Школа трезвости. Вводный курс. Диакон Иоанн Клименко

Школа трезвости. Вводный курс. Диакон Иоанн Клименко

(83 голоса: 4.3 из 5)
Предыдущий Следующий

Вводный курс из девяти коротких лекций диакона Иоанна Клименко. За пятьдесят минут разбирается вся траектория: как человек от естественной трезвости приходит к зависимости, по каким стадиям она развивается, чем первая отличается от второй и почему путь преодоления существует только один. Курс адресован и тем, у кого есть проблемы с алкоголем, наркотиками или азартными играми, и их близким. Ниже — видеолекции и полная текстовая версия каждой из них.

Об авторе

Диакон Иоанн Клименко — клирик Марфо-Мариинской обители милосердия, кандидат химических наук. По благословению Патриарха отвечает за организацию трезвенной работы при храмах
Москвы, возглавляет Первое Московское общество трезвости. В трезвенном служении с 2006
года, автор книги «Я не алкоголик», выдержавшей несколько переизданий. Прямая линия и другие материалы — на официальном сайте диакона Иоанна Клименко.

Прежде чем смотреть

Это вводный курс. Он отвечает на вопрос «что со мной или с моим близким происходит» и показывает, куда ведёт дорога. Но пройти её по видеозаписям нельзя: как говорит сам отец Иоанн, одно дело знать, другое — уметь.

Это стоит сказать сразу, потому что ошибка распространённая. Человек смотрит лекции в интернете, ничего не конспектирует, домашних заданий не пишет, свою ситуацию ни с кем не разбирает — а потом срывается и делает вывод, что метод не работает. Метод не работал, потому что человек его не проходил. Полный курс «Школа трезвости» строится иначе: лекция, конспект, письменное домашнее задание и подробный разбор этого задания наставником.
Результат даёт связка целиком, и главное в ней — разбор именно вашего случая, а не общая теория.

Если вы узнаете в описанном ниже себя или своего близкого — на сайте диакона Иоанна Клименко — работает прямая линия. Напишите: вам ответят и помогут разобраться, что делать именно в вашей ситуации. Если курс помог вам или вашим близким, то поддержать самого диакона Иоанна можно на его странице.

1. Вступление. О чём этот курс

Здравствуйте, дорогие друзья. В серии небольших видеороликов мы поговорим о том, что такое зависимость — алкогольная, наркотическая, игровая. Самое главное — как и почему она формируется и что нужно для её преодоления.

Меня зовут диакон Иоанн Клименко, я кандидат химических наук. Восемнадцать лет я занимаюсь помощью людям с алкогольной, наркотической и иными зависимостями, а также веду большую работу с их родственниками. Возглавляю самое крупное в Москве православное общество трезвости и являюсь координатором обществ трезвости по городу в целом. За эти годы к нам обратились тысячи людей, и очень многим удалось помочь.

Начиная с 2006 года — а мои учителя работали с восьмидесятых — мы вели всю нашу помощь вживую, при личной встрече. Этот формат сохраняем и поныне. Но последние годы активно развиваем дистанционные методы, и оказалось, что такие сложные проблемы, как проблемы зависимости, зачастую можно решить и на расстоянии: за счёт передачи опыта и знаний, за счёт помощи и поддержки, которую точно так же можно организовать дистанционно.

2. Естественная трезвость: с чего всё начинается

Начинаем нашу первую мини-лекцию. Мы разберём, как формируется зависимость — алкогольная, наркотическая, игровая. Но самое главное, что это знание понадобится нам, чтобы понять, как она эффективно преодолевается. Нам важно разобраться в причинах формирования зависимости, чтобы эти причины устранить.

Посмотрим на путь жизни человека в связи с его знакомством с алкоголем, наркотиками, азартными и компьютерными играми. Хотя это разные зависимости, схема, по которой они формируются, одинаковая.

Всё начинается с рождения. Ноль на нашей схеме — это начало жизни. По вертикальной оси откладываем, сколько алкоголя или другого наркотика человек употребляет, например, в день.

Первый этап обозначен двумя буквами: ЕТ — естественная трезвость. Это очень важный для нас факт. Человек реально не имеет никакой потребности ни в алкоголе, ни в кокаине, ни в героине, ни в никотине. Он не играет ни в азартные, ни в компьютерные игры. Человек рождается трезвым и может, в принципе, сохранять эту естественную трезвость всю жизнь.

Но, к сожалению, в нашем обществе, которое показывает детям примеры употребления табака и алкоголя, а в подростковом возрасте они узнают и о наркотиках, этот период зачастую заканчивается.

