святитель Феофан Затворник

Часть 8. В неделю первую Великого поста

В неделю первую Великого поста (что должно быть во всяком причастнике Христовых Тайн, приявшем в них Господа; и в ком нет Господа)

Господь наш Иисус Христос сказал: «Ядый Мою Плоть и пияй Мою Кровь во Мне пребывает, и Аз в нем» (Ин. 6, 56). Возрадуйтесь, благоговейные причастники! Сколько неложно слово Господа, столько же несомненно, что Господь в вас, по Причащении Святых, Пречистых и Животворящих Его Тайн. Но, братие, Господь, пришедши и вселившись в нас, не может оставаться несвидетельствованным в сем внутреннем в нас действовании, как не оставляет Он Себя несвидетельствованным во внешнем о нас Промышлении, «с небеси нам дожди дая и времена многоплодни» (Деян.14, 17). Сам Он говорит: «Кто отверзает двери сердца, Я войду к нему и вечеряю с ним, и он со Мною» (Откр. 3, 20). Итак, вечеряете ли вы с Господом и Господь с вами? Сей вопрос предлагаю вам ради того, что из вас, присущих здесь, может быть, нет ни одного, кто бы не причастился уже Христовых Тайн. Что же, началось ли в вас то, что должно быть очевидным плодом сего преславного Таинства?

Господь, пришедши, приносит Вечерю с Собою: приносит все духовные блага во спасение, которых Он есть единственный Источник, и дает их вкушать душе. Войдите же внутрь и смотрите.

Господь свет есть. Свет приносит Он с Собою и в душу, приявшую Его. Как, когда в темную комнату вносится светильник, обильно светящий, комната та и все находящиеся в ней предметы, от большого до малого, становятся видимыми с самым светильником и с тем, кто принес его, таким же образом свет духовный озаряет душу, приявшую Господа. Это – свет ведения и разумения всего Домостроительства нашего спасения. Ясно сознаются в нем наша ничтожность и беспомощность и великое Божие к нам снисхождение, спасающее нас со всеми соприкосновенными тому истинами: о Единосущной Троице, о творении и Промышлении, нашем падении, Воплощении Бога Слова, Его крестной смерти и Воскресении, об устроении Святой Церкви, общении Небесных с земными и наследии, уготованном на Небе верующим и труждающимся в жизни по вере, – словом, со всею совокупностью спасительных истин. Истины сии ведомы нам и всегда, как христианам, но, пока мы не вступаем в жизнь по Христе, ведение сие пребывает внешним. Господь же, пришедши, сорастворяет их не с умом только, но со всем существом духа нашего, до того, что после сего не остается ни тени сомнения, ни момента забвения. Но как верно, что свет теперь окружает нас и освещает все окрест нас и мы то сознаем неотразимо, так приявший Господа умом сознательно стоит в тех истинах и неотходно пребывает в них, действуя в свойственном ему кругу. Так должно быть во всяком причастнике Христовых Тайн, приявшем в них Господа. Но так ли это и у нас с вами, братие?

Господь есть сила всеоживляющая. Силу духовную приносит Он с Coбой и в душу, Его приявшую. Больной расслабленный, лежа в постели, едва поднимает руки, едва говорит, едва помавает очами, но, получивши исцеление, в чувстве силы и крепости, начинает ходить и действовать не только без боли, но и с охотою, подобно расслабленному, исцеленному Спасителем, который, взяв одр, ходил, скача и хваля Бога (Ин. 5, 9, 15). Так и душа грешная – нравственно расслабленна, но, когда принимает в себя Господа, чувствует в себе духовную крепость и силу, то есть ощущает воодушевленную ревность о всяком добре и об исполнении всякой заповеди Божией, не одолимую никакими препятствиями, ни внешними, ни внутренними, воздвигаемыми от страстей и худых привычек, и не пресекаемую ни нерадением, ни отлагательством. И всегда мы делаем понемногу добро, но делаем, когда оно само, так сказать, попадется под руки и в исполнении не требует пожертвований и особых усилий. Но тут возрождается сильная энергия с направлением всех помышлений, желаний и намерений на одно богоугодное, что выражается не только живостью, но некоторою неудержимостью в трудах доброделания и благочестия, не чувствующею усталости и сытости. Так должно быть во всяком причастнике Христовых Таин, приявшем в них Господа. Но так ли это у нас с вами, братие?

