Содержание

Поучение огласительное

Святой Апостол Павел, ревностный проповедник Небесной истины, исполненный Духа Святого, дал спасительную заповедь сыну своему по духу, сотруднику своему в деле проповеди и спутнику в подвигах Апостольского служения, Тимофею, следующую: проповедуй слово, настой благовременне и безвременне, обличи, запрети, умоли со всяким долготерпением и учением (2Тим.4:2). И Св. Тимофей с терпеливою любовью сотворил волю отца своего по духу и наставника на пути спасения, во славу Божию, ко благу Св. Церкви. поскольку же не одним Первенцам Православной Церкви – Апостолам, но и преемникам их – Пастырям и Учителям вручены и строение Св. Христовых Таин, и служение слову истины: то заповедь вселенского Учителя относится и ко всем нам, призванным к Пастырскому служению в Православной Церкви. Она непрестанно напоминает духу нашему: проповедуй слово, настой благовременне и безвременне. Посему проповедь Евангельских истин составляет одну из главных обязанностей Пастырского служения. Аще благовествую, несть ми похвалы, нужда ми належит: горе же мне есть, аще неблаговествую, говорит Апостол Павел (1Кор.9:16). –

По дару Пастыреначальника Христа и Бога, призвавшего мое смирение в Пастырское служение Св. Церкви, и я чувствую лежащий на мне священный долг – право правити – т.е. верно преподавать слово истины, и имею усердие по крайнему разумению и силе возвещать святую волю Божию во славу Его, в назидание вверенного мне словесного стада Христова.

О чем же и как должен я возвещать? Должен я возвещать о тайнах и путях спасения т.е. Евангельских истинах и заповедях Господних, должен и утешать в здравом учении и обличать противящихся (Тит.1:9.) при светильнике Божественного слова, по руководству Св. Отцов и Учителей Православной Церкви, и все это творить во смирении духа, с искренним желанием духовной пользы пасомых, для преспеяния их в вере правой и Христианском благочестии. поскольку же всякий дар совершенный исходит от Отца Светов и Господа разумов: то и в деле проповеди Евангельских истин, при живом сознании немощей по душе и телу, должен я и ум и сердце возносить с молением ко Господу, да Он Всеблагий по богатству Своей благодати дарует мне и разумение и силу предложить благочестию вашему поучения к благопотребному напитанию душ, вверенных попечению моему.

Если же я по долгу Пастырского служения обязан с неутомимою ревностью возвещать вам, Братие, слово Божие – слово истины и жизни: то явно, что и на вас лежит обязанность постоянно внимать слову истины, не взирая ни на немощь говорящего, ни на скудость его слова, принимать Евангельские истины в простоте веры и смирении духа; благоговейно размышлять о Крестной смерти и славе воскресения Христова из мертвых, поучаться в законе Господнем день и нощь, и не только основательно знать благую волю Отца Небесного, но и хранить верно жизноподательные заповеди и оправдания Единородного Сына Его, благодатные дарования Святого Духа обнаруживать в Богоугодной и святой жизни. Блаженни бо слышащии слово Божие и хранящии е, учит Господь Иисус (Лк.11:28). Не слышателие закона праведни пред Богом, но творцы – исполнители закона сии оправдятся, говорит Апостол Павел (Рим.2:13). поскольку же и разумение тайн Царствия Божия даруется по мере веры, и духовное делание бывает успешно по мере молитвы: то надобно и нам с живою верою усердно молиться, да Господь Сам отверзет ум разуметь писания и вещания о Царствии Небесном и благословит посильный духовный труд ваш ко спасению. Видите ли, что у Пастыря и пасомых есть много общего по отношению к духовным потребностям, что духовный союз их в вере и благочестии, их братолюбное стремление к небу и небесному и необходимы, и многополезны. Какой же может быть плод от приискреннего сочувствия Пастыря и пасомых в деле Божием, от взаимной верности их святому долгу своего звания, от всегдашнего упражнения в слове Божием, от тщательного Благоугождения Господу? Величайший: слава всесвятого Имени Его, благо Православной Церкви, спасение грешных душ наших. Что сего дороже? Что вожделеннее? Се что добро или что красно, как жить и действовать Братии вкупе – в союзе мира и любви? Это братолюбное общение и Богу угодно, и Ангелам приятно, и для нас отрадно.

При сих благих помышлениях и ощущениях о предлежащем подвиге проповеди Евангельских истин простираю и ум и сердце ко Господу и во умилении духа взываю: Господи! устне мои отверзеши и уста моя возвестят хвалу Твою (Пс.50:17); силою Благодати Твоей да сотвориши слабый язык мой благонастроенным органом святой истины, во славу Твою, в назидание и спасение верных. Вас же, Братие, молю Господом нашим Иисус Христом и любовью духа, споспешествуйте ми в молитвах о мне к Богу, да служба моя яже во Иерусалиме – т.е. служение слову истины в Благодатной Церкви, угодна будет Богу и благоприятна Святым Его (Рим.15:30–31).

Бог же мира со всеми нами да будет (Рим.15:33) во вся дни живота нашего. Аминь.

Беседа в неделю Всех Святых

Приятно смотреть на природу, когда в ней луга покрыты цветами, поля – жатвою, виноградники обременены плодами. Приятно видеть, как поселяне радостно трудятся на полях, и как сладко покоятся в хижинах своих после трудов. Не паче ли отрадно взирать на Святую Церковь, когда в ней видны и благоухающие цветы небесного учения, и спасительные плоды Христианского благочестия? Не паче ли вожделенно видеть, как чада ее с веселием духа исходят на делание от утра до вечера жизни, и как мирно покоятся в вечных обителях? Восхитительное сие зрелище особенно ныне представляется духовному взору, когда Святая Православная Церковь восхваляет память всех Святых, угодивших Богу своею жизнью, прославивших Бога своею смертью. Невольно слышишь слухом внутренним – слухом сердца, как они восхваляются во славе своей на небеси и хвалят Господа славы; невольно зришь очами веры, как они покоятся на ложах своих после трудов кратковременной жизни, и как среди покоя подвизаются в молитве к Отцу Небесному за пришельствующих в мире братий своих. Для чего Святая Церковь каждогодно возобновляет сию любезную, сию всехвальную память всех Святых и предлагает подвиги их и блаженство? И подвиги Святых, и блаженство их не для чего иного указуются нам, странникам в юдоли плача и пришельцам, как для того, да не ослабеваем в подвигах благочестия и упования, да сохраняем драгоценные залоги исповедания нашего и любви ко Господу целыми и невредимыми. Да ведаем, что в Дому Отца Небесного обители многи суть – для каждого из Святых своя обитель. У Любвеобильного мздовоздаятеля венцы для них бесчисленны: для каждого подвижника – особый венец; для каждой добродетели – особое воздаяние. Подвижникам благочестия – своя слава, исповедникам Христова имени – своя. Всяк иже исповесть мя, вещает Господь Иисус, пред человеки, исповем его и Аз пред Отцем моим, иже на небесех (Мф.10:32). Вот какое воздаяние исповедникам Имени Христова – славное похваление непостыдного их исповедания пред Отцом Небесным! Отче Небесный! скажет Он: вот те, кои кровь свою или пролили, или готовы были пролить за славу Имени Моего! Даруй соразмерную подвигам их славу в Царствии Твоем – венцы жизни и правды.

Братие! Кому дорог венец правды и жизни; кому вожделенно похваление пред Отцом Небесным за веру и благочестие: тот должен исповедать Христа, Божию силу и Божию премудрость пред человеки, т.е. свидетельствовать и устами, и делами живую веру во Христа, твердую надежду на Него и пламенную любовь к Нему. Пред человеки: дабы одних утвердить в истине, другим не подать молчанием повода отпасть от истины.

Сколько отрадно обетование Христово исповедникам веры: столько ужасен гнев Спасителя изменникам веры. Иже бо отвержется Мене пред человеки, отвергуся его и Аз пред Отцем моим, иже на Небесех (Мф.10:33). Ужасно отвержение от Сонма избранных Божиих – лишение благодати еще в сей жизни: но невыразимо ужаснее в последний день всемирного суда и осуждения всеконечное отвержение от лица Божия. Ибо, что вне Бога? Вне Бога одна вечная тьма, одно томление и крушение, никогда непристающие, один огнь, никогда неугасающий. Не видите ли, что за пределами гроба одно из двух – небо, или ад; рай, или геенна? Небо и рай – исповедникам имени Христова; ад и геенна – изменникам веры Христовой. Стойте же в вере и благочестии; подвизайтесь за веру и благочестие даже до крови. Даже до смерти говорит Сирах, подвизайся о истине и Господь Бог поборет по тебе (Сир.4:32). Скажете, что ныне нет гонений на Церковь: где же случай к исповеданию веры? Где венец за сие исповедание? Гонений внешних нет: а венцы победные есть. Не гонят нас тираны: но преследует лютейший всех тиранов – дух злобы. Не сожигают тел наших на кострах: но страсти и вожделения сильнее пламени сожигают и души и тела наши. Не терзают нас звери: но ярость и гнев, злоба и ненависть терзают сердца наша, как звери. Итак, когда во имя Христово исходите на брань со страстями и похотями; когда о имени Христове побеждаете диавола, мир и плоть: то вы исповедуете Христа – Божию силу и Божию премудрость не словом и языком, но делом и истиною, – вам уготованы венцы исповеднические, вас ожидает похваление пред Отцом Небесным и Св. Ангелами Его.

И не дивно то, что Господь приимет некогда одних в светлые обители славы, а других отвергнет в геенну: ибо Он для того и в мир пришел, дабы разлучить верных от неверных, яко же Пастырь разлучает овец от козлищ. Немните, говорит Спаситель, яко приидох воврещи мир на землю: не приидох воврещи мир, но меч. (Мф.10:34). Что это? Господь именуется Князем мира (Исх.9:6), и есть Божественный мир, (Еф.2:14), а приходит в мир с мечем. Так, у него в сердце и устах мир для примирения человека с Богом, в руках меч для разлучения верных от неверных, сколько бы они близки ни были по связям плоти и крови. Приидох бо разлучити человека на Отца своего и дщерь на матерь и невестку на свекровь свою. (Мф.10:35). Господи Иисусе! Тебе любвеобильному сродно соединять, а не разлучать. Почто же Ты разлучаешь самих близких между собою по плоти? По истине, сродно Господу соединять всех под единое знамя Божественной веры, под единое правило Святого закона, во единый дух чистой любви, сколько бы они ни были различны по происхождению, по вероисповеданию, по обычаям и нравам, – сродно присных по плоти скреплять духом Св. любви, узами благодати. Но, когда присные по плоти не единодушны в мыслях и чувствах, когда одни из них охотно преклоняют и главу и сердце под иго веры, а другие упорно остаются во тьме неверия: то что остается Господу сделать? Разлучить верных от неверных, друзей от врагов: кое бо причастие правде к беззаконию? или кое общение свету ко тьме? Кое же согласие Христови с Велиаром? Или кая часть верну с неверным? Или кое сложение Церкви Божией со идолы (2Кор.6:14–16)? И – Господь разлучает чад веры от неверных – и чем же? Мечем слова своего, печатью веры – таинствами, оружием непобедимым – крестом; а гласом любви и жезлом суда собирает единомысленных в дом свой – во Св. Церковь. Для чего собирает? Для того, что для правоты веры, для свободы исповедания и для безопасности жития Христианского нет опаснее врагов, как домашние – т.е. близкие по плоти, но далекие по духу веры и образу жизни, как-то: родители, жены, братия и сестры. И врази человеку домашние его (Мф.10:36), – когда они неверием и нечестием вредят правоте его веры, чистоте его жития, а паче, когда преследуют его ненавистью и гонением за веру и благочестие.

Домашние наши бывают врагами спасения нашего не только тогда, когда вредят нашему благоверию; но и тогда, когда мы питаем к ним безмерную, слепую любовь. Иже любит Отца или матерь паче мене, говорит Господь, несть мене достоин: и иже любит сына или дщерь паче Мене, несть мене достоин (Мф.10:37). Почему безмерная любовь к ближним осуждается? Потому, что она не совместна с любовью к Богу высочайшею и беспредельною. Надобно любить ближних в Боге и для Бога, Бога же любить должно ради самого Бога. Любезны для нас родители, чада, братия и сестры: но любезнее всех их должен быть Бог, – Отец всех нас чадолюбивейший; общение с присными всегда вожделенно: но приискреннее общение с Богом, надобно считать выше всех благ небесных и земных. Посему чье сердце не всецело предано Господу, – чья жизнь не всецело посвящена на служение Ему: тот недостоин общения с Ним. Надобно не только всецело предать Господу сердце свое, но и взять крест свой и идти по следам Его – т.е. терпеливо переносить все скорби и труды ради царствия Его, хранить заповеди Его тщательно. Иже не приимет креста своего – креста скорбей соразмерного с силами, – и в след мене грядет – путем заповедей и оправданий, – несть мене достоин (Мф.10:38), – чужд благодатной жизни. Крестоношение и Христопоследование требуют другой важнейшей жертвы, – умереть греху ради царствия небесного, пригвоздить ко кресту плоть со страстьми и похотьми, – принести в жертву душу и тело и весь живот Христу Богу, – если того потребует благо ближних и слава Божия. Обретый душу свою погубит ю; а иже погубит душу свою мене ради обрящет ю (Мф.10:39). – Если от Господа приемлем и дыхание, и жизнь, и вся к жизни потребная: то ему же и обязаны приносить в дар все – и душу, и тело, и здравие, и жизнь по его Святой воле, – и ничего не щадить ради Святого имени его. – Что значит обрести душу и что погубить ее? Обрести душу значит – жить во грехе, питать страсти – похоть плоти, похоть очес и гордость житейскую. Что же есть жизнь во грехах, – как не смерть душевная – удаление от Бога, источника света и жизни? Обретый душу свою погубит ю. Погубить душу ради Христа значит – или умертвить господствующие в душе страсти, или принести здравие и жизнь в дар Богу по его Святой воле: не есть ли же это величайшее стяжание наше, – спасение души вечное и бесценное? Не есть ли это доказательство всецелой любви к Богу? Иже погубит душу свою ради Христа обрящет ю. Со Христом и для Христа жить и умереть – благая часть: вне Христа и без Христа жить – пагуба нескончаемая.

Так дорого, так высоко общение со Христом и Его Православною Церковью! Так благ Господь, но вместе премудр и праведен в раздаянии даров своих! Чем же драгоценным, чем любезным не должно жертвовать для того, дабы сохранить чистоту веры, твердость надежды и Святость любви? Аминь.

Беседа в неделю 2-ю по Пятидесятнице

Многочастне и многообразне древле – во дни Ветхозаветной церкви Бог глаголавый отцем нашим по вере во пророцех, в последок дний сих возглаголал миру в Сыне (Евр.1:1). – Сей Единородный Сын Отца Небесного рождается по плоти от Пречистой Девы Марии силою Духа Святого во смиренном Вифлееме, воспитывается в бедном Назарете, растет премудростию и благодатию у Бога и человек (Лк.2:52): наконец Божественный Светильник, – сый сияние славы Отца Небесного (Евр.1:3), – поставляется на свещнике мира; Небесный Проповедник возвышает глас свой, как трубу; Господь Иисус вступает в торжественное служение всемирного Учителя и Спасителя: и – какое слово Его слышится на земле? Слово о покаянии и вере. Покайтеся и веруйте во Евангелие. По чему? По тому, что близок Царь и Господь, близко царствие Его, – приближися бо царствие небесное (Мк.1:15), царствие света и жизни. В сие-то царствие призывал во дни земной жизни и ныне призывает всех и каждого Господь Иисус – обходя грады и веси, пустыни и моря. Так им призваны первенцы царствия небесного при мори Галилейском. Ходя же при мори Галилейстем, виде два брата, Симона глаголемаго Петра и Андрея брата его, вметающа мрежи в море, беста бо рыбаря (Мф.4:18).

Море Галилейское, при коем ходил Господь Иисус, и где Петр и Андрей занимались ловитвою рыб, – означает многомятежную жизнь нашу: хождение Иисусово при мори – Его деятельное попечение о привлечении грешных душ наших в царствие небесное; ловитва рыб – все многозаботливые наши занятия по званиям и должностям; мрежи – все способы к земным выгодам.

Виде два брата. Без сомнения, Господу Иисусу, как Сердцеведцу, открыты сердца человеческие, их чувства и расположения. Он видел издалеча, как близки Петр и Андрей к царствию небесному. Виде: – это значит, что Сердцеведец избирает к служению в царстве Его достойных по расположениям сердца и готовых на святое служение Ему. Два брата. Позваны два брата Петр и Андрей на проповедь Евангелия. Это дает нам разуметь, что Царствие Божие есть царствие мира и любви; что все проповедники царствия небесного должны быть соединены узами братской любви; – что все призываемые в царствие Христово, должны жить и действовать по духу любви, как братия о Господе.

Петр и Андрей от ловитвы рыб позваны к ловлению душ человеческих сетью Евангельской проповеди. И глагола има: грядита по мне и сотворю вы ловца человеком. Чудная ловитва! Сынове человечестии заботятся о ловитве рыб: Господь печется о ловитве рыбарей, о избрании служителей Слову истины. И что же? На великое служение призваны малые в очах мира – рыбари не знатные, не богатые, не ученые. Для чего это? Да не упразднится сила креста, да не уничижится буйство проповеди, да не похвалится плоть ни мудростью, ни богатством, ни знатностью. Для Всемогущего и Премудрого не нужны ни мудрость мудрых, ни сила сильных, ни богатство богатых: ибо и буее Божие премудрее человек есть: и немощное Божие крепчае человек есть (1Кор.1:25). – Что же для Него нужно? Покорность званых гласу Зовущего, готовность их оставить все несовместное с потребностью святого служения, чистое расположение последовать за Небесным Подвигоположником.

Петр и Андрей, приготовленные к чаянию Христа проповедью Иоанна, слышат глас Христов, слышат звание к высокому служению, и – охотно оставляют мрежи свои и последуют за Иисусом, не рассуждая, куда и к чему их зовут, что ожидает их! Они же абие оставльше мрежи, по нем идоста (Мф.4:20). Столько сердца их беспристрастны и к занятиям звания, и к выгодам земным, столько они готовы на служение Богу и ближним!

Братие! И ныне Господь зовет в царствие свое и гласом любви и гласом суда – грядита по мне. И ныне слышим слово Господне, и обетованиями, и угрозами влекущее нас на пути веры и благочестия. Что же? Повинуемся ли гласу зовущего? Оставляем ли красная мира – богатство, славу и удовольствия, дабы шествовать путем креста? – Сколь ни тяжкою кажется жертва сия для плоти и крови: а надобно принести ее, – надобно охотно оставить мир со всеми благами его.

Но возможно ли охотное оставление благ мира? – И возможно и необходимо. Возможно, если мы умеем ими пользоваться без сердечного к ним пристрастия, с молитвою, со благодарением ко Господу, с благотворением ближнему; необходимо, если блага земли препятствуют исканию единого на потребу сокровища, если они помрачают ум наш, оковывают сердце, делают пленниками страстей, врагами Богу и ближним. Лучше отвергнуть вся красная мира, нежели потерять многоценный бисер – веру и благочестие; – лучше лишиться жизни временной, нежели общения со Христом, – источником жизни вечноблаженной.

И прешед оттуду, виде ина два брата, Иакова Зеведеева и Иоанна брата его, в корабли с Зеведеом отцем его, завязующа мрежи своя, и воззва я. Они же абие оставльше корабль и отца своего, по нем идоста (Мф.4:21–22). – Еще два рыбаря Иаков и Иоанн – Зеведеевы уловлены сетью Христовою. Чему при сем более удивляться должно – силе ли слова Христова, проникающего во глубину сердец человеческих, или безмолвной покорности, с коею сыны Зеведеевы приемлют призывание Господне в царство света и жизни? И то и другое достойно удивления. Сыны Зеведеевы по гласу Господню оставляют не только мрежи, – единственное достояние свое, – но и отца. Видно, что в них возгорелась любовь к Отцу Небесному паче, нежели к родителю по плоти, чуждому света веры и любви к Богу. Иаков и Иоанн, по любви к Вере Христовой – оставляют Отца по плоти – за неверие его. – Вот наставление для нас, что для царствия Небесного должно жертвовать не только выгодами звания, но и утешениями дружбы и связями родства по плоти. Не нарушается ли сим заповедь о любви к родителям и родным? Нет. Любовь к Богу потребна высочайшая и всецелая. Возлюбиши Господа Бога твоего, говорит Спаситель, всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всею мыслию твоею (Мф.22:37). – По заповеди о любви к Богу, мы должны любить родителей и родных в Боге и для Бога. Если же кто-либо любит отца или матерь паче Господа, тот нарушает заповедь о любви к Богу, – превращает заповедь о любви к ближним, – к родителям, – тот недостоин общения с Господом. Иже любит отца или матерь паче Мене: несть Меня достоин: и иже любит сына или дщерь паче мене, несть мене достоин (Мф.10:37). А вне общения с Богом – какой свет, какую радость, какое благо обрящем? Вне Бога один мрак, одна скорбь – одно зло неисцельное.

И прохождаше всю Галилею Иисус, уча на сонмищах их, и проповедая Евангелие царствия, исцеляя всяк недуг и всяку язю в людех. – Здесь Евангелист описывает сущность, цель и благотворность служения Христова. Ходил Господь по всей Галилеи, дабы собрать во едино стадо Божие рассеянных чад Авраама; учил в Синагогах их – народных собраниях – изъясняя им смысл закона; проповедал Евангелие царствия – возвещая правду, мир и радость о Дусе Святе; насыщал алчущих манною небесного учения, напоял жаждущих сладким питием благодати; благотворил – исцеляя недуги душевные и телесные – всемогущим словом, или чудодейственным прикосновением своим. Так славно, так высоко, так благотворно служение Христово! Слава о Божественном учении Господа Иисуса и благотворных чудесах Его, некогда наполнявших Иудею, Галилею и все окрестные страны, наполняет ныне всю вселенную.

И изыде слух о нем по всей Сирии: и приведоша к нему вся болящия различными недуги, и страстьми одержимы, и бесны, и месячныя, и разслабленныя (жилами) и исцели их (Мф.4:24). Видите, и силу и благость Небесного Врача. Сколь ни разнородны, сколь ни тяжки болезни страждущих, сколь ни многочисленны страждущие: Небесный Врач по благости своей всех принимал, по чудодейственной силе своей исцелял всех от недугов, – всех, кои только веровали в Него. И ныне не готов ли Божественный Врач исцелять всех, если только простираем к Нему руки и сердца с верою и упованием? Не ходит ли и ныне невидимо по всей вселенной Господь Иисус – благотворя, с небеси дожди дая, сияя на праведныя и неправедныя лучами безпредельной своей благости, не пребывает ли Духом Своим посреди нас? Не возвещается ли спасительное учение Его во храмах христианских – учение о беспредельной любви Бога Отца, о бесценных заслугах Бога Сына, о всемогущей благодати Бога Духа Святого? Не то же ли Евангелие царствия небесного непрестанно проповедуется и ближним, и дальним – Иудеям и язычникам, а паче присным Богу – Христианам? Не силою ли Распятого на кресте, и ныне врачуются язвы души – грехи, и недуги тела – болезни? Господь Иисус вчера и днесь, тойже и во веки (Евр.13:8) Господь и Учитель, Спаситель и врач душ и телес наших. Учением Его мы просвещены; язвами Его исцелены; крестом Его от плена греховного избавлены; благодатью Его приискренне соединены со Отцом небесным и возведены на небо. Слава беспредельному Его милосердию! Аминь.

Беседа в неделю 3-ю по Пятидесятнице

Мф.6:22–30

Что для тела око: то для души ум. Светильник телу есть око (Мф.6:22); светильник душе – ум и совесть. Аще убо будет око твое просто, все тело твое светло будет (Мф.6:22). Сим означается то, сколь важна чистота совести и здравое разсуждение ума. Если ум здрав, обращен к Богу и озаряется светом Его, то все тело – вся жизнь, вся деятельность Христианина бывают светлы и Богоугодны. Вся чиста чистым (Тит.1:15), учит Апостол. Аще ли око лукаво будет (Мф.6:23) – если ум уклонен к миру, омрачен суетою века, – все тело темно бывает; – вся жизнь, все делание человека бывает нечисто и Богопротивно. Оскверненным же и неверным ничто же чисто (Тит.1:15): от чего? От того, что у них осквернены – омрачены ум и совесть (Тит.1:15).

Аще убо свет, иже в тебе тьма есть; то тьма кольми? (Мф.6:23) В человеке естественном – двоякий свет: свет познаний и свет добродетелей. И познания, и добродетели сколько ни высоки, сколько ни блистательны; но они без Благодати Божией суть тоже по сравнению с вечною Истиною и Правдою, что тьма по сравнению с светом – они не совершенны. Если же познания наши и добродетели не совершенны пред очами Того, Коего очи тьмами тем крат светлейши суть солнца: (Сир.23:27.) то что же сказать о заблуждениях ума, о страстях сердца, о пороках жизни? Они образуют ту глубокую тьму, которая объемлет душу и тело наше, – тьму, которую может разогнать одна всесильная Благодать Божественная силою присносущного света. – Но как и когда это бывает? Это бывает тогда, когда человек предаст и ум, и сердце Господу, – Ему единому служит, в Нем едином упокоевается.

Сколько необходима всецелая преданность Господу, это – видно из того, что не можно в одно и тоже время служить Богу и противнику его. Не можете работати Богу и мамоне (Мф.6:24). Мамона означает богатство, приобретенное неправедным образом. Неправедное богатство есть не иное что для любостяжательного сердца, как кумир Богу противный, Богу враждебный. От чего нельзя работать в одно и тоже время Богу и врагу Его? От того, что Бог и противник Его совершенно различны по свойствам, действиям и потребностям. Но кто может служить двум владыкам, – совершенно различным в правах и правилах жизни? – Если возлюбит одного; то не возненавидит ли другого? – Если тщательно станет угождать одному, то не оскорбит ли другого? Так не совместно служение Богу и врагу Божию; ибо чего хочет один, тому противится другой. Бог хочет всем спастися и в разум истины приити: (1Тим.2:4). Князь бесовский ищет гибели всех. Бог заповедует жить целомудренно, благочестно и праведно; князь бесовский внушает разврат, нечестие, неправду. Бог привлекает всех к небу; князь бесовский силится приковать всех к земле, – к мамоне, – т.е. благам ее. Можно ли же разделить сердце свое между небом и землею, – между Богом и князем бесовским, – служить и тому и другому? Можно ли и духом возноситься горе – к духовной, небесной жизни, и плотью пресмыкаться долу – в суете помышлений – в чувственных наслаждениях? – Нельзя, точно также, как нельзя в одно и тоже время одним оком смотреть на небо, а другим на землю.

Если нельзя вместе служить Богу и мамоне: то кому лучше служить? Очевидно, Богу всеблагому. Служение Богу: – как оно сладко, отрадно, легко и славно! Служение Богу в дому Его есть наилучшее господство. Здесь и Домовладыка беспредельно кроткий и милосердый; и дом, преизобилующий благами; и труд неимоверно легкий; и воздаяние неизъяснимо великое; и чаяния самые сладчайшие, – самые отраднейшие. Как же не послужить Господу Богу царствия ради небесного? Послужим Ему усердно во вся дни живота нашего.

Поелику же в деле благоугождения Господу служат препятствием не только богатство, слава, честь и удовольствия, но не редко и необходимые вещи – пища, питие, одежда и другие потребности жизни: то Спаситель воспрещает безмерную заботу и о сих вещах говоря: не пецытеся душею вашею, что ясте, или что пиете, ни телом вашим во что облечетеся (Мф.6:25). Почему безмерная забота о пище, питии, одежде и жилище воспрещается? Во-первых, потому, что неумеренная забота о потребностях жизни напрасно изнуряет душу и тело. Кто бо от вас пекийся может приложити возрасту своему лакоть единый (Мф.6:27)? Во-вторых, потому, что спасение души и здравие тела суть два драгоценнейшие блага, кои выше всех благ мира: не душа ли есть больше пищи и тело одежды (Мф.6:25)? И душа, и тело дороги: ибо куплены дорогою ценою – кровью Богочеловека. В-третьих, потому, что неумеренная забота о земных потребностях не совместна с христианским упованием на всеблагий и премудрый Промысл Божий. Если Бог всеблагий и птиц небесных так обильно питает и крины сельные столь великолепно одевает: то тем паче не ущедрит ли обильно человеков дарами Своей благости? Ущедрит тем паче, чем они выше всех тварей неразумных: не вы ли паче лучши птиц небесных есте (Мф.6:26)? Подлинно, человек выше всего на земле: он составляет особенный предмет Божия попечения и по творению, и по промышлению, и по искуплению, и по назначению. И образ Божий, коим человек облечен, и кровь Спасителя, которая за него пролита, и дары Св. Духа, кои на него излиты, и Царство Небесное, которое для него уготовано, не суть ли вернейшие свидетели и проповедники о всеблагом провидении? Если же Отец Небесный не пожалел Единородного Сына Своего, но предал Его за грехи наши на крест и смерть: то не даст ли нам, ради заслуг Его, всего того, что благопотребно к временной и вечной жизни?

Птицы небесные ни сеют, ни жнут, ни в житницы собирают: а Отец Небесный питает их. Крины сельные растут, не труждаются, ни прядут: а Отец Небесный так одевает их, как ни Соломон во всей славе своей не являлся. Не много ли паче нас маловерных, Отец Небесный и питает, и одевает по Своей беспредельной благости (Мф.6:28–30)?

Научимся из сего, Братие, иметь живую веру в Бога и Господа нашего, возлагать твердую надежду на Него, питать искреннюю любовь к Нему. Не освобождает ли нас от обязанности трудиться и молиться пример птиц небесных и кринов сельных? Нет. Мы одарены разумом и свободою, снабжены силами по душе и телу; как же нам не упражнять сил своих, – не трудиться? От Бога, Отца светов, нисходит всякое благо и всякий дар совершенный: как же нам не простирать и сердец и рук к Нему, – не молиться? Кто благословляет труды наши, если не Господь? Кто укрепляет нас среди подвигов, – если не Отец Небесный? Аще не Господь созиждеть дом добродетели, всуе зиждут зиждущии; аще не Господь сохранит град спасения, всуе бдят стрегущии (Пс.126:1).

Братие! и молиться надобно усердно, но молиться о благах духовных паче, нежели телесных, и трудиться надобно прилежно, но трудиться паче всего для Царствия Небесного, а не для земных утешений. Аминь.

Беседа в неделю 4-ю по Пятидесятнице

Мф.8:5–13

Господь Иисус, – это вечное Солнце правды, – изливает свет Свой всюду и всем. Никто и ничто не укрывается от света и теплоты Его. Вот и в Капернауме Он – Всеблагий является со всем обилием Божественной благости, со всеми знамениями чудодейственной силы. Блаженный Капернаум! – Ты сретаешь Господа Врача душ и телес. Блаженны очи, кои видят Свет присносущный! Блаженны уши, кои слышат спасительное небесное учение Начальника жизни! Блажен, стократно блажен Капернаумский Сотник, приближающийся ко Господу Иисусу со всею силою смиренной веры! Вшедшу же Ему (Иисусу Христу) в Капернаум приступи к Нему сотник моля Его и глаголя: отрок мой лежит в дому разслаблен люте стражда (Мф.8:5–6). Видно, сотник любвеобилен, если о слуге столь доброе имеет попечение. Видно сердце его близко к вере, если он так скоро обращается ко Господу, так и столь усердно молит Его об исцелении раба. Капернаумский сотник являет и пример благодетельной любви к ближнему, и опыт живой веры в Господа Иисуса.

Братие! и мы тяжко страдаем духом и телом. Но мы имеем ли надлежащее попечение о здравии тела и спасении души? Чувствуем ли живо свои немощи душевные и телесные – грехи? Если чувствуем, то обращаемся ли ко Господу с усердным молением об уврачевании нашем? Считаем ли за благо, что Св. церковь сохраняет нас под сенью своею и молит о нас Домовладыку? Ценим ли дорого, как Капернаумский сотник, ту благость, по коей Господь часто приходит во внутренний Капернаум наш – душу Богоподобную, с готовностью подать нам дары Своей благости. Аз пришед исцелю вас по душе и телу. Надобно, Братие, прибегать ко Господу с живою верою и твердым упованием, да приимем врачевание душевное и телесное.

Господь Иисус явил всю полноту благости к молениям сотника об исцелении раба, – Аз пришед исцелю его, говорит Он (Мф.8:7.); – а Капернаумский сотник показал полноту смиренной веры, говоря: Господи, несмь достоин, да под кров мой внидеши: но токмо рцы слово и исцелеет отрок мой (Мф.8:8.). Так бывают благоговейны к величию Господа истинно-смиренные и так живо чувствуют свое недостоинство пред Ним! Некогда Симон Петр при чудной ловитве рыб взывал: изыди от Мене, Господи, яко муж грешен есмь (Лк.5:8.), – а здесь сотник вопиет: Господи! несмь достоин, да под кров мой внидеши. И что же? Этот смиренный отказ и того и другого был наилучшим призыванием Господа, – наисильнейшим привлечением благоволения Его. И не дивно: Господь гордым противится – гордых отвергает, – смиренным же дает благодать (1Пет.5:5.), – Сам преклоняется к ним с высоты славы Своей, вселяется в душах их духом Своим.

Смиренные столько уверены в благости и силе Его, что для них один взор Его – есть блаженство их, одно слово – вожделенное врачевание их по душе и телу. Рцы слово и исцелеет отрок мой, говорит смиренный сотник. И мы, Братие, должны веровать, что едино слово Господа довлеет к уврачеванию язв наших по душе и телу. Ибо кто Бог, яко Бог наш, Бог Христианский? Его сила беспредельна, Его благость безмерна, Его слово чудодейственно. Той рече и быша; повеле и создашася (Пс.32:9.). Надобно иметь веру, какую имел Капернаумский сотник, – веру истинную и живую, – и Господь исполнит во благих желания наши. Сам я состою под властью, говорит сотник, и имею подвластных. Если же подвластные мне воины и рабы беспрекословно исполняют волю мою: то кто и что может противиться воле Владыки неба и земли? Не все ли небесные Силы, сильные крепостью, готовы творить волю Господа своего? Господи! токмо рцы слово и исцелеет отрок мой. Так исповедал сотник всемогущество и благость Господа Иисуса, – живо чувствуя свою немощь и окаянство! Сии чувства, Братие, и нам питать и согревать надобно, да приимем исцеление по душе и телу.

Слышав же Иисус, удивися и рече грядущим по Нем: аминь глаголю вам, ни во Израили толики веры обретох (Мф.8:10). Удивление Иисусово дает нам разуметь, сколь благоугодна Ему вера языческого сотника, сколь она пред очами Его многоценна, и сколь поучительна для тех, кои сопровождали Иисуса. Так, у Бога нет лицеприятия! Он есть Бог Иудеев и язычников. Так Ему угоден, во всяком языке притекающий к Нему с верою, исповедующий Его Божество с любовью и творящий правду со всяким тщанием. Сердцеведец проникает во глубину сердец наших и нередко одно живое зерно веры возращает в древо велие.

Ни во Израили толики веры обретох. Израиль превознесен, паче всех языков: – ему вверены словеса Боговедения; усвоены и слава, и заветы, и законоположение, и всыновление: но что же? Израиль не понял и не принял своего Господа так, как надлежало. Во своя прииде Господь Иисус и – свои Его не прияша (Ин.1:11).

Новый Израиль, – Христианская церковь! Тебе гораздо более даровано, нежели древнему Израилю: – и слово истины, и трапеза тела и крови Господней, и дарования Св. Духа, и обетования вечно-блаженной жизни. Что же, Братие, если Господь пришед к нам – верным не обрящет в нас веры живой и истинной? Что, если не обрящет жизни святой и Богоугодной? Что с нами будет? То-же, что бывает с древами сухими и бесплодными, – тоже, что с Израилем отверженным.

Глаголю же вам, яко мнози от восток и запад приидут и возлягут со Авраамом, Исааком и Иаковом в царствии небесном (Мф.8:11). Здесь открывается тайна – призывание языков чрез веру во Христа к наследию святых. Сынове царствия изгнаны будут во тьму кромешнюю. Здесь возвещается другая тайна – отвержение Иудеев за неверие во Христа от сонма святых и участия в блаженстве праведных. Мнози от восток и запад приидут т.е. добровольно вступят в Царство Христово – во Св. Церковь, а не насильно вовлечены будут. Мнози т.е. все, кои только пожелают. От востока и запада: это значит, что двери во Вселенскую Христову Церковь отверсты для всех; по благости Всевышнего призываются все, но приходят в общение со Св. церковью только те, кои желают; Аще кто жаждет, говорит Спаситель, да приидет ко мне и да пиет (Ин.7:37). Дар веры подается всем, но приемлют оный те только, кои имеют доброе произволение и покорное сердце. Видно из сего то, что спасение наше зависит не от одной благодати Божией, – но и от доброго нашего произволения и подвига.

И возлягут со Авраамом, Исааком и Иаковом во царствии небесном. Возлежание с Избранными Праотцами в царствии небесном, означает участие в блаженстве праведных. Еще при купине горящей и не сгорающей слышим глас Господень: Аз Бог Авраамов, Исааков и Иаковль, несмь Бог, Бог мертвых, но Бог живых (Исх.3:6). Ту же истину о воскресении святых в жизнь вечно-блаженную раскрывает Спаситель: Аз есмь Бог Авраамов и Бог Исааков и Бог Иаковль; несть Бог, Бог мертвых, но Бог живых (Мф.22:32). Какое высокое учение – учение о том, что один Бог, едина вера, един Христос – Спаситель, един Дух Святой, едино царство небесное. Какое утешение открывается! У Бога все живы, и не только живы, но и присноблаженны, – все, кои близки к нему; а близки все те, кои благоугождают Ему верою и любовью подобно Аврааму, Исааку и Иакову. Если же все живы у Бога: то воскресение мертвых несомненно. Надобно, Братие, твердо веровать в воскресение мертвых, подражать вере святых, – дабы наследовать вечное блаженство в светлых обителях Отца Небесного.

Сколько праведники блаженны; их наследие – рай: столько грешники нераскаянные злополучны; их достояние – ад. Сынове же царствия изгнаны будут во тьму кромешнюю (Мф.8:12.). За что? За неверие и нечестие. Без сомнения сынам царствия т.е. Иудеям по предведению званным (Рим.8:28) надлежало прежде всех наследовать небесное царствие; но как они отвергли совет Божий о спасении их – отвергли Христа – Царя: то и потеряли право возлежать с Авраамом, Исааком и Иаковом в царствии небесном, – потеряли участие в наследии Святых. Та же участь должна постигнуть лжехристиан, если они останутся нераскаянными. Они будут изгнаны во ад, где пребывает вечная тьма, где мучения бесконечны. Ту будет вечный плач и скрежет зубов (Мф.8:12.), – огонь неугасающий и червь неумирающий.

И рече Иисус сотнику: иди и яко же веровал еси, буди тебе. И исцеле отрок в той час (Мф.8:13.). Капернаумский сотник приял от Господа похваление веры его, раб его – исцеление по телу за веру господина своего. Господь удивил Свою благость на сотнике и рабе его. Так благоугодна Господу вера! Так действенна молитва веры к нему! Так велико человеколюбие Его! Да притекаем и мы, Братие, к Небесному Врачу в болезнях душевных и телесных с молитвою смиренной веры и твердого упования. Верно, Любвеобильный не откажет нам в дарах Своей благости, – сотворит по мере веры и преданности к Нему, – подаст благопотребное врачевание душевное и телесное. Аминь.

Беседа в неделю 5-ю по Пятидесятнице

Мф.8:28–34

Господь Иисус, слава Израиля, свет языков, драгоценное сокровище благих, во время земной Своей жизни, являлся со всею полнотою Благости и силы Божественной, там, где Его не искали, – тем, кои не чаяли Его и не вопрошали о нем – да сбудется слово Пророка: явлен бых не ищущим мене, обретохся не вопрошающим о мне: рекох: се есмь, языку, иже не призваша имене моего (Ис.65:1.). Вот и страна Гергесинская, столь омраченная суетою века, столь недостойная лицезрения Господня, видит Христа Господа, Спасителя мира; вот в ней и для ней Господь являет чудеса своего Всемогущества, знамения своей благости. И пришедшу Ему (Иисусу) на он пол в страну Гергесинскую, сретоста Его два бесна от гроб исходяща люта зело, яко немощи никому минути путем тем (Мф.8:28). Приходит Господь, по благости своей, в страну Гергесинскую: и кто Ему исходят во сретение? Два страдальца, одержимые злейшими бесами, жившие в гробах и столь неистовые, что никто не мог безопасно проходить мимо мрачного жилища их.

Бесноватые суть живое изображение тех, кои бывают одержимы страстями. Они и сами страдают тяжко, в себе носят ад, и другим служат в тягость и страдание. Чего не испытывают в душе, и какого зла не готовы сделать ближнему преданные или корыстолюбию, или честолюбию, или сластолюбию?

Бесноватые сретили Иисуса и что же возопили Ему? И се возописта, глаголюще: что нам и тебе Иисусе Сыне Божий; пришел еси семо прежде времени мучити нас (Мф.8:29). Вот и в устах бесов исповедание Божественности Иисуса Христа, – но не блаженнотворное, а горькое для них; – горькое потому, что они в Боге видят не Отца любвеобильного, а Судию безмерно строгого; в Иисусе Христе не Спасителя человеков, а карателя бесов. поскольку они, по падении связаны узами вечными, и соблюдаются под мраком на суд великаго дня (Иуд.1:6): то, не терпя силы и света Божественного, живо сознавая ожидающий их суд, взывают ко Господу: зачем ты пришел в страну Гергесинскую, в коей мы доселе владычествовали, мучить нас преждевременно, прежде страшного дня судного.

Так для бесов нестерпимо приближение света Божественного, мучительно бессилие вредить человекам, страшен час вечного суда и осуждения! И действительно: источником мучения для бесов служит и то, что они свергнуты с неба – лишены славы Божией, и то, что связаны вечными узами, – не могут вредить людям, чающим блаженства и славы Божией, – столько, сколько бы им хотелось, и то наконец, что их ожидает тяжкий суд и осуждение – им уготован вечный огнь. По крайней мере, им хотелось бы скрыться от Божественного света: но куда и как? Как тьма бежит от света: так и силы лукавые – бесы бегут от светоносного лица Христова, от тех, кои носят живой образ Христа. И куда же? В стадо свиное. Но и сюда не смеют идти без воли Господней. Беси же моляху Его, глаголюще: аще изгониши ны, повели нам итти в стадо свиное. И рече им: идите (Мф.8:31–32).

Новое исповедание Божественной власти Иисусовой! Бесы простирают моление ко Иисусу, как изгнанники злобою дышащие, и ожидают повеления Его, как рабы непотребные. О чем же они просят? О позволении идти в стадо свиное. И что же? Приемлют просимое. И рече им: идите.

