Рим, данный нам в ощущениях. I
Поговорим о Риме – дивный град!
Он утвердился купола победой.
Послушаем апостольское credo:
Несется пыль, и радуги висят.
На Авентине вечно ждут царя –
Двунадесятых праздников кануны, –
И строго-канонические луны –
Двенадцать слуг его календаря.
На дольний мир глядит сквозь облак хмурый
Над Форумом огромная луна,
И голова моя обнажена –
О, холод католической тонзуры!
(Осип Мандельштам )
В этот раз я готовилась серьезно. Даже язык стала учить потихонечку. Мечтаю пойти на курсы. Пока никак.
Очень нравится Генри Мортон «Прогулки по Риму». Читаю и прокладываю маршруты.
Мы прилетели на большом самолете. Но тесном. Такси от аэропорта. Гостиница «Артемида» в центре, хотя где здесь центр? На Виа Национале. Номер маленький, но славный, уютный. И окна, как у Генри Мортона, выходят не на площадь, а в узкий двор-колодец. И в нем своя местная жизнь. Люди, сидящие на террасах даже зимой. Освоен каждый клочок крыши – сады и садики, чуть ли не грядки с овощами…
О Рим, куда ведут все дороги мира…
Кто и с чем только не сравнивал Вечный Город! Дороги, вечность, бесконечность… А вот неожиданное и забавное, от Елены Костюкевич, известной переводчицы Умберто Эко. У нее Рим воплотился в образе бесконечных спагетти… И мы накручиваем город на вилку, и поглощаем сразу или разматываем по длиннющей макаронине…
А у Генри Мортона Рим – это река, текущая из прошлого в вечность. И как нельзя дважды войти в одну и ту же воду, так и Город в каждое твое посещение будет иным. Это так. Мы здесь четвертый раз. Сначала это были просто многочасовые экскурсии, когда приезжали в Город из других мест. Но тут мало чего ухватишь. Так, общее впечатление. А вот три года назад мы провели в Риме неделю. И в этом январе тоже неделю. Неделю ходили пешком. По Риму. По серым камням, пологим или крутым лестницам с округлыми ступенями, стертыми паломниками за века, мимо зданий, восхитительных фонтанов, брызги которых сопровождают тебя в прогулках по узким улицам, по набережной Тибра.
Лестницы везде. Эта ведет от улицы Кавур к площади Св. Петра в веригах. Она скользкая, полого-крутая. Не дай Бог, подморозит!
А эта лестница – Испанская. Бело-мраморные ступени. Красота и попрошайка. Скользящий холод мокрого камня.
Шелест увядших листьев. Смутные ощущения. Рим – река. Река Рима – Тибр. Он узок, не широк и мутен. Вода временами бурлива или тиха, как и жизнь вокруг. И лишь древние платаны спокойно смотрятся в воду. Солнечные блики на бледных стволах. Все проходит, вода утекает, годы уплывают. Город остается.
Спали хорошо. Сновидения прерывались воплями на улице, но продолжались с того же места. Один раз я все же выглянула в окно: два человека просто разговаривали, но так громко и импульсивно…
С утра шел дождь, но смешной такой, теплый и ненастоящий. Сегодня у нас экскурсия – Рим барокко. Пока еще мы одни, вышли выпить кофе. Баров - тьма! И все с утра полны. Причем, итальянцы теснятся возле стойки, а туристы рассаживаются за столики. И не знают, глупые, что кофе за столиком в два раза дороже! Я-то это уже где-то вычитала и мы, как завзятые римляне, пили свой кофе за стойкой. Правда, я все равно села в лужу и страшно развеселила бармена, «обозвав» круассан не corneto, как это положено у итальянцев, а каким-то другим псевдоитальянским словом. Он долго хохотал. Капучино замечательный, очень вкусный. И в два раза дешевле, чем у нас.