Первые десять, двенадцать, пятнадцать лет человек живёт, совершенно не употребляя алкоголь. Но уже в этом возрасте закладывается основа будущей зависимости. Почему? Потому что он видит, что другие взрослые, на кого он ориентируется, употребляют алкоголь. Проблем, вызванных этим, он в обычной семье не видит. И думает: когда я стану взрослым, я тоже так буду. Что из этого может получиться, ребёнок и подросток реально не знает.

Поскольку родители или другие значимые взрослые показывают такой пример, в возрасте десяти-пятнадцати лет происходит приобщение ребёнка к алкоголю, а также к никотину. Начинается следующий период, обозначенный буквами ЭУ — эпизодическое употребление. Это период знакомства.

Сколько лет этот мальчик или девочка ходили в магазин вместе с папой и мамой и смотрели на огромные полки с очень красивыми бутылками? Но ему было нельзя. «Тебе ещё рано», — объясняли заботливые родители. А вот теперь уже можно. И теперь он знакомится с разными вкусами, разными марками, разными бутылками. Побольше, поменьше, разного цвета, разного вкуса.

И здесь очень важный вопрос: понравится ли человеку состояние опьянения?

Зачастую с самого начала искажённое состояние сознания не нравится. А что тут должно понравиться? Но его учит среда: да нет, это хорошо, это нормально, это классно, вот так праздники и проходят, вот в этом настоящая радость. Не та радость, которая была у тебя когда-то в детстве под ёлкой в Новый год. А вот эта, с шампанским или другим алкоголем, а может быть, потом уже и с наркотиками.

Итак, понравится или нет? Есть люди, которым опьянение не нравится. Они употребляют крайне редко и крайне мало всю жизнь, и зависимость у них не формируется. Но зачастую бывает так, что человеку — может быть, годы спустя — искажённое состояние сознания начинает нравиться. Тогда эпизоды становятся чаще, и он переходит к другой фазе своих взаимоотношений с алкоголем или другим наркотиком.

3. От эпизода к системе: как ломается защита

Мы разобрали, что человек рождается естественно трезвым и первые десять-пятнадцать лет эту трезвость сохраняет. Но уже в этот период формируется желание употреблять алкоголь или курить табак — потому что значимые взрослые так делают. В подростковом возрасте происходит приобщение, зачастую с санкции отца или матери. А если человек попал в специфическую компанию, начинается знакомство и с нелегальными наркотиками.

Что будет в этом периоде? Понравится ли человеку состояние опьянения? Если оно постепенно начинает нравиться, эпизоды учащаются, и человек переходит на следующую фазу —
систематическое употребление.

Раньше это были отдельные эпизоды. Праздник — может быть, с алкоголем, а может быть, и нет. Пришёл в гости — может, чаю попили, может, просто фильм посмотрели, а может, и выпили немного. Системы нет, правила нет. А когда каждая пятница с алкоголем, каждая встреча с алкоголем, идём на дискотеку — обязательно берём с собой наркотики или приобретаем их на месте, — вот это уже система.

На схеме мы изобразим это так. В предыдущем периоде человек пробовал разные дозы разного спиртного. Были, конечно, случаи, когда было совсем много и стало плохо, — он это запомнил. И понял: если я люблю опьянение, то слишком мало неинтересно, а слишком много тоже нехорошо. Теперь я знаю, какое спиртное и в какой примерно дозе я люблю. То же самое и с наркотиками. И есть стандартные поводы, когда человек себе это позволяет.

Я люблю состояние опьянения. Я считаю, что это нормально: по случаю, по поводу, по празднику, когда выходной, — я себе это позволяю.

Про таких людей говорят: да, он выпивает, но свою норму знает. Не напивается сильно, больших проблем с алкоголем нет. Просто когда встретились — свои две рюмки выпил.

Что здесь происходит? Идут годы. И хотя доза, которую человек себе позволяет, в этой фазе не меняется, частота употреблений нарастает. Он употребляет только по праздникам — но праздников становится больше. Сначала их было десять в году, потом двадцать, тридцать, потом каждая пятница тоже праздник. Да и воскресенье ничего. А ещё дни рождения, встречи, проводы, какие-то грустные события. И в итоге систематическое употребление может занимать сто дней в году, а то и больше.

Сколько продлится этот период? Это зависит от многих причин: от пола, возраста, национальности, наследственности, от того, какую дозу человек выбрал и насколько часто употребляет. То есть от запаса здоровья — в первую очередь психического, от устойчивости нервной системы — и от объёма повреждающего фактора: насколько часто, насколько много и какого именно наркотика, легального или нелегального.

