Мемнона и отлучают от общения всех присутствовавших на святом соборе.

Когда святейший и боголюбезнейший Иоанн, епископ Антиохии, митрополии восточного округа, находился в своем местопребывании и при нем был святой собор: светлейший и славнейший Кандидиан, придворный сановник, сказал: я желал в присутствии твоего благочестия и по собрании во едино всего собора предложить грамоты наших владык и благочестивейших императоров, дабы по собрании всего собора, как я сказал, исполнено было то, что ими требуется. Но за пять дней пред сим досточтимейший епископ Кирилл и Мемнон, епископ сего города, и находящиеся при них достопочтеннейшие епископы собрались во святой церкви, хотя я воспрещал им делать между собою собрания вопреки распоряжению наших владык и благочестивейших императоров, и убеждал их дождаться прибытия всех нас. Но они требовали, чтобы я прочитал им высочайшую грамоту. Когда же я отказывался сделать это по причине отсутствия твоей святости и по тому, что не прибыли на собор многие и другие епископы и митрополиты, они вынудили меня к тому, сказав, что им неизвестно, что́ пишут наши владыки. По этой причине, и дабы не подать повода к смятению, я вынужденным нашелся, прочитать им, в присутствии всего собрания, грамоту. Впрочем, и находясь (в их собрании) и выходя из него, я увещевал их не делать ничего опрометчивого, как это известно и многим святейшим епископам, которые вместе со мною вошли к ним. Но они, не обратив на это никакого внимания, сделали то, что было угодно им.

Боголюбезнейший епископ Иоанн сказал: желательно (нам) выслушать благочестивое писание (императоров); ибо о делах нужно судить не предположительно, а стремиться к самой истине и узнать благочестивую цель боголюбезнейших наших владык, которые прилагают Всякое старание о церквах Христовых и ничего не ставят выше сего. Теперь пусть ваша светлость поведает нам, что было у них после того, как прочитана была им эта боголюбезнейшая грамота.

Светлейший комит Кандидиан сказал: когда прочитана была грамота, последовало всеобщее рукоплескание, так что я подумал было, что в точности исполнено будет все, предписанное благочестивейшими нашими императорами, – и возрадовался. Когда же после сего стал я убеждать, чтобы все покорились требованиям грамоты, никто не хотел меня выслушать; напротив, как досточтимейших епископов, посланных святейшим епископом Несторием, и тех, которые были с ними, изгнали они с бесчестием, так и меня, когда я с бо́льшею настойчивостию стал убеждать их, выгнали из своего собрания, на том основании, что я не имел права участвовать в их постановлениях. Они даже не дозволили прочитать увещание, посланное к ним благочестивейшими епископами, как известно это святейшим епископам, бывшим со мною, которые могут засвидетельствовать и о том, что сделано было мною в это время. Обо всем этом мы дали знать владыкам вселенной, объяснив, что мы дожидаем прибытия твоей святости и святейших епископов, находящихся при тебе.

Боголюбезнейший архиепископ Иоанн сказал: пусть и нам прочитана будет благочестивая грамота. И когда святейшие епископы встали с своих мест, светлейший комит Кандидиан прочитал. – После сего благочестивейшие епископы вознесли молитвы о благочестивой их (императоров.) державе; за тем боголюбезнейший архиепископ Иоанн сказал: ясность благочестивой этой грамоты достаточна была для того, чтобы внушить им всякую благопристойность, хотя бы они и не принадлежали к священному чину. Но если по прочтении грамоты, как сказано вашею светлостию, все исполнилось смятения, и они причинили оскорбление как боголюбезнейшим епископам, так и твоей светлости: то мы, выслушав, грамоту с подобающим благоприличием и покорностию, изъявляем готовность исполнить предначертания боголюбезнейших наших императоров, если Бог поможет. Но прошу твою светлость поведать нам, не было ли еще чего сделано ими.

Светлейший комит Кандидиан сказал: так как святость твоя желает знать все точно и в порядке, справедливым нахожу сказать тебе и о прочем. На следующий день, когда мне совершенно неизвестно было, что у них происходило, вдруг услышал я, что святейший епископ Несторий низложен ими; грамота о низложении его была выставлена публично, я сорвал ее, прочитал и отослал к благочестивейшим нашим императорам. Спустя немного я услышал, что даже публичные глашатаи ходят по площади и торжественно возвещают о низложении упомянутого святейшего епископа Нестория. Узнав об этом, я послал к ним запрещение – предпринимать чтобы то ни было сверх того, что предписано благочестивейшими наши императорами, и святейшим нашим епископам, которые не присутствовали в их собрании, внушил, чтобы они дожидались прибытия вашей святости.

Боголюбезнейший архиепископ Иоанн сказал: как они пришли к тому, чтобы осудить сего мужа? исследовали ль (его дело), как требуют того каноны, церковные постановления и императорская грамота, в общем присутствии? спрашивали ль его обо всем, относящемся к сему делу, выслушивали ли ответы, и (таким образом) имели ль они доказательства, или без всяких улик осудили они его?

Светлейший комит Кандидиан сказал: всем присутствующим здесь благочестивейшим епископам известно, что они без всякого суда и исследования сделали постановление.

Боголюбезнейший архиепископ Иоанн сказал: это как нельзя более сообразно с тем, как они и с нами поступили. Ибо им следовало бы по-братски приветствовать нас, только что окончивших продолжительное путешествие, дружелюбно принять покрытых еще пылию, утешить и ободрить нас братским расположением.; но они тот час приступили к нам с угрозами и страхованием и явно показали обычную в них неблагопристойность. Но соприсутствующий мне святой собор не внял их внушениям. Итак пусть сей святой собор учинить подобающее постановление о этих людях, которые так беззаконно и насильственно привели все в смятение.

После сего то есть, когда светлейший Кандидиан, придворный сановник, вышел, и благочестивая грамота была прочитана, и вышесказанная беседа прекратилась, боголюбезнейший архиепископ Иоанн сказал: ваше боголюбие выслушали благочестивую грамоту боголюбезнейших наших императоров и повествование светлейшего комита Кандидиана, и знаете теперь цель благочестивейших императоров, (знаете), каким образом они, прилагая всякое попечение о мире церковном, о здравой и неизменной вере и апостольских догматах, созвали сюда святой собор, как, достойно своего боголюбивого величества, повелели, чтобы, после того, как соберутся все (епископы) вместе. предметы, подлежащие исследованию, были обсужены и решены братски и с подобающим иереям благоприличием, посредством предложений и решений, вопрошений и ответов, без всякого смятения и возмущения, так чтобы никакой другой вопрос, ни уголовный, ни гражданский, не был обсуживаем прежде, чем тщательно будет утверждена благочестивая вера, изложенная святыми и блаженными отцами, сошедшимися в вифинской Никее. Итак, что же ваше благочестие признает нужным постановить относительно тех которые таким недостойным образом презрели благочестивую грамоту?

Святой собор сказал: очевидно, что Кирилл, досточтимейший епископ церкви александрийской, и Мемнон, досточтимейший епископ церкви сего града, который во всем содействовал Кириллу, как подлинно известно это нам, прибывшим сюда прежде твоей святости, и, можно сказать, своими глазами видевшим все, что он дерзнул сделать (– он запер святые церкви, святые места мучеников, также святую гробницу апостола, не дозволив даже боголюбезнейшим епископам совершить святую пятидесятницу; он, собрав множество поселян, привел город в смятение, посылал своих клириков в домы боголюбезнейших епископов и угрожал им самыми худшими последствиями, если они не присоединятся к беспорядочному их собранию), по внушению своей злой совести все возмутили и привели в смятение, внесли смуты в церковные дела, презрели благочестивую грамоту и нарушили церковные постановления с тою целию, чтобы не было подвержено исследованию их еретическое злоучение, которое мы нашли в главах, недавно отосланных достопочтеннейшим епископом Кириллом в царственный город, в каковых главах весьма многое сходственно с нечестием Ария, Аполлинария и Евномия. Посему необходимо твоей святости и всем нам всеми силами ратовать за благочестие, дабы кто-нибудь не увлекся еретическими главами боголюбезнейшего епископа Кирилла и дабы не нарушена была вера святых отцов.; (необходимо также), чтобы виновники еретического мудрования и бывшего нестроения, которого нельзя и словом изобразить, подвержены были наказанию, достойному их преступления, а прочие достопочтеннейшие епископы, которых они хитростию и обманом привлекли к себе и обольстили, понесли церковную епитимию.

Боголюбезнейший епископ Иоанн сказал: не хотелось бы мне отсекать от тела Церкви никого из определенных на священнослужение Богу. Но как ради здравия всего тела необходимость вынуждает иногда отсекать некоторые члены, зараженные неизлечимою болезнию, – как Кирилл и Мемнон были главными виновниками совершившегося беззакония, подали повод к нарушению церковных постановлений и благочестивых предписаний благочестивейших наших императоров и в сказанных главах обнаружили еретическое мудрование: то справедливость требует низложить их, а прочих, вовлеченных в их заблуждение, отлучить от общения, пока они, сознав свой проступок, не произнесут анафему на еретические главы Кирилла и не дадут обещания неуклонно пребывать в вере, изложенной святыми отцами, собравшимися некогда в Никее, ничего не прибавляя к ней противного или чуждого благочестию, – и пока не присоединятся к нам, согласно требованию благочестивой грамоты благочестивейших наших императоров, и, сделав вместе с нами по братски исследование о спорных вопросах, не утвердят благочестивой веры.

Святой собор сказал: твоя святость изрекла справедливый и законный приговор. Итак, пусть в общей грамоте, за подписом всех нас, Кирилл и Мемнон приговорены будут к низложению, а прочие к отлучению.

Боголюбезнейший архиепископ Иоанн сказал: да будет исполнен общий приговор.

Иоанн епископ антиохийский провозгласил.

Определение:

Святой собор, милостию Божиею собравшийся в Ефесе по грамоте благочестивейших и христолюбивых императоров наших, определяет следующее:

Мы хотели, чтобы, по правилам св. отцов и по грамоте благочестивейших и христолюбивых императоров наших, собор совершался мирно. Но вы, побуждаемые дерзостию, бесчинением и еретическим образом мыслей, собрались отдельно (хотя мы, по грамоте благочестивейших императоров наших, были уже при дверях.) и произвели всякого рода замешательства в городе и святом соборе с тою целию, чтобы не подвергались исследованию главы, согласные с зловерием и нечестием Аполлинария, Ария и Евномия; вы не дождались прибытия отовсюду святейших епископов, созванных благочестивейшими имперагорами нашими, хотя высокоименитый комит Кандидиан письменно и словесно внушал вам не дерзать на что-либо подобное, но ожидать общего собрания всех святейших епископов. Посему ты, Кирилл александрийский, и ты, Мемнон, епископ сего града, знайте, что вы низложены, лишены епископства и отлучены от всякого церковного священнодействия, как зачинщики и вожди беспорядка и беззакония, виновники нарушения отеческих правил и императорских предписаний. Вы же, все прочие, согласившиеся с теми нарушителями церковных правил и императорских предписаний, да будете отлучены, пока, сознавши свою вину, не раскаетесь, и не примете веру святых отцов, собравшихся в Никее, ничего чуждого не прибавляя (к ней), пока не предадите проклятию еретические главы, изданные Кириллом александрийским, противные евангельскому и апостольскому учению, и не покоритесь грамоте благочестивейших и христолюбивых императоров наших, повелевающей, чтобы дела веры были исследованы мирно и тщательно.

Подписали:

Иоанн, епископ антиохийский.

Александр, митрополит апамейский.

Иоанн, митрополит дамасский.

Дорофей, митрополит маркианопольский.

Александр, митрополит иеропольский.

Дексиан, митрополит Селевкии исаврийской.

Василий, митрополит фессалийский.

Антиох, митрополит вострский.

Павел Емесский.

Априггий халкидский.

Полихроний ираклийский.

Кирилл аданский.

Авсоний иларийский.

Мусей арадский и ангарадский.

Исихий каставальский.

Салустий корикский.

Иаков доростольский.

Зос (по другим,Зосий) исвунтский.

Евстафий парнасский.

Диоген селевковильский.

Плакон лаодикийский.

Полихроний епифанинский.

Фритил, митрополит ираклийский.

Имерий, митрополит никомидийский.

Елладий, митрополит тарский.

Евфирий, митрополит тианский.

Астерий, митрополит амидский.

Феодорит кирский.

Макарий лаодикийский.

Феосевий кийский (в Вифинии).

Максимиан, митрополит аназарвский.

Геронтий клавдиопольский.

Кир маркопольский.

Аврилий иринопольский.

Мелетий неокесарийский.

Елладий птолемаидский.

Тариан августийский.

Уалентин маллский.

Маркиан авритский.

Даниил фавстинопольский.

Иулиан ларисский.

Илиадис зевгматский.

Маркеллин аркский.

Отлучительная грамота тех же, посланная святому собору.

Святой собор отлученным нами епископам объявляет и внушает следующее:

По истине тяжкое дело грешить и прогневлять Владыку Бога; но гораздо тягчее и опаснее не освобождаться от греха раскаянием. А вы до сих пор так поступаете, участвуя в противозаконных и бесчинных действиях Кирилла александрийского и Мемнона ефесского, за что вы и отлучены нами. Видя дверь человеколюбия, отверстую вам нашим определением, вы не поспешаете (вступить) в нее и не взываете, чтобы вас разрешили от уз отлучения: напротив принимаете сторону людей, держащихся еретического образа мыслей, презирающих законоположения св. отцов и предписания благочестивейших императоров, и совершающих многие другие противозаконные дела, и за то нами низложенных и лишенных епископства. Итак знайте, что если вы тотчас же не сознаете своего долга, и, удалившись от погибельного сообщества; не исповедуете, что держитесь веры блаженных отцов, собравшихся в Никее, и не захотите мирно и без всякого шума принять участие в нашем собрании, по грамоте благочестивейших императоров наших, то не сетуйте на нас, а вините себя самих в неразумии.

Тех же послание к императору с уведомлением о своих действиях и о причине позднего прибытия антиохийского епископа.

Повинуясь вашим благочестивым грамотам, мы прибыли в митрополию ефесскую и нашли здесь дела церковные крайне запутанными и сделавшимися предметом междоусобной брани, потому что Кирилл александрийский и Мемнон ефесский, составив тесный союз между собою, собрали толпу деревенских жителей и не допустили совершать на праздник св. пятидесятницы, ни вечерних и утренних богослужений; кроме того они заперли святые церкви и святые памятники мучеников (μαρτυρια), составили отдельный собор с теми, которые увлечены ими, и совершали бесчисленные противозаконные дела, презирая правила святых отцов и ваши императорские предписания, хотя высокоименитый комит Каидидиан, посланный вашим христолюбивым величеством, письменно и словесно внушал им ожидать отовсюду имеющих прибыть святейших епископов, и уже тогда составить общее собрание, по грамотам вашего благочестия. Да и сам Кирилл, за два дня до их собрания, извещал меня, епископа антиохийского, будто бы весь собор ожидает моего прибытия. Посему мы обоих вышеозначенных, Кирилла и Мемнона, низложили и отлучили от всякого церковного служения; прочих же соучастников этого беззакония отлучили до тех пор, пока они не отвергнут и не предадут проклятию изданные Кириллом главы, исполненные злоучений Аполлинария, Евномия и Ария, пока, согласно с указом вашего благочестия, не соберутся вместе с нами, не займутся мирным и тщательным исследованием спорных предметов, не подтвердят благочестивого догмата отцов.

А о моем замедлении да будет известно вашему благочестию, что, судя по дальности сухого пути (путь наш был посуше), мы совершили наше путешествие весьма скоро: мы проехали сорок переездов, не позволяя себе в дороге никакого отдыха, как ваше христолюбивое императорское величество можете узнать (об этом) от жителей городов, чрез которые пролегал путь наш. Кроме того голод, бывший в Антиохии, ежедневные возмущения народа, сильные неблаговременные дожди, которые угрожали городу опасностию наводнения, – все это задержало нас на немалое число дней в вышеупомянутом городе.

Послание Иоанна, епископа антиохийского, и бывших с ним (епископов) к константинопольскому клиру.

Ваше благочестие, конечно, узнало о своевольных и противозаконных действиях Кирилла александрийского, Мемнона ефесского и других, которые держат их сторону: вопреки грамоте благочестивейших и христолюбивых императоров наших, они составили отдельный собор. Посему мы сочли необходимым дать знать вашему благочестию, что все, на что они дерзнули, есть постав паутинный, по слову пророка (Исаии 59, 5). Сами же дерзнувшие на это, то есть Кирилл и Мемнон, как зачинщики беспорядка и бесчиния, низложены нами и лишены епископства. А тех, которые предпочли собраться вместе с ними, мы отлучили до тех пор, пока, сознав свою вину, не предадут анафеме еретические главы Кирилла александрийского и не примут беcхитростно веру святых отцов, собравшихся в Никее вифинской. Итак, да не тревожит ваше благочестие никто из тех, кто имеет обыкновение так действовать (возмущать спокойствие других, потому что, как мы уже объяснили, противозаконные поступки их не имеют никакой силы. Тоже мы довели до сведения благочестивейшего и христолюбивого императора нашего и высокоименитых и сиятельнейших вельмож.

Тех же послание к константинопольскому сенату.

Боголюбивому и христолюбивому сенату святой собор желает о Господе всякого блага.