Экскурсия по Риму. Вместо экскурсовода, с которым мы договаривались по Интернету, пришла ее дочь. Пошли гулять с ней. Что-то она знает, по крайней мере, у нее проложены пути.
Площадь Четырех фонтанов совсем рядом. В нишах четырех домов на шумном перекрестке – четыре фигуры. И чаши с водой. Жемчужины разбросаны небрежной рукой по городу. Только присмотрись, и ты увидишь.
Дворец Барберини. Мы проходим мимо. Это прообраз наших Петербургских дворцов, когда они фасадом выходят на улицу. До этого дворцы своей парадной стороной смотрели во дворики и были скрыты от посторонних глаз.
Фонтан Тритон Бернини на площади Барберини. Это первый фонтан скульптора. Он выполнен по заказу Папы Урбана VIII, из рода Барберини, покровителя молодого мастера. Поэтому на нем геральдический знак рода - Три пчелки.(Сегодня фонтан закрыт. Ремонт.)
Крипта Капуцинов. (Кстати, капуцины – капучино, есть связь: коричневая ряса – сам кофе, капюшон – молочная пенка в чашке, да еще посыпана сверху шоколадом или корицей. А может, сами капуцины и придумали такой кофе, так его впервые приготовили.)
Крипта потрясает – 4.5 тысячи костей…Ими, костями, выложены фантастические узоры. Церковь сверху деревянная, внутри теплая. Песочные часы с крылышками из костей монахов. Время не просто утекает, оно улетает... Вечность и бренность жизни. Эта мысль становится такой очевидной.
По улице Четырех Фонтанов идем дальше к Тринити дель Монти. Рядом – дворец Медичи. И потрясающий вид на город…
Испанская Лестница. (Зеленая елка, на мой взгляд, ужасна...)
Испанская площадь.
Внизу притаилась полузатопленная рыбацкая лодка. Фонтан «Боркаччо», работы Пьетро Бернини – отца. Зеленовато-опаловая вода. Не вычерпать. Лодка тонет. Толпы людей вокруг. По легенде – во время наводнения водой к этому месту принесло полу-затопленную лодку. Из своего окна ее увидел знаменитый ваятель. Ему понравилось. Такая неожиданная доминанта на площади! А теперь нравится нам.
Единственное место в Риме, где можно выпить великолепный листовой чай по-английски – это чайная «Бэбингтон». Ей уже лет двести. Не меняется ни место, ни стиль обслуживания. Ни даже чайники с молочниками. Традиция. Файв о’клок. «Неважно, какая на тебе шляпка, важно, что ты моя дочь…» Англия. Здесь, внутри, Италия отступает. Такое ощущение, что и официантки из туманного Альбиона. Их английский безупречен.
Виа Кондотти, Водопроводная по-нашему. На ней –
И опять замечательное кафе. Ну, тут вообще кафе и ресторанчики на каждом шагу, но это тоже с 250 летней историей. Кафе «Греко». Байрон, Бизе, Вагнер, Гоголь… Старинные мутные зеркала, в них отблеск свечей и силуэты прекрасных дам. Картины, обтянутые бархатом мягкие диваны. Душистый кофе.
Мы идем дальше, к площади Колонны. Постояли возле дома, где жил Гоголь.
Три улицы выходят к фонтану. И среди обыденной жизни открывается белоснежное мраморное чудо! Три – Треви. Фонтан. За ним роскошное Палаццо Попполи. В нем когда-то Гоголь читал «Ревизора» княгине Волконской.
Вокруг не так много народу. Бросили монетку, попили воды из двух трубочек одновременно, как и полагается влюбленным. Фонтан на этом месте более двух тысяч лет. Один барельеф рассказывает, как Дева пальцем указала воину, где нужно искать воду. Воин – император Марк Агриппа. Фонтан до Бернини представлял собой три чаши: для людей, для животных, для стирки.
Пантеон. Фантастический купол без единой опоры. Все это великолепие построено до Рождества Христова! А как?
