праведный Иоанн Кронштадтский (Сергиев)

Июнь

6 июня, воскресенье Третьей недели по Пятидесятнице. Благодарю Тя, Господи, яко легко и скоро даровал еси мне составить поучение и произнести его в храме, и литургию совершить с силою, и причаститься в мир душевных сил и во оставление грехов. Помогай мне присно, Спасе мой, славы ради имени Твоего, Господи! Литургия есть непрестанная, велелепная слава Твоя, проповедующая Твою беспредельную к нам любовь, снисхождение, долготерпение, милосердие, правду Твою. Господи! Научи мя достойно совершать ее.

Для чего и тебя Господь воздвиг на высоту священства из простого сословия, звания (дьячковского)? Да сохранив простоту звания в этом [сане], да испытав сам бедность, отличаешься простосердечием и верою на этом высоком поприще, и сочувствуешь нищете и бедности, и да по силе своей благотворишь ей. Ибо где живет простота веры? В простом классе народа – в поселянах, земледельцах.

Дух сластолюбия и чревоугодия господствует и тиранствует ныне над людьми и происходящий от него дух гордыни, презрения, зависти, любостяжания, скупости, грубости, лености, нечувствия, неблагодарности; этот дух презирает ближнего за его грубое лицо, грубую одежду, грубую речь и удивляется красивому лицу, нарядной одежде, образованной речи, хотя бы она была одно пустое краснословие или празднословие. Бороться надо с ним всемерно чрез воздержание или и удаление от сластей, и особенно пресного, вожделенного пшеничного печения.

Вожделенным хлеб называется потому, что он по причине особенной приятности с жадностью употребляется, и потому, что производит в плоти вожделение, разжжение.

О, как беснуется сластолюбием плоть моя! Очень сладкое блюдо сделала жена, и есть не хочу по злобе, зависти и скупости, предлагая ту причину, что блюдо сделано очень сладко, между тем как жалею большого расходования сластей, завидую сладкоядущим и озлобляюсь на жену, по опрометчивости вложившей в блюдо много сахару. Но Бог наш есть Бог сладости, и Он все сладости создал для человека, любезнейшего Своего создания, образа и подобия славы Его. Веселись же, когда сладости Божии (из твоих, так сказать, рук) вкушают любезные создания Божии, а не печалься и не завидуй им; не будь ни мало пристрастен к этим сладостям, зная, что они тот же прах, что и прах земной. Презирай плоть, уважай душу, дух. Будь равнодушен, холоден к сластям и вообще ко всем земным благам, да будешь горяч ко Господу и к ближнему. Враг моего спасения ничем столь не вредит мне, как тем, что подущает меня любить сласти, ибо чрез них ввергает меня непрестанно во вражду с ближним.

Права человека, образа Божия, права матери уважай в своей родительнице неизменно.

Нищие просят благословения и целуют руку – озлобляюсь: зачем целуют; благородные и богатые не просят благословения или получают благословение и не целуют руки – опять озлобляюсь: зачем не целуют; о безумная, злая, окаянная моя плоть! Как ты играешь мною ужасно! Или опять: красивым лицом прельщаюсь, некрасивого отвращаюсь, к нежному чувствую влечение, к грубому – отвращение, или опять: сладкими яствами и напитками прельщаюсь, жалею их для ближних, а от других желаю, чтобы не прельщались, были к ним равнодушны и не жалели для меня или для кого другого; сам жалею денег давать другим, принимать – охотно принимаю и хочу, чтоб другие щедро меня награждали за мои малые труды. К богатым ласков, подобострастен – к бедным груб, впрочем, иногда и к ним ласков по Божией благодати; к гостям, особенно часто ко мне приходящим, неласков, угрюм – когда сам бываю у других, хочу, чтоб со мною были ласковы, любезны и раскаиваюсь в своей грубости к своим гостям, видя ласку ко мне других. Я и горд и смирен, и зол и добр, и блудник и целомудренный, я жадный и воздержник, и хульник и славитель, и любостяжательный и расточитель, и ленивый и прилежный, и маловер и верующий. Я исполнен противоречий странных, чудовищных. Я доброжелатель и злорадник, я лукавец и простец, я зверь и ягненок, я трус и храбрец. Но утверди мя, Спасе мой, в вере, надежде и любви и непоколебимым соделай меня в добродетели.

Нищему, часто просящему у тебя милостыни, то есть ежедневно, подавай так, как бы ты ежедневно в первый раз подавал ему – с такою охотою. Ибо тебе Господь подает ежедневно так, как бы в первый день в первый раз, нимало не тяготясь тобою, хотя ты и не достоин Его милостей.

Когда наскучишь ты служить ближним, нищим, больным и прочим, скажи себе: раб Божий! ты еще не положил душу свою за други своя, еще ничтожны твои дела!