У некоторых система такая, что они всю жизнь будут систематически употреблять свои две рюмки десять раз в год, и зависимость не сформируется. А у некоторых постепенно формируется пристрастие: хочется чаще, хочется решать свои проблемы с помощью алкоголя.
Частота нарастает — и в какой-то момент запас психического здоровья заканчивается. Ломается так называемая биохимическая защита от алкоголя или от наркотика.

Это происходит совершенно незаметно. Но после этого зависимость начинает формироваться уже не на психологическом уровне — «я люблю расслабиться с помощью алкоголя», — а на физиологическом. И это то, что называется первой стадией алкоголизма.

4. Первая стадия: доза растёт, контроль исчезает

Мы подошли к важнейшей точке — слому биохимической защиты от алкоголя и от наркотиков. Это точка, в которой заканчивается запас психического здоровья, позволявший человеку долгие годы употреблять наркотик — будь то легальный алкоголь или нелегальный — без видимых последствий для здоровья и жизни. Что происходит потом?

В рамках первой стадии идёт постоянный рост той дозы, которую человек обычно употребляет за одну выпивку. Если раньше он лет десять пил спиртное, но норму свою знал, любил свои две-три рюмки или двести граммов, и напивался, пожалуй, пару раз в год, — то теперь он обычно употребляет не двести, а двести пятьдесят. Прошёл год-два — и скорее триста, чем двести пятьдесят. Потом всегда триста, а иногда и больше.

Это не значит, что так происходит каждый раз. Но если взять в среднем, человек за одну выпивку употребляет всё больше и больше. Растёт толерантность: та доза, которая его удовлетворяет, увеличивается, а старые, маленькие дозы уже не дают прежнего эффекта.

Он не чувствует таких опьянений. Человек говорит: да что мне те двести граммов водки, я вообще ни в одном глазу, я этого не чувствую, мне бутылка нужна, чтобы нормально было.

Точно так же и с азартным игроком. Когда-то он пришёл, поставил пятьсот рублей, тысячу, выиграл или не выиграл — и пошёл дальше. Но по мере формирования зависимости это его уже не устраивает. То же с компьютерной игрой: когда-то поиграл полчаса, переключился, пошёл делать свои дела. А потом уже не полчаса, а сорок пять минут или час. А полчаса — это «мы только начали». Так формируются все зависимости.

Симптоматика очень важна, потому что многие люди не понимают, что такое зависимость. Они думают, что зависимость — это третья стадия. Это те, кто на помойке, кто под забором, — вот они зависимы. А я вроде не под забором, я ещё работаю, зависимости у меня нет. Почему многие люди не борются с зависимостью? Потому что они даже не понимают, что это такое.

Итак, употребление больших доз при том, что малые не опьяняют, — это симптом зависимости. Наберите хотя бы три симптома из списка, и можно точно сказать, что зависимость уже есть.

Очень важный симптом первой стадии — потеря так называемого дозового контроля. Что это такое? Это сознательный контроль человека над той дозой, которую он собирается употребить.

Важная встреча, важный день. Он думает: нет, сегодня я бутылку водки пить не буду, сегодня сто граммов или бутылка пива. Не жена ему это говорит — он сам себе говорит: сегодня выпью только немножко. И чем дальше идёт первая стадия, чем дальше идут годы, тем чаще при попытке контролировать употребление это не получается. Выпил сто граммов, хотел на этом остановиться — не вышло.

Классический пример. Приезжает молодой мужчина, лет тридцати, хорошее образование, хорошая работа. Говорит: да нет, я выпить люблю, это не проблема. Я спрашиваю: а что же вас интересует, какая проблема?

Он говорит: тут такое дело было. Переговоры с иностранными партнёрами, но в рамках фуршета. Я думал: ладно, сегодня я вообще пить не буду, я ж человек заводной. А я понимаю: «заводной» — значит, дозы уже большие. Говорит: решил, что вообще пить не буду. Потом думаю: да ладно, шампанского выпью, рюмку, ничего не произойдёт. И в итоге я так напился, что вообще никуда. Меня потом генеральный вызвал: я тебя уволю, размажу по стенке, ты что делаешь? А что я делаю? Так получилось.

Я говорю: у вас дозовый контроль разрушен. Он: да нет, ну я… Я спрашиваю: а когда последний раз было так, что вы немного спиртного выпили и на этом остановились? Он говорит: ну, было. Но в этом году — ни разу. То есть каждый раз, когда он думал «выпью немножко и остановлюсь», это не получалось.

