X. Избрание и посвящение. Различие между православным, католическим и протестантским пастырством. Избрание пастырей в православной церкви. Изначальность пастырского посвящения. Посвящение Иисуса Христа и Апостолов. Признаки истинного посвящения. Настроение посвящаемого

Согласно практике, идущей от самых первых времен существования Церкви Христовой, и соответственно православному пониманию идеи Церкви, у нас пастыря выбирает церковная община, а посвящение его совершается епископом. Такой православный порядок разнится от протестантского и при видимом существенном сходстве с католическим далеко не сходится с этим последним.

По протестантскому учению, человек спасается верой, которая может у него возрастать при пользовании благодатными средствами: Словом Божиим и таинствами. Содействующим спасению фактором, помогающим человеку использовать спасительные средства, органом душепопечения является община верующих, по слову Спасителя (Мф.16:18; Мф.18:15; Мф.18:19), и, в частности, все ее члены.

В благодатном отношении все члены «тела Христова» равны; всем им в Церкви принадлежит «все то же самое духовное положение, те же самые привилегии и надежды, а равно та же самая обязанность долга». Они все – священники. «Все мы через крещение посвящаемся в священников», – говорит Лютер. В Церкви «нет никакой должности, к деятельности коей была бы исключительно приурочена сила, совершающая спасение христианина». Но ввиду естественного различия у верующих дарований, призвания, способностей к проповедованию слова Божия, подготовленности к прохождению должности душепопечения община по соображениям экономии, с целью устранения беспорядка и более верного достижения успеха избирает для пастырствования особых лиц. «Чтобы, – как говорит Лютер, – в народе Божием не произошел беспорядок и из Церкви не сделался Вавилон, никто не имеет права публично совершать служение, если не уполномочен на это от общества». Посвящение этих лиц не сообщает им никакого особого благодатного дара и не дает даже иерархического авторитета, каковой приобретается ими самими – их деятельностью и их личностью. Служение их тем отличается от подобного же служения непосвященных, что у них оно является обязательным, постоянным, методичным, тогда как у последних, занятых другими делами и попечениями, оно, естественно, бывает прерывающимся, эпизодическим, случайным. В итоге – разница между теми и другими в степени, а не по существу. «Посвящение епископское, – говорит Лютер, – есть не что иное, как если бы епископ вместо от лица всего общества взял одного от толпы, в которой все имеют одинаковую власть, и поручил бы ему пользоваться этой властью за других. Это подобно тому, как если бы десять братьев, царских детей, равноправных наследников избрали из себя одного управлять наследством. Все они были бы царями и имели бы одинаковую власть, хотя управление принадлежало бы одному. Еще яснее: если бы семья благочестивых христиан из народа, захваченная в плен, была бы поселена в пустыне и там, не имея у себя поставленного епископом священника, единодушно бы избрала из себя одного, кому поручила бы крестить, совершать литургию и проповедовать, то избранный поистине был бы таким же священником, как если бы его поставили все епископы и папа». Пастырское служение, таким образом, по учению протестантскому имеет в своей основе jus humanum а не jus divinum⁹⁶, божественного авторитета оно лишено, особого благодатного достоинства оно не имеет. Явилось оно в Церкви не по Божьему указанию, а по естественной необходимости и по соображениям практического удобства⁹⁷.

Встречаясь с несомненным, опровергающим данную теорию фактом, что первые пастыри – Апостолы – были наделены особыми благодатными дарами для пастырствования, протестанты пытаются доказать, что у Апостолов были дарования чрезвычайные, не повторявшиеся и что Апостолы стояли выше Церкви. Но тут протестанты обличаются 1) повествованием книги Деяний Апостолов о Павле и Варнаве, на которых Церковь, помолившись при отправлении их на проповедь, возлагала руки и которые потом отдавали Церкви отчет об успехах своей проповеди (Деян.15:1–5), и 2) всей историей апостольского времени.

Православные богословы считают, что протестантское учение о всесвященстве явилось одним из следствий протестантского учения о единой спасающей вере. Но Православная Церковь, верно следующая заветам Иисуса Христа, всегда считала необходимым условием спасения и подвиг борьбы с грехом, со страстями, требующий поддержки свыше, подаваемой в таинствах, а следовательно, считала и необходимым институт священства. Принадлежащие к этому институту пастыри, по учению Православной Церкви, получают свою власть и права не от полномочия избирающей их общины, а от Самого Иисуса Христа, через св. Апостолов и их преемников управляющего Церковью. Они не просто поставляются на служение, – они, кроме того, в особом таинстве получают специальные благодатные дары, потребные для их таинственного служения. Непрерывно, со дня Пятидесятницы (Деян., II гл.), действующий в Церкви Св. Дух поставляет их на служение (Деян.20:28).