Что получил книжное, светское образование да надел на себя студенческий сюртук или чиновнический мундир – так и вообразил себе, что он стал иной человек, как бы другой природы, чем необразованные и грубые простецы, за божество какое-то сравнительно с ними считает себя, – ничего не бывало: ты тот же окаянный грешник, тот же подверженный бесчестным страстям человек, тот же немощный смертный, как и все твои собратья, тот же нищий и еще горший настоящих нищих по душе своей, ибо ты горд, надменен, раздражителен, зол, завистлив, любостяжателен и пр. Или вот эта женщина надела на себя шелковое или бархатное платье, налепила на себя множество золота да камней драгоценных – и воображает себе, что она едва не царица, что никто с ней не равняйся, что она не подобное другим, особенно нищим оборванцам, существо. Ничего не бывало: ты горшая всех, окаянная грешница, ибо поставляешь украшение свое не в вере, надежде и любви, не в добродетелях христианских, не во Христе, не в усыновлении Отцу Небесному и сообразной с сыновством жизни, не во внутренних доблестях, а в пустом, внешнем, тленном блеске, в украшении плоти, которая есть тлен и гной, не в милосердии к ближним, ибо ты самолюбива и жестокосерда, как твое злато, и всё достояние, все доходы свои, жалование мужа своего издерживаешь на себя, на эти одежды, на стол, который у тебя изыскан, ибо ты по изнеженности чуждаешься простой пищи. Посмотри на себя истинными очами, сбрось личину, оттряси суету, возлюби истину. Не только по имени, но и по делу будь христианином и христианкою; будь смирен, воздержен, прост во всем. Если же нет – суд без милости будет тебе на том Страшном Суде.

Любить Бога всем сердцем значит: 1) всею душою ненавидеть грех (не грешника) и всеми возможными способами (особенно указанными Церковью – постом, бдением, молитвою) искоренять его в себе и в других. Какой грех ненавидеть? – Всякий: гордость, злобу, зависть, непокорность, чревоугодие и лакомство, пиянство, блуд и всякую нечистоту, любостяжание, сребролюбие, щегольство, праздность и леность, тунеядство, страсть к гулянью; любить Бога всем сердцем значит 2) всею душою любить всякую добродетель и стремиться исполнить все добродетели, именно: насадить и укоренить в себе веру, надежду, любовь, кротость, смирение, незлобие, послушание и покорность властям, доброжелательство, воздержание, целомудрие, нестяжательность, довольство малым, преданность воле Божией, простоту в одежде и во всем домашнем убранстве, трудолюбие, усидчивость дома в занятиях богомыслием, чтением слова Божия и писаний святых отец, молитвою.

Смотри благими и простыми, а не злыми и лукавыми глазами на слова и действия людей, особенно близких к тебе по службе, родству, знакомству. А то иногда на одну точку, поставленную не по нашему желанию другими, мы озлобляемся на поставившего ее и говорим в себе: что он указывает нам, учит нас в такой безделице?

Мы занимаемся истреблением своих страстей слегка, иногда, а не во всякое время, в другой раз тешим их, вместо того чтобы истреблять их непрестанно, нещадно. Мы занимаемся больше суетными делами телесными – что ямы и пиемы, чим одеждемся, в чем, каком доме, квартире жить будем, где гулять станем и пр. Оттого страсти нами оставляются без внимания, всё растут и растут и под раз славную баню нам зададут.

Беснуясь страстями – скупостью, жадностью, завистью, гордостью, злобою, любостяжанием, непокорством, леностью, ропотом, блудом и прочими страстями, ты хочешь жить, окаянная плоть моя, дьявольская раба, но тебя надо умертвить: усмиряю и порабощаю тело мое (1Кор. 9, 27), – распять тебя надо: те, которые Христовы, распяли плоть со страстями и похотями [Гал. 5, 24].

Мы – одно, вот что я должен мыслить непрестанно в сердце.

Господи! Благодарю Тебя, яко сподобил еси мя непреткновенно совершите литургию и причаститися в мир и дерзновение, легкость и пространство. Благодарю Тебя, яко в классе даровал еси мне также свободу, дерзновение, слово и державно избавил меня от нечистоты помысла блудного и не допустил ему по вере в Тебя и усердию моему войти в сердце мое.

Когда по приходе к тебе частых гостей будешь возмущаться духом и озлобляться на них, тогда эту злобу обрати от них на себя и скажи себе: это действует во мне, беснуется, мучит меня моя жадность; я должен возненавидеть мою жадность, а не ближних – их я должен неизменно любить, как себя.

Священник, имея нетленное, небесное духовное брашно – Плоть и Кровь Христову презирает тленные брашна и напитки, за сор и помои их вменяет, подобно Алексию, человеку Божию; равно, имея нетленное одеяние – Христа, презирает тленные одежды: он надеется получить вечную, светлую одежду славы.

Туне сам всё получая в изобилии – не жалей давать туне и другим.