Иисус Христос позволяет бесам войти в стадо свиное не потому, чтобы убежден был их молением, но по премудрому своему устроению, – да видимы будут, с одной стороны, Божественная Его власть, по коей, без попущения Божия, не смеют бесы прикоснуться не только к людям, но и к животным; с другой – чрезвычайная лютость бесов, по коей они готовы терзать не только людей, но и животных. Они же изшедше идоша в стадо свиное (Мф.8:32). Бесы, как духи нечистые, выбирают в жилище себе стадо свиное, сообразно с нечистотой своею. Но горе, когда и люди уподобляются нечистым животным по нечистой жизни! И они делаются жилищем нечистых духов, доколе Господь по благости Своей, не изгонит бесов из них и не освободит их от мучительства бесовского.

Бесы, по воле Господней, оставляют двух страдальцев – человеков и вселяются в животных. Ибо и беси веруют и трепещут (Иак.2:19); и бесы повинуются, как рабы злонравные, велению Господа Иисуса, Владыки неба и земли, Ангелов и человеков. Тем паче должны повиноваться Господу люди, по образу Божию созданные, ценою крови Богочеловека искупленные от плена бесовского, осыпанные дарами благодати, должны повиноваться по чувству любви благодарной.

Бесы вселяются в животных. И как ужасна злоба бесовская! Стадо свиное погибает в водах моря. И се (абие) устремися стадо все по брегу в море и утопоша в водах (Мф.8:32). Стадо животных делается жертвою неистовства бесовского. Чего же может ожидать человек, если не гибели неизбежной, когда он, по беспечности своей и по праведному Божию попущению, делается несчастным пленником духа злобы и жилищем его жалким? Дух злобы, гордостью потерявший небесное жилище и славу, жаждет гибели человеческой, по зависти к человеку, предназначенному для блаженства, и по вражде к Богу за низвержение с неба в бездну мрака; он, как лев рыкающий, или как змий шипящий, всегда готов вредить душам нашим, если мы не облечены во всеоружие Божие.

С какою целью попустил Господь бесам погубить стадо животных? Да явлено будет всемогущество Его жителям страны Гергесинской, также как явлена благость Его при избавлении одержимых бесами, – да возбудится в сердцах их искра веры в Него. И подлинно, как ясно обнаружились, с одной стороны, Божественная благость и всемогущество Его, – а с другой неистовая злоба и бессилие бесовские! Как громко и граду Гергесинскому, и всему миру возвещено, что без Божия попущения духи злобы не могут прикоснуться не только к людям, но и к животным.

Пасущии же бежаша, и шедше во град возвестиша вся (Мф.8:33) – о гибели стада и о исцелении бесноватых. Столь чрезвычайное явление кого не способно привести в удивление и страх? Свидетели чудес могли ли быть равнодушны к ним? Нет. Они поспешили во град и возвестили обо всем, чего были свидетелями, с такою силою, что во всем граде произошло движение. И се весь град изыде в сретение Иисусови: и видевше Его, молиша, яко дабы прешел от предел их (Мф.8:34).

И должно было подвигнуться всему граду; с радостью должно было сретить утеху Израилеву, свет языков – Спасителя мира; с благодарностью должно было повергнуться к ногам Иисусовым за то благодеяние, которое явлено в стране Гергесинской, восхвалять Господа, даровавшего милость людям, с живейшим умилением сердец молить Иисуса, да внидет во град, да привитает в нем, да озарит светом небесной истины сидящих во тьме греховного неведения, да пролиет живоносную воду благодати в сердца, грехом уязвленные. Но неблагодарный град поступает иначе. Он исходит в сретение Иисусови, и, видевше Его, молит – о чем же? О том, чтобы Он не только не входил во град, чуждый света и жизни, но и страну их совсем оставил. Что было тому причиною? То, что бесы, изгнанные чудодейственною силою Иисусовою из двух несчастных, по повелению Господа, перешли в стадо свиное, которое от того устремилось по брегу в море, и погибло в водах (Мф.8:32). Страна неблагодарная! Что для тебя дороже: Спаситель мира, или стадо свиное? Что для тебя должно быть прискорбнее: погибель ли душ, или стада свиного? Ты жалеешь о животных, и отвергаешь неоцененное сокровище – пришествие Христово. Жалеешь о животных, а не радуешься о том, что страждущие твои братия, по милости Господней, освобождены от лютого бесовского мучения. Крайняя слепота! Достойное слез заблуждение! Непростительное жестокосердие! И всему тому причиною пристрастие к благам земным. Так-то ослепляет сердце человеческое пристрастие к земле и земному! Так-то ожесточает душу привязанность к тленным, суетным благам века сего!

Во-первых, пристрастие к благам земным подавляет чувствования благоговения и благодарности к Богу. У света со тьмой, у добродетели с пороком нет никакого общения. Не можно работати Богу и мамоне (Лк.16:13), суетному богатству мира. Там, где воздвигнется кумир сребролюбия, жертвенник Богу живому и истинному стоять не может. Когда все помышления ума, все желания сердца приносятся кумиру сребролюбия: то что остается в жертву Богу, Коему всецело принадлежит сердце наше, на служение Коему должна быть посвящена вся жизнь, Коему должны быть приносимы, как дань благодарности, святые попечения о благоугождении ему! Жители страны Гергесинской не воздали подобающей чести и благодарности Господу Иисусу: потому что заражены были пристрастием к земле и земному. Евангельский юноша, изъявивший желание последовать за Христом, объят был скорбью, когда услышал, что последователю Иисусову должно оставить все земные сокровища. Отъиде скорбя: бе бо имея стяжания многа (Мф.19:22). Он оставил Господа Иисуса и к Нему уже не возвращался. Пристрастные к благам земли бывают неусердны к Церкви Божией, нерадивы к молитве: вечно заняты, и чем? Заботою о вещах суетных, а не тем попечением, какое свойственно иметь душе христианской, како угодити Господу благочестивою жизнью.

Во-вторых, пристрастие к благам земным подавляет чувства человеколюбия. Под именем благ земных разумеется не одно богатство, но почести и наслаждения – все, что мир почитает благом, и чего ищет, как блага существенного, прочного и твердого. Пристрастие и к богатству, и к почестям, и к наслаждениям чувственным вредно для души. Ибо что показывает печальный опыт? То, что пристрастные искатели богатства, почестей века сего, чувственных наслаждений, забывают о нуждах ближних своих, делаются равнодушными к их несчастиям, невнимательны к их воплям, не примечают их горьких слез, или примечая, не трогаются злосчастною участию бедных. Что причиною сего зла на земле? Что делает сердце человека, которое создано склонным к любви, толико твердым – каменным? Безрассудное пристрастие к земле и земному. Не сродно ли человеку любить подобных себе человеков? Не утешительно ли оказывать помощь ближним? Ибо ближние наши суть братия наши по плоти и духу: все мы чада одного первозданного Адама; все мы очищены кровью единого Восстановителя мира втораго Адама (1Кор.15:47) – Иисуса Христа; всех нас носит и питает одна земля; всех покрывает и озаряет одно небо; все покорены под иго одного закона; все призваны во едину Церковь: для всех равно отверсты источники благодатного освящения: все мы чаем единого царствия небесного; у всех един Бог и Отец, един Господь Иисус Ходатай, един Дух Святой Освятитель. Как же нам чуждаться тех, кои нам толико близки по природе и благодати? Пусть ближние наши не славны, не богаты, малы: тем паче они должны составлять предмет нашего попечения. Должны есмы мы сильнии немощи немощных носити, и не себе угождати (Рим.15:1). Если любовь Христова живет в нас: то сердце наше должно быть готово к благотворительности. Любы не ищет своих си (1Кор.13:5). Отчего же забыты бывают бедные? Оттого, что забыта Христова любовь: оттого, что усиливается непомерная любовь, слепое пристрастие к земле и земному. Сие-то пристрастие к земным благам подавляет чувствования человеколюбия, толико сродного сердцу нашему, и по природе, и по благодати.

Ужели совсем не должно пользоваться благами земли и не вкушать тех удовольствий, кои составляют отраду земной, горькой жизни? И богатство, и утешения жизни сами по себе не предосудительны.

Богатство аще течет, пользуйтесь им осторожно, но сердца к нему не прилагайте (Пс.61:11). Богатство подобно розе, которая цветет и благоухает, но имеет колючий стебель. Честей не ищи, а будь добродетелен и ко благу ближних усерден: честь и уважение без искания твоего тебя найдут. Утехам жизни не предавайся, дабы внезапно не постигла тебя горесть смертная. На земле мы странники; не здесь наши радости. Опасно, как бы вихрь радости не унес нас в бездну погибели. Аминь.

Беседа в неделю 6-ю по Пятидесятнице

Мф.9:1–9

Сколь ни ярко светит на тверди небесной солнце, но слепые не видят света его. Равным образом сколь ни светоносно сияет на тверди благодатного мира Солнце Правды – Христос Бог, но, слепые по духу, сыны века сего не примечают присносущного света его, не признают Божественного величия Господа Иисуса. Дабы уврачевать слепоту душ человеческих, рассеять мрак неверия, облежащий сердца их, Господь по беспредельной благости Своей творит чудеса и знамения, сколько славные для Имени Его, столько благотворные для рода человеческого. Сию истину открывает нам в полном ее свете ныне чтенное Евангелие.

И прииде Иисус во свой град (Мф.9:1). Какой это град? Капернаум. Вифлеем – место рождения Его по плоти; Назарет – место воспитания Его; Капернаум – град успокоения от трудов ходатайственного служения. Как счастлив Капернаум, в котором благоволил Господь пребывать и явить чудеса благости и всемогущества Своего! Небесный Врач душ и телес – в Капернауме: и се принесоша к Нему разслабленна жилами на одре лежаща (Мф.9:2). Так велико расслабление, что страдалец принесен ко Господу и притом на одре. Но чем сильнее болезнь страдальца, тем скорее помощь Жизнодавца, Врача Небесного. Движимый единою благостью Своею к страдальцу, а не усильными молениями его и ближних его, Он спешит подать благопотребную помощь. И видев Иисус веру их рече разслабленному: дерзай чадо: отпущаются ти греси твои (Мф.9:2).

И видев Иисус веру их. Как не видеть Всевидящему! Как не преклониться благостью Всеблагому! поскольку и расслабленный жилами и принесшие его имели веру живую, упование твердое: то Господь не замедлил открыть сокровищницу благости, подать сперва дарование духовное, потом телесное врачевание.

Так многоценна вера расслабленного и ближних его! Она привлекает милосердый взор Спасителя и силу благодати Его на раны страдальца; она отверзает сердце самого страдальца ко приятию благодатного дара. Где нет веры, там бездейственна сила Благодати. Надобно, братие, веровать во имя Господне, дабы приять благодатные дары Его.

Рече разслабленному. И взор Спасителя многоотраден, и слово Его животворно. Что же возвещает Всемилосердый расслабленному? Дерзай чадо: мир тебе страдалец, – ободрись духом и телом, – приготовь душу ко приятию многоценного дара, и какого дара? Отпущения грехов. Отпущаются ти греси твои.

Как счастлив при всем своем несчастии расслабленный! Недужный, лежавший при купели Иерусалимской 38 лет, не имел человека, который бы ввергнул его в купель целебную, когда возмущал Ангел Господень воду; а сего расслабленного благосердые ближние на одре принесли к Источнику здравия Господу Иисусу. Как он счастлив! С одной стороны, он видит сострадательную любовь ближних, с другой беспредельную благость Господа Иисуса, готового на помощь всем страждущим духом и телом, всем призывающим Его с верою, всем притекающим к Нему с надеждою.

Расслабленный желает крепости телесной, ожидает врачевания от расслабления, а приемлет важнейший дар милосердия, духовное врачевание – отпущение грехов. Отпущаются тебе грехи твои. Какой неожиданный, а вместе драгоценный дар благости Божественной! Почему Господь сперва врачует душу, – отпущает грехи? Это, с одной стороны, выражает, что корень всех болезней телесных лежит в душе грехолюбивой; а с другой это служит доказательством Божественного во Христе достоинства. Ибо кто может отпущать грехи, кроме единого Бога?

Братие! И мы расслаблены по душе и телу. Кто же приводит нас или лучше приносит к подножию Креста Христова? Служители и строители таин Христовых. Кто врачует наши болезни душевные и телесные? Господь Иисус, – Небесный Врач душ и телес. Чем привлекается милосердый взор Спасителя? Живою верою. Не часто ли и мы слышим нежнейший глас Господень: дерзайте, чада; отпущаются вам согрешения ваши? Что сего дороже? Что вожделеннее?

За столь высокий, чудесный дар милосердия Господня – отпущение грехов, чего надлежало бы ожидать? Общей сердечной признательности к благости Чудотворца, благоговейного прославления щедрот Его. Нет: являются неблагодарные, мнимые ревнители о славе Божией, враги Христова Имени. И се нецыи от книжник реша в себе: сей хулит (Мф.9:3). Видно, что книжники имели ум, омраченный неверием, сердце, развращенное нечестием. Видно, что отвергали они Божественное достоинство Господа Иисуса. Не смея явно восстать против Господа, они питали злые мысли и чувства о Нем. Сей хулит Бога, говорили они, в тайне сердец, – присвояя себе то, что принадлежит Единому Богу т.е. отпущение согрешений. Не тоже ли видеть случается в мудрователях века сего и ныне? Они лукавое мыслят о Нем в сердцах своих, лукавое о Нем произносят устами к развращению собратий, и лукавыми делами бесчестят Имя Божие. Буии и слепые! Что творите в суете ума своего? Почто помышляете зло в сердцах своих? Почто развращаете других словом, или писанием? Почто отвергаете веру, если не устами, то делами Богопротивными? Горе вам, если не познаете во Христе Божию силу и Божию премудрость, правду и освящение всего мира!

Что же Господь? Он с кротостью принял расслабленного и подал ему исцеление по душе. С тою же кротостью принял и книжников, расслабленных духом, и хотел подать им прозрение духовное. И видев Иисус помышления их (книжников) рече: вскую вы мыслите лукавая в сердцах ваших? Что бо есть удобее рещи: отпущаются греси твои, или востани и ходи (Мф.9:4–5) Видит т.е. знает Иисус помышления книжников: новое доказательство Божественности Его – ведение таин сердечных, помышлений и ощущений человеческих, свойственное Богу! Ибо кто имеет власть отпущать грехи? Един Бог (Мк.2:5, 7). Кто ведает тайны сердец, испытует глубины душ? Тоже Един Бог. поскольку же Он (Иисус Христос) и грехи отпущает по Своей благости, и тайны сердец ведает по Своей премудрости: то явно, что Он есть Бог, равный Богу Отцу и Духу Святому. Если Он есть Бог: то для Него равно удобно и грехи простить, по бесконечной благости, и расслабление уврачевать, по Своему всемогуществу. Так, несомненно то, что Иисус Христос есть Бог. По сему надобно воздавать Ему честь Богоподобную, – исповедать Его Божество и устами, и делами. Господь с кротостью обличает книжников, да приведет их в разум истины. Но что же? Сколь ни очевидна Божественность Иисуса Христа, но поскольку истины духовные неудобопонятны для плоти и крови, т.е. для естественного разума книжников: то Господь подает расслабленному здравие телесное и тем возводит ум книжников от видимого к невидимому, от дара телесного здравия к дару душевного спасения. Но да увесте, яко власть имать Сын человеческий на земли отпущати грехи: (тогда глагола разслабленному) востани, возми одр твой и иди в дом твой (Мф.9:6).

Кто это – Сын человеческий? Богочеловек Иисус Христос, родившийся по плоти от Девы Марии силою и действием Святого Духа. Как Он имеет власть прощать грехи? И как Сын Божий по богатству благости и как Ходатай между Богом и человеком по бесконечной заслуге. За пролитую Им Кровь на кресте Ему дана всякая власть на небеси и на земли, – дана власть прощать грехи на земли за веру во Имя Его. На земли: ибо здесь спасение по Благодати, там – за гранью земного бытия, суд по правде.

Востани, возми одр твой и иди в дом твой (Мф.9:6). О всеблагое, о всемогущее слово! Оно и расслабленных укрепляет, и недужных исцеляет, и мертвых по душе и телу воскрешает. Не очевидно ли, что Иисус Христос есть истинный Бог? Братие! И ныне Господь подает и душевное спасение – прощая грехи, и телесное здравие – врачуя болезни. С какою же верою и любовью должны мы принимать и лобызать сии знамения Божественной благости?

И возстав, взем одр и иде в дом (Мф.9:7). Расслабленный по гласу Всемогущего восстает с одра, на коем лежал, и не только восстает, но и берет на рамена одр, на коем принесен, и сам несет в дом свой во свидетельство не только здравия, но и крепости сил. Столь очевидное явлено знамение Божественной силы для убеждения книжников в том, что Господь Иисус есть Владыка душ и телес.

И мы, Братие, прияв бесценные дары благости Божественной – здравие телесное и прощение согрешений, да не медлим на одре греховного усыпления, – да восстанем скоро и рано со одра беспечности о своем исправлении, да делаем благое, доколе сияет день Благодати, – да ходим в жизнодательных заповедях Господних под сенью Св. Православной Церкви, яже есть столп и утверждение истины, (1Тим.3:15), ковчег спасения, врачебница болезней душевных и телесных.

Видевше же народи чудишася и прославиша Бога, давшаго власть таковую человеком (Мф.9:8). Народ простодушный, а не гордые книжники, познал и признал знамение благости Божией, пришел в чувство удивления и воздал славу Богу за столь чудное явление силы и могущества Его. Чудные знамения благости и силы Божией и ныне являются в царстве природы и Благодати, в нас и вне нас. Велик Господь наш и велика крепость Его, – беспредельна Его благость. Но трогают ли они наши сердца? Возбуждают ли изумление в душах наших? Подвигают ли уста ваши к славословию щедрот Господних? Ах, Братие! Если мы пребудем равнодушными к знамениям Божиим, безмолвными при чудесах Его: то камни возопиют не только во славу Божию, но и во обличение нашего равнодушия. Будем благословлять Господа во вся дни живота нашего за все дары Его Благости; хвала Его да пребывает и в сердцах и устах наших до последнего дыхания. Аминь.

Беседа в неделю 7-ю по Пятидесятнице

Мф.9:27–35

Так любвеобилен Господь Иисус, что нет блага, которого бы Он не даровал просящим у Него с верою; нет зла, от которого бы Он не избавил вопиющих к Нему о помощи с упованием. Здрав ли кто? Господь подкрепляет его по своей благости. Страждет ли кто? Господь готов на помощь с целебною силою. Тяжко и долго страдают два слепца, обращаются ко Господу и приемлют наконец исцеление по телу и душе. Как это совершилось? Слепцы вопиют ко Господу: помилуй ны Иисусе, Сыне Давидов! А Господь вопрошает: веруета ли яко могу сие сотворити? глаголаста Ему: ей, Господи (Мф.9:28).

Обращение слепцов ко Иисусу и вопияние их о помощи показывает в них глубокое чувство своего страдания, а вопрошение их о вере дает разуметь, сколько необходима вера для приятия даров Божественных. Братие! не все ли мы подобны Евангельским слепцам? Так, все мы слепы; ибо все грешны: грех есть тьма и по свойству своему омрачает ум и сердце наше. Не все ли имеем нужду в духовном прозрении? Все – даже до единого. Какой же путь к духовному прозрению? Тот же, каким шли Евангельские слепцы. Надобно сперва восчувствовать слепоту духа, осязать мрак, душу облежащий; потом обратиться ко Господу, – источнику света и жизни с живою верою в Его всемогущество, с твердым упованием на Его благость. Помилуй нас, Господи Иисусе, по великой Твоей милости! Надобно забыть и о тех познаниях, кои имеем, и о тех добродетелях, кои совершаем, а простирать и сердце, и уста, и руки ко Господу с живым чувством своей бедности, с крепким упованием благодатной помощи, могущей просветить очи сердца нашего, укрепить душу и тело среди немощей наших. Благодатию Божиею есмь еже есмь (1Кор.15:10), взывал Апостол Павел: не паче ли нам надобно чаять всего от щедродарной десницы Господней? Ибо не от Него ли и жизнь, и дыхание наше? Не от Него ли всякое благо и всякий дар совершенный – и свет для ума, и сила для воли, и освящение для тела?

Является чудо исцеления. Тогда прикоснуся очию их глаголя: по вере ваю буди вама и отверзошася очи има (Мф.9:29). Чудо исцеления совершается чрез прикосновение к очам слепцов и воззрение Иисусово, и слово Его, и прикосновение Его равно чудодейственны от того, что они Божественны. В Нем соединены человеческое и Божеское естество нераздельно и неслиянно. Отверзаются очи слепцов, и сии радостно созерцают красоту мира горнего и дольнего, – любезно взирают на светозарное лице Божественного Благодетеля, отрадно видят ближних, с коими тесно сопряжены узами родства и приязни.

Так, Братие, дорого прозрение телесное: но гораздо выше прозрение духовное. Кто же отверзает очи сердца нашего, если не тот же Божественный Чудотворец? Кто посылает животворный свет истины? Господь Иисус. Во свете его зрим свет небесной истины, обретаем жизнь блаженную в Нем. Духовное прозрение совершается чрез двоякое прикосновение Господне: внутреннее – силою Божественного Духа Его; внешнее – чрез Божественное слово Его и Священные таинства, чрез кои подается свыше просвещение, очищение и укрепление.

Чудо совершилось к славе Чудотворца и к отраде слепцов. Слепцы ожидают наставления, – как сохранить дар милосердия, – как благодарить Господа за благодеяние: нет, Господь запретил им даже говорить о сем. И запрети има Иисус, глаголя: блюдите, да никто же увесть (Мф.9:30). Сия заповедь Господня научала некогда исцеленных слепцов скрывать дар милосердия не столько от других, сколько от самих себя – от своего самолюбия и самопрельщения; ясно внушала смиренномудрие, толико нужное для сохранения духовного прозрения. Заповедь сия и нас научает быть смиренномудрыми пред Богом и человеками. Да не увесть шуйца, т.е. самолюбие, что творить святаго и Богоугоднаго десница – т.е. любовь к Богу и ближнему.

Если чем легко омрачается и ум, и сердце наше, – то гордостью и тщеславием. Сотворишь ли что-либо благое по любви ко Господу? Познаешь ли какую-либо тайну царствия? Не превозносись ни делом любви, ни сокровищем ведения, да не падешь в бездну мрака. Приемлешь ли от руки Господней какой-либо дар духовный? Не тщеславься величием дара, – да не погубишь сего драгоценного бисера. И если будешь поведать о величии Щедродателя, поведай с сердцем смиренномудрым, с чувством благоговейно-благодарным. Так некогда поступили слепцы: они совместили в себе и чувство смирения по заповеди Господней, и чувство благодарения ко Господу – по долгу исцеленных. Они же изшедша прослависта Его по всей земли той (Мф.9:31). Научимся из сего быть благодарными ко Господу за щедроты Его, славословить имя Его вечно-славное, – и сердцем и устами, возвещать судьбы Его по всей земли – ближним и дальним.

Новый страдалец – немой, бесом одержимый; новый и опыт милосердия – чудо исцеления. Се приведоша к Нему (Иисусу) человека нема беснуема (Мф.9:32). Как тьма бежит от света; – так сила бесовская прогоняется силою Божественною. Бес немедленно удаляется от лица Господня, а страдалец освобождается от тяжкого недуга и свидетельствует о чудеси благотворном: ибо когда изгнан был бес; – тогда проглаголал немой: изгнану бесу проглагола немый (Мф.9:33). Видно, что немота происходила не от обыкновенного повреждения органа телесного, но от действия бесовского. Язык связан был бесом.

Чудо это подает случай народу к благодарному удивлению и славословию Господа. И дивишася народи, глаголюще: яко николиже тако явися во Израили (Мф.9:33). А Фарисеи обращают оное в повод к клевете и злоречию против Иисуса, и разглашают, что Иисус не о персте Божии т.е. силою Духа Святого в Нем обитавшего, – прогоняет бесов, а силою бесовскою. Фарисеи же глаголаху: о князе бесовстем изгонит бесы (Мф.9:34). Что же из сего? То, что простодушный народ ближе к истине и, следовательно, к царствию небесному, нежели гордые Фарисеи, омраченные завистью и злобою. Народ поражается чудом и славит Чудотворца, – Книжники и Фарисеи пребывают равнодушны к благотворным явлениям во Израили, и не только равнодушны, но злобны к Чудотворцу – за обличение их злодеяний. Они, к стыду своему, изгнание бесов приписывают силе князя бесовского. Так всегда омрачается ум и сердце человеческое завистью и злобою; так зависть и злоба побуждают людей на ложь явную, на клевету постыдную, – дабы омрачить честь другого, поколебать его спокойствие, отнять у него жизнь.

Но сколь ни коварны замыслы Фарисеев против Иисуса, сколь ни язвительны клеветы против Его, сколько ни оскорбительны для Него поступки их: Господь Иисус не престает возвещать тайны царствия небесного, врачевать недуги душевные и телесные.

И прохождаше Иисус грады вся и веси, уча на сонмищах их, и проповедая Евангелие царствия, и целя всяк недуг и всяку язю в людех (Мф.9:35). Так любвеобилен Господь и так всемогущ Врач душ и телес! Так неутомимо и тщательно совершает дело Своего посольства в мир. Вот назидательнейший пример для служителей слова, для проповедников Евангельской истины! Проповедь Евангельская и благотворение ближнему прямо и существенно относятся к обязанностям Пастырей и Учителей Православной церкви, – строителей таин Христовых. Горе мне аще не благовествую (1Кор.9:16), говорит о себе Апостол Павел. Горе нам, – пастырям словесного стада Христова, если вознерадим о назидании и спасении вверенных нам душ! – Но аще языки человеческими и Ангельскими глаголю, любве же не имам, – бых яко медь звенящи или кимвал звяцаяй (1Кор.13:1), говорит тот же Св. Павел. Если Пастыри и Учители не проникнуты Св. любовью, – если любовь их не обнаруживается в делах милосердия: то суетно само в себе служение, – не полезно для ближних, и не угодно Богу. Что пользы в том, когда одною рукою будем созидать дом; а другою разорять, – проповедать слово истины, а дел христианского милосердия чуждаться?

Братие! сколь ни тяжки труды, кои предлежат нам в подвигах служения, сколь ни горьки скорби, коим подвергает нас враг спасения, как ни язвительны поношения, коими осыпает нас мир, – мы должны неослабно возвещать тайны царствия, – благотворить врагам, – переносить всякое злострадание за имя Христово, – приносить в жертву для блага ближних не только здравие, но и самую жизнь – драгоценнейшие блага. Слово истины и дело Святой любви да будут достоянием духа нашего во вся дни служения нашего. Аминь.

Беседа в неделю 8-ю по Пятидесятнице

Мф.14:14–20

Является ли Господь во граде – Его окружает народ. Приходит ли в какую-либо весь – Его радостно сретает вся весь. Посещает ли какой-либо дом – там учреждается вечеря, весь дом ликует и блаженствует. Удаляется ли в уединение – Его сопровождает народ в мирное уединение. Так, где Христос Господь: там свет, жизнь, радость, блаженство. Посему дивно ли то, что простодушный народ всюду сопровождает Его – утеху Израиля, чаяние языков?

И изшед Иисус виде народ мног. Видит Господь народ мног, усердием к Нему движимый и, как Всеблагий, преклоняется к милосердию. Виде народ мног и милосердова о них. Господь, по беспредельному своему милосердию, оставил небо и явился во плоти на земле: дивно ли, что на земле везде и всем являет знамения Своего милосердия? Он то воскрешает из мертвых, то слепым дает прозрение, глухим – слух, немым разверзает язык. Ныне чтенное Евангелие показывает, что сперва чудесно уврачеваны недужные, потом чудесно напитаны – алчущие.

Первое знамение милосердия Господня – исцеление недужных. Милосердова о них и исцели недужныя их. Недужные прежде всех привлекают милосердый взор Спасителя: не требуют бо здравии врача, но болящие (Мф.9:12), болящие долго и тяжко. Врач небесный по всемогуществу Своему исцеляет больных по телу, – да уврачует болящих по душе от грехов. Сугубый дар милосердия – исцеление по телу и душе. Братие! тяжко страждем и мы по душе и телу; страждем от колыбели до гроба. Несть пластыря приложити, ниже елея, ниже обязания – говорит Пр. Исаия (Ис.1:6). Чем сильнее и продолжительнее болезни наши; тем благопотребнее врачевание; тем вожделеннее и дороже исцеление по душе и телу. К кому же прибегнем мы, болящие по телу и душе, если не к Небесному Врачу душ и телес? Его и благость безмерна, и сила беспредельна; Его язвы – врачевство наше; Его смерть жизнь наша. Надобно только прибегать к Небесному Врачу с верою живою и надеждою несомненною.

Второе знамение милосердия – чудесное напитание алчущих. И повелев (Иисус) народом возлещи на траве и прием пять хлеб и обе рыбе, воззрев на небо и благослови: и преломив даде учеником хлебы, ученицы же народом. И ядоша вси и насытишася. Сколько больным благопотребно врачевание, – столько нужно здравым напитание. Место пусто, хлеба нету и купить негде. Народ алчет и жаждет. Ученики скорбят и недоумевают. Господь сам устрояет трапезу – воззрев на небо, благословляет хлебы и рыбу: и что же? Зрите и чудитесь. – Сила Благословения Его так велика, что пять хлебов и две рыбы оказываются достаточными к напитанию многого народа. Чудная трапеза Господня! Она безмерно сладка и питательна не только для людей, но и для Ангелов, – питательна для души и тела. – Хлебом чудесно напитаны тела алчущих; Небесным учением напитаны души их.

Братие! И мы алчем и жаждем, не столько по телу, сколько по душе. Ничто земное не утоляет алчбы и жажды нашего духа. Что же утолит может жажду и алчбу духа, если не Благодать Св. Духа? Кто напитает нас небесною манною слова, животворным хлебом, если не Господь Иисус? Силою Его благословения и слово Его действенно, и хлеб и вино животворны. Слово Его всегда возвещается Пастырями и Учителями во спасение наше; тело и кровь Его преподаются во освящение наше чрез строителей таин Христовых. Сия духовная трапеза так многообильна, что достаточна к напитанию всего мира, – так действенна, что сообщает нетленное семя жизни и телам, и душам нашим.

Чем обильнее дары, коими десница Господня ущедряет нас: тем братолюбнее должны быть сердца наши, – тем щедродательнее руки наши. Чем многочисленнее бедные и нуждающиеся в помощи: тем готовее должны быть на помощь и мы, по мере достояния нашего. Видит Господь народ мног и – являет неизреченное обилие благости – творит чудеса милосердия. Будем же и мы милосерды ко всем, паче же к присным в вере, как Отец наш Небесный и Единородный Сын Его – милосерды суть. Отец Небесный благоизволил предать на крест и смерть Единородного Сына; – Единородный Сын Божий положил живот Свой не за друзей, но за врагов нашего ради спасения: какой пример для Христианского милосердия! И мы обязаны приносить в жертву Богу и во благо ближних не только имение, труды и здравие, но и самую жизнь. И мы обязаны не только врачевать больных духом и телом елеем Св. любви, но и питать здравых словом истины, Святым брашном благочестия. Одушевляясь святым чувством милосердия к ближним, мы соделаемся сынами Вышнего, Братиями Господа Иисуса и присными сожителями Святых в блаженных обителях неба. Что сего дороже? Что вожделеннее? Блажени бо милостивии, яко тии помилованы будут от Всемилостивого в день праведного воздаяния по делам и трудам. Аминь.

Беседа в неделю 9-ю по Пятидесятнице

Мф.14:23–33

Всякой вещи под небесем (свое) время: время глаголати и время молчати (Еккл.3:1, 7). Сему закону покоряется и Господь Иисус Христос. Он то беседует с учениками и народом о Божественных истинах и путях к царствию небесному: то удаляется от них для молитвенного безмолвия на гору. Ученики по воле Господа отправились на другую сторону моря, – народ возвратился в дома свои, – остается един Иисус.

И отпустив народы взыде на гору един помолитися. Позде же бывшу един бе ту (Мф.14:23). Уединение, безмолвие ночи, возвышенность горы много благоприятствуют возношению духа горе – к Богу. И вот Господь един, на горе, – во мраке ночи, – проливает, как Ходатай и Спаситель мира, горячайшие молитвы пред Отцом Небесным. О ком же? Конечно, не о Себе, – Он был едино со Отцом и Духом, – но о людях, кои Ему вверены; не о чем другом молится, – как о спасении их чрез крестную смерть. Чему научает нас Господь? Душеспасительной молитве, этому сладкому собеседованию с Богом, – благоговейному возношению ума и сердца к Нему. Какое же время для молитвы благоприятнейшее? Безмолвная ночь, когда все утихает окрест нас. Какое место для молитвы удобнейшее? Уединенная вне града гора, или потаенная обитель в доме. Не отвергается ли сим общенародная молитва? Нет: и Спаситель Господь и Апостолы Его очень часто восходили в храм Иерусалимский для общенародной молитвы. Видно, считали оную необходимою. Что побуждает нас к молитве? И немощи, кои имеем по душе и телу, и дары, кои от Бога приемлем, для временной и вечной жизни, и те искушения, кои сретают нас на пути креста, – на пути к царствию небесному, для очищения, укрепления и просвещения нашего.

Спаситель на горе изливает душу Свою един, в мире и тишине, а ученики терпят на море бурю, страх и смятение от сильного противного ветра. Корабль же бе посреде моря, влаяся волнами. Бе бо противен ветр (Мф.14:24). Где нет Иисуса, – там нет ни безопасности от бед, ни покоя от сует, ни радости среди обилия благ. Нет на корабле Иисуса с учениками: и вот постигает их буря, – объемлет страх и трепет, колеблет смятение. Противный ветр производит волны, – волны колеблют корабль, – колебание корабля рождает в душах опасение за жизнь, страх и беспокойство. Не тоже ли бывает и с нами, братие, – когда мы остаемся одни сами с собою, – с своею суетою, без благодати Господней. Море жизни многомятежно, – сильные ветры – страсти наши и козни врагов нашего спасения; возбуждают порывистые волны напастей и скорбей, – волны со всею быстротой несутся против корабля спасения – т.е. против Св. Церкви Христовой: в ком же и в чем искать безопасности, покоя и радости, если не в Господе Иисусе, в Его благодати и истине? Давно море суеты поглотило бы бедные души наши, если бы благодать Господня не была присуща нам и не охраняла нас от суеты и бед. Ибо что вне нас? Ужасная бездна искушений. Что внутрь нас – в существе нашем? Огненная бездна вожделений. И та и другая бездна готова поглотить корабль спасения нашего, – поглотить и души, и тела. Но да не смущается сердце ваше, братие, веруйте в Господа Иисуса. Господь блюдет избранных Своих, как зеницу ока, согревает и питает их, как нежная мать – детей своих, спешит на благопотребную помощь, когда угрожает им или постигает их какая-либо беда. В четвертую же стражу нощи, – около рассвета, иде к ним Иисус, ходя по морю (Мф.14:25). Новые чудеса благости и всемогущества! Ибо кто может ходить по морю, как не Тот, Кому и море, и ветры, и небо, и земля, покорны, – Господь Иисус? И кто скорее приидет на помощь не только среди дня, но и среди нощи, среди волн житейского моря, как не Тот, кто преисполнен благости ко всем, паче же к присным в вере – Господь Иисус? Так, в Нем сокрыты все сокровища благости Божественной. По сему не одни Избранные вкушают манну благости Его, – не одни Святые упиваются от тука дома Его: крупицы благости от богатой трапезы Его падают и на недостойных благости. Господь Иисус есть свет присносущный; – Он светит всем, – добрым и злым, и дождит на всех – на праведных и не праведных. От колыбели до гроба, – от утра дней до вечера щедроты Его изливаются на всех нас – грешных. Будем же все благодарны к Нему за щедроты Его по душе и телу.

Сколь ни многократны чудеса, кои сотворил Иисус пред учениками: но хождение Иисуса по водам показалось столь поразительно для них, что они приняли это за мечту воображения, за некое страшное привидение, пришли в необыкновенный ужас и от страха произвели беспорядочный крик – знак душевного смятения и потрясения. Так сильно потрясает душу человека все чрезвычайное! Так немощен бывает человек без Благодати Господней! Чрезмерное смятение учеников, пораженных, хождением Господа Иисуса по водам, подвигло сердце Иисусово к скорой помощи. Божественный Чудотворец скоро утишает силою Божественного слова бурю помышлений и ощущений в сердцах учеников, – уверением, что это Он сам, а не призрак, рассеивает смятение их, возвещает им слово мира. Абие же рече им Иисус: дерзайте, Аз есмь: не бойтеся (Мф.14:27). Это Ты, Господи, свет очей наших вожделенный, – сокровище сердца драгоценное, – а не страшный призрак; – это Ты сладчайший Иисусе, мир, радость, жизнь, блаженство наше. Чего же нам бояться? О чем смутиться? Не бойтесь, братие, среди волн житейского моря, – если ощущаете приближение Иисуса, слышите слово мира Его. Ибо чего бояться там, где Господь Иисус пребывает? На что не можно решиться тем, для коих всесильная помощь Его всегда готова? Аще пойдем и посреди сени смертной, не убоимся, ниже смутимся, если Господь пребывает с нами. Жезл благости Его наставит вас на стези истины и жизни, палица Его суда сохранит нас от стрел лукавого. Благо нам жить и умереть с Господом и для Господа!

Божественная власть Господа Иисуса еще более открывается из того, что Он не только Сам ходит по водам, но и позволяет одному из учеников – Петру приити к Нему по водам же. Отвещав же Петр рече: Господи, аще Ты еси, повели ми приити к Тебе по водам. Он же рече прииди (Мф.14:28). Видно, что невозможная у человек, Богу вся возможна. Иисус Христос, как Бог, и Сам пошел по водам, и как Владыка неба и земли, моря и суши, повелел Петру идти к Нему по водам. Это чудо послужило вместе испытанием веры Петровой и силы Ее. Излез из корабля Петр хождаше по водам приити ко Иисусови (Мф.14:29). Петр поверил и – пошел по водам. Так велика сила веры. Она господствует над горами и морями. Но сколько силен Бог, столько немощен человек, – по удобопреклонности к маловерию. Сколько чудодейственна вера, – столько пагубно неверие. И благо тому, кто при оскудении веры опять обращается к Богу, взывая и сердцем, и устами: Господи! приложи ми веру (Лк.17:5). Видя же ветр крепок убояся: и начен утопати, возопи глаголя: Господи! спаси мя (Мф.14:30). Вот опыт бессилия духовного в вере и уповании! Ветр усиливается, волны возрастают: надобно было и вере Петровой возрасти и победить искушение. Надобно было сказать: не умру, но жив буду и повем дела Господня (Пс.117:17). Нет. Смятение овладевает душою Петра, ужас смерти потрясает его сердце, бездна готова поглотить его, вера его колеблется, – он простирает и руки и глас ко Господу, взывая о спасении. Господи! спаси мя: погибаю. И абие Иисус простер руку ят его и глагола ему: маловере! по что усумннился еси (Мф.14:31). Так опасно маловерие, а паче пагубно неверие. Так благопотребны постоянство в вере и крепость духа. Если бы Петр сохранил дух веры, с коею простер ногу из корабля в море, – то безопасно приблизился бы к Иисусу. Но вот рождается в душе его сомнение, при сильном противном ветре, и – скоро овладевает душою его ужас и опасение за жизнь. Маловере! по что усумннился еси? Маловерный! – говорит Господь к каждому человеку – Христианину, почто сомневаешься среди искушений, кои постигают тебя среди многомятежного моря жизни? И – простирает к нему руку помощи, дарует спасение. Рука Господня высока и крепка: надобно, Братие, твердо веровать в Бога и уповать на Его благость, да приимем обилие Благодати по душе и телу.

Хождение Иисуса Христа по водам, как очевиднейшее доказательство Божественной власти Его над видимою природою, долженствовало в учениках возбудить и утвердить живую в Него веру. И оно не осталось бесплодным. Когда Иисус Христос и Петр взошли в корабль; – когда ветр утих; – утихло и смятение в душах учеников, воссиял свет веры и мир надежды водворился в сердцах их. Это обнаружилось в том, что сущие в корабли не только поклонились Ему, как Господу, но исповедали, что Он есть воистинну Сын Божий. Сущие же в корабли пришедше поклонишася Ему глаголюще: воистинну Божий Сын еси (Мф.14:33). Так, вера порождается глаголом Божиим, оживляется любовью, утверждается благоволением Господа. Восходят ли воды искушений до души: среди бурных волн жизни держись за якорь веры и не убегай креста Христова. Искушения благопотребны для верующей души: они очищают ее от праха тления, от тайных согрешений. – Не сомневайся в силе и благости Господа. Примиритель неба и земли скоро утишит бурю помышлений, возвратит мир душе и корабль спасения приведет в безмятежную пристань духовной радости. Хочешь ли познать Господа Иисуса? Никогда не искушай Его желанием чудес и знамений; знамения нужны не для верных, а для неверных; блаженны те, кои, не видевше чудес и знамений, веруют во Христа Сына Божия и исповедают Его, как Божию силу и Божию премудрость, правду и освящение всего мира. Ущедряет ли тебя Господь дарами благости? Пользуйся благодарно дарами благости Его и тихим веянием любви Его. Для простодушной веры и благоговейной любви каждый дар, исходящий от Бога, есть чудесное знамение благости Его и призыв к благодарному славословию щедрот Его.

Братие! Верою истинною в Сына Божия просвещаемся и очищаемся: но вера дар Божий есть. Любовью святою к Нему оживляемся и укрепляемся: но и любовь изливается в сердца наши Духом Святым. Если по благости Господней имеете начатки веры и любви: то возгревайте сии дары усердною молитвою и непорочным житием. Аминь.

Беседа в неделю 10-ю по Пятидесятнице

Мф.17:14–21

Как велика сила веры, как важны молитва и пост! Нет ни одного благодатного дара, столь драгоценного, которого бы не можно было привлечь силою веры; нет добродетели столь высокой, которой бы не можно было совершить при помощи веры; нет искушения столь тяжкого, которого бы нельзя было победить молитвою и постом. О сем и слуху, и сердцу нашему возвещает внятно ныне чтенное Евангелие.

И пришедшим им (Иисусу Христу с учениками) к народу, приступи к Нему человек кланяяся Ему и глаголя: Господи, помилуй сына моего (Мф.17:14–15). У кого лучше просить милости, как не у Всемилостивого? И кто скорее преклонится на милосердие, как не Всемилосердый? Страждущий отец одного несчастного сына приступил ко Иисусу с молением о помиловании страждущего сына его, – об избавлении от злого и нечистого духа. Помилуй сына моего, яко на новы месяцы беснуется и зле страждет: множицею бо падает в огнь и множицею в воду (Мф.17:15). Так тяжко страждет одержимый бесом. Он давно сделался бы жертвою огня, или воды, если бы не хранил его Всеблагий Промысл Божий.