Такое учение основывается на ясных свидетельствах Слова Божия. Еще в Ветхом Завете из всех колен Дома Израилева Господь избрал одно колено Левиино для служения при скинии, а из колена Левиина выделил для преимущественного служения семейство Аарона (Числ.1:48–54; Исх.28:1). Так и Христос не Сам Себе присвоил славу быть первосвященником, но Тот, Кто сказал Ему: «Ты Сын Мой, Я ныне родил Тебя» (Евр.5:5): Господь послал его (Ин.7:28–29).

Явившись в мир по воле Отца и Его избранию, Сам Иисус Христос из множества Своих слушателей избрал двенадцать Апостолов (Лк.6:13; Мф.3:13; Ин.15:16) и их послал на проповедь, даровавши им власть благодатно-таинственных действий, врачеваний и исцелений (Мф., X гл.). Апостолам, а не всем и каждому, Спаситель передал право и власть совершать таинство евхаристии (Лк.22:19). Когда Апостолы пожелали избрать нового Апостола на место отпавшего Иуды, они молили Господа, чтобы он указал им, кого из двух (Иосифа Варсаву или Матфея) избирает Он (Деян.1:24). Апостол Павел говорит совершенно определенно, не делая исключений: «Никто сам собой не приемлет этой чести, но, призываемый Богом, как и Аарон» (Евр.5:4). По воле Спасителя Апостолы, а затем и их преемники стали органами Его видимой власти (Лк.10:16) – той власти, которую Он, по своему первосвященничеству, получил от Отца после того, как «смирил Себя Самого, быв послушлив до смерти крестной» (Флп.2:6–11), и какую Он передал им, продолжателям Его дела. Апостолы и их преемники стали носителями особых, чрезвычайных, подаваемых через хиротонию дарований, о которых неоднократно упоминает ап. Павел (2Тим.1:6: Тим.4:14). Сила их священной власти заключалась и заключается в том, что не община, не люди, а Дух Святый поставлял и поставляет их пасти Церковь Божию (Деян.20:28). При таком положении каждый пастырь становится звеном в той единой иерархической цепи, которая, начавшись от Христа, тянется не прерываясь до наших дней и будет тянуться до скончания века. «Христос был послан от Бога, а Апостолы – от Христа, то и другое было в порядке по воле Бога Отца», – говорит св. Климент. «С Апостолами беседовал Он, – добавляет блаж. Августин, – и нас имел в виду, когда говорил: «Се Аз с вами есть до скончания века». Как голос всей древней Церкви для нас ценно 64 прав. VI вс. собора. Запрещая мирянам проповедовать в Церкви Слово Божие, это правило говорит: «Почто твориши себе пастырем, будучи овцею; почто делаешися главою, будучи ногою; почто покушаешиси военачальствовати, быв поставлен в ряду воинов... не ищи мудрых мудрейший быти. Аще же кто усмотрен будет нарушающим настоящее правило: на четыредесять дней да будет отлучен от общения церковного» (ср. Трул. 33; VII. 14; Лаод. 15).

Резюмируем учение церковное словами Pruner’a: «Священство сообщает не только благодать через происходящий акт, но оно возвышает воспринимающего в сверхъестественное положение, в котором ему предстоит быть посредником сверхъестественной жизни, и сочлены которого по божественному распоряжению соединены через органическое подчинение в одну иерархию»⁹⁸.

При видимом большом сходстве с православным католического учения о пастырстве, сходстве, доходящем до того, что мы можем принять только что приведенную формулу католического ученого за выражение православного учения, – все же между православною и католическою церквами в вопросе о пастырстве существует глубокое различие. Кратко это различие можно представить таким образом:

