Азбука веры Православная библиотека митрополит Арсений (Стадницкий) Речь перед молебном по случаю начала учения в Московской Духовной Академии 1 сентября 1899 г. Об образовании характера, как цели воспитания
Распечатать

митрополит Арсений (Стадницкий)

Речь перед молебном по случаю начала учения в Московской Духовной Академии 1 сентября 1899 г. Об образовании характера, как цели воспитания

 

Об образовании характера, как цели воспитания.

 

Приветствую вас, други мои, со вступлением в сeй высший рассадник духовного просвещения. Невидимая рука Промысла собрала вас из различных и отдаленных мест в одно место, сплотила в одно дружеское общество, сочетав во едино различные желания и намерения ваши. И вот теперь мы все предстоим лицу Божию для испрошения Его благодатной помощи на одно общее всем нам дело.

Хочется думать, что желания и намерения ваши, которыми вы побуждались к поступлению сюда, вполне достойны вас, как воспитанников подготовлявших вас духовных школ – низшей и средней, – притом воспитанников избраннейших, которых Господь наделил дарами природы паче многих из сверстников ваших и привел в святилище просвещения духовного. Хотелось бы думать, что не мысль о лучшем положении в свете, обществе, чего можно бы достигнуть по окончании здесь образования, руководила вами при поступлении сюда. Ибо мы не можем поручиться, чтобы предпринимаемый вами путь привел вас к этой цели, и наперед отказываемся быть вашими руководителями и помощниками в достижении её. Хотелось бы думать затем, что влекла вас сюда не мысль о сокровищах и богатствах, на приобретение которых вы употребите со временем приобретенные здесь познания. Нет, сильно хочется думать, что вы чужды этих и подобных недостойных соображений, а одушевлены той высокой и святой целью, которая составляет назначение этого высшего духовно-учебного заведения. Академии наши, говоря словами одного почившего архипастыря, это – цвет на древе Церкви, в котором организуются и зреют семена для продолжения жизни Церкви через образование и воспитание просвещенных служителей Слова Божия и Церкви, просвещенных служителей православной богословской науки и учительства в духе православия (Никанор). Таково, возлюбленные, звание и назначение ваше. Вы призываетесь быть провозвестниками божественной истины на земле, преемниками Пророков и Апостолов, во всяком случае, примете ли вы на себя священный сан или не примете.

Несомненно, чтобы быть достойным сего высокого и святого служения, должно надлежащим образом приготовиться. Годы вашего пребывания здесь, стоя на рубеже школьного возраста и начала самостоятельной деятельности, и должны быть употреблены па такую подготовку к предстоящей вам святой деятельности. Ближайшим и более очевидным средством к тому является приобретение соответствующих познаний посредством учения. Но достаточна ли только такая подготовка? Одни приобретенные познания могут ли сделать вас совершенно способными к прохождению того великого служения, к которому призывает вас св. Церковь? О, далеко нет. Отдавая долг уважения знанию и учености и памятуя идеал учебный и ученый, мы не должны отстранять очей своих от идеала нравственного и церковного. Мы не должны забывать, что высокое духовное просвещение без соответствующего нравственного совершенства, без стремления к нему, даже без внимания к нему, хуже – пустее меди звенящей и кимвала звякающего. Иже сотворит и научит, сей велий наречется в Царствии небесном. А между тем мы больше заботимся о научении, чем об осуществлении познанного на деле; обращаем преимущественное внимание на учебную, а не на воспитательную сторону, которая имеет для воспитанника большее значение, чем приобретенныя познания. Последние в крайнем случае, при несовершенстве их, могут быть так или иначе впоследствии пополняемы. Но самый строй воспитательной учебной жизни учащегося, характер его занятий, его личное отношение к своим занятиям и к обязанностям, – все это оставляет глубокие следы и направляет в ту или иную сторону всю последующую деятельность человека на избранном им поприще. Вот почему в период образования нужно особенно заботиться о воспитании и развитии в себе той дисциплины ума и воли, тех нравственных устоев, той нравственной силы, которая именуется характером и состоит в строгом и всецелом подчинении закону Господню и в сознании чувства долга и любви к исполнению возлагаемых на человека таких или иных обязанностей.