По преданию насыпали песок и к нему, или над ним был создан купол, лежащий на этом песке. Потом песок выгребли. А так ли это? Кто знает… Теперь там и гробницы и алтарь освещаются только через отверстие сверху.
Могила Рафаэля. Его любовь, верная Форнарина, булочница из Траставере, его модель, его судьба. Умер в 37 лет и похоронен рядом со своей невестой, так и не ставшей женой. А любимую и любящую Форнарину не пустили на похороны. Она ушла, обливаясь слезами, и даже попрощаться с ним ей не дали. Но живет он и живет она. Рафаэль. Форнарина.
Рядом с Пантеоном знаменитое кафе «Тацца д’Оро» (Золотая чашка). Кофе здесь самый лучший, знаменитой римской обжарки… Можно купить с собой, в зернах, что мы и сделали.
И еще чудесное кафе на площади Святого Евстафия. Церковь увенчана головой оленя и крестом между рогами. Этот святой – покровитель охотников. Тут кофе с кислинкой и восхитительной пенкой.
Площадь Навонна. Неожиданной четкой овальной формы. Бывший римский стадион. Своеобразный Монмартр. Художники. Только такое ощущение, что сегодня они выходят с цветными ксерокопиями. Скорее всего, это просто торговцы. Те же «картины», что и наверху Испанской лестницы. Абсолютно одинаковые сюжеты, краски и образы. Печально.
Фонтан Нептун, Джакомо делла Порто. XVI век.
Знаменитый фонтан Четырех рек Джанлоренцо Бернини, XVII век. К моменту создания фонтана, когда было принято решение о его установке, архитектор впал в немилость. Папа был жутко разгневан тем, что построенные по проекту Бернини башни колоннады Собора Святого Петра пришлось сносить – не был учтен подвижный песчаный грунт. Осталась только великолепная колоннада. И после этой ошибки Бернини был отстранен от всего. Но он так мечтал об этом фонтане! И у него уже был готов замечательный проект. Увы, заказ был отдан другому. И тогда друг архитектора в своем дворце установил макет фонтана, созданный Бернини так, чтобы Папа Иннокентий X после торжественного приема непременно прошел бы мимо него и увидел это чудо. Папа прошел, увидел, остановился. Решение было принято моментально. Обыграть так египетский обелиск никому другому оказалось не под силу. Бернини получил заказ, признание и поддержку Папы. Образ Четырех Рек объединил четыре континента. Нил (Африка), Ганг (Индия), Дунай (Европа), Рио дела Плато (Америка). Лицо Нила закрыто. Экскурсоводы говорят, это чтобы творение Бернини не смотрело на церковь Аньези, построенную соперником архитектора - Борромини. Это вряд ли. Фонтан был закончен на год раньше, чем началось строительство церкви. Просто, говорят, исток Нила еще не был открыт...
Двери, двери…Мы видели фантастические двери в Пантеоне! Двери, которым более 2000 лет. Они громадные, черные или темно-зеленые, величественные, грозные, как слово Вечность. Их высота потрясает! Работает все: петли, ручки, все скрипучие механизмы движения. Как это возможно? Генри Мортон пишет о трех парах дверей. Одна из них в Пантеоне, другая в Латеранском Соборе (эта – там), третья – в храме Ромула на Форуме.
Генри Мортон. Когда я говорю о нем, то вижу перед собой Грегори Пека из «Римских каникул». Почему – не знаю. Такое ощущение, что они сливаются в один персонаж. Англичанин в Риме.
Утро в Риме. Чувство покоя и абсолютного счастья. Запах кофе и теплого хлеба. Солнце.
Сегодня у нас – Другая Италия, так называется экскурсия. Сначала электричкой до Загороло, потом на машине по горному серпантину в Палестрину, город этрусков.