В Православной Церкви иерархия – это сугубо облагодатствованная, но вместе и сугубо обязанная ко служению в Церкви часть верующих, в своем служении ответственная не только перед Богом, но и перед всею Церковью, т. е. обществом всех верующих. Последнее на протяжении веков косвенно проявлялось в том знаменательном факте, что даже определения вселенских соборов⁹⁹ только тогда приобретали неоспоримый авторитет, когда они рецепцировались общим голосом Церкви¹⁰⁰. Не менее ясно это проявлялось и в том факте, что в соборном решении важнейших церковных дел принимали участие не только епископы, но и пресвитеры и даже обыкновенные верующие – миряне. На апостольском соборе «Апостолы и пресвитеры со всею Церковью рассудили», – свидетельствует книга Деяний Апостольских (XV, 22). Правда, на вселенских соборах верующие-миряне в качестве членов соборов не принимали участия, но зато их представлял на соборе император или его чиновники. В наши же дни разбираемое нами явление получило яркое выражение в конструкции последних русских, как и других православных поместных, соборов, составляемых не только из иерархов, но и из законно избираемых церковными общинами представителей клира и мирян. Перед такими соборами являются ответственными и епископы, и патриархи. Соборность Церкви нашла себе в этом яркое выражение.

В католичестве нет соборности Церкви. «Для католичества, – пользуемся словами А. С. Хомякова, – Церковь состоит в одном лишь лице – в папе; под ним – аристократия его чиновников, из которых высшие носят многозначительное название князей Церкви; ниже толпится чернь мирян»... Там «христианин, некогда член Церкви, некогда ответственный участник в ее решениях, сделался подданным Церкви»¹⁰¹. Мирянин в католичестве – не полноправный член Церкви, он лишь внешне прикреплен к ней. В римско-католической церкви вся власть и все право принадлежат иерархии и клиру; народ голоса в Церкви не имеет, он даже лишен права читать Слово Божие. Иерархия и клир – сила в Церкви, а народ – материал, который надо обработать, которому надо придать определенную форму. Самая обработка, составляющая задачу иерархии и клира, сводится в католической церкви к оправданию грешников, к примирению их с Богом, причем оправдание и примирение иногда достигается внешним образом (индульгенции), ценою чужих заслуг (сверхдолжные заслуги святых)¹⁰².

В то время как в Православной Церкви пастырство есть служение, по преимуществу основанное на принципе любви и самоотвержения, пользующееся соответствующими этому принципу средствами, – «в католичестве мы видим в высшей степени последовательное, откровенное и грандиозное применение земной силы – силы власти, авторитета и закона во имя Христовых благ»¹⁰³. В католичестве иерархия – это корпорация, обеспеченная всеми необходимыми для властвования правами и стремящаяся к господствованию не только в церковной, но и в светской области, – последнее блестяще доказано историей папства. Строго и талантливо проведенные в католичестве дисциплина и организация, как и инквизиция с крестовыми походами, – это естественные средства, вызванные основным характером католического пастырствования и рассчитанные на более верный успех в достижении цели. Безбрачие духовенства, предоставление только священнослужителям в таинстве евхаристии Чаши имеют целью возвысить духовных лиц, сделать их существами как бы иного мира для большей легкости и успеха того же властвования.

В католичестве мы видим церковь омирщенную, оматериализованную с соответствующего духа пастырским институтом, с иерархией и клиром, опьяненными властью.

Таким образом, в протестантстве пастор получает все от общины; в католичестве община не имеет права на волеизъявление в деле поставления пастыря; в Православной Церкви в возложении пастырского служения принимает участие и община, и иерархическая власть.

Слово Божие и история Церкви подтверждают правоту Православной Церкви.