Контроль у него полностью разрушен, а значит, он уже в конце первой стадии. Почему люди не сразу это замечают? Потому что дозовый контроль разрушается постепенно: то получилось, то не получилось. Но потом всё чаще не получается.

Что ещё важно? До середины первой стадии человек может употреблять много, но наутро ему, в общем-то, неплохо. Вчера выпил триста-четыреста граммов водки, утром проснулся — молодой мужчина, ничего не болит, собрался и пошёл на работу. Плохо себя чувствовать он начинает в середине первой стадии, но при этом не опохмеляется. К концу первой стадии, может быть, будет принимать какие-то таблетки, рассольчику попьёт.

А вот на переходе ко второй стадии у большинства людей с алкогольной зависимостью появляется похмелье — и снятие похмельного синдрома небольшой дозой алкоголя. Человеку плохо после вчерашнего, но если выпить немного спиртного, становится резко лучше.

Почему? Потому что физиологическая зависимость на телесном уровне уже полностью сформирована. У человека сформировалась патологическая потребность в алкоголе. Но поскольку дозовый контроль разрушен, ты выпил немножко — и в этот день уже можно не остановиться. А это будет маленький, двухдневный запой.

5. Вторая стадия: запои, изоляция, деградация

Мы добрались до кульминации проблемы зависимости. На первой стадии человек теряет контроль над употреблением, дозы растут, но всё это ещё умещается в один день и работе не мешает. Семейной жизни, конечно, мешает — опьянение сильное. Но к катастрофическим последствиям это ещё не приводит.

Катастрофа начинает разворачиваться на второй стадии. Если говорить о наркотической зависимости, там стадии конкретно не выделяются — просто не в традиции, — хотя развивается она схожим образом. То же и с нехимическими зависимостями: азартные игры, компьютерные игры — всё то же самое.

Итак, доза за один эпизод росла и достигла максимума. На второй стадии выше головы не прыгнешь: больше своего индивидуального предела человеку употребить просто невозможно. Но максимум достигнут — а наутро ты чувствуешь себя плохо. И оказывается, что небольшая доза того же самого алкоголя или наркотика очень сильно помогает. Но она так помогает, что — раз дозовый контроль разрушен — ты опять употребляешь много. Это классический запой.

Если человек пьёт с запоями, это вторая стадия. Даже если запои бывают раз в полгода или раз в год — всё равно вторая стадия. Они могут длиться два-три дня, и их можно прятать в выходные, а могут неделю, две, три, хотя это уже редкость.

Что меняется на второй стадии? Важно запомнить: сама по себе зависимость только развивается. Если человек продолжает употреблять, зависимость идёт вперёд. Доза дальше не растёт — а что растёт? Если это запои, то они становятся длиннее, чаще, тяжелее, а трезвые перерывы между ними короче.

Бывает и более мутная схема — так называемое перемежающееся употребление. То поменьше, то побольше, но более-менее каждый день. Дозы ниже, но трезвых дней практически нет. Эту схему тоже можно диагностировать.

Медицинские симптомы я перечислять не буду: что происходит на второй стадии, что такое белая горячка, что такое эпилептические припадки на выходе из запоя в конце второй стадии — это вы найдёте и без меня. Самое главное для нас — рассмотреть социальные симптомы. Их два: социальная изоляция и социальная деградация.

Что такое социальная изоляция? Уже на первой стадии от человека отходят подальше друзья, не склонные к алкоголю, и дальние родственники. «Слушай, давай дядю Васю приглашать не будем. Помнишь, он сразу напивается, дураком становится. Зачем нам это надо?» Вот она, потеря контактов с неупотребляющими людьми, — уже на первой стадии.

А на второй разрушается ближний круг, семья. Если муж алкоголик, а жена не алкоголик, когда произойдёт развод? Законы наркологии, выясненные на огромном количестве случаев, говорят однозначно: в середине второй стадии. Жена будет кричать, плакать, умолять, ругаться — всё это происходит на первой стадии и на второй. В конце концов она выбьется из сил, будет говорить о разводе, угрожать, делать сто первое китайское предупреждение — и в середине второй стадии развод произойдёт.

Это будет началом конца жизни алкоголика. В среднем алкоголик после развода живёт около шести лет. Почему? Алкоголизм тяжёлый, обрушение мира, обрушение самого смысла жизни, потеря связи с женой и с детьми, которые тоже прекратят общение с отцом. Единственная, кто может остаться рядом, — его мама. Она будет стараться его спасти, но, не имея знаний, как спасать, проблему не решит. И в конце второй стадии, в начале третьей, человек умирает.