Господь есть мир. Мир приносит Он с Собою и в душу, Его приявшую. Как на море Тивериадском поднявшуюся бурю сильную, взволновавшую море и приведшую в смятение Апостолов, Господь всесильным словом Своим укротив, водворил тишину большую, успокоившую и обвеселившую всех (Мк. 4, 39), так и в душе, обычно волнуемой множеством помышлений, желаний, предприятий и движений сердечных, по пришествии в нее Господа водворяется глубокая духовная тишина, ничем не возмутимая ни совне, ни извнутри, – тишина, дающая возможность внятно слышать и легкий глас, с неба ли то или с земли. Это не неподвижность, но стройность и мерность всех действий нашего духа, во всех его видах, которые, качествуя внутри, выражаются и вовне степенностию всех движений и устроением дел своих без всякого возмущения встречаемых порядков. Так должно быть во всяком причастнике Христовых Тайн, приявшем в них Господа. Но так ли это и у нас с вами, братие?

Господь есть огнь согревающий. Духовную теплоту приносит Он с Собою и в душу, Его приявшую. Как с холода внешнего входящий в теплую комнату чувствует теплоту, приятно охватывающую его по всему телу, так теплотою духовною, как одеждою какою, одевается душа по приятии Господа в Пречистых Тайнах. Свыше – благоволение Бога примирившегося, позади – заглаждение грехов, в будущем – уверенность в неизреченном наследии, отовсюду – мирное общение с невидимым и видимым: это лучи сей духовной теплоты, кои, сходясь в сердце, производят в нем горение духа, привлекающее туда все силы естества нашего, чем устрояется в нем крепкое обиталище для вмещения невместимого. Сия теплота дает сладость, рай сладости, сокровище духовное, ради которого готов человек отдать все, лишь бы не потерять его, а всегда обладать им. Так должно быть во всяком причастнике Христовых Тайн, приемлющем в них Господа. Но так ли это у нас с вами, братие?

Так, свет ведения, сила воодушевления на добро, мир душевный, сладостная теплота – это главные свидетели водворения Господа в сердцах истинных причастников, Вечеря, которою напитывает Он приявшую Его душу. Слыша сие, не один, может быть, из вас возмутится духом и спросит: «Что же, если не видит кто в себе таких свидетельств, в том нет и Господа?» Не буду ложно успокаивать вас: да, нет в том Господа. И еще далее проведу это слово: что как нет в том Господа, то нет и спасения тому.

Однако ж, смотрите, не тревожьте себя и ложными страхованиями. Может быть, нет в совершенстве сих благ, но они есть в начатках. Тогда все же надобно сказать, что они есть. Не вдруг воссиявает день, но, едва только начинает брезжиться, все знают, что ночь прошла и настанет день. Не вдруг вырастает цвет или дерево, но, едва только семя дает росток, знаем, что жизнь нового растения уже началась. Не вдруг поднимается на ноги больной, однако, коль скоро найдено лекарство и восприяло силу, знаем, что выздоровление уже в действии. Так разумейте и о плодах Принятия Пречистых Тайн, свидетельствующих о вселении в нас Господа. Нет их в силе, но, может быть, они есть в начатках. Потерпите и пребудьте в том порядке, при котором можно ожидать явления их в совершенстве, и получите чаемое. Спросите: «Как же узнать, есть ли в нас хоть эти начатки?» Отвечаю: если есть забота о спасении с трудами по исполнению всего, чем условливается спасение, ведайте, что Господь начал уже в нас Свое дело. Продолжите начатый труд с терпением и узрите, что начавший совершит. Но если уж и сего нет, значит, нет и начатков. Нерадение и беспечность о спасении – явный признак, что жизнь духа еще не начата. И надобно все сызнова переделать. He отчаивайтесь, впрочем, и в сем случае. Затем и жизнь нам еще дается, чтоб мы пришли в чувство и раскаялись. Это и сделать надо. Время благоприятное святого поста еще есть. Воспользуемся им и позаботимся пройти курс врачевания своего в говении уже надлежащим образом! Тогда, примирившись с Господом в Таинстве Покаяния и прияв Его в Пречистых Тайнах, начнем мы труд жития, который приведет, наконец, во свет и совершенство духовные блага, свидетельствующие, что Господь в нас и мы в Нем. Аминь.