Пастыреначальник Господь Иисус Христос выступил на пастырское служение по предвечному избранию его на это дело: «Вот иду; в свитке книжном написано о Мне: Я желаю исполнить волю Твою», – говорит пророк от Его имени (Пс.39:8–9)¹⁰⁴. Апостолы были избраны Христом. «Не вы Меня избрали, а Я вас избрал и поставил вас, чтобы вы шли и приносили плоды», – говорит им Спаситель (Ин.15:16). Иначе, конечно, и быть не могло, ибо тогда Церковь еще только основывалась, верующих, просвещенных Св. Духом, еще не было и Сам Законоположник еще был на земле. Но после вознесения Христа Спасителя в избрании кандидатов на пастырское служение уже участвуют все верующие. На место предавшего Спасителя ап. Иуды ап. Матфея избирают не одни Апостолы, а и все собрание – около ста двадцати человек (Деян.1:16). Савла и Варнаву избирают и посылают на проповедь пророки и учители Антиохийской церкви (Деян.13:1–3). Вообще надо заметить, что участие верующих апостольского века в делах Церкви было весьма сильно. «Церковное управление апостольского века, – говорит русский канонист, проф. Заозерский, – было открытым, публичным. Трудно, едва ли даже возможно, – замечает он, – отыскать в действиях Апостолов какой-либо намек на то, чтобы они когда-либо действовали секретно от верующих, предпринимали какие-либо меры, не посоветовавшись предварительно со всею церковью данного места. Напротив, в Деяниях Апостольских находится множество свидетельств в пользу того, что они раскрывали перед всем множеством свои планы и осуществляли их по совещании с ним и при содействии его». «Миряне этой эпохи, – говорит профессор А. П. Лебедев, – составляли живую и действительную силу в Церкви и ее делах». И это проявлялось прежде всего «в избрании себе пастырей по сердцу своему». Писатель христианского памятника II века, «Учение 12-ти Апостолов» – Διδαχή τῶν δώδεκα Ἀποστόλων – предписывает христианскому обществу или народу избирать самим себе епископов и дьяконов (гл. XV, 100). «Поставляйте себе, – речь обращена к церковной общине, – епископов и дьяконов»... По свидетельству другого апокрифического памятника законоположительного характера (II века) под названием «Правила Церковные» (Canones ecclesiastici), право церковной общины избирать себе епископов находится в руках мирян и представляется ничем не ограниченным. В указанном памятнике разрешается вопрос: как поступать в том случае, если данная община пожелает иметь епископа, а между тем число членов ее (взрослых и граждански полноправных, способных принять участие в акте избрания) менее двенадцати человек? Поставляя на решение этот вопрос, памятник предписывает следующее: «Если в каком-либо месте число мужчин-христиан невелико, так что не найдется и 12 человек, имеющих право подавать голос при избрании епископа, то пусть они обратятся к другим, соседним церквам, и эти пусть пришлют троих избранных мужей, вместе с которыми и следует определить, кто достоин епископской должности». «Заслуживает внимания, что в указанном памятнике как инициатива, так и процесс избрания епископа исключительно усвояется мирянам данной общины», – замечает проф. Лебедев¹⁰⁵.

Порядок апостольского века соблюдался в общем в Православной Церкви во все века¹⁰⁶. А в тех поместных православных церквах, где он забывался, как это было в России до 1917 г. (там избрание и назначение пастырей зависело всецело от иерархической власти¹⁰⁷), о нем напоминал чин посвящения, когда возглашалось обращение к народу: «Повелите», и когда певчие вместо народа, как бы его именем, апробировали посвящаемого пением «ἄξιος».

Избрание кандидата пастырства общиной верующих имеет огромное значение. Чтобы возводить чад своих к царствию Божию, пастырь должен учить, наставлять, обличать, запрещать (2Тим.4:2). Кто из верующих, обязанный памятовать о своих немощах и грехах, осмелится взять на себя такое право и кто примет его, если особое избрание и высшее изволение не наделит его таким правом! Да и кому же лучше и легче убедиться в достоинствах и способностях избираемого, как не той массе верующих, которая зовет его к себе на великий подвиг и его попечению она собирается поручить собственные души? И лично для пастыря такое избрание не может не иметь значения. В народном голосе избираемый, как бы ни был он смирен и в собственных силах не уверен, должен почерпнуть ободрение и поддержку, а вместе и уверенность, что в своих трудах он не останется одиноким, что избравшие его помогут ему и тяготы понести. После такого избрания и посвящения пусть он – тот или иной пастырь – будет немощный, недостойный, но он навсегда останется сильным тем, что он действует от Церкви, а вместе и от Христа, обитающего в Церкви и наполняющего ее благодатными дарами и дарованиями. Он – служитель Христа в общине, своим благодатным даром соединяющий ее с тем Христом Спасителем, Который, живя на земле, возлагал Свои руки на духовно и телесно немощных и недужных, Который Своими руками поставил Апостолов; он – продолжатель дела Христова, ведущий свою общину к царству Христову, которому не будет конца.