Хотя умереть он может и раньше. Даже на первой стадии: выпил бутылку водки, сел за руль, разбился. Диагноз ему ещё никто не поставил, он и сам себе не поставил, а смерть уже произошла. Но в основном смерти происходят на второй стадии.

Что такое социальная деградация? Человек жил, несмотря на этот алкоголь, — развивался, учился, приобрёл профессию, совершенствовался в ней, достиг какой-то позиции в обществе. И
на первой стадии он всё ещё продолжает развиваться, несмотря на растущие дозы. А на второй начинает сдавать позиции: теряет работу, одну, вторую, третью. На первой работе его додержат долго, потому что он заслужил авторитет, но в конце концов он теряет и её. И
после этого катится по наклонной: работа хуже, хуже, хуже. В конце второй стадии, с тяжёлыми длительными запоями и краткими периодами трезвости, человек уже вообще не может работать. Он начинает жить за счёт мамы или продавать имущество. Мама умирает, он продаёт квартиру — и оказывается на третьей стадии бездомным.

Сколько он там проживёт? Тяжело больной человек, с хроническими заболеваниями, на улице.
На самом деле до улицы, до третьей стадии, доживают единицы. В основном смерти происходят на второй стадии — алкогольной или наркотической, хотя при наркотической они возможны и гораздо раньше.

Зачем я разбираю симптоматику? Чтобы человек мог понять, что у него есть проблемы с алкоголем или наркотиками и что это уже зависимость. Многие погибают от алкоголизма, так и не осознав, что у них есть эта проблема, и не начав с ней бороться.

6. Единственный путь: почему нельзя «вернуться к норме»

Мы подошли к самому основному. Зависимость в течение жизни сформировалась: первая стадия, вторая. До третьей мало кто доходит — восемьдесят пять процентов людей с алкогольной зависимостью погибают, так её и не преодолев.

Почему? И как человеку попасть в те счастливые пятнадцать процентов, которые её преодолели?

Большинство людей даже не осознают, что у них есть алкогольная зависимость. Они пьют с запоями, но думают, что это просто нервные срывы, или что их жена достала, или что такая работа, такая зарплата, такая страна. Они как-то объясняют себе происходящее, но не отдают себе отчёта, что это на самом деле зависимость.

Но есть люди, которые понимают, что проблемы, вызванные алкоголем, у них есть, и что решать их надо. Они не знают решения, ищут его самостоятельно и ошибаются.

Человек с алкогольной зависимостью думает: я что-то много пью и часто, а раньше пил редко и в пределах нормы. Я что-то разучился пить, надо мне вернуться назад. Надо подлечиться, восстановить здоровье — то ли печень уже не справляется, то ли ещё что. Восстановлю здоровье и буду пить, как раньше. Или сделать перерывчик, чтобы окрепнуть, — и буду пить, как раньше. Или, может, не надо каждую пятницу, буду хотя бы по праздникам. Ладно, от водки отказываюсь полностью, буду только пиво. Или хорошее качественное вино.

Но ни туда, ни сюда вернуться не получается. Даже после лечения, даже после паузы. Бывает, что после длительного перерыва некоторое время удаётся употреблять без особых проблем, но очень быстро человек скатывается к прежнему режиму. И действует циклами: пытается что-то сделать, делает паузу, потом всё опять разгоняется. То же самое с наркотической зависимостью.

Почему? Потому что люди не знают, что преодоление зависимости — это путь не к умеренному и не к эпизодическому употреблению. Преодолеть зависимость можно, но путь только один:
возвращение в естественную трезвость, в то состояние, с которого человек и стартовал.

А почему нельзя вернуться к прежней норме? Это невозможно с научной точки зрения.
Биохимическая защита от алкоголя и от наркотика — понятие сложное, мы разбираем его в рамках большого курса — не восстанавливается. Человек может научиться жить абсолютно трезво и радоваться этой жизни. Но вернуться назад невозможно. Так устроен мозг, так устроена эта защита.

Причём дело даже не в химии, хотя мы разбираем это и на химическом уровне — я кандидат химических наук. Возьмите человека, который вообще не химически зависим. Он играет в азартные игры, проигрывает миллионы и думает: ладно, буду только по праздникам, десять раз в году и только на тысячу рублей. Это тоже невозможно. Полностью отказаться от азартных игр он может. А играть по праздникам на тысячу — уже никогда. Так это и не нужно.

