святитель Феофан Затворник

Послание святого апостола Павла к Ефесянам, истолкованное святителем Феофаном

Надпись и приветствие (Еф. 1:1, 2)

Еф. 1:1. Павел, посланник Иисус Христов волею Божиею, святым сущим во Ефесе и верным о Христе Иисусе.

"Павел". Собственное имя Апостола – Савл. Но в качестве гражданина римского он носил и другое имя – Павел, которое и стал исключительно употреблять, когда углубился в массу язычества с проповедию о Христе Иисусе. Его он ставит и во всех своих посланиях. Под ним остался он ведом и в христианском мире, который преимущественно состоит из обращенных язычников.

«Посланник». Апостол – сан святого Павла в благодатном Царстве Христовом, самый высокий. Сам Господь назвал так 12 учеников Своих (Лк. 6:13), избрав их для того, «да посылает их проповедати» (Мк. 3:14). Святой Павел в другом месте исповедует, что и он поставлен Апостолом и проповедником, чтоб всюду разносить свидетельство о той истине, что «един есть Бог и един ходатай Бога и человеков, человек Христос Иисус» (1Тим. 2:5, 6). – Значение лиц, кои посланники суть, известно из общего употребления. Не иное оно и в благодатном Царстве. Разность – от лица посылающего, от полномочий посланного и предмета посольства. Послов греки называют πρεσβευς; – представитель государя, исполнитель воли его и блюститель интересов своего государства. Таковы и Апостолы – посланники Божий, исполнители воли Его и блюстители интересов Царства благодатного. Почему в этом же послании святой Павел, прося у ефесян молитв, чтоб дана ему была свобода с дерзновением возвещать тайну благовествования, – прибавляет: «о немже посолъствую,πρεσβευω,во узах моих» (Еф. 6:20). Вся забота его о распространении Царства Христова, как в другом месте говорит он, «по Христе убо молим,πρεσβευομεν,яко Богу молящу нами... примиритеся с Богом» (2Кор. 5:20).

«Посланник Иисус Христов», – а «волею Божиею». Господь Иисус избрал и послал, но так, что на это была воля Бога и Отца. Сын творит, что видит Отца творяща. Что постановляет Отец, то приводит в исполнение Сын, видящий сии решения по единосущию с Отцом, пребыванию в Нем, ведению всего Отчего и участию в сем самом постановлении. «По воле Бога» Отца, которая есть и воля Сына, по единосоветию лиц Пресвятой Троицы.

Постановление – быть святому Павлу Апостолом состоялось на небе и приведено в исполнение на земле в свое время. Волю Божию о сем святой Павел узнал не по внутренним движениям чувства, а видимо и осязательно, и притом с таким сильным потрясением всего существа его, которое в один раз отрясло все налегшие на светлый ум его предубеждения, набранные им из секты фарисейской. Что он сподобился этого дара по особой воле Божией, наипаче же, что особенная была к нему благодать и милость в изменении его из врага Христова в Апостола, – это так глубоко лежало в сердце его и так неотступно стояло в сознании, что он всегда поминал об этом, как только надлежало сказать что-либо о своем Апостольстве, побуждаясь к тому и чувством благодарности за милость, и желанием дать удостоверение тем, к кому писал или говорил, что они слышат из уст его несомненно Божескую истину, так как он не сам взялся за проповедь и не людьми назначен на это дело, а послан от Самого Господа непосредственно.

Один толковник наводит при сем: так часто поминает святой Апостол о своем избрании на проповедь волею Божиею для того, чтобы напечатлеть в душах верующих, что дело проповеди, а далее и всякое служение в Церкви не должно быть присвояемо себе самочинно, а всегда должно быть принимаемо по избранию – способом, в Церкви Божией Богом установленным, в производстве коего является воля Божия. В этом же может быть побуждение для наличных служителей Божиих всех степеней – обсуждать: все ли в избрании их шло по образу, Богом учрежденному, имея во внимании при сем не внешний только порядок, но свое внутреннее состояние и свидетельство совести своей.

«Святым сущим во Ефесе», – христианам, живущим в Ефесе. – Святый есть человек чистый и непорочный, всякою добродетелию украшенный и всякого греха чуждый, не только делом совершаемого, но и в мыслях и чувствах действующего, и потому состоящий в Божием благоволении и к Богу близкий и доступный. – Ужели верующие ефесяне были таковы? – Ничего нет дивного, по живости веры и жару ревности, с какими приступали тогда к Господу, а паче по обилию благодати, за то на них изливавшейся. Грешные в Церкви суть случайность; существенная же ее принадлежность есть та, чтобы все были святы. Церкви тогда, – и частные, – были как девы чистые, не имущие скверны или порока, – святые и непорочные (2Кор. 11:2; Еф. 5:27). Святой Златоуст в этом смысле говорит: «Смотри, – святыми называет даже тех, которые имеют и детей, и жен, и слуг... Значит – такая теперь обдержит всех беспечность! Как сильно (ныне) ослабела ревность к добродетели! И как было много добродетельных тогда, когда и мирские назывались святыми и верными!»