Но окончательную силу пастырскую избранному дает посвящение, которым сопровождается избрание и которое уже является делом исключительно благодати Божией, через посредство рук архиереиских действующей. Пасторологи (русские и иностранные) признают пастырское посвящение установлением изначальным в христианской Церкви, начало которому положил Сам Пастыреначальник, Коему надлежало исполнить всякую правду (Мф.3:15). Указывают и определенный акт освящения Спасителя. Этот акт видят в крещении Иисуса Христа, сопровождавшемся сошествием Св. Духа в виде голубя и голосом Бога Отца: «Сей есть Сын Мой возлюбленный, в Котором Мое Благоволение (ἐν ᾧ εὐδόκησα)» (Мф.3:17), или, как переводит Феофилакт Болгарский: «В Котором Я милостив», т. е. через Которого ныне начнет открываться Моя милость к людям. Действительно, в описании Евангелистами крещения Господня представлены все моменты посвящения: ниспослание Духа Святаго, засвидетельствование Самим Отцом пред миром достоинства посвящаемого (как в обыкновенном посвящении ἄξιος – «достоин») и молитва (Лк.3:21), напоминающая молитву архиерея хиротонисующего, как и молитву Самого Господа Иисуса Христа во время Тайной вечери о Своих учениках и вместе – преемниках (Ин.17:17).

Знаменательно для данного момента, что пастырская деятельность Иисуса Христа началась непосредственно после крещения (если не считать сорокадневного пребывания в пустыне) (Лк.3:21–23); крещение с сопровождавшими его явлениями было актом, предварившим эту деятельность. Отсюда пасторалисты заключают, что Иисус Христос как человек при крещении получил полноту Св. Духа, необходимую для его богочеловеческого служения – пастырского. В крещении Богочеловек Иисус получил посвящение на пастырское служение. «Я видел, – свидетельствовал Иоанн, – Духа, сходящего с неба как голубя (σωματικῷ εἵδει – в телесном виде, по свидетельству Луки III, 22) и пребывающего (ἔμεινεν ὲπ αὐτόν) на Нем» (Ин.1:32). «Дух Святый, – объясняет Эбрард, – вступил при крещении в новое отношение к Иисусу Христу, чем в каком был доселе к Нему¹⁰⁸, подобно тому как тот же Св. Дух, данный еще при жизни Господа Его ученикам, в день Пятидесятницы вступил к этим последним в новое отношение». При крещении Дух Святый как дух служения сошел на Иисуса Христа. Об этом неоднократно, хоть и косвенно, упоминают и сам Иисус Христос и св. Апостолы. «Вы знаете, – говорил ап. Петр в доме Корнилия, – происходившее по всей Иудее начиная от Галилеи после крещения, проповеданного Иоанном: как Бог Духом Святым помазал Иисуса из Назарета и Он ходил, благотворяя и исцеляя всех, обладаемых дьяволом, потому что Бог был с Ним» (Деян.10:37–38). В Назаретской синагоге Иисус Христос свидетельствовал о Себе словами пророка Исаии: «Дух Господень на Мне, ибо Он¹⁰⁹ помазал Меня благовествовать нищим и послал Меня исцелять сокрушенных сердцем, проповедовать пленным освобождение, слепым – прозрение, отпустить измученных на свободу» (Лк.4:18). Это свидетельство получает определенное значение указания на посвящение при крещении, когда мы примем во внимание другое свидетельство Иисуса Христа перед посланным Иоанном вопросить Его: «Ты ли Тот, Который должен прийти, или ожидать нам другого?» Иоанну, бывшему свидетелем посвящения Иисуса и тогда, может быть, не уразумевшему вполне всю чрезвычайность совершившегося пред его глазами события, Иисус Христос теперь словами пророка Исаии через посланных свидетельствует (Мф.11:2–5) о последствиях помазания, провиденных еще прор. Исаиею (Ис.39:18; Ис.35:5), чтобы Предтеча теперь окончательно убедился, что помазаный на его глазах Духом Святым и теперь силою этого Духа совершающий мессиански-пастырские дела есть действительно Мессия-Христос.

Точно так же и св. Апостолы кроме избрания и посвящения их на дело пастырского служения Иисусом Христом сподобились еще посвящения от Духа Святого. Христос Спаситель не только избрал себе Апостолов и послал их на проповедь, но и особыми другими актами утвердил их пастырство. В отношении ап. Петра это было сделано после его исповедания Иисуса Христа Сыном Божиим (Мф.16:13–19; Мк.8:27–30; Лк.9:18–20) в словах: δώσω σοι τάς κλεῖδας τῆς βασιλείας τῶν οὐρανῶν, каковые означают: дам (а не даю, не в настоящем, а в будущем) тебе право на пастырство, поставлю тебя пастырем. То же повторилось при новом исповедании после отречения: βόσκε τά ἀρνία μου ποίμαινε τά προβάτιά μου (Ин.21:15–17). В отношении всех Апостолов такой акт посвящения на пастырство проф. о. С. А. Соллертинский видит еще в омовении ног. Слова Евангелиста: «Иисус явил делом, что возлюбил Своих сущих в мире, до конца возлюбил их» (Ин.13:1) он в согласии с Оригеном относит к ученикам, – что их до конца возлюбил Небесный Учитель, каковую любовь выразил в том, что через омовение, бывшее обычным при вступлении почетного гостя в дом, сподобил их чести и права быть продолжателями Его пастырского дела.