Но сначала город на горе – Кастель сан-Пьетро Романо. Город-замок. Здесь снимали фильм с Джиной Лолобриджидой «Хлеб, вино и фантазия». И еще «Хлеб, вино и ревность». Надо купить и смотреть по вечерам на эти милые дворики, улочки и площади. Вернее, площадь. Она здесь одна.
Зашли в крепость. Там еще оставалась Рождественская композиция. Быт еврейского народа и Рождение Младенца в хлеве. Теперь такие композиции стоят и возле наших соборов, например, возле Князь-Владимирского.
Погода здесь солнечная, свежая. Над Римом лежит туман. Очертания Великого Города только угадываются.
Потом спустились в Палестрину к этрускам и дворцу Барберини. Все это построено на стенах этруского храма, весь город. А часть стены, которая органично вошла во дворец, стара, как мир. Ей 3000 лет…
Церковь, в которой хранится незаконченная статуя работы Рафаэля, была закрыта. Зато мясной магазинчик был открыт. И мы так повесились с колбасами и прошютто… А сыры…Оказывается, пармезан надо ломать маленькими кусочками и есть с медом и крупным белым виноградом, холодным и терпким.
Обед в траттории. Все домашнее. И вино, и фетучини, это такие плоские макароны-ленты. Соус с трюфелями… Раньше только читала. Грибы мелко строгают, как наши шампиньоны, и едят сырыми. Непередаваемый чесночно-грибной запах, по которому трюфели в лесу и находят специально обученные свиньи или собаки. Карпаччо из артишоков – что-то свежее и острое, хрустящее. Очень вкусно!
И еще в этот славный день нас ожидал винный замок. Cave. Кантина Туфайо. Ну и вино, соответственно, сорта Туфайо. Великолепное белое с тонким фруктовым ароматом. Нас долго учили правильно пробовать: «ноги» по стенкам бокала, «мускулистость» вина… Ну, мы и напробовались в свое удовольствие.
Без сил уже погрузились в поезд и доехали до Рима. Пришли и упали. День состоялся.
Продолжение следует...
Поговорим о Риме – дивный град!
Он утвердился купола победой.
Послушаем апостольское credo:
Несется пыль, и радуги висят.
На Авентине вечно ждут царя –
Двунадесятых праздников кануны, –
И строго-канонические луны –
Двенадцать слуг его календаря.
На дольний мир глядит сквозь облак хмурый
Над Форумом огромная луна,
И голова моя обнажена –
О, холод католической тонзуры!
(Осип Мандельштам )
В этот раз я готовилась серьезно. Даже язык стала учить потихонечку. Мечтаю пойти на курсы. Пока никак.
Очень нравится Генри Мортон «Прогулки по Риму». Читаю и прокладываю маршруты.
Мы прилетели на большом самолете. Но тесном. Такси от аэропорта. Гостиница «Артемида» в центре, хотя где здесь центр? На Виа Национале. Номер маленький, но славный, уютный. И окна, как у Генри Мортона, выходят не на площадь, а в узкий двор-колодец. И в нем своя местная жизнь. Люди, сидящие на террасах даже зимой. Освоен каждый клочок крыши – сады и садики, чуть ли не грядки с овощами…
О Рим, куда ведут все дороги мира…
Кто и с чем только не сравнивал Вечный Город! Дороги, вечность, бесконечность… А вот неожиданное и забавное, от Елены Костюкевич, известной переводчицы Умберто Эко. У нее Рим воплотился в образе бесконечных спагетти… И мы накручиваем город на вилку, и поглощаем сразу или разматываем по длиннющей макаронине…
А у Генри Мортона Рим – это река, текущая из прошлого в вечность. И как нельзя дважды войти в одну и ту же воду, так и Город в каждое твое посещение будет иным. Это так. Мы здесь четвертый раз. Сначала это были просто многочасовые экскурсии, когда приезжали в Город из других мест. Но тут мало чего ухватишь. Так, общее впечатление. А вот три года назад мы провели в Риме неделю. И в этом январе тоже неделю. Неделю ходили пешком. По Риму. По серым камням, пологим или крутым лестницам с округлыми ступенями, стертыми паломниками за века, мимо зданий, восхитительных фонтанов, брызги которых сопровождают тебя в прогулках по узким улицам, по набережной Тибра.