Сильно скорбим мы, принужденные известить ваше высокоименитство об отсечении собственных членов. Ибо хотя отнятие гнилых членов и необходимо, однако оно причиняет сильную боль и остальным частям тела. Аще страждет един уд, говорит блаженный Павел, с ним страждут вси уди (1Кор. 12, 26). Но врачи не должны отказываться отсекать бесполезные и вредные члены. Ибо благоразумный и мудрый врач тела, имея в виду здравие прочих членов, не щадит гнилого члена, чтобы оградить безопасность всего тела. Тоже самое сделали и мы в настоящее время. Ибо мы увидели, что Кирилл епископ александрийский и Мемнон ефесский произвели многоразличные преступления против Церкви Божией и исполнили смущением и страхом (весь) город и святой собор, – употребляя в орудие своего насилия египетских корабельщиков и азийских поселян; они не дождались созванных (на собор) святейших и благочестивейших епископов, не уважили грамот боголюбезнейших и христолюбивых императоров наших и не послушали внушений и увещаний высокоименитого и сиятельнейшего комита Кандидиана: но произвели беспорядок во всех священных делах благочестия, во всем поступали противозаконно и своевольно, воспрепятствовали совершению праздника св. пятидесятницы, заперли божественные храмы и памятники добропобедных мучеников, чтобы молиться не возможно было и желающим, даже тем, которые пришли издалека, горя желанием обнять гробы святых и добропобедных мучеников, в особенности – преблаженного Иоанна богослова и евангелиста, стяжавшего великое дерзновение к нашему Господу. Поэтому мы были вынуждены низложить вышеупомянутых Кирилла и Мемнона лишали их епископства, а тех, которые по лести или по страху содействовали их самоволию и насилию, мы подвергли отлучению, соразмеряя наказание с добровольным их покаяниям. Ибо, если они восчувствуют свою вину, оставят еретическое злоучение, и снова примут веру св. отцов, собравшихся в Никее вифинской, и, соединившись с нами, по грамотам благочестивых и христолюбивых императоров наших, будут исследовать спорные предметы с подобающею иереям тихостию, то будут освобождены от уз отлучения, и снова получат священное служение.

Тех же послание к константинопольскому народу.

Благочестивейшему, вернейшему и христолюбивому народу святой константинопольской церкви Божией собор.

Есть неписанный закон, (повелевающий) пастырям иметь великое попечение об овцах, чтобы ни вор не похитил их, ни зверь не пожрал, ни болезнь не истребила. Если и те, которым вверено хранение бессловесных овец, прилагают о них такое попечение, что блаженный Иаков взывает к Лавану: бых во дни жегом зноем и стужею в нощи: и отхождаше сон от очию моею. Звероядины не принесох к тебе (Быт. 31, 40 и 39): то какую должно иметь заботливость о словесных овцах Спасителя нашего, которые отмечены божественными знаками, крестились во Христа (Гал. 3, 27) и знаменовались светом лица Господня (Пс. 4, 7)? Поэтому мы сочли нужным посланиями предуврачевать души ваши, чтобы вы не пришли в уныние и не смущались в мыслях ваших, быв обмануты пустыми слухами. Когда мы прибыли в Ефес, по воле попечителя всяческих Бога, который склонил к тому мысль благочестивейших и христолюбивых императоров наших, то нашли город исполненным смятения, весь собор церковный в крайнем замешательстве и Церковь святую, как морскую бурю. Эту жестокую бурю воздвигнули, как ветры, Кирилл бывший епископ александрийский и Мемнон ефесский. Они боялись, – египетский – того, чтобы мы, исследовав главы еретического его лжеучения, сходные с нечестием Аполлинария, не нашли и не признали его еретиком, а другой (боялся) молвы, ходившей в городе о его бездеятельности. И вот они, согласившись между собою, решились одинаково самоуправствовать. Первый собрал пятьдесят египетских епископов, второй – более тридцати азийских и несколько других, привлекши на свою сторону одних лестию, других страхом; они не хотели дожидаться общего собрания отовсюду имеющих прибыть святейших епископов; презрели церковные уставы, и во всем поступали бесчинно и противозаконно; побуждали к злодеяниям толпу из Акрополя, посылали карабельщиков, египетских клириков и азийских поселян в жилища епископов, чтобы поколебать слабейших страшными угрозами, и полагали надписи на этих жилищах, указывая тем, что они должны быть в осаде: так принуждали они принимать участие в своих противозаконных действиях! Узнав об этом и убедившись опытом в их насилии и бесчинии, мы сочли неприличным оставлять в божественном и великом священстве впадших в такую глубину злобы. Поэтому мы были вынуждены вышеупомянутых (Кирилла и Мемнона), как вождей зла, низложить и лишить епископства, а тех, которые им содействовали, мы обложили узами отлучения, не отказав однако им в покаянии, но оставив для них отверстою дверь человеколюбия. И если они, нимало не медля, согласятся анафематствовать изданные Кириллом главы, чуждые апостольского и евангельского учения, если возвратятся к вере св. отцов, собравщихся в Никее вифинской, и по указу благочестивейших и христолюбивых императоров наших вместе с нами без шума и тщательно будут исследовать подлежащие рассмотрению предметы и подтвердят благочестивый догмат: то мы немедленно примем их, как наши собственные члены, и возвратим им святительские престолы.

Тех же донесение к императрицам.

Мы поставлены в необходимость объявить вашему благочестию вовсе не то, о чем надеялись мы известить вас: сделать это принудило нас самоуправное бесчиние Кирилла александрийского и Мемнона ефесского. Ибо, по церковным правилам и по благочестивым предписаниям христолюбивых императоров наших, им надлежало дождаться прибытия прочих боголюбезнейших епископов, и потом всем вместе рассуждать о делах св. веры, исследовать возникшия противоречия и утвердить тщательно обсужденнный апостольский догмат. Но они, написав нам, будто бы ожидают нашего прибытия, и – узнав, что мы находимся за три переезда, составили между собою самовольное сборище и дерзнули на поступки противозаконные и исполненные всякого бесчиния, тогда как высокоименитый комит Кандидиан, посланный для наблюдения за благочинием благочестивейшими и христолюбивыми императорами нашими, и устно и письменно внушал им дожидаться созванных боголюбезнейших епископов и не вводить ничего нового относительно святой веры, но поступать по предписаниям наших императоров, пекущихся о предметах божественных. Однако они, хотя и слышали императорскую грамоту и внушения высокоименитого комита Кандидиана, но, мало заботясь о благочинии, яйца аспидов разбиша и постав паутинный ткут, по пророку, и хотяй от яиц их ясти разбив запорток найдет в нем василиска (Исаии 59, 5). Поэтому дерзновенно взываем: постав их не будет на ризу, и не одеждутся от дел своих (там же ст. 6). Итак, увидев многие их бесчинства, (ибо они заключили церкви и святые памятники мучеников, не допустили совершить праздник св. пятидесятницы, и кроме того, посылая служителей своего самоуправного бесчиния в жилища епископов и произнося страшные угрозы, принуждали их подписывать то, на что они противозаконно дерзнули), мы вышеименованных Кирилла и Мемнона низложили и лишили епископства, а тех, которые принимали участие в их бесчинии, доведенные до того или лестию, или страхом, отлучили до тех пор, пока, почувствовав свои язвы, искренно не раскаются, и, проклявши еретические главы Кирилла, согласные с нечестием Аполлинария, Ария и Евномия, опять не примут веру св. отцов, собравшихся в Никее, и мирно и без всякого сошедшись на собор, по благочестивым предписаниям христолюбивых императоров наших, не захотят тщательно исследовать вместе с нами спорные предметы и безропотно хранить чистый свет евангельской веры.

ДЕЯНИЕ II.

Запис, составленная в присутствии прибывших из Рима епископов и пресвитеров.

В лето правления государей наших – Флавия Феодосия тринадцатое и Флавия Валентиниана третие, в шестые иды июля, а по счету египтян в шестнадцатый день месяца Епифи, когда собрался собор в митрополии ефесской, по повелению благочестивейших и христолюбивых императоров, и когда воссели, в епископской церкви боголюбезнейшего епископа Мемнона, боголюбезнейшие епископы Кирилл александрийский, занимавший также место святейшего и блаженнейшего архиепископа римской церкви Келестина, Ювеналий иерусалимский, Мемнон ефесский, Флавиан филиппийский, занимавший также место Руфа благочестивейшего епископа фессалоникийского, Феодот анкирский из Галатии первой, Фирм кесарийский из Каппадокии первой, и все епископы, которые по порядку означены выше, и Весула диакон карфагенский, – когда вошли также и воссели пришедшие с Запада боголюбезнейшие и благочестивейшие епископы и легаты Аркадий и Проэкт, и боголюбезнейший Филипп, апостольского престола пресвитер и легат.

Филипп, пресвитер и легат апостольского престола, сказал: благодарим св. и покланяемую Троицу, что удостоила нас смиренных присутствовать на вашем святом соборе. Уже давно святейший и блаженнейший наш папа Келестин, епископ апостольского престола, в послании своем к святому и честнейшему мужу, епископу александрийской церкви Кириллу, сделал определение о настоящем деле, и это послание предъявлено вашему святому собранию. Теперь же опять, для утверждения кафолической веры, он послал к вашему благочестию послание, которое, приняв от нас, повелите подобающим образом прочитать пред св. собором и внести в церковные записи.

Аркадий, епископ и легат римской церкви, сказал: да повелит ваше блаженство прочитать присланное вам послание святого и со всяким почтением именуемого папы Келестина, епископа апостольского престола, из которого (послания) ваше блаженство может узнать, какое имеет он попечение о всех церквах.

Проэкт, епископ и легат римской церкви, сказал: да повелит ваше блаженство прочитать присланное вам послание святого и со всяким почтением именуемого папы Келестина, епископа апостольского престола, из которого (послания) ваше блаженство может узнать, какое имеет он попечение о всех церквах.

И после того, как святейший и боголюбезнейший епископ александрийской церкви Кирилл сказал, что ниже означено, Сириций, нотарий святой кафолической церкви города Рима, прочитал (послание папы).

И когда послание прочитано было по латыни, Ювеналий епископ иерусалимский сказал: прочтенное послание Келестина, святейшего и блаженнейшего епископа великого Рима, содержащее благочестивое и православное учение, да будет внесено в записи (заседаний).

Все честнейшие епископы просили, чтобы послание было переведено на греческий язык и прочтено.

Филипп, пресвитер апостольского престола и легат, сказал: удовлетворено обычаю, чтобы послание апостольского престола сначала было читаемо по латини. Теперь же, так как ваше блаженство требует, чтобы послание прочитано было также по гречески, необходимо удовлетворить и желанию вашей святости. Мы постарались сделать, чтобы римская речь переведена была на греческую. Поэтому повелите, чтобы оно было принято и предложено вашему святому слуху.

Аркадий и Проэкт, епископы и легаты, сказали: так как ваше блаженство повелело, чтобы принесенное послание вошло в общую известность (ибо из святых братий наших епископов немало таких, которые не знают по латыне), то принесенное послание уже переведено на греческий язык и, если повелите, будет прочтено.

Флавиан, епископ филиппийский, сказал: принявши принесенный перевод послания святейшего и боголюбезнейшего епископа святейшей римской церкви, прочесть его.

Петр, пресвитер александрийский и первенствующий из нотариев, прочел:

„Келестин епископ святому собору, в Ефесе сошедшемуся, любезным и вожделеннейшим братиям о Господе желает всякого блага.

Собор священников свидетельствует о присутствии Святого Духа. Ибо истинно то, что мы читаем,(так как истина лгать не может), и о чем так упоминается в евангелии: идеже еста два или трие собрани во имя мое, ту есм посреде их (Мф. 18, 20). Если же это так, если Дух Святой присутствует и при таком малочисленном собрании, то не тем ли более, как мы веруем, присутствует Он теперь, когда собралось воедино столь великое множество святых? Собор свят по той чести, которая ему подобает; в нем должно видеть высокий образ того многочисленного собора апостолов, о котором мы читаем. Никогда не оставлял их Учитель, о котором повелено было им проповедовать; всегда был с ними Господь и Учитель; но и во время учительства своего они никогда не были оставляемы своим Учителем. Учил Тот, который послал их; учил Тот, который говорил им, чему они должны учить; учил Тот, который утверждает, что Его самого слушают в учениках Его. Это попечение о заповеданной (апостолам) проповеди перешло ко всем священникам Господним: по наследственному праву на это попечение, мы обязуемся, где бы кто ни жил, повсюду проповедовать, вместо них, имя Господа, так как им сказано: шедше, научите вся языки (Мф. 28, 19). На это должно обратить внимание и ваше братство, так как Тот, который всем (апостолам) дал такое повеление, хочет, чтобы и мы все исполняли его; посему необходимо, чтобы мы охотно следовали нашим руководителям. Все возмем на себя труды тех, которым все мы наследовали в чести; будем подражать их усердию в проповеди, после которой, по словам апостола, мы не должны прелагаться во ино благовествование (Гал. 1, 6). Хранение преданного не маловажнее того, что́ сделал предающий. Они положили семя веры; наше же попечение должно блюсти его, чтобы неповрежденный и обильный плод нашел в пришествие свое наш Домовладыка, которому одному усвояется и плодоносие апостолов. Ибо, по словам Сосуда избрания, ни насаждаяй есть что, ни напаяяй, но возращаяй Бог (1Кор. 3, 7). Итак, общими силами должно стараться сохранить то, что нам вверено и что, чрез апостольское преемство, дошло до ныне. От нас требуется, чтобы мы поступали по примеру апостола. Ибо теперь не лицо чье-нибудь, но вера наша призывается на суд. Должно взять духовное оружие, (потому что теперь происходит брань умов, на которой бросаются стрелы слов), чтобы пребыть в вере Царя нашего. Этому поучает ныне блаженный апостол Павел всех, собравшихся там, где он повелел пребывать Тимофею. Итак, одно и тоже место, одно и тоже дело требует того же самого и служения. И мы теперь должны делать и иметь предметом попечений тоже, что он (апостол) поручил тогда делать (Тимофею). Пусть никто не мыслит иначе, никто не внимает басням, производящим только споры (1Тим. 1,4), как заповедал сам апостол: да будем единодушни и, как и прилично, единомудренни (Филип. 2, 2); не будем стараться делать что-нибудь по рвению или по тщеславию (ст. 3). У всех да будет едина душа и едино сердце, когда наносится оскорбление вере, которая есть едина. Пусть скорбит, или даже плачет об этом вместе с нами все собрание. Призывается на суд, Кто имеет судить миру; испытуется, Кто будет испытывать всех; терпит поношение. Кто искупил (от поношения). Да препояшется ваше братство оружием Божиим. Вы знаете, какой шлем должен защищать нашу главу, какая броня покрывать нашу грудь (Ефес. 6, 13–14): не теперь только церковное ополчение принимает вас вождями. Пусть никто не сомневается, что при помощи Господа, который творит обоя едино (Ефес. 2, 14), сложено будет оружие и настанет мир, когда дело само себя защищает. Вспомним опять те слова нашего Учителя, которые Он обращает к епископам, заповедуя: внемлите себе, и всему стаду, в нем же вас Дух Святой постави епископы пасти Церковь Бога, юже стяжа кровию своею (Деян. 10, 28). Здесь мы читаем, что слышавшие это призваны были туда, где теперь собралась ваша святость. Итак, пусть ефесянам, которым известна проповедь о вере, будет теперь известно и ваше определение о ней. Покажем им постоянство ума нашего в том благоговении, какого достойны великие предметы, которые благочестиво сохранил продолжительный мир. Да возвестится вами то, что неприкосновенно царствовало от времен апостолов. Ибо никогда не были позволяемы слова возмутительной дерзости против Царя царей, и дело истины не могло быть подавлено ложью. Увещеваю вас, блаженнейшие братия да соблюдается та самая любовь, в которой мы должны пребывать, по гласу апостола Иоанна (1Иоан. 4, 7 и др.), которого мощам вы лично покланяетесь. Да будет общая молитва к Господу. Мы знаем, какая будет сила присутствия Божия при единодушной молитве такого множества священников, когда могло подвинуться то место, где, как читаем, единодушно молились дванадесять (Деян. 4, 31). Но чего просили молящиеся апостолы? Того именно, чтобы им дано было возвещать слово Божие с дерзновением, и его силою совершать то, на что получили они власть, по дару Христа Бога нашего. И вашему святому собранию чего просить теперь, как не того, чтобы вы с дерзновением возвестили слово Господа, сохранили то, что Он и проповедовал и поручил (нам)? – чтобы вы, исполненные Духа св., как написано, хотя разными устами, произнесли единое, чему научил (вас) Сам Дух? Кратко сказать (ибо, как говорит апостол,ведущим закон глаголю (Рим. 7, 1), – премудрость же глаголем в совершенных (1Кор. 2, 6): воодушевленные всем этим, стойте в кафолической вере и защищайте спокойствие церквей, (потому что так сказано и прежде бывшим и настоящим и будущим), прося и сохраняя яже о мире Иерусалима (Пс. 121, 6). Мы послали исполнять наше попечение (о вере) святых братий и сосвященников наших, единодушных нам и испытаннейших мужей: епископов Аркадия и Проэкта и Филиппа пресвитера нашего, чтобы они присутствовали при том, о чем идет дело, и исполнили то, что нами уже прежде постановлено. Мы не сомневаемся, что ваша святость будете с ними согласны, когда то, о чем идет дело, должно быть определением о мире всех церквей. – Дано в осьмые иды мая, в консульство Басса и Антиоха“.

Все честнейшие епископы вдруг воскликнули: „это суд справедливый! Весь собор благодарит нового Павла – Келестина, нового Павла – Кирилла, Келестина стража веры, Келестина единодушного с собором! Один Келестин, один Кирилл, одна вера собора, одна вера вселенной!

Проэкт, честнейший епископ и легат, сказал: ваша святость да обратить внимание на тон (τυπος) послания святого и всечестного папы Келестина епископа; он увещевает святость вашу, не уча вас, как неведущих, но напоминая, как знающим, чтобы вы, сообразно с правилом веры и благом кафолической Церкви, благоволили довести до конца то, что он уже прежде изволил определить и теперь снова напомнить.

Фирм, епископ Кесарии каппадокийской, сказал: апостольский и святой престол Келестина, святейшего епископа, чрез послания к боголюбезнейшим епископам, именно: Кириллу епископу александрийскому, Ювеналию иерусалимскому, Руфу фессалоникийскому и к св. церквам константинопольской и антиохийской, уже прежде предложил суждение об этом деле и начертал план для его решения. Последуя этому плану, и мы (так как срок, данный Несторию на исправление, давно уже прошел, кроме того прошло много времени после нашего прибытия в город Ефес, по повелению благочестивейшего императора, и мы немало пребывали здесь, так что день, назначенный императором для решения дела, давно уже миновал, потому что Несторий, призываемый нами, не повиновался) привели этот план в исполнение, произнесли над ним (Несторием) канонический и апостольский суд.