12 марта 1861 года

В неделю первую Великого поста (как надо держать себя, чтоб избежать новых падений во грехи)

Так, прошли мы, наконец, поприще своего говения. Благословил нам Господь потрудиться в приготовительных к Святым Таинствам подвигах и за сей малый труд простил нам все грехи, нами исповеданные, и в чистую и пометенную таким образом клеть сердца нашего благоволил Сам прийти и вселиться чрез принятые нами Пречистое Тело и Пречистую Кровь Его. "Что же воздадим Господеви о всех, яже воздаде нам?» (Пс.115, 3).

Воздадим то, чего Он теперь ожидает от нас. А Он ничего более не ожидает, кроме того, что сами обещали Ему, когда испрашивали прощение во грехах. Обещали мы не поблажать более грехолюбию своему и все употребить усилия к неуклонному пребыванию в исполнении святых Его заповедей. И будем делать так. И если будем в точности исполнять сие обещание, то и Господь будет исполнять в отношении к нам, что обещал всем истинным причастникам Пречистых Тайн: «Ядый Мою Плоть и пияй Мою Кровь во Мне пребывает, и Аз в нем» (Ин.6, 56).

Господь неложен в слове Своем. Как сказал, так и будет. Но наше слово не всегда бывает верно. Как ни искренни бываем мы, когда даем его, всегда остается место сомнению, будем ли исполнять его. Сначала решимость наша бывает тверда, но потом расшатываются мысли, и падает крепость наша. Сколько ведь уже раз обещались, и всё падали снова! Вот почему нам надобно уговаривать себя самих употреблять заботу и труд к тому, чтобы устоять, по крайней мере в нынешний раз. Авось, при помощи Божией, в сей раз устоим. Бывают же люди, которые устаивают и не поддаются прежним влечениям. Отчего же нам, наконец, не достигнуть сего блага? Господь близ. Помощь Его готова. Остается только нам с своей стороны сделать все к тому потребное.

Мне кажется, что можно очень легко в этом успеть, если будем хранить неугасимым жар ревности о богоугождении, которым теперь исполнено благодарное ко Господу сердце наше. Если б всегда в нас было это ревнование, никакой помысл худой не смутил бы нас, никакое искушение не поколебало бы нас, никакое препятствие не положило бы преград добрым начинаниям нашим и трудам. И враги далеко бежали бы от нас, и страсти не спешили бы являться с своими требованиями.

Что такова точно сила ревности, об этом пространно пишет святой Исаак Сирианин в 60-м слове «О различных способах брани...».

«Которые, – говорит он, – мужественны, сильны, ни во что вменяют смерть, исходят на дело с великою ревностию, предают себя на всякое искушение и на смерть, пренебрегают жизнию мирскою и телесною и всеми искушениями, навстречу тем не вдруг выходит диавол и долго не показывает себя им, сдерживается, дает им место и не встречается с ними при первом их устремлении, и не вступает с ними в брань. Ибо знает, что всякое начало брани бывает горячее, и известно ему, что подвижник имеет великую ревность и ревностные воители нелегко побеждаются. Делает же сие диавол, не их самих устрашаясь, но боится он окружающей их, страшной для него Божественной силы. Посему, пока видит их таковыми, не осмеливается даже прикоснуться к ним до тех пор, как увидит, что охладели они в ревности своей».

Видите ли, какова сила ревности о святом и богоугодном житии? Божественная сила окружает ее и всякое вражеское действие далеко отражает. Чье сердце исполнено ревности такой, с тем Господь, а с кем Господь, в том сила на всякое добро и мужество против всякого зла. Так верно храни ревность и исполнишь обещание свое не поблажать греху и ходить в богоугождении. Напротив, как только попустишь охладеть ревности, не избежишь падения. Ибо вот что говорит далее святой Исаак: «Во время же лености их (когда, то есть, разленятся ревнители охладевшие) враг обращает на них внимание, когда уклонятся несколько от первых горячих помыслов своих и сами от себя начнут изобретать то, что служит к одолению их в них же источающимися ласкательствами мудрования их, и сами от себя душам своим искапывают ров погибели от лености происходящим парением помыслов, от которых в них воцаряется холодность».