Лестницы везде. Эта ведет от улицы Кавур к площади Св. Петра в веригах. Она скользкая, полого-крутая. Не дай Бог, подморозит!
А эта лестница – Испанская. Бело-мраморные ступени. Красота и попрошайка. Скользящий холод мокрого камня.
Шелест увядших листьев. Смутные ощущения. Рим – река. Река Рима – Тибр. Он узок, не широк и мутен. Вода временами бурлива или тиха, как и жизнь вокруг. И лишь древние платаны спокойно смотрятся в воду. Солнечные блики на бледных стволах. Все проходит, вода утекает, годы уплывают. Город остается.
Спали хорошо. Сновидения прерывались воплями на улице, но продолжались с того же места. Один раз я все же выглянула в окно: два человека просто разговаривали, но так громко и импульсивно…
С утра шел дождь, но смешной такой, теплый и ненастоящий. Сегодня у нас экскурсия – Рим барокко. Пока еще мы одни, вышли выпить кофе. Баров - тьма! И все с утра полны. Причем, итальянцы теснятся возле стойки, а туристы рассаживаются за столики. И не знают, глупые, что кофе за столиком в два раза дороже! Я-то это уже где-то вычитала и мы, как завзятые римляне, пили свой кофе за стойкой. Правда, я все равно села в лужу и страшно развеселила бармена, «обозвав» круассан не corneto, как это положено у итальянцев, а каким-то другим псевдоитальянским словом. Он долго хохотал. Капучино замечательный, очень вкусный. И в два раза дешевле, чем у нас.
Экскурсия по Риму. Вместо экскурсовода, с которым мы договаривались по Интернету, пришла ее дочь. Пошли гулять с ней. Что-то она знает, по крайней мере, у нее проложены пути.
Площадь Четырех фонтанов совсем рядом. В нишах четырех домов на шумном перекрестке – четыре фигуры. И чаши с водой. Жемчужины разбросаны небрежной рукой по городу. Только присмотрись, и ты увидишь.
Дворец Барберини. Мы проходим мимо. Это прообраз наших Петербургских дворцов, когда они фасадом выходят на улицу. До этого дворцы своей парадной стороной смотрели во дворики и были скрыты от посторонних глаз.
Фонтан Тритон Бернини на площади Барберини. Это первый фонтан скульптора. Он выполнен по заказу Папы Урбана VIII, из рода Барберини, покровителя молодого мастера. Поэтому на нем геральдический знак рода - Три пчелки.(Сегодня фонтан закрыт. Ремонт.)
Крипта Капуцинов. (Кстати, капуцины – капучино, есть связь: коричневая ряса – сам кофе, капюшон – молочная пенка в чашке, да еще посыпана сверху шоколадом или корицей. А может, сами капуцины и придумали такой кофе, так его впервые приготовили.)
Крипта потрясает – 4.5 тысячи костей…Ими, костями, выложены фантастические узоры. Церковь сверху деревянная, внутри теплая. Песочные часы с крылышками из костей монахов. Время не просто утекает, оно улетает... Вечность и бренность жизни. Эта мысль становится такой очевидной.
По улице Четырех Фонтанов идем дальше к Тринити дель Монти. Рядом – дворец Медичи. И потрясающий вид на город…
Испанская Лестница. (Зеленая елка, на мой взгляд, ужасна...)
Испанская площадь.
Внизу притаилась полузатопленная рыбацкая лодка. Фонтан «Боркаччо», работы Пьетро Бернини – отца. Зеленовато-опаловая вода. Не вычерпать. Лодка тонет. Толпы людей вокруг. По легенде – во время наводнения водой к этому месту принесло полу-затопленную лодку. Из своего окна ее увидел знаменитый ваятель. Ему понравилось. Такая неожиданная доминанта на площади! А теперь нравится нам.