Совершенно определенными свидетельствами поставления Иисусом Христом Апостолов на пастырское служение служат такие места: «Как послал Меня Отец, так и Я посылаю вас. Сказав это, дунул и говорит им: «Примите Духа Святаго: кому простите грехи, тому простятся; на ком оставите, на том останутся» (Ин.20:21–23 и др.). И в этих словах, как в «δώσω» Петру, нельзя не усмотреть указания на будущее. Пока Христос был на земле, Апостолы были лишь помощниками Христа, – на них не лежало тех обязательств, какие они должны были выполнить потом, сделавшись заместителями Христа. Тогда для них потребовалось уже особое посвящение от Св. Духа, о котором молился Христос в Своей первосвященнической молитве: чтобы Господь осветил их истиною Своею (Ин.17:17–19), подобно тому как Господь освятил Его, послав в мир (Ин.10:36). Поэтому Спаситель, оставляя учеников, которые должны были продолжать его дело, завещал им: «Не отлучайтесь из Иерусалима, но ждите обещанного от Отца, о чем вы слышали через Меня, ибо Иоанн крестил водою, а вы через несколько дней после сего будете крещены Духом Святым... вы примете Силу, когда сойдет на вас Дух Святый, и будете Мне свидетелями в Иерусалиме и во всей Иудее и Самарии и даже до края земли» (Деян.1:4–5; Деян.1:8). И в день Пятидесятницы, когда на Апостолов сошел в виде огненных языков Дух Святый, совершилось окончательное посвящение их. «И исполнились все Духа Святаго и начали говорить на иных языках, как Дух давал им провещевать» (Деян.2:4). «Когда был дан Дух Святый, – говорил бл. Августин, – было совершено в Апостолах то, что ныне говорится им: «Дерзайте, яко Аз победих мир». Осененные благодатию Св. Духа, они облеклись полнотою пастырства и исполнились силы, чтобы выступать пред князьями, царями, сильными и мудрыми мира с победоносною уверенностью, что «немудрое Божие премудрее человеков и немощное Божие сильнее человеков» (1Кор.1:25), и с этою верою, подобно древним подвижникам веры, «побеждали царства, творили правду... заграждали уста львов, угашали силу огня, избегали острия меча... иные же замучены были, не принявши освобождения, дабы получить лучшее воскресение; другие испытали поругания и побои, а также узы и темницу, были побиваемы камнями... подвергаемы пытке, умирали от меча, скитались в милотях и козьих кожах, терпя недостатки, скорби, озлобления» (Евр.11:33–37).

Тут мы должны отметить очевидный из действий Апостолов факт, что до сошествия на них Св. Духа они не решались посвящать кого-либо на пастырское служение, следовательно, не принимали на себя специально пастырских прав. Книга Деяний Апостолов (I, 13–26) свидетельствует, что Матфей был избран на место Иуды жребием после усердной молитвы собравшихся к Господу Богу, чтобы Он указал достойного. Между тем после Пятидесятницы, по описанию той же книги, избрание Савла и Варнавы на дело служения совершается уже совсем по-другому: «Дух Св. сказал: отделите Мне Варнаву и Савла на дело, к которому Я призвал их. Тогда они совершили пост и молитву и, возложивши на них руки, отпустили их» (Деян.13:2–3). Тут мы видим подготовительные действия к таинственному акту хиротонии – пост, молитву (νηστεύσαντε καὶ προσευξάμενοι), затем самый акт хиротонии – возложение рук (καὶ ἐπιθέντες τάς χεῖρας αὐτοῖς), тогда как в первом случае дееписатель действий Апостолов изображает в других словах: «И поставили... и помолились, и сказали» – (καὶ ἔστησαν… καὶ προσευξάμενοι ἐἶπαν: σύ κύριε καρδιογνῶστα πάντων, ἀνάδειξον ὅν ἐξελεξω ἐκ τούτων τῶν δύο ἕνα), – в каковых нельзя усмотреть акта хиротонии.

