Урок 11. Книги Мудрости: Притчи Соломоновы, Книга Иова, Книга Екклесиаста, Песнь Песней Соломона, Книга Премудрости Иисуса сына Сирахова, Книга Премудрости Соломона

Учительные книги, или книги Мудрости / Премудрости⁶³⁴, составляют один из четырех разделов ветхозаветных книг⁶³⁵. В состав канонических учительных книг включаются Книга Иова, Псалтирь, Книга Притчей Соломоновых, Книга Екклесиаста, Книга Песни Песней Соломона. К учительным книгам относится также ряд неканонических писаний – Книга Премудрости Соломона, Книга Премудрости Иисуса, сына Сирахова. Эти книги отличаются от исторических и пророческих книг – они принадлежат к особому жанру, получившему широкое распространение на Древнем Востоке. Этот жанр можно охарактеризовать как «наставление по ведению человеческой жизни»⁶³⁶. Жизненный опыт поколений традиционно выражается в кратких и выразительных изречениях; их поучительный смысл раскрывает, что помогает человеку достичь благополучия и счастья, а что, наоборот, приводит его к разрушительному и печальному концу. Образованные писцы и книжники облекали народную мудрость в литературную форму и развивали ее – так рождались афоризмы, притчи, назидательные размышления, поэмы, гимны.

В Израиле начало литературе Мудрости было положено царем Соломоном (X в. до Р.Х.) – в книгах Царств повествуется, как по молитве царя «дал Бог Соломону мудрость и весьма великий разум, и обширный ум, как песок на берегу моря. ...И изрек он три тысячи притчей и песней его было тысяча и пять» (3Цар.4:29:32). Происхождение трех ветхозаветных учительных книг – Притчей, Екклесиаста, Песни Песней – традиционно связывается с царем Соломоном, которого почитали образцом мудрости, полученной свыше. Во времена правления Соломона в Израиле появились мудрецы, собиравшие различные изречения и наставления, в дальнейшем царь Езекия активно покровительствовал деятельности мудрецов (ср. Притч.25:1). Наряду со священниками и пророками, израильские мудрецы образовывали самостоятельную группу (ср. Иер.18:18). По сравнению с другими ветхозаветными книгами Писания мудрецов можно назвать наиболее «общечеловеческими» – в книгах Иова, Притчей, Екклесиаста, Песни Песней практически ни разу не упоминается Завет Бога с израильским народом, Закон Моисеев, Храм. «Исходной точкой мудрецов был не Закон Израиля, а люди любого народа и племени, которым приходится решать основные жизненные проблемы»⁶³⁷.

В древнем мире значение слова «мудрость» (евр. «хокма́») в первую очередь связывалось с житейской умудренностью, опытом и навыками, позволявшими понять общие законы человеческого существования в этом мире и суметь достичь стабильного успеха и благополучия в своей сфере; именно мудрость помогает обрести гармонию в семье, заслужить уважение в обществе, плодотворно трудиться, разумно распоряжаться хозяйством, эффективно управлять людьми. Однако неверно представлять литературу мудрецов только как сборник практических советов для успеха в «земных» делах. Другая традиция, распространившаяся, в частности, в Древней Греции, сближала мудрость с проникновением в вечные законы мироздания: согласно этому взгляду, мудрость приобретается в процессе познания природы. А ветхозаветные мудрецы подчеркивали, что источником мудрости является Бог-Творец, ведь именно Он заложил законы, по которым существует мир природы и человек. Вот как говорится об этом в гимне из книги Иова:

«Так откуда же приходит мудрость и где

добывают разум?

Утаена она от глаз всего живого, сокрыта даже

от птиц небесных.

Гибель и Смерть о ней скажут: „Знаем только

понаслышке“.

Но путь к ней ведает Бог, только Он знает, где она:

Взор Его достигает края земли, и все, что

под небесами, Он видит.

Когда Он взвешивал ветры, когда полагал

меру водам,

когда давал Он устав дождям и бурям громовым

указывал дорогу –

тогда Он увидел мудрость и исчислил, и утвердил ее,

испытав.

А человеку сказал: „Господа бояться – вот в чем

мудрость; сторониться зла – вот в чем разум“»

(Иов 28:20–27^РБО).

В этих словах выражена мысль, что мудрость является общим принципом, положенным Творцом в основу устройства мироздания, – она соединяет и законы природного мира, и духовные законы человеческой нравственности. Можно сказать, что мудростью пронизан весь замысел Бога о мире и человеке; для человека мудрость заключается в том, чтобы хранить себя от зла и «бояться Господа» – то есть иметь благоговение пред Богом и поступать согласно Его заповедям, жить по добру и справедливости. Таким образом, в понимании библейских авторов мудрость не сводится к интеллектуальной сфере: истинная мудрость – это жизнь в соответствии с волей Бога. Подлинная мудрость выражается в праведности. Комментаторы издавна обращали внимание на тесную связь между книгами Мудрости и книгами Закона. Книги Мудрости, в первую очередь Псалтирь и Притчи, воспитывают в человеке любовь к Закону Бога, показывают важность исполнения нравственных заповедей для каждого, дают примеры того, как могут быть реализованы этические принципы Закона в разных конкретных случаях и повседневных жизненных ситуациях. Как и пророки, мудрецы Израиля учили, что почитание Бога не должно ограничиваться соблюдением религиозных обрядов и предписаний – оно должно влиять на все аспекты жизни человека и преображать его внутренне. Учительные книги направлены на то, чтобы Закон Бога воспринимался не как внешний обязательный устав, налагающий на человека тягостные ограничения, но как драгоценное руководство во всех делах, как путеводная звезда, без которой жизнь немыслима. Псалтирь, ядро которой составляют гимны и молитвы царя Давида, восхваляет Бога, открывшего людям Свою благую волю. Псалмы, широко использовавшиеся в богослужении Израиля, открывают нам глубины молитвенной жизни ветхозаветных верующих.

Учительные книги, в своей первооснове восходящие к царям Давиду и Соломону, были завершены и собраны воедино уже после Вавилонского плена. Две более поздние «неканонические» книги, относящиеся к этому жанру, – Премудрость Соломона и Премудрость Иисуса Сирахова,– отражают соединение израильской традиции с греческой философской мыслью. Изучение литературы Мудрости подготавливало народ Божий к пришествию Иисуса Христа – Воплотившейся Премудрости Божией (ср. 1Кор.1:24).

Книга Притчей Соломоновых представляет собой сборник разнообразных изречений. Слово «притча» (евр. «машаль») обозначает краткое наставление или жизненное наблюдение⁶³⁸. Книга Притчей состоит из 31 главы, изречения не сгруппированы по темам, поэтому книга не имеет четкой структуры. При том что книга называется «притчи Соломоновы», в ней самой указаны несколько авторов и составителей⁶³⁹. Из этих указаний можно понять, что книга формировалась на протяжении нескольких веков. Кроме изречений Соломона (Притч.10–21), один раздел принадлежит анонимным мудрецам (Притч.22:17–24:34), другой (Притч.25–29) – содержит изречения Соломона, собранные придворными царя Езекии в VIII в. до Р.Х., третий и четвертый составлены Агуром и царем Лемуилом (Притч.30:1–14; 31:1–9)⁶⁴⁰. В книге выделяется Пролог (Притч.1–9); завершается книга прославлением умной жены, разумно и рачительно ведущей хозяйство дома (Притч.31).