Единственное место в Риме, где можно выпить великолепный листовой чай по-английски – это чайная «Бэбингтон». Ей уже лет двести. Не меняется ни место, ни стиль обслуживания. Ни даже чайники с молочниками. Традиция. Файв о’клок. «Неважно, какая на тебе шляпка, важно, что ты моя дочь…» Англия. Здесь, внутри, Италия отступает. Такое ощущение, что и официантки из туманного Альбиона. Их английский безупречен.
Виа Кондотти, Водопроводная по-нашему. На ней –
И опять замечательное кафе. Ну, тут вообще кафе и ресторанчики на каждом шагу, но это тоже с 250 летней историей. Кафе «Греко». Байрон, Бизе, Вагнер, Гоголь… Старинные мутные зеркала, в них отблеск свечей и силуэты прекрасных дам. Картины, обтянутые бархатом мягкие диваны. Душистый кофе.
Мы идем дальше, к площади Колонны. Постояли возле дома, где жил Гоголь.
Три улицы выходят к фонтану. И среди обыденной жизни открывается белоснежное мраморное чудо! Три – Треви. Фонтан. За ним роскошное Палаццо Попполи. В нем когда-то Гоголь читал «Ревизора» княгине Волконской.
Вокруг не так много народу. Бросили монетку, попили воды из двух трубочек одновременно, как и полагается влюбленным. Фонтан на этом месте более двух тысяч лет. Один барельеф рассказывает, как Дева пальцем указала воину, где нужно искать воду. Воин – император Марк Агриппа. Фонтан до Бернини представлял собой три чаши: для людей, для животных, для стирки.
Пантеон. Фантастический купол без единой опоры. Все это великолепие построено до Рождества Христова! А как?
По преданию насыпали песок и к нему, или над ним был создан купол, лежащий на этом песке. Потом песок выгребли. А так ли это? Кто знает… Теперь там и гробницы и алтарь освещаются только через отверстие сверху.
Могила Рафаэля. Его любовь, верная Форнарина, булочница из Траставере, его модель, его судьба. Умер в 37 лет и похоронен рядом со своей невестой, так и не ставшей женой. А любимую и любящую Форнарину не пустили на похороны. Она ушла, обливаясь слезами, и даже попрощаться с ним ей не дали. Но живет он и живет она. Рафаэль. Форнарина.
Рядом с Пантеоном знаменитое кафе «Тацца д’Оро» (Золотая чашка). Кофе здесь самый лучший, знаменитой римской обжарки… Можно купить с собой, в зернах, что мы и сделали.
И еще чудесное кафе на площади Святого Евстафия. Церковь увенчана головой оленя и крестом между рогами. Этот святой – покровитель охотников. Тут кофе с кислинкой и восхитительной пенкой.
Площадь Навонна. Неожиданной четкой овальной формы. Бывший римский стадион. Своеобразный Монмартр. Художники. Только такое ощущение, что сегодня они выходят с цветными ксерокопиями. Скорее всего, это просто торговцы. Те же «картины», что и наверху Испанской лестницы. Абсолютно одинаковые сюжеты, краски и образы. Печально.
Фонтан Нептун, Джакомо делла Порто. XVI век.
