Библиотеке требуются волонтёры

Рабство

Чтобы утешить нас в рабстве и научить искренности (чего так же не должно выпускать из виду), Сам (Христос) платит дидрахму212 за Себя и за Петра, досточестнейшего из учеников (см. Мф. 17, 24–27). Ибо для нас стал Он человеком и принял образ раба, за наши беззакония веден был на смерть. Так поступал Спаситель, Который как Бог мог спасти единым изволением. Но Он сделал то, что для нас важнее и наиболее нас пристыжает, – стал нам подобострастным и равным

по чести. Неужели же мы, ученики кроткого, человеколюбивого и столько для нас послужившего Христа, не будем подражать милосердию Владыки? Неужели не будем милостивы к подобным нам рабам, чтобы и самим заслужить милость Господа, Который возмеряет, как сами будем мерить? Неужели не захотим через кротость приобрести души своей? Довольно для свободных рабства, довольно и того различия, что, созданные из одной персти, кто властвует, а кто состоит под властью; кто налагает подати, а кто вносится в число дающих подать; кто может делать неправду и зло, а кто молится и употребляет все усилия, чтобы не претерпеть зла. Довольно различия между созданными по единому образу, в одном достоинстве, между наследниками одной и той же жизни, между теми, за которых Христос равно умер! Довольно этого для свободных! Не будем отягчать этого ига и наказания за первый наш грех. Да погибнет зло и первое основание зла – лукавый, посеявший плевелы, когда мы спали (см. Мф. 13, 25) (чем означается, что началом зла бывает нерадение о добре, равно как началом тьмы – удаление от света)! Вот что произведено древом, и горьким вкушением, и завистливым змием, и ослушанием, за которое осуждены мы проводить жизнь в поте лица. От этого я стал наг и безобразен, познал наготу, облекся в кожаную ризу, ниспал из рая, обратился в землю, из которой взят, и вместо наслаждения имею одно то, что узнал собственное свое бедствие, вместо кратковременного удовольствия осужден на непрестанную скорбь и неприязнь к тому, который ко вреду был много возлюблен и привлек меня к себе посредством вкушения. Такова мне награда за грех! Вследствие этого я должен родиться на труд, жить и разрушаться. Грех есть мать нужды, и нужда – любостяжательности, и любостяжательность – брани, а бранями произведены на свет подати – самое тягостное в нашем осуждении. Но, по крайней мере, мы, подлежащие тому же осуждению, не станем увеличивать наказания и не будем злы к другим. Бог требует от нас взаимного человеколюбия, хотя Сам и наказывает нас (1).

* * *

Я не прекращу сетования, пока не избег плачевного порабощения греху, пока ключом ума не замкнул безумных страстей, которым жестокий сатана отверз ныне все входы, хотя они не имели ко мне доступа прежде, когда покрывала меня Божия рука и грех не имел поблизости такого вещества, которое бы легко и скоро воспламенялось, как солома от приближения огня не только возгорается, но, раздуваемая ветром, образует высокий пламенный столп (2).

* * *

212

Дидрахма – две драхмы, денежная единица Греции. – Прим. ред.


Источник: Симфония по творениям святителя Григория Богослова / [ред.-сост.: Т. Н. Терещенко]. - Москва : Даръ, 2008. - 608 с. - (Духовное наследие).; ISBN 978-5-485-00194-0

Комментарии для сайта Cackle