Итак, если зависимость сформировалась, если налицо симптомы и человек понимает, что это называется зависимостью, — преодолеть её можно. Но это полный отказ навсегда и возврат к нормальной, счастливой, полноценной, ничем не ущербной трезвой жизни. Потому что алкоголь и наркотик не дают человеку ничего и ни в чём ему не помогают.

Но здесь очень важно: на этом пути человеку нужна помощь людей, которые этот путь знают.
Есть зависимые, которые путём проб и ошибок понимают: да, всё, мне надо навсегда исключить алкоголь из своей жизни. Никакой ни рюмки, ни бутылки, ни пива, ни вина — ничего мне не надо, полностью отказываюсь. Он правильно выбирает цель. Но он не знает, как это сделать.
Это путь, и он начинается с принципиального решения. А как реализовать его в жизни? Как пройти все сложные ситуации, не сорвавшись?

Здесь нужно изучать накопленный опыт. Я представитель русского трезвенного движения, у которого опыт с середины XIX века. Опыт помощи не одному человеку, а многим людям с проблемами алкоголя. Мы можем провести их по этому пути, дать наши знания, чтобы они не открывали всё заново на собственном опыте, а пользовались уже готовыми открытиями. Чтобы могли грамотно применить это в своей жизни и научиться жить трезво — так же, как живу я, как живут мои родные, как живут сотни и тысячи людей, которым мы помогли за эти годы.

7. Что нужно, чтобы пройти этот путь

Преодоление любой зависимости — это полный отказ от того агента, будь то алкоголь, никотин, кокаин, героин или азартная игра. Полный отказ на всю жизнь и возврат к нормальной, трезвой, ни в чём не ущербной жизни.

С одной стороны, путь прост: возьми и выбрось эти сигареты, выкинь алкоголь из своей жизни и живи нормальным человеком. Но как это сделать? Как преодолеть тягу, которая будет в первые дни и может быть сильной? Как избежать срыва — и почему эти срывы вообще бывают?
Вот здесь очень хорошо, когда человек опирается на уже накопленный объём знаний. Когда он не учится сапёрному делу на собственном опыте, а изучает опыт, накопленный поколениями других людей.

Когда-то в 2006 году я сам прошёл курс занятий, который мы сейчас называем «Школа трезвости». Это занятия, на которых мы разбираем, в чём корень зависимости, как его искоренить и как избежать срывов.

Как устроен курс? Это лекции, подобные той, которую вы сейчас смотрите, — примерно по двадцать пять минут, в которых мы разбираем всю эту науку. Но дело не только в лекциях. Дело во внимании к каждому конкретному человеку, который к нам приходит. Дело в том, чтобы теоретический материал не просто воспринять, а понять, как он преломляется в твоей жизни. Применить к своим ситуациям, задать свои вопросы и получить ответ. Теория общая, а случай каждого человека — частный.

Как и любое обучение, это не просто лекции, которые надо конспектировать. Есть домашние задания на проработку материала. Человек в конце дня пишет домашнее задание — это тоже потребует примерно тридцать-сорок минут. И самое важное: по своему домашнему заданию он получает подробный отзыв. Здесь мы даём уже точечно то, что необходимо именно этому человеку, отвечаем на его вопросы, оказываем помощь и поддержку на пути в трезвую жизнь.

Курс рассчитан на четыре недели: по одному небольшому двадцатипятиминутному уроку в день.
Это немного. В преодолении зависимости, как это ни странно, нет ничего запредельно сложного, если идти известным путём. Найти двадцать пять минут в день на лекцию и полчаса вечером на домашнее задание посильно абсолютному большинству зависимых людей.

Да, есть более тяжёлые случаи, когда нужно лечение и нужен реабилитационный центр. Но девяносто процентов тех, кто к нам обращается, в таких массивных объёмах помощи не нуждаются. Им можно помочь за счёт таких, в том числе дистанционных, занятий:
индивидуальная работа по материалу, который вы получаете раз в день, вместе с индивидуальным наставником.

8. «Я сам» и «я всё знаю»: что мешает преодолеть зависимость

Мы поговорили о том, как формируется зависимость и как она преодолевается. Теперь о том, что мешает человеку её преодолеть.

Я уже сказал, что в преодолении зависимости нет ничего сверхъестественного и непосильного.
Проблема есть, но мы знаем, как она решается, мы можем передать эти знания людям, и с нашей помощью или с помощью других профессионалов они могут её преодолеть. Почему же тогда восемьдесят пять процентов зависимых её не преодолевают?