Структура Книги Притчей Соломоновых

Учение о Мудрости и Глупости

Пролог книги построен в форме увещания отца к сыну. «Сын мой! если ты примешь слова мои и сохранишь при себе заповеди мои... то уразумеешь страх Господень и найдешь познание о Боге. Ибо Господь дает мудрость; из уст Его – знание и разум» (Притч.2:1,5–6^РБО)⁶⁴¹. В Прологе Книги Притчей Мудрость изображена как одушевленное лицо: Мудрость произносит величественную речь, где свидетельствует, что мир был сотворен Богом через нее:

«Господь сделал меня началом пути Своего,

прежде всех Своих деяний, издревле.

Я возникла от начала времен, издревле,

при основании мира.

Прежде первозданной бездны и источников вод

я появилась;

еще не были воздвигнуты горы и холмы...

Когда Он утверждал небеса – я там была,

когда чертил круг на поверхности бездны,

когда Он водружал облака наверху, когда укреплял

источники бездны,

когда Он полагал морю предел, которого не преступят

воды, когда устанавливал основания земли –

я была при Нем строительницей,

была ежедневным ликованием,

веселилась пред Ним непрестанно –

веселилась о мире земном

и ликовала о сынах человеческих»

(Притч.8:22–31^РБО)⁶⁴².

Таким образом, «мудрость всегда пребывает в Боге, исходит от Него и ведет к Нему (Притч.21:1)»⁶⁴³. Можно сказать, что непостижимый Бог открывает Себя через Свою Мудрость, явленную в мире⁶⁴⁴.

Поэтому мудрость есть самое драгоценное приобретение для человека – никакие земные сокровища не могут сравниться с ней: «Блажен человек, который снискал мудрость, и человек, который приобрел разум» (Притч.3:13–15)⁶⁴⁵. Сама Мудрость возвещает, что с готовностью открывает себя любому человеку: она уподобляется прекрасной женщине, построившей великолепный дворец и зовущей туда всех, кто захочет прийти (Притч.9:1)⁶⁴⁶. Однако ради обретения мудрости человек должен приложить немалые усилия. Мудрости нужно учиться у разумных и праведных людей (Притч.10:13,31;14:33).

Антипод мудрости – глупость – тоже изображена в виде женщины, распутной и лживой, стремящейся уловить человека в свои сети:

«Глупость – женщина дерзкая, неотесанная,

невежественная –

восседает у дверей своего дома, как на троне,

на виду у всего города,

чтобы звать всех проходящих мимо, идущих

своей дорогой:

„Простаки, обратитесь ко мне!“ Несмышленому

она говорит:

„Краденая вода слаще, утаенный хлеб вкуснее!“

А тот и не знает, что зовут его к теням,

что гости ее – в глубинах Шеола»

(Притч.9:13–18^РБО).

Глупость обозначает противление воле Бога – она вбирает в себя понятия наглости, гордости, самодовольства, тупого упрямства, разврата, лени, черствости и жестокости. Афоризмы Книги Притчей постоянно противопоставляют мудрость и глупость и указывают, что каждый человек должен сделать выбор и осознанно решить, по какому пути он пойдет⁶⁴⁷. Книга Притчей раскрывает, что на пути глупости человек неизбежно встретит раздор и несчастья, нищету и бесславный конец. Важно понять, что грешник разрушает себя сам: «...упорство невежд убьет их, и беспечность глупцов погубит их» (Притч.1:32).

Жизнь в соответствии с мудростью

Притчи Соломона учат благоговейному трепету пред Господом и предостерегают от высокомерия и самомнения; автор тонко подмечает: «глупцу не нравится думать, зато любит он умом похваляться» (Притч.18:2^РБО). Но Бог рассудит мудрого и глупого по справедливости: «Мудрые обретут славу, а глупцы погрязнут в позоре» (Притч.3:35^РБО)⁶⁴⁸.

В наставлениях Книги Притчей большое внимание уделяется сфере личной жизни человека. Неоднократно звучат предостережения от разврата и связей с чужими женами. Книга Притчей сравнивает женщину с источником воды, и утверждает, что для мужчины несравненно благотворнее пить из своего источника – сохранять верность своей жене и горячо любить ее (Притч.5:18), – чем «искать счастья» на стороне. «Мед источают уста чужой жены, и мягче елея речь ее; но последствия от нее горьки, как полынь, остры, как меч обоюдоострый» (Притч.5:3–4)⁶⁴⁹. Большое огорчение доставляет мужу глупая и злая жена: «лучше жить в земле пустынной, нежели с женою сварливою и сердитою» (Притч.21:19). Напротив, «добродетельная жена – венец для мужа своего...» (Притч.12:4), «мудрая женщина возводит дом, а женщина глупая – сама его рушит» (Притч.14:1^РБО). Мудрая жена есть дар от Господа (Притч.19:14), и ей нет цены (Притч.31:10).

Одной из важнейших тем книги является воспитание детей: к этому делу нужно относиться очень ответственно и, если нужно, применять строгие наказания. Усилия родителей будут вознаграждены: «Выведи юношу на верную дорогу – он и в старости с нее не свернет» (Притч.22:1^РБО). Мудрость в семейной жизни выражается в любви, терпении, трудолюбии и заботе о домашних (Притч.14:1;24:3;31:10–31). Добрые отношения в семье есть великое благо: «венец стариков – сыновья сыновей, и слава детей – родители их» (Притч.17:6).

А богатство не является главной и самодовлеющей ценностью: «Доброе имя желанней богатства, любовь людей лучше золота и серебра» (Притч.17:1^РБО)⁶⁵⁰. Афоризмы утверждают, что великой ценностью в жизни является дружба; много говорится об истинных и ложных друзьях – «друг любит во всякое время и, как брат, явится во время несчастья» (Притч.17:17), «кто хочет иметь друзей, тот и сам должен быть дружелюбным; и бывает друг, более привязанный, нежели брат» (Притч.18:25). Дружбу между людьми могут разрушить сплетни и гнев, поэтому необходимо быть осторожным в речах и избегать пустых разговоров (Притч.10:19;18:22), помня, что «глупец дает волю гневу, а мудрый дает ему остыть» (Притч.29:11); «жизнь и смерть – во власти языка, и кто с ним дружен, плоды его вкусит» (Притч.18:22^РБО).

Многие изречения поощряют трудолюбие, и называют его основой успеха в работе; лентяям стоит поучиться усердию у муравьев⁶⁵¹. Среди афоризмов встречаются мысли, которые неоднократно высказывали пророки: «Соблюдение правды и правосудия более угодно Господу, нежели жертва» (Притч.21:3). Много говорится о возмездии интриганам и строящим козни: «кто сеет несправедливость, пожнет беду» (Притч.22:8^РБО); «кто роет яму, сам в нее упадет, кто катит камень, сам под него угодит» (Притч.26:27^РБО). Тяжелым грехом в общественной сфере является притеснение бедных: «не обирай бедняка, наживаясь на бедности, убогого у ворот не обижай, ибо Господь рассудит их жалобу, за их лишения – лишит тебя жизни» (Притч..22:22–23^РБО); «кто глумится над бедняком, оскорбляет его Творца, и кто злорадствует, не уйдет от возмездия» (Притч.17:5^РБО). Помогающий ближним в их нуждах поступает мудро: «Благословен добросердечный – кто делится хлебом с бедняком» (Притч.22:9^РБО); «Благотворящий бедному дает взаймы Господу, и Он воздаст ему за благодеяние его» (Притч.19:17). Даже к врагам следует относиться благожелательно⁶⁵²; «добрый приобретает благоволение от Господа; а человека коварного Он осудит» (Притч.12:2).