В поставлении Савла через возложение рук заслуживает внимания еще то обстоятельство, что он предварительно был призван к пастырству Самим Христом Спасителем и, однако, несмотря на это, Симеон, называемый Нигер, Луций Киринеянин и Манаил, совоспитанник Ирода, посвятили его (Деян.13:1). Правда, в Св. Писании мы не имеем ни прямой заповеди Спасителя, ни прямых завещаний св. Апостолов о последующей благодатно-преемственной передаче пастырского служения. Но самый факт не прекращавшейся в Церкви такой передачи говорит за ее божественное установление. Если же искать непосредственных свидетельств, то мы сошлемся на св. Климента Римского, который, по словам Евсевия Кесарийского, «видел блаженных Апостолов и обращался с ними, сам слушал их проповедь». Этот св. отец (Климент) утверждает, что Апостолы, ставя по городам пастырей Церкви, «потом присовокупили закон, чтобы когда они (эти пастыри) почиют, другие испытанные мужи приняли на себя их служение»¹¹⁰.

Таким образом, пастырское посвящение имеет божественное установление. В нем посвящаемый облекается силою свыше (Лк.24:49); он приобщается к вечному источнику благодати Св. Духа, черпая из которого, он затем сам может источать через прочие таинства верующим благодатные дары. Человек ничего не может принимать на себя, если не будет дано ему с неба (Ин.3:27; Рим.10:15). Последнее делает обязательным преемство в хиротонии, ибо как может передать благодать Св. Духа тот, кто сам не получил ее? Эта благодать, переданная Апостолам Духом Святым, тем же Святым Духом передается через цепь архиерейских рук последующим пастырям. Так именно смотрели св. Апостолы на последующие, совершаемые их и их преемников руками, посвящения. «Внимайте себе и всему стаду, в котором Дух Святый поставил вас блюстителями (ἐπισκόπους), пасти Церковь Господа и Бога, которую Он приобрел Себе кровию Своею», – говорил ап. Павел Эфесским пресвитерам (Деян.20:29). А ап. Тимофею он завещал: «рук ни на кого не возлагай поспешно» (1Тим.5:22). Не получивший преемственного посвящения поэтому – не пастырь, а самозванец, присваивающий не дарованные ему права.

Закончим свои рассуждения замечанием, что учение о богоустановленном, преемственном от Христа и Апостолов пастырстве оставалось всегда незыблемым в Православной Церкви. Богоустановленность и преемство от Христа и Апостолов всегда считались в ней основными признаками законности посвящения. Развитию этих положений еще св. Киприан Карфагенский посвятил особый трактат «О единстве Церкви». Но св. Киприан, кроме того, признает, что законное посвящение может быть совершено только в Православной Церкви и православными, законными епископами, а не беглецами или врагами мира Господня и божественного единства. При отсутствии указанных признаков нет истинного посвящения и посвященный иным способом, хотя бы он был чудесно призван к пастырству, – лжепастырь, а не истинный пастырь Христова стада.

Принятие величайшего благодатного дара требует от посвящаемого соответствующего высокого настроения, ибо, по Писанию, «в злохудожну душу не внидет премудрость»¹¹¹. О внутреннем настроении Спасителя в момент посвящения свидетельствует еванг. Лука, когда говорит: «Когда Иисус, крестившись, молился, – отверзлось небо» (Лк.3:21). Перед избранием ап. Матфея все Апостолы «единодушно пребывали в молитве и молении» (Деян.1:14), как и при наступлении дня Пятидесятницы, в который они сподобились благодатного посвящения, все они были единодушно вместе» (Деян.2:1) и, конечно, в молитве. Как при избрании Матфея, так и при поставлении Савла и Варнавы избиравшие и поставлявшие, а с ними, несомненно, и избираемый и поставляемые молились и постились (Деян.1:24; Деян.13:2–3). Если молитва соединяет человека с небом, то она в момент посвящения особенно нужна, дабы небесное благодатное могло низойти в душу посвящаемого.