Братие! Не мучит ли каждого из нас злой дух и нечистый от самой юности? Не раздирает ли душу и тело какая-либо страсть? Не падаем ли мы беспрестанно то в огнь гнева, то в воду сластолюбия и – страждем? От юности нашея мнози борют нас страсти. Плоть похотствует на дух, дух же восстает на плоть (Гал.5:17). К кому же прибегнем, обуреваемые волнами страстей, если не к Верховному Кормчему Господу Иисусу? Кто подает целебное врачевство сердцам вашим, уязвляемым стрелами вражиими, если не Господь, Небесный врач душ и телес? Господи Иисусе! помилуй нас по великой твоей милости, уврачуй многолетние страсти душевные и телесные Божественною твоею силою.

И приведох его (одержимого злым духом сына) ко учеником твоим, и не возмогоша его исцелити (Мф.17:16). Так силен был бес, долголетно мучивший несчастного сына одного из несчастных отцов, что Апостолы, сильные словом и делом, не чуждые дара чудотворения, не могли изгнать его. Един Господь сил силен был даровать несчастному свободу от духа злого и нечистого, а отеческому сердцу отраду и радость о здравии сына. И как же дарует это Господь Иисус? Сперва показывает, что для приятия дара благодатного благопотребна вера, а потом подает просимый дар – исцеление. О роде неверный и развращенный! говорит Он. Доколе буду с вами, доколе терплю вам (Мф.17:17)? Так прискорбно для сердца Иисусова, при бесчисленных чудесах всемогущества Его и знамениях благодати Его, неверие Иудейского народа, – к сонму коего принадлежал и несчастный отец, – что для Него вожделеннее было идти на крестную смерть, нежели жить среди рода неверного и развращенного. – При всем том по беспредельной благости подает исцеление страдальцу. Приведите ми его семо. И запрети ему Иисус и изыди из него бес: и исцеле отрок от часа того (Мф.17:18). Так сильно слово Всесильного! Той рече и бысть. Повелел бесу оставить отрока и – оставил немедленно. Аз ти повелеваю, душе немый и глухий изыде из него и ктому не вниди в него (Мк.9:25). И бес, как преступник, связанный силою Творческого слова, повинуется велению Господа, невольно исходит из отрока. И исцеле отрок от часа того по беспредельной благости Небесного Врача душ и телес.

Не часто ли и мы возносим к Богу прошения наши и не скоро приемлем? Ибо или не того просим, чего просить должно, или не так, как просить должно, или не для того, для чего просить должно. Просите и не приемлете зане зле просите без сердечной веры да во сластех иждивете (Иак.5:3). Не тоже ли и мы, маловерные и малодушные, в обличение нашего маловерия, слышим от Господа Иисуса и в совести нашей, и в Божественном слове Его? О роде неверный и развращенный! Доколе буду с вами, благодетельствуя вам неблагодарным? Доколе терплю вам, при бесчисленных согрешениях ваших? При всем том беспредельно благий милует и щадит нас грешных, и не только щадит, – но нередко и ущедряет обильно дарами Своей благости, – подает и душевное спасение, и телесное здравие и все блага земли и неба, если только приносим искреннее раскаяние в согрешениях. Несчастный отрок получил чудесное исцеление не от рук Апостолов, а от десницы Господа Иисуса. Это привело Апостолов в недоумение и опасение, не лишились ли они дара чудотворения, не потеряли ли благодати, в них обитавшей, как замечает Св. Златоуст (Беседа LVII на Матф.). Тогда приступльше ученицы ко Иисусу на едине реша: почто мы не возмогохом изгнати его (Мф.17:19)? Что же отвечает им Иисус? За неверствие ваше. Ужели же и Апостолы не имели веры полной и совершенной? Видно, нет: ибо слово Христово – истинно. Чему дивиться? Апостолы до сошествия на них Св. Духа были во многом несовершенны. Их и вера слаба, и добродетель несовершенна. Они и робки, и бессильны. Что же дивного, если они на сей раз не имели столько силы веры, сколько благопотребно было для изгнания сильного беса? Ученики сознают свое маловерие и бессилие, молчат и тем утверждают истину слов Христовых. Господь же предлагает им слово о силе веры. Аминь глаголю вам: аще имате веру, яко зерно горушно, речете горе сей: прейди отсюду тамо и прейдет: и ничтоже не возможно будет вам (Мф.17:20). Сколь ни мало зерно горчичное: но оно великую имеет силу и возрастает в древо велие: так и вера живая и истинная, сколько ни малою кажется в очах мира, но она бывает чудодейственна. Она и горы преставляет, если то нужно бывает, – и огнь угашает, и море иссушает, и больных исцеляет и бесов изгоняет, и мертвых воскрешает, и царствия мира побеждает. Сия есть победа, победившая мир вера наша, говорит Апостол (1Ин.5:4). Как велика сила веры! Если Апостолы не передвигали гор: то это потому, что не имели к тому ни потребности, ни случая. Они гораздо большее творили, напр., воскрешали мертвых по душе и телу. Менее ли же это значит, нежели гору двинуть? Где хочет, где действует Бог, побеждается естества чин.

Правда, верующему вся возможна суть на небе и на земле. Но в чрезвычайных явлениях силы Благодатной много помогают вере молитва и пост – ближайшие спутники ее. По сему к слову о силе веры Господь присовокупляет слово о важности молитвы и поста в духовной брани, в деле нашего спасения. Сей же род – скопище бесовское, не исходит – изгоняется, токмо молитвою и постом (Мф.17:21). Так важны молитва и пост! Кто из Святых победил врагов спасения без оружия молитвы и поста? Кто из них возшел на высоту духовного совершенства без лествицы молитвы и поста? Постились и молились Моисей, Илия, Иоанн Креститель, Пресвятая Дева Мария, Св. Апостолы, все подвижники благочестия. Сам Спаситель мира освятил молитву и пост Божественным примером во дни земной жизни, среди подвигов ходатайственного служения во спасение наше. Нам ли грешным победить плоть, мир и диавола без помощи посильного поста и Св. молитвы? Нам ли успеть в Христианской добродетели без поста и молитвы?

Молитва и пост суть тоже для души верующей, что два крыла для птицы. Птица на крыльях высоко поднимается на воздух: душа помощью молитвы и поста возносится горе, к Богу. Летящую по воздуху птицу птицелов поймать не может: душу, парящую под небесем помощью молитвы и поста, враг уловить не имеет сил. Одно крыло недостаточно для летания птицы: так недостаточны для души верующей ни молитва без поста, ни пост без молитвы. Молитва без поста неудобна и неблагоприятна Господу: пост без молитвы труден и бесполезен. Постом обуздываются вожделения плоти и страсти души, постом плоть делается легкою, порабощается духу: молитвою душа очищается, светлеется, к Богу возвышается и с Духом Его Святым соединяется. Когда же Дух Святой вселяется в душу верующего: тогда дух нечистый и злой бежит, как тьма от света, от души верующей.

Соединяйте, Братие, с верою сию Святую двоицу – молитву и пост, и торжество вашею веры соделается светлым и спасение непреоборимым. Молитесь и умом, и устами; поститесь и духом, и телом. Освятите пост, проповедите цельбу (Иоил.2:15), то есть молитву. Аминь.

Беседа в неделю 11-ю по Пятидесятнице

Мф.18:23–35

Много и тяжко все мы согрешаем против Бога, Отца любвеобильнейшего и Судии праведнейшего; согрешаем против ближних, по плоти и духу, – братий наших. Но сколь ни велики, сколь ни многочисленны наши согрешения, – Господь по беспредельной благости Своей готов простить все наши грехопадения, если мы искреннее приносим раскаяние в них. И не только Сам скоро и охотно прощает, но и хочет, дабы и мы охотно прощали ближним все согрешения их против нас, сколько бы они ни были велики, все оскорбления, сколько бы они ни казались тяжки. – Сему научает Господь притчею ныне предложенною. Уподобися Царствие небесное человеку Царю, иже восхоте стязатися о словеси с рабы своими (Мф.18:23). Под именем человека – Царя разумеется Сын Божий, воплотившийся ради нашего спасения, Богочеловек Господь Иисус. Отец бо не судит никомуже, но суд весь даде Сынови (Ин.5:22). Ему дадеся всяка власть на небеси и на земли ради заслуг Его т.е. страданий и Крестной смерти. Восхоте стязатися о словеси – потребовать отчета. Это значит, что Всеблагий Бог никого не осуждает и не наказует без суда правды. С рабы своими. Рабы, кои суду Божию подлежать, – это все люди, это мы грешные, искупленные ценою крови Его и осыпанные дарами природы и Благодати. Время суда – второе Христово в мир пришествие. Первое пришествие Христово в мир имело целью – спасение мира, – второе суд мирови. Первое кроткое в уничижении, – второе – грозное, во славе. На сем суде надобно будет дать отчет во всех дарах, кои от десницы Господней приняли; во всех служениях, кои проходили; во всех словах, кои произнесли; во всех мыслях и ощущениях, кои имели; во всех делах, кои сотворили. Помышляя о сем праведном и строгом суде, невольно возопиешь из глубины души: аще беззакония назриши Господи, Господи, кто постоит (Пс.129:1.)?

Наченшу же Ему стязатися, приведоша к Нему единаго должника тьмою талант (Мф.18:24). Открывается суд: Судия на престоле славы; Ангелы окрест, должный тьмою талант пред престолом. Кто это должник тьмою талант? Это люди, приявшие от Бога все, что ни имеют, по телу и душе. Это мы грешные, созданные и воссозданные от Бога на дела благая, да в них ходим. Что за таланты? Это бесчисленные дары природы и благодати, кои вручаются свыше каждому из нас против силы при рождении и возрождении. Это те тяжкие согрешения, кои содеваем мы против Бога, ближних и самих себя. Кто же из нас не должен тьмою талант? Ибо сколько благ, кои во зло употребили? Сколько зол, кои сотворили по телу и душе? Сколько раз обещали покаяние – и солгали. Несть творяй благостыню; несть даже до единаго (Пс.13:3). Все согрешаем и лишаемся славы Божией. Все мы, – неоплатные должники. Что же воздадим Господу за вся, яже воздаде нам? Горе нам бедным!

Не имущу же ему воздати, повеле Господь его продати и жену его, и чада, и вся, елика имяше, и отдати (Мф.18:25). Требуемое воздаяние – это удовлетворение Божией правде за долги – за грехи. Неимение раба, чем и как заплатить долг, – это крайнее бессилие и бедность грешника. Жена раба, – грешника, это плоть, союзница души. Чада его – это все деяния его. Имение – это все достояние его по душе и телу. Продажа раба с женою и чадами и имением, – это отчуждение человека грешника от Бога. Какой, по-видимому, Царь немилосердый к бедному рабу! Нет: Царь преисполнен благости. Благ Господь и благость Его на всех творениях Его. Для чего же дает Господь повеление продать раба и жену, и чад, и все имение? Да приведет грешника в сознание, сколь велика Правда Божия, требующая удовлетворения за грехи, и сколь велика немощь человека грешника к оправданию своему. Все, что ни имеет человек по душе и телу, не довлеет к умилостивлению Божию, к удовлетворению бесконечной правде Его.

И подлинно, должник – грешник, пораженный страхом суда и казни, приходит в сознание своей бедности и бессилия, с чувством сокрушенным обращается к милосердию Судии Царя и просит Его о помиловании. Пад убо раб той, кланяшеся Ему, глаголя: Господи! потерпи на мне и вся Ти воздам (Мф.18:26). И бремя долга тяжкое, и чувство бессилия глубокое преклоняют человека долу, повергают его к стопам Спасителя, – к подножию Креста Его и заставляют его умолять Господа о помиловании. Чему научает нас пример смиренного раба? Со смиренным сокрушением прибегать ко Господу и со всею силою веры и упования молить Его благость о помиловании нас грешных, о прощении наших согрешений в той уверенности, что глубокое чувство смирения, что вопль сердечного сокрушения скорее всего привлекают милосердый взор Спасителя на человека-грешника. Гордым бо Бог противится, смиренным же дает благодать (Притч.3:34) являет милость.

Милосердовав же Господь раба того, прости его, и долг отпусти ему (Мф.18:27). Всеблагий Царь удобно преклоняется к милосердию по Своей беспредельной благости, скоро прощает рабу Своему, за смирение его, долг его и отпускает его с миром в дом к присным его. Какой чудный опыт благости Царевой к рабу, недостойному Его благости!

Братие! как велики и многочисленны согрешения наши! Чем и как можем мы удовлетворить бесконечной Божией правде? И закон осуждает нас, и совесть укоряет нашу душу, и грехи наши вопиют на небо, и громы небесного правосудия готовы разразиться над главами нашими. У кого же нам искать милости, как не у Всемилостивого? Где сокрыться от праведного гнева Его, как не под сенью Его благости, как не в язвах Христа Спасителя? Бог наш беспредельно благ ко всем – ближним и дальним. Исповедайтеся Господеви, воспевает Царь и Пророк Давид, яко благ, яко во век милость Его. Кто возглаголет силы Его, слышаны сотворит вся хвалы Его (Пс.105:1–2). Он не только прощает нам, бренным рабам своим, бесчисленные долги, – согрешения наши, но и ущедряет нас дарами Своей благости по душе и телу. Слава беспредельному Его милосердию!

Сколько благ Господь милующий, – столько зол раб помилованный. Изшед же раб той обрете единаго от клеврет (товарищей) своих, иже (бе) должен ему стом пенязь. И емь его давляше, глаголя: отдаждь ми, имиже (ми) еси должен (Мф.18:28). Злонравный раб! почто теснишь брата своего? Разве не знаешь, что он тебе должен не тьмою талант, а стами пенязей – долг несравненно меньший? Сам ты помилован, а брата своего теснишь и требуешь от него с истязанием долга своего. Таково свойство злых! Они любят пользоваться милостями от высших, а сами жестокосерды к ближним, – не взирая на слезы их, не внимая мольбам их.

Сколько ни злонравен помилованный раб: но бедный клеврет (товарищ) его, стесненный бедностью, со смирением простирает к нему моление свое. Пад убо клеврет его на нозе его, моляше его, глаголя: потерпи на мне, и вся воздам ти (Мф.18:29). Клеврет смиренный умоляет заимодавца не об оставлении долга, а об отсрочке оного – а раб злонравный не только не оказывает справедливого снисхождения к нему, но отягощает на нем свою руку. Он же не хотяше, но веде всади его в темницу, дóндеже воздаст должное (Мф.18:30). Какое бесчеловечие! Какое неразумие! Если должник, пользуясь свободою не мог заплатить долга: то как воздаст он, быв заключен в темницу?

Не часто ли братия наши простирают к нам и взоры, и руки в бедах своих и умоляют о милости к ним? Что же жестокосердые? Не только не преклоняются на милосердие к собратьям бедным, но отягощают их участь, заключают в оковы и в темницы. Где же вера в Бога? Где любовь к ближним? Где признательность за дары Господни? Где страх суда Божия? Как бы то ни было: но чем хладнокровнее к бедным жестокосердые; тем сострадательнее к ним благосердые, тем готовее на помощь в нуждах душевных и телесных. Видевше же клеврети его (товарищи) бывшая, сжалиша (си) зело и пришедше сказаша Господину своему вся бывшая (Мф.27:31). Клеврети – это благие Ангели Хранители наши, защитники наши пред Богом. Господин – это Бог всеведущий. Без сомнения, Всеведущий и сам знает все наши нужды и все огорчения, но Ангели возвещают Ему о наших бедах и нуждах, да ведаем мы, что они посланы в служение за хотящих наследовать спасение, что они по свойству любви одушевляющей их, готовы на помощь меньшим братиям своим, и что им не угодны жестокосердые.

Жестокосердые противны Св. Ангелам, – противны и Господу Ангелов и человеков. Тогда призвав его (раба) Господин его глагола ему: рабе лукавый! весь долг он отпустих тебе, понеже умолил мя еси (Мф.18:32). Здесь обличение раба жестокосердого. Раб назван лукавым за то, что поступил несправедливо в отношении к Богу и ближнему. Справедливость требовала от него оказать ближнему то, что он сам приял от руки Господней. Господь преклонился на моление его, и ему следовало внять молению брата. Господь простил ему весь долг, гораздо больший, по благости Своей, и ему следовало простить долг, гораздо меньший, по чувству сострадания. Не подобаше ли и тебе помиловати клеврета твоего, якоже и Аз тя помиловах (Мф.18:33)? Обличаемый молчит и тем признает истину и справедливость обличения. Признает вину свою, но не приносит плодов достойных покаяния. Не кается, а потому навлекает праведный гнев Господень. И прогневася Господь его, предаде его мучителем дóндеже воздаст весь долг свой (Мф.18:34). Здесь праведный суд на раба жестокосердого. Суд производит с рабом Господь ради человеколюбия, да покажет, что не Он, а жестокость и неблагодарность раба отвращают дарование Божие (Блаж. Феоф.).

Братие! Не часто ли слышим и мы обличение то в совести, то в слове Божием, то в приключениях жизни за жестокосердие к ближним? Не часто ли видим жезл суда Божия, карающий нас праведно за грехи и неправды наши? Не скудость человеколюбия Божия, а жестокость и нераскаянность ваша не только отъемлют у нас дары благости Божией, но и привлекают казни временные и вечные. И, о если бы только временные! Горе, если и мы подобно жестокосердому рабу преданы будем мучителем – т.е. карающим силам, доколе не заплатим долга т.е. на вечное мучение. Ибо во аде после страшного последнего суда какое удовлетворение? Там нет места покаянию, нет места подвигам добродетели. На земле – подвиг, там – за гранью земного бытия – после страшного праведного суда воздаяние по делам, – рай или ад. Не будет там милости не творящему милости на земле, – сему научает нас Вечная Истина – Христос Господь говоря: тако и Отец Мой Небесный сотворит вам, т.е. не простит согрешений, – аще не отпустите кийждо брату своему от сердец ваших прегрешения их (Мф.18:35). Видите, как многоценно пред очами Божиими непамятозлобие и прощение согрешений ближнему. Отец Небесный прощает согрешения против Него, если мы сердечно и искренно прощаем оскорбления от ближних наносимые, и равно не прощает, если мы не прощаем. Почему это? Потому что мы, не прощая ближним согрешений, являемся злыми и тем отгоняем от себя Благодать Божию. Братие! мы дети Отца Небесного; ближние наши суть братия наши. Если это так: то надобно великодушно переносить оскорбления от собратий, сколько бы они велики и тяжки ни были; надобно прощать от всего сердца, с одной стороны, дабы угодить любвеобильному Отцу Небесному, посылающему свет и росу на всех добрых и злых, – а с другой – дабы убедить братий наших обратиться к чувствам братолюбия, ими забытого по немощи естества человеческого, или по действию вражию. – Будем же, по Апостолу, друг к другу блази, милосерди, прощающе друг другу, якоже и Бог во Христе простил есть нам (Еф.4:32). Аминь.

Беседа в неделю 12-ю по Пятидесятнице

Мф.19:16–28

Христианин подобен путнику, текущему из страны чуждей в отечество; земля для него – страна чуждая; небо – отечество его; стези к небесному отечеству – вера во Иисуса Христа и жизнодательные его заповеди. – Братие! Кому дорого спасение, тот должен, подобно Евангельскому юноше, тещи ко Иисусу Христу, вопрошать Его о путях к животу и следовать тому, чему научает Небесный Учитель истины.

Евангельский юноша, приступивши ко Иисусу, вопрошал Его о путях к животу. И се един некий приступль ко Иисусу, рече Ему: Учителю Благий, что благо сотворю, да имам живот вечный (Мф.19:16). Евангельский юноша научает всех и каждого, в ком, среди тьмы недоумений, искать света истины? – Во Иисусе Христе, иже есть свет животный: в том живот бе и живот бе свет человеком (Ин.1:4). К чему обращать чувства сердца? – Не к земным благам, но небесным – к сокровищу нетленному, – еже есть живот вечный. Что благо сотворю, да имам живот вечный? Как привлекать благоволение Всеблагого? – Не одними словами, но паче делами. Не всяк бо глаголяй ми: Господи, Господи, вещает Спаситель, внидет в царствие Небесное, но творяй волю Отца Моего, иже есть на небесех (Мф.7:21).

Учителю Благий! И воистину, Господь Иисус благ есть, – совершен, и по Божественному естеству, и по Небесному учению, и по благотворнейшим делам. Почто же Спаситель, по-видимому, отвергает толико сродное Ему наименование? Что мя глаголеши блага? Никто же благ, токмо един Бог (Мф.19:17). Евангельский юноша приступил ко Иисусу, конечно, с желанием узнать о путях живота, но приступал к Нему, как к лучшему из учителей в стране Иудейской, а не с полной уверенностью в Божественности лица Его. поскольку же всецелая уверенность ума и сердца в Божественности лица Иисус Христова составляет необходимое условие в деле спасения, то первее всего Учителю Небесной истины должно было ввести в душу вопрошающего о путях к животу животворный свет веры во Искупителя. И вот Иисус Христос в юноше хочет возбудить веру, что Он есть истинный Бог, чрез некоторое обличение. Что мя глаголеши блага (Мф.19:17), совершенна в слове и деле, когда не видишь лучей Божества, под покровом естества человеческого сокрытых? А из сего юноша должен был уразуметь, что он, называя Спасителя благим, должен признать в нем истинного Бога. Ибо быть всецело совершенным принадлежит единому Богу. Никто же благ токмо един Бог. Бог есть высочайше благ, высочайше совершен по существу Своему. Всякое же совершенство, усматриваемое в тварях – в небожителях и земнородных, есть дар милосердия Божия.

Начальник и Совершитель веры, вводя животворный свет истины в мрачную душу некоего юноши, вопрошавшего о путях ко спасению, указует ему на открытый путь ко спасению, путь заповедей Божественных. Аще ли хощеши внити в живот, соблюди заповеди (Мф.19:17). Глагола ему юноша: кия? Иисус же рече: еже не убиеши, не прелюбы сотвориши, не украдеши, не лжесвидетельствуеши. Чти отца и матерь, и возлюбиши искренняго твоего, яко сам себе (Мф.19:18–19). Под именем заповедей вообще надобно разуметь десятословие, или закон о любви к Богу и ближнему. На сих двух заповедях основаны весь нравственный закон и все пророческие сказания. Иисус Христос в беседе, для вопрошавшего о путях к животу наставительной, ограничивается указанием на одну часть закона т.е. на заповедь о любви к ближнему: потому, что невозможно любить ближнего правильно, чисто, искренно, не любя Бога всею крепостью духа, во всей чистоте: а равно не можно считать истинным любителем Бога того, кто ближнего ненавидит. Аще кто речет, яко люблю Бога, а брата своего ненавидит, ложь есть: ибо не любяй брата своего, его же виде, Бога, его же не виде, како может любити (1Ин.4:20)? Чти отца и матерь и возлюбиши искренняго твоего, яко сам себе любиши (Мф.19:19): мерою любви к ближнему, т.е. ко всякому человеку, близкому к нам или по плотскому рождению, или по благодатному возрождению, или по упованию жизни вечной, Спаситель полагает меру любви к самому себе: а сам себя любит человек более всего сущего на земли: никто же бо плоть свою возненавиде, но питает и греет ю (Еф.5:29); Спаситель любовь к ближнему предписывает самую высокую, единой высочайшей любви к Богу покоренную – любовь не словом и языком, но делом и истиною (1Ин.3:18).

Христианин, воздыхающий о небесном отечестве, аще хощеши внити в живот, соблюди заповеди. Люби Бога паче всех и всего; люби ближнего, яко сам себя любишь. Твори дела правды, но не мечтай о своих добродетелях, считай себя рабом непотребным, хотя бы ты при Божией помощи успевал во всех добродетелях Христианских; бойся произносить не устами только, но и сердцем, что ты сохраняешь все заповеди.

Вся сия сохраних от юности моея, сказал юноша, что есмь еще не докончал (Мф.19:20)? Что ты глаголешь, самомечтательный юноша? Знаешь ли ты, что Закон будучи духовен, требует не только внешнего, но паче внутреннего повиновения? Разумеешь ли, какая святость потребна для чад Божиих: будите святи, яко аз свят есмь (Лев.11:44)? Замечал ли, сколько сердце удобопреклонно ко греху от юности, и сколько часты и тяжки падения наши?

Что есмь еще не докончал? Чего не сделал? Самого нужнейшего и важнейшего – еще не исправил сердца своего, еще не оставил господствующего в душе пристрастия к земным вещам, еще не готов с веселою бодростью последовать Иисусу Христу: вот что последователю Христову надобно иметь и сотворить для духовного совершенства. Аще хощеши совершен быти, иди, продаждь имение и даждь нищим, и имети имаши сокровище на небеси, и гряди ко Мне (Мф.19:21).

Иди, продаждь имение и даждь нищим. Огонь не может угаснуть, доколе не оскудеет горючее вещество; равно и страсть не может истребиться, доколе питается свойственными ей предметами. Не ослабевает, а возгорается огнь любостяжания, доколе земные блага возрастать будут. Так рассуждает о сем Святой Златоуст: умножение имений больший пламень возжигает и беднейшими делает стяжающих: потому, что большие возбуждает вожделения, и паче дает им чувствовать свое оскудение.

По сему Спаситель, повелевая юноше оставить пристрастие к земным вещам, повелевает раздать имение, питавшее в нем новое желание к новым стяжаниям, раздать нищим – тем т.е., кои не имеют чем и не умеют, как воздать за оказанное благодеяние, повелевает раздать имение тленное, земное, безмерно им любимое, а потому и вредное для души его; далее, за потерю временных благ ободряет его обетованием лучшего сокровища на небеси: и имети имаши сокровище на небеси, сокровище вечное; наконец поставляет юношу на самый путь духовного совершенства – путь Христов, слагаемый из многоразличных скорбей, и высоких добродетелей: и гряди по мне. Чему научает нас Спаситель? Благотворительности, упованию, самоотвержению и деятельному упражнению в добродетелях Христианских.

Слышав юноша слово, отыде скорбя, бе бо имея стяжания многа (Мф.19:22). Скорбь, с каковою приемлет юноша слова о раздаянии имения нищим, показывает в нем сильное пристрастие к благам земным, малую наклонность к благотворению, а, следовательно, к люблению ближнего. Отыде скорбя. Из сего видно, все ли заповеданное исполнил юноша, или лучше исполнил ли что-нибудь так, как надобно исполнить?

Не тот же ли подвиг предлежит каждому Христианину, ищущему совершенства, – подвиг побеждать всякое пристрастие, какое кем обладает, чрез отложение предметов, оное питающих, пристрастие к славе человеческой, к порочным наслаждениям, суетным благам мира; радостно разделять порученные от Господа дары без чаяния воздаяния на земли, дабы сторицею получить оное на небеси; уметь пользоваться всем с благодарением, ко благу ближних, ко славе Божией. И блажен тот, кем не обладает никакая страсть! Он близок к Царствию Божию, или лучше, он носит в сердце Царствие Небесное – правду, мир и радость о Дусе святе. Напротив, бедственна участь того, кто и чувствует в себе стремление к Божественной жизни, но, побеждаемый пристрастием к чему либо, скорбя оставляет пути жизни, скорбя не о жизни Божией, но о предмете своей страсти, как-то сделал юноша. Отыде скорбя: бе бо имея стяжания многа.

Скорбь, с каковою юноша, влекомый пристрастием к благам земным, оставил Иисуса – Начальника живота, подает Господу Иисусу случай заметить для учеников Его, как трудно богатому спастися. Иисус же рече учеником Своим: аминь, глаголю вам: яко не удобь богатый внидет в Царствие Небесное. Паки же глаголю вам: удобее есть вельбуду сквозе иглины уши пройти, неже богату в Царствие Божие внити (Мф.19:23–24). Неудобно, но возможно и богатым быть причастниками Царствия Небесного и даров Святого Духа. Авраам был богат, а друг Божий наречеся; Иов был богат, но соделался праведным рабом в дому Божии. Богатство само в себе есть дар Божий, знамение его благости; но, горе, – если оно овладевает сердцем человека, подавляет в нем чувства благотворения, делается пищей беспечности, сладострастия, гордости и других пороков! Горе богатым, не в Бога богатеющим! Не удобен вход во врата, ведущие к царствию Небесному, для тех, у коих расширены прихоти, порождаемые богатством. Удобее бо вельбуду сквозе иглины уши пройти, неже богату, обремененному тяжестию пороков и страстей внити в Царствие Божие. А сим не бывает ли богата и самая бедность? Не кроется ли иногда под рубищем скопище нечестия и разврата?

Слышавше же ученицы Его дивляхуся зело, глаголюще: кто убо может спасен быти? (Мф.19:25). По истине, трудно спасение как потому, что вечные враги спасения – плоть, мир, и диавол непрестанно враждуют против ищущих спасения, так и потому, что самые дары Божии, – богатство, слава и честь, радости и утешения, по превратному воли нашей направлению, не редко обращаются в камень соблазна и преткновения. Воззрев же Иисус рече им: у человек сие невозможно есть, – у Бога же вся возможна (Мф.19:26). И для богатого, и для бедного равно невозможно собственною силою победить врагов спасения, прийти в меру духовного совершенства, уметь пользоваться дарами милосердия умеренно, но без прилепления к ним; но для Бога, который, по премудрости своей, знает наши нужды, по благости во всем хочет помочь, а по всемогуществу даровать все благопотребное может, – все возможно.

Дерзайте о Господе, и богатые, и бедные; со смиренномудрием подвизайтесь добрым подвигом веры и благочестия, побеждайте духом всякое пожелание, с любовью ко Господу несовместное, а члены тела обращайте в орудия правды, да обрящете покой душам вашим (Мф.11:29) на земли и блаженный живот на небеси. Аминь.

Беседа в неделю 13-ю по Пятидесятнице

Мф.21:10–17

В земной жизни Иисуса Христа торжественное вшествие Его во Иерусалим есть событие многознаменательное. Оно проявляло в Нем величие Мессии, – Спасителя мира. Оно потрясло весь град и подвигло ко сретению Его. И вшедшу Ему во Иерусалим потрясеся весь град, глаголя: кто есть сей (Мф.21:10)?

Кто есть сей? Сын Божий, Сияние славы Отца Небесного и Образ Ипостаси Его, Свет языков, Слава Израиля, Спаситель всего мира. А народ видит в Нем только великого Пророка Назаретского; а Книжники и Фарисеи враждуют против Него по зависти и ненависти. Народи же глаголаху: Сей есть Иисус Пророк, иже от Назарета Галилейскаго (Мф.21:11). Правда, что Иисус Христос есть Пророк, – но он есть вместе Царь вечный, Архиерей прошедший небеса, – Он есть Сын Божий, Спаситель мира. Как Пророк, Он возвестил волю Отца Небесного и все тайны Царствия Его. Как Царь, он всем управляет, – Ему дадеся всяка власть на небеси и на земли (Мф.28:18). Как верховный Первосвященник, Он принес Себя на крестном Алтаре в умилостивительную жертву беспредельному Правосудию за грехи всего мира. На нем, как на Единородном Сыне Отца Небесного, почивает вся полнота благоволения Его. В Нем сокрыты все сокровища премудрости и благости для всего мира. Так верует и так исповедует Православная Церковь. Так и мы все должны веровать и так исповедать о Нем, что Он есть не только Пророк, но Царь и Первосвященник, Сын Божий, Спаситель мира, наитием Св. Духа рожденный от Приснодевы Марии и на Кресте принесенный в жертву за грехи всего мира.

И вниде Иисус в Церковь Божию (Мф.21:12). Входит Иисус во храм, как Господь храма, со всеми знамениями власти. поскольку же Господь Иисус для того и на земле явился, дабы восстановить падшую Скинию Давидову, – восстановить Богослужение во всей его чистоте: то что в нем творит? Поучает и делом, и словом уважать Святилище Божие, святилище истины и благодати. Делом: изгоняет из храма всех поругателей Святыни. И изгна вся продающия и купующия в церкви, и трапезы торжников испроверже и седалища продающих голуби. Словом: и глагола им: писано есть: храм Мой, храм молитвы наречется: вы же сотвористе и́ вертеп разбойником (Мф.21:13). За чем же вы, укоряет Он, обратили святой дом молитвы в вертеп разбойнический по своему нечестию и развращению? Для чего сооружен был Храм Иерусалимский? Для прославления имени Божия, для молитвенного собеседования с Богом, для испрошения у Него небесных и земных благ: а нечестивые Иудеи обратили самый храм священный не только в торжище, но и в вертеп разбойнический. Мог ли быть равнодушен к сему нечестию Тот, о Коем у Пророка сказано, – ревность дома Божия снеде мя (Пс.68:10), – у Коего сердце пылало ревностью о славе имени Божия и спасении человеческом? Для чего и ныне каждый храм Христианский сооружается? Для славословия Господня, для возношения ума и сердца к Богу с испрашиванием душеполезных благ. И что же? Не часто ли и мы обращаем и сердце свое, – сие жилище Божие, и храм Божий, – сие святилище истины и благодати, не только в торжище суеты и земных попечений, но и в вертеп разбойнический? Не часто ли входим во храм с помышлениями и чувствованиями не только суетными, но и нечестивыми, с злобою и враждою в сердце? а что, если бывают во храме и такие, коих руки обагрены кровью, или по крайней мере слезами ближнего? Если так: то чего мы должны ожидать? Должны ожидать или того, что Бог по правде Своей отженет нас от лица Своего, поразит жезлом грозного суда Своего, – или того, что Божественная Благодать Его тихо удалится от нас, как недостойных ее осенения и оставит души наши хладными и мертвыми. Что же мы будем без Благодати Божией? Что же все наше богатство, утехи, величие, ученость, честь, – что вся жизнь наша? Суета сует.

В том же храме в то же время Иисус Христос являет, как Небесный Врач душ и телес, как Спаситель мира, знамения благости Божественной, – подает чудесное исцеление слепым и хромым. И приступиша к Нему хромии и слепии в церкви: и исцели их (Мф.21:14). Корыстолюбцы, поругатели святыни прогнаны из храма, удалены от лица Господня, – а бедные, но смиренные страдальцы удостоены милости Христа Спасителя. Господь простирает к ним руку помощи и – они освобождаются от тяжкого своего недуга. Братие! и мы слепы – помрачены суетою века, злобою врага лишены живого и блаженного познания чудных дел Божиих и таин Царствия Небесного. Кто же отверзет нам умные очи? Кто послет нам животворный свет свой, если не Тот, Который о Себе в слух всей вселенной возвещает: Аз есмь свет миру (Ин.8:12) – Господь? Мы хромы. Хромаем в путях Божиих; хочем в одно и тоже время служить и Богу, и миру, хранить и уставы церкви, и обычаи века, и на земли беспечно веселиться, и на небе блаженствовать. Нет: нельзя угодить Богу и миру; нельзя жить беспечно и чаять блаженства. Кто же утвердит стопы наши? Кто направит ноги наши на прямой мирный путь жизнодательных заповедей, если не Господь Иисус? По сему, всегда надобно прибегать к Нему с верою живою и надеждою несомненною. При столь очевидных знамениях силы и благости Божественной, какие Иисус Христос явил во храме, чего бы надобно было ожидать? Благоговейной признательности, всецелой преданности ко Врачу Небесному. Нет: Архиереи и Книжники видят чудеса Христовы, слышать хвалебные песни детей Сыну Давидову и исполняются сильного негодования. Видевше же Архиерее и Книжницы чудеса, иже сотвори (Иисус), и отроки зовуща в церкви и глаголюща: Осанна Сыну Давидову, негодоваша (Мф.21:15). И не только вознегодовали в душе, но и обнаружили тайное чувство оного укоризною. И реша Ему: слышиши ли что сии глаголют (Мф.21:16)? За что вознегодовали Книжники и Архиереи на Иисуса? По зависти ко славе Его, по ненависти за обличение нечестия их. Так зависть омрачает ум и сердце человека! Так ненависть с ожесточением ополчается против тех, кои обличают неправду словом, житием, писанием! Чудеса природы и Благодати безчисленны, щедроты Господни безмерны: почто же сердца наши не исполняются чувствами благоговейной признательности ко Господу, уста – благохвалением щедрот Его? Горе тем, кои бывают не благодарны! Они лишаются Благодати Господней. Еврейские дети видели во Иисусе Сына Давидова: мы в Нем зрим Сына Божия. Еврейские дети, по наставлению отцов своих, питали земные надежды о Царстве Его: мы веруем, по внушению Богодухновенных Пророков и Апостолов, Богомудрых Отцов и Учителей Церкви, и исповедуем вечное духовное Его царство на небе и земле: не должны ли же мы, как дети Богопросвещенные, ум и сердце, уста и руки обратить в благонастроенную псалтирь для прославления вечно-славного Имени Христова? Ей, должны. Ибо что говорит Господь не Иудеям только, но и Христианам во обличение их неблагодарности? Несте ли чли ни колиже, яко из уст младенец и ссущих совершил еси хвалу (Мф.21:16). Так предсказано, – и вот зрите исполнение. Сим указанием на Пророческое слово обличенно невежество книжников. Чудное дело! Уста Еврейских детей становятся свирелью хвалебною Святого Духа. Отцы хулят Иисуса, дети юные прославляют Его; тайны Царствия Небесного от премудрых и разумных века сего утаеваются: младенцам же о Христе они открываются: от чего же это? От того, что те хитры, горды и злобны, – а сии просты, смиренны и добродушны. Не видите ли, что простодушные и смиренные скорее способны принять свет истины Христовой, росу Благодати Его, – нежели ученые, но гордые? Как вода не остается на высотах гор, но стекает в долины: так Благодать проливается в души смиренные и в них почивает. Разум, не плененный в послушание веры, кичит и все разрушает, а любы смиренномудрая вся созидает во благое. По сему надобно разум покорять святой вере, – не высокомудрствовать паче меры в делах веры и с искреннею любовью паче преуспевать в благочестии Христианском. Не многоведение, но Благочестие спасает нас. Не красноречие, а святая жизнь делает нас любезными Богу, Ангелам и добрым людям. И оставя их, изыде вон из града в Вифанию и водворися ту (Мф.21:17). Господь оставляет многомятежный град Иерусалим и водворяется в мирной Вифании. Это научает нас бегать шума и суеты городской и любить святое и мирное уединение, потому что уединение наиболее благоприятствует занятиям души в Богомыслии и Благочестии. Братие! во граде ли, в пустыне ли пребываем, – везде Благо, радость и мир сретаем, если только с Богом пребываем, ходим пред очами Его. Где Христос Господь: там – и на земле, и на небе, – свет, жизнь, радость, Блаженство. Аминь.

Беседа в неделю 14-ю по Пятидесятнице

Мф.22:2–13

Сколь ни живо и действенно слово Божие: но и оно бывает бесплодно, когда падает на сердца грубые и упорные. Сколь ни многочастно и многообразно призывание Божие к Царствию Небесному: но при всем том есть погибающие и при том многие. От чего это? От того, что спасение зависит не от одной вседействующей Благодати Божией, но и от доброго произвола и подвига спасаемых. Сия истина ясно раскрывается Евангельскою притчею о званных на брачный пир Сына Царева.

Уподобися Царствие Небесное человеку Царю, иже сотвори браки Сыну своему (Мф.22:2). Царствие Небесное, это есть благодатная Церковь, в коей царствует Бог; человек Царь, это Бог Отец; Сын царский, это Единородный Сын Его, Христос Господь; брачный пир, это духовное торжество о соединении Небесного Жениха Христа с непорочною Девою – каждою чистою душою. Какое высокое торжество беспредельной благости Божией! Беспредельно благий, вечно-блаженный Сам в себе, хочет, чтобы и другие имели участие в блаженстве Его. По сему, первое действие благости Его есть призывание человеков к участию в брачном пире, – в торжестве вечной любви. И посла рабы своя призвати званныя на браки: и не хотяху приити (Мф.22:3). Рабы, призывающие на брачный пир, это Пророки и все Святые мужи; рабы призываемые, это Иудеи. Это те, коим усвоены были и слава избрания к завету вечному, грехопадением расторженному, и законоположение и всыновление. Это те, кои не в первый раз слышали глас Господень, Святую Его волю, и в природе внешней и в совести, и в Божественном откровении. – Казалось бы, что они с великою радостью поспешат на духовный пир. Нет: они не восхотели идти на оный. Какое ослепление! Не часто ли и мы, Братие, призываемся на духовный пир веры то гласом природы, то гласом совести, то гласом Евангельской благодати? Но что же бывает? По неразумию или по растлению отвергаем звание Божие к Царствию Небесному. Не только теряем драгоценное сокровище духа, но и подвергаем себя за свое неразумное противление благой воле Царя зовущего праведному Его гневу. Но беспредельное долготерпение Божие удерживает руку, готовую поразить преступников воли Его жезлом праведного суда. Его благость ожидает раскаяния нашего и приемлет все меры к обращению нашему на путь истины.

Паки посла ины рабы, глаголя: рцыте званным: се обед мой уготовах, юнцы мои и упитанная исколена и вся готова: придите на браки (Мф.22:4). Ины рабы – это суть Апостолы. Званные – это суть язычники, кои званы были к Боговедению и благочестию во гласе природы и совести. Се обед мой уготовах: уготованная по благости Господней трапеза, это трапеза жизнодательных Евангельских истин, трапеза Святых Таин Тела и крови Христовой. Юнцы исколенные – это все жертвы Ветхого и Нового Завета, паче же закланный от сложения мира Агнец Иисус Христос. Все готово благопотребное к животу и благочестию. И слово истины Евангельской непрестанно возвещается в Церкви Христовой, и животворящее тело и кровь Христова выну совершаются и преподаются в пищу и питие духовное, и дарования Св. Духа изливаются на всякую плоть – разумную, и сладчайшие обетования Спасителя предлагаются во отраду среди земного странствия. Что же остается? Идти на брачный пир веры и любви. Приидите на браки. И Домовладыка любвеобильный, и трапеза преисполнена пищею и питием духовным, и призывание кроткое и мирное, и слуги Царя братолюбные. Но что же? Сынов века сего – ни благоухание трапезы духовной не привлекает, ни кроткий глас Апостольский не убеждает к шествию на брачный пир веры и любви. Они убегают от призывания к духовной трапезе. Они же небрегше отыдоша, ов убо на село свое, ов же на купли своя (Мф.22:5). Иной отвергает звание Божие по сластолюбию, иной по корыстолюбию. Так опасны корыстолюбие и сластолюбие! Суета века сего легко ослепляет и ум, и сердце человека и делает его равнодушным к духовному сокровищу и не только равнодушным, но и враждебным к нему. Легкомысленные из Иудеев не познали цены духовного сокровища, не вняли Евангельскому учению, а злейшие из них нанесли величайшие оскорбления проповедникам истины, подвергли их мучениям и смерти. Прочии же емше рабов Его (Царя), досадиша им и убиша (Мф.22:6). Какое злодеяние! Не только презреть волю Царя, но и рабов Его оскорбить и убить. Так поступлено с Апостолами. Злонравные Иудеи не только нанесли оскорбление Апостолам, но раны и смерть за проповедь Евангельскую. За столь тяжкое злодеяние постигает праведный суд злодеев; Царь Небесный во гневе Своем карает их. И слышав Царь той, разгневася и послав воя своя пагуби убийцы оны и град их сожже (Мф.22:7). Какие бедствия постигли Иудеев за оскорбление и убиение проповедников истины? Огнь, меч, глад, землетрясение, язва: вот вестники суда Божия! вот бичи, коими поражались злейшие из Иудеев. Чего Св. град Иерусалим не испытал за кровь Пророков и Апостолов? Разрушен до основания. Иудеи рассеяны по лицу земли. Нет у них ни града, ни храма, ни жертвы, ни жреца. Кровь праведных, невинно проливаемая за истину, вопиет и ныне ко Господу. Горе злым и нераскаянным! Тяжко впасть в руки Бога живого и правосудного.