Книга Притчей акцентирует, что все в мире находится в руках Бога: «Человек избирает свой путь, но твердость шагам придает Господь» (Притч.16:8^РБО); «Много замыслов в сердце человека, но состоится только определенное Господом» (Притч.19:21). Не стоит отвечать местью за причиненную обиду, нужно предать весь суд Господу, Который вершит справедливость на земле: «грешников преследует зло, а праведникам воздается добром» (Притч.13:22). Но как осмыслить то, что и праведников иногда постигают несчастья? Книга Притчей дает такое объяснение: «Наставления Господня, сын мой, не отвергай, от упреков Его не отвращайся. Ведь Господь порицает того, кого любит, как отец – драгоценного сына» (Притч.3:11–12^РБО). Тема страданий как очистительного испытания будет наиболее подробно раскрыта в Книге Иова.

Книга Иова поднимает тему, практически не затронутую в Пятикнижии и исторических книгах, но актуальную для любого человека. Главная тема Книги Иова – поиск ответа на вопрос: в чем смысл безвинных страданий? И как примирить то, что в мире существует страдание безвинных людей, с верой в благость Бога?⁶⁵³ Герой книги, Иов, жил еще до Авраама, когда еще не существовало иудейского народа – это подчеркивает, что проблема страдания является поистине общечеловеческой. Книга Иова неизменно вызывает к себе огромный интерес; она относится к числу философских книг Ветхого Завета, в которых осмысляются самые глубокие и насущные вопросы бытия человека.

Книга Иова насчитывает 42 главы. Пролог и эпилог книги написаны прозой, а основная часть книги – поэтическая. В книге четко выделяются самостоятельные части, и исследователи считают, что свою окончательную форму книга приобрела далеко не сразу⁶⁵⁴.

Структура Книги Иова

Пролог

Герой книги– Иов, живший в земле Уц (по мнению большинства толкователей, это территория северо-западной Аравии) во времена до Авраама; он был «знаменитее всех сынов Востока». Во времена, предшествовавшие возникновению израильского народа, Иов не мог знать Закона и обетований, но всей душой чтил истинного Бога Яхве. В своей жизни Иов был «непорочен, справедлив и богобоязнен и удалялся от зла»⁶⁵⁵. Праведному Иову во всех его начинаниях сопутствовало благословение Божие – он был богат и имел огромные стада, у него было семь сыновей и три дочери, и весь народ относился к нему с глубоким уважением.

Развитие сюжета Книги Иова начинается с «пролога на небесах»: однажды «сыны Божии» (ангелы) предстали пред престолом Бога, тогда же к Богу приблизился и некий «Враг»/«Противник» (евр. «шатан», греч. транслитерация «сатана»), который перед этим осмотрел всю землю. Бог напомнил ему об Иове – по благочестию с Иовом не сравнится никто на земле (Иов.1:8). Но Противник выразил сомнение: «Разве даром богобоязнен Иов?» (Иов.1:9) – вполне возможно, что Иов чтит Бога не ради Него Самого, а исключительно ради награды. Под «Противником» в христианской традиции понимался диавол – он клевещет на Иова (греч. «диавол» означает «клеветник»)⁶⁵⁶, утверждая, что тот старается жить праведно только потому, что благодаря этому получает от Бога земные блага. «Но стоит Тебе протянуть руку и тронуть его имущество – ручаюсь, он скажет в лицо Тебе хулу» (Иов.1:11^РБО). Господь дает Противнику/сатане возможность самому убедиться в бескорыстии Иова. Он разрешает сатане испытать его, запрещая только посягать на самого Иова⁶⁵⁷. И вот за один день Иов лишается всего, что имел – четыре вестника поочередно сообщают Иову о гибели его ослов, овец и верблюдов и, наконец, о гибели сыновей и дочерей под обломками рухнувшего дома (Иов.1:14–19). Иов раздирает одежду, обривает голову в знак траура, падает на землю и восклицает: «Наг я вышел из чрева матери моей, наг и возвращусь, Господь дал, Господь и взял; да будет имя Господне благословенно!» (Иов.1:21). Иов переносит несчастья стойко, проявляя безусловную верность Богу.

Однако сатана не считает это неопровержимым подтверждением – он выражает сомнение, сохранит ли Иов свою неколебимость в вере, если его собственное тело будет поражено болезнями (Иов.2:4–5). Господь вновь дает позволение испытать Иова, но требует, чтобы Иову была сохранена жизнь. И сатана наводит на Иова проказу, так что тот с головы до ног покрывается страшными струпьями. Иов не может больше оставаться среди людей и уходит на «гноище» – он садится в пепел, где черепком соскребает с кожи струпья.

Так благочестивый и достойнейший человек, еще вчера наслаждавшийся счастьем, оказался в самой глубине страданий. Близкие и знакомые отшатнулись от него, потому что проказа считалась знаком проклятия Божия. Жена, не покинувшая Иова, советовала ему произнести хулу на Бога и умереть от Его руки, чтобы положить конец мучениям. Но Иов ответил: «Неужели доброе мы будем принимать от Бога, а злого не принимать?» (Иов.2:10)⁶⁵⁸.

Беседы Иова с друзьями

Узнав о случившемся, к Иову из разных мест пришли три его друга – Елифаз, Вилдад и Софар. Они собирались утешать его, но, увидев, как Иов изменился, пережили столь сильное потрясение, что «семь дней и семь ночей» были не в силах вымолвить ни слова и просто сидели рядом со страдальцем. Друзья знали Иова как безупречного человека, благословенного Богом, а теперь, видя его горе и предельное унижение, они оказались свидетелями непонятного, необъяснимого крушения человеческой жизни. Люди языческого мировоззрения могли бы объяснить произошедшее с Иовом вмешательством злого рока, – к примеру, древние греки высказывали мысль, что человек может стать игрушкой в руках неумолимой и слепой судьбы, для которой абсолютно безразлично, был человек добрым или злым. Но Иов и его друзья всегда были убеждены, что миром управляет благой Бог, и поэтому участь человека не определяется случайностью, но зависит от того, как тот чтит Бога и следует Его установлениям.

Сердце Иова наполнено непередаваемой болью: «...стоны мои льются, как вода, ибо ужасное, чего я ужасался, то и постигло меня; и чего я боялся, то и пришло ко мне. Нет мне мира, нет покоя, нет отрады: постигло несчастье» (Иов.2:24–26). Более всего Иов страдает оттого, что не понимает, почему с ним произошло такое. Этот вопрос волнует и друзей Иова – они пытаются осмыслить произошедшее и дать Иову совет. Каждый из трех друзей в той или иной форме высказывает традиционные религиозные представления: Бог справедлив, Он награждает праведных и наказывает грешников. Друзья убеждены в неизменности этой истины, поэтому стараются убедить Иова, что его страдание не может быть незаслуженным – он наверняка совершил какой-то грех. Друзья не сомневаются, что Бог наказал Иова, но выражают убеждение, что благой Бог сможет простить его: «Блажен человек, которого вразумляет Бог, и потому наказания Вседержителева не отвергай, ибо Он причиняет раны и Сам обвязывает их; Он поражает, и Его же руки врачуют» (Иов.5:17–18). Друзья еще раз повторяют – Бог не может наказывать праведных.

Слушая близких ему людей, Иов не удовлетворяется их объяснением. Иов настаивает на своей невиновности – он знает, что за всю свою жизнь не совершал грехов, достойных такого наказания, и Богу это известно. Иов готов безропотно принять свою участь, но только если Бог откроет ему, за что Он гневается на Иова, почему такая страшная кара. Иов горит желанием призвать Бога на суд, чтобы Бог выслушал его и дал ему объяснения: «Скажу Богу: не обвиняй меня; объяви мне, за что Ты со мною борешься?» (Иов.10:2). «Сколько у меня пороков и грехов? покажи мне беззаконие мое и грех мой. Для чего скрываешь лице Твое и считаешь меня врагом Тебе?» (Иов.13:23–25). «Вот, я завел судебное дело: знаю, что буду прав» (Иов.13:18). Елифаз считает подобные слова большой дерзостью – наверняка Иов просто не осознает своей вины: «Что такое человек, чтоб быть ему чистым, и чтобы рожденному женщиною быть праведным? Вот, Он и святым Своим не доверяет, и небеса нечисты в очах Его» (Иов.15:14–15). Елифаз советует Иову смириться, осознать свои грехи и покаяться пред Богом, и тогда есть надежда, что Бог вернет ему утраченное благополучие (Иов.11:14–17;22:23–25). Но Иов не хочет каяться формально и лицемерить пред Богом.