Это духовное возрастание от силы в силу совершается медленно и требует особенного труда и внимания, и тогда только, при содействии вседействующей благодати Божией, возрастающий постепенно будет достигать мужа совершенна, уготованного на дела благая. К прискорбию, это – путь немногих, ибо большинство не любит трудиться над собою, молиться и выжидать известного периода времени, потребного для созревания. Вместо этого они стремятся преждевременно проявить себя, показать в себе что-нибудь, или сказать что-нибудь особенное. И действительно проявляют себя: еще не научившись слушаться, хотят уже предписывать; не выросши в силу, принимаются действовать и распоряжаться; не выработав и не укрепив мысли в себе, говорят и проповедуют о каких-то “попранных правах. Все стремятся говорить и обличать: кажется, никогда не слышалось столько речей – и не было так мало истинного дела, от которого сами говоруны бегают и других насильно отвлекают от дела, или если и делают дело, то с небрежением, не переставая мечтать и вести праздные речи о том, что нельзя ничего делать, покуда все не переменится. Зиждителен ли такой путь? Не путь ли гибельный, ложный, растлевающий и обессиливающий душу с ранней юности? В основе такого проявления лежит тот ин закон, противоюющ закону ума нашего, о котором говорит Апостол Павел (Рим. 8). Это – путь своеволия, представляющийся таким приятным и вожделенным, и желание быть самовластным, – что так сильно соблазняет преимущественно юность. Почитая себя настолько благорозумными, чтобы и без внешних предостережений остеречь себя от всякой опасности, настолько мудрыми, сведущими и предусмотрительными, чтобы и без постороннего руководства провести жизнь счастливо п благополучно, – мы свергаем с себя благое иго правил, законов и постановлений, которыми ограждает жизнь нашу св. Церковь, школа и общество, считая их нужными только для людей, скудных познаниями, с неразвитыми силами духа, со слабою волею, с излишне боязливою совестию. На что же и свобода дана, извиняем мы себя, если мы не властны располагать собою? На что же и разум, если всегда нам должно быть под руководством и опекою? На что и сама жизнь, если проводить её в исполнении скучных обязанностей, в тяжких трудах и заботах? Как соблазнителен, други мои, подобный широкий путь! Но это – путь порока, гладкий и приятный в начале, – тернистый и тяжкий в последствии. Эта обаятельная прелесть своеволия скоро перерождается в страсть, которая легко и незаметно овладевает всем человеком и делает его совершенным рабом и пленником своим. Ибо можно ли сделаться господином самому себе – не научившись повиновению, управляться своею волею – не подчинив ее разумным и твердым правилам жизни, стать самовластным распорядителем всего, не обуздавши своих похотей, не подчинив воли своей закону Божию. Да сохранит вас Господь от этого искушения!

Отсюда же видно, каким путем должно идти истинное воспитание. Если своеволие и желание быть самовластным над собой ведут к подобным нежелательным явлениям, то целью воспитания должно быть своевременное обуздание, ограничение, дисциплинирование воли, как условий выработки и образования силы духовной, именуемой характером. Для характера требуется: глубокое сильное чувство и умение управлять им, т. е. сила воли и сила самоограничения. Сильное чувство – одно не составляет еще характера и не означает сильной воли. Воля вырабатывается лишь самоограничением. Не тот сильный человек, кто дает волю своему чувству, кто хочет делать по своему желанию, а тот, кто подчиняет себе свое чувство, свои страсти. Посему, кто не научился повиноваться, тот никогда не научится повелевать; повиноваться же – значит ограничивать себя. Средством и условием образования и развития характера является таким образом послушание, смирение, – та добродетель, над которою ныне часто легкомысленно глумятся, которую считают только унизительной слабостью духа и стараются не поддаваться ей. А между тем без этой основной добродетели христианской невозможно никакое нравственное усовершенствование, невозможна и сама вера. Ибо смирение есть ничто иное как простота мысли. Кто же просто думает о себе, тот чувствует свою слабость, и потому именно способен совершенствоваться, возрастать в силу познания веры, истины и любви: в простоте мысли зреет мудрость и созидается характер человека. Образование такого характера и должно быть целью истинного воспитания, плодотворного по своим последствиям. Можно быть добрым, умным, ученым, – но все это мало пользует, если нет характера. Недостаток людей с характером, с определенным направлением, – людей, которые знают чего хотят, верны себе и идут к цели своей в жизни неуклонно, служит причиною тех неурядиц, которые отражаются так гибельно на всех сторонах жизни. Кто образует и воспитает в себе характер и с ним выйдет на какое бы то ни было служение, – служение того во благо будет Церкви и народу.