В то время, как по праведному суду Божию злонравные Иудеи преданы в ум неискусен и отвержены от лица Божия, Господь по своему милосердию обращается к язычникам. Тогда глагола рабом Своим – Апостолам: брак убо готов есть, званнии же не быша достойни (Мф.22:8). Бог устроил все благопотребное к животу и благочестию: брак готов, а призываемые не готовы к приискреннему соединению с Господом; – недостойны пира веры и любви. Кто эти несчастливцы? Это вероломные и неверные Иудеи. Они оказались недостойными пира веры в Благодатной Церкви и наследия Святых в Царстве славы за свое неверие и нечестие. Торжество духовное готово: а участников в оном мало. Прискорбно Домовладыке любвеобильному упорство званных Иудеев. По сему Он Всеблагий по беспредельной Своей благости обращается к другим, более достойным духовного торжества по простоте своей – к язычникам. Идите убо на исходища путей, и елицех аще обрящете, призовите на браки (Мф.22:9). Здесь – заповедь Царя Небесного о призывании язычников в Церковь Христову, в каком бы кто звании ни находился, каким бы путем жизни ни тек. И изшедше раби они – Апостолы, на распутия ложного учения и языческого нечестия, – собраша всех, елицех обретоша, вне Св. града, вне Иудеи, – злых же и добрых: и исполнися брак возлежащих (Мф.22:10). Здесь – плод Апостольской проповеди. Апостольскою проповедью отовсюду призваны в Христову Церковь язычники злые и добрые. Злые т.е. преданные грубым заблуждениям и порокам, но раскаявшиеся, – добрые, т.е. имевшие естественные добродетели, добрые по сравнению с другими злейшими. И Церковь Христова ныне распространилась по всей вселенной, полна совозлежащих. Какая благость Всеблагого Домовладыки! Какое счастье язычников, позванных на пир веры! Призваны в Церковь Христову от всех стран и языков добрые и злые. Как это утешительно!

Вшед же Царь видети возлежащих, виде ту человека не оболченна в одеяние брачное и глагола ему: друже, како вшел еси семо не имый одеяния брачна (Мф.22:11–12)? Чем светлее торжество: тем благоприличнейшая потребна одежда для участников торжества. На торжестве духовном потребна и одежда духовная – не одна вера, но и благочестие, – житие непорочное. Чем светлее этот пир Веры, тем внимательнее должны быть званные на оный, как и в какой одежде – чистоте духа и тела явиться. Если кто дерзнет явиться на духовный пир веры в одежде не брачной – с житием порочным, с сердцем нераскаянным, – то не услышит ли от Домовладыки – Царя столь праведного, но кроткого обличения: друже, как ты пришел в дом Мой, дом молитвы и благодати, без одеяния брачного, без жития чистого и непорочного? И какое виновный принесет извинение? Молчание. Он же умолча (Мф.22:12). Безмолвствует виновный при столь кротком и праведном обличении. Чувствует вину свою, но не приносит раскаяния, не просит прощения. И как не молчать при столь явной вине?

Тогда рече Царь слугам: связавше ему руце и нозе, возмите его и вверзите во тму кромешную: ту будет плач и скрежет зубом (Мф.22:13). Здесь изображение страшного суда Божия. Слуги гнева Царева – это карающие силы, исполнители суда Божия. У грешника будут связаны руки и ноги т.е. деятельные силы: это значит, что за гробом – после страшного суда, не будет места ни подвигам покаяния, коими грешник мог бы загладить грехи, – ни добродетелям, коими бы грешник силен был угодить Богу и преклонить его на милосердие. Плач и скрежет зубов: это позднее и бесполезное раскаяние. Тьма кромешная: это вечная ночь мучений в удалении от лица Божия. Страшен приговор праведного Судии на последнем суде, но еще ужаснее последствие суда – вечная казнь. И кого же эта казнь постигнет? Того, кто не имеет веры, оправдываемой благими делами. Что же сказать о том, кто не только пренебрег звание Божие к Царствию Небесному, но творил всякое беззаконие безбоязненно и нераскаянно?

Видите ли, Братие Христиане, что причастникам звания Небесного надобно иметь веру живую и одеяние брачное – непорочное житие. Горе тем, кои остаются во тьме неверия! Горе и тем, кои, прияв семя веры, не приносят плодов правды – пребывают в нечестии! Кто виною сего бедствия? Без сомнения, не Бог беспредельно Благий, но человек безмерно злой, растленный во грехе. Двери милосердия Божия для всех отверсты, пути ко спасению для всех открыты, силы и средства всем дарованы; призывание Божие ко всем – ближним и дальним простирается: но как много званных, и как мало избранных! Видно, что спасение наше зависит не от одной Благодати Божией, – но и от доброго нашего произволения и доброго подвига. Многие, или лучше, все призываются к Царствию Небесному по беспредельной благости Божией; но спасаются только те, кои покорны званию Божию и благочестивы. Аминь.

Беседа в неделю 15-ю по Пятидесятнице

Мф.22:35–46

Чем драгоценнее сокровище: тем оно глубже сокрывается в недрах земли. Чем оно глубже сокрыто: тем тщательнейшее потребно искание и труд. Глаголы Господни дороги суть паче злата многоценна; они суть глубина премудрости и разума Божия. Посему надобно со всею тщательностью – вникать в слово Божие, да обрящем сокровище живота вечного. Испытайте писаний, яко вы мните в них имети живот вечный (Ин.5:39).

Испытание писаний есть дело и Богу угодное, и душам спасительное, когда оно совершается с благою совестью, но когда говорят о Боге и вещах Божественных по одному суетному любопытству, и что еще хуже, с злым намерением или превратить смысл Св. писания, или совратить кого-либо из неопытных с пути истины, или искусить имеющего ключ разумения, как это делали Саддукеи и Фарисеи, злейшие враги Иисуса Христа; – то это и Богу не угодно, и людям не полезно. Когда Саддукеи, отвергавшие воскресение мертвых, были посрамлены Божественным учением Господа о воскресении мертвых: тогда собрались Фарисеи с тем же злым чувством, как и Саддукеи, – искусить Господа, уловить Его лукавым словом.

И вопроси един от них законоучитель искушая Его и глаголя: Учителю! кая заповедь больши есть в законе (Мф.22:35)? В законоучителе Фарисейском обнаруживается и неверие, и лицемерие, и злонравие, и зависть. Неверие: он в Иисусе Христе видит Учителя Иудейского народа и – только. Учителю! говорит он. Лицемерие: высоко мечтая в тайне сердца о своем многоведении, принимает однако ж вид ищущего истины – вопрошает. Злонравие: ибо вопрошает, искушая Его. Зависть: он приступил ко Иисусу с вопрошениями, когда были посрамлены Саддукеи. Бедный Фарисейский законоучитель! Ты не думаешь, что нельзя ни обмануть, ни обольстить Иисуса Христа словом. Не искусишь, ни обманешь сердцеведца Господа и Бога. О чем спрашивает Фарисейский законоучитель? О том, – какая заповедь большая есть в законе? Сколь ни лукаво намерение, с каковым приступил законник ко Иисусу, но вопрос его, какая заповедь есть большая в десятословии, данном на Синае, подает Иисусу Христу случай показать основание закона и изъяснить истинный смысл его – показать не только Фарисейскому законоучителю, но и всем нам, – что любовь к Богу и ближнему, служит и основанием закона, и союзом совершенства Христианского. Иисусе же рече ему: возлюбиши Господа Бога твоего всем сердцем твоим и всею душею и всею мыслию твоею. Сия есть первая и большая заповедь (Мф.22:37–38). Бог есть любы и от тварей разумных, созданных по образу и подобию Его ничего более не требует, как любви чистой и святой. Сыне! даждь ми сердце твое (Притч.23:26). Бог беспредельно благ, премудр, всемогущ и правосуден, всесовершен. По сему любовь к Нему должна быть всесовершенная, всецелая. К Нему должны быть устремлены и все помышления ума, и все желания сердца, и все движения тела, все существо человека, – дух, душа и тело. Сия-то заповедь о любви к Богу есть первая и большая в законе. Ибо кто Бог, яко Бог наш, Бог всесовершенный и по существу, и по свойству, и по действиям? Вторая же подобна ей: возлюбиши ближняго твоего, яко сам себе (Мф.22:39). Вторая заповедь о любви к ближнему подобна первой, а не равна ей. Ибо Бога должно любить паче всех и всего, а ближнего в Боге и для Бога, любить столько, сколько сродно любить самих себя. Побуждением любви к ближнему служит образ Божий, коим все украшены, кровь Иисуса Христа, коею искуплены, Благодать Св. Духа коею освящены, и царство Небесное, к коему предназначены. Мера сея любви – любовь к самим себе умеренная. Возлюбиши ближняго твоего яко сам себе: любишь в порядке, от Бога освященном. В сию обою заповедию весь закон и пророки висят (Мф.22:40). Весь закон Божественный, все учение ветхого и нового завета, – содержится в любви к Богу и ближнему: и правда закона и Благодать духа. Вот какое учение Господь преподал – учение о любви высокое и благотворное – учение Божественное! Научимся, Братие, что любовь к Богу и ближнему составляет и основание твердое и венец драгоценный всей Христианской деятельности. Любит ли кто Бога всецело, – всегда творит угодное Ему. Любит ли кто ближнего искренно, – всегда благодетельствует ему. Научимся любить Бога Создателя, Промыслителя и Спасителя, всем сердцем, всею душою, всею мыслью, – и ближних, братий наших по плоти и духу, – как любим самих себя.

Собрание Фарисеев подало повод Господу предложить вопрос о Мессии, коего ожидали они: что вам мнится о Христе, – чий есть сын (Мф.22:42)? Господу угодно было или вразумить Фарисеев, если бы они того пожелали, или обличить их неразумие и упорство, по коим они не хотели признать Христа. Фарисеи отвечают – Давидов (Мф.22:43). Сей ответ Фарисеев показывает, что они ожидали Мессии по сказаниям Пророческим от колена Давидова. Не отрицает Господь, что Мессия по человечеству происходит от семени Давидова – Сын Давидов, – но вместе дает разуметь, что он есть Господь и Бог, – Сын Отца Небесного. Как же Давид, по внушению Духа Святого, называет его Господом говоря: рече Господь Господеви моему: седи одесную мене, дóндеже положу враги твоя подножие ног твоих (Мф.22:44). Аще убо Давид нарицает Его Господа: как сын ему есть (Мф.22:45)? поскольку Фарисеи не разумели тайны воплощения: то никто из них не мог дать ответа удовлетворительного. И никтоже можаше отвещати Ему словесе – по неведению высокой тайны – ниже смеяше кто от того дне вопросити Его ктому (Мф.22:46) по опасению стыда народного. Вот и Фарисеи, равно как Саддукеи, – приведены в молчание и стыд. А для чего-бы с доброю совестью не вопросить Фарисеям и Саддукеям Иисуса Христа о тайне спасения, если бы искренно хотели найти сокровище истины, – познать Христа и тайну Божия домостроительства? Без сомнения, – Господь Иисус явил бы им тайну смотрения Божия о спасении рода человеческого. поскольку Он для того пришел на землю, дабы возвестить людям волю Отца Небесного, тайны Царствия Его и принести Себя в жертву на кресте беспредельному правосудию за грехи всего мира: нет – они остаются добровольно в гибельной тьме неведения. Пример Саддукеев и Фарисеев показывает, как страсти помрачают ум, оковывают сердце человеческое: Как тайны царствия небесного даже вовсе недоступны плоти и крови т.е. естественному разуму, страстями обладаемому. Душевен человек не приемлет, яже суть Духа Божия, ниже может приимати: юродство бо ему есть (1Кор.2:14). Хочешь ли видеть свет солнечный? Для сего Благопотребны очи здоровые. Так хочешь ли познать истину во Христе и от Христа? Надобно иметь око сердца чистое, суетою века не омраченное, – житие непорочное, страстями не растленное. Братие! В душу злохудожную не входит премудрость Божия, ниже пребывает в телеси, (Прем.1:4) порабощенном греху. Посему храните душу, как храм Духа Святого, тело, как жилище души Богоподобной, во всякой чистоте и непорочности. Ходите во свете заповедей Господних во вся дни живота вашего. Аминь.

Беседа в неделю 16-ю по Пятидесятнице

Мф.25:13–14

Что Господь приидет судить живых и мертвых, это несомненно: но когда приидет на суд всемирный, – это тайна, покрытая непроницаемою завесою. Для чего тайна пришествия Господня на суд сокрыта не только от человеков, но и от Ангелов? Для того, чтобы мы бодрствовали на страже своего спасения с непрестанною молитвою и трудом неослабным, дабы мы всегда ожидали Господа и готовы были сретить Его даже среди глубокой ночи жизни со светильниками веры горящими, с елеем любви неоскудевающим. Бдите, говорит Спаситель, яко невесте ни дне, ни часа, в оньже Сын человеческий приидет (Мф.25:13). Если же несомненно, что верховный Судия, Владыка неба и земли, приидет сотворить суд с рабами Своими: то очевидно, что всем нам, как рабам Его и приставникам в дому Его, – надобно явиться пред судищем Христовым, да приимет кийждо, яже с телом содела, или блага или зла (2Кор.5:10), – что всем нам надобно дать отчет в тех дарах, коими всегда пользовались от руки Господней по Его благости, – в тех служениях, кои проходили по воле Его святой, – в тех делах, кои творили, добрых и злых. Это показывает Евангельская притча о талантах.

Человек некий отходя призва своя рабы и предаде им имение свое (Мф.25:14). Под именем человека, отходящего в страну далекую, разумеется Господь Иисус Богочеловек. Отшествие его – это вознесение Христово на небо; рабы призванные – это Апостолы и их преемники Пастыри, Учители и все члены Св. Церкви; имение им врученное, – это все многоразличное сокровище Божественной благости. Таланты – это суть дары природы и Благодати и все блага земли. Раздаяние талантов, – это раздаяние даров духовных и телесных, разделение сил, благопотребных к животу и благочестию. И овому убо даде пять талант, овому же два, овому же един, комуждо противу силы его: и отыде (Мф.25:15). Господь в раздаянии даров поступает не только по Своей благости, но и по Своей правде и премудрости. По сему не равно наделяет рабов Своих дарами благости, но каждому из них вручает против силы его или по мере веры, т.е. столько, сколько кто принять может. Мал сосуд, – сердце приемлющее: мало даруется. Велик сосуд, – много и вливается воды благодатной, – много дарований сообщается. У Бога нет лицеприятия: Он взирает не на лица, но на сердца человеков.

И отыде. Господь по раздаянии даров звания небесного причастникам – рабам Своим, отыде – вознесся на небо, – но не оставил их сирыми на земле, – обетовал и послал им Духа Святого с полным обилием Благодати на помощь при духовном делании. С Ним и в Нем сообщены рабам Его Божественные силы, потребные к животу и благочестию.

Таланты розданы не только щедро, но и мудро, – даны каждому против силы его, даны с благою целью – для благого употребления. Указано поле для делания. Как же поступают рабы, приявшие дары от руки Господней? Одни мудро, другие безрассудно. Шед же приемый пять талант, дела в них и сотвори другия пять талант: Такожде и иже два, приобрете и той другая два (Мф.25:16–17). Здесь видны не только благоразумие, но и трудолюбие рабов. Они сделали то, что должны были сделать, как мудрые и верные строители Благодати Господней – умножили врученные им таланты. Так, Братие, – недовольно принять от руки Господней дары Благодати и сохранить оные целыми; надобно умножить чрез благое употребление во славу Божию, в пользу ближних и ко спасению своему. По сему и Апостол Павел умолял собратий своих не вотще Благодать Божию прияти (2Кор.6:1), – но возгревать дар и умножать духовною куплею. Дано ли тебе слово мудрости? Назидай словом. Вручено ли сокровище благочестия? Сияй благими делами. Ниспослан ли дар совета и крепости? Подвизайся подвигом добрым, подвигом веры и добродетели. Обладаешь ли благами земли? Разделяй с бедным. Имеешь ли силу и власть? Обрати ее на защиту невинных.

Приемый же един (талант), шед вкопа его в землю и скры сребро Господина своего (Мф.25:18). Какая беспечность и неразумие ленивого раба! Глупый раб! разве для того посылается тебе дар, дабы закопать оный в земле и оставить без употребления? Разве для того вручается тебе от Господина сребро, дабы скрыть оное в хранилище? Лучше ли то, что и сребро без пользы, и сам ты без награды и Господин с огорчением? Как бы то ни было, талант скрыт в земле, – сребро в казнохранилище. Нет, Братие, сколь ни мала бывает мера дарований: но надобно каждое дарование, самое малейшее, обращать в действие тем с большим старанием, чем скуднее дар. А раб лукавый тем беспечнее является, чем скуднее дар. Один у него талант и тот скрыт в земле – потерян для него и для других. Видно, раб ленивый мало думал о том, что Господин паки возвратится в дом свой к рабам и по возвращении своем потребует отчета от них в талантах, им врученных. А надобно было о сем позаботиться. Надобно и нам памятовать о последнем суде. Судия при дверях. Суд непреложен. По мнозе же времени прииде Господин раб тех и стязася с ними о словеси (Мф.25:19). Это изображает пришествие Господне на суд, на коем все мы, рабы Его, и по творению, и по воссозданию должны дать отчет в дарованиях, от Него принятых. Все должны явиться на суд, и благие, и злые.

И приступль пять талант приемый принесе другия пять талант глаголя: Господи! пять талант ми еси предал: се другия пять талант приобретох ими (Мф.25:20). Пять талантов приняты от Господа, как дар благости Его, и пять талантов приобретены чрез благое употребление – как плод благоразумия и свидетельство трудолюбия. Так, дары от Бога нисходят по благости и мудрости Его, – а благоприобретение духовного сокровища зависят от доброго произвола нашего и от посильного труда при помощи всесильной Благодати. Благоприобретение это составляет неотъемлемое достояние нашего духа, многоценное в очах Мздовоздаятеля. Ибо как приятно Господу видеть благоразумие и трудолюбие рабов верных! Рече же ему Господь его: добрый, рабе благий и верный! о мале был еси верен, над многими тя поставлю: вниди в радость Господа твоего (Мф.25:21). Вот какой благословенный жребий раба верного и трудолюбивого! И, во-первых, Господь встречает его с лицем светлым, ободряет его словом благоприветным: добрый, рабе благий и верный! Отрадно и одно похваление от Господа всеблагого и праведного. Потом за верность в малом оживляет дух его обещанием больших и лучших даров. О мале был еси верен, над многими тя поставлю. Все земное на земле мало в сравнении с небесным и на небе. Наконец вводит раба верного в приискреннее общение с самим Собою, – в живое участие в присноблаженной радости: вниди в радость Господа твоего. Что сего дороже? Что вожделеннее? Что бо ми есть на небеси и от Тебе что восхотех на земли? Часть моя Боже во век (Пс.72:25–26). Вниди в радость Господа твоего. Радость Господа означает то непрестающее веселие, коим веселится Бог о делах Своих, по словам Царе-Пророка Давида (Пс.103:31). Сею святою радостью возрадуются и все праведники, когда предстанут пред лице Господа с плодами благих дел.

Является на суд пред лице Господа и тот, кому дано два таланта. Приступль же и иже два таланта приемый рече: Господи! два таланта ми еси предал: се другая два таланта приобретох има. Рече же ему Господь его: добрый, рабе благий и верный! о мале ми был еси верен, над многими тя поставлю: вниди в радость Господа твоего (Мф.25:22–23). И сего раба жребий не менее благословенный. Тоже похваление от Господа приемлет он, те же знаки доверия, тоже обетование и тоже воздаяние, какие приял первый. Почему же оба они приемлют равное воздаяние? Потому, что равно употребили таланты, им вверенные, во благо, равно потрудились в делании, – равный прибыток стяжали против силы, – первый на пять талантов стяжал пять, второй на два приобрел два же таланта. Если же они равно обратили таланты во славу Божию, к назиданию ближних и ко спасению своему: то не равно ли достойны радости? Им праведно принадлежит воздаяние и как верным приставникам в дому Божии – во Святой Церкви, и как благим домостроителям многоразличные Благодати. Так благ и праведен Господь на суде Своем! Так благонадежно воздаяние за труды и подвиги наши!

Наконец приходит с грустью в душе, со стыдом на лице, с смятением в совести и раб, ленивый. И что же? От злой сокровищницы сердца злого износит и слово злое. Приступль же и приемый един талант рече: Господи! ведех тя, яко жесток еси человек: жнеши, идеже не сеял еси, и собираеши, идеже не расточил еси; и убоявся шед скрых талант в земли; и се имаши твое (Мф.25:24–25). У раба ленивого и сердце лукаво и язык язвителен. Вместо того, чтобы признать свою беспечность и принесть раскаяние в своей погрешности, он укоряет Господина своего в жестокости и неправде и, слагая вину свою на Господина, думает быть правым, будто он не по лености, а по боязни гнева Господина своего, скрыл талант в земле и что он возвращает Господину талант: и се имаши твое. Возьми свое, говорит он, – и меня более не обвиняй. Кого мы узнаем в лице раба ленивого? Всех тех, кои или закапывают в землю по лености и скупости дары Божии, или по злонравию и сластолюбию употребляют оные во зло; всех тех, кои, быв сами бедны духом и телом, по беспечности слагают вину своей бедности или на ближних, или на Бога, и, заглушив глас совести, думают быть правыми на суде Божием. Нет: никто не обманет Господа. Никто не укроется от гнева Его. Господь, как сердцеведец, знает тайные помышления и желания человеков, и как Судия праведный, мечем слова Своего поражает нераскаянных. Отвещав же Господь его рече ему: лукавый рабе и ленивый! ведел еси, яко жну, идеже не сеял, и собираю, идеже не расточих: подобаше убо тебе вдати сребро мое торжником и пришед Аз взял бых свое с лихвою (Мф.25:26–27). Господин осуждает раба от собственных уст его. Если ты знал, что я безмерно взыскателен: то тем паче тебе следовало позаботиться сребро мое обратить в употребление и возвратить оное с лихвою. Зачем же ты сребро мое – сокровище мудрости и благочестия, оставил без употребления во славу Подателя благ и в пользу ближних? За чем возвращаешь оное без прибыли – без дел благих? Виновный безмолвствует, обличаемый совестью и праведным судом. Та же участь ожидает всех ленивых во второе Христово пришествие на суд. Они не постоят на суде: так не годятся благовидные их предлоги к извинению беспечности. Там нельзя сложить вины ни на ближних, ни на Бога. Сам Господь правды произнесет праведный приговор на раба ленивого и лукавого. Возмите от него талант и дадите имущему десять талантов (Мф.25:28). Вот суд правды! У ленивого, как негодного делателя, вземлется дар благости Божией и вручается имущему т.е. разумному и рачительнейшему делателю. Достоин бо делатель мзды своея (Втор.25:4), и благоугоден бывает Домовладыке. Имущему бо везде и на земле и на небе дано будет и преизбудет (Мф.25:29); т.е. не приявшему таланты, но умножившему чрез благое оных употребление приложится сокровище Божия доверия и благоволения до преизбытка. Таково свойство благости и правды Божией! Так у вероломных Иудеев взято Царствие Божие и дано верным язычникам, обратившимся верою ко Господу, как лучшим делателям винограда Его. Так праведники, оправданные верою во Иисуса Христа и благие делатели в винограде Его восприимут обильнейшее воздаяние по душе и телу в блаженной вечности.

От неимущаго же, и еже мнится имея, взято будет от него (Мф.25:29). Неимущим называется тот, кто, прияв от руки Господней дар или скрывает оный в землю – нерадит о благоделании, или во зло употребляет. Он мнится только иметь дарование Божие, – но на самом деле нищ и окаянен духовно; у него дар без пользы для себя и других. поскольку же он с леностью соединяет лукавство: то за сугубое преступление осуждается на сугубое наказание, – за леность на лишение дара, за лукавство на казнь во тьме кромешной. И непотребнаго раба вверзите во тьму кромешную (Мф.25:30). Вот как и чем решается вечная участь лукавого раба – осуждением во тьму кромешную, в геенну огненную. Тьма кромешная, это – ужасное обиталище, куда не проникает свет лица Божия, где царствует мрак глубочайший, где огнь жжет, но не светит, – где страдания бесконечны. Это ад, – достояние духов и душ отверженных от Бога за неверие и нечестие. В сию-то обитель глубокого мрака и вечных страданий низвержены будут рабы ленивые и лукавые.

Братие! Страшен ад; страшно впасть в руце Бога живаго и правосуднаго: Делайте, доколе день благодати сияет, доколе купля духовная продолжается. Приидет бо нощь смерти и вечного суда и – никто же может делати к своему спасению и к пользе ближних. Имеяй уши слышати, да слышит (Мф.11:15), слухом внешним, и внутренним, – слухом сердца. Аминь.

Беседа в неделю 17-ю по Пятидесятнице

Мф.15:22–28

И Тир и Сидон, грады приморские, удостоились в свою чреду видеть и принять Божественного Учителя и Чудотворца. И здесь не только мужи, но и жены, не только Иудеи, но и язычники притекают к Нему, как живоносному источнику, с дерзновением веры и упования, возвращаются в дом свой с благодарною радостью о дарах благости Божественной. Примером тому самым убедительным служит жена Хананейская. И се жена Хананейска изшедши от предел Тирских и Сидонских, возопи ко Иисусу, глаголющи: помилуй мя, Господи, Сыне Давидов: дщи моя зле беснуется (Мф.15:22).

И се жена Хананейска возопи ко Иисусу. Жена Хананейская вопиет ко Иисусу крепко и устами, и сердцем. Православные Христиане! Пример сей да научит вас взывать ко Господу и гласом внешним – устен, и гласом внутренним – сердца, если хочете быть услышаны от того, Который близок ко всем призывающим Его, призывающим во истинне (Пс.144:18), во умилении сердца. Так, – крепкий глас молящегося проникает небо, но и тихое вопияние его восходит ко Господу и преклоняет Его на милость. Анна, мать Самуилова, тихо молилась, едва двигала устами; но так силен был тихий глас ее сердца, что она всецело услышана. Насаждей бо ухо не услышит ли (Пс.93:9) не только сильных, но и самых тихих вопияний чистого сердца?

О чем же вопиет жена Хананейская? О помиловании. Помилуй мя, Господи, Сыне Давидов. Хананейская жена и гласом, и примером научает нас, к кому в скорбях должно обращаться, в ком искать утешения, от кого чаять врачевания. Господь Иисус есть единый утешитель скорбящих духом, единый врач недугующих телом, едино сокровище благих и жизни податель; к Нему надобно и взоры сердца обращать, и руки простирать; у Него – Всемилостивого, надобно просить милости, взывая: Помилуй нас, Господи, по велицей твоей милости, и по множеству щедрот твоих очисти беззакония наши (Пс.50:1). Уврачуй многолетние страсти душевные и телесные – Божественною Твоею силою.

Дщи моя зле беснуется. Беснование есть болезнь самая лютая – по душе и телу. Здесь страждет дщерь Хананейская, бесом мучимая: с нею страждет мать, в полной мере чувствующая страдания возлюбленной дщери. Мать и дщерь – в двух телах душа едина. Братие! не подобна ли дщери Хананейской, бесом одержимой, плоть наша, какою-либо страстью обладаемая? Не страждет ли с нею Богоподобная душа наша? Так, всякая страсть, подобно бесу, терзает не только тело, но и душу нашу. Страсти, это суть бесовские стрелы, огнем вечной злобы разженные, коими враг спасения нашего уязвляет люте бедные души и тела наши. Где господствуют страсти, там вечная тьма, там скорби непристающие. Плоть воюет на душу непрестанно: какая же тишина там, где брань? Какая безопасность там, где непрерывное поражение? Господи, помилуй нас: не дщерь, но плоть, люте беснующуюся имеем, имеем до гроба; ибо доколе живем, и сколько ни подвизаемся, не можем быть безопасны от стрел плоти, мира и диавола. Сколь ни крепко вопием ко Господу: Господь, по-видимому, не слышит иногда воплей наших, не вдруг отвечает Своим благословением, как жене Хананейской.

Иисус же не отвеща ей словесе (Мф.15:23). Любвеобильный Господь, готовый на помощь даже тем, кои не вопиют к Нему о помощи, не произнес ни единого слова в ответ громко вопиявшей к Нему Хананейской жене о помиловании зле страдавшей от беса дщери ее, не потому, чтобы был не внимателен к воплям жены Хананейской, или равнодушен к лютым страданиям дщери ее, но потому, что Ему угодно было испытать веру жены Хананейской, и показать, что не во Иудеи токмо, но и вне оной есть Избранные Божии. Сердцеведец еще медлит оказать милость жене Хананейской, а Хананеянка не престает вопиять в след Его о помиловании, так что ученики дерзают приступать ко Господу и молить Его, да окажет милость вопиющей. И приступльше ученицы Его, моляху Его глаголюще: отпусти ю, яко вопиет в след нас (Мф.15:23). «Сие же творяху не яко не милостиви, но паче хотяху преклонить Христа Всемилостиваго на милость». И рече Иисус: несмь послан токмо ко овцам погибшим дома Израилева (Мф.15:24). Новое испытание веры! новое откровение тайны! новое и превознесение и обличение дома Израилева! Что за дом Израилев? Избранный народ Божий Иудейский, от племени коего должен был родиться Мессия. Кто погибшие овцы? Вероломные Иудеи, кои не познали и не признали Спасателя своего. Ужели ко Иудеям токмо послан Господь? Прежде ко Иудеям, потом к язычникам слово спасения долженствовало простираться (Рим.1:16); ко Иудеям пришел Господь плотию, видимо; ко всем – духом, невидимо.

Братие! не часто ли Господь медлит являть свою милость и ныне, когда мы молим Его о помиловании? Господь отвергает моления наши, когда они бывают беззаконны; не благоволит к молениям, когда они суетны; не внемлет, по-видимому, молениям, когда угодно Ему испытать наше терпение и веру. Станешь ли просить Господа о поражении ближнего, коего ты считаешь врагом твоим? Прошение твое, яко беззаконное, послужит во грех (Пс.108:7). Станешь ли просить богатства, славы и других благ, забывая о нетленном сокровище душа? Прошение твое, как суетное, не будет услышано. Воззовешь ли о том, о чем должно паче всего взывать, и так, как должно, т.е. о спасении души своей? Верно Господь во благих исполнит благое желание твое, исполнит ими же весть, судьбами, во благо время. Надобно только с верою и упованием молиться и терпеливо ожидать помощи небесной.

Она же (жена Хананейская) пришедши ко Иисусу, поклонися Ему, глаголющи: Господи, помози ми (Мф.15:25). Чудная вера в жене Хананейской! Хананеянка не престает молить Иисуса о помиловании дщери, исповедуя Его Божество и поклонением, и гласом. Внутренний глагол веры, сокрывавшийся во глубине сердца, обнаружился и в смиренном поклонении Иисусу и в громком вопиянии к Нему о спасении дщери от недуга. Так, братие, сердцем веруется в правду, усты же исповедуется во спасение (Рим.10:10). По сему надобно и сердцем веровать в Господа Иисуса, Сына Божия, и устами исповедовать Его благость и силу, если хочем быть услышаны от Него. Помощник и покровитель во спасение наше – Бог наш – Бог милостей и щедрот: надобно токмо притекать к Нему с живою уверенностью в Его силе, с несомненною надеждою на Его благость, с пламенною к Нему любовью, как нежнейшему Отцу. Надобно терпеливо вопиять с женою Хананейскою: Господи, помози нам, хотя бы Господь не токмо медлил исполнить наше моление, но, по-видимому, с укоризною отвергал оное.

Отвещав Иисус рече: несть добро отъяти хлеба чадом и поврещи псом (Мф.15:26). Здесь Иудеи названы чадами ради вечного завета Божия с праведными отцами – Авраамом, Исааком и Иаковом. Им послана была манна в пустыни Аравийской; к ним первоначально сошел истинный хлеб небесный – Христос Господь. Язычники названы псами за нечистоту жития своего. Из сего извлечь можно следующее назидание: 1) поскольку Иудеям, как чадам, первым из человеков предложена трапеза слова живого: то им паче всех следовало возлюбить Господа своего; 2) язычники, как ходящие в суете ума и валяющиеся в тине похотений, должны были обратиться ко свету – Иисусу Христу и омыться чистою водою Благодати. Несть добро отъяти хлеба чадом и поврещи псом. Я послан, говорит Господь, первоначально напитать хлебом благости избранный Иудейский народ; в нем и ему явить чудеса и знамения; как же Я могу хлеб, принадлежащий чадам, т.е. Иудеям, отдать псам, т.е. язычникам? Сколько ни велика была укоризна на язычников, произнесенная: Хананеянку, – языческую, дикую отрасль, которая привилась верою к истинной маслине – Иисусу Христу, не огорчила укоризна сия, не поколебала твердых расположений ее сердца, не омрачила светлого ее ума. Она возвещает благость домовладыки, у Коего и чада веселятся окрест трапезы, и псы не гибнут гладом; она признает нечистоту языческого жития, она исповедует, что сколько ни грешны язычники, но они пользуются дарами благости Божией. Ей, Господи: ибо и пси ядят от крупиц, падающих от трапезы Господей своих (Мф.15:27). Я нечиста пред всевидящими очами Твоими: я недостойна тех обильных милостей, кои Ты являешь в дому Твоем чадам Твоим: даруй Мне, Господи Иисусе, крупицы Твоея благости, кои насытят душу мою до преизбытка! Сколько назидательного, Братие – Христиане, в мудром и смиренном ответе языческой жены!

Домовладыка верховный есть Отец Небесный; податель всех благ небесных и земных; в дому сем – Единородный Сын Его, Господь наш Иисус Христос; дом есть вся вселенная, а паче Церковь; трапеза суть все дары природы и Благодати, а паче бескровная жертва Христова, животворящее питие крови Его; чада Отца небесного и братия Господа Иисуса, питающиеся от тука дома его и пиющие от потока сладости, суть все праведные, – верою и благочестием Богу угождающие; псы, питающиеся крупицами, падающими от трапезы чад Божиих, суть все нечестивые. Чада Божия до преизбытка наслаждаются всеми благами, а паче духовными; но и нечестивые не лишены благ, паче же временных, земных. И нечестивых солнце освещает, земля насыщает, река напаяет, воздух оживляет. И к ним простирает слово покаяния, указывая пути ко спасению. Человеколюбие Господа нашего Иисуса Христа так велико, что кающиеся грешники не только насыщаются крупицами от трапезы Господней и каплями от живоносного источника Его благости, но и водворяются с чадами Божиими. О едином грешнике, кающемся искренно, бывает радость (Лк.15:10) на небеси, между Ангелами благими, и на земле, между сынами Божиими. Возблагодарим Господа за толь великое к нам снисхождение; потщимся убелять ризы свои слезами покаяния в крови Агнчей; да приступаем к трапезе Господней с верою, и – Господь по вере нашей, послет дар милосердия, как жене Хананейской.

Тогда отвещав Иисус рече ей: о жено, велия вера: буди тебе, яко же хощещи. И исцеле дщи ея от того часа (Мф.15:28). Так, по мере веры посылается дар. Велика вера: велик и дар – исцеление дщери от несносного недуга, толико вожделенное для материнского сердца. Со здравием дщери возвращаются здравие и радость к нежной матери. Видите, Братие, как много ценит Господь веру жены Хананейской, – не Себе, не Своей всемогущей силе, приписывает дар исцеления; не говорит: Я исцеляю дщерь твою: но относит дар исцеления к вере, терпеливо взывавшей к Нему жены Хананейской. Велика твоя вера: пусть будет по твоему желанию, – по твоей вере. И исцеле дщи ея от того часа.

Дорог дар благости Божественной – исцеление по душе и телу: но Братие, чего ни воспросим верующе во Иисуса Христа Господа нашего, все восприимем, сколько бы оно ни было дорого и возвышенно, если только прошение наше будет согласно с волею Божиею, благополезно ближним и нам спасительно. Аминь.

Беседа в неделю 18-ю по Пятидесятнице

Лк.5:1–11

Пред очами нашими чудная Евангельская ловитва рыб: как она поучительна для ума, как отрадна для сердца! Сколь обильную составляет пищу для духовной трапезы слова!

И сед учаше (Иисус) из корабля народы (Лк.5:3). Рыбари заботятся о ловитве рыб: Господь Иисус печется о привлечении душ человеческих в царствие Божие. У рыбарей два корабля и мрежи – единственное их достояние: у Христа Спасителя два завета и сети Евангельской проповеди – драгоценное сокровище Его. Народ при озере на бреге; его взор и слух обращены ко Господу: Господь на корабле близ озера; Его уста и сердце обращены к народу. И сед учаше из корабля народы.

И грады, и веси, и суша, и море слышат слово истины. Вот и корабль обращается в Священную кафедру для небесного Учителя: из корабля на берег несется небесное учение. Какое умилительное зрелище для неба и земли, для Ангелов и человеков! Какая сладчайшая беседа! Какое блаженство народа, внимавшего небесному Учителю и Господу!

Братие! Озеро, – где ловитва рыб производится, означает многомятежную жизнь нашу; корабль – это Святая Православная церковь, в коей мы живем и плывем к тихому пристанищу вечной жизни; мрежи – это суть сети Евангельской проповеди, коими уловляются души в царство Божие; рыбари – суть пастыри и учители Святой Церкви. Иисус Христос вчера и днесь, тойже и во веки (Евр.13:8) Господь, Учитель небесной истины и Спаситель всего мира. Его жизнодательное слово возвещается и ныне всем, и ближним, и дальним, во храме и вне оного. Блаженны мы, если не только внимаем глаголам живота вечного, но и поступаем по заповедям Господним. Блаженни слышащии слово Божие и хранящии е (Лк.11:28). Господь Иисус от народа обращается к рыбарям, повелевает им ввергнуть мрежи в воду для лова рыбы: и что же отвещает Симон? Наставниче, обнощ всю труждшеся, ничтоже яхом (Лк.5:5). Так бывают малоуспешны труды наши без благодати Божией! Нередко трудимся всю жизнь по душе и телу, – и труды бывают напрасны. Напрасны, – когда нет благословения свыше. Напрасны, – когда не оживлены верою и надеждою. По глаголу же Твоему ввергу мрежу (Лк.5:5). Это голос рождающейся веры и упования в душе Симона Петра.

Братие! Многие много и долго трудятся, трудятся безуспешно, полагаясь на свои силы, на свои дарования, на свои труды. Когда же приходит Благодать Божия на помощь: то какое рождается в духе их дерзновение? Какая крепость в теле? Какое благоустроение в жизни? Какой успех в делах служения? Это от того, что они подкрепляются силою благодати Божией; это от того, что благословение Божие падает, как роса на землю, на труды и подвиги их. И вот рыбари, ввергше мрежи по глаголу Господню, яша множество рыб до того, что и мрежи проторзались от множества рыб... и оказалась потребность в сотрудниках для извлечения сетей на берег и два корабля рыбами наполнились до преизбытка (Лк.5:6–7). Это означает успех Евангельской проповеди при помощи Божественной благодати. Не мудрость, не красноречие, не труд неусыпный соделывают нас успешными в деле Евангельской проповеди, но благодать Божия: благодатию Божиею есмь, еже есмь, говорит Ап. Павел; и благодать Его, яже во мне, не тща бысть, но паче всех потрудихся: не аз же, но благодать Божия, яже со мною (1Кор.15:10). Богу есмы споспешницы (1Кор.3:9). Ниже насаждаяй есть что, ни напаяяй, но возращаяй Бог (Лк.5:7).

Чудною ловитвою рыб приводятся все в ужас, но паче всех поражается Симон Петр. Симон Петр, припаде к коленома Иисусовыма, глаголя: изыди от Мене, яко муж грешен есмь, Господи (Лк.5:8)! Это чувство глубокой смиренной веры. Симон Петр видит в лице Иисуса не наставника токмо, но Господа и Бога, Коему покорены и небо, и земля, и суша, и море, поражается величием Его и сознает в себе одну немощь и греховность; изыди от Мене, вопиет он: мой дух исчезает пред величием Твоим; Твой свет присносущный нестерпим для бренных очей моих: яко муж грешен есмь: грешен и по естественному рождению, и по злому произволению, и по деяниям не Богоугодным.

Братие! Сколько чудес силы Божией видим и ныне? Сколько даров благости Божественной приемлем по душе и телу? Какое обилие благодати Его окружает нас, подобно морю? Но поражаются ли сердца наши величием существа Божия? Смягчаются ли души дарами Его благости? Наполняются ли умилением при тихом веянии любви Его? Принимаем ли мы со смирением те благословения, коими осыпает нас Господь среди волн житейского моря? Чувствуем ли мы до глубины духа бедность и окаянство свое? Чем светлее взор веры в душе, тем живее чувство смирения: тем блаже бывает благодать Господня, просвещающая, укрепляющая и умиротворяющая. И рече к Симону Иисус: не бойся, – это глагол благости Божественной! это дар Его милосердия – успокоение при явлении чудес и судеб Господних, среди ужасов жизни и смерти. Чудною показалась тебе, Симон Петр, ловитва рыб: но тебе предлежит еще чуднейшее служение: ловитва душ человеческих. Отселе будеши человеки ловя (Лк.5:10). Сим означает призывание Симона Петра в Апостольское служение. Доселе он извлекал рыбу из озера; отселе должен будет извлекать души человеческие из блата суеты и греха мрежею Евангельской проповеди.

Видно из сего то, что никто же приемлет честь (Евр.5:4), токмо званные, что не должно домогаться высших служений, но всегда ожидать призывания Божия. Если приходит свыше к кому либо, как некогда к юному Самуилу, глас, призывающий к служению: да не смущается призываемый принимать благословенный жребий служения, сколько бы он ни казался многотрудным; да не унывает среди подвига, сколько бы ни был скорбен: Иго бо Божие благо и бремя Его легко (Мф.11:30) бывает при помощи благодати Господней. Сила Божия совершается в немощах человеческих (2Кор.12:9).

Рыбари, извлекше оба корабля на землю, оставльше вся, в след Его идоша (Лк.5:11). Рыбари – Симон Петр, Иаков и Иоанн, – сыны Зеведеевы, позванные на многотрудное служение Евангельской проповеди, оставляют все, любезное сердцу, и корабль, и мрежи, и дом, и присных по плоти, и идут в след за Иисусом. Так сильно действует глас благодати Господней на сердца простодушных рыбарей! Так готовы сердца рыбарей к послушанию и самоотвержению! Вот пример, как охотно и всецело надобно жертвовать всем для блага ближних и для славы Божией!