Показательно, что друзья Иова всегда говорят о Боге в третьем лице («Он») – для них Бог слишком далек от людей и практически безразличен к их судьбам; Елифаз даже заявляет: «Что за удовольствие Вседержителю, что ты праведен? И будет ли Ему выгода от того, что ты содержишь пути твои в непорочности?» (Иов.22:3). Для друзей Иова Бог выступает как своего рода безличная внешняя сила, законам которой надлежит следовать. А для Иова Бог – живая Личность, и Иов всегда ощущал Его присутствие в мире и дорожил своей причастностью к Нему. Чувствуя себя отвергнутым Богом, Иов страдает. Он постоянно взывает к Богу, жаждет встречи с Ним, хочет поведать Ему свою боль. «Вот, Он убивает меня, но я буду надеяться; я желал бы только отстоять пути мои пред лицем Его!» (Иов.13:15–16). «Заступись, поручись Сам за меня пред Собою!» (Иов.17:3). Иов с горечью осознает, что «...Он не человек, как я, чтоб я мог отвечать Ему и идти вместе с Ним на суд! Нет между нами посредника, который положил бы руку свою на обоих нас» (Иов.9:32–33).

Друзья один за другим доказывают, что в споре Иова с Богом прав Бог, Который всегда действует по справедливости, но эти речи только возмущают Иова: «Я же не меньше вашего знаю, я ничем вас не хуже... А вы раны мои лечите ложью, все вы – никудышные лекари. Нужна ли Богу ваша неправда, будете ли лгать ради Него? Для Него вы кривите душой, Его защитить хотите?» (Иов.13:2,4,7–8^РБО). У Иова как бы заново открываются глаза – он видит в мире множество примеров незаслуженного страдания. Злодеи, причиняющие людям несчастья, далеко не всегда получают соответствующее возмездие: «Почему живут нечестивцы, и к старости их мощь лишь возрастает?.. Они проводят свою жизнь в благополучии и в преисподнюю нисходят легко... нищих прогоняют с дороги, и прячутся бедные люди земли, словно в степи дикие ослы... Из селений стон умирающих слышен, и раненые о помощи взывают, но Бог их молитв не замечает» (Иов.21:7,13;24:4–5,12^ДЕСН).

Иов показывает друзьям, что жизнь всего человеческого рода наполнена горестями и страданиями. Все люди рано или поздно придут к неизбежному концу – уничтожению:

«Человек, рожденный женою,

краткодневен и насыщен печалями.

Как цветок, он выходит и опадает;

убегает, как тень, и не останавливается...

Для дерева есть надежда,

что оно, если и будет срублено, снова оживет,

и отрасли от него выходить не перестанут...

А человек умирает и распадается;

отошел, и где он?

Уходят воды из озера,

и река иссякает и высыхает,

Так человек ляжет и не встанет;

до скончания неба он не пробудится

и не воспрянет от сна своего»

(Иов.14:1–2,7:10–12).

Иов не удовлетворяется тем, что жизнь человека продолжается в его потомках – его волнует судьба отдельного человека⁶⁵⁹. Во времена Иова еще не было дано откровение о посмертном существовании души и воскресении тела: согласно мировоззрению Иова, каждому человеку уготован один и тот же печальный конец – разложение и небытие⁶⁶⁰. Да и сама краткая земная жизнь редко приносит человеку счастье. Горечь Иова настолько велика, что он проклинает день своего появления на свет:

«Для чего не умер я, выходя из утробы,

и не скончался, когда вышел из чрева?..

Теперь бы лежал я и почивал,

спал бы, и мне было бы покойно...

Там беззаконные перестают наводить страх,

и там отдыхают истощившиеся в силах...

Малый и великий там равны,

и раб свободен от господина своего»

(Иов.3:11–19).

Если мир так жесток, то, может быть, смерть и небытие лучше жизни, думал Иов. «Опротивела мне жизнь. Не вечно жить мне. Отступи от меня, ибо дни мои суета. Что такое человек, что Ты столько ценишь его и обращаешь на него внимание Твое, посещаешь его каждое утро, каждое мгновение испытываешь его?» (Иов.7:16–18).

Но даже когда на него накатили волны отчаяния, Иов не потерял веру в благого Бога: «А я знаю, Искупитель мой жив⁶⁶¹, и Он в последний день восставит из праха распадающуюся кожу мою сию, и я во плоти моей узрю Бога. Я узрю Его сам; мои глаза, не глаза другого, увидят Его. Иста-евает сердце мое в груди моей!» (Иов.19:25–27)⁶⁶². Иов выражает надежду, что Бог откроется ему при его жизни, и эти его слова как бы предвосхищают надежду на грядущее воскресение людей. Друзья Иова не могли понять, что Иова не утешат никакие убедительные теории – он стремится увидеть Самого Господа и узнать у Него правду о себе и о мире.

В сущности, вся беседа Иова с друзьями «сводится к обсуждению неразрешимого противоречия между живой реальностью и традиционными ее объяснениями»⁶⁶³. История Иова опровергала учение о том, что праведность гарантирует земное благополучие, – но это традиционное учение было для друзей Иова основой всей их жизни. Признать невиновность Иова фактически означало бы для них отказаться от своих жизненных устоев, и это было для них невыносимо страшно – поэтому они решили подвергнуть сомнению не свою теорию, а факт, не вписывающийся в нее. Именно поэтому друзья, вместо сочувствия и поддержки страдальцу, с непреклонным упорством продолжали настаивать, что Иов виновен пред Богом. Иов хорошо понимает, что друзья переживают не за него, а за самих себя: «Так и вы теперь ничто: увидели страшное и испугались» (Иов.6:21) – они с ужасом поняли, что и их самих внезапно могут настигнуть такие же беды, и их благочестие не сможет их «застраховать». В отношениях с Богом друзья Иова стояли на позиции «Ты – мне, я – Тебе»; вспомним, что именно об этом говорил сатана: диавол хотел доказать, что почитание Бога никогда не бывает бескорыстным⁶⁶⁴.

Спор Иова с друзьями оказался безрезультатным: друзья так и не поверили в праведность Иова, а Иов не поддался на уговоры друзей попросить у Бога прощения и не отрекся от убежденности в своей правоте:

«Далек я оттого, чтобы признать вас справедливыми;

доколе не умру, не уступлю непорочности моей.

Крепко держал я правду мою и не опущу ее;

не укорит меня сердце мое во все дни мои»

(Иов.27:5–6).

В заключительном монологе Иов описывает свою прежнюю жизнь, которая соответствовала самым высоким этическим нормам (Иов.29–31)⁶⁶⁵. Тогда некий юноша по имени Елиуй (Элигу)⁶⁶⁶ обвинил Иова в гордости и выразил убеждение, что Бог может посылать несчастья не в качестве наказания, но с целью сохранить человека от впадения в грехи или же с целью очистить душу праведника⁶⁶⁷. Но и эти слова оказались бессильны примирить Иова с его страданием.