Многие вообще не осознают проблему — но те, кто не осознаёт, до этого ролика, наверное, и не добрались. А кто-то понимает, что проблема есть. Что же мешает ему?

Первое, что мешает, — это «я сам». Да, проблема есть, но я сам её решу. Очень частая позиция.

Конечно, человек решит эту проблему сам. Я только за. И любой специалист только за то, чтобы человек решил её сам, — никто за него её не решит. Но если ты хочешь решить проблему самостоятельно, надо просто изучить, как она решается.

Я хочу построить дом сам. Замечательно, отлично! Только надо узнать, как они строятся: по книгам, по видеолекциям, пообщаться с соседом, который уже построил. То есть если задача сложная, человек перенимает опыт у других. Я хочу сам научиться играть в шахматы. Хорошо, но надо учиться: читать книги, заниматься через приложение, ходить в шахматный кружок.
Человек перенимает опыт. И так он поступает в любой сфере жизни — кроме проблемы с алкоголем.

Проблема с алкоголем большая, смертельно опасная, столько людей от неё гибнет, столько семей страдает. Проблема непростая. И именно здесь человек говорит: нет-нет, я ничего изучать не буду, я буду делать это сам. Если ты хочешь построить дом и ни разу этого не делал, неужели ты будешь так поступать? Нет. А почему тут — да?

Потому что зачастую человек даже не формирует этот запрос: он не знает, что это, оказывается, надо изучать. Плюс такая масса шарлатанов, коммерческих предложений и всякой ерунды, что сориентироваться и найти источник, в котором можно получить настоящие знания, очень сложно.

Поэтому позиция «я сам» — я только за неё. Надо только узнать, как это сделать самостоятельно.

Ещё один пункт, который мешает: «я всё знаю». Этот пункт мне очень нравится.

Я восемнадцать лет занимаюсь трезвенной работой. Я встречал очень многих людей, был на множестве конференций, прочитал огромное количество литературы. Мои учителя, у которых я перенимал опыт, занимались этим с восьмидесятых годов. Мы опираемся на опыт русского православного трезвенного движения, а этому опыту более ста пятидесяти лет. И при этом я не всё знаю.

А человек приходит и говорит: а я всё знаю. Замечательно. А какой у тебя стаж трезвости?
Два дня, только что вышел из запоя. Ну, это, знаете, «я всё знаю, только ничего не умею».

Я тоже знаю, как играть на пианино. Нужно пальцами нажимать кнопочки, и там педальки — то ли две, то ли три, их тоже надо нажимать ногами. Честно скажу: я ни разу за пианино не сидел. Но много раз видел, как на нём играют. И могу сказать: знаете, я знаю, как играть на пианино, помощь мне не нужна, я сам научусь, когда захочу. Одно дело — знаю, другое дело — умею.

Плюс проблема зависимости не такая простая, в ней очень много разных аспектов. Например, как избежать срывов? Почему они происходят даже тогда, когда человек совершенно не хочет употреблять и не планирует этого? Очень много специфики, очень много нужно знаний.

Задача в том, чтобы это была не оторванная от жизни теория, а знания, которые переплавятся в навык. Не просто «я хочу жить трезво» или «хочу преодолеть зависимость», а «я знаю, как это делается, я умею это делать». Умею сохранить трезвость в любых обстоятельствах жизни.
И более того — построил свою жизнь так, что она трезвая и что она меня радует. Что я не жалею о том периоде, когда употреблял алкоголь, не мечтаю туда вернуться, а радуюсь этой нормальной, хорошей, трезвой жизни.

И последнее — специфический вопрос, который мне часто задают. Говорят: вы же священнослужитель, вы начнёте рассказывать, что это всё бесовская сила, чертовщина, что надо молиться, биться головой об пол, идти в храм, ставить свечи, ехать в паломничество, исповедоваться. Вот это всё будете рассказывать?

Отвечая на вопросы человека, я в первую очередь отвечаю на то, о чём он спрашивает. У
человека вопрос не про духовную жизнь. У него вопрос: есть проблемы с алкоголем, как мне их решить? Вот на эти вопросы я и отвечаю — нормальным, доступным русским языком. С учётом моего опыта как химика, кандидата химических наук, как человека, который когда-то преподавал химию в должности доцента.

Если у человека возникают вопросы из духовной сферы — в чём смысл жизни, откуда я, куда я иду, — пожалуйста, я буду рад поговорить и об этом. Но человек приходит не с этим вопросом. Изначально вопрос другой: как не сорваться, как избежать очередного запоя. И мы говорим именно об этом. А вопросы духовной сферы разбираем тогда, когда они возникают у самого человека.