Одновременно с попечением о надлежащем развитии нравственной стороны своего существа вы во время вашего пребывания здесь должны позаботиться и о приобретении надлежащих познаний, необходимых для последующей вашей деятельности. Но и тут мы должны предостеречь вас от того врага, который может препятствовать приобретению вами истинного знания, враг этот – самомнение. Как характера нельзя приобрести без смирения и послушания, так при самомнении нельзя приобрести и истинного знания. А между тем самомнение, как и своеволие, является по преимуществу грехом юности. Одержимый таким пороком, при самом скудном запасе знаний, считает себя многосведующим, не признает для себя никаких тайн в мироздании и во всем существующем, ко всем самым глубоким вопросам человеческой жизни и бытия относится с решительной самоуверенностью, не признает ни в какой области никаких авторитетов, выставляя все как собственное убеждение. Но действительно ли это убеждение, плод убежденной мысли, а не какая нибудь новая мысль, новое суждение, новый взгляд, вычитанный из первой попавшейся! книги, прельстивший нас своею оригинальностью? Из чувства самолюбия и тщеславия нам приятно сразу усвоить его, выступить судьей жизни и людей, быть не якоже прочии человецы; и вот носимся мы с этим последним словом науки, выступаем с ним, как говорится, на житейский рынок, выставляя его как “мое собственное убеждение”. О, далеко не так дешево достаются человеку убеждения: они – плод целой жизни, плод мысли, послушной гласу истины! Притом, истинное знание, т.е. то знание, которое не отрешает человека от жизни, от конечных целей ее и ставится в виду Бога и вечности, не надмевает, а смиряет. Ключ к истинному знанию заключается в словах Спасителя: всяк, иже есть от истины, послушает гласа Моего. (Ин. 18:37). Аще кто хощет волю Его творити, разумеет о учении, кое от Бога есть, или Аз от Себе глаголю (Ин. 7:17). Итак, начало истинного знания, просвещающего человека, состоит в послушании закону Господню, в стремлении к осуществлению его в себе и в жизни, в правде.

Вот, други мои, что нашел я нужным сказать вам теперь в этот важный момент жизни вашей. Одушевитесь же святостью вашего звания и высотой предстоящего вам назначения. Будьте тщанием не ленивы, дулом горяще, Господеви работающе. Работайте над своим умом, чтобы просветить его светом истинного познания, познанием истинного Бога и святой воли Его; работайте над своею волею, чтобы укрепить ее в добре и в послушании закону; работайте над своим сердцем, чтобы очистить его от страстей и похотей, дабы оно могло сделаться достойной жертвой Богу. Притом работайте духом горяще: имейте горячность духа, пламенную ревность, живое, кипящее усердие служить Богу и творить волю Его. И тогда вы изыдете отсюда на дело свое во всеоружии духовном. Знайте, что жатвы много-много, а жателей, истинных делателей на ниве

Божией, мало-мало. Употребите же время вашего пребывания здесь с пользой для себя. Здесь все-все к вашим услугам: тут прославленные мужи науки, с отечески братскою любовию готовые пойти на встречу вашим добрым порывам и стремлениям, поруководить вами в научных изысканиях; здесь богатейшия книжныя сокровища в вашем распоряжении. Воспользуйтесь этим всем к своему благу; теперь такое время, которое не повторится во всю жизнь. Теперь весна ваших лет, время сеяния, плодами которого будете пользоваться в последствии. Дорожите этим золотым временем; придет хладная осень, силы истощатся, деятельность ума ослабеет, сердце станет жестче, тогда не взойдут и хорошие семена. Напрасно тогда сетовать будете об утраченном времени воспитания: оно никогда не возвратится.

Возрастайте же в благодати и познании Господа нашего и Спасителя Иисуса Христа. (2Пет. 3:18).


Источник: Арсений (Стадницкий), еп. Речь перед молебном по случаю начала учения в Московской Духовной Академии 1 сентября 1899 г. Об образовании характера, как цели воспитания // Богословский вестник. 1899. Т. 3. № 10. С. 189-195.

Комментарии для сайта Cackle