Аркадий, честнейший епископ и легат, сказал: хотя медленность мореплавания и противные ветры надолго задержали нас, так что мы не могли прибыть к назначенному месту, когда надеялись (прибыть); впрочем, по устроению Божию и вашего блаженства, и наше смирение здесь явилось. Благодарим Бога, что мы нашли ваше блаженство пребывающими в одном месте и в одной вере, и пекущимися о Церкви Божией, которую Господь наш Иисус Христос стяжал кровию своею. Поэтому мы желаем, чтобы ваше блаженство повелело изъяснить нам, что доселе определено вашею святостию.

Филипп, пресвитер и апостольского престола легат, сказал: благодарим святой и всечестный собор, что вы, по прочтении послания святого и блаженного папы нашего, громогласными восклицаниями соединились с ним (в духе), как святые члены под единою главою (Христом). И так как наше смирение, носимое неблагоприятными ветрами, прибыло несколько поздно, то мы просим, чтобы вы повелели объявить нам, что сделано на сем святом соборе до нашего прибытия, чтобы и мы, по определению блаженного папы нашего и настоящего сего святого собрания, утвердили то, что нам будет предъявлено.

Феодор, епископ анкирский, сказал: справедливость определения святого собора Бог всяческих показал получением послания благочестивейшего епископа Келестина и прибытием вашего благочестия. Ибо вы доказали ревность и попечение о святой вере святейшего и блаженнейшего епископа Келестина. Но так как ваше блаженство, по уважительным побуждениям, пожелало узнать все сделанное, то из самих записей о низложении Нестория достоверно узнаете справедливость приговора, ревность святого собора и согласие в вере, которую громогласно проповедует благочестивейший и святейший епископ Келестин. Все это узнаете, когда будет удовлетворено ваше желание и все прочее присоединено к настоящему деянию.

Послание папы Келестина к императору Феодосию.

Келестин епископ Феодосию Августу.

Хотя достаточно было бы того, чтобы попечение вашей милости о защищении кафолической веры, на которое вы, по любви ко Христу Богу нашему, правителю вашей империи, поспешаете со всем усердием, сохраняло ее чистою и неповрежденною, осуждая ложь развращенных догматов, и чтобы вы всегда полагали в этом ограждение вашей власти, зная, что царствование, укрепляемое соблюдением святой веры, пребудет твердо и непоколебимо: однако и каждый из нас, по долгу священства, принимает, по мере сил, участие в этом небесном попечении или славе. Поэтому и мы, в лице наших посланных, представляем свое присутствие на соборе, которому вы повелели быть. Заклинаем ваше благочестие страхом суда Божия, чтобы милость ваша не дозволяла ничего возмутительного новизне и не подавала никакой помощи тем, которые, чтобы нарушить мир Церкви, усиливаются постигнуть величие Божие способом человеческого исследования. Дело веры для вас должно быть важнее, чем дело государства: ваша милость должна быть более озабочена миром церквей, нежели безопасностию империи. Ибо все блага приложатся, если прежде всего сохранено будет то, что́ особенно приятно Богу. Авраам был силен верою, – и весь мир наполнил славою своего благословения. Моисей, освободитель народа, вооружался ревностию о Господе против тех, которых находил отступниками от (истинного) богопочтения. Господь сохранил на царстве Давида царя, соблюдающего Его заповеди, с тем, чтобы он покорил врагов Его. Огражденные верою, постоянством и силою этих образцов, охраняйте, прошу вас, благочестивейшее богопочтение вселенской Церкви, чтобы иномыслие ни в чем не имело себе поддержки. Ибо для блага вашей империи совершается то, что́ подъемлется для спокойствия Церкви, или сохранения святой веры. Эти-то мысли, которые, как мы знаем, и вы, славнейший и тишайший император Август, имеете в вашем сердце, (ибо не сомневаемся, что в нем присутствует Бог), мы влагаем в августейший слух ваш и через братий и соепископов моих Аркадия и Проэкта и сопресвитера моего Филиппа, которых мы послали, усердно прося ваше благочестие о том, что́, как мы верим, вы сами имеете в сердечных желаниях, именно, чтобы верно исполнить для Бога то, чего сами просите у него. – Дано в иды мая, в консульство Басса и Антиоха.

Того же папы Келестина послание к Кириллу, епископу александрийскому.

Келестин епископ Кириллу, епископу александрийскому.

Я чувствую, что (надо мною) исполнилось изречение премудрого Соломона (Притч. 25, 26). Как жаждущий принимает холодную воду, так я получил весть из земли далекой в послании твоей любви, которое соединяет нас взаимным обменом мыслей. Безбоязненно можно ожидать спокойствия церквей и кафолической веры, когда видим что за нее так подвизаются христианнейшие государи. Не бесплодна, особенно в делах божественных, царская забота, которая зависит от Бога, держащего сердца царей (Прит. 25, 1). Итак, кратко отвечаем твоей святости. Ты спрашиваешь, должен ли св. собор принять человека, если он осуждает то, чему сам учил прежде, или, – так как прошло время отсрочки, суд, прежде произнесенный над ним, должен ли оставаться во всей силе? Об этом оба мы, по общему согласию, вопросим общего нам Господа. Не отвечает ли Он нам чрез пророка, что Он не хощет смерти (грешника) умирающего (Иезек. 18, 32), и чрез апостола Павла, что Он хощет всякому человеку спастися и в разум истины приити (1Тим. 2, 4)? Наконец не неприятно Богу поспешное исправление в ком бы то ни было. Твоей святости, вместе с досточтимым собранием братий, предлежит уничтожить возникшия в Церкви смятения, так чтобы мы узнали, что дело, при помощи Божией, окончилось желанным исправлением. Мы не говорим, что не присутствуем на (вашем) собрании: потому что мы не можем быть разлучены с теми, с которыми, где бы кто ни находился, соединяет нас одна и таже вера. Я не хочу быть видим в том теле пришествие которого апостол именует немощным (2Кор. 10, 10). Мы присутствуем там, помышляем обо всем, что там совершается: духовно совершаем то, чего не совершаем видимо и телесно Я забочусь о вселенском мире, забочусь о спасении погибающего, если только он захочет сознаться в своей болезни. Мы говорим это для того, чтобы кому-нибудь не показалось, будто мы не готовы помочь желающему исправиться. Но если он и тогда, как мы ждем,да сотворит гроздие, продолжает произращать терние (Исаии 5, 2), то пусть исполнится над ним весь суд, как требуют состоявшиеся пред сим постановления. Пусть он соберет, что посеял на дьявольской борозде, погибая не от нашего изволения, но от собственной вины. Пусть он увидит, что ноги наши не скоры на пролитие крови (Исаии 59, 7), когда, узнает, что ему предложено даже врачевство. А тем, которых твое братство признает подозрительными в рассуждении кафолической веры, – если они письменно высказали (свои мнения), – нам необходимо дать ответ, по свойству предметов: в этом деле никто не уклонится (от суда), потому что оно будет рассматриваемо со всею внимательностию. – Дано в ноны мая, в консульство Басса и Антиоха.

ДЕЯНИЕ III.

В лето консульства государей наших, августейших – Флавия Феодосия тринадцатое и Флавия Валентиниана третье, в пятые иды июля, а по счислению египтян – в семнадцатый день Епифи, когда на следующий день тот же св. собор собрался в том же месте и воссели благочестивейшие и боголюбезнейшие епископы, Иувеналий, епископ иерусалимский, сказал честнейшим епископам Аркадию и Проэкту и честнейшему пресвитеру Филиппу: вчерашний день, в заседании сего святого и великого собора, ваше благочестие, бывши там, по прочтении послания от святейшего и блаженнейшего епископа великого Рима Келестина, требовало для прочтения письменные акты о низложении еретика Нестория: св. собор повелел это исполнить. Итак, ваша святость благоволит сказать: читали ли вы (эти акты) и узнали ли сущность их?

Филипп, пресвитер и легат апостольского престола, сказал: из чтения актов мы усмотрели, что́ постановлено на вашем св. соборе против Нестория. Мы узнали, что все, находящееся в этих записях, обсуждено канонически и по церковным правилам. Но и теперь, хотя это может быть и излишне, просим вашу честь снова прочитать читанное на вашем соборе, чтобы нам иметь возможность утвердить ваши определения, как требует порядок относительно святейшего папы Келестина, который поручил нам это дело, и относительно вашей святости.

Аркадий, честнейший епископ и легат апостольского престола, сказал: благодарим ваше блаженство, что вы удовлетворили нашему желанию и требованию – доставлением нам актов. Но пусть и теперь ваше блаженство повелит, чтобы определения ваши были прочитаны нам, как требует порядок со стороны вашей святости.

Мемнон, епископ ефесский, сказал: ничто не препятствует тому, чтобы, по требованию святейших и преподобнейших епископов Аркадия и Проэкта, и честнейшего и боголюбезнейшего пресвитера Филиппа, легата апостольского престола, снова прочтены были акты о низложении еретика Нестория. Итак, пусть они опять прочтены будут.

Петр, александрийский пресвитер и первенствующий из нотариев, прочитал:

„В лето консульства государей наших, августейших – Флавия Феодосия тринадцатое и Флавия Валентиниана третье, в десятые календы июля, а по счислению египтян в двадцать осьмой день Павни, на соборе, сошедшемся в городе Ефесе, по повелению боголюбезнейших и христолюбивых императоров, в заседании в святейшей церкви, называемой Мария, благочестивейших и боголюбезнейших епископов Кирилла александрийского) который занимал также место святейшего и блаженнейшего Келестина, архиепископа римской церкви, Иувеналия иерусалимского, Мемнона ефесского, Флавиана филиппийского, который занимал и место Руфа, честнейшего епископа фессалоникийского, и Феодота анкирского (Галатии первой) и т. д., – святой собор, между прочим, определил: когда нечестивейший Несторий не захотел повиноваться нашему приглашению и не принял посланных нами святейших и боголюбезнейших епископов, то мы по необходимости приступили к рассмотрению его нечестивых слов. Частию из чтения его посланий и сочинений, частию из его слов, не задолго пред сим сказанных в этом городе и засвидетельствованных, узнав, что он нечестиво мудрствует и проповедует, мы, побуждаемые священными канонами и посланием святейшего отца и сослужителя Келестина, епископа римской Церкви, со слезами приступили к плачевному против него приговору. Итак, Господь наш Иисус Христос, на которого он изрек хулы свои, чрез настоящий святейший собор определил: лишить Нестория епископского сана и отлучить от всего священного собора.

Затем следуют подписи честнейших епископов (как показано выше).

Филипп, пресвитер и легат апостольского престола, сказал: никто не сомневается и во все времена известно было, что святой и блаженнейший Петр, предстоятель апостолов, столп веры, основание кафолической Церкви, приял от Господа нашего Иисуса Христа, Спасителя и Искупителя рода человеческого, ключи царствия, и ему дана власть вязать и решить грехи: он и до сего времени и всегда живет и судит в своих преемниках. Итак, по его внушению, преемник и наместник его, святейший папа наш епископ Келестин, послал нас на сей св. собор заменить его присутствие. А этому св. собору повелели быть христианнейшие и человеколюбивейшие императоры, памятующие и хранящие кафолическую веру; они же и доселе соблюдали и соблюдают апостольское учение, преданное благочестивейшими и человеколюбивейшими блаженные памяти дедами и отцами их. Итак они, как мы выше сказали, назначили собор, заботясь единственно о том, чтобы кафолическая вера, от начала и доселе хранимая, пребывала непоколебима. И так Несторий, виновник нового развращенного учения и глава зол, призываемый и повещаемый, – как мы ясно узнали из соборных актов,– по правилам отцов и по каноническим уставам, не захотел явиться на суд, хотя он добровольно должен был бы предстать на св. собор, чтобы от духовного врачества получить здравие; но, имея сожженную совесть, он,– хотя и был призываем на сей св. собор, как я сказал, канонически и по уставам каноническим,– не захотел явиться и таким образом не только пропустил срок, назначенный апостольским престолом, но и еще много времени. Итак, неизменен суд, произнесенный на того, кто дерзнул враждебным духом и нечестивыми устами произнести хулу на Господа нашего Иисуса Христа. Это – суд всех церквей, потому что на сем священном соборе присутствуют, или лично или чрез своих послов, священники и восточной и западной Церкви. Поэтому настоящий св. собор, последуя узаконениям отцов, определил против богохульного и дерзкого Нестория, чтобы он, как презревший исправление, имел часть с тем, о котором написано: и епископство его да примет ин (Деян. 1, 20). Итак, пусть знает Несторий, что он чужд общения священства кафолической Церкви.

Аркадий, честнейший епископ и легат апостольского престола, сказал: великую печаль и скорбь, исполненную слез, и тугу душевную причинил нам и суд вашего священства и сам Несторий. Ибо он, хотя и был убеждаем посланиями и апостольского престола и вашего блаженства оставить развращенный догмат и нечестивое учение, однако решился оставаться в своем заблуждении (как это видно из произнесенного над ним суда) и, не взирая на предложенный ему случай к исправлению, презрел повеление апостольского престола и отверг убеждения и увещания всех святых священников, чрез которых он мог бы снова получить здравие. Ибо он дошел до такого нечестия, что не усомнился проповедовать учение исполненное хулы на своего Создателя и Искупителя и Спасителя рода человеческого, Господа нашего Иисуса Христа, и, прокрадываясь подобно древнему змию, обольстил умы людей, прекрасно направленные и посвященные Богу. Забыв свое спасение и вечную жизнь, страдая неведением отеческих преданий и не памятуя пророческих предсказаний и евангельских и апостольских повествований (о Христе), он сам осудил себя своим неверием. Так как он сам добровольно отделился и изгнал себя от нас, то и мы, следуя учению, преданному изначала святыми апостолами и кафолическою Церковию (а они учили тому, что прияли от Господа нашего Иисуса Христа), и предписанию святейшего папы Келестина, благоволившего послать нас своими уполномоченными в этом деле, и определениям святого собора, согласно произносим: он лишен епископского сана и отлучен от всей кафолической Церкви и общения всех иереев.

Проэкт, епископ и легат римской Церкви, сказал: из чтения актов сего святого и боголюбезнейшего собора столь многих Божиих священников со всею ясностию открывается, что Несторий, как неблагодарный, не смотря на то, что испытал такое терпение и снисхождение святого папы Келестина, епископа св. и апостольского престола города Рима, и присутствующих здесь честнейших отцов и братий епископов,– последовал своему отступлению и хуле на свою погибель. И посему, так как он дерзнул, вопреки евангельской вере и апостольскому учению, утвержденному во всей кафолической Церкви, вводить развращение своей ереси, то и я, властию посольства от апостольского престола уполномоченный вместе с братьями быть производителем суда, определяю: упомянутого Нестория, врага истины и развратителя веры, как виновного в том, в чем он обвиняется, низложить со степени епископского достоинства и отлучить от общения всех православных иереев.

Кирилл, епископ александрийский, сказал: предъявления, сделанные преподобнейшими и благоговейнейшими епископами Аркадием и Проэктом и благочестивейшим пресвитером римской церкви Филиппом, ясно поняты святым собором. Они говорили, как уполномоченные апостольского престола и (представители) всего собора боголюбезнейших и святейших западных епископов. И так как они выразили еще прежде сего состоявшееся определение святейшего и боголюбезнейшего епископа Келестина и это определение согласно с судом, произнесенным на еретика Нестория св. собором, сошедшимся в этом городе Ефесе, то пусть записи деяний, бывших вчера и сегодня, присоединены будут к прежним актам и предложены их благочестию, чтобы своею подписью, по обычаю, они подтвердили каноническое согласие со всеми нами.

Аркадий, честнейший епископ и легат римской церкви, сказал: после всего, что сделано на сем св. соборе, мы непременно утвердим его нашими подписями.

Святой собор сказал: так как честнейшие и благочестивейшие епископы и легаты римского престола Аркадий и Проэкт, и пресвитер и легат апостольского престола Филипп изъявили согласие (на осуждение Нестория), то им нужно исполнить свое обещание и утвердить акты собственною подписью. Итак, пусть будут принесены им записи деяний.

Филипп, пресвитер и легат апостольского престола, – подписал акты.

Аркадий, епископ и легат апостольского престола, подписал суд, произнесенный против Нестория, виновника раскола и ереси и всякой хулы и нечестия.

Проэкт, епископ и легат апостольского престола, подписал справедливый суд сего св. и вселенского собора, во всем соглашаясь (с мнением собора) о низложении нечестивого Нестория.

Донесение епископов и легатов, прибывших из Рима, посланное святым собором к благочестивейшим императорам, чрез диакона Евтиха.

Благочестивейшим и боголюбезнейшим императорам Феодосию и Валентиниану, победоносным, торжествующим, августейшим, святой собор, благодатию Христовою и по изволению вашего величества собравшийся в митрополии ефесской.