Ныне у нас стало так, что грешность будто есть законная норма жизни между христианами, а святость, или ревность о доброй жизни, – исключение, которое редко обходится без неблаговолительных взглядов и даже насмешек и противодействия. Основываясь на этом, иные и слово Апостола – "святым" – понимают так, что этим означается будто только посвящение Богу, подобно как в ветхозаветной скинии все вещи были святы ради посвящения их Богу, хотя они внутри не имели ни святости, ни грешности. Нельзя думать, чтоб Апостол в слове "святым" разумел только это внешнее принадлежание к Святой Церкви. Тогда самым делом все были святы и чисты пред Богом; если и бывали согрешающие, то они исчезали в общей массе святых и притом, как окруженные отвсюду духом святости, тотчас каялись, исправлялись и опять становились в ряд других, непадавших святых. – И все вообще христиане ревновали не только о том, чтобы самим быть святыми, но чтоб все другие были святы, чтобы все общество их не имело никакого пятна, ни за одно лицо. – Таковы должны быть и все христианские общества (частные).

«И верным о Христе Иисусе». Святые и верные – не два класса лиц, как бы одни высшие, другие низшие, но одни и те же лица с разных сторон жизни христианской. Святость – цель жизни, вера – ее производитель, охрана, опора и совершение. "Верный" означает и верующего, и верного вере, то и другое вместе. Верующий, поверив благовестию спасения в Господе, оставляет прежнюю худую жизнь, кается, приступает ко крещению и, возродившись в нем осенением благодати Святого Духа, исходит на жизнь в духе сей веры, укрепляемый сею благодатию, – скорее готов будучи всякую смерть принять, чем от исповедания веры отступить или погрешить в чем против требований веры в жизни. Такое расположение, представляя отличительный характер «верного», есть производитель святости, хранитель ее и доводитель до окончательного совершенства. Таким образом, словом верный святой Павел показал, как святые бывают святы.

Прибавил святой Павел – «о Христе Иисусе», – показывая источник верности, а чрез нее и святости. Никто не думай сам что-либо совершить духовное, для благодатного Царства Христова гожее. Все туда подходящее совершается Духом Божиим о Христе Иисусе. Но не думай, чтоб и Дух Божий стал делать что-либо в тебе и чрез тебя, гожее для Царства Христова, пока ты сам не вострудишься и не истощишь в труде всех своих сил, в естестве твоем Богом тебе данных. В деле спасения то и другое идет совместно. Амвросиаст пишет: «Верные тогда и верны, когда вместе суть и во Христе Иисусе. Ибо добрая жизнь тогда только полную имеет цену и бывает истинно свята, когда бывает таковою о имени Господа Иисуса Христа». Приложив слово – «о Христе Иисусе», святой Павел напомнил ефесянам, что если они верны, то не сами о себе, а обязаны этим своему общению с Господом Иисусом, без Коего ничего достойного веры сделать не могут; напомнил и тем отсек всякий повод к возношению верностию, а вместе с тем показал, где искать верности и святости, когда ощущается оскудение их.

Приведем мысли одного толковника на эти слова: «Нельзя не внушать, что христиане по своему высокому назначению должны быть непременно святы и греху не причастны, несмотря на то, что живут среди мира, греху служащего и преданного страстям. Доставление сего на вид, с одной стороны, смирительно: ибо кто может сказать о себе, что он свят и соответствует идеалу христианства? С другой – воодушевительно: ибо кто не желает лучшего? И кто из христиан чужд веры, что и он принял благодать Духа освящающую, всегда готовую помогать и руководить? – То и другое расположит бегать духа самодовольства, ведущего к беспечности и духа страшливости и нерешительности, от которых руки опускаются и ноги не движутся, потому что они подсекают всякую энергию.

Соединение словом Апостола святости и верности в одних и тех же лицах указывает на нераздельность догмата и нравоучения в христианстве, – веры и добродетели в жизни каждого христианина. Вера, коль скоро она Духом Божиим печатлеется в сердце, бывает источником святости для человека возрожденного. Но и обратно, – чем более ревнитель святости подвигается в ней вперед, тем более чистится и светлеет в нем вера. – И се свет Христов!..

Хранить веру и преуспевать в святости – се и иго, и венец христианина. Помни от чего исходишь и куда идешь – точку отправления и цель – сии пределы всякого движения. Начало-в твоем облагодатствовании чрез общение с Господом по вере; конец – Богоподобие в святости. Ни то, ни другое не совершится без живого, личного общения с Господом Иисусом Христом.