Знаменитый фонтан Четырех рек Джанлоренцо Бернини, XVII век. К моменту создания фонтана, когда было принято решение о его установке, архитектор впал в немилость. Папа был жутко разгневан тем, что построенные по проекту Бернини башни колоннады Собора Святого Петра пришлось сносить – не был учтен подвижный песчаный грунт. Осталась только великолепная колоннада. И после этой ошибки Бернини был отстранен от всего. Но он так мечтал об этом фонтане! И у него уже был готов замечательный проект. Увы, заказ был отдан другому. И тогда друг архитектора в своем дворце установил макет фонтана, созданный Бернини так, чтобы Папа Иннокентий X после торжественного приема непременно прошел бы мимо него и увидел это чудо. Папа прошел, увидел, остановился. Решение было принято моментально. Обыграть так египетский обелиск никому другому оказалось не под силу. Бернини получил заказ, признание и поддержку Папы. Образ Четырех Рек объединил четыре континента. Нил (Африка), Ганг (Индия), Дунай (Европа), Рио дела Плато (Америка). Лицо Нила закрыто. Экскурсоводы говорят, это чтобы творение Бернини не смотрело на церковь Аньези, построенную соперником архитектора - Борромини. Это вряд ли. Фонтан был закончен на год раньше, чем началось строительство церкви. Просто, говорят, исток Нила еще не был открыт...
Двери, двери…Мы видели фантастические двери в Пантеоне! Двери, которым более 2000 лет. Они громадные, черные или темно-зеленые, величественные, грозные, как слово Вечность. Их высота потрясает! Работает все: петли, ручки, все скрипучие механизмы движения. Как это возможно? Генри Мортон пишет о трех парах дверей. Одна из них в Пантеоне, другая в Латеранском Соборе (эта – там), третья – в храме Ромула на Форуме.
Генри Мортон. Когда я говорю о нем, то вижу перед собой Грегори Пека из «Римских каникул». Почему – не знаю. Такое ощущение, что они сливаются в один персонаж. Англичанин в Риме.
Утро в Риме. Чувство покоя и абсолютного счастья. Запах кофе и теплого хлеба. Солнце.
Сегодня у нас – Другая Италия, так называется экскурсия. Сначала электричкой до Загороло, потом на машине по горному серпантину в Палестрину, город этрусков.
Но сначала город на горе – Кастель сан-Пьетро Романо. Город-замок. Здесь снимали фильм с Джиной Лолобриджидой «Хлеб, вино и фантазия». И еще «Хлеб, вино и ревность». Надо купить и смотреть по вечерам на эти милые дворики, улочки и площади. Вернее, площадь. Она здесь одна.
Зашли в крепость. Там еще оставалась Рождественская композиция. Быт еврейского народа и Рождение Младенца в хлеве. Теперь такие композиции стоят и возле наших соборов, например, возле Князь-Владимирского.
Погода здесь солнечная, свежая. Над Римом лежит туман. Очертания Великого Города только угадываются.
Потом спустились в Палестрину к этрускам и дворцу Барберини. Все это построено на стенах этруского храма, весь город. А часть стены, которая органично вошла во дворец, стара, как мир. Ей 3000 лет…
Церковь, в которой хранится незаконченная статуя работы Рафаэля, была закрыта. Зато мясной магазинчик был открыт. И мы так повесились с колбасами и прошютто… А сыры…Оказывается, пармезан надо ломать маленькими кусочками и есть с медом и крупным белым виноградом, холодным и терпким.
Обед в траттории. Все домашнее. И вино, и фетучини, это такие плоские макароны-ленты. Соус с трюфелями… Раньше только читала. Грибы мелко строгают, как наши шампиньоны, и едят сырыми. Непередаваемый чесночно-грибной запах, по которому трюфели в лесу и находят специально обученные свиньи или собаки. Карпаччо из артишоков – что-то свежее и острое, хрустящее. Очень вкусно!
И еще в этот славный день нас ожидал винный замок. Cave. Кантина Туфайо. Ну и вино, соответственно, сорта Туфайо. Великолепное белое с тонким фруктовым ароматом. Нас долго учили правильно пробовать: «ноги» по стенкам бокала, «мускулистость» вина… Ну, мы и напробовались в свое удовольствие.
Без сил уже погрузились в поезд и доехали до Рима. Пришли и упали. День состоялся.
Продолжение следует...
