Профанация это исповеди, то, что Вы написать изволили. Исповедь - не самокопание и не самоуничижение. Это другое.
Вы случайно выкинули из моего сообщения одно слово. Самое главное.
Раскаяние, самокопание и самоуничижение. Не просто чтение по бумажке или механическое проговаривание запомнившихся согрешений. Ну, другое так другое. Вам виднее.
Нет. Причастие - это не прощение. Причастие - это приобщение Богу.
И прощение. Вот почему-то святитель Иоанн Златоуст именно так написал. Но Вам, как обычно, виднее.
Иуда причастился, и пошёл, и предал. Его что, априори простили, авансом?
Та кто ж скажет теперь, как Иуда причастился тогда. Если сердечно и искренне - естественно его простил Господь, потому что Он есть Любовь, Он вседовольный, всеблагий и
всемилостивый. А вот что там хоть и через короткое время
после Причастия с Иудовой верой могло статься, можно только предположить. А может причастился он неискренне и лукаво. Тогда см. выше - Причастие в осуждение. Не позволит Господь нечистому соединиться с чистым, только хуже будет. А
внешне всё может выглядеть благо и чинно.
Скажите, а как по другому исправить поврежденную человеческу природу, если не через Покаяние- Исповедь - Причащение
Знать бы, можно ли ее вообще исправить и насколько. Сравните свою жизнь с жизнью первых христиан. Почему настоящие святые так сокрушались перед смертью о неготовности к встрече с Богом, о многогрешности. Они же не для красного словца, они же
видели. Хотя, опять же, Вам виднее.
Исповедь - это диалог с Богом при свидетеле, без посредников. Священник - только свидетель.
А я то, грешный, всё не мог понять, чего это батюшка вопросы задает на исповеди, уточняет, потом еще руку на голову кладет и что-то бормочет.
Еще и может ведь не допустить к причастию или допустить. А еще книжки для батюшек мудреные пишут, как проводить исповедь, как помочь человеку исповедаться. А оно вон оно что, просто свидетель. Пришел посмотреть.
А вот что говорит о. Алексий (Тимаков)
Врач и пациент должны стать сотрудниками в борьбе с болезнью. Точно так же исповедник и исповедуемый должны стать союзниками в борьбе с грехом. И очень важно, что в православной практике помощником в покаянии является священник, с которым исповедующийся стоит с глазу на глаз. У этого исповедника обычно есть некоторый опыт, он способен отреагировать на то сокровенное, с которым человек пришел на покаяние, причем реакция, как всякий непосредственный живой отклик, может быть нелицеприятной.
Так может всё-таки помощник, не просто свидетель ?
Бог отвечает не только через Причастие. Более того, вредно зацикливаться на том, что ты чувствуешь в момент Причастия. Искать каких-то телесных ощущений от Богообщения, это присуще католикам.
А если Вы внимательно посмотрите на сообщения выше, то увидете, что отвечал я Жанне, которая написала буквально следующее:
Я тоже не чувствую ничего особенного после исповеди и Причастия.
Именно это меня удивило. Не только личный опыт, в каком храме не был на Причастии - всегда люди после него радостны, улыбчивы, как-то из знакомых не припомню, чтобы кто-то по вкушении Святых Даров шел дальше безразлично. Видимо все ищут "телесных ощущений от Богообщения".
Вот мерзость то какая ! И так везде!
Раскаяние, покаяние, исповедь - это всё вне всякой логики., потому как Дух Святый вне логики.
Немножечко чуть-чуть совершенно по другому. Таинства вне
земной логики, но вовсе не значит, что отблески этой логики мы через призму своего убогого видения не можем заметить. Очень много логики и в святоотеческих книгах на эту тему и у некоторых современных богословов.
Собственно раскаяние - это лишь часть таинства исповеди - это та часть, которая потребна от исповедующегося. На эту тему еще больше очень даже логичных книг, начиная от самых разных дневников и памяток кающемуся...