Братие! Различны звания и дарования Божия, но Призывающий и Дарующий есть один и тот же Бог; посему каждый должен пребывать в том звании, в какое кто призван от Бога, – нести те труды, кои с ним соединены, но не связываться ни выгодою, ни почестью, ни другими земными видами. Для чрезвычайного Апостольскаго служения потребно было и самоотвержение чрезвычайное. поскольку же и дарования благодати, и скорби креста бывают по мере веры, соразмеряются с силами каждого: то и самоотвержение от Христианина требуется соразмерное с силами его и с потребностью того звания, в каком он поставляется. Посему надобно оставлять и богатство, и чести, и удовольствия и даже отдавать здоровье и жизнь, если того требует благо ближних и слава имени Божия; и идти в след за Иисусом; или, пользуясь дарами благости Божественной умеренно, – с молитвою и благодарением, без вреда для души и соблазна для ближних, предавать Христу Богу сердце и жизнь, хранить жизнодательнык Его заповеди, жить целомудренно, праведно и благочестиво (Тит.2:12).

Будет ли воздаяние за те жертвы, кои по самоотвержению Христианскому приносим; за те скорби, кои благодушно переносим; за те труды, кои охотно подъемлем ради славы имени Божия и блага ближних? Без сомнения, будет, – и притом величайшее: сторицею приимем и живот вечный наследуем (Мф.19:29). Воздаяние, которое ожидает подвижников веры и благочестия в стране вечности блаженной так велико, что око не виде и ухо не слыша и на сердце человеку не взыдоша, яже уготова Бог любящим Его и творящим волю Его. Верен Бог во всех словесах и делах своих.

Оживляясь верою и надеждою, братие, будем подвизаться добрым подвигом Христианского самоотвержения и благочестия, да восприимем обильное воздаяние в блаженной стране вечности – в обителях света, мира и радости бесконечной. Аминь.

Беседа в неделю 19-ю по Пятидесятнице

Лк.6:30–35

Всеблагий и любвеобильный Господь Иисус Христос паче всего учил и учит Своих последователей и словом, и примером, благотворительности бескорыстной, любви совершенной и чистой. Так благоугодна Ему благотворительность бескорыстная, так вожделенна любовь чистая! Всякому просящему у тебе дай: и от взимающаго твоя, не истязуй (Лк.6:30.) Дай охотно, ибо доброхотного дателя любит Бог. Дай безотлагательно: ибо ты не знаешь, что породит грядущий день. Не истязуй – по жестокосердию или сребролюбию: ибо жестокосердых и сребролюбивых отвращается Бог.

Просящему у тебя дай. Ибо кто нуждается в твоей помощи? Твой собрат по природе и благодати, – согражданин Небесного Иерусалима, – вечного града, его же содетель есть Бог. Чем ближе к твоему сердцу нуждающийся в помощи твоей: тем готовее должно быть сердце твое к благотворению, – тем щедродарнее рука. Просящему у тебе дай: ибо кто пред лицем твоим предстоит в лице нищего, – кто простирает руки к тебе в лице бедного? Тот, Кто богат сый обнищал, да мы нищетою Его обогатимся, – (2Кор.8:9) Господь наш Иисус Христос. А чем важнее ходатайствующий за кого-либо: тем скорее оказывается помощь нуждающемуся. Так надобно и нам поступать по отношению к нищим, в лице коих сокрывается Господь. От взимающаго твоя не истязуй. Ибо для чего дарованы тебе от Господа блага? Для того, дабы ты разделял их с ближними. Все то, что имеем, – не наше достояние, но Господне дарование, на помощь нищим. Господня земля и все, что исполняет ее. Да будут же и сердца, и сокровищницы наши для бедных отверсты. Не истязуй, – да восприимешь от десницы Господней сторицею то, что бедные прияли от руки твоей, за тленное – бессмертное, за временное – вечное сокровище. Не истязуй. Ибо какая участь ожидает жестокосердых? Они сами истязаны будут сильно. Не будет милости не творящему милости. И не только от Бога восприимешь то, что творишь для ближних, – но и от ближних. Ибо что говорит вечная Истина – Христос Господь? И якоже хощете, да творят вам человецы, и вы творите им такожде (Лк.6:31). Хотите ли пользоваться любовью и уважением ближних? Питайте сами чувство любви и уважения к ним. Хотите ли видеть в ближних доброхотство к вам и готовность на помощь? Оказывайте доброхотство, – простирайте сами к ним руку помощи. Хотите ли, чтобы ближние были снисходительны к погрешностям вашим и оскорблениям? Будьте и сами снисходительны к ним, непамятозлобивы. Сего требует долг Христианской справедливости. Ею же бо мерою мерите, возмерится вам (Мф.7:2) от Бога и от людей. Что посеете, то и пожинать должны. Что насаждаете, – от того и плода ожидать должны; от лозы виноградной рождается виноград, от репейника – репейник. Мы должны не только делать добро Богоугодное, но и по побуждениям чистым, Богоугодным, а не по видам своекорыстия. Мы Христиане, – а Христианам дарован высший свет истины; им сообщены высшие силы духа, высшие чувства, им предлежит высший образец для жизни. Аще неизбудет правда ваша паче Книжник и Фарисей, говорит Спаситель, не внидите в Царствие Небесное. Так чисты по душе и телу, так совершенны во всем житии, должны быть истинные Христиане! Они обязаны любить не только друзей, но и врагов. Ибо что говорит Вечная Любовь – Христос Господь? Аще любите любящия вы: кая вам благодать есть? И аще благотворите благотворящим вам: кая вам благодать есть? И аще взаим даете, от них же чаете восприяти: кая вам благодать есть (Лк.6:32–34)? Любить любящих нас, благотворить благотворящим, давать взаим, да восприимем равная: это внушает природа. И язычники любят любящих, и грешники благотворят благотворящим, взаим дают, да равное возмездие приимут. Но любить врагов, благотворить им – и взаим давать, ничто же от них чающе: это может сообщить одна Благодать. Это могут и должны делать одни просвещенные верою Христовою, – одушевленные духом любви Его.

Обаче любите враги ваши и благотворите им и взаим дайте ничесоже чающе (Лк.6:35). Под именем врагов, коих любить заповедуется, разумеются не те враги, кои удаляют нас от блаженного с Богом единения, вредят нашему спасению, – каковы суть: сластолюбивая плоть, лукавый мир, враждебный дух злобы; но те из наших ближних, кои или по легкомыслию, или по злонравию, помрачают нашу честь, возмущают наше спокойствие, похищают имение, даже посягают на здоровье и временную жизнь. Правда, прискорбно недоброхотство ближних: но не бывают ли они в руках Божиих жезлом правды Его за грехи наши, врачеством против язв сердечных – сокровенных, грозным гласом суда Божия, призывающим на путь истины и благочестия? Не они ли подают нам случай к терпению, столь необходимому в деле спасения, и к тем победным венцам, кои столь драгоценны? Чем горестнее те скорби, кои причиняют нам ближние; тем выше воздаяние от Бога за терпение. И будет мзда многа не только за любовь бескорыстную, но и за любовь великодушную, – вся покрывающую благостью, вся прощающую в ближних. Какая мзда? Любящие врагов бывают сынами Вышнего, чадами Отца Небесного, братиями Единородного Сына Его, причастниками Святого Духа. И будете сынове Вышняго. Вот главнейшая награда за любовь ко врагам! Бог любы есть и пребываяй в любви, в Бозе пребывает (1Ин.4:16). Отец Небесный посылает свет Свой на благих и злых, изливает росу на праведных и неправедных. Он беспредельно благ не только к благим, но и к злым – благ на безблагодатные и злые. Единородный Сын Его молился на кресте за распинателей Своих, пролил кровь Свою на кресте не за друзей, но за врагов. Дух Святой всегда носится над бездною грехов человеческих и прогоняет злосмрадие их. Так, Бог есть любовь всеобщая, беспредельная. И пребывающий в любви ко врагам, уподобляется Богу. Сие-то уподобление Богу составляет и славу, и блаженство Христианское. И будете сынове Вышняго: О, как высока эта честь, как обильно это блаженство – быть сынами Вышнего! Если считается за счастье быть сыном Царя Земного, даже вельможи знаменитого и богатого: не паче ли славно быть сыном Царя Небесного, обитать в дому Его, обладать всеми сокровищами Его благости?

Будите убо милосерди, якоже и Отец ваш милосерд есть (Лк.6:36). Нет сомнения, что быть столько милосердыми, сколько Отец Небесный, беспредельно Благий, милосерд есть ко всем – и благим и злым, мы не можем: но подражать Ему в делах милосердия посильно и можем, и должны. Ибо мы и созданы по образу и подобию Его, и воссозданы в правде и преподобии истины (Еф.4:24) и силами благодати снабжены, да, взирая на Начальника веры и спасения, восходим от силы в силу, от добродетели к добродетели, от славы в славу. – Подадите в вере вашей, учит Апостол Петр, добродетель, в добродетели разум, в разуме воздержание, в воздержании терпение, в терпении благочестие, в благочестии братолюбие, в братолюбии любовь (2Пет.1:5–7). Вера и любовь к Богу и ближнему – вот основание и совершенство всех добродетелей. На вере и любви должно утверждаться и Христианское милосердие к бедным, – возвышающее дух и жизнь нашу до Богоподобия или до приискреннего соединения с Отцом Небесным. Будем же милосерды к ближним, да соделаемся вечно блаженными и на земли, и на небеси. Аминь.

Беседа в неделю 20-ю по Пятидесятнице

И видев ю Господь милосердова о ней и рече ей: не плачи. (Лк.7:13)

Горько плачет жена Наинская: и как ей не плакать? Она вдова и бездетна. С потерею мужа она потеряла отрадное сокровище сердца, подпору жизни, – она несет бремя вдовства; а кто не знает, как скорбно и тяжко вдовство? Но вот смерть похищает у ней и сына – единородного, последнюю и единственную отраду в жизни, последнее утешение сердца. Сын во гробе; гроб несут за врата града; народ мног сопровождает оный до могилы. У матери раздирается душа: скорбь стесняет грудь ее. Нет помогающего; нет утешающего; она в горьких слезах; она безутешна. Но утешься, мать безутешная! Близ тебя Господь, утеха Израилева, Источник жизни приснотекущий. И видев ю Господь милосердова о ней и рече ей: не плачи. Жизнодатель возвращает жизнь умершему юноше, – возвращает сетующей матери драгоценное ее сокровище – единородного сына; с воскресением сына воскресает ее радости, ее надежды. Какая дивная измена десницы Вышнего! Какое величие благости Господней!

Братие! сколько суждено каждому из нас испытывать скорбей по душе и телу, сколько сносить лишений и потерь! И море слез недостаточно к тому, чтобы оплакать все горькие приключения жизни, все язвы сердца. В ком же и в чем же искать отрады? Обратимся ли к ближним за утешением? Они сами в тех же скорбях, – в тех же язвах; они немощны по душе и телу, они смертны. Станем ли искать отрады в благах земли? Они суетны, тленны. И может ли тленное сокровище утешить дух бессмертный? Возведем ли взор свой к небесным Силам? Они готовы на помощь, но не иначе, как по воле Владыки и Господа. Что же остается нам бедным, безотрадным? Остается обращаться ко Господу Иисусу – присно текущему Источнику благ небесных и земных, Единому Врачу душ и телес. И как благонадежно наше обращение ко Господу? Господь Иисус всемогущ: от какого же зла не может избавить нас? Он беспредельно благ: какого же блага не силен подать нам? Он премудр: сколько же у Него путей к нашему блаженству? Если Он положил жизнь Свою на крест за грехи наши: то чего не послет нам, благопотребного к временной и вечной жизни, седя одесную Бога Отца – на престоле славы? В Нем сокрыты все сокровища благости Божественной. Беден ли кто? Да течет ко Господу и обрящет благопотребную помощь. Болен ли кто? Да обращается к Небесному Врачу и приимет скорое исцеление. Терпит ли кто тайные наветы, явное гонение, скорбное бесчестие от недоброхотных ближних? Да укрывается под сень промышления Господня, под защиту Его благости и правды, и ничтоже успеют враги ближние и дальние. Стеснена ли у кого грудь тяжкою скорбью о разлуке с близкими сердцу, о потере благ земных? Да возведет взор сердца на небо, – скоро с неба приидет глас: не плачи, и плач преложится в радость. Лишен ли кто мудрости духовной? Да просит у Бога, дающего всем нелицеприемне, и непоношающего, и дастся ему (Иак.1:5). Изнемогает ли кто под тяжестью грехов? Да простирает руки с умилением души ко Спасителю, Который пришел спасти погибающих и даровал им спасение Своею смертью и воскресением, Который с любовью призывает всех и каждого: приидите ко Мне вси труждающиися ради Царствия Небеснаго и обремененнии тяжестию грехов, и Аз упокою вы (Мф.11:28). Поражается ли кто страхом смерти и строгого суда Божия? Да возлагает, при искреннем покаянии, твердое упование свое на беспредельное милосердие Божие, на драгоценные заслуги Христа Спасителя, на милостивый покров Приснодевы Марии. Мертв ли кто духом? Господь чудесно воззовет его к жизни, как некогда сына Наинской вдовицы.

Для сердца Христианского отрадно знать, как совершилось это чудо милосердия Господня: прикосновением Спасителя к одру умершего и всесильным словом Его. И приступль (Иисус) коснуся во одр, носящии же сташа: и рече: юноше! тебе глаголю: востани (Лк.7:14). Юноша по гласу Господню восстает из гроба, как спящий с одра по пробуждении, отверзает уста и говорит живым языком в удостоверение о воскресении своем, – с сыновнею нежностью повергается в объятия матери, к сладчайшему ее утешению. И седе мертвый и начать глаголати и даде его матери его (Лк.7:15). Так сильно слово Всесильного! Так несомненно чудо милосердия! Так велико благотворение! Счастливая мать преисполняется живейшею радостью о чудном воскресении сына из мертвых, а народ приходит в благоговейный ужас, – обращается к славословию чудес Божиих. Прият же страх всех и славляху Бога глаголюще: яко Пророк велий воста в нас и яко посети Бог людей своих (Лк.7:16).

Братие! чудно и славно воскресение мертвеца Наинского по телу; но гораздо чуднее воскресение наше по душе – от одра греховного. Одр греховный – это жизнь во грехах беспечная. Лежащий на одре сем мертвец – это есть человек грешник, умерщвленный грехом, – это мы грешные, уязвленные стрелами страстей. Окружающие и несущие гроб – это суть ближние наши, скорбящие о наших грехопадениях. Грех убивает и душу, и тело. И – кто же пробудит спящего; кто уврачует болящего; кто воскресит умершего духом, если не Тот, Кто есть воскресение и живот (Ин.11:25), всех, – Господь Иисус? Не Ангел из мира горнего, ни великий Пророк из мира дольнего, но Сам Господь творит дивная и славная во спасение наше. Мы вкушаем небесную манну Его слова, мы прикасаемся к бессмертной трапезе Его, оживотворяемся Духом Его: как же нам не славить Господа? Как не воспевать, яко посети Бог люди своя обилием благодати и истины?

Посети Бог люди Своя. Кто это люди или сынове Божии? Это верующие во Иисуса Христа; это мы, Братие, по милости Господней, род избран, царское священие, язык свят, люди обновления, наследие Божие, яко да возвещаем добродетели (совершенства) из тьмы призвавшаго нас в чудный Свой свет (1Пет.2:9). О как драгоценно достояние наше! Как высоко звание и избрание наше! Многоразличны дарования Духа в сем веке – в Царстве Благодати, но гораздо возвышеннее и обильнее обетование Духа в веке грядущем – в царстве славы. И – чрез кого же все это обилие благодати и истины излилось и изливается от Отца Небесного на землю? Чрез Единородного Сына Его во Святом Духе Его. Какие протоки благодати с неба в Православную Церковь? Богоучрежденные святые таинства.

Так чудно и благотворно посещение Божие! Так обильны дары Его благодати! Небесная помощь Его близка к каждому Христианскому сердцу; спасение всегда и для всех готово: но мы готовы ли принять дары Божественной благости? Имеем ли веру живую в Господа Иисуса, возлагаем ли на Него твердую надежду, питаем ли искреннюю к Нему любовь, сохраняем ли жизнодательные заповеди Его? Умеем ли дорого ценить дары беспредельного милосердия Его, умножать оные в себе духовною куплею – бдением, трезвением, воздержанием, молитвою непрестанною, трудом неослабным? Стараемся ли обращать подаемые свыше дары природы и благодати во славу Подателя благ – Бога, в пользу ближних и во спасение свое? – Горе нам, если окажемся или как рабы беспечные, или как наемники неблагодарные, или как строители Благодати малоразумные! Горе нам, если при изобилии Благодати останемся и нищи и наги, и слепы и мертвы духовно (Откр.3:17)! Господи, помилуй и спаси нас по великой Твоей милости. Аминь.

Беседа в неделю 21-ю по Пятидесятнице

(Лк.8:11)

Понятна Евангельская притча о сеятеле потому, что изъяснена самим Спасителем. Нам остается приложить оную к сердцу и жизни. Верховный сеятель есть сам Господь; семя есть Божественное слово истины и жизни; земля, приемлющая семя, есть сердце человеческое. Хотя и сеятель Благий и неутомимый, и семя доброе; – но плод не всегда бывает одинаковый. От чего это случается? Это от того, что земля, на которую падает семя слова Божия, не одинакова, – не одинаково сердце человеческое, приемлющее слово Божие.

И егда сеяше, ово паде при пути и попрано бысть и птицы небесныя позобаша е́ (Лк.8:5). Посеянное при пути означает таких слушателей, у коих слово Божие не проникает в сердце, но остается вне оного – в ушах телесных. Враждебный дух тьмы и лжи приходит и легко похищает сокровище слова, лежащее при пути к сердцу, дабы слушающие, прияв слово истины и жизни с верою в Господа Иисуса, не прияли духа жизни и спасения в Нем. Братие! имеяй уши слышати, да слышит и слухом внешним – телесным, и слухом внутренним – духовным. Да не оставляет вне сокровищницы сердца драгоценного сокровища истины. Ибо трудно ли татю похитить сокровище, когда оно брошено при пути, – без охранения? Так и врагу спасения нашего – диаволу трудно ли похитить у нас слово истины и жизни, т.е. воспрепятствовать спасительному действию его на сердце, когда мы бываем не внимательны к оному, не принимаем ового в сердце свое, оставляем оное на беспрепятственное расхищение от врагов? У сильного и осторожного отнять сокровище трудно: но у слабого и беспечного легко и удобно. поскольку же словом Божиим человек Христианин рождается в жизнь духовную, Богоугодную; силою Его растет и укрепляется во спасение; плоды правды созревают под Благодатною сенью Его: то врагу трудно у сильного и осторожного Христианина отнять сокровище истины и жизни, – а у слабого и беспечного не только отнять достояние его, но и самую жизнь, – нет ничего легче. Чем легче для врага победа над нами: тем паче он торжествует над нами. Ибо когда мы сами отвергаем силу спасительного слова по нерачению о спасении: то что же остается врагу, как не радоваться о погибели нашей? Посему надобно с верою живою принимать слово Божие, слово истины и жизни, со всем тщанием хранить оное во глубине сердца, – как драгоценное сокровище, с сыновнею любовью исполнять жизнодательные заповеди Господни, и враг ничтоже успеет, – не восхитит сокровенного на селе сердца сокровища истины и жизни, – не помешает преспеянию нашему в православной вере и Христианском благочестии, – вечному нашему спасению в Господе Иисусе.

А другое паде на камени и прозяб усше, зане не имеяше влаги (Лк.8:6). Посеянное на камнях означает тех, кои с радостью принимают слово Божие, возвещаемое им, но скоро забывают оное, потому что слово Божие не сообщает им животворной своей влаги, не пускает корня в душах их. Посему они веруют в Бога и Христа, – когда счастье благоприятствует им, и скоро отпадают от веры в Него, – когда искушение постигает их. Слово Божие в них подобно растению, не имеющему корня. Растение, не имеющее корня в недрах земли, – скоро увядает, легко исторгается. Так и душа, в коей слово Божие не укореняется, не имеет в себе животворной силы к благочестивой жизни, скоро увядает и не приносит плода правды. Братие! Надобно не только с радостью принять слово Божие, но и вкоренить оное в душе; – надобно твердо стоять в вере и благочестии не только тогда, когда Господь ущедряет нас дарами Своей благости, но и тогда, когда наказует жезлом суда Своего. Что за вера, когда она, как искра при слабом дыхании противного ветра, мгновенно появляется в душе и исчезает? Что за добродетель, когда она при малом искушении, колеблется и падает?

И другое паде по среде терния и возрасте терние и подави е (Лк.8:7). Семя, павшее в терние, означает тех, кои слышат слово Божие и принимают оное, – но оно заглушается в них заботами, богатством и сластями житейскими, и – плод не созревает. Как на поле терние препятствует расти пшенице, нередко подавляет оную и делает бесплодною: так на ниве духовной жизни вредны заботы века сего, – блага земли, удовольствия плоти. Они подавляют в душе семя благих ощущений и мешают развитию сил духа. Опыт показывает, что очень многие и от природы имеют не малое расположение к добру и от Благодати приемлют некие дарования духа и показывают начатки добродетели; но плод правды в них не созревает. Это происходит от того, что они непостоянны в подвиге добродетели. От того, что страсти в них, не быв обуздываемы, скоро овладевают душою и делают ее пленницею своею, – свергают иго ума и неистовствуют. От того, что они не хотят или не умеют воспротивиться злым склонностям – первоначальному искушению; иного сластолюбие оскверняет, иного честолюбие сокрушает, иного корыстолюбие изнуряет и – бедная душа теряет дары природы и благодати, – терпит безотрадное томление и крушение, лишаясь утешений духа и украшений благодати. Горе тому, кто не умеет пользоваться дарами благости Божией с выгодою для души своей, для вечного ее спасения! Горе тому, кто среди суеты жизни и заботы служения забывает о высшем звании, о благоугождении Господу! Горе тому, кто, вкушая некие сладкие капли жизни, чуждается горестей креста Христова, делается пленником страстей и вожделений!

Братие! Ущедряет ли Господь благами земли? Надобно пользоваться ими с умеренностью и молитвою, – во славу Божию и благо ближних. Посылает ли Всевышний утешения жизни? Средь утешений жизни надобно помнить о скорбях и превратностях ее, а паче о возвышенных радостях грядущего века, и ум и сердце возводить к чистейшим радостям неба. Призывает ли Господь к многотрудным служениям в церкви и отечестве? С ревностью и усердием проходя должности по званию своему, единое на потребу попечение о нетленном сокровище души, – о спасении, надобно предпочитать всем заботам и занятиям звания своего. Надобно занятия по званию устроить так, чтобы они или освящались святою заботою о вечной блаженной жизни, или благотворно поддерживали оную.

Другое же паде на земли блазе и прозяб сотвори плод сторицею (Лк.8:8). Посеянное на доброй земле означает тех, которые услышав Божественное слово, хранят оное в добром и чистом сердце и приносят обильный плод в терпении. Коль скоро семя благое и земля добрая: дивно ли что семя скоро прозябает, творит ветвь и плод обильный? Доброе и чистое сердце – это есть земля самая добрая: когда слово Божие падает на эту благую землю – доброе и чистое сердце; то глубоко пускает корень свой, – корень Божественной любви; от сего корня скоро прозябает ветвь и цвет, – и скоро появляется плод, – не только цвет Христианских добродетелей, но и плод правды и спасения. Как это утешительно для Вертоградаря Небесного! Как отрадно для делателя духовного! – Приснодева Мария слагала в сердце глаголы Сына Своего и Бога, – кои дух суть и живот; и что же Она явила миру горнему и дольнему? Мысленный рай, в коем возросли плоды правды и жизни обильнейшие. Апостолы с открытым сердцем прияли слово Господа и Учителя своего, и – какое обилие благодати истекло из уст их во всю вселенную? Какое сокровище добродетелей они оставили Православной Церкви в драгоценное наследие? Все подвижники веры и благочестия просияли и просиявают славою на земле и на небеси, – не оттого ли, что они не только прияли семя веры в сердце нежное, но и сохранили это драгоценное сокровище, – и не только сохранили, но и умножили дары Божии бдением и трудами, терпением и воздержанием?

Братие! поскольку жизнодательное слово Божие прозябает, растет, цветет и приносит плод правды обильнейший только на ниве доброго и чистого сердца: то и надобно очищать сердце свое от всякой сокровенной скверны плоти и духа молитвенными слезами искреннего покаяния, наполнять оное благими помышлениями и ощущениями, напоять оное животворными струями Благодати, как землю добрую, ограждать оное крепким оплотом страха Божия, – как вертоград, Богу возлюбленный. Надобно обращать слух сердца не только к громким глаголам суда Божия, но и к тихим вещаниям благости Его. Имеяй уши слышати, да слышит. Не только да внимает слову Божию усердно, – но да поучается день и ночь в законе Его, да творит во вся дни живота волю Господа своего благую и совершенную. Блажени бо суть слышащии слово Божие и хранящии е (Лк.11:28). Аминь.

Беседа на Евангелие Луки (Лк.10:38–42)

Ныне чтенное Евангелие предлагает нам, Братие, важное обстоятельство в земной жизни Господа Иисуса – важное, по назиданию для двух сестр Марфы и Марии, которые принимали Господа, и по назиданию для всех читающих или слушающих сказание о принятии ими Господа в дом свой. Мария не трудилась, не заботилась, спокойно сидела при ногах Иисусовых и обрела благую часть, неотъемлемую: Марфа трудилась, заботилась о принятии вожделенного Гостя и, по-видимому, не заслужила благоволения Его. Поступок Марии, не заботящейся о приличном принятии Гостя, представляется достойным похвалы и подражания: а поступок многозаботливой Марфы кажется предосудительным. Явно превознес Господь безмолвие Марии: кротко обличил многозаботливую попечительность Марфы. Нельзя думать, чтоб Марфа не хотела принять Божественного Гостя так, как внушала любовь и как требовало высокое достоинство Посетителя: без сомнения, хотела, но не умела. Вникнем в сие Евангельское обстоятельство с должным вниманием.

Марфа и Мария и любили Господа, и любимы были Господом (Ин.11:5), много радовались о пришествии Его, усердно хотели познать, кто есть обетованный Спаситель мира. Одна кровь текла в жилах их – они были сестры; их души соединены были чистою, святою любовью; у них едина мысль, едино чувство, едино желание, едино воздыхание, едина радость, едина печаль, едина надежда; едино жилище у них, едино занятие, беседа о едином; у них присные были общие, и пришедший Гость был также общий, с равным радушием приемлемый. О святое общение душ! Марфа и Мария имели одно усердие к Посетителю, Господу Иисусу, какое должно иметь; водились равносильным радушием, каким должно водиться при сретении вожделенного Гостя: но не одинаков был образ, коим и та и другая выражала свое чувство благоговейной любви ко Господу и Посетителю душ. Любовь Марии вытекала из сердца ее, подобно ручью, тихо катящемуся по долине: любовь Марфы, вырывалась из сердца подобно потоку, быстро несущемуся.

Случилось Иисусу прийти в одно селение, где имели пребывание Марфа и Мария: кто встретил Его? – Марфа (Лк.10:38). Умирает Лазарь, брат их; Господь идет, дабы воздвигнуть умершего; останавливается в пустыне Иорданской – там, где весть о болезни Лазаря нашла его; приближается к Вифании: кто поспешно вышел во сретение Начальнику жизни? – Марфа (Ин.11:20). По воскресении Лазаря учреждается вечеря – торжество бессмертия; Лазарь разделяет вечерю, как друг, со Иисусом: а кто служит при вечери? – Марфа. Мария же при сем случае выражает свою любовь возлиянием чистого, драгоценного мира на нозе Иисусовы, и отирает оныя власами (Ин.12:2–3). Приходит Господь Иисус в дом их, как Богочеловек, как путник, проходивший грады и веси, благовествуя Царствие Небесное, врачуя всякий недуг: кто заботится успокоить путника? Кто спешит напитать Его? – Марфа многопопечительная. Мария же при сем случае, по расположениям души своей, выражает радушие к Гостю иным, лучшим, благоприятнейшим для Господа образом – садится у ног Иисусовых и в безмолвии внимает учению, исходящему из уст Небесного Посланника, Господа Иисуса. Мария седши при ногу Иисусову, слышаше слово Его (Лк.10:39) – слово о путях к животу вечному, слово о высоких истинах Царствия Небесного, слово о тех подвигах, кои подъять должно всем взыскующим Царствия Божия. Сие-то слово составляет ту жизнодательную манну – тот хлеб, коим питалась Мария, и коим должна питаться каждая душа Христианская, – то сладкое питие, коим утоляла жажду бессмертного духа своего Мария, и коим должна утолять жажду свою каждая душа Христианская. Ни мало неудивительно то, что Мария неподвижно сидела при ногах Иисусовых, не разделяла заботы с Марфою; каждая душа, Богомыслием погрузившаяся в бездну беспредельного Существа Божия, забывает о всем, ее окружающем, забывает о потребностях тела. Моисей сорок дней на горе пребыл, ни ядый, ни пияй; чем же питался? Хлеба и воды там не было. Чем питался? – Видением Невидимого, сладкою беседою с единым Бессмертным, во веки живущим и жизнь дающим всем и всему. Мария научает нас внимать самим себе, углубляться в душу свою, уединяться в потаенную храмину сердца, поучаться в Слове истины день и нощь, и в свободе от многих забот и попечений содевать свое спасение.

Блаженство, коим Мария наслаждалась, внимая небесному учению, ее безмолвие, в котором она, забыв о всем ее окружающем, не примечала заботливости сестры своей, учение, которое изливалось из уст Спасителя, не долго имевшего пребывать видимо на земле, должны были привлечь многозаботливую Марфу ко вниманию и вразумить, что и ей нужно оставить излишнюю заботливость и с Мариею приклонить ухо к возвещаемым истинам: сего не случилось. Марфа продолжала заботиться – от того ли, что на сей раз затмилось в ее душе око чистого духовного ведения, или, что чрезмерно увлекалась пламенным чувством страннолюбия, или потому, что при необыкновенно радостных движениях мы мало бываем способны рассуждать, и часто, меньше важное ценим дорого, и нужное для тела предпочитаем благу душевному? Как бы то ни было: Марфа не только продолжала заботиться, но еще обнаружила негодование на безмолвие Марии и на равнодушие Господне к ее заботливости.

Марфа же молвяше о мнозе службе: ставши же рече: Господи, небрежеши ли, яко сестра моя едину мя остави служити? рцы убо ей, да ми поможет (Лк.10:40). Это язык души, отягощенной заботою о многом – внешнем, телесном! это глас сердца, иногда в порыве сильных движений не внемлющего тихим внушениям здравого разума! Это борьба страннолюбия и человеколюбия против любви к Богомыслию и покою духовному! Это искреннее излияние простодушной любви! Так некогда Илия Фесвитянин, в пламенной ревности к славе святого имени Господня, говорил, что все оставили Вседержителя, что он един еще ревнует по славе Его: но при сем указано, что есть еще седмь тысяч во Израили, иже не преклониша колена Ваалу (3Цар.19:18). Так Апостол Петр, в жару любви ко Господу, произнес, что он готов идти на смерть за Иисусом (Ин.13:37), что он не оставит Его, хотя бы все Его оставили: но первый не выдержал слабого искушения (Ин.18:25), отрекся от Господа. Так и Марфа, в жару страннолюбия, вопиет ко Господу: не брежеши ли, яко сестра моя едину мя остави служити? рцы убо ей, да ми поможет. Мария и при сем безмолвствует; за нее говорит ее безмолвие, ее оправдывает Небесный Учитель: отвещав же Иисус рече: Марфо, Марфо! печешися и молвиши о мнозе: Едино же есть на потребу. Мария же благую часть избра, яже не отъимется от нея (Лк.10:41–42).

Печешися и молвиши о мнозе. Марфа подпадает кроткому вразумлению Господню за излишнюю заботливость о внешнем, телесном, и притом не для себя, а для Иисуса, не по прихоти, а по желанию угодить дражайшему Гостю; навлекает милостивое Его замечание за то, что она, забывши на несколько минут о необходимом для души своей, слишком много озаботилась о нужном для тела Иисусова: ей следовало наперед напитать свою душу принесенною от Господа словесною манною, а потом – напитать Господа телесною пищей, без излишней о том заботливости. Случай сей показывает, что чрезмерная заботливость о внешнем, временном, очень часто закрывает от взоров сердца нашего единое на потребу сокровище, небесное, внутреннее, духовное. Сию-то многозаботливость осуждает Господь – вечная Истина, а не к беспечности располагает.

Осудил Господь излишнюю заботливость Марфы: что же бы Он сказал тем, кои совсем небрегут о спасении души своей, кои никогда слову Господню не внимают, кои и душою и телом заботятся о том только, что для земной жизни потребно, кои заботятся только о столах роскошных, только о нарядах пышных, только о чувственных наслаждениях, только о приятнейших увеселениях; а о душе своей, о благоугождении Господу вовсе не думают, как будто душа, Богоподобная, кровью Христовою искупленная, к вечной жизни в Боге предназначенная, не стоит внимания; как будто земля есть вечное их жилище, как будто все равно – быть ли счастливым или несчастным вечно. Бедные души! Почто погибаете среди сует и забот о земных благах? Почто много печетесь и молвите о многом с какою-то неимоверною попечительностью, забывая о необходимом для духовного совершенства?

Едино есть на потребу – та небесная истина, которой научает нас Господь в светоносном слове Своем, та святая жизнь, которую предписывает Отец Небесный в жизнодательных Своих заповедях. За благоговейное, всецелое стремление Марии к сему единому на потребу похваляет ее Господь, говоря: Мария же благую часть избра, яже не отъимется от нея (Лк.10:42).

Что за благая часть, Мариею избранная, и составляющая неотъемлемое ее сокровище? Благая часть Марии, нетленное ее сокровище; означает все то, что составляет пищу, питие, одежду и прибежище для души: и как душа бестелесна, то и все потребное для ней бестелесно. Единое на потребу – благая часть Марии – есть то, чем душа Христианская живет, о чем радуется, чем украшается. Чем душа живет? – Верою во Иисуса Христа, жизнодавца, любовью к Тому, кто есть весь любовь. О чем радуется? – О уповании, нося залог дарований Духа Святого. Чем питается? – Манною Слова Божественного, молитвенным Богомыслием, святым безмолвием, удалением от суеты и молвы века, от сообщества с празднолюбивыми и развращенными людьми, с людьми, о земном мыслящими. Чем украшается? – Добродетелью святою, Богоподобною. Где прибежище души? – В дому Бога Вышнего – во святом храме. Где ее нетленное сокровище? – На небеси. В ком ее радость и надежда? – Во Иисусе Христе, Спасителе мира. Сии высокие дары Духа Святого не суть ли драгоценнейшее сокровище бессмертного духа Христианского? Безмолвный покой Марии научает, сколько должны мы быть внимательны к присутствию Божию, чего искать прежде всего и паче всего – Царствия Божия и правды Его, и в чем должны поставлять блаженство свое – в приискреннем общении с Богом. Братие! Едино есть на потребу для всех и каждого – Божественное светоносное Слово, в коем заключается вся наша радость, весь покой, все блаженство. Благая часть, которую мы с Мариею избрать должны, как неотъемлемое сокровище бессмертного духа, состоит в благоговейной готовности непрестанно внимать Божественному жизнодательному Слову и бдительно творить заповеди Господни. Внимайте безмолвно слову истины, ходите во свете жизнодательных заповедей Господних, и – блаженство соделается неотъемлемым достоянием вашим: блажени бо слышащии слово Божие и хранящии е, (Лк.11:28) слышащие слухом и внешним, и внутренним – слухом сердца, хранящии – в чистоте побуждений, с ревностью святою, до последнего вечера дней. Аминь.

Беседа в неделю 22-ю по Пятидесятнице

Лк.16:19

Евангельская притча о богатом и нищем поучительна для ума, утешительна для сердца. Она показывает, как бедственно богатство без добродетели, и как блаженна нищета, переносимая терпеливо; чего должен ожидать сластолюбивый богатый, не в Бога богатеющий, и чем может утешаться благочестивый нищий, терпеливо несущий бремя бедности, богатой добродетелью.

Человек некий бе богат и облачашеся в порфиру и виссон и веселяшеся на вся дни светло (Лк.16:19).

Человек некий бе богат. Еще не беда – богатство; еще не бесчестие – быть богатым. Богатство, само в себе рассматриваемое, есть не иное что, как дар Божий, плод трудолюбия, услаждение горестей жизни. По благому и мудрому употреблению – оно может быть жертвою Богу, благодеянием ближнему, средством ко спасению душ наших. И так богатство в сем отношении нимало не укоризненно и быть богатым так, как Слово Божие указует, нимало не бесчестно. По что же богатство осуждается? Во-первых, по злым расположениям сердца человеческого; и во-вторых, по злоупотреблению самого богатства.

Ибо горе, если богатство делается идолом сердца человеческого! Горе, если оно употребляется на прихоти! Меч в руках доброго воина служит орудием для защиты Отечества от врагов, а в руках злодея – служит орудием для погубления соотечественников. Огонь в руках мирного гражданина есть вещь наиполезнейшая; а в руках злодея есть вещь наивреднейшая. Так и богатство. Для сердца, к благотворению склонного, оно есть обильный источник, коим утоляется глад и жажда бедных; для сердца благоговейного пред Богом, оно есть зов к славословию щедрот Божиих. То же богатство – для скупого обращается в случай к жестокосердию, для сластолюбивого – в пищу постыдных наслаждений, для гордого – в средство возвышаться без заслуг, для ленивого – служит поводом к беспечности и развращению. Познаем, Братие, что не богатство осуждается, но злоупотребление его; не богатство губит нас, но пристрастие к нему и нередко от изобилия происходящая беззаконная жизнь. Не бедность спасает нас, но безропотное терпение, и то благочестие, к коему руководствуют бедность и нищета: Добро есть богатство, говорит мудрый, в нем же несть греха, и зла есть нищета во устех нечестиваго (Сир.13:30).

Облачашеся в порфиру и виссон. Сим не запрещается приличие в одежде по званию, должности и полу, но осуждаются тщеславные наряды и суетное щегольство. Одежда – есть памятник первобытного падения: по чему скорбеть паче должно при взоре на одежду, а не тщеславиться ею. Одежда по употреблению есть вещь нужная для прикрытия наготы и защищения от вредного воздушного влияния. По сему нужда, а не прихоть должна указывать устроение и употребление одежды.

Различием состояний, званий и полов введено различие одеяний или лучше приличие, а не суетное щегольство, коим разоряется благосостояние домов и семейств. Ты скажешь, что обычай и приличие заставляют тебя одеваться не по тем способам, кои ты имеешь и как ты хочешь. За чем последовать злому обычаю века и разрушать благосостояние семейства? За чем вину расточительности слагать на приличие? Христианское приличие требует одежды чистой – опрятной, но не разорительной, внушает, что восхищаться одеждою детям только по их неразумию простительно, а не мужам и женам; повелевает украшаться паче добродетелью, нежели одеждою: ибо одежда, сколько бы великолепна ни была, не закроет ни безобразия души от Всевидящего Бога, ни порочной жизни от взоров человеческих.

Веселяшеся по вся дни светло. Есть время веселиться и есть время плакать. Поэтому беспрестанно веселиться не можно и не должно. Не можно: ибо земная жизнь исполнена неизбежных горестей. Не должно: ибо Христианину в юдоли плача плакать паче должно, нежели веселиться, омывать слезами покаяния согрешения, воздыхать о Небесном отечестве.

Нищ же бе некто, именем Лазарь, – иже лежаше пред враты его гноен, и желаше насытитися от крупиц падающих от трапезы богатаго; и пси приходяще облизаху гной его (Лк.16:20–21).

Как различен бывает жребий человеков на земле! Один богат до преизбытка, – одевается в порфиру и виссон; другой беден до нищеты, – страждет под убогим рубищем; – один обитает в великолепных чертогах, – другой лежит без приюта и крова пред вратами его; один цветет здоровьем, другой покрыт ранами; у одного роскошная трапеза, у другого нет ни одной крохи хлеба; один тучнеет от пресыщения, другой желал бы иметь крупицы от трапезы богатого, для благопотребного насыщения; один ликует среди толпы друзей или ласкателей по вся дни, – другого окружают псы, облизывая гной, из ран текущий, и облегчают страдания его! Таков жребий нищего Лазаря! Что же? Роптать ли на промысл Божий за неравное раздаяние даров? За скорби, свыше посылаемые? Нет: судьбы Божии тайны, но всегда благи и праведны. Жребий нищего Лазаря скорбен, но не безотраден.

Надобно благодушно переносить все скорби и лишения, все раны и болезни не только потому, что они кратковременны, – но и потому, что они душеспасительны. Надобно терпеть горести жизни потому, что всем умереть должно рано или поздно. Смерть для всех равно неизбежна – и для богатых и для бедных. Но иной жребий ожидает нищего – благочестивого, иной богатого – нечестивого. Не одинаковы жизнь и смерть их, не одинаков и жребий их по смерти. Смерть праведных – сладостна, смерть грешников люта; жребий Лазаря блаженный, богатого участь злополучна, как это видно из Евангельской притчи.

Бысть же умрети нищему и несену быти Ангелы на лоно Авраамле (Лк.16:22). Умирает нищий духом и телом, – но богатый благочестием: и что же? Чистая его душа, по разлучении с телом болезненным, но чистым – возлетает на крыльях Ангельских на небо; водворяется в светлых селениях Отца Небесного до радостного утра всеобщего воскресения; упокоевается на лоне Авраама, Отца верующих. Вот какая высокая, отрадная тайна для Христианского сердца открывается! Это есть блаженный жребий душ благочестивых – за пределами гроба. Они живы и блаженны на лоне Авраама; они предвкушают радости райские; они с Ангелами благими; они в преддверии рая. Бедные! не ропщите на бедность, а старайтесь обогатиться благочестием, которое на все полезно – имеет обетование живота нынешнего и грядущего. Не завидуйте богатым, не в Бога богатеющим. Ибо что их богатство? Тень, дым, прах.

Умирает богатый, вселяется в могилу – и все блага и всю славу оставляет по сю страну гроба. Умре же богатый погребоша его. Тело его предано земле, а душа? О, страшно выговорить! Нисходит во ад. И во аде возвед очи свои сый в муках, узре Авраама издалеча и Лазаря на лоне его. Вот когда богатый – нечестивый обратил взоры свои к Аврааму – к вере и благочестию его – сый в муках! Вот где вспомнил о Лазаре, – о его нищете и страданиях – во аде! Ад – это жилище мрака, вечная темница злых отпадших сил, вместилище жесточайших мучений. Богатый во аде, – страдает, сый в муках: он среди глубокого мрака, но зрит издалеча Блаженного Авраама в рае и Лазаря, покоящегося на лоне Его, как дитя покоится на лоне матери. За что такая участь постигла богатого? Не за богатство, а за жестокосердие к бедным, за сластолюбие. Богатые! Научитесь пользоваться дарами благости Божественной ко славе Подателя даров, к утешению бедных. Бойтесь жестокосердия и сластолюбия, если боитесь мук геенских.