Бог всяческих, приемля ваше усердие и попечение о благочестии, христолюбезнейшие императоры, окрилил ревностию и сердца святых западных епископов на отмщение за поносимого Христа. Ибо хотя далекое расстояние и не позволило придти к нам всему множеству святейших епископов (Запада), но они, собравшись у себя, в присутствии святейшего и благочестивейшего Келестина, епископа великого Рима, с полным согласием подтвердили наше учение о вере, а иномыслящих определили совершенно отлучить от священного клира и сана. Это самое объявил святейший епископ великого Рима Келестин еще прежде, чем собрался сей святейший собор, и передал свое место на соборе святейшему и боголюбезнейшему Кириллу, епископу великого города Александрии. Но и теперь снова объявил он тоже самое чрез другое послание св. собору, которому ваше величество повелело собраться в городе Ефесе. Это послание он отправил чрез святейших епископов Аркадия и Проэкта и благочестивейшего пресвитера великого Рима Филиппа, представляющих присутствие святейшего и боголюбезнейшего епископа Келестина. А так как мужи, пришедшие (на собор), предъявили здешнему собору, чрез послания, мнение всего святого западного собора, согласное с нашим мнением о вере и благочестии, как это видно и из посланий и из наставлений, данных им (легатам) и изложенных ими письменно, то мы, поступая по долгу, необходимо должны донести вашему величеству о их согласии с нами, чтобы вашему благочестию было известно, что суд, недавно нами произнесенный, есть единый и общий суд всей вселенной, который ваша ревность о вере и благочестии и поручила нам открыть и объявить. Итак, когда это дело уже достигло конца, вожделенного вашему величеству, благонадежного для всех церквей и утверждающего веру, то мы просим ваше благочестие освободить нас от настоящего труда и пребывания на чужбине, (потому что некоторые из нас терпят бедность, другие одержимы болезнями, а иные, по своей старости, не могут долее оставаться на чужбине, так что многие из наших епископов и клириков уже умерли), чтобы мы, и оставив этот труд, заботились о Церкви великого града180; просим также задержать те письма, которые (враги наши) грозят послать к местным начальникам. Иначе снова может произойти какое-нибудь бедствие для церквей, или приключиться скорбь святейшим епископам в их собственных епархиях. Ибо, когда уже благочестие восстановлено и вся вселенная произнесла о вере согласный суд, исключая не многих, предпочитающих благочестию дружбу с Несторием, то мы просим справедливой милости, умоляя ваше величество освободить нас от сего труда и предоставить нам попечение о рукоположении будущего (епископа константинопольского), а потом наслаждаться утвержденною верою и благочестием и возносить искренние молитвы Владыке всех Христу о вашем величестве.

Послание св. собора к клиру и народу константинопольскому о низложении Нестория.

Святой, великий и вселенский собор, благодатию Божиею собравшийся в митрополии ефесской, благочестивейшим и честнейшим сопресвитерам и диаконам и всему клиру и народу святой Божией Церкви константинопольской желает о Господе всякого блага.

Мы принуждены сообщить вам весьма прискорбное известие, и с одной стороны оплакиваем случившееся, с другой – (сознаем, что) самая необходимость заставила нас исторгнуть корень этой болезни, чтобы и многие не заразились язвою нечестия. Несторий, сделавшийся жертвою собственного нечестия, лишен священства. Вы сами свидетели речей, которые он часто дерзал произносить пред вами. К этому злу он присоединил еще хулу, (которую произнес) здесь. Ибо ни упомянутый святой собор, ни народ, сошедшийся сюда ради благочестия, не удержали его от неистовства. Он прибавил еще тягчайшие хулы, говоря, что не хочет покланяться двумесячному и питавшемуся молоком и называть Богом бегавшего в Египет, так что все домостроительство нашего Спасителя, совершенное ради нас, для простых людей сделалось почти сомнительным. Итак, усердно молите Бога о том, чтобы явлен был достойный престола великого града. Ибо, если царствующий град будет благочестиво направлен, то это послужит к общему благу всех церквей Божиих.

Кирилл, епископ александрийский желаю вам, возлюбленные и любезнейшие братия, о Господе всякого блага.

Филипп, пресвитер апостольской церкви.

Иувеналий, епископ иерусалимский.

Аркадий, епископ и легат.

Проэкт, епископ и легат.

Фирм, епископ кесарийский.

Флавиан, епископ филиппийский.

Мемнон, епископ ефесский.

Феодот, епископ анкирский.

Вериниан, епископ пергийский.

Так как низложивших Нестория было более двух сот, то мы удовольствовались только этими подписями.

ДЕЯНИЕ IV.

Жалоба, принесенная святому собору святейшими епископами, Кириллом александрийским и Мемноном ефесским.

В лето консульства государей наших, августейших – Флавия Феодосия тринадцатое и Флавия Валентиниана третье, в VI календы августа, на соборе, сошедшемся в городе Ефесе, по повелению благочестивейших и христолюбивейших императоров, в присутствии в святейшей церкви, называемой Мария, благочестивейших и боголюбезнейших епископов – Кирилла александрийского, занимавшего также место святейшего Келестина, архиепископа римской Церкви, Аркадия епископа и римского престола легата, Проэкта епископа, также и легата, Филиппа пресвитера и легата, Иувеналия иерусалимского, Мемнона ефесского, Флавиана филиппийского, занимавшего также место Руфа, благочестивейшего епископа фессалоникийского, Фирма кесарийекого (Каппадокии первой), Акакия мелитинского, Феодота анкирского (Галатии первой) и всех прочих, также Весулы, диакона карффагенского, – Исихий диакон сказал: святейший и преподобнейший Кирилл, архиепископ александрийской церкви, и святейший и благочестивейший Мемнон, епископ ефесский, представили святейшему вселенскому собору, собравшемуся, по повелению благочестивейших и христолюбивейших императоров, в городе Ефесе, жалобу, которую мы имеем теперь в руках и, если повелит ваша святость, прочитаем.

Иувеналий, епископ иерусалимский, сказал: пусть прочтена будет жалоба, принесенная святейшими и преподобнейшими епископами, Кириллом александрийским и Мемионом ефесским, и включена в деяние.

Исихий диакон прочитал:

Святому собору, благодатию Божиею и повелением благочестивейших и христолюбивейших императоров сошедшемуся в этом городе, Ефесе, Кирилл александрийский и Мемнон ефесский, епископы.

Благочестивое предписание, (императоров) повелело и нам и вашей святости собраться к этот город Ефес для того, чтобы общим судом утвердить истинное правило апостольской веры и рассмотреть ересь, нововведенную Несторием. И ваш святой собор, совершая все правильно и канонически, заседал в святой церкви этого города. Он повелевал упомянутому Несторию придти в собрание и дать отчет в том, что он в своих толкованиях и посланиях говорил хульно, произнося нечестивые и преступные слова на Спасителя всех нас Христа. И так как он, после троекратного приглашения, мучимый злою совестию, отказался придти, то (святой собор) последуя церковным законоположениям, тщательно исследовав все, относящееся к этому делу, и вполне убедившись, что он еретик и хулитель, подверг его низложению. Когда это так было сделано и доведено до сведения благочестивейших и победоносных наших императоров, Иоанн епископ антиохийский, прибывший после всех в Ефес как ему заблагорассудилось, созвал некоторых, как нам известно, единомышленников Нестория, (из которых иные давно уже были низложены, а другие – епископы только по имени, потому что не имеют городов), и как бы раздраженный тем, что Христос прославлен был законным низложением Его хулителя, неизвестно каким образом, (впрочем, если верно то, что говорит народная молва), поправ все церковные законы и нарушив весь церковный порядок, составил нечестивую и беззаконную грамоту181, и, думая поразить нас мнимым отлучением тяжко оскорбил нас. Он дерзнул на это, – когда святой собор, низложивший Нестория, имел более двух сот святых епископов, а он собрал еретиков и других низложенных – разве только до тридцати. И хотя ни по церковным законам, ни по императорскому предписанию, он не имел власти ни судить кого-либо из нас, ни предпринимать что-нибудь подобное, особенно против высшего престола, (да если бы он и имел право судить, то должен был бы следовать церковным канонам, повестить нас оскорбленных и вместе со всем нашим святым собором призвать для оправдания); но, не принимая ничего этого во внимание и не помышляя о страхе Божием, он, тотчас по прибытии в Ефес, тайно, так что никто из нас ничего не знал о дерзком умысле, посмеялся над своею Главою, не говоря уже о церковных правилах, и оскорбил судом низложения тех, которым и доселе неизвестно, по какой причине так он поступил. Если же несправедливо так нарушать церковные законы и произвольно восставать против старейших, или тайно дерзать (против них) на то, чего он не должен бы делать и в отношении к лицам, стоящим на последней церковной степени и служащим под его рукою, и если он находится здесь вместе с своими сообщниками: то мы по необходимости представили вашему благочестию эту жалобу, заклиная святою и единосущною Троицею призвать Иоанна и сообщников по делам его. Пусть, пришедши на святой собор, они отдадут отчет в своем дерзком поступке. А мы готовы доказать, что нечестиво и беззаконно оскорбление, которое он нанес нам.

Акакий, епископ мелитинский, сказал: излишне подозрение против (уже) обличенных, хотя бы оно и было справедливо; излишне и требование святейших и боголюбезнейших епископов Кирилла александрийского и Мемнона ефесского. Ибо не может быть, чтобы отделившиеся от святого собора и приставшие к нечестивому учению Нестория, уже обличенные в таком преступлении, осмелились сделать что-нибудь против председателей сего вселенского собора, не имея притом никакой власти. Но если вашей святости угодно, чтобы они по этому делу предстали на суд, то пусть Иоанн епископантиохийский, виновник этого отпадения, будет спрошен чрез честнейших епископов Архелая, Павла и Петра, и отвечает на то, в чем он обвиняется, – почему он дерзнул на это?

Когда Архелай, епископ миндский в Карии, Павел, епископ лампский на Крите, и Петр епископ паремвольский в Палестине, ушли и возвратились, – Фирм, епископ Кесарии каппадокийской, сказал: пусть благочестивейшие епископы, которым поручено было сообщить вызов честнейшему епископу Иоанну, объявят, какой был его ответ?

Павел, епископ лампский, сказал: когда мы, посланные святым собором вашим к честнейшему Иоанну, епископу антиохийскому, приблизились к его дому, то увидели множество воинов, вооруженных копьями и мечами, и других людей, которые не позволяли нам подойти близко к воротам. Наконец, хотя и с трудом, мы подошли ближе, не переставая говорить: „мы не враги и нас не много; нас послано только трое; пустите нас; нас послал святой собор с мирными предложениями по каноническому делу к честнейшему епископу Иоанну“. Но, когда нас окружила толпа, Иоанн, вероятно понимая, зачем мы посланы, не принял нас. Многое говорил тут народ, и в этом говоре слышались ругательства на святой собор и на православную веру, но – какие именно, мы, за поднявшимся тут шумом, сообщить не можем.

Архелай, епископ миндский, сказал: мы вытерпели большую тесноту и даже опасность, приближаясь к дому честнейшего епископа Иоанна, в виду воинов, которые стояли с обнаженными мечами и поднятыми дрекольями и грозили нам. Кругом толпилось множество и другого народа. И хотя мы многих просили известить его (о нашем прибытии), однако ж, не знаю по какой причине, не были допущены.

Петр, епископ паремвольский, сказал: и я вместе с благочестивейшими епископами приблизился к дому честнейшего епископа Иоанна, в виду многих вооруженных воинов, окружавших нас, с обнаженными мечами; тут же толпилось и много другого народа, который грозил нам и произносил хульные слова на православную веру и на святой и боголюбезный собор ваш. А когда мы просили доложить об нас и передать честнейшему епископу Иоанну слова святого собора, то не были приняты, хотя, как думаем, сам честнейший епископ Иоанн и знал причину, по которой мы были посланы. Ибо тут были некоторые из его клириков, которым мы сказали, что посланы от святого собора. Никто впрочем не допустил нас.

Кирилл, епископ александрийский, сказал: святой собор видит, что и я, и честнейший и боголюбезнейший соепископ Мемнон, здесь находимся, с чистою совестию и с готовностию защищать свое дело. Но у еретика Нестория и у защитника его догматов Иоанна епископа антиохийского, кажется, одна забота – пренебрегать законами святой Церкви. А когда их призывают отдать отчет в своих поступках, они ограждают свои домы оружием и делают их неприступными для тех, кто канонически призывает их к оправданию в том, в чем они обвиняются. Итак, если упомянутый честнейший Иоанн, боясь своего проступка, выдумывает различные предлоги к уклонению (от суда), как это видно из того, что объявили благочестивейшие епископы, или лучше, как я сказал, из того, что он сделал свой дом неприступным для посылаемых святым собором: то он, очевидно, сам произносит на себя суд и обличает дерзость своих поступков, по причине которых он подозревает святой и великий собор и боится придти на него. Итак ваша святость, имея беспристрастный суд и вникая в сущность дела, да удостоит отменить законным приговором его дерзкий суд на нас и определить, что должно, против самого того, кто дерзнул нанесть нам оскорбление.

Иувеналий, епископ иерусалимский, сказал: из уважения к сему святому, великому и вселенскому собору, честнейший Иоанн, епископ антиохийский, должен был бы тотчас придти для оправдания в возводимых на него (обвинениях) и оказать повиновение и честь соприсутствующему с нами апостольскому престолу великого Рима, также и апостольскому (τῶ αποςολικῶ)182 епископу иерусалимской церкви Божией, тем более что он, по обычаю, основанному на апостольском установлении и предании, сам управляет антиохийским престолом и производит суд на нем. Но так как он, по своей обычной гордости, окружил свой дом вооруженными воинами, как донесли нам посланные сим святым собором благочестивейшие епископы: то мы, последуя канонам, и храня порядок, определяем повестить его вторично. Итак пусть отправятся другие благочестивейшие епископы и повестят его с прежнею кротостию, чтобы он пришел на святой собор и дал ответ, в чем обвиняют его.

Когда Тимофей, епископ термисский и евдокиадский, Евстафий, епископ докимийский, и Евдоксий, епископ хоматский (в Ликии), ушли и возвратились, – Евдоксий, епископ хоматский (в Ликии), сказал: пришедши, по повелению вашего благочестия, к дому честнейшего епископа Иоанна антиохийского, мы нашли вокруг его дома воинов, с обнаженными мечами, и некоторых клириков. Мы просили этих клириков, говоря: „мы посланы от святого собора передать некоторые слова честнейшему епископу Иоанну; благоволите известить его о нас“. Они ушли донести об этом и, возвратившись, дали нам такой ответ: „Иоанн епископ сказал: мы не даем никакого ответа людям, низложенным нами и отлученным». А когда мы спросили: кем мы низложены и отлучены? – они отвечали: епископом антиохийским Иоанном. Когда же мы побуждали их точнее изъяснить нам это, они сказали: „мы не откажемся сказать это и пред нотариями“.

Тимофей, епископ термисский и евдоксиадский, сказал: по повелению вашего благочестия, мы пришли к дому честнейшего епископа Иоанна. Встретив у дверей его клириков, мы просили их ввести нас, чтобы лично объявить ему данные нам приказания. Они же, сходив (в дом Иоанна), дали нам следующий ответ: „мы не даем ответа людям отлученным и низложенным; пусть не беспокоят себя частым приглашением нас“.

Евстафий, епископ докимийский, сказал: по приказанию вашей святости, мы пришли к дому, где живет честнейший Иоанн, епископ антиохийский. Там встретили мы клириков, которых попросили сказать ему, что нам нужно видеться с честнейшим епископом Иоанном и передать объявленное ему святым и великим собором. Сходивши (в дом Иоанна) и возвратившись к нам, они сказали: „мы низложили и отлучили (их); пусть не трудятся звать нас“. Мы пытались было узнать имена докладчиков, но они не хотели сказать, а только говорили: „мы клирики, а не нотарии“.

Кирилл, епископ александрийский, сказал: Господь наш Иисус Христос, присутствующий и теперь на сем святом соборе, ясно изобразил нам сущность настоящего дела, говоря: всяк делаяй злая ненавидит света и не приходит к свету, да не обличатся дела его (Иоан. 3, 20). Этим страждет ныне, как видит ваша святость и бдительность, и честнейший епископ антиохийский Иоанн. Ибо, если бы он сознавал по совести, что он поступил в отношении к нам канонически и богоугодно, то почему бы ему не придти поспешно на сей святой и вселенский собор, чтобы его суд против нас, запечатленный вашим согласием, возъимел более силы, как скоро он (Иоанн) действовал по церковным законам? Но так как он боится ненависти сего святого собора к злу, и знает, что оскорбил нас бесчестно и беззаконно, то и отказывается придти, чтобы не потерпеть вполне заслуженного гнева и наказания. Он скрывает грех и страшится представить на ваш суд свое беззаконие. Поэтому мы просим святой собор провозгласить, что отныне не имеет уже никакой силы его дерзкий суд против нас, и, позвав его опять, подвергнуть, за беззаконные дела его, законному и справедливому вашему суду, по канонам.

Мемнон, епископ ефесский, сказал: теперь явен вашей святости неканонический суд честнейшего епископа антиохийского Иоанна и немногих его сообщников, из его нововведений и поступков вопреки церковным законам. Поэтому и мы своею жалобою предъявили вашей святости его дерзкие поступки против нас. Действуя канонически, вы призывали его через святейших епископов отвечать за то, в чем он погрешил против церковных законов, или лучше – против порядка церковного, и дать отчет в том, на что дерзнул он вопреки канонам. Но, имея нечистую совесть, он не захотел повиноваться, когда его звали. Поэтому мы просим святой и вселенский собор ваш своим судом отменить незаконные постановления, сделанные им и его сообщниками, (из которых иные еретики, другие не имеют городов, а некоторые виновны во многих преступлениях), объявив (эти постановления) ничтожными и бессильными, так как они составлены в ущерб благочинию канонов, и, приняв наше мнение о православной вере, которую мы приняли от святых отцов, определить (меры) против виновных, по усмотрению.

Святой собор сказал: из деяний открывается, что определения Иоанна, во всем поступавшего неканонически, не имеют никакой силы и правильности. Ибо, если бы его определения имели надлежащую правильность, то он не отказался бы, по зову святого собора. явиться, чтобы отвечать за свои нововведения. Поэтому святой собор объявляет эти постановления, хотя они никогда не имели силы и канонического основания, бессильными и немогущими нанесть какое-нибудь бесчестие потерпевшим чрез них оскорбление. Совершая что следует и что на него возложено, святейший собор доведет о сделанном сегодня до сведения благочестивейших и христолюбивейших императоров, чтобы и им были известны дерзкие поступки Иоанна в отношении к святому собору. Если же сам честнейший епископ Иоанн, позванный в третий раз, не явится, то святой и вселенский собор произнесет и о нем должный суд по канонам.

ДЕЯНИЕ V.

