IN MEMORIAM
С Димой Ивлиевым, худеньким и очень живым, я познакомился в августе-сентябре 1972 ab Incarnatione Christi, как сказал бы хронист.
Мы вместе держали экзамены в Ленинградскую Духовную семинарию. Диму предсказуемо не приняли, потому что разразился скандал: позор для советской науки! Способный ленинградский аспирант физик хочет «уйти в попы» (современная избалованная свободой молодёжь не понимает исторического трагизма того времени), стыд и срам! Не было понимания этого «юродивого» шага и среди родных. «Дмитрий, тебе звонит твой бывший отец», – однажды патетически изрекла телефонная трубка…
Его даже хотели сослать в глухомань для отработки положенных после окончания университета двух лет по специальности (правда, он уже учился в аспирантуре, была отсрочка). Но потом, очевидно, сочли, что совместная работа на равных этого ренегата с советскими учёными коллегами может стать лишь пропагандой церковного мракобесия и повредить неокрепшим в «научном» атеизме юным умам! В результате, вероятно, с помощью Великого Архиерея (митрополита Никодима), без помощи которого интеллигентные «советские» люди не могли поступить в Духовную семинарию, его оставили в покое. Год он проработал сторожем в Никольском соборе, усиленно готовился, прошёл заочно семинарский курс, и в следующем сентябре был принят сразу в Духовную академию. (….)
Минуло несколько десятилетий, отмеченных дружеским и научным общением, совместным участием в издательских и педагогических проектах, особенно в незабываемых белорусских Летних богословских лагерях!
В последние годы отец Ианнуарий (Ягуарий для простодушных прихожанок) подводил изданием своих важных книг предварительные, как мы надеялись, итоги. Меня он просил издать сборник его статей и докладов, как правило, опубликованных в малотиражных и малодоступных научных сборниках и журналах. Но мы, по Достоевскому, всё ждали «побольше синтезу»... Великий писатель не всегда прав. Он был научным редактором моей эортологической дилогии, где помещены некоторые его ценные богословско-филологические замечания из личной переписки.
Последний раз мы говорили с отцом Ианнуарием около двух месяцев тому назад. Узнав о моём очередном (для бюджетника – перманентном) «финансовом кризисе», он сам позвонил и предложил помощь...
О, нет, предпоследний! Последний был само собою разумеющимся, а потому сразу не вспомнился. Я позвонил ему в день его рождения, в субботу, 9 декабря, перед его ежемесячной лекцией в культурно-просветительском центре «Лествица» Скорбященского храма на Шпалерной улице (10 декабря), где его постоянно ждали благодарные слушатели. Мне сказали, что из-за дня рождения он просил перенести его лекцию на следующее воскресенье – 17 декабря, то есть поменяться со мной воскресеньями (я тоже читаю там лекцию раз в месяц). Отец Ианнуарий не сразу ответил на звонок, и голос был усталый. Обошлись без обычных шутливых диалогов по случаю Дня Варенья… Было ясно,что не до шуток. От помощи он, как всегда, отказался.
Лекцию 10 декабря я прочёл, но 17-е декабря так навсегда осталось без его лекции…
Запомнился летний солнечный, клонящийся к осени, день 23 августа прошлого (или позапрошлого) года. В день рождения дщери Анфисы мы с ней, как правило, живущие в это время в богоспасаемом Юрьевом монастыре Великого Новгорода, выбирали ей подарок в большом магазине канцелярских товаров «У коровы» (знакомое новгородцам место). Вдруг раздался «мобильный» звонок: отец Ианнуарий поздравлял Анфису с Днём Варенья, как говорил один известный персонаж. Ну кто ещё кроме родственников и близких друзей помнит день рождения какой-то девочки, даже не своей крёстной???! Только - Человек с Великой душой! (Впрочем, как мне говорил учитель древнегреческого, знаменательное слово megalopsyhia трудно перевести русским однозначным эквивалентным понятием.)
А ещё кто-то справедливо сказал, что у святых людей не может быть плохой памяти...
Это повторялось и в другие памятные дни, но поздравить Анфису с очередным Тезоименитством (21 декабря) отец Ианнуарий уже не смог...
Requiescat in paсе!
Ю. Р.
Снимки
1. Отец Ианнуарий в мемориальной квартире свщм. Григория Сербаринова (+ 1938), настоятеля Скорбященской церкви на Шпалерной ул. Приходской дом примыкает к храму. Отец Ианнуарий там отдыхал и пил кофе перед лекцией. Там мы обычно встречались в последнее время. Снимок 2016 года.
2. В книгохранилище библиотеки СПбДАиС. Снимок из С.-Петербургского епархиального журнала "Вода живая". Несколько ранее. Дату можно уточнить в интернете.
3. Старинная фотография. Летний богословский институт 2001(?) года в Белоруссии на оз. Нарочь. Изучаем карту. Позже опубликую еще что-нибудь из той подборки.