И той возглашь рече: отче Аврааме, помилуй мя, и посли Лазаря, да омочит конец перста своего в воде и устудит язык мой, яко стражду во пламени сем (Лк.16:24). Так жесток, так нестерпим пламень геенский, так несносны мучения адские! Среди нестерпимого пламени геенского куда возводит богатый взоры? На Небо. Почто же на земле не мыслил о Небе? Почто пригвождены были его взоры к земле и земному? У кого испрашивает милости? У Авраама, коего добродетелям не поревновал, у Лазаря, коего презирал. О чем умоляет Авраама и Лазаря? Об одной капле воды, а на земле упивался до пресыщения, не хотел бедному Лазарю уделить крупиц от трапезы своей. О чем умоляет? О капле воды. О капле: ибо и капля воды дорога для страждущего во пламени – яко стражду во пламени геенском: Страждешь и – будешь страдать вечно; вопиешь о помиловании и будешь вопиять, но тщетно. Ибо что Авраам отвечает на глас богатого – страдальца? – Чадо, помяни, яко восприял еси благая твоя в животе твоем и Лазарь такожде злая; ныне же зде утешается, ты же страждеши (Лк.16:25). Какой горестный для богатого ответ! Он ждал облегчения среди мучений, а ему велят вспомнить, как он провел жизнь, как употребил блага еяее он просит милости, а ему говорят, что суд без милости несотворшему милости и хвалится милость на суде (Иак.2:13), что он в жизни восприял воздаяние за некие свои добродетели, а по смерти достойно и праведно страдает за грехи свои – тягчайшие – за жестокость и сластолюбие; напротив – достойно блаженствует Лазарь за благодушное страдание на земле. Познаем, братие, ту спасительную истину, что каждый из нас от своих дел или прославится, или постыдится, что каждый пожнет то, что сеет – от духа живот и нетление, от плоти, – смерть и тление, – что и жизнь блаженная райская, и мучительная смерть адская равно вечны.

Вечны: ибо что говорит блаженный Авраам страждущему богачу – во аде? Между нами и вами пропасть велика утвердися, яко да хотящии прейти отсюду к вам по состраданию, не возмогут, ни иже отсюду – т.е. страждущие во аде, к нам преходят, по нестерпимости мучений.

Великая пропасть, разделяющая Авраама и богатого, означает то безмерное расстояние, какое находится между раем, – обителью праведных, и адом жилищем грешных, – между Богом – Духом чистейшим и диаволом – духом тьмы и злобы, между Боголюбезною добродетелью и Богопротивным пороком. Эта пропасть непроходима – т.е. вечное определение правды Божией о жребии Праведных и грешных неизменно и непреложно. Ибо кто поемлет на избранныя Божия (Рим.8:33.), если Бог оправдывает? Кто оправдает, если Бог осудит? Какая рука отверзет двери милосердия, когда рука Господня затворит и утвердит вечною печатью суда Своего? Ни грешники, осужденные на вечное мучение, не прейдут из ада в рай, сколько бы ни были тяжки страдания их, сколько бы ни был силен вопль их о помиловании; ни праведники не могут потерять рая, быв утверждены в добре, как причастники славы, сколько бы ни были они в жизни сей слабы и удобопреклонны к падениям; не могут прийти на помощь страждущим во аде братиям, сколько бы ни были сострадательны к ним. Между праведными и грешными утвердится непроходимая бездна, – бездна вечных судеб Божиих.

Страждущий во аде богач познает печальным опытом, что его мучения не только безмерно тяжки, но и бесконечны; – а воспоминая о братиях своих скорбит, что рано или поздно постигнет их та же злосчастная участь. Как предостеречь их от грядущих зол, как возвестить им о жребии, их ожидающем за гранью земного бытия! Рече же: молю тя, отче, да послеши Лазаря в дом отца моего: имам бо пять братий, яко да засвидетельствует им, да не и тии приидут на место сие мучения (Лк.16:27–28). Братия богатого – это суть все сыны века сего, рабы плоти; дом отца его – это лукавый мир. Пять братий в дому отца его, а все они сластолюбивы и жестокосерды: какое печальное явление! Не явно ли, что весь мир во зле лежит, что несть творяй благостыню, несть даже до единаго, что много званых по милосердию Божию, но мало избранных за беспечность о спасении? Мало ли вестников грозного суда Божия с неба и на небе? Мало ли знамений силы Божией для земли и на земле? А сыны века сего беспечны. Кто и что пробудит их от сна греховного? Уже ли проповедь какого-либо пришельца из страны вечности? Может быть. Отче Аврааме! Посли Лазаря в дом отца моего, – для вразумления братий моих, да не приидут и тии во ад – место мучения. Может быть, Лазарь, паки возвратившийся на землю убедил бы их оставить суету мира, наслаждения плоти, возвестив им о блаженстве, какое среди рая вкушает Авраам – Праведник, и о мучениях, кои терпит жестокосердый богач во аде. Напрасно. Глагола ему Авраам: имут Моисея и пророк, да послушают их (Лк.16:29). Разве мало на земле для них вестников милости и суда Божия? Им небо и земля проповедуют славу Божию; им совесть непрестанно говорит о правде Божией; им события жизни указуют перст Божий; яснее же всех и всего сам Бог говорит устами Моисея и Пророков о блаженстве рая и о мучениях ада. Имут Моисея и пророк, да послушают их. Их учению внимающе, надобно добре поступать, дóндеже день Боговедения озарит и денница Благодати воссияет в сердцах наших; – их писание Богодухновенно и полезно есть ко учению, к обличению, ко исправлению, к наказанию, еже в правде, да совершен будет Божий человек, на всякое благое дело уготован (2Тим.3:16–17). Если же сластолюбивые и жестокосердые не внемлют гласу Божию: то будут ли они внимательны к проповеди человеческой? Он же рече: ни, отче Аврааме! но аще кто от мертвых идет к ним, покаются. Страждущий богач думает, что проповедь одного из мертвецов будет самою действительною к вразумлению земнородных. – Но что опыт показал? Разве мало было воскрешенных от Господа Иисуса, а многие ли обратились к вере проповедью их? Разве мало других чудес на небе и земле? А много ли понимают силу их сластолюбивые и жестокосердые? Видяще не видят и слышаще не слышат, и сердцем не разумеют, как благ и праведен Господь. Рече же ему (Авраам). Аще Моисея и пророк непослушают, и аще кто от мертвых воскреснет, не имут веры (Лк.16:31). – Таково свойство упорного сердца человеческого! Кто отвергает слово Божие, устами Пророков и Апостолов возвещенное: тот, без сомнения, не примет проповеди воскресшего из мертвых Лазаря о блаженстве рая и мучениях ада, – не раскается в согрешениях своих. От чего это? От того, что пришедший во глубину зол сперва не радит о спасении своем, потом ожесточается и погибает. Вот как опасно мало внимать учению Пророческому и Апостольскому, – учению святых Отец, – учению самого Бога, тем паче вести жизнь, с ними несообразную! Вот как злополучны сластолюбивые и жестокосердые! Здесь на земле ничто их не трогает, – ни дары благости Божией, ни знамения силы Его, ни обетования, ни угрозы, ни рай, ни ад: там – за пределами гроба, всегубительный ад заключат их на веки в бездне мрака. Аминь.

Беседа в неделю 23-ю по Пятидесятнице

Лк.8:27–29

Есть Ангелы благие, – есть и злые. Те спасению нашему споспешествуют; сии препятствуют оному. Те подают душам отраду и веселие, телам нашим здравие: сии стараются, сколько возможно, вредить и душам, и телам нашим. Ныне чтенное Евангелие представляет нам одного несчастного, одержимого не одним, а многими бесами. Изшедшу Ему (Иисусу Христу) на землю срете Его муж некий от града, иже имяше бесы от лет многих, и в ризу не облачашеся, и во храме не живяше, но во гробех (Лк.8:27). Ужасное состояние страдальца по душе и телу: томление в душе, терзание в теле, отлучение от людей, пребывание не в доме, а в гробах, не с живыми, а с мертвыми, были достоянием его. Ближние страдальца оказывают ему помощь, чем и как могут. Они заключают его в оковы для сохранения его жизни: сатана, от давних лет живший в нем, разрывает и сии оковы и гонит его в пустыни обнаженного, изнуренного. От многих бо лет восхищаше его (бес): и вязаху его узы железны и путы стрегуще его: и растерзая узы гоним бываше бесом сквозь пустыни (Лк.8:29). Какое ужасное положение страдальца, мучимого бесами! Нет ни врача, ни врачевства от сего лютого мучения; бессильна помощь человеческого сострадания к страдальцу. Но утешься, многолетний страдалец! Се грядет в страну Гадаринскую Небесный Врач душ и телес. А где Христос Господь; там спасение и отрада, свет и жизнь. И что же? Как тьма бежит от света солнечного, так бес бежит от лица Христова. Узрев же Иисуса (бес) и возопив, припаде к Нему, и гласом велиим рече: что мне и Тебе, Иисусе, Сыне Бога Вышняго; молюся Ти не мучи мене (Лк.8:28). Так нестерпимо для бесов присутствие Иисуса Христа, Сына Божия! От чего же мучитель чувствует столь тяжкое мучение? Ему велено удалиться от многолетнего страдальца. Повеле бо духови нечистому изыти от человека (Лк.8:29). Так для бесов слово Иисусово – бич поражающий, огнь потребляющий, а для страждущих человеков– жезл врачующий, роса всеоживляющая.

Братие! Есть ли подобного рода мучители и мучения и ныне? Есть. Хотя держава бесов разрушена и господство их попрано смертью и воскресением Христовым: но им оставлена еще некая сила вредить нам по телу, да дух спасется, да избранные Божии под хоругвью Христовою ратуя с ними соделываются бдительнейшими и искуснейшими, да пожинают венцы победные. Ибо если бы не было враждебных сил, то не было бы ни тяжких подвигов, ни венцов победных. Так есть и ныне в нас и окрест нас бесы, кои могут нам по Божию попущению вредить, если мы бываем нерадивы и невнимательны. Они восстают на избранных Божиих и со стыдом отходят, приближаются к нерадивым в деле спасения и в них, как сынах противления, с успехом действуют. Есть и ныне бесы и притом многие. Где же они, какие они и какое зло творят? Они суть духи мрачные и зрению телесному неподлежащие, всегда окрест нас сущие, если мы им единонравны. Питает ли кто в себе неприязненнейшее чувство к ближнему? Он имеет в себе беса вражды. Снедается ли кто скорбью о благополучии ближнего? В нем живет бес зависти. Разжигается ли кто плотскою похотью безвременно и безвестно? В нем господствует бес сладострастия. Привязан ли кто к благам земли до того, что совсем забывает о благах небесного отечества? В нем обитает бес любостяжания. Помышляет ли кто об одних на земле возвышениях, – без заслуг, – нимало не заботясь о почести вышнего звания? В нем бес любочестия. Обладает ли кем-либо постыдная страсть? Это есть дело бесовское. Помыслы нечистые и желания грехолюбные суть не иное что, как семя, которое посевает лукавый на сердцах наших. Страсти, кои терзают наши души и тела, суть не иное что, как разженные стрелы лукавого. Злые дела – суть не иное что, как злой плод, созревший под злым влиянием лукавого – плод погибельный для нас. Лукавый невидим; тем внимательнее нам смотреть должно очами души, и наблюдать за всеми движениями его. Лукавый неусыпен: так и нам дремать опасно. Спящих легко врагу взять в плен и погубить. Лукавый коварен, – изобретателен в орудиях прельщения: для чего же Бог и нам даровал разум, для чего послал свет веры, как не для того, чтобы мы умными очами могли видеть козни лукавого? Для чего даны нам силы от всесильного Духа Святого, как не для того, чтобы мы могли противодействовать всем соблазнам, всем влечениям лукавого к злу. Лукавый беспредельно зол: тем паче содружества с ним бояться должно. Кто не знает, сколько враг и при том льстивый опасен? А таков лукавый. Иному говорит он в помысле: не бойся греха. Что же? Если и согрешишь, покаешься. Иному внушает: как ты свят, как ты велик пред Богом и человеками! Иного ужасает: несчастный! погиб ты: твои грехи так велики, что Бог при всем милосердии простить тебе не может. А для чего это говорит лукавый? Для того, чтобы вовлечь в сети беспечности, тщеславия и отчаяния.

Братия! опасно полагаться на льстивые обещания врага; не должно унывать при наводимых страхованиях. Если кто носит Боготканную одежду невинности: тот должен блюсти сердце свое с особенным тщанием, бегать всех случаев ко греху, всякую приманку греховную считать опаснейшею для чистоты нравов. Если кто согрешил – мыслью, словом и делом: немедленно должен обращаться ко Врачу душ и телес, с сердечным сокрушением испрашивать прощения в содеянном согрешении. Это соделает душу твою неприступною для лукавого твердынею. Твои добродетели, содеваемые по вере во Иисуса Христа, твое покаяние, приносимое во имя Его, соделается для лукавого нестерпимым мучением. Он возопиет: что мне и Тебе, Иисусе, Сыне Бога Вышняго? Заклинаю тя Богом: не мучи мене (Мк.5:7). Я не смею ни противиться силе Твоей, ни прикоснуться к избранным Твоим, ниже приблизиться к ним. Так дух злобы не имеет власти над избранными Божиими, – но он не престает искушать их хитростью и лукавством. Если же искушения всегда и для всех неизбежны: то и всеоружие Божие всегда и для всех необходимо, дабы угасить и сокрушить огненные стрелы лукавого. Облекшеся во всеоружие Божие, подвизайтесь против врага спасения, бдите и молитесь, да невнидете в напасть по душе и телу. Аминь.

Беседа в неделю 24-ю по Пятидесятнице

Лк.8:41–55

Не столько на небе звезд, не столько на берегу моря песку, сколько щедрот Господних на земле среди людей. Не для Иудеи токмо, где жил во плоти и учил Господь, но и для всей вселенной, где пребывает он силою Божества, явлено спасение. Не во Иудеи только, но и во всей вселенной проповедуется день от дне спасение Бога нашего. Проповедуемое всюду Евангелие, что иное есть, как не вечное глаголание о милости Господа и Бога нашего, о драгоценном спасении нашем? По благости Отца щедрот, свет Евангельский сияет в любезном отечестве нашем; слово жизни возвещается в Церкви Христианской, как драгоценное послание Всемилостивейшего Царя к подданным; предлагается, как манна бессмертная, как питие сладчайшее. И видим, и слышим, и осязаем, коль благ Господь был и есть; коль велико милосердие Его. Видим в Евангелии, с одной стороны, чудные опыты Господней милости к страждущим, а с другой стороны, веру и любовь притекавших к Нему, и тем научаемся, что надобно притекать ко Господу с верою и любовью, в скорбях и нуждах.

Вот чудный опыт и милости Господней, и веры и любви ко Господу! И се прииде муж, емуже имя Иаир, и той князь сонмищу бе: и пад при ногу Иисусову, моляше Его внити в дом свой (Лк.8:41). Князь Еврейский забывает о своем достоинстве, со смирением повергается, как раб, к ногам Иисуса – Господа и Владыки, с верою умоляет внити в дом свой, в коем царствовали не веселие, но скорбь и сетование. О чем скорбь и сетование? О том, что единородная дщерь Иаирова, свет очей его, сокровище сердца его, находилась при смерти – на исходе дней. Яко дщи единородна бе ему, и та умираше (Лк.8:42). Братие! Человек есть царь земли по творению, наследник неба по искуплению. Он велик и мал: велик по душе – по дарам благости Божией; мал – по той персти, из коей создан. Обложен немощью; порабощен греху, – болезням и смерти. Скорбно, когда он страдает по телу: но скорбнее бывает видеть, как облеченный в красоту Богоподобия лежит обезображен, как огражденный силою Божиею – немощен, как единородная его дщерь – т.е. бессмертная душа – близка к смерти. Отчего же? От похотей, коим работает, от страстей, кои носит и питает, от грехов, кои содевает. И бесславие, и немощь, и болезнь, и смерть души нашей причиняют беззакония и грехи, нами содеваемые, нами любимые. Когда же люте страждет единородная: к кому возопием с царствующим Давидом: спаси единородную мою (Пс.21:21), как не к Господу Иисусу, верховному врачу душ и телес? Когда душа близка к смерти – к потере света и жизни по вере: к кому обратимся, как не к Начальнику жизни? Господь Иисус и свет для ума нашего, и сокровище для сердца, и жизнь для души. Надобно токмо иметь и веру в Него живую, и надежду на Него твердую, и любовь к Нему пламенную. Если близки мы ко Господу Спасителю верою, надеждою и любовью: то и спасение близко, и помощь готова.

Где Спаситель, там и спасение. Где Господь сил, там сильная помощь. В сем-то уповании болезнующий Отец призывал в дом свой Спасителя и Господа. Но какой удар для отеческого сердца! Ему возвещают, что дочь его умерла, и что нет пользы призывать Иисуса в дом. Умре дщи твоя: не движи Учителя (Лк.8:49). Это глас не столько маловерия, сколько неведения! Это чувство безотрадной скорби! поскольку скорбь могла обратиться в безотрадное уныние и погасить искру веры Иаировой: то Господь успокаивает возмущенное вестью о смерти дочери отеческое сердце. Не бойся, но токмо веруй, глаголет Он, и спасена будет (Лк.8:50). Так Господь каждую душу Христианскую ободряет среди скорбей, ее поражающих, среди ужасов смерти, ее раздирающих. Кажется, все окружающее говорит нам: мы погибли. Но здесь-то и приходит глас свыше: «не бойся, душа Христианская, токмо веруй, и спасена будешь от той скорби, какую имеешь, от того зла, какого страшишься. Спаситель с тобою, – с тобою и спасение Вышняго.»

Сколько ни светла вера Иаирова; но Иаир, как отец, потерявший утешение, еще скорбит. Дом Его – есть дом плача. Все плакали и рыдали об умершей. Утешитель всемирный утешает плачущих: и чем же? Уверением, что дочь Иаирова не умерла, но спит. Не плачитеся: не умре бо, но спит (Лк.8:52). Так, братие! Смерть для верующего есть не иное что, как краткий сон. Верующий, аще и умрет, оживет (Ин.11:25), восстанет от гроба также, как восстает с ложа спящий. Воссияет утро воскресения, и – все умершие, быв возбуждены Архангельскою трубою, восстанут, и во веки жить не престанут. Залог будущего восстания нашего в образе оного показаны в тех умерших, коих воскресил Господь Иисус словом, возбудил их, как спящих. Отроковице! востани (Лк.8:54). И возвратися дух ея и воскресе абие (Лк.8:55). Так не постыдна вера верующего Иаира.

Веруем, братие, в Господа Иисуса, да воскреснем от греха в жизнь духовную; веруем, да аще и умрем по телу, оживем в жизнь вечно-блаженную. Аминь.

Беседа в неделю 25-ю по Пятидесятнице

Лк.10:29–37

Самый драгоценный камень в венце Христианских добродетелей есть милость к ближнему. Она любезна Богу и Ангелам Его: она вожделенна людям; она душеполезна и отрадна для нас самих. При всем том, не часто ли лукавое сердце спрашивает, подобно законнику, искушавшему Господа Иисуса: кто есть ближний мой (Лк.10:29)?

Кто есть ближний наш? Ближний наш есть тот, кто близок к нам сердечною любовью, Христианскою благотворительностью. Сию истину возвещает нам Господь Иисус в Евангельской притче: некто шел из Иерусалима во Иерихон, схвачен был разбойниками, кои отняли у него все, даже одежды, наложили на него тяжкие раны, избили до того, что едва осталось в нем дыхание, – последняя искра жизни. Человек некий схождаше от Иерусалима во Иерихон и в разбойники впаде, иже совлекше его и язвы возложше, отыдоша, оставльше едва жива суща (Лк.10:30). Какое трудное положение! Казалось бы, кто этим зрелищем не тронется? Кто не окажет сострадания к страдальцу? Но вот проходят тем же путем сперва Священник, потом Левит; видят раны несчастного, слышат его стоны и остаются равнодушными, проходят мимо с хладнокровием. По случаю же Священник некий схождаше путем тем, и видев его, мимоиде. Такожде и Левит, быв на том месте, пришед и видев, мимоиде (Лк.10:31–32). Приближается некто Самарянин и, движимый чувством сострадательности, оказывает братолюбную помощь несчастному. Самарянин же некто грядый прииде над него и видев его, милосердова. И приступль обяза струпы его, возливая масло и вино: всадив же его на свой скот, на осла своего, приведе его в гостинницу и прилежа ему, – привез в обитель успокоения, употребил всевозможное о нем попечение в продолжение ночи. Какое нежное сердце у Самарянина! Какая любвеобильная сострадательность! Мало сего: на другой день, оставляя гостиницу, не оставляет несчастного без заботливого призрения: не только поручает жребий его гостиннику, но и в воздаяние за труды, вручает сему два сребреника за попечение о нем, и, по возвращении своем, обещает полное вознаграждение за все то, что будет им издержано на больного. И на утрия изшед, изем два сребреника, даде гостиннику и рече ему: прилежи ему: и, еже аще прииждивеши, аз, егда возвращуся, воздам ти. Кто убо от тех триех, т.е. Священника, Левита, и Самарянина, ближний мнится тебе быти впадшему в руки разбойников? Законник сказал: сотворивый милость с ним. Рече же ему Иисус: иди и ты твори такожде (Лк.10:36–37).

Как много назидательного заключается в Евангельской сей притче! Иерусалим, это град мира и правды; Иерихон, это селение нечестия. Путник из Иерусалима во Иерихон, это человек, уклоняющийся от Бога, из града мира, от сонма праведных, в селения греха, в сонмище грешников. Разбойники, это суть неприязненные враги спасения: плоть, мир, а паче диавол. Одежда, это риза невинности; имение, это дары природы и благодати. Язвы, это суть грехопадения наши. Священник и Левит, равнодушные к язвам несчастного, это закон ветхий, обрядовый и нравственный. Самарянин милосердый, это небесный врач душ и телес наших, Господь Иисус. Вино и елей, орудия врачевания: это закон и Евангелие. Гостиница, это православная Церковь, – дом успокоения и для тех, кои подвизаются ради царствия небесного, и для тех, кои отягчены бременем грехов. Приставники гостиницы, это суть служители и строители Христовых таин, коим от Господа заповедано иметь попечение о грешниках до второго пришествия Его. Два сребреника, это учение Ветхого и Нового Завета, правда закона и благодать Духа. Отшествие Самарянина, это вознесение Господне на небо; возвращение его, это второе Его пришествие на землю, дабы воздать всем и каждому по делам.

Братие! не подобны ли мы все тому, который шел из Иерусалима во Иерихон и впал в руки разбойников, ограблен и чуть живым оставлен? Не все ли мы уклоняемся из града мира и правды на распутья греха, в селения грешничи, забывая, что лучше приметатися в дому Божии, нежели весело жить в селениях грешничих? Где та одежда, в которую облечены при святом Крещении, одежда невинности и правоты? Где те сокровища, кои от Бога вручены, дары Духа Святого? Враги спасения расхитили драгоценное достояние духа – дары природы и благодати, совлекли с него благолепное одеяние его, одежду добродетели. Откуда те раны по душе и телу, коими мы покрыты? Те-же злейшие враги нанесли и непрестанно наносят нам тяжкие язвы, т.е. вовлекают нас в грехопадения. Но, да не унываем: есть для нас благодатная обитель не успокоения только от сует, но и врачевания язв греха. Это св. Православная Церковь. Есть приставники оной – богомудрые пастыри и учители, кои и возвещают нам путь спасения и приводят во двор овчий заблудших и врачуют болящих. Есть небесные детоводители; – это Ангелы хранители наши. С нами до скончания века небесный Самарянин, Господь Иисус, не сребром и златом, но честною своею кровью искупивший нас от плена греховного, и тою-же кровью питающий нас в жизнь вечно блаженную.

Видите, братие! что в лице небесного Самарянина милость и истина сретаются, правда и мир лобызаются, что в Нем сокрыты все сокровища премудрости и благости. Ради заслуг Его помилован весь мир, во зле лежащий, – все человеки, уязвленные стрелами греха, уврачеваны язвами Его, покрыты правдою Его. Взирая на начальника веры и совершителя спасения, небесного Самарянина, и мы должны миловать братий наших, помогать им во всех бедах душевных и телесных.

Христианин богомудрый! Иди и ты твори такожде, т.е. как сотворил небесный Самарянин, оказывай милость ближним, страждущим по душе и телу. Ибо кто суть ближние наши? Братия наши по благодати искупления, сонаследники Христу, сочлены Православной Церкви, сограждане горнего Иерусалима. Что располагает сердца наши к чувствам сострадания? И образ Божий, по коему ближние наши созданы, и та Божественная кровь, коею избавлены от плена греховного, и тот залог обручения, коим знаменаны от Духа Святого в день избавления, и тот дух благодати, коим все во Христе одушевлены, и тот закон любви, по коему все мы должны располагать все деяния наши, и то отрадное чаяние помилования, какое уповаем иметь от Отца небесного в последний день страшного суда Божия. Как много побуждений к благотворительности и сострадательности, и в нас, и вне нас, на небе и земле, в царстве природы и благодати! И сколь они важны и сильны!

Для чего ущедряет нас верховный Владыка неба и земли дарами природы и благодати? Не для того ли, дабы мы, прияв от десницы Его благословенный жребий довольства, силы и власти, дарование разума и благочестия, готовы были на помощь ближним, охотно разделяли с ними дары природы и благодати? Вот ближний твой беден; он простирает к тебе руки, возносит молебный глас к твоему слуху и сердцу: облегчи бремя его бедности посильною помощью. Ближний твой притеснен от сильнейшего: защити его силою власти, силою закона. Ближний твой болен по телу: поспеши подать ему целебное врачевание. Ближний страждет духом, – у него уязвлена совесть: возлей на язвы его духа елей утешения и вино веселия. Ближний твой далеко уклонился от пути истины и благочестия: взыщи его Христианскою к нему любовью, усердною молитвою к Богу о его обращении на путь правды, словом обличения и утешения, живым примером благочестивой жизни. Ближний твой унывает среди грехопадений под тяжестью гнева Божия: ободри его упованием на заслуги Спасителя, небесного Самарянина, пролившего кровь свою на кресте для спасения нашего.

Не отрецыся, поучает мудрый Екклезиаст, благотворити требующему по душе и телу, егда имать рука твоя помогати. Не рцы: отшед возвратися и заутра дам, сильну ти сущу благотворити: не веси бо, что породит грядущий день (Притч.10:27–29). День грядущий не в нашей воле, жизнь скоротечна, счастье непостоянно, нищета тяжка и горька, время дорого, час смерти неизвестен: зачем же отлагать до утра благотворение, если сегодня можешь оказать оное ближнему? Доброхотна дателя любит Бог (2Кор.9:7), любят и добрые люди: зачем же лишаться того сладкого утешения, какое сокрыто в благотворении, терять то драгоценное сокровище, какое от Бога обещано за благотворение, сокровище помилования?

Будем, братие, милосерды, как Отец небесный милосерд есть, и единородный Сын Его, небесный Самарянин; будем милосерды ко всем ближним и дальним, паче же к присным в вере, да восприимем обетованное милостивым блаженство. Блажени бо милостивии, яко тии помиловани будут в день всемирного суда и воздаяния. Аминь.

Беседа в неделю 26-ю по Пятидесятнице

Лк.12:16–29

Евангельская притча о сластолюбивом и немилосердом богаче возвещает нам ныне и до скончания века возвещать будет, что те не в Бога богатеют, кои дары природы и блага земли употребляют не во славу Божию, не ко счастью ближних, не ко спасению души своей, а на свои прихоти, на роскошь и сластолюбие.

Человеку некоему богату угобзися нива (Лк.12:16). Для чего у богатого сластолюбивого и жестокосердого умножается богатство? Сим Отец Небесный а) показывает, что Он благ ко всем, – благим и злым, Он повелевает солнцу изливать свет на благие и злые, облакам дождить росу на праведные и неправедные; б) вразумляет, что богатому должно оказывать благотворение ближнему также щедро, как нива приносит обильнейшие для него плоды. Посему богатые остаются безответными пред Богом и людьми, если они, быв ущедряемы от Бога дарами Его благости, бывают не благодарны к подателю благ, и не милосерды к ближним. Братия! Отец Небесный прощает нам согрешения; и мы должны прощать ближним оскорбления их. Отец Небесный обильно изливает дары свои на нас: и мы должны благотворить ближним, чем и как можем.

Угобзися нива богатому: но богатый остается жестокосердым. И что же делает при умножении богатства? Беспокоится, скорбит, недоумевает. Что сотворю? Куда мне девать имение? Где положить плоды, кои богатая жатва принесла? Что сотворю, яко не имам, где собрати плодов моих (Лк.12:17)? Бедный беспокоится: как преклонить сердце богатого на милость? Как устроить хижину? Как снискать дневное пропитание для семейства? Где найти защиту от неправды человеческой? Чем отереть слезы детей? Что сотворю, взывает бедный в сокрушении сердца? Что сотворю, мыслит и богатый сластолюбивый и жестокосердый? Богатого беспокоит богатство; бедного угнетает бедность. Таков жребий земнородных!

Долго мыслил сам в себе богатый, долго разглагольствовал с своею лукавою совестью, с древним змием, в лукавом сердце гнездящимся, что предпринять при обилии плодов безмерном. Наконец придумал и решил сам в себе. И рече: се сотворю: разорю житницы моя и большия созижду и соберу ту вся жита моя и благая моя (Лк.12:18). Вот что внушил лукавый дух лукавому рабу, неверному приставнику в дому Божии! Вот что придумало жестокое сердце! Что за польза одни разорять житницы, а другие обширнейшие созидать? И для чего же? Для того, чтобы скрыть там все сокровища. Не суетный ли труд одною рукою созидать, а другою разорять здание? Не лучше ли было бы отдать, по крайней мере, излишнее в обширнейшие житницы Божия, т.е. нищим? Не безопаснее ли сокрывать сокровище там, где ни червь, ни тля тлить, ни татие не подкапывают и не крадут (Мф.6:20)? Не душеспасительнее ли и пользоваться дарами благости Божественной со благодарением, и остатки от нужд препосылать в неветшающие сокровищницы Небесные? Не лучше ли разделять с братиями Христовыми и нашими все то, что посылает нам щедродарная десница Вышнего? Ей, Братие! И лучше, и безопаснее, и душеспасительнее.

И соберу ту вся жита моя и благая моя. Вот как ослепляет человека любостяжание! Он называет Божие своим. От кого зависят и дыхание, и жизнь, и покой и радость его, как не от Бога? Что имаши, человече, его же неси приял от руки Божией? Аще же приял еси вся благая по душе и телу: что хвалишися, яко не приявший (1Кор.4:7)? Господня земля и все, что наполняет ее (Пс.23:1); человек же есть не иное что, как приставник в дому Божием, а не владыка. Богатому следовало исповедать благость Божию за все блага: но он обилие в благах, успех в делах приписывает или своей деятельности, или своему благоразумию, или счастью, т.е. слепому случаю, и таким образом от одного преступления переходит к другому.

И реку души моей: душе! имаши многа блага, лежаща на лета многа: почивай, яждь, пий, веселися (Лк.12:19). Это говорит в богатом страсть сластолюбия. Сластолюбие омрачает и ум, и сердце также, как любостяжание. Тьма – ко тьме: и какой же свет рассеет глубокий мрак души? Сластолюбивый богач обещает себе долголетнюю жизнь: но кто и что может поручиться за долголетие? Кто и чем может избавиться от смерти? Не часто ли смерть, как жнец класы, срывает сынов персти на всемирной ниве внезапно и препосылает в житницу вечности? Валтасар, царь Вавилонский, веселился, не помышляя о смерти, и – се рука невидимая начертала кончину его! (Дан.5:30). Часто, очень часто среди веселия, в цветущей юности, при крепости тела многие переходят в вечность. Что для души Богоподобной блага земные? Ничтожны. Чем земным откупиться можно от смерти? Ничем. Единою лежит умрети человеку (Евр.9:27). Но богач сластолюбивый не только обещает себе жизнь долголетнюю, но и роскошную, веселую, приятную. Душе! Почивай, яждь, пий, веселися. Безрассуднейший сластолюбец! Ужели ты думаешь найти истинное блаженство во плотских наслаждениях? Ужели ты мечтаешь, что душе твоей могут доставить безмятежный покой – мягкая постель, насыщение – роскошная трапеза, напоение – дорогие вина, веселие – блистательные пиры? Ужели ты не ведаешь, что душа, по существу своему духовная и бессмертная, имеет и потребности духовные? Увы, бедный! Ты не знаешь, что покой души – составляет чистая совесть, хлеб – слово Божие и молитва, питие – благодать Святого Духа, одежду – вера, надежда и любовь, веселие – благодеяние, блаженство – теснейшее с Богом единение. О сем-то должно каждой душе Христианской и заботиться; к сему-то и стремиться должно.

И рече ему Бог: безумне! В сию нощь истяжут душу твою от Тебе: а яже уготовал еси кому будут (Лк.12:20)? Безумным называет Бог сластолюбивого и немилосердого богача за то, что он и мыслил о Боге, о себе и всех благах не так, как должно; и желал не того, чего дозволительно желать; и поступал не так, как поступать полезно. Не безумно ли забывать Бога – подателя благ? Не безрассудно ли пещися о теле паче, нежели о душе? Не безрассудно ли обещать себе долголетие, тогда как смерть, яко тать в нощи, нередко приходит сверх чаяния – внезапно? Бог угрожает человеку смертью, да познает человек суету благ, тщету помышлений и желаний, краткость жизни и внезапность кончины, да приидет в чувство раскаяния.

В сию нощь истяжут душу твою от Тебе: кто истяжет душу у нечестивого? Грозные Ангелы. Праведник предает душу охотно, в мире, – в руце Божии; душа его, как чистая голубица, оставляет радостно темницу свою – тело, и на небо взлетает. Посему-то честна пред Господем смерть преподобных его (Пс.115:6). Умирает и грешник: но душа его неохотно разлучается с телом и землею. С телом потому, что порабощена вожделениям плоти; с землею потому, что прикована к благам ее. Посему-то смерть грешников люта (Пс.33:22). Люта и потому, что она душу разлучает с тем, что ее услаждало во плоти, на земле; и потому, что душу нечестивого берут темные духи и из темницы тела приводят в темницу вечного страдания.

А яже уготовал еси, кому будут? Исчезли мечты богатого; хладная могила соделалась жилищем его; трубный глас Архангельский зовет его на суд. К чему все затеи? Что наслаждения плоти и крови? Что веселость и пиры? Кому блага и сокровища? Тако всуе мятется сын персти, сокровищствует и не вест кому собирает (Пс.38:6); говорит Пророк. Кому достается часто то, что с толикою заботливостью собирается, с толиким старанием соблюдается, и чем человек мечтает в беспечности долго наслаждаться? Достается или неразумным наследникам отцовского имения, или неблагодарным приятелям, или переходит в руки хищные. Так бывает с тем, кто собирает себе, а не в Бога богатеет (Лк.12:21). Такова участь ожидает всех тех, кои сластолюбивы и жестокосерды!

Братие! Еще не беда иметь богатство; еще не предосудительна бережливость: опасно впасть в любостяжание, скупость и сластолюбие. Надобно только богатеть в Бога: т.е. принимать дары его со благодарением, употреблять на нужды свои умеренно, а бедным изливать, щедро при изобилии, хранить воздержание и смирение, помнить, что мы приставники в дому Божия, что нам посылает Бог благословения свои для раздаяния оных бедным, что рано или поздно смерть похитит у вас все блага; наги пришли в мир, почти наги и изыдем. Братие! Богатейте в Бога, будите милостивы к ближним, да и Господь явится к вам милостив в день всемирного суда: Блажени бо милостивии, яко тии помиловани будут (Мф.5:7). Аминь.

Беседа в неделю 27-ю по Пятидесятнице

(Лк.13:10–17)

Учение и чудотворение – вот то, чем занят был любвеобильнейший Господь Иисус во время земной своей жизни! Он проходил грады вся Иудейския и веси, уча на сонмищах их, и проповедуя Евангелие Царствия, и целя всяк недуг, и всяку язю в людех (Мф.9:35). Столь благотворно пребывание Господне на земле Иудейской! Не было там ни одного несчастного, к которому бы Господь не поспешил на помощь; не было ни одного больного, которому бы не хотел и не мог подать спасительной цельбы; не было ни возраста, ни пола, на кои не простиралось бы безприкладное милосердие Его. Господь врачевал не только мужей, но и жен, юношей и дев, врачевал и души их – небесным учением, и тела Божественною целебною силою. Сию истину представляет во всем ее свете ныне чтенное Евангелие

Бяше же уча на едином от сонмищ в субботу. И се жена бе имущи дух недужен лет осмьнадесять, и бе слуха и не могущи восклонитися отнюдь (Лк.13:10–11). Долго и тяжко страдала бедная жена; не могла ни ходить свободно, ни стоять прямо, ни лежать спокойно. Болезнь казалась тем сильнейшею, что не было ни врача, ни врачевства; не было сладкой надежды к выздоровлению. И нельзя было ожидать помощи от человеков потому, что болезнь была не случайное какое-либо расстройство в теле от неосторожности, но злое действие злого духа за грехи.

Братие! Сляченная или скорченная по телу жена от духа злого есть живое изображение души, наклоненной злым искушением сатанинским к земле и земному. Ее многострадальный, долголетний недуг ясно обнаруживает, сколько тяжки болезни души, одержимой бесом – обладаемой какою-либо страстью. Замечено, что каждая страсть помрачает взор души, дабы она не могла познать ни суеты мира дольнего, ни красоты мира горнего; связывает ее руки и ноги, т.е. делает ее неспособною к творению добра и хождению по стезям закона, повергает ее в крайнюю беспечность о спасении, – преклоняет ее к земным благам ее. И что же? Душа, быв преклонена долу, прикована к земле и благам ее, что отрадного находит в мире? Не одну ли сретает везде тьму? Не одно ли крушение? Не одну ли безотрадную горесть?

Бедная душа! где то Богоподобие, коим ты при создании украшена? Где та Благодать, которая дарована тебе при возрождении? Где то небо, к коему, как родному отечеству, ты всегда должна возводить взоры? В ком найдешь ты и свет для ума, и силу для воли, и утешение среди скорбей, и врачевство среди болезней, если не в Господе Иисусе Христе? Его и слово всесильно, и воззрение животворно, и прикосновение действенно для каждой души столько же, сколько для страждущей от злого духа Евангельской жены.

Видев же ю (недужную жену) Иисус пригласи и рече ей: жено, отпущена еси от недуга твоего. И возложи на ню руце: абие простреся и славяше Бога (Лк.13:12–13). И воззрение Иисусово, и слово Его, и возложение руки Его дороги для страждущей. Дороги: ибо целебны. Дороги: ибо что для больного дороже, как не здравие? Дорого здравие само по себе, как благо дражайшее из всех благ: но после продолжительной, жестокой болезни оно невыразимо дорого и чрезвычайно вожделенно. Не год, не два, восемнадцать лет страдала несчастная: с каким же чувством благодарения должна была приять высокий дар милосердия от руки небесного Врача? Без сомнения, – с живейшим. Ее сердце проникнуто признательностью; ее уста полны благохваления: И славяше Бога.

Братие! Всевидящий призирает и ныне на нашу бедность, окаянство и страдания: Всеслышащий слышит не только громкие стенания наших устен, но и тихие вопияния сердец: Любвеобильный простирает к нам и слово обличения и слово утешения, возливает на раны наши и целебный елей милосердия и вино духовного веселия; Всемогущий десницею Своею воздвигает из бездн погибели, прогоняет бесов о персте Божии, т.е. силою Духа Святого; светоносны очи Его; жизнодательно Слово Его: крепка рука Его: бездна любви Его глубока и неисчерпаема. Чудны дела Его в нас и вне нас творимые для спасения нашего! Неисчетны благодеяния, кои льются, – как потоки, с неба на землю! С нами Бог: и что успеют враги наши – коварные духи злобы? С нами Иисус Христос, Победитель ада и смерти: и может ли быть нам верным страшна смерть столько, сколько неверным? С нами Врач душ и телес: должны ли болезни тела и недуги души повергать нас в уныние и в безотрадное страдание? Той грехи наши носит и о нас болезнует (Ис.53:4); язвою Его мы исцелены; смертью Его оживлены; славою Его превознесены. Как же нам не благодарить Господа, Сладчайшего Иисуса? Как не славить Его неисчетную благость? Как не уповать на Его всесильную помощь? Слава и благодарение Спасителю нашему Господу Иисусу!

Но сколько ни чисто учение Иисусово; сколько ни свята жизнь Его; сколько ни благотворны чудеса Его: зависть готова была язвить любвеобильное Его сердце. Явился в собрании народном старейшина, который обнаружил негодование на Иисуса за то, что Он оказал благодеяние в субботу – день покоя, и внушал народу то, что в субботу не должно притекать ко Иисусу, для приятия врачевания.

Отвещав же старейшина собору негодуя, зане в субботу изцели Иисус жену, глаголаше народу: шесть дний есть, в ня же достоит делати: в тыя убо приходяще целитеся, а не в день субботный (Лк.13:14).

Какой ревнитель о покое! Какой чтитель закона! Какой мудрый руководитель и учитель народа! Но что таилось в сердце старейшины и снедало оное? Зависть ко Иисусу. Что двигало язык его? Клевета. Что закрывало от взоров человеческих безобразие души его? Лицемерие. Зависть, клевета и лицемерие восстают на Господа и на Христа Его. Господь обличает старейшину и его лицемерие тем сильнее, чем злобнейшее имел старейшина сердце. Лицемере! не отвязывает ли каждый из вас в субботу вола или осла от яслей и не ведет ли на реку для напоения? Отвеща ему Господь: и рече: лицемере, кождо вас в субботу не отрешает ли своего вола, или осла от яслей и вед напояет (Лк.13:15)?

Кроткое, но вместе трогательное и сильное обличение старейшины! Оно ясно показывало, что если блажен тот, кто, по выражению Псалмопевца, и скоты милует: не паче ли блажен тот, кто милует человека, созданного по образу Божию? Оно внушало, что если суббота не препятствует миловать скотов – отвязывать от яслей, питать и поить их: то как же может она препятствовать делать добро людям, одаренным свободною волею и разумом? Оно громко вещало и вещает всем и каждому, что суббота – день покоя, что каждый праздник – день славословия Господня, воспрещает не дела света, а дела тьмы, не любовь и благожелательность, а злобу и зависть. Сию же дщерь Авраамлю сущу, юже связа сатана, се осмоенадесяте лето, не достояше ли разрешитися ей от юзы сея в день субботный (Лк.13:16)?

Не паче ли должно было сию дщерь Авраамлю не по плоти токмо, но паче по духу веры, разрешить в субботу от уз недуга, которыми связал ее сатана и мучит уже 18 лет? Таким образом недужная названа дщерию Авраама не по плотскому только происхождению от семени его, но паче по духу веры и по чувству терпения, с каковым она переносила восемнадцатилетний недуг. Научимся из сего благотворить всем, а паче присным в вере и благочестии: всегда, а паче во дни, – посвященные молитвенному славословию Господа; научимся благодушному терпению.