Вот вся тайна! Если сохраним ревность свою в силе, то избежим новых падений, а в добре преуспеем и укрепимся. Напротив, коль скоро ослабеет и охладеет наша ревность, ослабеет внимание к себе, начнется парение помыслов, станут возникать движения страстей, появятся внутренние на них согласия, а за тем недалеко и дело. Вот и опять пали. И опять мрак и смятение, и отпадение от Господа, и опять пагуба в рабстве греху и сатане. Почему вот что затем советует каждому из нас святой Исаак:

«А ты, человек, исходящий вслед Бога, во всякое время подвига своего помни всегда первую ревность и те пламенеющие помыслы, с какими исшел ты и вступил в воинские ряды. Испытывай себя каждый день, чтоб горячность души твоей не охладела в ревности, воспламенившейся в тебе при начале, и чтоб не лишиться тебе орудий, в какие облечен ты в начале подвига».

Полагаю, что при сих словах в душе вашей рождается желание знать, как же бы в самом деле сохранить нам свою ревность, и коротким ответом хочу удовлетворить явлению вашему. Вот что делайте.

Каждое утро, как только откроете глаза, первым делом считайте всегда – восстановить сию ревность во всей силе. Произвести сие может и одно собрание себя внутрь и умственное обращение к Господу. Если это слабо, приложите поклоны, большие и малые, и в соразмерном количестве. Если и это не произведет полного действия, станьте и пройдите воспоминанием все, как в нынешнее говение дошли вы до решимости переменить жизнь, стараясь воспроизвести все те мысли и чувства, какие тогда были и действовали на вас, и особенно ту мысль, которая больше всех поразила вас. При этом поставьте себя в час смерти или на Суд Божий, когда из уст Божиих готово изыти решительное о вас определение. Если искренно будете производить сию мысленную работу, искание ваше и молитва ко Господу принесут плод, восстанет ревность ваша, с которою потом благонадежно исходите «на дела свои и на делания свои до вечера» (Пс. 103, 23).

Если почему-либо и, вернее, по вражескому навету, в душе явится позыв сделать себе в сем отношении какую-либо поблажку, не утруждать себя предложенною работою, то отрезвите ее страхом падения. Ибо если утром оставите ревность невосстановленною, то за делами дня совсем охладеете! Не дивно, что и падете. Падете? Потеряете благодать и Бог знает, возвратится ли она к вам и восстанете ли вы снова. «Земля бо, пившая сходящий на ню множицею дождь... и износящая терния и волчец, непотребна есть и клятвы близ, еяже кончина в пожжение» (Евр.6, 7–8). Это страшное слово: «клятвы близ», то есть, что Господь бросит вас совсем и оставит вас в руках падения вашего, если еще попустите себе охладеть и пасть, пусть чаще звучит в ушах. Оно воскрешать будет всякий раз чувство опасения за себя и приводить в напряжение ослабевающие силы.

Воскресив утром жар ревности вашей, поддерживайте его потом и в продолжение всего дня. А для сего храните внимание ваше нерассеянным. Стойте умом вашим в сердце пред лицем Господа и не попускайте мыслям вашим блуждать попусту в мечтательных представлениях. Блуждающие помыслы отдаляют человека от себя самого и тем самым охлаждают, а сверх того, легко могут навести на предметы вашей страсти и, прежде чем опомнитесь, разбудить уснувшую страсть и, может быть, выманить и согласие на нее. А после сего далеко ли до падения?

В пособие сему внутреннему настроению озаботьтесь всю свою жизнь перестроить по требованиям новой жизни, причем всем своим делам и занятиям дайте свое место, свое время и свою меру. Пусть все у вас будет определено: как вам быть одним, как с домашними, как со сторонними, как устроять дела своего ремесла, звания и должности, – и все направлено к одному тому, чтоб всем угождать Господу и во всем исполнять одну святую волю Его. Все же то, что может раздражать вашу страсть и ваши прежние дурные привычки, решительно отстраните. Учреждением такого порядка вы оградите жизнь свою от всех случаев к падению и сделаете, что она вся будет тещи у вас стройно, не нарушая, а более и более укрепляя внутренний строй ваш.