В лето правления государей наших, августейших – Флавия Феодосия тринадцатое и Флавия Валентиниана третье, в 16 календы августа, на святейшем соборе боголюбезнейших и благочестивейших епископов, заседавших в церкви, называемой Мария, Кирилл епископ александрийский, сказал: вчерашний день, когда ваша святость заседали в этом же самом месте, в присутствии легатов, присланных из Рима, то есть занимающих место святейшего и благочестивейшего епископа Келестина, я и Мемнон, честнейший епископ сего города Ефеса, принесли жалобу, требуя призвать на сей святой и вселенский собор Иоанна, честнейшего епископа антиохийской церкви, и тех, которые вместе с ним нанесли нам обиду, дерзнув произнести на нас мнимое отлучение, чтобы они отвечали за свои дела, или прекратили бы беззаконные замыслы. Ваше благочестие, поступая во всем законно и правильно, первым и вторым зовом призывало их чрез честнейших и благочестивейших епископов, как удостоверяют акты (собора); но те (Иоанн и пр.), не в состоянии будучи прикрыть свои дерзкие поступки благовидными доводами и не находя средств к извинению, (в противном случае они, конечно, без всякого замедления пришли бы на святой и великой собор), совершили дело постыдное, приличное людям, бродящим на площади. Ибо, если бы они хотели объявить что-нибудь сему великому собору, то им следовало бы придти благочинно и, с подобающею христианам благопристойностию, высказать и выслушать, что́ должно. Ничто не препятствовало им поступить таким образом, потому что пред святым собором не стояли воины, как пред их домами. Но вместо того, они составили грамоту, исполненную хвастовства и невежества, и обнародовав ее, произвели во всем городе не столько мятеж, сколько презрение к их собственному безрассудству. Если они это сделали с тем намерением, чтобы мы, видя, как честь наших братий подвергается посрамлению и всеобщему осмеянию, сожалели об этом, то мы довольно пожалели. Ибо они за эти поступки часто были осмеяны. Но если, как означено в изданной ими грамоте, они могут доказать, что мы виновны в ереси Аполлинария, или держимся каких-либо его мнений, то пусть придут и обличат нас в еретичестве, если могут, а не наносят бесславия одними лишь пустыми словами, или пусть помыслят о гневе Божием. Ибо судия всех Бог сказал: cвидетель ложный погибнет (Притч. 21, 28), и устами блаженного Давида: седя на брата твоего клеветал еси (Псал. 49, 20). Мы никогда не держались мнений ни Аполлинария, ни Ария, ни Евномия, но с детства изучали священное Писание и воспитаны под руководством православных и святых отцов, а Аполлинария, Ария, Евномия, Македония, Савеллия, Фотина, Павла и Манихеев и всякую другую ересь, а также новоизобретенные хулы Нестория и его сообщников и соумышленников, равно и последующих Целестию и Пелагию, учения которых мы никогда не держались, анафематствуем. И не теперь только мы принимаем намерение держаться правого учения, – переменив свои мысли на лучшее; но, как я сказал выше, мы воспитаны в правых и апостольских догматах Церкви. А так как вчиненным в иерейское служение следует являться ревнителями истины и высказать то, в чем они убеждены, как в истине, то мы теперь и просим святой и великий собор ваш – канонически пригласить самого Иоанна, честнейшего епископа антиохийской церкви, и прочих, составивших вместе с ним клевету на нас. Ибо благоразумие требует, да это и необходимо, чтобы они лично или доказали, что мы еретики и, по их словам, держимся мнений Аполлинария, или, если они откажутся придти и подтвердить доказательствами (свое обвинение против нас), сами подверглись бы этому обвинению (т. е. в ереси), – в особенности, когда из составленной ими грамоты известно, что они ложные и пустые свои клеветы довели до слуха благочестивейших императоров. Вашей святости преимущественно должно заботиться о том, чтобы ничья ложь не доходила до благочестивого слуха государей, – потому что не безъизвестно сказанное в священном Писании: ничтоже ложно от языка царева да глаголется, и ни едина ложь от языка его да изыдет (Притч. 24, 22).

Святой собор сказал: требование благочестивейших и святейших епископов Кирилла александрийского и Мемнона ефесского и теперь совершенно благоразумно. Итак, пусть благочестивейшие епископы: Даниил, Коммод и Тимофей, и сегодня пойдут с нотарием и убедят честнейшего епископа антиохийской церкви Иоанна придти с прочими обвиняемыми и отвечать в том, в чем на них ищут.

И отправились честнейшие епископы: Даниил колонийский, Коммод трипольский (в Лидии) и Тимофей термский (на Галлеспонте) с нотарием Мусонием, с приглашением такого содержания:

„Так как святой собор, желая мирно определить все, касающееся канонов, двукратным зовом приглашал твою честь, но ты не повиновался и не пришел, чтобы или доказать свои обвинения или оправдаться, то святой собор определением своим не дозволяет никакого епископского действия ни тебе, ни кому-либо из твоих соучастников. Если ты не послушаешь этого третьего зова и не придешь, то с вами поступлено будет по канонам».

Когда посланные возвратились, Даниил, епископ колонийский, сказал: „мы ходили, куда повелевало ваше благочестие, именно в дом благочестивейшего Иоанна, епископа антиохийского. Еще издали, сошедши с лошаков, мы объявили клирикам (антиохийским), что посланы святым собором, и усердно просили (их помощи и защиты). Тут встретили мы Асфалия, пресвитера антиохийской церкви, который занимается ходатайством по делам этой церкви в Константинополе. Он подвел нас ближе к дому, в котором живет благочестивейший епископ Иоанн, и соединившись с нами удерживал наступавших. Мы благодарим и воинов, которые, узнав благочестивейшего епископа Коммода, так как они помещены в его городе, отгоняли всех клириков, нападавших на нас. Потом, когда Асфалий и другие клирики известили Иоанна о нашем прибытии, к нам вышел его архидиакон, (имени мы его не знаем, у него редкие волосы на бороде, бледноват и невысокого роста), неся с собою хартию, которую и подал нам, сказав: „святой собор посылает ее к вам, чтобы вы приняли ее“. Мы отвечали ему: „мы посланы не затем, чтобы принимать от вас грамоты, а объявить повеление святого собора. Мы сами не принесли никакой хартии и от вас не берем: мы принесли только мирное предложение. Святой собор просить господина Иоанна, чтобы он соучаствовал в заседаниях и пришел на собор». „Подождите же, отвечал архидиакон, пока я извещу епископа». Он пошел к нему и возвратился с тою же самою хартиею, говоря: „и вы не посылайте к нам ничего, и мы не будем посылать вам, а подождем пока сам император, которому мы донесли о наших определениях, предпишет нам, что нужно делать». А когда мы сказали: „так вы слушайте слова святого собора“, то он ушел, сказав: „вы отказались от хартии, а я не слушаю собора». Так сказал он, а мы пресвитерам Асфалию, провожавшему нас, и Александру сказали: „святой собор являет всю полноту мира, любви и благоволения в отношении к господину Иоанну; но за то в особенности, что он не хотел придти по второму зову, он определил запретить ему всякое священное служение. Он убеждает его явиться по третьему зову, чтобы не заставить произнести против него что-нибудь каноническое».

Коммод, епископ трипольский (в Лидии), сказал: и мы видели и предъявляем тоже самое, что сказано благочестивейшим и святейшим епископом Даниилом.

Тимофей, епископ Термы (на Геллеспонте), сказал: и мы видели и предъявляем тоже самое, что сказано благочестивейшим и святейшим епископом Даниилом.

Святой собор сказал: и теперь сделано надлежащее приглашение благочестивейшими епископами Даниилом,Коммодом и Тимофеем, которые открыли и причину, по которой были посланы, и довели ее до сведения священников, так что честнейшему епископу Иоанну ничто не остается безъизвестным, о чем было объявлено, и он не может воспользоваться никаким предлогом к оправданию, отговариваясь неведением.

Кирилл, архиепископ александрийский, сказал: я и теперь здесь и вместе с честнейшим епископом Мемноном прошу произвести исследование о том, в чем, вопреки законам Церкви и всякому смыслу, преступил против нас честнейший Иоанн, епископ антиохийский. – Святой собор видит и никто не может сомневаться, что если бы мы боялись его обвинений, то не поступили бы с такою смелостью, прося об увещании вышеупомянутого Иоанна явиться по этому третьему зову и предложить против нас какие угодно обвинения. Но так как он вымышляет различные отлагательства, изыскивая различные к тому поводы (человек же инако обилует cловесы, Иов. 11, 12) то святому и вселенскому собору следует произнести суд по церковным законам.

Святой собор сказал: за оскорбления, нанесенные честнейшим Иоанном, епископом антиохийским, и его сообщниками, святейшему и благочестивейшему Кириллу, епископу, и благочестивейшему и блаженнейшему епископу Мемнону, святой собор, после этого третьего нашего зова, которому Иоанн (с сообщниками) никак не хотели повиноваться, – не пришли в собрание святого собора и не изложили причин, по которым они, вопреки законам и канонам Церкви, выдумали такое нововведение, – должен был произнести суд, достойный такого безумия, и против него и против его сообщников. И хотя мы считаем долгом епископского благодушия кротко и терпеливо переносить случившееся, но теперь, после того, что определено, да будут уже отлучены от церковного общения Иоанн и участвовавшие в его поступках,– Иоанн дамасский, Александр апамейский, Дексиан селевкийский, Александр иерапольский, Имерий никомидийский, Фритила ираклейский, Елладий тарский, Максимин аназарвский, Дорофей маркианопольский, Петр траянопольский, Павел емесский, Полихроний из города ираклийского, Евфирий тианский, Мелетий неокесарийский, Феодорит кирский, Априггий халкидский, Макарий из великой Лаодикии, Зосис есвунтийский, Салустий корикский (в Киликии), Исихий каставальский (в Киликии), Валентин мутлувлакский, Евстафий парнасский, Филипп феодосипольский, Даниил, Иульян, Кирилл, Олимпий, Диоген, Феофан филадельфийский, Палладий, Траян авгубстский, Аврилиан иринопольский, Мусей арадский и Елладий птолемаидский; – да не имеют они никакой власти, принадлежащей священническому чину, посредством которой они могли бы или вредить кому-либо, или приносить пользу, до тех пор, пока, раскаявшись, не исповедуют своего заблуждения; притом, пусть они знают, что если тотчас же не сделают этого, то навлекут на себя окончательный суд по канонам. Да будет известно еще и то, что их умыслы, постыдные и противозаконные, против благочестивейших и святейших епископов и вождей Церкви, Кирилла и Мемнона, не имеют совершенно никакой силы, как об этом было уже объявлено и теперь и во вчерашний день. О всем этом да будет доведено до сведения боголюбивейших и христолюбивейших императоров, чтобы и священный слух (их) знал о последовавшем.

Подписал Иувеналий, епископ иерусалимский.

Подписал Аркадий, епископ и апостольского престола легат.

Подписал Проэкт, епископ и апостольского престола легат.

Подписал Филипп, пресвитер и апостольского престола легат.

Подписали и все прочие.

Донесение, посланное святым собором благочестивейшим императорам о восточных (епископах).

Благочестивейшим и боголюбивейшим императорам Феодосию и Валентиниану, победителям, торжествующим, августейшим, святой собор, благодатию Божиею и по приглашению вашего величества сошедшийся в митрополии ефесской.

Предписанное вашим величеством святому собору уже достигло надлежащего конца и мы известили об этом ваше благочестие. Мы ясно предложили вашему благочестию апостольскую веру, изложенную тремя стами осьмнадцатью отцами, сошедшимися в Никее, а Нестория, противно ей мыслившего, лишили епископского сана и возможности проповедовать свое нечестие. Но некоторые еще прежде зараженные мнениями (Нестория) и последователи его учения привлекли на свою сторону виновных в различных преступлениях; а с ними соединился и досточтимейший Иоанн, епископ антиохийский, частию из любви к противоречию, частию по дружбе человеческой (всех их только тридцать). Не оправдавшись предварительно в преступлениях, в которых каждый из них был обвиняем, они провозгласили себя собором: как будто бы ваше величество приказали быть двум, а не одному собору для утверждения евангельской веры и отлучения неправомыслящих от церковного служения. Но, как мы сказали, немногие вышеупомянутые, не оправдавшись наперед в возводимых на них обвинениях, сошлись вместе, приняв в помощники своему безумию досточтимейшего Иоанна, епископа антиохийского, (который, как мы слышали, и сам боится обвинения за свое промедление), и, вопреки всякому церковному порядку и канонам, дерзнули произнести хулу, имеющую, по их мнению, значение бесславного отлучения, на церковный и святой собор, на главу собравшихся святейших епископов, святейшего архиепископа Кирилла и боголюбивейшего епископа Мемнона, тогда как ни от кого не слышали обвинения, и не дождались обвинителя, и не призывали их на суд. Напротив, без всякого суда и исследования они изложили эту хулу письменно и дерзнули представить свои безумные обвинения вашему величеству, как будто ваше величество не знает, что вселенский собор только один, и что сборище немногих людей, в чем-либо виновных и по страху наказания отделившихся от святого собора, не может быть названо собором. Не сознавая себя виновными, они конечно не решились бы на такой дерзкий поступок. Они поступили безумно потому, что не имели, может быть, чем оправдаться в своих преступлениях, и, видя свою малочисленность, решились как бы предупредить грозившее им наказание. Поступая таким образом, они надеялись твердо устоять против обвинений. Но такой образ действий кажется нам делом неразумным и достойным презрения. А так как они дерзнули донести о своих крайне-безумных действиях вашему величеству и объявили вашему благочестию о всем, что они совершили вопреки законам, канонам и всякому церковному порядку: го мы не могли более оставлять без внимания их дерзкие и безумные замыслы. Следуя определениям канонов, мы позвали досточтимейшего епископа Иоанна, покусившегося вместе с прочими на такой поступок против вышеупомянутых (епископов). Ибо прочие, по своей малочисленности и по виновности в различных преступлениях, не отважились бы на такое безумие, если бы не полагались на смелость досточтимейшего епископа антиохийской церкви Иоанна. Итак, когда мы собрались и когда нам представлены были жалобы святейшим и боголюбивейшим Кириллом, архиепископом, и соепископом благочестивейшим Мемноном, то мы призывали упомянутого Иоанна, чтобы он по крайней мере теперь высказал неудовольствие, по которому он нанес такое оскорбление председателям святого собора. Но не смотря на то, что он призываем был и в первый, и в другой, и в третий раз для высказания обвинения, он не хотел явиться на собор,(потому что не имел благовидного извинения своих дерзких поступков). Он, окруживши свой дом воинами и оружием, не принимал святейших епископов, посылаемых (к нему) святым собором, и не удостаивал святой собор достаточным ответом. Увидев из этого, что он не надеется защитить свое дело, мы осудили, как ничего незначащее и пустое, все, что они суесловили и писали, вопреки всему чину канонов, против святейшего архиепископа Кирилла и святейшего соепископа нашего Мемнона. Ибо суд, не имеющий в основании ничего канонического или справедливого, есть не что иное, как ругательство. Итак, принимая во внимание, что и он сам и его сообщники поступали вопреки канонам и всем порядкам, и вне всякого чина церковного, мы, для удержания их неразумного бесчиния, справедливо определили подвергнуть их отлучению, пока они, сознавшись в том, что позволили себе по гордости и безрассудству, не оправдают себя пред святым собором.

Итак, мы по необходимости доносим вашему благочестию о том, что постановлено, и просим не считать собором сборище людей, виновных в преступлениях. И прежде на святом и великом соборе трех сот осьмнадцати отцов, собравшихся в Никее, нашлись некоторые таким же образом отделившиеся от того великого собора, из опасения угрожавшего им наказания. Но великий и святой император Константин не признал их собором, а повелел подвергнуть заслуженному наказанию за то, что, отделившись, не хотели быть в согласии с теми святыми епископами, побуждаемые к тому, как и эти, нечистою совестию. Нелепо было бы противополагать собору двух сот десяти святых епископов, с которыми притом согласны и все святые западные епископы, а чрез них и все прочие страны, – тридцать только (епископов), из которых, притом, иные были низложены еще прежде, другие держатся нечестивого учения Целестия, а некоторые подвержены анафеме за единомыслие с Несторием. Да повелит же ваше величество, чтобы постановленное вселенским и святым собором в утверждение благочестия, против Нестория и его нечестивого учения, возъимело свою силу, быв подтверждено согласием и одобрением вашего благочестия.

Подписал Иувеналий, епископ иерусалимский.

Подписали епископы Аркадий и Проэкт и пресвитер Филипп, апостольского престола легаты.

Подписали и все прочие епископы.

Послание к святейшему и благочестивейшему сослужителю Келестину.

Святой собор, благодатиею Божиею сошедшийся в митрополии ефесской, епископу Келестину желает о Господе всякого блага.