Ответ Бога Иову

Иов категорично заявлял, что не сможет удовлетвориться ничем, кроме суда с Богом, – и Бог принял вызов Иова. Но, явившись Иову среди бури, Бог не дал прямых ответов на его многочисленные вопросы – Он поставил перед Иовом Свои вопросы: «...где ты был, когда Я землю основал?.. Добирался ли ты до истоков моря, проходил ли по дну пучины? Ведомы ли тебе врата Смерти, видел ты врата кромешного мрака? Исследовал ли ты земную ширь? Расскажи, если все это знаешь» (Иов.38:4,16–18^РБО). В величественной речи Бог раскрыл перед Иовом, как сложно и соразмерно устроен мир – Бог определил законы светилам и дождю, положил пределы морям, распространил по земле многочисленных животных, наделив каждое особыми чертами (Иов.38–41). Человек не в силах проникнуть в глубину мудрости Создателя. Все дела Творца направлены на благо Его творений – Бог дает понять, что ни одно существо в мире не обделено Его заботой⁶⁶⁸; если даже ворон и дикий осел получают все необходимое для жизни, то человек не будет оставлен Богом на произвол судьбы⁶⁶⁹. Неужели Иов пожелает вместо Бога вершить справедливость и отмерять людям добро и зло? «Может, мощью ты подобен Богу и, как Он, говоришь в раскатах грома? Тогда укрась себя величием высоким, облекись в сияющую славу; дай волю ярости и гневу, взгляни на гордеца – и смири его... а нечестивых – раздави на месте!» (Иов.40:4–7^РБО). В описаниях двух могучих животных – бегемота и левиафана (крокодила, или огнедышащего змея/дракона)⁶⁷⁰ – ряд толкователей видит намек на силы зла: «Нет на земле подобного ему; он сотворен бесстрашным; на все высокое смотрит смело; он царь над всеми сынами гордости» (Иов.41:10–34). Возможно, здесь содержится косвенная отсылка к Прологу книги: в мире обитают хаотические силы, которые подвластны только Богу, – именно они, а не Бог, есть источник зла на земле.

Реакция Иова

Надежда Иова сбылась – Бог услышал его мольбы, Бог Сам явил Себя ему! Перед своим Создателем Иов ощутил себя как малый ребенок перед Отцом. Иов склонился пред Богом в смирении и благоговении: «Вот, я ничтожен; что буду я отвечать Тебе? Руку мою полагаю на уста мои» (Иов.39:34–35). «...Я говорил о том, чего не разумел, о делах чудных для меня, которых я не знал. Выслушай, взывал я, и я буду говорить, и что буду спрашивать у Тебя, объясни мне» (Иов.42:3–4). Но когда Иов пережил близость Бога, он уже сам не захотел задавать вопросы о причинах страдания – это больше не имело для него смысла, потому что ему открылось самое главное: «Я слышал о Тебе слухом уха; теперь же мои глаза видят Тебя; поэтому я отрекаюсь и раскаиваюсь в прахе и пепле» (Иов.42:5–6). Именно встреча с Богом, а не какое-то отвлеченное знание, позволила Иову по-новому увидеть себя и весь мир. Иов «раскаивается не в нарушении заповедей Божиих, которым был верен всю жизнь, а в том, что не познал Премудрости Божией, проявленной в мире. Его вопросы о справедливости, о соотношении добра и зла в мире остаются без ответа, но он преклоняется с верой перед тайной Бога живого. Иов понял, что Бог никому не должен давать отчета о делах Своих»⁶⁷¹. «Иов не раскаялся в своих словах и не взял их обратно, но понял, что ему нет смысла продолжать жаловаться... В своем последнем ответе Богу он выражает не раскаяние, но отказ от сетований и уныния. Теперь он стал снова доверять Яхве»⁶⁷².

В душе Иова наконец воцарился мир; просветленный, он вручает свою судьбу Богу и со спокойным сердцем принимает все, что Бог посылает ему.

Книга Иова не дает готового простого ответа на вопрос, почему хорошие люди претерпевают страдания, но она утверждает, что беды и несчастья далеко не всегда следует воспринимать как наказание и кару Бога. Страдания каждого человека остаются тайной, раскрыть которую может только он сам, обратившись к Богу. Книга Иова говорит о том, какую положительную ценность может иметь перенесение страданий. История Иова, рассказанная с большой поэтической силой и драматизмом, помогает понять, что страдания позволяют человеку как бы подняться над его привычным существованием и открыть путь к встрече с Богом; а переживание присутствия Бога имеет силу наполнить жизнь страдальца подлинным смыслом и светлой радостью, над которой не властны внешние обстоятельства⁶⁷³.

В Эпилоге книги кратко описывается дальнейшая судьба Иова: Бог вернул Иову здоровье и любовь родных и близких, у него родилось столько же детей, сколько было раньше, он получил вдвое больше богатства. В счастье и благополучии Иов прожил еще 140 лет⁶⁷⁴. Таким образом Господь перед всеми засвидетельствовал правоту Иова. О друзьях Иова Бог сказал, что они не так верно говорили о Нем, как Иов, и должны очистить свой грех – Бог повелел им принести в жертву семь волов и попросить Иова помолиться о них.

Эта оценка речей Иова и его друзей очень значима. В течение долгого периода испытаний Иов не переставал верить в благость Бога и не отступился от Него. При том что Иов находился на грани отчаяния, свои тяжелые мысли и переживания он вверял Богу, с предельной искренностью и откровенностью раскрывая пред Богом свою душу. И Бог высоко оценил прямоту Иова и откликнулся на нее. Иов не переставал любить Бога, даже когда жаловался и бунтовал; Иов может быть охарактеризован как «богоугодный богоборец»⁶⁷⁵. А друзья Иова, желая доказать справедливость Божьего суда, сами оказались несправедливы к Иову – они могли бы засвидетельствовать пред Богом, что Иов – праведник, но испугались за себя. Они неверно говорили о Боге, доказывая, что Ему безразлична судьба отдельного человека. Их формальные благочестивые слова были неуместными в тех обстоятельствах и поэтому оскорбительными.

Иов обращался к Живому Богу, а друзья Иова представляли Бога как нечто застывшее и навсегда определенное, как внешний «механизм» воздаяния; они довольствовались стандартными схематичными представлениями и не предполагали возможности нового откровения⁶⁷⁶. Конечно, все книги Библии свидетельствуют, что Бог наказывает зло и вознаграждает добро, но история Иова вносит важные уточнения – принцип справедливого воздаяния не действует на земле «автоматически». Книга Иова расширяет перспективу и намекает, что не все исчерпывается привычными категориями земной жизни. Но эта мысль остается недосказанной. Окончательный ответ на горестные сетования Иова будет дан в новозаветном откровении об Иисусе Христе – Заступнике и Искупителе людей. Он, не совершивший ни единого греха, добровольно принял страшные страдания за грехи людей всего мира, и Благая весть возвестит о Его победе над смертью, реальности воскресения мертвых и вечной жизни⁶⁷⁷.

Книга Екклесиаста⁶⁷⁸ выделяется среди ветхозаветных Писаний своим скептицизмом – все земные ценности предстают в ней как «суета сует». Смысл слова «Екклесиаст» (евр. Кохелет) может быть передан как «говорящий в собрании», или Проповедник⁶⁷⁹. Писатель называет себя сыном Давида, «царем над Израилем в Иерусалиме», что позволило в древности отождествлять его с Соломоном⁶⁸⁰. Фигура Соломона как нельзя лучше сочетается с выраженным в книге провозвестием: Соломон был великим мудрецом и одновременно богатым царем, изведавшим все земные наслаждения.

Книга Екклесиаст насчитывает 12 глав, она может быть поделена на шесть тематических разделов или поэм.

Структура Книги Екклесиаста

Попытка постижения жизни, предпринятая Екклесиастом

«Суета сует, сказал Екклесиаст, суета сует, – все суета!» (Еккл.1:2–3). Еврейское слово «суета» («хевель») буквально означает «туман», «дым», а также «бессмыслица», «иллюзия»⁶⁸¹.