Так устроясь внутренне и внешне, вы будете непрестанно ревновать о богоугождении, или от одного богоугодного дела переходить к другому. Останется только еще борьба со внезапно возникающими помыслами, желаниями, страстными движениями и внешними препонами благим начинаниям вашим. При внимании и неослабном усердии и это не поставит вас в большое затруднение, и не только не ослабит вашей ревности, напротив, постоянно будет раздражать ее и тем возвысит и укрепит, подобно тому, как воина не охлаждает, а разгорячает борьба с врагами, нападающими на него.

Я не поминаю о том, что не должно никак вдаваться в пустые развлечения и всячески избегать соблазнов или близких и далеких поводов и случаев ко греху. Это отстранится само собою, когда перестроите вы все порядки жизни своей по духу новой жизни. Что же касается до частных обстоятельств и дел, могущих подвергнуть опасности доброту вашей жизни, ищите относительно их вразумления в святых книгах и в совете отеческом или братском. Положите вы законом чаще обращаться к духовному отцу, которого изберет душа ваша, и с ним пересматривайте все, что бывает в душе вашей и что встречается в жизни вашей вовне. «Спасение... – говорит Премудрый, – во многом совете" (Притч.11, 14). Кто читать умеет, имейте под руками душепасительные книги и в них ищите себе вразумления и просветления мыслей ваших в нужное (тяжелое) смутное время. Они во многих случаях могут заменить недостаток опытного внешнего руководства.

Вот общее начертание того, как надо держать себя, чтоб сохранить ревность свою и избежать новых падений во грехи. Действуя так, вы верно исполните, что обещали Господу, когда говорили: «Согрешил, не буду». Видя же труд ваш, и Господь исполнит Свое обетование быть с вами и действовать в вас во спасение ваше, по всей широте, долготе и высоте вашей Ему преданности и готовности все обращать во славу Его. Аминь.

13 февраля 1866 года

В неделю первую Великого поста (если падешь снова, кто знает, встанешь ли?)

«Се, здрав еси, ктому не согрешай, да не горше ти что будет» (Ин.5, 14), – сказал Господь расслабленному по исцелении его. Сей же утешительный и вразумительный глас и мы все слышали, когда на исповеди получили разрешение во грехах своих. Теперь всем покаявшимся и разрешенным возвращено здравие душевное и все пришли в свой порядок и чин. Что прочее требуется? Требуется блюстись, чтоб опять не впасть в ту же беду. Бросил грех – не возвращайся на него. Получил помилование – не подвергайся опять гневу и осуждению. Вступил на правый путь – не уклоняйся с него. Снова будет враг влечь тебя в свою область тьмы – не поддавайся. Будет он ухитряться, чтоб отуманить тебя льстивыми обещаниями – не вдавайся в обман. Знаешь, как зол грех, знаешь, как трудно одолеть его, – не входи же снова в содружество с ним. Помог тебе Господь, встал ты – стой же и мужайся и да крепится Сердце твое.

Враг будет нашептывать тебе: «Падешь – опять встанешь». А ты противопоставь ему свою речь: «Встал я теперь, благодарение Господу! Но, если снова паду, не могу сказать, встану ли. В руках же падения навсегда оставаться не хочу, не хочу быть рабом греха и жертвою геенского пламени». Так отражай лесть врага. И сим страхом нового падения в грехи отрезвляй душу свою и воодушевляй ее на шествие путем начатого самоисправления.