Молитва всегда имеет определенное содержание, определенный предмет. Психологически нельзя представить иного предмета молитвы Иисуса Христа и Апостолов в момент посвящения кроме того, что Они молились Отцу Небесному, чтобы Тот благословил их пастырский подвиг и ниспослал им для сего подвига укрепляющую благодать Св. Духа. Справедливость такого предположения подтверждается содержанием теперешних молитв, сопровождающих посвящение. А эти молитвы если не по тексту, то по содержанию и смыслу, несомненно, имеют апостольское происхождение и при преемственном рукоположении преемственно передаются из рода в род. Все они содержат пламенную мольбу к Господу Богу о ниспослании на посвящаемого дара благодати Св. Духа, об укреплении его сил для несения великого подвига священства, о даровании ему всего необходимого для успешного пастырствования. В самом начале хиротонии посвящающий приглашает посвящаемого: «возведи очи твои к Богу...», а сам затем в совершительной молитве: «Божественная благодать, немощная врачующая и оскудевающая восполняющая...» взывает к клиру и народу: «Помолимся убо о нем, да приидет на него благодать Всесвятого Духа». В нашей Русской Церкви на этот призыв святителя после пения сослужащими троекратного «Господи, помилуй», хор от лица народа отвечает пением: Κύριε ἐλέησον. Трогательно-задушевная, тихая мелодия напева в связи с таинственными, для большинства из присутствующих непонятными словами водворяет абсолютную тишину в храме и вызывает общую молитву о посвящаемом. А посвящающий в это время тайно молится. «Боже безначальный... благослови подъять великую сию благодать Св. Твоего Духа». И еще: «Боже великий в силе... И сего, его же благословил еси на пресвитерскую возвести степень, исполни Святого Твоего Духа дара». Наконец после пресуществления даров, вручая непосвященному горнюю часть св. Агнца со словами «приими залог сей и сохрани его цел и невредим до последнего твоего издыхания, о нем же имаши истязан быти во второе и страшное пришествие великого Господа Бога и Спасителя Нашего Иисуса Христа», святитель приглашает посвященного снова молить Господа о ниспослании ему всякой помощи в предстоящем великом служении.

Этот напряженный молитвенный акт должен явиться естественным завершительным аккордом в общем приготовлении кандидата к пастырскому служению. Может ли остаться спокойным и равнодушным, не устремиться в этот момент всей душой «горé» посвящаемый, если он заранее перечувствовал и пережил все величие и всю ответственность принимаемого на себя подвига? Могут ли не задрожать в момент посвящения все струны его сердца, когда он представит, что на него ныне сходит та же благодать Св. Духа, которая сделала великими св. Апостолов, что отныне он становится сослужителем Архангелов и Ангелов, совершителем и раздаятелем величайших тайн, солью земли, светильником на свешнице, городом на горе (Мф.5:13–16), что отныне он обязан вести своих духовных чад ко спасению, соединять их с Богом, всех учить, многих исцелять, иных от вечной смерти спасать? А, с другой стороны, в это время в сознании посвящаемого не может не предноситься тот крестный путь пастырских подвигов, лишений, страданий, сугубо неизбежных в наше лукавое время, о каком пути предупреждал Господь Своих учеников словами: «Можете ли пить чашу, которую Я пью, и креститься крещением, которым Я крещусь?» (Мк.10:38), и еще: «Если Меня гнали, будут гнать и вас» (Ин.15:20).

Сознательно принимающий посвящение в этот момент чувствует недостаточность собственных сил для предстоящего подвига и необходимость для него укрепляющей благодати Св. Духа. «Дух Святый, – говорится в книге «О должностях пресвитеров приходских», – как совершает священника, так и в исполнении должностей, наставляя их на всякую истину (Ин.16:13), соделывает их непостыдными делателями. Подается же он не иным средством, как токмо прилежною молитвою» (Лк.11:13).

Таинство на сподобляющего его может действовать двояко: пламенному, достойному, подготовленному оно служит во спасение; небрежному, равнодушному, неподготовленному оно несет суд и осуждение (1Кор.6:27–30; Ин.6:51; Ин.6:54–57). Пламенная молитва посвящаемого открывает его душу для божественной благодати, которая вследствие этого проникает во все его существо, укрепляет его силы и, как зерно, упавшее на добрую почву, она затем приносит сугубые плоды. Витающего в момент посвящения своими мыслями долу Господь хоть и не лишает благодати – не ради него, а ради тех, кому он должен будет служить подаваемым ему благодатным даром, – но он станет лишь сосудом благодати, орудием, проводником ее, а не живым деятелем, не истинным пастырем, обязанным служить для своих чад всеми облагодатствованными силами своими.