С Димой Ивлиевым, худеньким и очень живым, я познакомился в августе-сентябре 1972 ab Incarnatione Christi, как сказал бы хронист.
Мы вместе держали экзамены в Ленинградскую Духовную семинарию. Диму предсказуемо не приняли, потому что разразился скандал: позор для советской науки! Способный ленинградский аспирант физик хочет «уйти в попы» (современная избалованная свободой молодёжь не понимает исторического трагизма того времени), стыд и срам! Не было понимания этого «юродивого» шага и среди родных. «Дмитрий, тебе звонит твой бывший отец», – однажды патетически изрекла телефонная трубка…
Его даже хотели сослать в глухомань для отработки положенных после окончания университета двух лет по специальности (правда, он уже учился в аспирантуре, была отсрочка). Но потом, очевидно, сочли, что совместная работа на равных этого ренегата с советскими учёными коллегами может стать лишь пропагандой церковного мракобесия и повредить неокрепшим в «научном» атеизме юным умам! В результате, вероятно, с помощью Великого Архиерея (митрополита Никодима), без помощи которого интеллигентные «советские» люди не могли поступить в Духовную семинарию, его оставили в покое. Год он проработал сторожем в Никольском соборе, усиленно готовился, прошёл заочно семинарский курс, и в следующем сентябре был принят сразу в Духовную академию. (….)
Минуло несколько десятилетий, отмеченных дружеским и научным общением, совместным участием в издательских и педагогических проектах, особенно в незабываемых белорусских Летних богословских лагерях!
В последние годы отец Ианнуарий (Ягуарий для простодушных прихожанок) подводил изданием своих важных книг предварительные, как мы надеялись, итоги. Меня он просил издать сборник его статей и докладов, как правило, опубликованных в малотиражных и малодоступных научных сборниках и журналах. Но мы, по Достоевскому, всё ждали «побольше синтезу»... Великий писатель не всегда прав. Он был научным редактором моей эортологической дилогии, где помещены некоторые его ценные богословско-филологические замечания из личной переписки.
Последний раз мы говорили с отцом Ианнуарием около двух месяцев тому назад. Узнав о моём очередном (для бюджетника – перманентном) «финансовом кризисе», он сам позвонил и предложил помощь...
О, нет, предпоследний! Последний был само собою разумеющимся, а потому сразу не вспомнился. Я позвонил ему в день его рождения, в субботу, 9 декабря, перед его ежемесячной лекцией в культурно-просветительском центре «Лествица» Скорбященского храма на Шпалерной улице (10 декабря), где его постоянно ждали благодарные слушатели. Мне сказали, что из-за дня рождения он просил перенести его лекцию на следующее воскресенье – 17 декабря, то есть поменяться со мной воскресеньями (я тоже читаю там лекцию раз в месяц). Отец Ианнуарий не сразу ответил на звонок, и голос был усталый. Обошлись без обычных шутливых диалогов по случаю Дня Варенья… Было ясно,что не до шуток. От помощи он, как всегда, отказался.
Лекцию 10 декабря я прочёл, но 17-е декабря так навсегда осталось без его лекции…
Запомнился летний солнечный, клонящийся к осени, день 23 августа прошлого (или позапрошлого) года. В день рождения дщери Анфисы мы с ней, как правило, живущие в это время в богоспасаемом Юрьевом монастыре Великого Новгорода, выбирали ей подарок в большом магазине канцелярских товаров «У коровы» (знакомое новгородцам место). Вдруг раздался «мобильный» звонок: отец Ианнуарий поздравлял Анфису с Днём Варенья, как говорил один известный персонаж. Ну кто ещё кроме родственников и близких друзей помнит день рождения какой-то девочки, даже не своей крёстной???! Только - Человек с Великой душой! (Впрочем, как мне говорил учитель древнегреческого, знаменательное слово megalopsyhia трудно перевести русским однозначным эквивалентным понятием.)
А ещё кто-то справедливо сказал, что у святых людей не может быть плохой памяти...
Это повторялось и в другие памятные дни, но поздравить Анфису с очередным Тезоименитством (21 декабря) отец Ианнуарий уже не смог...
Requiescat in paсе!
Ю. Р.
Снимки
1. Отец Ианнуарий в мемориальной квартире свщм. Григория Сербаринова (+ 1938), настоятеля Скорбященской церкви на Шпалерной ул. Приходской дом примыкает к храму. Отец Ианнуарий там отдыхал и пил кофе перед лекцией. Там мы обычно встречались в последнее время. Снимок 2016 года.
2. В книгохранилище библиотеки СПбДАиС. Снимок из С.-Петербургского епархиального журнала "Вода живая". Несколько ранее. Дату можно уточнить в интернете.
3. Старинная фотография. Летний богословский институт 2001(?) года в Белоруссии на оз. Нарочь. Изучаем карту. Позже опубликую еще что-нибудь из той подборки.