Утверди ты в себе то очень вероятное помышление, что, если падешь снова, кто знает, встанешь ли? А останешься в падении – погибнешь. Враг будет сбивать уверением, что Господь милосерд. Помиловал и опять помилует. Точно, милосерд Господь, но сей милости Его к нам есть мера. Есть мера долготерпению Божию. Прощает-прощает, а наконец видя, что грешник все снова отдается греху, совсем оставляет его в руки падения его. Разверните Книгу пророка Амоса и начинайте читать. В 1-й и 2-й главах изображаются у него суды Божии на Дамаск, Газу, Идумею, на иудеев, израильтян и другие народы. Ко всем им одинаково слово Господне. «Раз, два и три согрешил Дамаск: прощал Я его. Когда же теперь и в четвертый раз он оказал свое нечестие, не отвращусь ли его?» (Ам. 1, 3–4). Отвращался и посылал наказание. «Раз, два и три прощал Я Газу, в четвертый не отвращусь ли ее?» (Ам.1, 6–7). Отвращался и посылал казнь. «Раз, два и три щадил Я иудеев и израильтян, в четвертый не отвращусь ли их?» (Ам.2, 4–5). Отвращался и наказывал. Так бывает и с нами. Согрешит кто и покается, простит Господь. Еще согрешит и покается, еще простит. И еще простит. И еще простит. Наконец, видя, что у нас все то же и то же, полагает такое решение: «Столько и столько прощал, если и еще то же начнет делать, отвращусь от него». Сей-то суд и да напишет в сердце своем всякий, опять влекомый на грех. Прощал Господь доселе, а теперь, если падешь, – страшись, не отвратился бы Он от тебя вконец. Фараону сколько раз прощал Бог его упорство? Наконец, бросил его и сделал распоряжение о выходе израильтян, не дожидаясь его согласия. И хоть потом опомнился фараон и поспешно приказывал: «Подите скажите, чтоб скорее выходили» (Исх. 12, 31, 33), это не помогло ему и суда о нем Божия не отвратило. Так и ко всякому может истощиться, наконец, Божие милосердие. И то наипаче страшно, что мы не можем сказать, когда именно ударит час сего истощания. То отвержение Божие по четвертом преступлении, что значится у пророка Амоса, и эта казнь фараону после десятикратного противления Богу не означают, что можно спокойно предаваться в узы греха, с нарушением обета до двух и трех раз, а показывают только, что есть предел милованию Божию: когда же он застигнет кого, неведомо. Утверди лучше в мысли твоей, что для тебя он последует тотчас после падения, которому готов ты предаться, и тем отрезвляй мысль свою и придавай мужества сердцу на сопротивление возникающим порывам. Приводи себе на память несчастие Сампсона. Однажды и дважды входила в него сила разорвать узы, которыми опутывали его филистимляне по предательству Далилы, но и в последний раз, когда острижены были волосы его, он не ожидал, чтоб не пришла к нему та же сила, а вышло иначе. Отступил от него Господь и предал его в руки врагов его. Сам же Сампсон и не думал, что уже постигло его Божие отступление, напротив, проснувшись, говорил: «Изыду, якоже и прежде, и отрясуся», то есть стряхну эти узы, «и не разуме, яко Господь отступи от него» (Суд.16, 20). Вот и народ иудейский миловал-миловал Господь, а наконец что изрек? «Се оставляется вам дом ваш пуст» (Мф.23, 38). Но ни первосвященники, ни старцы, ни книжники и никто другой думать не думали, что уже постигло их сие грозное определение.

Сего-то грозного суда бойся, когда начнет тебя снова влечь грех. Бойся, чтоб и о тебе не сказал наконец Господь: «Се, оставляется... дом твой пуст". Милостив Господь ко всем грешникам и с клятвою уверяет, что не хочет «смерти грешника, но еже обратитися... и живу быти ему» (Иез.33, 11). Но ты сам частыми своими падениями доведешь себя до того, что с тобою ничего нельзя будет сделать. Восстание от падений есть то же, что починка платья, или дома, или другой какой вещи. Бывает же так, что иную вещь чинят-чинят, а наконец бросают оттого, что уж и чинить ее нельзя, не к чему рук приложить. То же может случиться и с душою. Исправляет ее Господь, исправляет, а наконец совсем бросает оттого, что своими частыми падениями она наконец так расстраивает себя, что ее и поправить нельзя. Ибо на чем основывается возможность восстания нашего? На добре, в нас остающемся, несмотря на то, что работаем мы греху. На сие добро нисходит благодать, оживляет его и дает ему перевес над злом. И встает человек. Но каждое новое падение все более и более снедает наше добро, после каждого падения все менее и менее остается его в нас, и, следовательно, менее и менее остается места, куда низойти может благодать, чтоб восставить нас. Что дивного, если наконец и все свое добро истратим мы в рабстве греху и потеряем, таким образом, возможность восстания. Не останется для нас никаких к тому средств.