9. В чём причина зависимости

Давайте ещё раз поговорим о важнейшем вопросе. В чём причина зависимости? Или, как говорят, почему человек пьёт или употребляет наркотики? Разные специалисты дадут много разных ответов, и в этом очень сложно разобраться.

Кто-то говорит, что это наследственность, что это болезнь, а раз болезнь — её надо лечить:
нужен стационар, наркологическая больница, препараты, уколы.

Кто-то скажет: дело не в этом, дело в сознании человека. В том, что он любит опьянение, считает это нормальным, мечтает о нём и хочет воспроизвести это в своей жизни ещё и ещё раз. Значит, проблема психологическая, и работать с ним должен психолог или психотерапевт.

Кто-то скажет: да нет, это проблема семейная. С такой женой как не пить? Она же созависимая — кто-то знает этот термин. Поэтому у неё и первый муж пил, и второй будет пить, и дети будут иметь зависимость. Или так: проблемы в родительской семье, неправильно воспитали, неправильно что-то заложили.

А кто-то скажет: это вообще проблема всего общества, надо всю страну лечить. У нас общество больное. В таком обществе как не пить, как нормально жить? Надо менять законы, надо закрывать пивные. В каждом доме открыли по алкогольному магазину — и хотят, чтобы не было алкогольной зависимости.

А ещё я помню замечательную фразу. Когда я пошёл на кафедру наркологии — там был курс для тех не-врачей, кто хочет узнать, чем можно помочь людям с зависимостью, — я сказал об этом священнику, которого очень уважаю, духовнику. Он мне говорит: ты чего туда пойдёшь? Что наркологи могут знать о зависимости? Я говорю: ну как, сто лет наука работала, изучала. А
он: алкоголизм — это же духовная проблема, духовная. А они там со своими таблетками, с какой-то психотерапией. У человека смысл жизни потерян, нет связи с Богом — вот он алкоголь и употребляет.

Все специалисты правы. Все.

Были замечательные учёные — это где-то конец восьмидесятых, — которые сформулировали новое понимание проблемы. Зависимость на их языке — это био-психо-социальная, а некоторые добавляли и духовная проблема. Говоря русским языком, это проблема, которая охватывает человека на всех уровнях.

На телесном. Есть предрасположенность? Есть. Есть изменения в функционировании головного мозга, печени, других систем организма? Есть.

На душевном — это проблема сознания и проблема чувств. Человек думает, что употреблять алкоголь нормально, а жить трезво ненормально. Мнение ошибочное, но оно приводит его к употреблению. Это и любовь — но не к Богу и не к людям, а любовь к опьянению. Это и проблема воли, когда вся воля человека ориентирована на употребление, на поиск средств, на устранение последствий. Ум, чувство, воля — всё направлено на алкоголь.

Это и духовная проблема, и об этом можно говорить с духовной точки зрения.

Но это и социальная проблема — не только этого человека, но и его семьи: как выстроены отношения, что жена, может быть, очень хочет помочь, но не знает как и помогает неправильно. Фактически при всех её действиях зависимость только развивается. Есть проблема не только семьи, но и более широкого круга: круг знакомых, круг друзей, круг соупотребителей, коллеги по работе. Рабочий коллектив может быть совершенно больной, где традиции употребления очень развиты, и в такой среде сложно. И да, это макропроблема всего нашего общества, оно тоже больное.

Все эти ответы правильные. Но нужно выбрать главное — тот необходимый минимум, с помощью которого человек сможет жить трезво.

Телесный уровень: человек вышел из запоя, более-менее восстановил здоровье, не употребляет
— и на телесном уровне большинству дальнейшая медицинская помощь не нужна.

Самый главный уровень — это уровень сознания. Чтобы человек захотел жить трезво, захотел полностью отказаться от алкоголя, нашёл счастье в трезвой жизни, полюбил её и умел сохранять трезвость во всех случаях жизни.

Конечно, хорошо, когда и в семье что-то поменялось, и работу он поменял. Но человек может преодолеть зависимость и без этого, а потом уже наладится и в семье, и на работе, и жизнь его наладится. Поэтому мы даём именно те знания, которые нужны человеку, чтобы он сам смог преодолеть зависимость. Только практические знания, которые человек применяет в своей жизни.

См. также: Диакон Иоанн Клименко: «Я понял, что не хочу быть распространителем алкогольного вируса»

Комментировать

Пожертвовать