Екклесиаст рассказывает историю своей жизни: он решил «...исследовать и испытать мудростью все, что делается под небом: это тяжелое занятие дал Бог сынам человеческим, чтобы они упражнялись в нем» (Еккл.1:13).

Для начала он испробовал все то, о чем обычно мечтают люди: он стал «великим и богатым больше всех», и окружил себя роскошной обстановкой и драгоценностями, устроил прекрасные сады, нанял множество служанок и певцов. Он не отказывал себе ни в чем и испытал все удовольствия и наслаждения, к которым только могут стремиться люди. И после этого он убедился, что земные блага не принесли ему счастья – все это есть лишь суета и погоня за ветром⁶⁸² (Еккл.2:3–16). Жажду обогащения Екклесиаст называет «мучительным недугом» и объясняет, что человек никогда «не насытится серебром», ему все время будет мало (Еккл.5:9)⁶⁸³. Богатство рождает в душе постоянную тревогу и беспокойство, но конец жизни богатого будет точно таким же, как и у бедняка: «Каким вышел человек из материнского чрева, таким и вернется – нагим, не унося в руке ничего от своих трудов» (Еккл.5:14^РБО)⁶⁸⁴. Екклесиаст стал самым мудрым правителем Израиля – но и мудрость не принесла ему желанного удовлетворения: «Во многой мудрости много печали, и кто умножает познание, умножает скорбь» (Еккл.1:16–18). Он понимает, что великие дела его – лишь суета. Все плоды его трудов достанутся наследнику, который может оказаться глупцом и промотать созданное ценой стольких усилий. Тогда Екклесиаст «возненавидел... весь труд свой, которым трудился под солнцем» (Еккл.2:18). В конечном итоге мудреца постигнет та же участь, что и глупого, поэтому и мудрость Екклесиаст называет суетой.

Екклесиаст обращает свой взор на окружающий мир и пристально наблюдает за людской жизнью. Он перечисляет множество примеров несправедливости, которые он видел в мире – «...праведник гибнет в праведности своей; нечестивый живет долго в нечестии своем» (Еккл.7:15). Нередко человек получает совсем не то, что он заслужил. И Екклесиаст выносит всему окружающему один вердикт – все суета и томление духа.

Мироздание Екклесиаст воспринимает как вечный круговорот: «Восходит солнце, и заходит солнце, и спешит к месту своему, где оно восходит. Идет ветер к югу, и переходит к северу, кружится, кружится на ходу своем, и возвращается ветер на круги свои. Что было, то и будет; и что делалось, то и будет делаться, и нет ничего нового под солнцем. Бывает нечто, о чем говорят: «смотри, вот это новое»; но это было уже в веках, бывших прежде нас. Нет памяти о прежнем; да и о том, что будет, не останется памяти у тех, которые будут после» (Еккл.1:5–6:9–11)⁶⁸⁵. Так устроен мир, и человек не может ничего изменить. «Человек не властен над духом, чтобы удержать дух, и нет власти у него над днем смерти, и нет избавления в этой борьбе, и не спасет нечестие нечестивого» (Еккл.8:8).

Единая для всех участь – смерть

Самая последняя реальность, к которой сводится все на земле, – смерть. Екклесиаст постоянно возвращается к этой теме и подчеркивает, что все люди, в том числе цари и мудрецы, обречены на смерть, и перед лицом смерти все оказываются бессильными⁶⁸⁶. В конечном счете, люди не отличаются от животных: «Одна участь ждет людей и животных: умирают и те и другие, и дыхание у тех и других одно, и ничем человек не лучше животных, ибо все – пустое» (Еккл.3:19^РБО); «все идет в одно место: все произошло из праха и все возвратится в прах» (Еккл.3:22)⁶⁸⁷.

Единственное, что можно противопоставить неизбежной смерти, – это доброе имя и добрая слава, которую будут помнить следующие поколения людей (Еккл.7:1)⁶⁸⁸. Однако и слава человека рано или поздно будет поглощена неумолимым временем – никого не будут помнить вечно (Еккл.2:16).

Средоточие всего истинно мудрого и вечного – в Боге

Существование в быстротечной и повторяющейся суетной реальности может показаться безысходным, но Екклесиаст знает, что над миром пребывает Бог. Бог властен над всем, в том числе и над временем: «Что есть, то было и раньше, и что будет, уже было, и Бог возвратит прошедшее» (Еккл.3:15^РБО). Да, любая человеческая деятельность относительна – но подлинно и незыблемо то, что исходит от Бога: «Познал я, что все, что делает Бог, пребывает вовек» (Еккл.3:12–14).

Бог обладает высшей мудростью, Он все создал прекрасным (Еккл.3:11). Наблюдая существующую в мире несправедливость, Екклесиаст находит внутреннюю опору в том, что Бог все знает и все рассудит: «...Сказал я себе: и праведника и злодея будет судить Бог, ибо есть свой срок всякому делу и событию» (Еккл.3:17^РБО)⁶⁸⁹.

Исследуя мудростью мир, Екклесиаст видит «все дела Божии» и сознает, что «человек не может постигнуть дел, которые делаются под солнцем» (Еккл.8:17)⁶⁹⁰. «Как ты не знаешь путей ветра и того, как образуются кости во чреве беременной... так не можешь знать дело Бога, Который делает все» (Еккл.11:5). Именно присутствие Бога в мире не позволяет Екклесиасту считать жизнь бессмысленной.

Значение мудрости

Называя все земное суетой, Екклесиаст разделяет добро и зло, мудрость и глупость. Он неоднократно подчеркивает значимость мудрости: Екклесиаст признает, что «...преимущество мудрости перед глупостью такое же, как преимущество света перед тьмою: у мудрого глаза его – в голове его, а глупый ходит во тьме» (Еккл.2:13–14). Мудрость помогает человеку обращать различные обстоятельства себе во благо; «кто мудр, тот сильнее, чем десять правителей города» (Еккл.7:19^РБО); «слова из уст мудрого – благодать, а уста глупого губят его же» (Еккл.11:12).

Мудрость помогает человеку выбирать правильный момент для каждого своего действия. Процитируем наиболее известные слова Книги Екклесиаста: «Всему свое время, и время всякой вещи под небом: время рождаться, и время умирать; время насаждать, и время вырывать посаженное; время убивать, и время врачевать; время разрушать, и время строить; время плакать, и время смеяться... время разбрасывать камни, и время собирать камни; время обнимать, и время уклоняться от объятий» (Еккл.3:1–5). Для каждого человеческого дела и события есть установленный Богом срок⁶⁹¹; здесь также может подразумеваться, что все, что бы человек ни предпринимал в своей жизни, он должен согласовывать с волей Божией.

Жизненные наставления Екклесиаста

Познав цену всему, Екклесиаст дает советы и наставления, как наилучшим образом прожить жизнь. Мудрец призывает делать добро и благодарить Бога, помня, что все хорошее есть дар Божий (Еккл.3:12–13; 8:15). «Во дни благополучия пользуйся благом, а во дни несчастья размышляй» (Еккл.7:14), – печаль имеет силу очищать душу: «Сердце мудрых – в доме плача, а сердце глупых – в доме веселья» (Еккл.7:2–4)⁶⁹². Екклесиаст советует быть не слишком мудрым и не слишком строгим (Еккл.7:16); он хвалит умеренность во всем.