Ревность твоей святости по благочестию и забота о правой вере, приятная и угодная Богу Спасителю нашему, достойны удивления. Ибо, столь великие вы имеете обыкновение быть славными во всем и своими попечениями доставлять опору церквам. Почитая долгом известить тебя о всем случившемся, мы доносим твоей святости, что по воле Христа Спасителя всех нас, и по повелению благочестивейших и христолюбивейших императоров, из многих и различных областей сошлось нас более двух сот епископов в митрополии ефесской. Притом благочестивые предписания христолюбивых императоров, чрез которые мы созваны, назначили временем собрания св. собора день св. пятидесятницы. Все сошлись (в указанный срок), потому в особенности, что в послании императоров означено было: „кто не прибудет к назначенному сроку, того задерживает нечистая совесть, тот безответен и пред Богом и пред людьми“. Замедлил только досточтимейший Иоанн, епископ антиохийский, и замедлил не без умысла, и не потому, чтобы его задержало далекое путешествие, но потому, что он таил в уме замыслы и намерения, неугодные Богу, которые он обнаружил вскоре по прибытии в Ефес. Мы отложили собрание на целые 16 дней после назначенного дня св. пятидесятницы, хотя многие епископы и клирики были одержимы болезнию, тяготились расходами, а некоторые и умерли. Все это было, как видит твоя святость, обида святому собору: ибо он замедлил злонамеренно, потому что его упредили многие, хотя им нужно было пройти путь гораздо дальнейший. Спустя 16 дней прибыли двое из его епископов, митрополиты: Александр апамейский и Александр иерапольский. Мы спрашивали их о причине замедления досточтимейшего епископа Иоанна, и они не один раз, а часто говорили нам: он приказал нам объявить вашему благочестию, что если он еще замедлит, то не отлагайте собора, а делайте, что нужно. Получив это́ известие и видя – как из его медлительности, так и из того, что́ было объявлено от его имени, – что он уклоняется от собрания, или по дружбе с Несторием, или потому, что этот был клириком его церкви, или по уважению к просьбам за него некоторых лиц,– святой собор открыл заседание в великой церкви ефесской, называемой Мария. Сюда все собрались скоро и охотно: не было только одного Нестория. Святой собор канонически приглашал его чрез епископов первым, вторым и даже третьим зовом. Но он, окруживши свой дом воинами, презрел церковные законы и не хотел ни явиться на собор, ни дать отчета в своих нечестивых хулениях (на Христа). За сим прочтены были послания, писанные ему святейшим и боголюбивейшим Кириллом, архиепископом александрийским. Святой собор одобрил их, как правильные и непогрешительные по содержанию, потому что они ни в чем не разногласили с богодухновенными писаниями, ни с верою, преданною и изложенною святыми отцами, сошедшимися некогда на великом соборе в Никее, как это засвидетельствовала и твоя святость своим справедливым одобрением. За сим, когда прочтено было послание Нестория, написанное к помянутому святейшему и боголюбивейшему брату нашему и сослужителю Кириллу, – святой собор нашел учение, содержащееся в нем, совершенно чуждым евангельской и апостольской вере и зараженным величайшею и новою хулою. Потом, по прочтении нечестивейших его толкований и письма к нему от твоей святости, где он справедливо обвиняется, как наткавший хулу и внесший в свои толкования слова нечестивые, – над ним произнесен канонический суд низложения, в особенности за то, что он до того далек был от раскаяния или исправления в хулах, произнесенных им еще во время управления, константинопольскою церковью, что даже в Ефесе, в разговоре с некоторыми святыми митрополитами, – мужами небезъизвестными, разумнейшими и боголюбивейшими, осмелился сказать: „я не исповедую Бога двухмесячного и трехмесячного“, и другое, еще хуже сего.

Итак, мы низложили эту нечестивую и гнусную ересь, низвращающую благочестивейшую нашу веру и разрушающую до основания все домостроительство таинства, как выше сказано. Но имеющие искреннюю любовь ко Христу и ревнующие о Господе не могли, по-видимому, не испытать многих бедствий. Мы надеялись, что и досточтимейший Иоанн, епископ антиохийский, восхвалит ревность и благочестие собора, и, может быть, даже упрекнет (нас) за медлительность в низложении (Нестория). Но эта надежда совершенно обманула нас. Он (Иоанн) на самом деле оказался врагом и самым упорным противником как святого собора, так и правой веры Церкви. Едва только он прибыл в Ефес, еще не стряхнув с себя дорожной пыли, не сняв одежды, собрал единомышленников Нестория, произносивших хулу на своего Главу и почти издевавшихся над славою Христа, и составив себе скопище почти из тридцати человек, носящих имя епископов, но не имеющих ни городов, ни служения, ни церквей, а частию давно уже низложенных своими митрополитами за тяжкие вины (были между ними даже пелагиане, целестиниане и изгнанные из Фессалии), дерзнул на такое нечестивое дело, на какое прежде никто не покушался. Именно: он составил у себя хартию и наложил слово и бесчестие отлучения на святейшего и благочестивейшего Кирилла, епископа александрийского, и благочестивейшего брата нашего и сослужителя Мемнона, епископа ефесского. И он поступил так без всякого ведома кого-либо из нас; даже те самые, которые потерпели такое оскорбление, не знали ни случившегося, ни причины, по которой совершен такой дерзкий поступок. Но как будто Бог не прогневается на это и будто не существует церковных законов и они не потерпят наказания за такую дерзость! они бесчестят именем отлучения и весь собор; и обнародовав это хартиею, они предложили ее для прочтения мимоходящим, прибив на стенах театра, чтобы выставить на показ свое нечестие. Но дерзость их этим не ограничилась: поступая будто бы канонически, они не усомнились довести о том до сведения благочестивейших и христолюбивейших императоров.

После всего этого, святейший и боголюбивейший Кирилл, епископ александрийский, и благочестивейший Мемнон, епископ ефесский, составив жалобу на досточтимейшего Иоанна, епископа антиохийского, и его сообщников в этом деле, принесли ее (на собор), заклиная святой собор наш позвать, согласно с канонами, самого Иоанна и его сообщников, чтобы они дали отчет в том, на что дерзнули, – и если у них есть какое-нибудь обвинение, то пусть выскажут его и уличат виновных, если могут. Ибо в своей отлучительной или лучше в ругательной грамоте они выставили такую вину: «они (Кирилл и Мемнон) аполлинаристы, ариане и евномиане, – за то и низложены нами“. Итак мы, по настоянию оскорбленных, собравшись опять в великой церкви, числом свыше двух сот епископов, в продолжении двух дней, одним и другим и третьим зовом призывали Иоанна и его сообщников придти на собор, чтобы уличить оскорбленных и объяснить причину, по которой они сочинили грамоту о низложении; но они не осмелились придти. Если он действительно мог обвинить вышеупомянутых святых мужей в ереси, то ему надлежало самому придти и доказать, что истинно то преступление, которое казалось ему столь сильным и несомненным, что он произнес против них такой поспешный суд. Но нечистая совесть не позволила ему придти. А замышлял он следующее. Он думал: пусть его нелепое и противозаконное оскорбление и ничего не значит, но оно разрушит и справедливый суд святого собора, произнесенный против еретика Нестория. Итак, справедливо вознегодовав (на такой поступок), мы рассудили: законно произнесть на него и на прочих такой же суд, какой он беззаконно произнес против невинных ни в чем. Но противопоставляя его поспешности долготерпение, хотя он потерпел совершенно справедливое и законное наказание, мы представили это (определение) на суд твоего благочестия, а их пока подвергли отлучению и лишению всей священной власти, так что они никому не могут вредить своими мнениями. И, в самом деле, не нужно ли было, чтобы имеющие обыкновение грубо, дерзко и вопреки канонам решаться на такие страшные и возмутительные дела, лишены были возможности вредить?

Итак, и после опрометчивого их суда, мы все пребываем в общении с братиями и сослужителями нашими епископами: Кириллом и Мемноном, потерпевшими от них оскорбление, священнодействовали и священнодействуем с ними и все вместе участвуем в богослужебных собраниях, а хулы его письменно опровергли и показали их бессилие и совершенную ничтожность; ибо это было одно поругание, а не другое что. И в самом деле, какое значение собора, или какую силу против собора собранного со всей поднебесной, могут иметь тридцать человек, или заклейменные пятном ереси, или безместные и изгнанные? С нами были и посланные твоею святостию благочестивейшие епископы Аркадий и Проект и с ними досточтимейший пресвитер Филипп, заменявшие своим присутствием твое и занимавшие место апостольского престола. Итак прилично твоей святости вознегодовать на случившееся. Ибо если каждому будет позволено оскорблять старейшие престолы и произносить неправый и противный канонам суд на тех, кого не имеют власти судить, или лучше – ругательства на тех, которые совершили такие подвиги за благочестие, и чрез которых, по молитвам твоей святости, воссияло благочестие: то церковные дела придут в крайний беспорядок. Если же дерзнувшие на такие дела будут подчинены надлежащему порядку, то волнение утихнет и сохранится должное уважение к канонам. – Когда на святом соборе прочтены были записи деяний о низложении нечестивых пелагиан и целестиан,Целестия, Пелагия, Юлиана, Персидия, Флора, Маркеллина, Орентия и их единомышленников, мы определили, чтобы осталось твердым и неизменно-сильным то, что определено против них твоею святостию: согласно с тобою, мы признаем их низложенными. А для точного уведомления (тебя) обо всем сделанном, мы послали тебе записи деяний и подписи собора. Молим Господа, чтобы ты, возлюбленнейший и дражайший, был здрав и памятовал о нас.

Беседа Кирилла, архиепископа александрийского, против отступника Иоанна антиохийского.

Из божественных писаний мы знаем сущность любви к Богу: сам Спаситель научил нас (этому) говоря: аще кто Мне служит, Мне да последствует, и идеже есмь Аз, ту и слуга мой будет (Иоан. 12, 26). Итак, нам должно всегда быть со Спасителем всех нас Христом, с любовию последовать Ему и никак не отлучаться от Него. Мы исполним это, если будем стоять за его (дело). Это и исполнил тот славный и великий чин иереев, о котором весьма справедливо некто сказал пророческим голосом: тамо елени сретошася, и увидеша лица друг друга. Числом преидоша, и един от них не погибе, друг друга не взыска, яко Господь заповеда им, и Дух Его собра я (Исаии 34, 15. 16). Ибо не для обыкновенного или земного какого-нибудь дела совершилось здесь стечение духовных еленей, но потому, что здесь, как в прекрасном и цветущем саду, т. е. в Церкви нашего Спасителя, явился страшный и свирепый змий, не с одною, а со многими головами на одном теле. Настоящее спасительное и необходимое собрание духовных еленей составилось для того, чтобы освободить Владычное поле от злобы ядовитых (животных). Итак их (духовных еленей) собрал Дух Божий и Господь повелел им; – что повелел? Идеже есмь Аз, ту и слуга мой будет (Иоан. 12, 26). Итак (к тебе, гордо поднимающему на всех свои брови, и пришедшему из восточных стран, обращается моя речь), если все мы – служители Христа Спасителя всех, если нам вверено служение Его проповеди, то для чего не все являемся Его служителями, помышляя вместе с ним о том, что касается Его (веры)? Ты видишь: многоглавый змий поднял свою нечестивую и преступную голову, изрыгая яд своего нечестия на сынов Церкви; я выхожу против него, обнажив меч духовный; я сражаюсь за Христа с зверем. Для чего и ты не подвизаешься вместе с тем, кто хочет доблестно подвизаться? для чего и ты не стал подле? Пусть он падет от руки всех! Будем считать эту борьбу общею, чтобы победив, вместе возблагодарить Спасителя, говоря: ты смирил еси яко язвена, гордого (Псал. 88, 11), ты сокрушил главу змиеву (Псал. 73, 14). Но мы, истинные священники Спасителя и строители Его таин, считаем злейшими врагами тех, кто хулит Его славу, а ты не так. Почему? потому, как самые дела обличают,– что ты поступаешь неправо. Ты видишь, что мы, как подвизающиеся на войне, покрыты пылью, облиты по́том от битвы, нуждаемся в духовном мужестве и утешении даже и тогда, когда уже близки к победе; но ты, считающийся в числе братии и исповедующий Христа своим Господом, вместо того, чтобы надеть вместе с нами оружие, поднимаешь его против догматов истины? О неожиданное дело! Ты не пришел на брань, ты не помог борющимся; своим замедлением ты опустил время битвы; ты стоял вдали, смотря на мужественно сражающихся; ты видел падение врага, видел, как обессилен и наказан был его хульный язык, и после всего этого ты сожалел,– скажи мне, – о чем? О том, что Христос победил? что Он одолел противников? что онемели уста велеречивого? что прекратилась болезнь, свирепствовавшая между чадами Церкви? Не лучше ли было бы тебе мужественно стоять с нами и говорить то, что произнесено устами Давида: не ненавидящие ли тя Господи возненавидех, и о вразех твоих истаях? Совершенною ненавистию возненавидех я: во враги быша ми (Псал. 138, 21). Но о тебе вовсе нельзя сказать ничего подобного: ты бросаешь копье в победителей со стороны противников и усиливаешься ранить стрелами ненависти тех, которым ты скорее должен бы удивляться. Но хотя ты и жестоко нападаешь, мы без всякого страха говорим: стрелы младенещ быша язвы их, и изнемогоша на ня языцы их (Псал. 63, 8). Хотя ты, вооружившись чуждым оружием, умышлял неприязненно восстать против собора Господня, – но оружия нашего воинства не плотская, но сильна Богом (2Кор. 10, 4), как написано, и сильна на раззорение твердем (там же). Ты найдешь, что воины Христовы гораздо сильнее твоих союзников. Они имеют щит веры и оружие благоволения, – то есть Христа; они имеют броню правды, шлем спасения, меч духовный (Ефес. 6, 14–17); поэтому, хотя ты и восстаешь дерзко и грозно и, подобно тщеславному Голиафу, гордо выступаешь с варварскими угрозами, – но Христос победит,– победит чрез своих воинов. Как победил Давид? Имея пять камней в (пастушеской) суме. А камни были гладкие (1Цар. 17, 40) и это – во образ Христа. Ибо что такое Христова сума? Церковь на земле, имеющая многие драгоценные и отборные камни, о которых пророк говорит: зане камение свято валяется на земли его (Захар. 9, 19). Этими драгоценными камнями и победит Христос. Камни, как я сказал, были гладкие, а гладкость камней намекает на нечто такое, чего нельзя захватить; гладкое всегда некоторым образом неудержимо: так точно и поступки святых. мужей всегда безукоризненны183 Итак Христос победит, и хотя бы ты сильно ранил (воинов Христовых), – все же победит. Хотя ты и нанес вред хитростию, – однако ж против воли ты увенчал (потерпевших от тебя). Ибо нам даровано Христом не только веровать в Него, но и страдать за Него. Веруяй же в он не будет осужден, а не веруяй уже осужден есть (Иоан. 3, 18). Ему принадлежит слава, держава, честь и поклонение, ныне и присно, и во веки веков. Аминь.

ДЕЯНИЕ VI.

В лето правления государей наших, августов – Флавия Феодосия тринадцатое и Флавия Валентиниана третье, в XI календы августа, а по египетскому времясчислению в 28 день Епифи, на соборе, собравшемся по повелению боголюбезнейших императоров наших в митрополии ефесской, в присутствии заседавших в епископии досточтимейшего и благочестивейшего епископа Мемнона святейших и боголюбивейших епископов – Кирилла александрийского, который занимал также место святейшего и благочестивейшего архиепископа римской церкви Келестина, Иувеналия иерусалимского, Мемнона ефесского, Флавиана филиппийского, который занимал место Руфа святейшего епископа фессалоникийского, и всех прочих (епископов) вместе с пресвитером Филиппом, апостольского престола римской церкви легатом,– пресвитер александрийский Петр и Дионисий, первенствующие из нотариев, сказали: святой и великий собор ваш, прилагая все попечение о правой и апостольской вере и истине догматов, заботясь о мире и благосостоянии церквей, произнес определение, которое мы, имея под руками, прочтем, если угодно вашей святости. – Святой собор сказал: пусть пересмотрено будет определение, произнесенное святым собором, и присоединено к настоящему деянию.

Никейский собор изложил веру так: „Веруем во единого Бога, Отца, вседержителя, и проч. до конца. А говорящих, что было некогда время, когда не было Его (Сына Божия), именно не было прежде рождения, и что Он сотворен из несущего, или из иной ипостаси или сущности, и называющих Сына Божия прелагаемым или изменяемым,– сих анафематствует святая Божия кафолическая и апостольская Церковь». С сею святою верою все должны быть согласны. Ибо она учит благочестиво и во спасение всей поднебесной. Но так как некоторые притворяются, будто исповедуют ее и соглашаются с нею, но искажают смысл ее слов по своему произволу и таким образом развращают истину, будучи сынами заблуждения и погибели, то настоит надобность собрать свидетельства из святых и православных отцов, которые бы достаточно показывали, как они понимали ее и вверили (нам) проповедовать; чтобы явно было, что все, имеющие правую и непогрешительную веру, так именно понимают, изъясняют и проповедуют ее.

Петр, пресвитер александрийский и первенствующий из нотариев, сказал: мы имеем под руками кодексы святейших отцов и епископов и многих мучеников: мы выбрали из них некоторые места, и, если угодно, прочитаем их. – Флавиан, епископ филиппийский, сказал: пусть будут прочтены и присоединены к настоящему деянию. И прочтены были извлечения из книг святых отцов, так, как изложено в деяниях о низложении Нестория.

Деяния по донесению Харисия, который искал суда пред святым собором против четыренадесятников.

Когда, по повелению благочестивейших и христолюбивых императоров, собрался со всей вселенной в митрополии ефесской сей св. собор благочестивейших епископов святых повсюду церквей и определил, что должна быть тверда и неизменна вера, изложенная чрез внушение Святого Духа 318 святыми отцами, сошедшимися некогда в Никее, также постановил и прочее относящееся к сему (предмету): некто, по имени Харисий, пресвитер и эконом филадельфийской церкви, предъявил, что некоторые еретики из Мидии, оставив свое заблуждение, пожелали обратиться к свету истины и получить тайноводственное наставление в правых и благочестивых догматах кафолической Церкви. Но, вместо того, чтобы прийти к истине, они еще более заблудились. и как бы из одной бездны впали в другую глубочайшую бездну. Ибо он показал, что какие-то Антоний и Иаков, имеющие имя пресвитеров, пришли из Константинополя и принесли с собою рекомендательные письма от каких-то Анастасия и Фотия (называвшихся также пресвитерами и приверженных к еретику Несторию). И когда надлежало приходящим от заблуждения к истине и от тьмы к свету предложить евангельское и апостольское предание веры, изложенное некогда святыми отцами, собравшимися в Никее, они (Антоний и Иаков) принесли какое-то изложение нечестивых догматов, составленное в виде символа, и заставили этих несчастных подписать его. По истине, это верх нечестия! Для очевидности сказанного, здесь предлагается жалоба, принесенная пресвитером Харисием, и изложение того нечестивого и злого учения, вместе с подписями обманутых.

Жалоба, поданная пресвитером Харисием.

Харисий, пресвитер и эконом филадельфийской церкви, святейшему и благочестивейшему вселенскому собору, сошедшемуся в городе Ефесе.