И сие Ему глаголющу, стыдяхуся вси противляющиися Ему: и вси людие радовахуся о всех славных бывающих от Него (Лк.13:17).

Стыдяхуся вси противляющиися Ему. И как не стыдиться при свете столь очевидной истины, – при столь разительном обличении и посрамлении лжи и лицемерия! Лицемерные Фарисеи – враги Христовы стыдились, но не исправлялись: таково свойство злобы и зависти! Обличения нечестивому – раны ему, (Притч.9:8.) – обличение зависти – тяжкое поражение для завистливого.

Что такое есть зависть? Сильнейшая скорбь сердца о том, что ближний добродетелен и благополучен. То, что радует любвеобщительное сердце, огорчает завистливого: это – добродетели ближнего; это – слава его; это – благополучие его. Как поступает завистливый по отношению к ближнему? Питая в сердце злобу к нему, призывает лицемерие и клевету в помощь; и – под личиною лицемерия скрывает тайную скорбь о благополучии ближнего, а стрелами клеветы язвит его добродетели. За что Каин убил Авеля? За то, что жертва Авелева показалась Богоугодною. За что продали Иосифа братия его? За особенную любовь к нему отца. Каких зол бывает источником зависть и ныне? Она ополчает брата против брата своего – против ближнего по плоти и духу. За что? За то, что Бог особенно благословляет его; за то, что ближний благотворителен к собраниям своим и ближними любим. Вредна зависть и для того, кто ее имеет, и для того, против кого ее стрелы направлены.

Сколько зависть ослепляла злых Иудейских старейшин; столько вера просвещала простодушный народ. Народ, чуждый зависти и вражды к Господу, радовался о всех славных делах Его, превозносил до небес и небесное учение Его и милосердие неизреченное. И вси людие радовахуся о всех славных, бывающих от Него (Лк.13:17). Вот какое благо рождает Св. любовь; – мир душевный и радость о добродетелях ближнего! Вот к чему располагает она и сердце, и уста наши – благодарить Господа за Его щедроты и славить вечно-славные и чудные дела Его!

Да сохранит нас Господь Бог от тлетворной зависти и вражды и да водворит в сердцах наших любовь чистую и святую. Аминь.

Беседа в неделю 28-ю по Пятидесятнице

Любовь Отца Небесного к роду человеческому беспредельна и неизглаголанна. Главнейшим ее доказательством и драгоценнейшим вечным памятником служит явление Единородного возлюбленного Сына Его во плоти ради спасения нашего. Тако бо возлюби Бог мир, яко и Сына своего Единороднаго дал есть (Ин.3:16). Если же Отец Небесный Сына Своего – единственное сокровище Отеческого сердца не пожалел, но ради нашего блаженства предал Его на крестную смерть: како убо не и с Ним вся нам дарствует (Рим.8:32)? Посему ни на небе, ни на земле нет сокровища, столь драгоценного, которого бы Отец Небесный не явил мирови ради заслуг Сына Его. Так на небеси уготованы блаженные обители для верных – обители вечной, присно-радостной жизни; так еще на земле на краеугольном камени основана Благодатная обитель – Св. Православная Церковь, беспредельною благостью Отца Небесного; учреждено в ней духовное торжество – брачный пир Сына Царева и велия вечеря для друзей его, – вожделенные начатки небесных радостей. На сие-то духовное торжество и ныне – во дни Благодати призываются кротким Господним гласом все и благие, и злые. Эта истина, столь поучительная для ума, столь отрадная для сердца, открыта нам в Евангельской притче о вечери.

Человек некий сотвори вечерю велию и зва многи (Лк.14:16). Что за вечеря великая и для многих, как не вечеря Благодатная, Евангельская? Сия Евангельская вечеря достознаменательна по многим отношениям: а) по Домовладыке, который учреждает вечерю; б) по тому дому, где вечеря учреждается; в) по той трапезе, которая на вечери сей предлагается; г) по тем лицам, кои созываются на вечерю и служат при трапезе; д) по всеобщности Евангельской трапезы и по слепоте и упорству званных на оную.

Человек некий сотвори вечерю велию. Величие вечери говорить о величии и достоинстве Учредителя оной. Кто же учреждает Евангельскую, благодатную вечерю? Не человек смертный и бедный, но Бог – бессмертный и вседовольный Сам в Себе, – Любвеобильный Отец Небесный, Царь царствующих и Господь господствующих. Отец Небесный устрояет вечерю; посему все дышит любовью на ней. Кто повелевает изливать солнцу свет и облакам дождь, если не Отец Небесный? Кто столько возлюбил мир, что и Сына своего Единородного предал для спасения мира, если не Отец Небесный? Господь и Царь устрояет вечерю: посему все на вечери сияет славою и великолепием и возбуждает благоговение. Вожделенны и знамениты бывают те вечери, кои творят Цари – Отцы для подданных, чад своих; не паче ли знаменита Евангельская вечеря, которую учреждает любвеобильнейший Отец всех человеков и верховнейший Господь неба и земли? Кто Бог велий, яко Бог наш (Пс.76:14)? Любовь Его – бездна многа; небо и земля полны славы Его.

И зва многи. Куда призываются многие или лучше все? Туда, где вечеря. А где эта вожделенная Евангельская вечеря учреждена? На земли – в Церкви Господней – благодатная, на небеси – славная. Святая Соборная и Апостольская Церковь есть не иное что, как тот великолепный дом, в коем Бог учреждает совершенную вечерю свою. Она есть Благодатный Иерусалим, жилище мира, храм Бога Живаго, град Царя великого; в ней являет Бог особенное Свое присутствие, как в возлюбленном Ему селении; в ней хранится жезл, коим пасет Он стадо Свое; манна, коею питает верных чад; в ней курится невещественный огнь ведения таин Царствия Его.

И посла раба Своего в год вечери рещи званным: грядите, яко уже готова суть вся (Лк.14:17). Раб, посылаемый при наступлении вечери рещи званным о готовности оной, это Богочеловек Иисус Христос. Это Сын Человеческий, приявший зрак раба и сокрывший Божественное величие под смиренною одеждою естества человеческого. Се приидох, говорит Он устами Давида, сотворити волю Твою, Боже! Иисус Христос умалил себе зрак раба приим, учит Апостол (Флп.2:7), дабы возвысить человека до приискреннего соединения с Богом. поскольку же этот раб вместе есть Господь неба и земли, Ангелов и человеков, Сын Божий; Ему, как Ходатаю, принадлежит вся власть на небе и земле: то и призывание на вечерю Евангельскую вверено Им присным рабам Его по благодати искупления и на них возложено служение при оной в домостроительстве спасения человеческого. Кому же вверено призывание на Евангельскую вечерю и на кого возложено служение при оной? поскольку вечеря Евангельская есть вечеря Господня; на ней присутствует Сам Господь: то призывать к ней и служить при ней должны рабы Господни. Кто сии рабы Господни? Во-первых, Умные Силы. Престол славы окружают Херувимы и Серафимы; престол Благодати – Архангелы и Ангелы. Не вси ли суть они служебнии дуси, в служение посылаеми за хотящих наследовати спасение (Евр.1:14)? Ангелы возвещали волю Всевышнего Аврааму, Исааку, Иакову и другим избранным; Ангелы поведали тайны Царствия Марии и Иосифу, Ангелы служили Иисусу Христу при Его страдании, смерти, воскресении и вознесении на небо: Ангелы и ныне невидимо служат при трапезе Господней. Во-вторых, Пророки и Апостолы. Слово Пророческое подобно светильнику, сияющему в темном месте (2Пет.1:19): оно сияло во тьме теней и прообразований Ветхого Завета. Слово Апостольское подобно сиянию, которое бывает, когда является солнце и настает день: оно сияет во дни Нового Завета – во дни истины и Благодати. Быв озарены Духом Святым, Пророки издалеча гадательствовали о вечери Евангельской; Апостолы – указали оную. Вещание их подобно вещанию небес, изыде во всю землю; они, как трубы Божии, возвестили миру милость и суд. В-третьих, Пастыри и Учители Церкви. Это свет мира; это соль земли. Им вверено слово истины, которое они должны проповедать, и благовременне и безвременне (2Тим.4:2) призывать на Евангельскую вечерю; им поручено строение Таин, помощью коего они должны не только приготовить людей Божиих к вечери, но привести к оной и служить при ней.

Грядите, яко уже готова суть вся (Лк.14:17). На вечерях обыкновенно поставляется трапеза тем лучшая, чем знаменатее хозяин дома. Какая же предлагается трапеза на Евангельской вечери? Обильнейшая: пречистое тело Господа Иисуса, как хлеб; животворящая кровь Его, как питие; слово Его, как светильник в храмине; Благодать Духа святого, как благоухание; псалмы и песни, как сладкозвучный орган небесный. Трапеза веры, надежды и любви не есть ли трапеза Божественная? Трапеза дарований Духа Святого не есть ли трапеза чистейшая? Трапеза, коею оживляется и тело, и душа, не есть ли трапеза вожделеннейшая? Древний Израиль в пустыни вкушал манну, как хлеб Ангельский; пил воду, из камени истекшую, как мед сладкий: новый Израиль, в пустыни мира, что вкушает на трапезе Господней, как не животворящую манну, с небеси сшедшую – самое тело Господа? Что пиет из чаши общения, как не бессмертное питие – кровь Богочеловека? Трапеза Господня так многообильна, что удовлетворяет всех потребностям бессмертного духа: иному подает свет, иному силу, иному радость, иному врачевство; сладка паче меда сотового; дорога паче злата и камней драгоценных; благовонна паче всех аромат. Имя Иисусово есть, яко миро излиянное и изливаюшее благоухание на всех.

Кто призывается на Евангельскую вечерю, на светлый пир Веры? Все без изъятия: Иудеи и язычники, и богатые и бедные, и ученые и неученые, и знатные и незнатные, и мужи и жены, и юноши и девы; для всех отверст чертог Господень; ко всем простирается глас любви, призывающей на вечерю; слово Божие проповедуется всюду и всем. Все призываются туне, по благодати, и праведники, и грешники. О любы неизреченная! О вечеря превожделенная! Кто не восхощет насладиться пира Веры, иметь участие в светлом торжестве любви? Но что же бывает? И сие благоухание Евангельской вечери не привлекает сынов века: один говорит: село купих, другой: пять пар волов, третий – жену поях (Лк.14:18–20). Один по гордости, другой по корыстолюбию, третий по сластолюбию отрекается от духовной вечери и теряет небесное сокровище, сладчайшее утешение души.

И начаша вкупе отрицатися вси. Первый рече ему: село купих, и имам нужду изыти и видети е: молютися, имей мя отречена. И другий рече: супруг волов купих пять, и гряду искусити их: молю тя, имей мя отречена. И другий рече: жену поях: и сего ради не могу приити. Бедные и неразумные! Почто любите паче тьму страстей, нежели свет истины и благочестия, славу века сего паче, нежели славу Божию? Почто охотнее кланяетесь кумиру богатства, нежели Богу живому? Почто работаете плоти паче, нежели духу? Ужели слава века сего лучше славы Божией? Уже ли тленные блага земли дороже нетленного сокровища небесного? Уже ли наслаждения плоти выше радостей духа? Никак: ибо чему уподобляется слава века сего? Звуку, скоро в воздухе исчезающему. Что сами по себе блага земные? Суетны, тленны и не редко вредны. Кая польза человеку, аще приобрящет мир весь, душу же свою погубит (Мк.8:36)? Чем сопровождаются наслаждения плоти? Угрызением совести, бесславием, болезнями и вечным огнем геенским. Не о них ли сказать можно со Иоанафаном: вкусая вкусих мало меду, омочив конец жезла, иже в руку моею, и се аз умираю (1Цар.14:43). Лучше, несравненно лучше, оставить мир и красная его, отвергнуть все греховные наслаждения плоти и идти на Евангельскую вечерю, памятуя, что ни един из мужей тех званных, но пренебрегших звание, вкусит вечери Господней! Аминь.

Беседа в неделю 29-ю по Пятидесятнице

Лк.17:12–19

Не дивно, братие, что Иисус Христос, Господь и Бог наш, во время земной жизни, всюду ходил по стране Иудейской, возвещая Евангелие царствия и исцеляя всякий недуг, и всякую болезнь. Такова о Нем была воля Отца небесного! Таково его ходатайственное служение! Входящу же (Иисусу) в некую весь, сретоша Его десять прокаженных мужей, иже сташа издалеча (Лк.17:12).

Некогда, на пути в Иерусалим, входил Иисус в одну весь, лежащую между Самарией и Галилеей, да возвестит в ней слово истины и да преподаст болящим дар исцеления. Ему во сретение вышли десять прокаженных мужей: сретоша Его десять прокаженных мужей (Лк.17:12). Кто знает жестокость проказы и законоположение о прокаженных: тот не удивится, почему прокаженные вне града и веси сретают Небесного Врача. Прокаженные покрыты язвами по всему телу; прокаженные отлучаются от сообщества людского, как опасные для здравия других и яко нечистые по закону Иудейскому. Сугубое страдание! Прокаженные сретают Господа вне веси. Почему же они узнали о пришествии Его? Слава чудес – предтеча Его, возвестила приход Его, а благословения благодарных сопровождали исход. Иисус Христос не мог укрыться, как светильник, верху горы стоящий, как благоухание, излиянное в храмине. Прокаженные стали издалеча: сташа издалеча (Лк.17:12). Они или боялись приблизиться, как отлученные от общества человеческого, или чувствовали свое недостоинство, по коему не смели приблизиться к Божественному Чудотворцу.

Православные Христиане! Кого мы узнаем в лице прокаженных? Грешников. Они суть прокаженные, – покрытые язвами греховными не столько по телу, сколько по душе. Они весьма нечисты не только пред человеческими очами, сколько Божиими. Они весьма вредны для спасения других. Грех есть болезнь жестокая, прилипчивая и смрадная. Приходит ли ныне Господь в смиренную весь существа нашего? Приходит невидимо, как прежде видимо, приходит с одним и тем же человеколюбием – возвещать Евангелие царствия и врачевать всякий недуг душевный и телесный. Он неотлучно живет посреди нас по обетованию: се Аз с вами есмь во вся дни до скончания века (Мф.28:20) Что же? Сретаем ли мы Его так, как сретили Его некогда прокаженные, исходя во сретение? Сретаем ли Его со смиренною верою, успокоеваемся ли в Нем с несомненною надеждою, прилепляемся ли к Нему нелицемерною любовью? Не бываем ли мы праздными зрителями Его попечений о нас и ближних наших, или холодными сказателями Его чудных дел, совершающихся в нас и чрез нас? Прокаженные стали в отдалении, а мы не приближаемся ли дерзновенно ко Алтарю Господню, не принимаем ли животворящее таинство тела и крови Господней без сокрушения сердечного, без умиления душевного, без благоговения к присутствию Бога Живаго? Ах, братие! Горе нам, если мы, страдая душевною, гораздо опаснейшею проказою, нежели десять Евангельских мужей, не прибегаем ко Врачу душ и телес!

И тии вознесоша глас, глаголюще: Иисусе наставниче, помилуй ны (Лк.17:13). Прокаженные громко вопияли, или потому, что далеко стояли, или потому, что еще не твердо верили, что Иисус Христос есть Господь всевидящий и всеслышащий. О чем же вопияли? О помиловании – об исцелении их от болезни с тою милостью, с какою обыкновенно оказывал благодеяния страждущим Иисус Христос. Иисусе наставниче, помилуй ны. Нет для нас между соотечественниками врача благосердого и благомощного, нет врачевства для исцеления годного. Мы всеми оставлены; ни в чем земном нет для нас отрады. Иисусе наставниче, помилуй ны! Братия! Как часто бывают суетны наши надежды на людей в бедах, нас постигающих! Как кажется безотрадно состояние, когда все нас оставляют! Как мало помогают духу нашему все блага, кои толь дорого ценит мир, и кои толико обольстительны для плоти и крови! Нет помогающего, нет утешающего, нет спасающего; к кому же прибегнуть в болезни неисцельной, в скорби несносной, если не ко Господу Иисусу? Господи Иисусе! Люте страждем мы от грехов; немощствует тело, немощствует и душа: помилуй нас по велицей милости Твоей, а не по заслугам нашим; не по заслугам, но по богатству благости, которую Ты являешь нам от колыбели до гроба, по телу и душе. Господи Иисусе! Помилуй от огня геенского, наказывай сколько и как Тебе угодно, только в настоящей жизни, жезлом отеческого Твоего промышления. Мы веруем, что если Господь назрит беззакония: кто из нас постоит? Если не Господь созиждет дом добродетелей: не суетен ли бывает труд наш? Если не Господь сохранит град спасения нашего: что стрегущий из Ангелов и человеков, и что хранение его? Не верен стрегущий; не надежно хранение его, не безопасен град спасения нашего. Господь един – просвещение наше: кого убоимся? Господь защититель живота нашего: кого устрашимся (Пс.26:1)? С нами Господь: с нами свет, и жизнь, и утешение неизреченное.

Спаситель повелел прокаженным идти к Священникам. Пошли и – на дороге ощутили исцеление. И видев рече им: шедше покажитеся Священником: и бысть идущим им очистишася (Лк.17:14). Для чего прокаженные посланы ко Священникам? Для того, что Священники, по закону, долженствовали как отлучать прокаженных от людского сообщества, так и принимать их в оное; на них лежала обязанность совершать обряд очищения несчастных страдальцев (Лев.13:14). Священники должны были удостовериться и других удостоверить о даре исцеления, десяти мужам посланном и о Целителе, пославшем чудную помощь несчастным их братиям. Кого Господь ныне употребляет в орудие очищения от проказы греховной? Священнослужителей Алтаря. Они суть смиренные свидетели исповедания грехов и благонадежные преподаватели благодати разрешения от уз греха, очищения от скверны нечестия. Принесем пред Алтарь искреннее исповедание согрешений – приимем очищение, толико вожделенное для душ наших.

Десять прокаженных прияли дар исцеления: а сколько оказалось благодарных? Один. Един же от них видев, яко исцеле; возвратися, со гласом велиим славя Бога: и паде ниц при ногу Его, хвалу Ему воздая (Лк.17:15–16). Все десять равно страдали, одинакий дар все десять прияли, прияли мгновенно, без цены сребра и злата: от чего же один только восчувствовал цену благодеяния, один воздал славу Богу и поклонением до земли засвидетельствовал свою признательность ко Врачу Небесному? Не от того ли, что сердце человеческое весьма склонно к неблагодарности по глубокому растлению? Сколько раз и нам явлено милосердие Божие? Как бесчисленны опыты Его благости? Что же? Не забываем ли того, что Господь оказывает нам? Не отвергаем ли того, что подает? Воздаем ли Ему славу за Его к нам милости? Нет, мы крайне бываем неблагодарны пред Богом и Спасителем нашим; а это и постыдно, и гибельно для нас. Прискорбно и Спасителю показалось то, что девять остались неблагодарными. Не десять ли очистишася, да девять где? Како необретошася возвращшеся дати славу Богу, токмо иноплеменник – Самарянин (Лк.17:17–18)? Видно, девять были из числа Израильтян. Иудеи отвергли Христа, язычники приняли; девять Израильтян остались неблагодарными, один Самарянин – иноплеменник, воздал славу Богу. Те, получив исцеление по телу, остались с неисцельною душою, а один и по телу и по душе приял исцеление, принес благодарение и сердцем, и устами, и поклонением; чем и привлек благоволение Господне. И рече ему (Господь): востав иди, вера твоя спасе тя (Лк.17:19), по душе и по телу. Так велика сила Веры!

Братия! И нас благодатная вера спасает от греха и смерти. Подобает и нам быть благодарными пред Спасителем нашим Богом, да по вере во имя Его приимем исцеление телесное и спасение душевное. Аминь.

Беседа в неделю 30-ю по Пятидесятнице

Человек бывает немощен по душе и телу, доколе не приидет к нему на помощь Благодать Божия; сильно влечется к земле, много мечтает о благах оной, непрестанно возмущается беспорядочными движениями плоти и крови, – доколе не вселяется в душе его сила Христова. Если и есть в ком либо семя добра и готовность к святому подвигу добродетели, – то много обольщается он мыслью о награде за свои труды, за свои добродетели. Так даже ближайшие последователи Христа Спасителя – Апостолы не были свободны от немощей естества человеческого, доколе не были озарены полным светом истины Христовой, не укреплены всемощною силою благодати Божией.

Рече же Петр: се мы оставихом вся и по Тебе идохом (Лк.18:28). Что убо будет нам? Апостолы совершили двоякий подвиг: во-первых, оставили не только все, необходимое для жизни, но и любезное для сердца, – оставили дома, мрежи, родителей, жен и чад; во-вторых, последовали за Христом путем креста, путем унижения, бедности, скорби, труда и всех лишений жизни ради того служения, в которое призваны. поскольку же еще предлежали им подвиги важнейшие, труды и жертвы величайшие; надобно было принесть в жертву не только покой и все утешения жизни, но здоровье и самую жизнь: то естественно рождалась в душе мысль: будет ли соразмерное трудам воздаяние; будет ли воздаяние за то самоотвержение, какое они доброхотно сделали, за те скорби, кои они перенести должны, за те подвиги, кои совершать обязаны? Что убо будет нам (Мф.19:27)?

Что будет? Слава величайшая, блаженство неизреченное. Иисус же рече им: аминь глаголю вам, яко вы шедшии по Мне, в паки бытие, егда сядет Сын человеческий на престоле славы Своея, сядете и вы на двоюнадесяте престолу, судяще обеманадесяте коленома Израилевома (Мф.19:28). Вот какая слава ожидает достойных сподвижников Христовых в деле спасения рода человеческого, – седение на престоле т.е. величайшая честь в царствии небесном! Когда это будет? В паки бытие т.е. в грядущем веке, когда Сын человеческий приидет во славе Своей со Ангелы Своими судить живых и мертвых, и как Судия верховный, сядет на престоле славы Своея, дабы воздать комуждо по делам и трудам. Ина бо слава солнцу; ина слава луне; ина слава звездам; звезда бо от звезды разнствует во славе: тако будет и в воскресении мертвых (1Кор.15:41). И все праведники, сияющие верою и благочестием, просветятся, яко солнце, в Царствии Отца Небеснаго (Мф.13:43); но первенцы веры Христовой: – Апостолы будут иметь особую честь суда над собратиями.

Чем труднее бывает подвиг, тем блистательнее венец за оный. Чем дороже приносится жертва; тем воздаяние обильнее. И всяк, иже оставит дом, или братию, или сестры, или отца, или матерь, или жену, или чада, или села, имене Моего ради, сторицею приимет и живот вечный наследит (Мф.19:29). За совершенное добровольное пожертвование ради имени Христова всем, что любезно и драгоценно для сердца, бывает сторичное воздаяние по благости и правде Мздовоздаятеля – живот вечный, обилующий всеми благами на небеси. Возможно ли оставить всех присных по плоти и нужно ли для последования Христу? В случаях чрезвычайных, где требует того или благо ближних, или слава Божия, должно всех и все оставлять по воле Божией и призыванию власти, и приносить в жертву и здоровье и жизнь. Если же сего нет; то позволительно сохранять узы родства и дружбы неприкосновенными, особенно, когда присные по плоти не вредят вере и благочестию, но отнюдь не иметь к ним слепой, безрассудной, непомерной привязанности. Позволительно пользоваться дарами благости Божией умеренно, с молитвою и благодарением к Богу, с милосердием к ближнему, – в чаянии вящших грядущих благ на небеси. Ибо связи родства и дружбы не Богом ли освящены для преспеяния нашего в вере и благочестии? Блага земли не Им ли дарованы в насыщение наше? Не Им ли посылаются радости в отраду и утешение наше? Аще ли ясте, аще ли пиете, аще ино что творите, вся творите во славу Божию (1Кор.10:31) и во спасение ваше. Во славу Божию и для спасения душ ваших благодушно переносите и те скорби, кои свыше приходят во очищение ваше от грехов. Ибо если Господь и Бог понес тягчайший Крест ради нашего спасения: то нам ли чуждаться Креста за грехи свои? Если Ходатай между Богом правосудным и человеком преступным, Господь Иисус путем Креста взошел в славу по человеческому естеству: то какой же путь к Небесной славе для последователей Его, как не тот же путь Креста? Путь к славе Небесной один, – путь Креста.

О тайне и славе Креста Пророки возвестили издалеча по внушению Св. Духа. Сам Господь во все время земной жизни приготовлял всех, а паче тех, кои способны к приятию сея тайны – Христианского благочестия. Наконец пред наступлением дней страдания не в притчах, но ясно сказывает Избранным Своим о страданиях Своих и о славе, за ними последующей.

Поем же обанадесяте ученики Своя рече к ним: се восходим во Иерусалим и скончаются вся писанная Пророки о Сыне человеческом (Лк.18:31), т.е. Сыну человеческому надлежит пострадать по плоти во Иерусалиме, умереть и в третий день воскреснуть, согласно с Пророческими сказаниями о сем. Предадят бо Его (Сына человеческого) языком, и поругаются Ему, и укорят Его, и оплюют Его и бивше убиют Его: и в третий день воскреснет (Лк.18:32–33). Страдания, смерть и воскресение Христово из мертвых – здесь вся тайна спасения нашего и слава Креста. О какая глубина премудрости и благости Божией! Чего служит орудием Крест Господень? Им разрушен ад, притуплено жало смерти, сокрушена власть диавола, отверсты двери Небесного рая. Что воссияло из сени гроба Иисусова? Свет славного Его Воскресения, – блаженство Избранных Его. С воскресением Христовым ожили все сладчайшие надежды верных, открылись все сокровищницы благости Божией, – воссияла слава Ходатая и спасение верных. Так глубока тайна Креста! Так высока и благотворна сила воскресения Христова из мертвых!

Какой ум Ангельский поймет тайну и силу Креста? И что может изречь о ней язык человеческий? Сколь ни ясно говорил ученикам Господь Иисус о тайне и славе Креста; сколь ни много они приготовлены были к принятию и уразумению сея тайны благочестия; сколь ни способны к тому были по чистоте сердец и простоте веры: но и они не поняли возвещаемой тайны Креста. И тии ничесоже от сих разумеша и бе глагол сей, слово о Кресте, – сокровен от них, и не разумеваху глаголемых (Лк.18:34). Так высока и глубока тайна Креста и слава Его!

И нам, Братие, не высокомудрствовать подобает о тайне Креста, но со смиренною верою принимать силу и действие Креста и с чувством благодарной любви ко Господу пользоваться плодами крестной смерти Его и воскресения из мертвых, тщательно хранить жизнодательные заповеди Его – во вся дни живота своего. Для веры смиренномудрой доступны тайны небесные; для любви благодарной легко иго заповедей Господних. Лишаемся ли чего земного для преуспевания в Христианском благочестии? Терпим ли какую-либо скорбь за имя Христово, за правду, за добродетель по чувству любви ко Господу? Приносим ли что от стяжаний своих в пользу Церкви и отечества по Христианскому самоотвержению, или оказываем помощь бедным по братолюбному состраданию? Трудимся ли по долгу звания для блага ближних и для славы Божией? Да веруем твердо и да уповаем несомненно, что сторицею будет воздано нам в стране вечности за земное небесным, за временное вечным, за тленное нетленным. Как это отрадно!

Господи Иисусе! Силою благодати Твоея сохраняй нашу веру, укрепляй упование, оживляй нашу любовь. Аминь.

Беседа в неделю 31-ю по Пятидесятнице

(Лк.18:35–43)

Ныне чтенное Евангелие предлагает нам, Братия, чудный опыт высокой любви, которую явил Христос Спаситель некоему слепцу Иерихонскому. Несчастный получил исцеление по единому слову Спасителя. Так сильно слово Жизнодателя! Страдалец был и слеп, и беден. Слеп: ибо не видел ни вещей, его окружающих, ни людей мимо ходящих. Беден: ибо, сидя при пути, просил у мимо ходящих милостыни. Сугубое несчастие! Жалкое положение!

Бысть же егда приближашеся Иисус во Иерихон, слепец некий седяше при пути прося (Лк.18:35).

Братия! Нет ли между нами подобных слепцу Иерихонскому? Есть, и при том весьма многие. Или лучше не все ли мы подобны ему? Не более ли мы несчастны и жалки, когда мы не только слепы и нищи, но и мертвы духом? Мы слепы: ибо не имеем того живого познания о Боге, о себе самих и вещах, нас окружающих, какое иметь должно. Мы нищи: ибо где та Боготканная одежда невинности, в которую мы невидимо облечены при Св. Крещении? Где тот драгоценный благодатного всыновления залог, который вручен при Св. миропомазании? Где те Божественные дары Благодати, кои свыше, по человеколюбию Господа и Бога, непрестанно ниспосылаются? Все потеряно. Мы мертвы: ибо чужды той веры и любви, коими жить должна душа наша; чужды той надежды, которая должна возвышать сердце наше к горней, небесной жизни и благам ее. Братия о Господе! Где Богоподобие наше? Где печать даров Духа Святого? Где залог обетований? Где тот великий Чудотворец, Который слепцу Иерихонскому даровал прозрение, Который воскрешал мертвых? Но да не унываем, Братия! Он с нами пребывает; Он готов подать нам прозрение по душе и жизнь по Бозе, только бы мы сего усердно восхотели и с крепкою верою возопили к Нему, как некогда слепец Иерихонский.

Слышав же слепый народ мимоходящ, вопрошаше, что убо сие? Поведаша же ему, яко Иисус Назарянин мимоходит. И возопи, глаголя: Иисусе, Сыне Давидов, помилуй мя (Лк.18:36–38)! Видно, в слепце по телу была готовность к прозрению духовному. Его вопияние ко Иисусу – Сыну Давидову о помиловании есть вопияние души, начинающей веровать в Господа – Божию силу и Божию премудрость, спасение всего мира. Видно, слепец Иерихонский чаял утехи Израилевы, – готов был исповедать Христа, Который по пророчествам, долженствовал по плоти родиться от колена Давидова. Сердце страдальца горячо билось от любви ко Спасителю, Коего он не ведал и не видел: ибо и тогда, когда запрещали ему мимо ходящие вопиять ко Иисусу, приказывали молчать по хладнокровию ли к страданиям слепца, или по зависти ко Иисусу, – Врачу душ и телесе, он еще громче вопиял: Сыне Давидов! помилуй мя (Лк.18:39). Чему научает нас, Братия, сидящие во тьме и сени смертной, – слепец Иерихонский? Той терпеливой, постоянной молитве, с которою надобно и умы, и сердца обращать ко Господу – Врачу небесному во всех бедах и болезнях; научает к Нему единому простирать и глас, и руки, сколько бы ни препятствовали тому враги нашего спасения. Мы должны взывать и сердцем, и устами, взывать часто, со верою и упованием: Господи Иисусе, Сыне Бога Живаго! помилуй нас по великой благости Своей. Скорбь стесняет грудь нашу; чувство недостоинства связует руки; шум страстей заглушает глас сердца; носится пламень геенский в себе самих, мы люте страждем и телом и душою: к кому же прибегнуть с молением о помиловании от лютых зол и скорбей, если не к Богу живому – Спасителю нашему? Слепец Иерихонский крепко вопиял ко Господу, не смотря на прещения мимо ходящих, крепко вопиял о помиловании и – скоро услышан.

Став же Иисус повеле привести его к себе; приближуся же ему, вопроси его, глаголя: что хощеши, да ти сотворю? Он же рече: Господи, да прозрю (Лк.18:40–41). Видите, неизреченное человеколюбие небесного Самарянина и сострадательность Его! Слышит вопль страдальца к Нему и скоро останавливается. Став же Иисус. Для чего Спаситель вопрошает слепца, что ему нужно? Ужели не знает сего Тот, Коему глубины сердец открыты, пред Коим вся нага и объявлена суть? Без сомнения, Всеведущий знал, что потребно слепцу: но спрашивает о сем для того, да познано будет другими, что страдалец действительно слеп и имеет нужду в Его целебной помощи, что ко приятию даров благодати от руки Господней потребны в приемлющем произволение сердца и сильное желание, что человеколюбец и силен, и готов подать то самое духовное дарование, какое верующе во имя Его воспросим. Что же слепой просит у Спасителя? Не милостыни, коей просил у других мимо ходящих по бедности, но того, что было для него дороже всех благ мира, и чего мимо ходящие подать не могли – прозрения. Господи! да прозрю. Видите, как исповедует Божество Иисусово слепец, с твердою верою, в слух всех предстоявших при чудном событии, и какого блага испрашивает у Христа – подателя благ. Господи! да прозрю. Божественною силою Твоею отверзи очи мои, да узрю красоты мира, да узрю пресветлое лице Твое телесными очами, как я зрю Божество Твое душевными, да узрю чудеса, кои являешь горе – на небеси и – долу – на земле. Чего и нам, Братия просить должно у Господа нашего паче прочих даров? Прозрения духовного. Господи Иисусе! Отверзи очи души нашей, да узрим безобразие ее, да узрим красоту лица Божия и Его совершенства, да узрим чудеса от закона Его, да узрим все знамения Его благости, премудрости и всемогущества, да узрим небесную красоту мира. Зрение духовное или познание Бога, Его совершенств и дел тем паче дорого, что без Него невозможно спасение. И – чем дороже для нас живот вечный, тем теплейшее надобно воссылать моление ко Господу, да подаст душе нашей прозрение, как некогда подал слепцу Иерихонскому. Иисус же рече ему: прозри: вера твоя спасе тя (Лк.18:42). Вот высокий опыт чудодейственной силы и достоподражаемый пример смиренномудрия! Прозри, и – тотчас слепой прозрел. Всемогущее слово! Вера твоя спасе тя, а не Я, Спаситель и Господь мира. Не себе, но вере слепца приписывает Господь чудную силу спасения. Научимся из сего, Братия, что необходимо веровать во имя Господа Иисуса ко спасению нашему и не высокомудрствовать в делах благочестия. И абие прозре и в след Его идяше, славя Бога, и вси людие видевше воздаша хвалу Богови (Лк.18:43). Блаженный слепец! Ты зришь и телесными и душевными очами и красоты земли и велелепие неба; зришь себя и Бога и в след благодетеля своего идешь с благодарным чувством Богу – подателю всех благ. Братия! Прияв от руки Господни дары Его благости, не должны ли и мы идти во след Господа Иисуса – идти путем заповедей Его и скорбей, славя Бога – подателя благ? Не должны ли приносить хвалу благодарения Создателю и Искупителю своему и тогда, когда сами удостаиваемся даров Его благости, и тогда, когда ближние наши теми же благами ущедряются от Господа? Ей, должны быть благодарными не словом токмо и языком, но делом и истиною – хранением заповедей Его.

Христе Спасителю! Отверзи очи наши, да узрим Божественные и спасительные пути Твои; влеки нас за Тобою не до Фавора токмо, осиянного славою Твоею, но и до Голгофы, окропленной кровью Твоею. Благо нам страдать с Тобою, благо умереть, дабы вечно жить во обителях Отца Небесного! Аминь.

Беседа в неделю Закхея

(Лк.19:1–10)

Евангельское сказание о Закхее, старейшине из мытарей, т.е. собирателей общественной дани, и при том изобиловавшем многим богатством, дает нам разуметь, что во всяком звании, – и при бедности, и при богатстве спастись можно, если только восхощем того, подобно Закхею: что, сколько ни грешны мы бываем, можем надеяться прощения, если принесем истинное покаяние. Прииде бо Сын человеческий взыскати и спасти погибших (Мф.18:11), – прииде не праведных – гордых, но грешных – смиренных призвать на покаяние (Мф.9:13) ко спасению, где бы кто ни находился и сколько бы грешен ни был. Господь Иисус прохождаше Иерихон. И се муж нарицаемый Закхей, и сей бе старий мытарем, и той бе богат, и искаше видети Иисуса, кто есть, и не можаше от народа, яко возрастом мал бе (Лк.19:1–3). Закхею не помешало желать видеть Иисуса ни многозаботливое звание, по коему обязан был собирать подати, – бе старий мытарем, ни богатство, коим он обладал – той бе богат; ни малый рост, по коему Закхей не мог ни приблизиться ко Иисусу, ни издали видеть Его за многочисленным стечением народа – возрастом мал бе. Закхей является тем достозамечательнейшим для Иисуса и для нас, братия, чем пламеннейшее имел желание видеть Спасителя мира, утеху нового Израиля, врача душ и телес. Искаше видети Иисуса, кто есть. Слух о чудесах и учении Иисуса Христа предрасположил сердце Закхеево к вере в Него; видение долженствовало оживить, запечатлеть веру и породить в сердце пламенную любовь. Кто есть? Это предреченный пророками и явившийся во плоти Сын Божий, Спаситель мира. Божия сила и Божия премудрость (1Кор.1:24), судия живых и мертвых – Богочеловек Иисус. Братия! Важное ли кто проходит служение в Церкви и обществе; или занимает менее важную должность? Изобилует ли кто благами природы? Богат ли дарами благодати, или беден и по телу, и по духу? Мал ли кто возрастом, т.е. юн по вере и благочестию, или велик духом, т.е. достиг в мужа совершенна по вере и добродетелям Христианским? Все должны искать Господа Иисуса: ибо что величие, богатство и самые добродетели без Иисуса? Величие мира суетно; блага земли тленны; добродетели человека несовершенны. Все должны искать Господа Иисуса; ибо на какие предлоги укажет беспечность наша к ложному своему успокоению? Возраст ли? Пол ли? Телосложение ли? Занятия ли домашние, или общественные? Напрасно. Ничто не может и не должно препятствовать исканию души вожделенного Жениха, ее сладкому собеседованию с возлюбленным Иисусом. На все есть под небесем время, – и на служение отечеству, и на служение Богу. Если и действительно найдутся затруднения к тому немаловажные: то их удалять надобно или благоразумием, или подвигом, как то сделал Закхей. Будучи мал возрастом, он не мог видеть Господа Иисуса, а видеть Его горел желанием. И предитек возлезе на ягодичину, да видит Его, яко хотяше мимо ея проити (Лк.19:4). При пути, по коему должно было проходить Иисусу, стояла смоковница. Закхей, малый ростом, но не малый усердием ко Господу, взлез на смоковницу, дабы видеть Иисуса, по крайней мере издали, к утешению сердца своего. Какое святое рвение ко Господу! Какое счастье для сердца, любовью к Господу горящего! Закхей, малый ростом, подъемлется на смоковницу и становится высшим всего народа.

Христианская душа! Среди волн житейского моря, без сомнения, трудно слышать глаголы живота вечного; при толпе страстей, нас мятущих, неудобно приблизиться к Господу мира, и сладце с Ним беседовать. Но если усердно желаешь видеть, подобно Закхею, Господа: то и для тебя есть смоковница при пути в царствие небесному, где шествует Господь, сопровождаемый толпою истинных или лицемерных последователей. Смоковницею для Христианской души служит и то время, когда удобнее, и то место, где ближе можно ощущать благодатное в себе действие Христово, и тот образ чистого жития, возвышенный над обычаями лукавого мира, святой и богоугодный, в коем беспрепятственно можно видеть Иисуса и с Ним беседовать. Где бы ты ни был, Господь везде с тобою невидимо, всегда действует на душу твою. Но везде ли и всегда ли видеть Его лице, ощущать Его действие удобно? Не везде и не всегда. Удобно ли на торжище, среди забот домашней жизни, в шумных, веселых собраниях века? Неудобно. Так спеши же туда, где удобно. Спеши в тайную храмину сердца твоего, спеши в мирное собрание единонравных тебе по вере и благочестивой жизни, спеши в святую Церковь – собрание верующих. Святая Церковь называется горою тучною, усыренною, святою, где Господь пребывает: входя в Церковь со благоговением, ты восходишь на духовную гору – твердую и безопасную. В Церкви Христос песнословится; в Церкви слово Его возвещается; в Церкви жертва умилостивительная приносится за грехи всего мира; невидимо Христос и дух Его благоухающий пребывают в ней. Где же удобнее видеть можно Иисуса, как не в Церкви, и когда сладостнее с ним беседовать, как не во время богослужения?

Самый образ святого жития, над обычаями и правилами мира во зле лежащего возвышенный, служит вместо смоковницы; посему, отложив страсти, надобно, при помощи Божией, по вере во Иисуса Христа восходить на гору добродетелей умом, сердцем и подвигом добрым. С горы Господь учил народ; на горе беседовал с Отцом небесным; на горе преобразился; на горе распят; с горы вознесся на небо. На горе святого богомыслия и Христианского жития особенно можно и нам видеть лице Господне, слышать Его глаголы, осязать Его руце, – ощущать Его присутствие. И яко прииде на место, воззрев Иисус виде его и рече к нему: Закхее, потщався слези; днесь бо в дому твоем подобает Ми быти. И потщався слезе, и прият его радуяся (Лк.19:5–6). Закхей издали только желал видеть, что за чудотворец, о коем слава носится по всей Иудее? Что – за благодетель, оказывающий щедро милости свои всем, паче же страждущим? Что – за учитель, возвещающий небесное учение? Что – за Иисус, коего народ окружает? Кто есть? А Господь, видящий тайное расположение Закхея и близость его к царствию небесному, благоволил не только явить Закхею лице свое, но и посетить дом его. Закхей! Поспешно сойди с смоковницы и иди в дом свой, куда Я иду, дабы утешить тебя и твоих домашних. И сошел поспешно Закхей, и с радостью прият дражайшего Гостя. Видите, братия, снисхождение Господа человеколюбца к Закхею, старейшему из мытарей, т.е. грешнейшему из всех, по мнению Фарисеев. Видите, и Закхеево горячайшее усердие ко Господу. Видите, с какою радостью приемлет в дом свой Господа, посетителя душ наших!

Братия! Имеем ли мы искреннее желание видеть Господа Иисуса и приять Его в нерукотворенный дом души своей? Сретаем ли Его с радостью, когда Ему угодно посетить нас благодатью своею? Или паче не убегаем ли от Него? Не затворяем ли от Него дверей сердца своего? Не изгоняем ли Его своею злобою, гордостью, суетностью и сластолюбием? Гадаринцы, жалея о свиньях своих, просили Христа, чтобы Он в град их не входил: и мы, братия, не желая расстаться с прихотями скотоподобными, не просим ли, если не языком, то делами, явно или тайно, да не входит Господь в души наши? Учение Христа Спасителя противно страстям нашим. Его правила жизни несогласны с обычаями мира. Обличительный, строгий глас Его страшен для совести нашей, очерненной беззакониями: дивно ли же, что мы бегаем Христа? Дивно ли, что не принимаем его с такою радостью, какую ощущал Закхей? Старейший из мытарей, т.е. грешнейший из всех, привлек благоволение Господа чувствованием своего недостоинства: вот отраднейший для нас грешных пример, сильный убедить нас в том, что и каждого из нас не отвергнет Господь, если только искренно обратимся к Нему, почувствуем свое недостоинство и с радостью повергнемся к стопам Его!