Екклесиаст очень много говорит о труде как неотъемлемой части жизни. Посильный труд обязателен для человека⁶⁹³, а радость от плодов труда наполняет жизнь смыслом («сладок сон трудящегося...» – Еккл.5:11). Большим благом является семья: «Наслаждайся жизнью с женою, которую любишь, во все дни суетной жизни твоей... которую дал тебе Бог» (Еккл.9:9)

Самое лучшее для человека – это искренне радоваться жизни, пока есть возможность: «Веселись, юноша, пока ты молод; в дни юности пусть радует тебя твое сердце...» (Еккл.11:9^РБО). «И похвалил я веселье; потому что нет лучшего для человека под солнцем, как есть, пить и веселиться: это сопровождает его в трудах во дни жизни его, которые дал ему Бог под солнцем» (Еккл.8:15). Но это веселье не должно быть безудержным и эгоистическим – человеку следует всегда помнить Того, Кто подарил ему радость и успех в трудах (Еккл.12:1). Последние слова книги звучат так: «Выслушаем сущность всего: бойся Бога и заповеди Его соблюдай, потому что в этом все для человека; ибо всякое дело Бог приведет на суд, и все тайное, хорошо ли оно, или худо» (Еккл.12:13–14)⁶⁹⁴.

Книга Екклесиаста производит на читателей очень сильное впечатление; она ставит вопрос о смысле человеческой жизни. Исследовав и испытав все и даже саму мудрость, Екклесиаст выражает убеждение, что в человеческом существовании все изменчиво, непостоянно и скоротечно. В земном круговороте Екклесиаст не видит высшего смысла и поэтому считает его суетой. Но, будучи мудрецом, он ощущает присутствие Бога, сотворившего мир. Доверие к Богу – единственная опора, благодаря которой Екклесиаст находит путь к внутреннему успокоению. Екклесиаст посвятил себя занятию, которое имеет объективную важность и ценность,– он «учил народ знанию» (Еккл.12:9). Екклесиаст учил, что твердую опору и смысл жизни можно обрести только в Боге и Его заповедях. И хотя сам Екклесиаст был убежден, что все сделанное людьми будет предано забвению, его печальная и исполненная надежды на Бога книга пережила много веков, и его размышления продолжают волновать умы читателей вплоть до наших дней.

Книгу Екклесиаста было положено читать на великом празднике Кущей, когда люди благодарили Бога за собранный урожай, и это неслучайно. Мудрец свидетельствует, что все рано или поздно проходит, и именно поэтому нужно научиться радоваться мелочам жизни и ценить каждый момент.

В отличие от более ранних ветхозаветных авторов, Екклесиаст не может удовлетвориться мыслью, что жизнь человека будет продолжаться в его потомках. Человек для Екклесиаста – в первую очередь отдельная личность, а не часть какой-либо общности (семьи, рода, государства), и поэтому он остро переживает смертность человека. Высказанное Екклесиастом разочарование в земных благах и земной справедливости знаменует собой переходный этап в развитии ветхозаветной веры. Екклесиаст ощущает тоску по более полному откровению: «Все труды человека – для рта его, а душа его не насыщается» (Еккл.6:7). Выраженную Екклесиастом духовную жажду утолит Иисус Христос, Который Сам есть «путь и истина и жизнь» (Ин.14:6). Иисус, сын Божий, победит смерть и сможет подарить каждому человеку неразрывную связь с Богом и причастность к вечности.

Песнь Песней (евр. Шир ха ширим – «Лучшая из песен») – совершенно особенная книга в Ветхом Завете. Она представляет собой гимн любви: девушка и юноша попеременно обращаются друг к другу и в ярких образах выражают свои чувства. Песнь Песней отличается необыкновенной динамичностью и выразительностью; текст изобилует сравнениями, метафорами, рефренами. Составление книги традиционно приписывалось Соломону: Соломон сложил тысячу пять песен (3Цар.4:32). В тексте упоминается Соломон, причем о нем говорится в третьем лице⁶⁹⁵. Книга была включена в Писание позже всех других (в ней нет упоминания имени Бога), но впоследствии пользовалась неизменным уважением и авторитетом. В иудейском богослужении она читалась на Пасху.

Книга разделяется на 7 поэм с прологом и эпилогом.

Структура Книги Песнь Песней Соломона

Книга написана от лица Невесты по имени Суламифь⁶⁹⁶, Жениха и хора девушек, причем между отдельными репликами действующих лиц нет связующих ремарок. Повествование не имеет четко выстроенного сюжета. Вскользь упоминается свадьба Соломона (Песн.3:7–11), но Жених не тождествен Соломону – он пастух, пасущий стада в горах (Песн.1:7). Книга сосредоточена на описаниях чувств двух влюбленных, которые всей душой стремятся друг к другу, несмотря на препятствия, стоящие у них на пути. Любовь описывается как могущественная сила, одолевающая все преграды: «...крепка, как смерть, любовь; люта, как преисподняя, ревность; стрелы ее – стрелы огненные; она – пламень весьма сильный. Большие воды не могут потушить любви, и реки не зальют ее. Если бы кто давал все богатство дома своего за любовь, то он был бы отвергнут с презреньем» (Песн.8:6–7).

Библия не обходит молчанием столь важную сторону жизни, как любовь между мужчиной и женщиной; книга Бытия раскрывает, что любовь и брак были даны человеку Богом уже в раю: «Оставит человек отца своего и мать свою, и прилепится к жене своей; и будут (два) одна плоть» (Быт.2:24). В Песни Песней Невеста и Жених любуются и восхищаются друг другом, восхваляют красоту любимого, сравнивая ее с величественными явлениями мира природы: «Кто эта, блистающая, как заря, прекрасная, как луна, светлая, как солнце, грозная, как полки со знаменами?» (Песн.6:10); «Вся ты прекрасна, возлюбленная моя, и пятна нет на тебе!» (Песн.4:7). Песнь Песней свидетельствует, что в соединении двоих людей осуществляется замысел Божий о единстве и гармонии сотворенного мира.

В иудейской и впоследствии христианской традиции всеобщее признание получило аллегорическое толкование Песни Песней: Жених воспринимается как образ Бога, а Невеста – как образ народа Божия, общины верующих. Показательно, что пророки Осия, Иеремия и Иезекииль уподобляли Завет между Богом и Израилем брачному союзу⁶⁹⁷. Земная любовь становится в Библии символом отношений между Богом и человеком, тем самым «Слово Божие учит о высоком достоинстве чистой человеческой любви. Неслучайно Церковь относит брак к числу своих таинств»⁶⁹⁸. Аллегорическое толкование образов Книги Песнь Песней тесно связывает ее с прочими священными книгами Библии. Неслучайно основное действие книги происходит в саду – здесь может содержаться намек на райский сад, в котором воссоединяются Бог и человек, скрепленные великой взаимной любовью.

Книга Премудрости Иисуса, сына Сирахова, относится к неканоническим книгам Ветхого Завета. Иисус, сын Сирахов, – иудейский книжник, преисполненный уважения к Закону Моисееву и Храму. В книге ему удалось объединить традиции литературы мудрости списаниями знатоков Закона, он также активно обращается к примерам из истории Израиля. Греческий текст этой книги имеет предисловие, написанное внуком автора. Внук пишет, что когда он приехал в Александрию Египетскую в 38-й году царствования царя Евергета, он увидел, что местные евреи диаспоры плохо знают Писание и заповеди Закона. Чтобы способствовать религиозному просвещению, он решил перевести книгу своего деда на греческий язык. Царь Птолемей VII Евергет правил в 170–117 гг. до Р.Х., следовательно, перевод был сделан около 132 г. до Р.Х. Еврейский оригинал книги был написан на рубеже III и II веков до Р.Х.

Книга представляет собой собрание кратких афоризмов и гимнов. Особо выделяется обширное восхваление ветхозаветных лиц, отличавшихся благочестием и мудростью (Сир.44–50), благодарственный гимн (Сир.51:1–17) и молитва о приобретении мудрости (Сир.51:18–38).