Всем правомыслящим, в особенности же духовным отцам и учителям, должны мы всегда воздавать честь и подобающее уважение. Но если случится, что долженствующие быть учителями внушают слушателям такие мысли о вере, которые развращают слух и сердца всех, тогда установленные отношения по необходимости должны измениться и подчиненые должны обличать наставников ложного учения. И так как один такой (учитель) Несторий, собравший плоды своего нечестия, весьма худо расположенный к вере Христовой и часто учивший чему не подобает, возмутил всю подсолнечную, так что христолюбивые императоры принуждены были созвать сюда вашу святыню для утверждения догматов православия, и Господь Бог, по своему человеколюбию, собрал здесь вас святых отцов для вышесказанного дела: то припадаю к вашей святости и объявляю, что не только сам Несторий, но и пресвитеры Анастасий и Фотий, соучастники его нечестия, стараясь рассеять тоже зловерие и в других городах, привлекли к себе некоего Иакова, одинаково с ними мыслящего, сделали его участником своей дерзости и своими грамотами даже рекомендовали его благочестивейшим епископам Лидии, как православного. А он дерзнул на то, что, как скоро сделается известно вашей святости, подвигнет вас на канонический суд против него и его покровителей. Ибо он, пришед в лидийский город Филадельфию, обольстил некоторых простейших клириков, и, презрев изложение веры святых никейских отцов, заставил (обольщенных) подписать изложение какой-то другой веры, или лучше неверия. И те, как простые люди, сделали это, подписав так: „соглашаемся с этою православною верою“.

Это изложение, исполненное еретической хулы и имеющее подписи обманутых им, сохранилось, и я прошу, чтобы оно было прочитано в присутствии вашей святости, чтобы видны были их замыслы к низвращению православной веры. Я прошу также, чтобы были прочитаны и те грамоты вышеупомянутых, в которых они свидетельствуют о православии еретика Иакова, дерзнувшего на это безрассудство, а мне, будто еретику, воспретили церковное общение и священнослужение, хотя я, как видно из нижеследующего, мыслю благочестиво. Ибо, по прочтении тех (грамот), ваше боголюбие узнает, на что они дерзнули против православной веры; но Бог все разрушит в конец посредством вашей святыни.

Исповедание веры пресвитера Харисия.

Верую во единого Бога Отца, вседержителя, творца и проч. до конца.

Я, Харисий, приношу жалобу, как сказано, было выше, и подписал своею рукою.

Изложение неправого символа.

Те, которые начинают поучаться в соблюдении церковных догматов, или желают перейти от какого-нибудь еретического заблуждения к истине, должны быть научены (так веровать) и исповедовать: „веруем в единого Бога Отца вечного, не после (чего-нибудь) начавшего существовать, но от начала сущего Бога; не после ставшего Отцом, потому что Он всегда был Богом и Отцом. Веруем и во единого Сына Божия единородного, сущего из Отчей сущности, по истине Сына, той же самой сущности (с Отцом), которого есть и называется Сыном. И в Духа Святого, из сущности Отца происходящего, но не Сына, Бога по существу, как имеющего туже сущность, какой есть и Бог Отец, из которого Он получает бытие по существу; ибо мы, говорит апостол,не духа мира сего прияхом, но Духа, иже от Бога (I Кор. 2. 12). Таким образом апостол отделил Его от всей твари и соединил с Богом, из которого Он имеет бытие по существу, – особенным образом, а не так, как вся тварь, которую мы признаем происшедшею от Бога не по существу, а действием творения. Но не признаем Его ни Сыном, ни чрез Сына имеющим свое бытие. Мы исповедуем Отца, совершенного по личности, подобно и Сына, также и Св. Духа. Мы храним учение благочестия, признавая Отца, Сына, равно и Св. Духа не тремя различными сущностями, но единою сущностию, познаваемою в тождестве Божества. А о домостроительстве, которое ради нашего спасения Господь Бог совершил в воплощении Христа Господа, должно знать, что Господь Бог Слово воспринял совершенного человека от семени Авраама и Давида, как свидетельствуют божественные писания, став тоже самое по природе, чем были те, от семени которых произошел Он, (восприняв) совершенного человека по природе, состоящего из разумной души и человеческой плоти; сего человека, одинакового с нами по существу, силою Св. Духа образованного в утробе Девы, происшедшего от жены, бывшего под законом (Гал. 4, 5), чтобы нас всех, получивших уже издавна предопределенное усыновление, искупить от закона рабства, – Он неизреченно соединил с собою; допустил Его претерпеть смерть по закону существа человеческого, воскресил из мертвых, возвел на небо и посадил одесную Бога. Итак, находясь превыше всякого начальства, и власти, и господства, и силы и всякого имени, именуемого не точию в веке сем, но и в грядущем (Ефес. 1, 21), Он принимает поклонение от всей твари, как имеющий неразлучный союз с божественною природою, так что Ему, как Богу, совершает поклонение вся тварь. Мы не говорим: два Сына и два Господа; потому что один есть Сын по существу – Бог Слово, единородный Сын Отца, с которым (Сыном) этот соединенный и причастный божеству имеет общение в имени и чести Сына, Бог Слово есть по существу Господь, с которым этот соединенный имеет общение чести, и поэтому мы не говорим: два сына и два господа: ибо единый воспринятый ради нашего спасения, как нераздельно соединенный с Господом и Сыном по существу, сочествуется именем и славою Сына и Господа, не так, как каждый из нас есть сын Божий. Поэтому, хотя и мы многие называемся сынами по блаженному Павлу (Гал. 3, 16), но единый, имеющий это преимущество по своему единению с Богом Словом и соучаствующий в сыновстве и господстве, исключает всякую мысль о двойстве сынов и господов: в этом единении с Богом Словом мы имеем всю веру в Него, всякую мысль и созерцание о Нем: и по причине этого (единения) он приемлет от всей твари поклонение, приличное Богу.

Итак мы говорим: один Сын и Господь наш Иисус Христос, чрез которого все получило бытие; впрочем, прежде и преимущественно представляем в уме Бога Слово, по существу Сына Божия и Господа, представляя вместе и воспринятое, – т. е. Иисуса из Назарета, которого Бог помазал Духом и силою, как причастника усыновления и господства в соединении с Богом Сыном. Он называется еще, по учению блаженного Павла, вторым Адамом (1Кор. 15, 45 сн. ст. 22), как имеющий одну и туже природу с Адамом и показавший нам будущее состояние. И между тем и другим (Адамом) существует такое же различие, какое между тем, который приготовил нам неизреченные блага в будущем состоянии, и тем, который положил начало настоящих зол. Он назван вторым Адамом, как показавший второе состояние; как Адам, в котором мы получили подобие (греховного состояния) есть виновник первого состояния, смертного, исполненного страданий, и многих зол: так второе состояние показал нам Христос Господь, который, некогда явившись с неба, всех нас вознесет в свое общение. Ибо первый человек от земли перстень, вторый человек Господ с небеси (там же ст. 47), т. е. оттуда имеющий явиться, чтобы привести всех в подобие Ему; поэтому (апостол) и присоединяет: яков перстный, такови и перстнии: и яков небесный, таковы и небеснии: и якоже облекохомся во образ пертного, да облечемся и во образ небесного (ст. 48). И в этом, имеющем явиться и быть видимом всеми, которые будут судимы, совершит суд невидимое Божественное естество. Лета убо неведения презирая Бог, ныне повелевает человеком всем всюду покаятися: зане уставил есть день, в он же хощет судити вселенней в правде, о муже, его же предустави, веру подая всем, воскресив его от мертвых (Деян. 17, 30–31). Таково учение церковных догматов, и всяк мыслящий противно этому, да будет анафема. Всяк, не принимающий спасительное покаяние, да будет анафема. Всяк, не празднующий святой день пасхи по законоположению святой кафолической Церкви, да будет анафема.

Подписи (обманутых).

Я Рудий, сын Иконика, филадельфиец, четыренадесятник184, познав истинную веру православия и покаявшись (в своем заблуждении) пред святейшим епископом Феофаном, присоединяюсь к святейшей и кафолической Церкви и анафематствую всякую ересь, особенно четыренадесятников, в которой я прежде заблуждался, и соглашаюсь с вышенаписанным изложением православной веры. Анафематствую и тех, которые празднуют святой день пасхи не так как празднует кафолическая апостольская Церковь; клянусь (в этом) святою и единосущною Троицею и благочестием и победою повелителей вселенной, Флавия Феодосия и Флавия Валентиниана – августов. А если преступлю что-нибудь (в своей клятве), то подвергнусь строгости законов. За неумением грамоте, я подписал прочтенное мне изложение веры чрез куриала Исихия Флавия.

Я, Исихий керданепийекий, Флавий, куриал, четыренадесятник, познав истинную веру православия и умолив (о прощении заблуждения и святейшего епископа Феофана, приступаю к святейшей и кафолической Церкви; анафематствую всякую ересь, в особенности четыренадесятников, и с вышеписанным изложением православной веры соглашаюсь; анафематствую и тех, которые не празднуют святой день пасхи, как празднует святая кафолическая и апостольская Церковь, и клянусь (в этом) святою Троицею, и благочестием и победою христолюбивых императоров, Флавия Феодосия и Флавия Валентиниана – августов. Подписал моею собственною рукою.

Я, Руфин филадельфиец, четыренадесятник, познав истинную веру православия, с мольбою припадаю к святейшей кафолической Церкви и проклинаю всякую ересь, в особенности четыренадесятников; со всем моим домом соглашаюсь с вышеписанным изложением православной веры, анафематствую тех, которые не празднуют святой день пасхи так, как празднует святая и апостольская Церковь Клянусь (в этом) святою и единосущною Троицею и благочестием и победою христолюбивых императоров, Флавия Феодосия и Флавия Валентиниана – августов. И если нарушу что-нибудь (в своей клятве), да подвергнусь строгости законов со всем домом моим. Прочтенное мне изложение веры, с которым я вполне соглашаюсь, подписал я собственною моею рукою, по собственному рассуждению и воле.

Я, Евгений, филадельфиец, четыренадесятник, познав со всем домом моим истинную веру православия и покаявшись (в своем заблуждении) пред святейшим епископов Феофаном, присоединяюсь к святейшей кафолической Церкви, и анафематствую всякую ересь, особенно четыренадесятников и тех, которые не празднуют святой день пасхи гак, как празднует святая и кафолическая Церковь. Соглашаюсь со всем моим домом с вышенаписанным изложением православной веры и клянусь (в этом) святою и единосущною Троицею и благочестием и победою христолюбивых императоров, Флавия Феодосия и Флавия Валентиниана – августов. И если когда-нибудь преступлю что (в своей клятве), да подвергнусь со всем моим домом строгости законов. Прочтенное мне изложение веры, с которым я вполне согласен, подписную собственною рукою.

Я, Фавстин мирянин, филадельфиец, четыренадесятник, познав истинную веру православия и покаявшись (в своем заблуждении) пред святейшим епископом Феофаном, присоединяюсь к кафолической Церкви и анафематствую всякую ересь, особенно четыренадесятников, в которой я прежде блуждал. Соглашаюсь с преднаписанным изложением православной веры и анафематствую тех, которые не празднуют святой день пасхи так, как празднует святая и апостольская Церковь, – клянясь (в этом) святою и единосущною Троицею и благочестием и победою повелителей вселенной, Флавия Феодосия и Флавия Валентиниана – августов. И если преступлю что (в своей клятве), да подвергнуся строгости законов. Обратившись со всем домом моим к благочестивой вере, я подписал собственною рукою прочитанное мне изложение (веры).

Мы, Далматий и Александр, познав православие и покаявшись (в своем заблуждении) пред благочестивейшим епископом Феофаном, присоединяемся к кафолической Церкви, анафематствуя всякую ересь, особенно четыренадесятников, в которой блуждали, и не празднующих день святой пасхи вместе с православными. И по прочтении нам изложения (веры), мы произнесли священную клятву именем святой Троицы и благочестием и победою повелителей вселенной, Флавия Феодосия и Флавия Валентиниана – августов, не преступать ничего из преднаписанного. Так веруем мы с домами нашими и подписуемся рукою Евтропия, сына благоговейнейшего диакона Феодора.

Я, Флавиан, сын Нимфидиана, филадельфиец, схоластик, отрекаюсь от всех догматов и обычаев ереси четыренадесятников, не приемлемых православною верою, и исповедую, что соглашаюсь с православною верою во всем и принимаю ее.

Я, Полихроний, сын Татиана, Флавий, куриал филадельфийский, (подписуюсь), по причине медленности в письме, рукою Флавия Исихия керданепийского (и свидетельствую, что) узнав православную веру и умолив (о прощении заблуждения) достопочтеннейшего епископа Феофана, я присоединился к кафолической Церкви, и анафематствую всякую ересь, особенно четыренадесятников, в которой блуждал, и тех, которые не празднуют святой день пасхи вместе с православными. И по прочтении мне этого изложения, я поклялся священною клятвою, именем святой Троицы и победою и здравием владык вселенной, Флавия Феодосия и Флавия Валентиниана – августов, не преступать ничего из вышеписанного, и веруя со всем своим домом, соглашаюсь на все вышеписанное.

Я, Евстафий, сын Маркелла, филадельфиец, плавильщик золота, четыренадесятник, узнал православную веру, и умолив (о прощении заблуждения) святейшего епископа Феофана, по собственному желанию и произволению присоединился к святой кафолической Церкви Божией и анафематствую всякую ересь, особенно четыренадесятников и не празднующих святой день пасхи вместе с православными, и клянусь святою Троицею и благочестием и победою христолюбивейших императоров,Флавия Феодосия и Флавия Валентиниана – августов, что если преступлю что-нибудь из предписанного, то да буду судим всею строгостию законов. Подписал собственноручно.

Я, Евтихий, узнав чрез Филадельфа православную веру, и покаявшись (в своем заблуждении) пред святейшим епископом Феофаном, по собственному желанию и произволению присоединился к святой и кафолической Церкви Божисй, и анафематствую всякую ересь, особенно четыренадесятников и не празднующих святой день пасхи вместе с православными, и клянусь святою Троицею и благочестием христолюбивых императоров,Флавия Феодосия и Флавия Валентиниана – августов, что если нарушу что-нибудь из преднаписанного, то да подвергнусь строгости законов. Подписал собственною рукою.

Я, Пакидий, филадельфиец, узнав православную веру и покаявшись (в своем заблуждении) пред святейшим епископом Феофаном, присоединяюсь к святой, кафолической и апостольской Церкви Божией. Анафематствую всякую ересь, особенно четыренадесятников, и клянусь священною клятвою и благочестием христолюбивейших императоров, что если нарушу что-нибудь из предписанного, то да подвергнусь строгости законов. Согласный на это, подписал чрез чтеца Мартирия.

Я, Евтихий, из селения Авлакса, начальник ереси четыренадесятников, узнав истинную и православную веру и покаявшись (в своем заблуждении) пред святейшим епископом Феофаном, досточтимейшим епископом Иаковом и досточтимейшим экономом Харисием, присоединился к святейшей кафолической Церкви Божией. Анафематствую всякую ересь, особенно четыренадесятников, в которой прежде блуждал, и соглашаюсь с преднаписанным изложением веры, анафематствуя непразднующих день святой пасхи по обычаю святой кафолической Церкви; клянусь святою и единосущною Троицею и благочестием и победою владык вселенной, августов Флавия Феодосия и Флавия Валентиниана, что в случае нарушения чего-нибудь (из этой клятвы), да подвергнусь строгости законов.

Я, Патрикий, второй пресвитер из селения Парадиоксила, подписуюсь, за неумением грамоте, рукою сопресвитера Максима (и свидетельствую, что) узнав истинную веру православия, и покаявшись (в своем заблуждении) пред боголюбивейшим епископом Феофаном и упросив (быть ходатаем за меня) досточтимейшего пресвитера и эконома Харисия, присоединился к святой Церкви Божией и к вере православных. Анафематствую всякую ересь, особенно четыренадесятников и не празднующих святой день пасхи так, как празднует кафолическая и апостольская Церковь Божия; клянусь святою и живоначальною Троицею и благочестием и победою владык вселенной, августов Флавия Феодосия и Флавия Валентиниана, что в случае изменения чего-нибудь из этого, да подвергнусь строгости законов.

Я, Стратоник, сын Аммония, филадельфиец и четыренадесятник, узнав кафолическую веру и покаявшись (в своем заблуждении) пред святейшим епископом Феофаном, присоединился к святой, кафолической Церкви Божией и анафематствую всякую ересь, особенно четыренадесятников и тех, которые не празднуют св. день пасхи как православные. Клянусь св. Троицею и благочестием христолюбивых императоров наших, Флавия Феодосия и Флавия Валентиниана – августов; если же нарушу что-нибудь из всего, что написано выше, то да подвергнусь строгости законов. По неумению грамоте, подписуюсь через внука моего Александра.

Мы, Феодор и Александр, филадельфийцы, подписуемся чрез одного из нас, именно Александра (и свидетельствуем, что) узнав кафолическую веру и покаявшись (в своем заблуждении) пред святейшим епископом Феофаном, мы приступили к святой, кафолической, апостольской и православной Церкви и анафематствуем всякую ересь, в особенности тех, которые называются кафарами (чистыми), и тех, которые не празднуют св. день пасхи вместе с православными. Клянемся святою Троицею и благочестием и победою повелителей вселенной, Флавия Феодосия и Флавия Валентиниана – августов: если же преступим что-нибудь из преднаписанного, то да подвергнемся строгости законов. Подписуемся под этим прочитанным нам изложением веры.

Я, Мариниам, сын Евефия, подписуюсь рукою Нестория, чтеца кафолической веры, (и свидетельствую, что) узнав кафолическую веру и покаявшись (в своем заблуждении) пред святейшим епископом Феофаном, приступил к святой кафолической и православной Церкви Божией. Анафематствую всякую ересь, особенно кафаров, и клянусь священною клятвою: если преступлю что-нибудь из преднаписанного, то да подвергнусь строгости законов. Под этим прочитанным мне изложением веры подписуюсь.

Я, Кириак, филадельфиец, новатианской ереси, познав православную веру и покаявшись (в своем заблуждении) пред святейшим епископом Феофаном, приступаю к святой, кафолической и православной Церкви Божией, и анафематствую всякую ересь, особенно кафаров. Клянусь священною клятвой, что если нарушу что-нибудь из преднаписанного, то да подвергнусь строгости законов, и подписуюсь.