Качество святости и характер верности не иначе присущи бывают в христианине – как от Христа Господа. Потолику то и другое бывает в нем поколику он состоит в живом союзе со Христом. На что потому следует устремлять все внимание? – На хранение сего христообщения, возрастание в нем. В сем ключ таинственной силы христианства, – истина, путь и живот, – а не в учености и многознании».

Еф. 1:2. Благодать вам и мир от Бога Отца нашего и Господа Иисуса Христа.

«Благодать и мир!» В этих двух словах совмещает Апостол все духовные сокровища христианства. Благодать к миру относится, как листок или корень к цвету и плоду. Божественная благодать есть главное условие христианской жизни, которой высший цвет и плод есть мир. Благодать – все силы, яже к животу и благочестию; мир – непоколебимое обладание сими дарами, хранение их и пользование ими. Мир с Богом в совести – внутренний мир, от сознания обретения твердой опоры жизни и твердых надежд, и от приведения в гармонию всех своих стремлений и содержание их в сей гармонии. И внешний мир бывает; но он есть промыслительное внешнее пособие, а не необходимость для внутренней жизни.

Так Апостольское благожелание совмещает высшее и лучшее, чего только может ожидать от благожелателя смиренное и благоговейное чувство христианское. Высшее – благодать, которая осужденному грешнику открывает вход к милосердому Богу Отцу и отверзает для него сокровища беспредельной любви Его. Лучшее – мир, который водворяется, когда в борьбе света и тьмы во внутреннем средоточии личной жизни преимущество остается за светом, когда смутительные тревоги совести улегаются и тяжелое чувство безответной грешности и осуждения находит благонадежный исход.

В том, что с христианином всегда благодать и что ему принадлежит обетование мира, за поручительством Бога Отца и Господа Иисуса Христа – неложных в слове и деле, – в этом для него утешение в скорби и воодушевление к мужеству в неизбежной ему борьбе. Где благодать, там и мир, хотя он не всегда во всей силе чувствуется христианином, пока он состоит в борьбе со грехом, с темными силами и внешними противностями добрым начинаниям его.

Можно сказать, что святость и вера, – помянутые, – состоят в соответствии с благодатию и миром. Благодать – источник святости; мир – цель верности вере. Приняв благодать по вере, пребывай верным вере, чтоб сохранить благодать всегда присущею и при ее помощи, преуспев в святости, достигнуть мирного устроения сердца, в коем почивает Бог – сладкий предел трудов жизни Богоугодной.

Облагодатствующий есть преимущественно Бог Отец, а миротворец – Бог Сын в Духе Святом. Почему и говорится: «от Бога Отца нашего и Господа Иисуса Христа». Блаженный Иероним пишет: «Или то и другое относится к обоим вместе – то есть благодать и мир как к Богу Отцу, так и к Господу нашему Иисусу Христу; или одно надо отнесть к одному, а другое к другому, – благодать к Богу Отцу, а мир к Господу Иисусу Христу, как ниже несколько и говорится: в «похвалу славы благодати Своея, еюже облагодати нас о Возлюбленнем» (Еф. 1:6). Благодать Отца состоит в том, что Он благоволил послать для спасения нашего Сына Своего, а мир Сына – в том, что Им мы примирены с Богом Отцом». Святой Златоуст говорит: «Сказал – «благодать», и Бога называет Отцом, ибо той (благодати) признаком служит сие (наименование). Как? – Послушай, что говорит он в другом месте: «понеже есте сынове, посла Бог Духа Сына Своего в сердца ваша вопиюща: Авва Отче» (Гал. 4:6). Блаженный Феофилакт ту же мысль излагает полнее: «Сказав «благодать», прибавляет «от Бога Отца нашего», чтобы показать, что соделала для нас благодать, – именно то, что Владыку и Бога соделала Отцом нашим. Но и Господь, то есть Бог Сын, по благодати к нам, соделался и Иисусом и Христом, ибо, воплотившись ради нас, Он принял имя Иисуса и помазал человечество Божеством».

Верующим дается область чадами Божиими быти, потому что они, прияв Господа, рождаются от Бога – не имя только носят сынов, но существенно бывают сынами (Ин. 1:12, 13). Дух Божий, творящий сие, влагает и чувство сыновства, по которому истинно возрожденный с таким же расположением именует Бога Отцом, с каким естественный сын естественного отца.

Иисус Христос есть Господь не нас только – христиан, но и всего мира; ибо Ему, яко Ходатаю и Искупителю, все предано Отцом, дана всякая власть на небеси и на земли (Мф. 28:18), которую и будет Он являть до совершенного исполнения всего плана домостроительства нашего спасения, когда предаст Он Свое Царство Богу и Отцу (1Кор. 15:24) – и «будет Бог всяческая во всех» (1Кор. 15:28).


Комментарии для сайта Cackle