О мудрости Иисус Сирахов говорит: «Всякая премудрость – от Господа, и с Ним пребывает вовек» (Сир.1:1); а венцом мудрости является страх Господень⁶⁹⁹. Мудрость свидетельствует о себе: «Я вышла из уст Всевышнего и подобно облаку покрыла землю... Прежде века от начала Он произвел меня, и я не скончаюсь вовеки. Я служила пред Ним во святой скинии и так утвердилась в Сионе... Я – как виноградная лоза, произращающая благодать, и цветы мои – плод славы и богатства. Приступите ко мне, желающие меня, и насыщайтесь плодами моими» (Сир.24:1–12)⁷⁰⁰. Новизна по сравнению с другими учительными книгами состоит в том, что автор четко отождествляет Мудрость Божию с Законом Моисеевым (Сир.24:26–28).

Иисус Сирахов дает разнообразные советы, как проводить мудрую и добродетельную жизни в согласии с Законом, как с терпением и верой переносить испытания⁷⁰¹. Среди благ, которые приобретает мудрый человек, автор особенно выделяет дружбу: «Верный друг – крепкая защита: кто нашел его, нашел сокровище. Верному другу нет цены, и нет меры доброте его. Верный друг – врачевство для жизни, и боящиеся Господа найдут его» (Сир.6:14–16). Подобно Екклесиасту, автор нередко обращается к теме смерти – «Во всех делах твоих помни о конце твоем, и вовек не согрешишь» (Сир.7:39;14:12) – и выражает уверенность в воздаянии Божием.

Неканоническая ветхозаветная Книга Премудрости Соломона – самая поздняя из всех учительных книг. Она приписывается царю Соломону, но, по согласному свидетельству внутренних и внешних данных, написана не им – оригинальным языком книги является греческий, а Писание цитируется в переводе Септуагинты (III–I в. до Р.Х.). Автором книги был образованный иудей диаспоры: в тексте книги используются философские термины, привлекается платоновское учение о различии тела и души и бессмертии души (ср. Прем.9:15), применяется метод последовательного рассуждения. Все указывает на то, что автор имел хорошее эллинистическое образование; вероятнее всего, Книга Премудрости Соломона была написана в Александрии в I в. до Р.Х.⁷⁰²

Книга, насчитывающая 19 глав, разделяется на три части.

Структура Книги Премудрости Соломона

Автор называет свойства Мудрости⁷⁰³ и говорит, что именно она упорядочила все творение и руководит всеми событиями истории; тем самым Мудрость фактически отождествляется с Богом, правящим миром. С другой стороны, Мудрость не сливается с Богом: она «есть дыхание силы Божией и чистое излияние славы Вседержителя: посему ничто оскверненное не войдет в нее. Она есть отблеск вечного света и чистое зеркало действия Божия и образ благости Его. Она – одна, но может все, и, пребывая в самой себе, все обновляет, и, переходя из рода в род в святые души, приготовляет друзей Божиих и пророков... Она прекраснее солнца и превосходнее сонма звезд; в сравнении со светом она выше; ибо свет сменяется ночью, а премудрости не превозмогает злоба» (Прем.7:25–27:29–30)⁷⁰⁴. Автор изображает безумие поклонения мертвым идолам – изделиям рук человеческих – и обличает язычников в том, что они, познавая прекрасный мир природы, не познали ее мудрого Творца (Прем.13:1).

В книге находятся важные свидетельства о проникновении смерти в мир – автор говорит, что это произошло не по воле благого Бога: «Бог не сотворил смерти и не радуется погибели живущих, ибо Он создал все для бытия» (Прем.1:13–14); «Бог создал человека для нетления и соделал его образом вечного бытия Своего; но завистью диавола вошла в мир смерть» (Прем.2:23–24).

Автор не говорит о будущем воскресении умерших, но выражает неколебимую веру в бессмертие человеческой души: все происходящее в этом мире –лишь приготовление к вечной, жизни, в которой осуществится справедливое воздаяние по делам людей (Прем.3:9–10). Автор затрагивает темы земных страданий и преждевременной смерти праведников, и его слова полны надежды на Бога: «Души праведных в руке Божией, и мучение не коснется их. В глазах неразумных они казались умершими, и исход их считался погибелью, и отшествие от нас – уничтожением; но они пребывают в мире. Ибо хотя они в глазах людей и наказываются, но надежда их полна бессмертия. И немного наказанные, они будут много облагодетельствованы, потому что Бог испытал их и нашел их достойными Его. Он испытал их как золото в горниле и принял их как жертву всесовершенную. Во время воздаяния им они воссияют как искры... Будут судить племена, и владычествовать над народами, а над ними будет Господь царствовать вовеки. Надеющиеся на Него познают истину, и верные в любви пребудут у Него» (Прем.3:1–9)⁷⁰⁵.

Самое главное – это добродетельная и мудрая жизнь⁷⁰⁶; память о ней будет бессмертной (Прем.4:1). Даже если грешники имеют большое потомство и наслаждаются земными благами, это все равно останется тщетным; в конце жизни они скажут: «Какую пользу принесло нам высокомерие, и что доставило нам богатство с тщеславием? Все это прошло как тень и как молва быстротечная. Как после прохождения корабля, идущего по волнующейся воде, невозможно найти следа, ни стези дна его в волнах... так и мы родились и умерли» (Прем.5:8–10:13). «А праведники живут вовеки; награда их – в Господе, и попечение о них – у Вышнего» (Прем.5:15).

В книгах Притчей, Иова, Иисуса сына Сирахова, Премудрости Соломона утверждается, что Мудрость тесно связана с Богом – она и соединена с Ним, и одновременно отлична от Него. Новозаветное откровение возвестило, что великая Мудрость Божия приблизилась к людям и вошла в их жизнь. Согласно христианским толкователям, Премудрость есть Сын Божий Иисус Христос, пришедший на землю ради просвещения и спасения людей.

1) Каковы основные особенности древней литературы Мудрости? Кто были первыми составителями литературы Мудрости в Израиле? Что было объектом внимания израильских мудрецов?

2) Расскажите, как Книга Притчей Соломоновых излагает учение о Мудрости. Как в ней определено отношение Мудрости к Богу? Что включает в себя понятие «Глупость»?

3) На основании афоризмов Книги Притчей расскажите, как следует строить жизнь сообразно с мудростью.

4) Какой актуальной и сложнейшей проблеме посвящена Книга Иова? Что, согласно Прологу книги, хочет доказать Богу сатана? Что оказалось самым тяжелым для Иова в период его испытаний?

5) Какие убеждения высказывали друзья Иова? Почему в беседе с Иовом друзья продолжали настаивать на его виновности пред Богом? Почему Иов упорно отказывался покаяться и в то же время не хотел хулить Бога? Чего желал Иов?

6) Что сказал Бог Иову, явившись ему? Почему явление Бога успокоило и умиротворило Иова, хотя Бог не дал прямого ответа на его вопросы? Каков нравственный вывод книги?

7) Что означает выражение «суета сует»? Перечислите, какие человеческие ценности Екклесиаст именует «суетой». Почему, согласно Екклесиасту, любые совершенные усилия в результате сводятся к ничтожным результатам?

8) Что предлагает Екклесиаст в качестве положительных ценностей? Почему христианские толкователи говорят о переходном характере этой книги?

9) Почему Песнь Песней выделяется среди библейских книг? Какая в ней описывается любовь? Каково аллегорическое толкование образности этой книги?

10) Назовите основные темы книг Премудрости Иисуса сына Сирахова, и Премудрости Соломона. В чем особенность учения о воздаянии в Книге Премудрости Соломона?