Я, Авксоний, филадельфиец, новатиан, познав кафолическую веру и покаявшись (в своем заблуждении) пред святейшим епископом Феофаном, приступил к святой, кафолической и православной Церкви Божией. Анафематствую всякую ересь, особенно новатиан, и со всем домом моим соглашаюсь с предписанным изложением кафолической веры; клянусь священною клятвою – именем святой и единосущной Троицы и благочестием и победою владык императоров, Флавия Феодосия и Флавия Валентиниана – августов; и если нарушу что-либо (в моей клятве), то да подвергнусь со всем домом моим строгости законов. Под прочитанным мне изложением веры, с которым соглашаюсь, подписуюсь собственною рукою.

Я, Диомид, житель селения Каккабы, познав кафолическую веру и покаявшись (в своем заблуждении) пред святейшим епископом Феофаном, приступил к святой, кафолической, апостольской и православной Церкви Божией, по собственной моей воле и произволению, и анафематствую всякую ересь, особенно четыренадесятников, в которой я прежде блуждал: клянусь святою и единосущною Троицею и победою и благочестием повелителей вселенной, что я пребуду в том, что выше написано, и ничего не преступлю, но во всем постоянно буду соблюдать кафолическую веру; а если нарушу что-либо в том, с чем соглашаюсь, то да подвергнусь строгости законов.

Я, Зенон, хорепископ ереси четыренадесятников, познав истинную веру православия и покаявшись (в своем заблуждении) пред святейшим епископом Феофаном, честнейшим хорепископом Иаковом и честнейшим пресвитером и экономом Харисием, приступил к святой и кафолической Церкви Божией и анафематствую всякую ересь, особенно четыренадесятников, в которой я прежде блуждал; соглашаюсь также с вышеписанным изложением православной веры, анафематствуя и тех, которые не празднуют св. день пасхи так, как празднует св. кафолическая Церковь. Клянусь (в этом) святою и единосущною Троицею и благочестием и победою повелителей вселенной, Флавия Феодосия и Флавия Валентиниана – августов; если же когда преступлю что-нибудь из этого, то да подвергнусь строгости законов за него приложил руку я, Флавий Палладий, так как он лично сказал, что не умеет грамоте.

Определение святого собора о вере, и о том, что донес Харисий.

Итак, по прочтении сего, святой собор определил: не позволять никому произносить, или писать и слагать иную веру, кроме определенной святыми отцами, со Святым Духом сошедшимися в Никее, а кто дерзнет или составить иную веру, или произмосить, или предлагать желающим обратиться к познанию истины из язычества, или из иудейства, или из какой-нибудь ереси, то таковые, если они епископ или клирики, да будут отлучены – епископ от епископства, клирики от клира, а миряне да подвергнутся анафеме.

Равно, если окажется, что епископы или клирики будут мыслить или учить о воплощении Сына Божия согласно с представленным от пресвитера Харисия изложением, именно согласно с нечестивыми и развращенными догматами Нестория, то да подвергнутся суду сего святого и вселенского собора, именно: епископ да лишиться епископства и низложится, клирик да извергнется из клира, а мирянин да будет предан анафеме, как выше сказано.

Затем прочтены были извлечения из книги Нестория, которые имеются выше в деяниях о его осуждении. Петр, пресвитер александрийский и первенствующий из нотариев, сказал: вот он (Несторий) явно говорит, что до него никто из учителей не говорил так народу.

И все подписались:

Подписуюсь Кирилл, епископ александрийский, произнося определение согласно с святым собором.

Подписуюсь Ардакий, епископ и легат апостольского престола, произнося определение согласно с святым собором.

Подписуюсь Иувеналий, епископ иерусалимский, прознося определение согласно с святым собором.

Подписуюсь Проэкт, епископ и апостольского престола легат, произнося определение согласно с святым собором.

Подписуюсь Флавиан, епископ филиппийский, произнося определение согласно с святым собором.

Подписуюсь Филипп, пресвитер и апостольского престола легат, произнося определение согласно с святым собором.

Подписуюсь Фирм, епископ кесарийский, произнося определение согласно с святым собором.

Подписуюсь Мемнон, епископ ефесский, произнося определение согласно с святым собором.

Подписуюсь Акакий, милостию Божиею епископ мелитинский, согласуясь с святым собором в вышеозначенном определении.

Подписуюсь Феодот, епископ анкирский, произнося определение согласно с святым собором.

Подписуюсь Палладий, благодатию Христовою епископ амасийский, соглашаясь с святым собором в вышеозначенном определении.

Подписуюсь Амфилохий, епископ сидский, произнося определение согласно с святым собором.

Подписуюсь Иконий, епископ гортинский (в Крите), произнося определение согласно с святым собором.

Подписуюсь вместе с святым собором Даниил колонийский.

Подписуюсь Периген, епископ коринфский, произнося определение согласно с святым собором.

Подписуюсь Вериниан, епископ пергийской митрополии, чрез пресвитера Тимофея.

Подписуюсь Север, епископ синадорский.

Подписуюсь Ригин, епископ Константии кипрской.

Подписуюсь Геренниан, епископ мирский.

Подписуюсь Валериан, епископ иконийский.

Подписуюсь Пий, епископ митрополии писинунтийской.

Подписуюсь Аристоник, епископ лаодикийский.

Подписуюсь Паралий, епископ андрапский.

Подписуюсь Олимпий, епископ клавдианопольский, чрез епископов Епифания и Феоссвия.

Подписуюсь Донат, епископ никопольский (в Эпире).

Подписуюсь Домнин, епископ города Котии.

Подписуюсь Евстафий, епископ города Докима.

Подписуюсь Епифаний, епископ города Кратии.

Подписуюсь Григорий, епископ керасунтский.

Подписуюсь Елладий, епископ адрамитский.

Подписуюсь Анисий, епископ города Фив в Греции.

Подписуюсь Домн, епископ города Опунта.

Подписуюсь Калликрат, епископ невпактский.

Подписуюсь Никий, епископ мегарский.

Подписуюсь Каллиник, епископ анамейский.

Подписуюсь Петр, смиренный епископ прузийский.

Подписуюсь Евпрепий, епископ визийский.

Подписуюсь Дион, епископ фивский.

Подписуюсь Перревий, епископ фессалоникийских гор.

Подписуюсь Павел, епископ анфидонский.

Подписуюсь Феодор, епископ анинитский.

Подписуюсь Евсевий, епископ ираклийский.

Подписуюсь иоанн, епископ лесбосский.

Подписуюсь Сенекион, епископ кодрский.

Подписуюсь Тривониан, епископ церкви в городе Примополе.

Подписуюсь Мартирий, епископ илистрский.

Подписуюсь Нисий, епископ кориврасский.

Подписуюсь Акакий, епископ котенский.

Подписуюсь Авлавий, егшскоп аморийский.

Подписуюсь Ираклеон, я же и Феофаний, епископ траллийский.

Подписуюсь Филипп, епископ пергамский.

Подписуюсь Дафн, епископ Магнезии меандровой.

Подписуюсь Евсевий, епископ Магнезии синильской.

Подписуюсь Андирий, смиренный епископ херронисский.

Подписуюсь Павел, смиренный епископ пампский.

Подписуюсь Евтропий, смиренный епископ города Эвазийцев.

Подписуюсь Север, смиренный епископ созопольский (в области Писидии).

Подписуюсь Силуан, епископ города Херетопийцев.

Подписуюсь Доммод, смиренный епископ трипольский.

Подписуюсь Константий диоклетианский.

Подписуюсь Несторий, епископ сионский185.

Подписуюсь Афовий, смиренный епископ колуесский186.

Подписуюсь Фоск187, епископ фиатирский.

Подписуюсь Павел, епископ дарданский.

Подписуюсь Лимений, епископ сеттенский188.

Подписуюсь Дорофей, епископ миррский.

Подписуюсь Феодор, епископ атталийский.

Подписуюсь Аффонит, смиренный епископ ираклиотов, города Ламписа.

Подписуюсь Филит, смиренный епископ амазонский.

Подписуюсь Спудасий, смиренный епископ керамский.

Подписуюсь Докимасий, епископ города Маронии.

Подписуюсь Еннепий, епископ максимианопольский.

Подписуюсь Евфамий, епископ города Колофона.

Подписуюсь Лукиан, епископ города Топира.

Подписуюсь Руфин, епископ города Гавар (Тава).

Подписуюсь Роман, епископ города Рафии.

Подписуюсь Фид, епископ иоппийский.

Подписуюсь Исихий, епископ города Пария.

Подписуюсь Тимофей, епископ пармезский и евдокиадский.

Подписуюсь Евхарий, епископ города Диррахии.

Подписуюсь Евагрий, епископ сольский (в Кипре).

Подписуюсь Нектарий, епископ казский189.

Подписуюсь Агафокл, епископ коронийский190.

Подписуюсь Иоанн191, епископ сикамазонский.

Подписуюсь Едесий, епископ сидский192.

Подписуюсь Секундиан, епископ ламийский193.

Подписуюсь Нунехий, епископ города Селги.

Подписуюсь Матидиан, епископ коракезийский194.

Подписуюсь рукою пресвитера Селенеспондия Кирилл, епископ килинский195.

Подписуюсь Саприкий, епископ пафский (в Кипре).

Подписуюсь Фемистий, смиренный епископ иасский.

Подписуюсь Хоматий, епископ города алиндийцев.

Подписуюсь Евдоксий, епископ хоматский.

Подписуюсь Ливаний, епископ палеопольский196.

Подписуюсь Тариан197 епископ города Лирвы.

Подписуюсь Александр, епископ аркадиопольский.

Подписуюсь Феодот, епископ нисский.

Подписуюсь Родон, епископ палеопольский в Азии.

Подписуюсь Тихик198, епископ эритрирский.

Подписуюсь Кир, смиренный епископ афродисийский.

Подписуюсь Меоний, епископ церкви в Сардах лидийских.

Подписуюсь Елланик, епископ родосский.

Подписуюсь Далматий, епископ кизический.

Подписуюсь Евгений, епископ аполлониадский.

Подписуюсь Етий, епископ пеонийскй (на Геллеспонте).

Подписуюсь Тимофей, епископ терманский (на Геллеспонте).

Подписуюсь Архелай, епископ миндский.

Подписуюсь смиренный Апеллай, епископ кивиррский.

Подписуюсь Филадельф, смиренный епископ гратианопольский.

Подписуюсь Евферий, смиренный епископ стратоникский (в Лидии).

Подписуюсь Иоанн, смиренный епископ авреанопольский.

Подписуюсь Максим, смиренный епископ кумский.

Подписуюсь Феодосий, смиренный епископ маставрский.

Подписуюсь Модест, епископ анейский.

Подписуюсь Фома, епископ валентинианопольский.

Подписуюсь Евсевий, епископ клазоменский.

Подписуюсь Евсевий, епископ аспонский.

Подписуюсь Евпор199, епископ ипепский.

Подписуюсь Саида200, епископ фенский.

Подписуюсь Домн, епископ оркистенский.

Подписуюсь Иоанн, епиекоп августопольский.

Подписуюсь Петр, епископ паремвольский.

Подписуюсь Неторас, епископ газский.

Подписуюсь Зинон, епископ Курия (в Кипре).

Подписуюсь Евоптий, епископ птолемаидский (в Пентаполе).

Подписуюсь Макарий, епископ метилейский.

Подписуюсь Евсевий, епископ пилусийский.

Подписуюсь Гермоген, епископ ринокурский.

Пвдписуюсь Марин, епископ илиопольский.

Подписуюсь Иоанн, епископ ифестский.

Подписуюсь Ираклий201, епископ тамиафидский.

Подписуюсь Феона, епископ сефритский.

Подписуюсь Солон, епископ кораллийский.

Подписуюсь Алипий, епископ селенунтский.

Подписуюсь Македоний, епископ ксосский.

Подписуюсь Петр, епископ оксиринхский.

Подписуюсь Митродор, епископ леонтский.

Подписуюсь Павел, епископ флавонийский.

Подписуюсь Аммоний, епископ панефесский.

Подписуюсь Публий, епископ ольвийский.

Подписуюсь Иеракс, епископ афнаитидский202.

Подписуюсь Самуил, епископ дисфейский.

Подписуюсь Сосипатр, епископ септимиакский (в Ливии).

Подписуюсь Исаак, епископ элеархийский.

Подписуюсь Исаак, епископ тавайский.

Подписуюсь Ираклий203, епископ aинейский.

Подписуюсь Феона, епископ псинхийский204.

Подписуюсь Кир, епископ ахейский.

Подписуюсь Евлогий, епископ теренуфидский.

Подписуюсь Александр, епископ клеопатридский.

Подписуюсь Силуан, епископ коприфидский, за которого подписуюсь епископ Ираклий, потому что он был болен.

Подписуюсь Аделфий, епископ онуфейский.

Подписуюсь Авраам, епископ остракинский.

Подписуюсь Афанасий, епископ паральский.

Подписуюсь Аделфий, епископ сасский.

Подписуюсь Лампетий, епископ касский205.

Подписуюсь Хрисаорий, епископ афродитский.

Подписуюсь Аммон, епископ вутский.

Подписуюсь Евтихий, епископ феодосиопольский.

Подписуюсь Венантий, епископ иерапольский, чрез моего нотария Феодота.

Подписуюсь Зинон, епископ тевхирский.

Подписуюсь Зиновий, епископ города Варки.

Подписуюсь Евсевий, епископ нилопольский.

Подписуюсь Ираклид, епископ Ираклии дальной.

Подписуюсь Макарий, епископ антейский.

Подписуюсь Савин, епископ паносский.

Подписуюсь Афанасий, епископ скепсийский.

Подписуюсь Филумен, епископ киннский.

Подписуюсь Феликс, епископ аполлонийский.

Подписуюсь Тимофей, епископ из провинции Скифии, города Том.

Подписуюсь Зиновий, епископ кносский.

Подписуюсь Павлиан, епископ маиумский.

Подписуюсь Фиваммон, епископ коптский.

Подписуюсь Пависк, епископ аполлонийский.

Подписуюсь Андрей, епископ эрмопольский.

Подписуюсь Фаниа, смиренный епископ арпасский.

Подписуюсь Феосевий206, епископ приенский.

Подписуюсь Максим, епископ асский (в Азии).

Подписуюсь Феоктист, епископ фокейский.

Подписуюсь Ирмолай, смиренный епископ аттудейский207.

Подписуюсь Феодор, епископ гадарский, рукою архидиакона Ефирия.

Подписуюсь Афанасий, епископ острова Пароса208.

Подписуюсь Павел, епископ оримнийский209.

Подписуюсь Тимофей, епископ вриульский.

Подписуюсь Даниил, епископ колонийский (в Каппадокии).

Подписуюсь Асклипиад, епископ трапезополйтский.

Подписуюсь Феодор, епископ эхинейский.

Подписуюсь Кесарий, егшскоп сартский.

Подписуюсь Стефан, епископ гаиопольский (в Азии).

Подписуюсь Феодул, епископ илусийский.

Подписуюсь Феодор, епископ аривильский.

Подписуюсь Летий210, епископ ливиадский.

Подписуюсь Аристократ, епископ олимпийский.

Подписуюсь Весула, диакон карфагенской церкви.

Беседа Кирилла, епископа александрийского, сказанная в Ефесе, пред тем, как он взят был комитом и заключен под стражу.

Блаженный пророк Давид надеющихся на Господа называет неустрашимыми, говоря: мужайтеся, и да крепится сердце ваше, вси уповающии на Господа (Псал. 30, 5). Ибо как растения в садах, орошаемые обильными потоками воды, укрепляются, зеленеют и достигают великой высоты, так и душа человека, утешениями Святого Духа, возрастает в благочестии, утверждается в вере и приобретает несокрушимое терпение, которому удивляется блаженный Павел преимущественно пред всеми другими добродетелями, говоря: не точию же, но и хвалимся в скорбех, ведяще, яко скорбь терпение соделовает, терпение же искусство, искусство же упование, упование же не посрамит (Рим. 5, 3). Итак терпение есть источник всякого блага, путь к достижению славы и укрепление надежды жизни вечной. А каким образом оно прибретается, этому научает нас Писание, которое говорит: чадо, аще приступаеши работати Господеви Богу, уготови душу твою во искушение, управи сердце твое, и потерпи (Сирах. 2, 1. 2). Но, может быть, скажет кто-нибудь: нет ли другого пути к достижению жизни, и нельзя ли без труда приобрести блага? Никак нельзя. Но почему же? Потому, что и весьма многие святые подвержены напастям и повсюду преследует их жестокая вражда. Посему то и сам Спаситель говорил: в мире скорбни будете: но дерзайте, яко аз победих мир (Иоан. 16, 33). Итак, как отовсюду многие напасти восстают на святых, то необходимо мужественно противостоять искушениям и помнить всегда слова ученика (Христова): блажен муж, иже претерпит искушение, зане искусен быв, приимет венец жизни, егоже обеща Бог любящим его (Иак. 1, 12). Но я хочу привести нечто и из древних примеров, чтобы вы узнали цель духовного мужества. Вавилонские тиранны и люди, управлявшие в этом народе царством, всегда некоторым образом склонные к жестокости, высокомерию и гордости, вышли из пределов, назначенных для человеческой природы, и захотели присвоить себе честь, подобающую одному Богу. Нечестивый Навуходоносор воздвиг золотую статую и при звуке музыкальных инструментов заставлял поклоняться ей все подвластные ему народы. Они же, привыкшие служить тварям более, нежели творцу Богу, со всею готовностию поверглись пред нею и изменили славу нетленного Бога в подобие образа тленна человека (Рим. 1, 23). Потом вавилоняне привели и еврейских отроков Ананию, Азария и Мисаила, приказывая им поклониться золотой статуе и сей славный и боголюбезный народ побуждая к тому же нечестию, в какое впали они сами, к поклонению золотой статуе; но нисколько не успели в этом. Побежденные их благочестием, они подвергли их огненному мучению, а виною их была твердость в вере, постоянство в благочестии, отвержение человекослужения и то, что они не хотели признать того, что оскорбляло божественное существо. Но когда они были ввержены в огненную пещь, тогда