Припомните, как опомнились вы в последний раз и встали. Пришли спасительные помышления и отрезвили. Или страх смерти и Суда, или пагубность греха, или стыд пред Господом Спасителем, или другое что сильно подействовало на душу, поразило ее. Душа пришла в себя и при помощи Божией бросила грех, покаялась и стоит теперь в намерении не оскорблять более Бога грехопадениями. Если же снова падете вы в грех, то какими потом мыслями потрясете вы себя, когда уже все, могущие потрясать, перепробованы и свою потрясающую для вас силу истратили на теперешнее ваше восстание? Для следующего возбуждения вас силы в них не осталось. С спасительными помышлениями бывает то же, что с лекарствами. Как от частого употребления лекарств в теле притупляется чувствительность к ним, так и в отношении к потрясающим и возбуждающим истинам душа теряет, наконец, всякое чувство. Ни угрозы, ни обещания, ни смерть, ни ад, ни рай, ни яд и горечь греха – ничто не поражает и не приводит в движение души. Она сделается, как камень. И что же тогда с нею будет? То же, что присуждает Апостол земле, пившей «множицею» сходивший на нее дождь и износившей одни «терния и волчцы»: «непотребна есть... клятвы близ, еяже кончина в пожжение» (Евр. 6, 7–8).

Приложите к сему, что частое падение в грех образует привычку грешить, которая вяжет бедную душу и тирански держит ее в рабстве у себя. Пусть даже один грех обратится в привычку, он всю душу пленяет и во всей мучительски властвует. Посмотрите, что делает паук с своею добычею? Часть за частью опутывает у ней тонкою паутиною, пока запутает ее всю, после чего она хоть делает еще некоторые движения, но они бессильны освободить ее. Так и грех, к коему частым падением привыкает человек, силу за силою в нем проникает, пока исполнит собою и душу, и тело и на все отправления их наложит узы рабства себе. Хоть потом и приходит иногда человеку на мысль бросить свой грех, но душа, видя, как многоплетенно запуталась в нем, не решается поднять руки, чтоб распутаться, и предается совсем безнадежию одолеть грех, как пишет Апостол о язычниках, что они «в нечаяние (бесчувствие) вложшеся, предаша себя студодеянию (распутству), в делание всякие нечистоты в лихоимании» (Еф.4, 19), и как евреи, заморенные рабством египетским, даже тогда, как от лица Божия принес им Моисей обещание свободы, не верили, чтоб это могло совершиться.

Итак, покаявшиеся и вступившие в добрый путь, бойтесь снова впасть в грех. Увидьте сквозь прелесть греха, покушающегося снова увлечь вас, решительную свою пагубу. Не смотрите на него легко, а как на пропасть зияющую, на ад отверстый и готовый поглотить вас безвозвратно. И опасением такой горькой участи отрезвляйте свою мысль и чувства сердца отвращайте от греха. Борьба, конечно, неизбежна. Но стоящему легче бороться, чем падшему. Встали? Стойте же и боритесь. Господь будет вам Помощник. День ото дня все легче будет становиться борьба. Наконец, она и совсем стихнет. Добро возьмет преобладающий верх – и потечет ваша жизнь мирно, путем богоугодного доброделания, и приведет вас к блаженному исходу отселе в вечные райские обители. А если снова падете, опять пойдет смятение мыслей и чувств, опять мрак и томление, опять страхи и мучения совести, опять туга и всякое нестроение. Начнете опять маяться в рабстве греху и, может быть, без конца, и, промучившись здесь, ввержены будете в нескончаемые муки по смерти в грехах неоплаканных и неисправленных.

Господь, давший вам возникнуть от диавольской сети, «Той да совершит вы, да утвердит, да укрепит, да оснует» (1Пет.5, 10). И будет так, если и вы сами будете трезвиться и бодрствовать, ведая, что "супостат наш диавол, яко лев рыкая, ходит, иский кого поглотити» (1Пет.5, 8). Аминь.

Комментарии для сайта Cackle