Вшествие Христа в дом старейшего из мытарей – Закхея подало всем повод к ропоту. И видевше вси роптаху, глаголюще, яко к грешнику мужу вниде витати (Лк.19:7). Ропот сей происходил от различных причин. Одни роптали, т.е. охуждали поступок Христов, по неведению: не видели ни тех расположений сердечных, с коими сретил и принял Закхей вожделенного Гостя, ни тех спасительных намерений, по коим Господь особенную милость являл людям, по-видимому, недостойным Его милости. Другие – по зависти: как Христос не вошел в дом к ним – лучшим, праведнейшим, по мнению народа и по собственному ложному сознанию? Иные – по злобе: между Иудеями много было таких, кои готовы были порицать все, что ни делал Господь. Если, братия, Христово поведение подлежало пререканию: то дивно ли, что поведение рабов Его – служителей святой Церкви, осуждается, или по неведению, или по зависти, или по злости? Дивно ли то, что их имя хулится, их честь неповинно иногда омрачается? Господь, успокаиваясь на правоте чувствований и действий, не обращал внимания на неправедные порицания: так и нам, последователям Его, не должно ли быть равнодушными к разным толкам о нашем поведении, а стараться о том только, чтобы действование наше было благонамеренно, поведение неукоризненно? Похваление совести, похваление Божие да послужит к утешению слабых душ наших среди хуления мира.

Став же Закхей, рече ко Господу: се пол-имения моего, Господи, дам нищим: и аще кого чим обидех, возвращу четверицею (Лк.19:8). Какая готовность к покаянию и благотворительности, и как дорого ценил Закхей милость, ему оказанную Христом Спасителем! Богатый благами земли Закхей, тронутый богатством благости Христовой, дает твердое обещание пред лицем Иисусовым – отдать нищим половину имения своего. Видно, что Закхеево сердце не было привязано к богатству: за милость к нему Христа Спасителя готов он оказать милость братиям Его – нищим. Научимся из сего благостяжательности, беспристрастию и благотворительности. Научимся за любовь Господа Христа платить благотворительностью братиям Его и не только братиям Его по нищете духа, но и врагам Его, за коих Он молился ко Отцу на кресте: Отче! отпусти им; не ведят бо, что творят (Лк.23:34). И аще кого чим обидех, возвращу четверицею. Так сильно потрясено сердце Закхеево силою благодати! Он готов удовлетворить всех, обиженных им по должности старейшего из мытарей; готов отдать гораздо больше, нежели сколько взято, может быть, по неведению, с обидою ближнего. Некогда Самуил, оставляя правление, исповедал пред всем народом Израилевым, не обидел-ли кого чем, – изъявляя готовность удовлетворить всех и каждого. Ничем, возопил народ. Так чистые совестью судии и начальники непостыдны пред Богом и человеками! Бывает-ли ныне так, как бывало прежде? Поступают ли ныне судии и начальники, как некогда поступали? Ныне честным почесть можно того, кто чужого не присваивает и, кто взятое отдает охотно и с благодарностью: а то показалось бы чудным, если бы какой судия, или начальник обиженному возвратил вчетверо более, нежели сколько взял неправедно. Братия! Обижать других не должно; особенно обида вдовам и сиротам есть грех, вопиющий на небо. Но если бы случилось впасть в преступление сие: то надобно умилостивлять Господа, и чем же? Не только справедливым удовлетворением других, но и милостынею. Рече же к нему Иисус: яко днесь спасение дому сему бысть, зане и сей сын Авраамль есть (Лк.19:9). Видно, обет Закхеев о раздаче половинной части имения бедным был искренний: ибо на сердечные расположения Закхеевы отвечает Сердцеведец милостиво. Спасение дому сему бысть. Где Спаситель, тамо и спасение. В ком вера живая, тому подается и благодатное отпущение грехов. Закхей – при источнике спасения: дивно ли, что и свет Божий и жизнь духовная воссияли в доме его, а паче в душе его? Закхей приял залог спасения, как и прочие веровавшие, зане и сей сын Авраамль есть. Семя Авраамле, или чада Авраама суть все те, кои имеют тот же дух веры и любви, коим водился Авраам. Авраам по вере, послушной велениям Господа, оставляет дом отечественный и идет в землю неведомую, землю, которую Господь ему указал. Авраам приносит Богу в жертву все, что могло быть любезнейшего сердцу, дражайшего на земле, возносит сына обетования на жертвенник. О чудо любви! Авраам благословен паче всех благословением небесным. И Закхей показывает опыт веры и любви ко Господу; и Закхею явлен залог благословения – спасение. Веровать, братие, в Господа подобает и любить Его, и – надежда спасения тверда и несомненна пребудет. Тверда спасения надежда; ибо для чего Сын Отца небесного Единородный соделался сыном человеческим? Для чего Господь, сый сияние славы Отчи и образ ипостаси Его, принял зрак раба, если не для взыскания и спасения грешных? К чему направлены богосветлое Его учение, благотворнейшая Его жизнь и чудеса? К просвещению во тьме сидящих, к оживлению грехом умерщвленных. Что возвещает всей вселенной кровь Богочеловека, на кресте пролитая? – Ту беспредельную любовь, по коей Сын Божий Иисус Христос положил жизнь за живот мира. – Братия! Пришел Господь взыскать нас грешных своею благодатью, и ныне влечет всех и каждого из нас к Отцу Небесному: какую же жертву обязаны мы Ему приносить! Приходить к Нему с верою, прилепляться любовью, ходить пред Ним во свете жизнодательных заповедей Его. Аминь.

Беседа в неделю Мытаря и Фарисея

Лк.18:9–14

Евангельскою притчею о мытаре и фарисее похваляется боголюбезное смирение и охуждается богопротивная гордость, убедительно преподается наставление не превозноситься дарами благости Божией, т.е. ни отличными качествами ума и сердца, ни высокими познаниями и добродетелями, ни обильными благами земли; не презирать и не осуждать других, сколько бы они ни казались нам достойными презрения и осуждения.

Рече же (Иисус) и ко другим уповающим собою яко суть праведницы, и уничижающим прочих, притчу сию: человека два внидоста в церковь помолитися един фарисей, а другий мытарь (Лк.18:9–10). Фарисей, по словозначению, отделенный от прочих; а по мнению Иудеев, праведный; мытарь, по званию, собиратель податей, а по мнению Иудеев, грешный, вошли в церковь помолиться. Очень благое дело! Где лучше помолиться, как не в церкви, жилище Бога Живаго? И что лучше, как единодушная молитва? И праведный, и грешный вместе молятся: какое чудное зрелище, Господу Богу и Ангелам Его благоприятное! Так, братие, всем, и праведным, и грешным, должно ходить в церковь, во святой храм, сие видимое возлюбленное селение Господне: праведным, чтобы утверждаться в правде Божией, грешным, чтобы освятиться святостью Его. Всем надобно молиться дома и в храме о себе и о других; молиться так, как молился смиренный мытарь, а не так, как тщеславный фарисей.

Фарисей же став, сице в себе моляшеся: Боже! хвалу Тебе воздаю (Лк.18:11). Какое прекрасное начало молитвы! Ибо кого паче хвалить человеку должно, как не Бога, Творца и Промыслителя? Чьим именем краситься должна молитва, как не Божиим? Как благоугодны Богу и святым Его Ангелам те уста, кои наполняются хвалою Бога? Но какою хвалою? Искреннею, а не фарисейскою. Ибо что Фарисей исчисляет, хваля Бога устами? Не Божия высочайшие совершенства, но свои мнимые добродетели. Боже! хвалу Тебе воздаю: не за беспредельное величие существа Твоего, не за бесчисленные милости, кои всещедро ниспосланы от Тебя; но за то, что я не таков, каковы прочие люди: яко несмь, якоже прочии человецы, хищницы, неправедницы, прелюбодеи, или якоже сей мытарь. Пощуся двакраты в субботу, десятину даю всего, елико притяжу (Лк.18:11–12). Фарисей сперва указывает на пороки других, потом выставляет добродетели свои, или лучше, и устами, и взорами, и обличением мытаря обнаруживает свое безмерное, бесстыдное тщеславие. Таково свойство гордых и тщеславных – уничижать других, указывая на пороки их, а свои мнимые добродетели выставлять и хвалиться ими! Таковы и нынешнего века фарисеи! В очах брата видят сучец, а в себе бревна не видят, т.е. в ближнем видят и преследуют малые погрешности, а в себе извиняют тягчайшие преступления, даже не примечают их. Жалкое ослепление! Нет сомнения, что гордые иногда не предаются ни хищничеству тайному, ни грабительству явному, ни постыдному любодейству: но, быв гордыми, лучше ли они грабителей и любодеев? Гордые не мечтают ли восхитить славу у самого Бога? Не мечтают ли они взойти на небо, выше звезд поставить престол свой; быть подобными Вышнему (Ис.14:13–14)? Быв гордыми, лучше ли они любодеев? Не есть ли гордость духовное любодейство, гораздо худшее телесного? Братие! убоимся осуждать ближних и тайно, и явно. Полезнее нам осуждать самих себя, да избегнем вечного осуждения в геенну огненную. Отвергнем с презрением гордость и тщеславие: ибо чем нам гордиться? Разве безобразием души? Разве нечистотой сердца? Разве нечестием жизни? Если самолюбие наше говорит нам, что мы гораздо лучше других: то да будем внимательнейшими к самим себе и узрим при свете благой совести, что мы очень дурны, что мы хуже других или по тяжким грехам, или по непостоянному покаянию, или по законопреступной нераскаянности.

Бывает, что гордые кажутся добродетельными: постятся, молятся, делают приношения в церковь и в пользу служителей алтаря Господня, благотворят ближним, подобно тщеславному фарисею: пощуся двакраты в субботу; десятину даю всего, елико притяжу. Пощусь два раза в неделю, по обычаю отечественному: значит фарисей считал себя целомудренным; ибо пост есть отец целомудрия. Десятину даю не того только, что законом постановлено, но всего имения, елико притяжу: значит фарисей считал себя благотворительным. Но что значат добродетели, омраченные гордостью? Что молитва, пост, милостыня, богатое подаяние в церковь, когда они содеваются по одному тщеславию? Они подобны плодам, кои по виду прекрасны, а по вкусу очень горьки, гнилы. Братие! Если Бог поможет кому-либо из нас сделать какое-либо добро: да не спешит хвалиться оным пред человеками; лучше или в тайне сердца да воздает славу Благодателю Богу; или вместе со святою Церковью да возносит ко Господу благодарное хваление щедрот Его; особенно же, да повергает пред алтарем Господним мытаревы чувства и глас, чувства глубокого сокрушения о грехах и глас покаянный.

Мытарь же издалеча стоя, не хотяше ни очию возвести на небо, но бияше перси своя, глаголя: Боже! милостив буди мне грешнику (Лк.18:13). И место, какое Мытарь занимал в церкви, и вид наружный, какой имел, и слова, кои произнес из глубины сердца, показывали в мытаре глубокое смирение пред Богом и нелицемерное самоуничижение пред человеками. Мытарь стоял в удалении от алтаря, где святое святых находится. Далеко стоял от алтаря телом; но еще гораздо далее духом по чувству самоуничижения и недостоинства! Чему научает нас смиренный мытарь? – Глубоко чувствовать величие Божие и свое недостоинство, во храм входить со смирением духа и стоять в нем со благоговением, как на небе пред лицем самого Бога. Мытарь не смел возвести очей на небо ко свету неприступному, где обитает Господь, святых святейший; его очи устремлены не горе – к небу, но долу – к земле, этой стране пришельствия своего, этой юдоли плача и скорбей; его мысли и чувства обращены всецело на самого себя, на свои беззакония. Чему научает нас мытарь? – Пленять ум в послушание веры, при благоговейных размышлениях о Боге и вещах небесных; быть внимательными к своей душе, к ее расположениям и состояниям, к всему тому, что может омрачить ум, уязвить сердце, оковать чувства. Мытарь бил сильно в перси свои в знамение глубокого сердечного сокрушения о грехах. Это значит, что не одна душа должна подлежать за грехи суду и осуждению, но и тело, как орудие души. Это значит, что надобно изнурять тело за то, что оно воюет против духа; не только сокрушаться духом по сознанию грехопадений, но и тело порабощать духу молитвенным коленопреклонением, воздержанием, бдением и трудами.

Мытарь произнес молитву, достойную сокрушенного сердца: Боже! милостив буди мне грешнику. Он смотрел на себя без самообольщения; и что же видел в себе? – Грехи тяжкие. Чем могла исполниться при сем душа его? – Глубокою скорбью о согрешениях. Что от избытка сердца сокрушенного могли произнести и произнесли уста его? – Молитву смиренную, плод устен, исповедующих пред Богом и человеки свое недостоинство, свое сердечное сокрушение. Чего, братия, и нам грешным просить у Господа, как не милости? Ибо единою милостью Господнею покрываются грехи наши, сколько бы ни были тяжки и многочисленны. У кого просить, как не у человеколюбца Бога – Отца щедрот? Кому просить, как не тому, кто сознает себя грешнейшим паче прочих? С каким расположением сердца? – С чувством смиренной веры и твердого упования на благость Господню. И что же бывает плодом смиренной молитвы? То, что на смиренного грешника призирает Господь своим благоволением и ущедряет его дарами своей благости, как показывает притча. Сниде сей (мытарь) оправдан в дом свой паче онаго (фарисея) (Лк.18:14). Кающийся мытарь возвратился в дом свой к присным по плоти и духу и принес вожделенное дарование оправдания, а фарисей, хвалившийся мнимою своею правдою и осуждавший других, изнес из храма осуждение. Какой поучительный пример того, как гордость уничижается и как истинное смирение превозносится. Яко всяк возносяйся смирится; смиряяй же себе вознесется (Лк.18:14). Всяк возносяйся смирится. Господь гордым противится (Притч.3:34), и низлагает их, как врагов своей славы. Возгордился на небе единый из светлых Ангелов, и низвержен в бездну вечного мрака. Возмечтал первосозданный человек о чести быть Богу равным и изгнан из рая. Надменно вознес главу свою Навуходоносор, царь Вавилонский, и поражен рукою Вседержителевою. И ныне, братие, всяк возносящийся и тщеславящийся или мудростью, или святостью, или богатством, или крепостью, или знаменитостью рода, смирится, уничижится пред Богом и человеки, как фарисей. Смиряяй же себе вознесется, как мытарь. Смиренным же Господь дает благодать (Притч.3:34), ущедряет их не столько благами земными, сколько небесными; дарует им не столько скоропреходящую, сколько бессмертную славу, сокровище благодатного оправдания. Чадо! елико велик еси, толико смиряйся, учит мудрый Сирах, и пред Господем обрящеши благодать (Сир.3:18). Смиримся, братия, под крепкую руку Божию, да вознесет нас во благо время (1Пет.5:6). Аминь.

Беседа на Евангелие Марка (Мк.2:13–17)

Благодатное привлечение грешников к Богу совершается различными образами, особенно же внутренним озарением Св. Духа, священными тайнодействиями Православной Церкви и внешним словом Живаго Бога. На сие-то пришел с неба на землю Господь и Бог наш Иисус Христос; для сего-то Он и жил на земле и чудеса творил; к сему-то направлено было все небесное Его учение. Так, некогда Господь учил при мори, возвещая тайны Царствия Божия. Изыде паки к морю, и весь народ идяше к Нему и учаше их (Мк.2:13). Нельзя не видеть сколь привлекательно учение Его и сколь велика Его любовь. Учение Небесного Учителя так привлекательно, что народ всюду сопровождает Его! Так любвеобилен Господь, что везде преподает учение и во градех, и в пустынях. И в пустынях гремит жизнодательный глас Его. И изыде паки к морю, и весь народ идяше к Нему и учаше их. Спасителю не столько дорог свой покой, сколько спасение людей; Он охотно жертвует сладостью любезного Ему уединения спасению народа – открывая тайны царствия. Так, Братие, надобно жить для других и жертвовать благу их всем тем, что полезно, что любезно, что для нас драгоценно. Надобно учить и учиться, как можно и должно стяжавать спасение.

И мимогрядый виде Левию Алфеова, седяща на мытнице и глагола Ему: по Мне гряди. И возстав, в след Его иде (Мк.2:14). Так живо слово Живодавца! Так силен глас действующего вся во всех! Призывает Господь в Царствие Свое Левию Алфеова, иначе именуемого Матфея, и – сей беспрекословно повинуется. Видно, сердце Матфеево не было привязано ни к тому занятию, какое имел при пошлинном дворе, ни к тем выгодам, коими пользовался, ни к тому званию, в коем находился, ни к тем родным, с коими связан был крепкими узами. По гласу Господа-Сердцеведца Матфей встал, оставил все, несовместное с последованием Христу, и пошел за Ним.

Братие! Господь Иисус – тот же и для нас: Спаситель мира печется о спасении каждого из нас. Всемирный Учитель возвещает и ныне волю Отца Небесного, и ныне зовет всех и каждого – то силою Духа Своего, то гласом слова, письмени преданного, то гласом совести, за добро веселящей, за зло угрызающей, то гласом природы, неумолкно проповедующей Господа своего, то гласом благодеяний, то гласом скорбей и болезней. И ныне зовет Господь непрестанно в царство Свое: но приемлем ли мы глас Господень? не ожесточаем ли сердец своих? не отвращаем ли слуха своего от Его Божественных глаголов? Познаем, Братие, сколь сердца наши далеки от тех святых расположений, с коими святые души внимают гласу Господню, охотно последуют ему, и радостно творят то, что Господь им повелевает, и благодушно терпят то, что Господь на них посылает. Если еще есть в нас некие искры покаяния; если не угасло желание спасения: то и мы должны, по гласу Господню, восстать с одра беспечности и ходить в заповедях Его.

Возстав – иде. Что нужно последователю Иисуса Христа? Нужно оставить все то, что несовместно с служением, к коему он призывается, или что вредно духовному совершенству его. Нужно последователю Иисуса Христа оставить блага мира – дом и села, отца и матерь, братий и сестер; еще же отвергнуться самого себя – погубить душу свою имене ради Господня (Мф.19:29, 17:23). Что это значит? Возможно ли это? И возможно и необходимо. Позволительно ли пользоваться благами земли со благодарением и молитвою? Позволительно; Апостол говорит: вся ми лет суть, т.е. позволительно, но не вся на пользу (1Кор.10:23). Естественна ли любовь к самому себе? Естественна. Должно ли любить отца, матерь и всех присных? Должно: ибо сказано: возлюбиши ближняго твоего, яко сам себе (Мф.22:39) любишь. Что же заповедью о самоотвержении запрещается? Запрещается одна слепая, безрассудная, непомерная привязанность к благам земли, к присным нашим и себе самим, – такая привязанность, которая несовместна с беспредельною, всецелою любовью к Богу, вредна нашему спасению. Правда, есть чрезвычайные служения, для прохождения коих по гласу Господню, должно не только оставить все приятное, все любезное, но и пожертвовать жизнью. Таково было некогда служение Апостольское. Таково и ныне, подобное Апостольскому, служение тех, кои особенно призваны к проповеди слова Божия народам, чуждым истинного Боговедения. Таково звание воинов, в котором все оставляется для блага отечества и приносится жизнь в жертву – за Православную веру и Церковь, за Царя и отечество.

Возстав – иде. Шествие Матфеево за Христом означает деятельное упражнение в благочестии; благодушное перенесение всех скорбей, встречающихся на пути к Царствию небесному. Аще кто хощет по Мне ити, глаголет Господь, да отвержется себе, и возмет крест свой и по Мне грядет (Мф.16:24). Должно, Братие, отвергнуться себе, т.е. всего того, чем питается, растет и живет наше преступное самолюбие; должно взять крест свой, т.е. пригвоздив ко кресту плоть со страстьми и похотьми, воздержанием и подвигами покаяния, взять крест обязанностей христианских и крест скорбей необходимо нужных для очищения нашего, крест свой, т.е. соразмерный нашим силам. Надобно идти за Христом, т.е. деятельно исполнять учение Его; бодро подвизаться для славы имени Божия и блага ближних, внимательно пещися о спасении своем и благоугождении Начальнику и Совершителю спасения нашего. Надобно верою и любовью соединяться со Христом и в Нем утверждать все свои надежды, полагать все блаженство.

И бысть возлежащу Ему (Иисусу) в дому (Матфея), и мнози мытари и грешницы возлежаху со Иисусом и со учениками Его (Мк.2:15). Какая высокая вечеря! Какое торжество любви и благости! Какая отрада для нас грешных! С радостью призванный ко Христу Матфей учреждает трапезу – предлагает пищу и питие Иисусу и ученикам Его; Христос, как Господь, возлежит за трапезою; ученики окрест; мытари и грешники там же. Чудная трапеза! Она не одни тела, но и души насыщает: ибо Господь преподает млеко небесного учения, манну благодатной жизни всем совозлежащим, оживляет всех кающихся грешников обетованием отпущения грехов. Видите, Братие, колико благ Господь! Он не гнушается грешников, гнушаясь грехов их. Видите, каковы должны быть Христианские трапезы: питательны не столько для тела, сколько для души. И ныне на трапезе благодатной предлагает Господь Себя самого – Свое бессмертное тело и животворящую кровь в пищу и питие кающимся грешникам. Какой может быть драгоценнее залог Божественной любви? Ангелы не смеют воззреть на лице Господа: а мы окаяннейшие, по благости и человеколюбию Его, причащаемся нетленной пищи тела Его и животворящего пития крови Его. Какое может быть сильнейшее побуждение к благодарности и благоговению? Мы должны исчезать в живом ощущении щедрот Господних.

Сколь ни ясно обнаруживалась благость Господня в братолюбном Его обращении с грешниками: но Фарисеи порицают поведение Его; они говорят ученикам Иисуса: почто учитель ваш яст и пиет со грешники и мытари (Мк.2:16)? Это – голос зависти, нетерпящей добродетелей другого; это – чувство злобы, ищущей случая помрачить поведение другого. Уничижая поведение Учителя, Фарисеи думали уничижить учеников Его и поколебать их уважение к Нему. Хорошо ли, тайно говорили они, последовать тому, кто столь близкое общение имеет с мытарями и грешниками? Дабы с одной стороны обличить лицемерие Фарисеев, а с другой оправдать свое поведение и вместе преподать ученикам назидание, Господь дает удовлетворительный ответ. Кому нужен врач? Очевидно – больным: не требуют бо здравии врача, но болящии (Мк.2:17). Кого обязан посещать врач? Без сомнения, больных. поскольку же грешники суть больные по душе и телу: то кого особенно Небесный Врач обязан посещать? Грешников. С кем иметь ближайшее общение? С грешниками и мытарями. Не приидох бо призвати праведники, но грешники на покаяние (Мк.2:17). Не пришел Я призвать в Царствие небесное, говорил Господь, вас, Фарисеев, гордящихся мнимою правдою, но кающихся грешников и сокрушающихся – о согрешениях своих.

Почто предлагается тело и кровь Господня грешникам, говорят и ныне мнимые ревнители о славе Господней? Для того, что и тело Господне преломлено и кровь Его пролита во оставление грехов; для того, что смиренные грешники ближе к покаянию, и, следовательно, к Богу, нежели гордые праведники; для того, что Господь пришел на землю для привлечения грешников ко Отцу Небесному. Близость Господа к грешным служит знамением беспредельного Его человеколюбия и благости. Надобно только приступать к трапезе Господней с глубоким смирением, с сердечным сокрушением, с благоговейным умилением, да не в суд или осуждение будет нам причастие Святых Таин, но во исцеление душ и телес наших от язв греховных.

Так, Братие, Господь и ныне готов посетить нашу нищету, готов вселиться в душах наших, ежели будем притекать к Нему с живою верою, ходить во свете Его заповедей с искреннею любовью, приносить покаяние с сердечным сокрушением, чаять Его пришествия с отрадным упованием. Благо есть прилепляться Богу верою и любовью, полагать во Господе упование свое; благо есть очищать души и тела слезами искреннего покаяния! Аминь.

Беседа в неделю о блудном сыне

(Лк.15:15–24)

В Евангельской притче о блудном сыне, возвратившемся в дом отеческий, усматриваем мы, во-первых, образец того спасительного покаяния и искреннего исповедания, которое приносить должен обращающийся к Богу грешник; во-вторых, то беспредельное милосердие, с каковым Отец Небесный приемлет истинно кающегося грешника, как блудного сына, и с простодушною откровенностью исповедующего свои согрешения.

В себе же пришед (блудный сын) рече: колико наемником Отца моего избывают хлебы, аз же гладом гибну (Лк.15:17).

В лице блудного сына, возвратившегося в дом отеческий, познается грешник, своевольно от Бога отпадающий и к Богу обращающийся, когда луч благодати коснется сердца его. Под именем Отца разумеется милосердый Бог, как чадолюбивейший Отец, сияющий солнце благости на благих и злых.

Хлебы–это суть дары природы и благодати. Наемники – это суть те, кои служат Богу царствия ради небесного. Глад – это не глад хлеба, ни жажда воды, но лишение даров благодатных. Блудный сын, утомленный суетою, изнуренный гладом, обращает мысленный взор на самого себя – на свою душу и тело: и что же видит? С одной стороны, ту злосчастнейшую участь, коей он подвергся на стране чуждой, а с другой – тот блаженный жребий, коим в дому Отца его пользуются самые наемники. Видите, Братия, сколько позорно и мучительно состояние грешника в стране чуждой – в удалении от Бога, и сколь вожделенно пребывание в дому Отца небесного, пред лицем Его, в объятиях Его нежной любви. Видите, что обращение к самому себе от предметов суетности и развращения составляет первую степень покаяния: в себе же пришед. – Возстав иду ко Отцу моему и реку ему: Отче! согреших на небо и пред тобою; и уже несмь достоин нарещися сын твой; сотвори мя, яко единаго от наемник твоих (Лк.15:18–19). Вот вторая степень покаяния! От внимания к самому себе рождается в грешнике твердое намерение идти к Богу с сознанием грехопадения, исповедовать пред Ним свои преступления и умолять его благость о помиловании. Светлые мысли, благие чувствования, спасительная решимость! Возстав иду: к кому? Ко Отцу моему. Куда же лучше и идти, как не в дом отеческий? Чьи объятия скорее отверзутся для принятия сына возвращающегося, как не отеческие? Где лучше и что: в доме ли родительском вкушать чистые радости, или валяться в тине сластей и похотений? Без сомнения, лучше в отечественной стране вкушать чистые радости, нежели валяться в тине сластей и похотей, в стране дальней пасти свиней на поле, терпеть и зной и жажду, хлад и голод. И реку Ему: Отче! Что ты речешь пред Отцем нежнейшим? Станешь под разными предлогами извинять согрешения юности, слагать вину развращения своего на других, укорять Отца за безмерную снисходительность, за вручение части имения? Нет. Реку с сокрушением сердечным: Отче, согреших на небо и пред Тобою; скажу в слух неба и земли, что я, как презреннейший раб плоти, потерял сыновние чувства, и потому мне не прилично носить любезное наименование сына – несмь достоин нарещися сын Твой: буду умолять благость Его не о возвращении в прежнее достояние отеческой любви, но об одном снисходительном принятии в число рабов и наемников в доме его: сотвори мя, яко единаго от наемник твоих. Братия! не бойтесь возвращаться ко Отцу небесному из страны дальней, – из страны греха; двери его милосердия отверсты. Не стыдитесь исповедать пред Отцом небесным и служителем таин Его грехи свои с сердцем сокрушенным и духом смиренным. Для язв души вашей готов целебный бальзам – слово утешения, лобзание любви. И возстав иде ко Отцу своему (Лк.15:20). Шествие блудного сына ко Отцу выражает деятельное обращение грешника к Богу и составляет третью степень покаяния. Кающемуся грешнику недовольно – восчувствовать гнусность греха, возжелать обратиться на путь добродетели; не довольно сказать: я готов принести покаяние; но надобно принести плоды достойные покаяния, показать преспеяние в правде и добродетели. Надобно восстать с одра беспечности и идти путем заповедей и оправданий Господних; стезею скорбей его. Возстав иде ко Отцу, не озираясь на страну беззакония, как жена Лотова; возстав иде – не останавливаясь теми затруднениями, кои случаются хотящим благочестно жить; возстав иде – и умом и сердцем приближаясь ко Господу; приближаясь не пременением места, но изменением помышлений, желаний, чувствий и всей жизни. Блудный сын пришел в дом отеческий; принес искреннейшее раскаяние; обрел то, чего не чаял; приял то, чего не просил – сокровище отеческой любви. Возстанем и мы, Братие, от одра беспечности; восстанем скоро, и идем, не озираясь на прежние суеты века, не ослабевая в подвиге добродетели, устремляя и ум, и сердце, и тело на благоделание.

Еще же ему далече сущу, узре его Отец его и мил ему бысть; и тек нападе на выю его и облобыза его (Лк.15:20). Видите, Братия, колико Господь готов по благоутробию своему ко приятию истинно-кающегося грешника. Еще грешник на пути обращения, еще далек от дому отеческого, далек от совершенства, а Отец небесный призирает на него с высоты славы своей, преклоняется к нему любовью и являет знамения любви – падая на выю его и лобзая его. Коль велико человеколюбие Божие! Видит Господь грешника и тогда, когда он утопает в беззакониях, когда спеет путь нечестия его, но видит со гневом, скорбью, негодованием. Но с каким светло-радостным лицом взирает на него, когда он, оставив страну нечестия, возвращается в дом отеческий? Неожиданное снисхождение Отца к блудному сыну ободрило сего несчастливца. Сего ли ожидал блудный сын? Не должно ли было подвергнуться упрекам колико праведным, толико строгим: где ты был? На что расточил имение? Зачем так своевольно поступил? За чем оскорбил так жестоко Отца, который нежно любил тебя и часть имения тебе вручил? Вот чего ожидать долженствовал блудный сын! Нет, Братия, Отец небесный так милосерд, что и не воспоминает того, что может огорчить растерзанное сердце грешника; за радость забывает скорбь и вместо того, чтобы жезлом отеческого наказания поразить преступника воли Его, являет знаки Отеческой любви кающемуся блудному сыну. – Не равнодушен был кающийся блудный сын к знамениям Отеческой любви. Отеческое снисхождение потрясло его сердце и – он вопиет: Отче! согреших на небо и пред тобою и уже несмь достоин нарещися сын Твой (Лк.15:21). Согрешил на небо, т.е. пред Богом, живущим на нем и Ангелами Его; согрешил на небо, для коего создан, привязанностью к земле и земному. Согрешил пред Тобою, – как нежнейшим Отцом моим, уязвив сердце твое стрелами нечестия моего и развращения. Согрешил пред Тобою, своевольно расточив врученную часть имения. Я столько виновен пред Тобою, что недостоин не только драгоценной любви Отеческой, но и вожделенного наименования сына и – уже несмь достоин нарещися сын Твой. Я столько виновен пред самим собою – погубив душу и тело распутною жизнью, что не могу воззреть на себя без горчайших слез, помыслить о себе без сердечного сокрушения. Так взывал к Отцу своему кающийся блудный сын! Так взывает и должен взывать каждый кающийся грешник ко Отцу небесному.

Познайте, Братие, с каким беспристрастием надобно судить и осуждать себя, с каким искренним сокрушением должно исповедовать все грехи свои не только в тайне совести – пред Богом, но и пред служителем алтаря Господня, как исповедал пред Отцом своим блудный сын. – Что же Отец чадолюбивый? Рече же Отец к рабом своим: изнесите одежду первую, и облецыте его и дадите перстень на руку его и сапоги на нозе его, и приведше телец упитанный заколите и ядше веселимся (Лк.15:22). Рабы – это суть Ангелы и Священнослужители алтаря Господня. Одежда первая – это та риза невинности, в которую при св. крещении облекаемся. Перстень – это дары Духа Святого – залог всыновления и наследия вечного. Сапоги – это сила и крепость – ходить в заповедях Господних. Телец – это Христос, закланный за грехи всего мира, и насыщающий души наши телом и кровью своею. – Познайте, Братия, из сего, коликие блага дарует Отец небесный истинно-кающимся? Не только прощает грехи, содеянные ими, но делает их святыми и праведными, не только забывает оскорбления, Ему нанесенные, но ущедряет дарами своего Божественного Духа; насыщая животворящею манною тела Единородного Сына и напаяя кровью Его, сообщает веселие и крепость к твердому хождению в Заповедях и оправданиях Его. Не только не укоряет за грехи; но предается неизреченной радости и на торжество сие призывает Ангелов и всех блаженных небожителей. И ядше веселимся, яко сын мой сей мертв бе и оживе: изгибл бе и обретеся, и начаша веселитися (Лк.15:24). Это служит изображением высокого торжества на небе о грешнике кающемся. Состояние греха есть состояние смерти. Оброцы греха – смерть (Рим.6:23), учит Апостол Павел. По сему и отложение греха есть не иное что, как воскресение в жизнь духовную, благодатную: И – если радостно и чудно воскресение по телу: то не паче ли должно быть и есть радостно и чудно воскресение по душе – обращение к Богу? Обращение грешника истинное на путь истины радостно для Бога, иже всем человеком хощет спастися и в разум истины приити (1Тим.2:4); радостно – для Ангелов, кои все, как служебные силы, посылаются на служение хотящим спастись; радостно для блаженных небожителей и для всех Святых подвижников царствия, кои, как братия по духу веры, и как сонаследники царствия, не могут не иметь живого участия в блаженстве братий своих; радостно – для самого грешника: ибо что восхитительнее, как из страны чуждой возвратиться в дом отеческий, прейти из области тьмы во свет, от смерти к жизни, избавиться геенны и приблизиться к невещественному Солнцу? И начаша веселитися – Отец небесный, Святые Ангелы, блаженные небожители и сам кающийся сын. Так о едином грешнике кающемся бывает велия радость на небеси (Лк.15:10)! Велия радость: ибо беспредельно-благ Бог. Велия радость: ибо беспредельно-великая цена дана за избавление человеков от греха и смерти – цена крови Богочеловека. Велия радость: ибо сколь велико то бедствие, коего освобождается кающийся грешник, того ни язык изрещи, ни ум человеческий представить не могут. – И чем готовее Господь ко приятию грешников кающихся: тем с большим дерзновением спешить должно к покаянию, покаянию нелицемерному, твердому, благоугодному Господеви и нам спасительному. Не должно отлагать покаяние: ибо неведаем, что породит грядущий день (Притч.27:1). Не должно отчаиваться в покаянии: ибо многомилостив Господь. Не должно быть и равнодушными в покаянии: ибо сердечная, глубокая токмо печаль яже по Бозе, покаяние нераскаянно соделовает во спасение (2Кор.7:10). Аминь.

Беседа в неделю Мясопустную: О Страшном Суде Божием

Бог Христианский есть Бог не только беспредельно-милосердый, но и беспредельно праведный. В Нем милость и истина сретаются, правда и мир лобызаются (Пс.84:11). Его благость яснейшим образом явлена в кротком пришествии Сына Божия в мир для спасения мира; Его правда имеет в полной мере открыться во втором грозном пришествии Богочеловека судить всему миру.

Пришествие Христово на всемирный суд живых и мертвых, сколько ни сокровенно от взоров ума нашего, тем не менее вожделенно и несомненно – для чаяния сердца нашего. Се гряду скоро и мзда моя со мною воздати комуждо по делом его (Откр.22:12), извествует Тайновидец. Егда же приидет Сын человеческий во славе своей, и вси святии Ангели с Ним: тогда сядет на престоле славы своея (Мф.25:31), вещает Евангелист. Спрашивали некогда Господа ученики Его: Господи! аще в лето сие устроеши Царствие Израилево? Рече же Господь к ним: несть ваше разумети времена и лета, яже Отец положи во своей власти (Деян.1:6–7). Не наше дело – испытывать, когда приидет Господь судить живых и мертвых. Наше дело – чаять пришествия Господня и готовиться ко сретению Его со светильниками веры и елеем любви. Для чего сокрыт день пришествия Господня на всемирный суд? Да соделаемся и будем бдительнейшими в подвигах веры, упования и молитвы. Бдите и молитеся, да не внидете в напасть (Мф.26:41). Бдите яко не весте ни дне, ни часа, в онь же Сын Человеческий приидет (Мф.25:13). Приидет Сын Человеческий, как Бог, во славе Божества, окруженный тьмами Ангелов святых – премирных служителей славы Его, и, как Царь царствующих и Господь господствующих, сядет на вечном престоле славы Своея. Второе Христово пришествие в мир имеет быть славное и велелепное; славное – по отношению к Божественному лицу Его; славное – по отношению к ходатайственному Его служению; славное – по отношению к богосветлому сонму святых Ангелов; славное – по отношению к великому и страшному суду всего мира. И чем славнее явление Богочеловека на всемирный суд; тем страшнее человекам – стать пред лице праведнейшего Судии. Чем страшнее грядущий суд; тем с благоговейнейшим чувством надобно готовиться к оному.

И соберутся пред Ним вси язы́цы (Мф.25:32). – Для чего соберутся пред лице Судии все языки и племена и как? Соберутся, дабы дать отчет пред Ним в делах, словах, помышлениях, желаниях и чувствиях. Всем нам подобает явитися пред судилишем Христовом, да приимет кийждо, яже с телом содела или блага или зла (2Кор.5:10). Как соберутся? По гласу Господню. Мертвые восстанут из гробов, а живые изменившиеся восхищены будут на облацех, на воздухе в сретение Господне (1Фес.4:16–17). Так сильно слово Всесильного! Так велика слава Господа славы! Таков последний жребий живых и мертвых!

Судия на престоле; Ангелы окрест престола; живые и мертвые пред престолом; открывается суд правды. И что же Седящий на престоле сотворит? По всеведению своему разлучит жезлом Божественного слова добрых от злых. И разлучит их друг от друга, яко же пастырь разлучает овцы от козлищ, и поставит овцы одесную себе, а козлища ошуюю (Мф.25:32–33). Вот высокое действие суда Божия – разлучение праведных и грешных и поставление праведных на правой стороне престола, а грешных на левой! Видите ли, братия, что весь род человеческий подобен стаду, имущему овец и козлищ? Добрый Пастырь сего всемирного стада есть Господь Иисус Христос. Овцы, – это суть праведники – за кротость и смирение; козлища – это суть грешники – за непостоянство и нечистую жизнь. Разлучит Господь друг от друга, добрых от злых. Еще в сей жизни бывает разлучение добрых от злых не столько приметное, сколько приметно и разительно то будет во второе пришествие Христово. Не приидох воврещи, говорит Спаситель, на землю мир, но меч (Мф.10:34), разлучающий верных от неверных, добрых от злых. В последний же день всемирного суда последует разлучение праведных и грешных на всю вечность. Отрадно стать на правой стороне престола Господня: ибо стояние сие будет для праведных зарею воссияющего им блаженства. – Страшно стать на левой: ибо это будет знаком, какая злосчастная участь ожидает нераскаянных грешников. Господи! сподоби нас, по беспредельному милосердию Твоему, стать одесную Тебе! Даруй нам благодать услышать радостные глаголы Божественные любви, кои изречешь Ты сущим одесную Тебе. Тогда речет Царь сущим одесную Его: приидите благословеннии Отца Моего, наследуйте уготованное вам царствие от сложения мира (Мф.25:34). Приидите, любезнейшие Отцу Моему и Мне; приидите достойно подвизавшиеся на поприще веры и благочестия; приидите, дорого ценившие любовь и благоволение Отца небесного и стяжавшие сие неоцененное сокровище; приидите – наследуйте уготованное вам царствие от сложения мира. Благословенные, – какое сладчайшее наименование! Наследие царствия небесного, – какое возвышенное достояние! Как славно и чудно царство Христово! Члены сего царства не наемники, кои Господу угодить стараются токмо ради наград; не рабы, кои избегают зла по одному страху наказаний; но сынове света, кои возрождены благодатью Духа Святого, кои водятся любовью чистою и святою. Они суть не только сыны Вышнего, но цари и священники (Откр.1:6). Цари, ибо господствуют над страстями; священники, ибо всегда приносят Богу жертву хвалы и благодарения. Царство Христово несть брашно и питие, но правда и мир и радость о Дусе Святе (Рим.14:17). Оно называется уготованным от сложения мира, т.е. от вечности. Еще прежде сложения видимого мира Отец небесный предопределил, по совету воли своей, спасти человеков чрез Единородного Сына и в Нем явить всю полноту бесконечной любви своей. Явлена любовь Отца небесного в лице Сына Его, вознесенного на крест за грехи мира: отверсто небо Крестом, как ключом царствия небесного; дарованы все небесные сокровища ради заслуг Иисуса Христа, ради страданий и смерти Его. Велики и неизреченны блага царствия небесного! Кому же принадлежат сии блага? Праведникам, т.е. оправданным по вере во Иисуса Христа, – вере живой, любовью споспешествуемой. Видите, братие, что веровать в Господа Иисуса Христа подобает и хранить заповеди Его – заповеди любви и милосердия: ибо чем особенно заслуживают праведники благоволение Царя небесного? Благотворительностью. Вы, скажет Он, нагого одели, жаждущего напоили, алчущего напитали, странного ввели в дом, больному послужили, заключенного в темнице, ради имени Моего, посетили и утешили (Мф.25:35–40). Вот, чем стяжали вы право на наследие царствия небесного. Вот за что должен Я вас наградить! Понеже бо сотвористе единому сих братий моих меньших, Мне сотвористе (Мф.25:40). Дорога милостыня по телу: но гораздо дороже по душе. Сколько душа выше тела: столько дороже – одеть ближнего в ризу чистоты и веселия, напитать хлебом живоносного учения, напоить водою благодати, ввести в дом покаяния и целомудрия, светом добродетельной жизни озарить сидящего во тьме неведения, утешить страждущего ради имени Христова обетованием грядущих благ. Братие! кому дорого царствие небесное, да будет милостив ко всем, паче же к присным в вере. Блаженни бо милостивии: яко тии помилованы будут от Всемилостивого (Мф.5:7).

А немилостивые? А нераскаянные грешники? О, беспредельно-злополучны! Ибо что им скажет Царь? Отидите от Мене проклятии во огнь вечный, уготованный диаволу и ангелом его (Мф.25:41). За что столь тяжкое осуждение? За немилость к ближним своим, бедным, меньшим братиям Христовым. Понеже не сотвористе единому сих меньших, ни Мне сотвористе (Мф.25:45). Злополучие грешников составит – удаление от лица Божия присноблаженного: отидите от Мене; горестное наименование – проклятии, т.е. заслужившие своеволием своим гнев Божий и отвержение от лица Его; местопребывание – огнь геенский, который жжет, а не светит, который вечен – во огнь вечный; общение с диаволом – духом темным и злым и его слугами – уготованный диаволу за гордость и нераскаянность, и ангелом его, кои подражают ему в гордости и нераскаянности.

Братие! достояние праведных – Бог и рай; достояние нераскаянных грешников – князь бесовский, противник Божии, и ад. Для праведных – присноживотный, неизреченный свет и радость; для грешных – непроницаемый мрак и безотрадная вечная скорбь. Побдим, как мудрые Евангельские девы, дабы сретить Господа со светильниками живой веры и с елеем братолюбного милосердия. Попечемся, доколе время благоприятно есть, доколе сияет день спасения, при благодати Господа нашего, соделаться причастниками райских наслаждений и избегнуть вечных адских мучений. Аминь.

Источник:
Воскресные беседы / Произнес. Илиодором, архиеп. Курским и Белоградским. - СПб.: Тип. Фишера, 1847. - 257 с.

Социальные медиа