Обидимого Бог вознаградит. Если тебя обижают знакомые, как ты думаешь, частым к тебе хождением, ядением и питием у тебя, не огорчайся на них, но любезно принимай их как члены Христовы, и Господь вознаградит тебя, ибо Он благ, щедр, ведущ, праведен, всесилен. В нюже меру меришь, возмерит тебе. Только держись любви. Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это все приложится вам [Мф. 6, 33]. Мы яримся на ближних из-за сластей, потому что сласти любезнее нам ближних, они – наши идолы. Но Бог – Питатель наш. Если Он даровал нам в пищу и питие Плоть и Кровь Сына Своего возлюбленного, это животворящее и пресладкое брашно, то не даст ли маловажное – обыкновенную пищу и питье? И когда же Он не давал? Когда мы были голодны и не имели ничего, хотя на один день? Не были ли мы всегда с избытком сыты? Не были ли всегда одеты с некоторою роскошью? Зачем же беспокоимся и после того, как щедроты Божии столько раз нами испытаны? Когда Господь непрестанно и неизменно промышляет о нас, верный Своему слову: Ибо Сам сказал: не оставлю тебя и не покину тебя [Евр. 13, 5]?

Христос входит и царствует в нас как любовь, например, к ближним – к нищим, к гостям, к домашним, вообще к людям; дьявол – как злоба, раздражительность, зависть, скупость и пр.

Пища обыкновенная – тление духа и тела (тлен); пища духовная – жизнь духа и тела.

Чрез благословение именем Господним людей Божиих распространяй благословение Отца Небесного на них. Благословенные Отца Моего [Мф. 25, 34].

Презирать в себе всякий грех, ни во что вменять, безумством, сумасшествием считать, ни на минуту не обольщаться и не следовать ему.

Одно сердце и одна душа мы все должны быть.

Один Христос для меня нужен, Он один – жизнь моя.

Превелелепный Господи Иисусе Христе! Благодарю Тебя, яко вчера и сегодня избавил мя еси от лютых скор- бей души и тела чрез причащение Божественных Твоих Тайн, и умиротворил еси мене, и облегчил, и возвеселил. Славлю Твою благость, премудрость, всемогущество. Но просвещай, Спасе, мысленные очи сердца моего и освобождай меня от страстей.

Бойся презирать кого-либо из людей, ибо человеческое естество в лице Богочеловека Христа обожено, и презирающий человека, даже за грех или за простоту и грубость, презирает вместе и Богочеловека, взявшего грехи мира и распявшего плоть Свою за нас. Да и грешника презирать не должно, а только грехи его или презирать грешника только нераскаянного, неверующего, богохульника, человеконенавистника.

Любовь всепобеждающа, любовью можно достигнуть всего доброго, то есть долготерпением, кротостью, милосердием и пр.

Господи! Сколь велики Твои ко мне милости, изречь моим слабым умом и бренным языком невозможно. О, какие чудеса силы совершаешь Ты во мне страшным и славным именем Твоим, прогоняя демонов, отъемля страсти, погашая пламень геенский, возжигаемый ими в существе моем! Так вот Ты ныне удивил на мне милость Твою, изъяв меня из челюсти адского змия, пожершего было меня злобою своею. Благодарю и славлю благость Твою, Господи Иисусе!

Благодарю Тебя, Господи, яко сподобил мя еси причаститися пречистых и животворящих Твоих Тайн во время литургии в мир душевных моих сил. Утверди сие, еже соделал еси во мне.

Христос Господь для всего довлеет64 мне.

Плоть говорит о людях, сочеловеках: этот чужой, этот не свой, зачем он ко мне пришел, зачем у меня гостит, или: зачем он у меня просит, за что я стану ему подавать милостыню или другое что, – а вера, или новый человек, новая во Христе тварь, говорит: все люди свои, как от одного Бога и от единой крови происшедшие, все одинаково по образу Божию сотворенные; христиане же – сугубо, вдвойне свои, как едино тело и един дух [Еф. 4, 4], ибо все – члены Церкви Христовой или духовного тела Его, овцы словесного стада Его, под вечным Его пастыреначальничеством и водительством, все – чада Божии во Христе, все соединены чрез Христа Бога с Богом, все крещены в одной купели по одинаковому обряду во имя Отца и Сына и Святого Духа, все приобщаются из одной Чаши и все обожаются, все ожидают единого отечества вечного под единым отеческим покровом и при исполнении всех единым Богом. Итак, все должны жить во взаимном согласии и любви и никого не должны отревать от себя напрасно, например из-за денег, из-за пищи и питья, из-за одежды, из-за жилища или другого чего; должны друг другу оказывать помощь и содействие, друг друга всегда уважать, назидать, вразумлять, а где и когда нужно и наказывать с кротостью и любовью, молиться друг за друга Богу, о духовенстве, о совершенстве своем и ближних своих, пещись и о славе Божией в них и чрез них, по Писанию: да святится имя Твое [Мф. 6, 9], или: яко да добродетели возвестите Того, Кто призвал их из тмы... в чудный Свой свет (1Пет. 2, 9). Едино тело, един дух [Еф. 4, 4]. Ближние наши, как и мы, члены Христовы, уды от тела и от костей Его, и Он – Глава нам, непрестанно о всех промышляет, всех исполняет Своею благодатью, Своим спасением, миром, радостью, светом (то есть готовых принять всё это), всем всё, и вещественные блага, подает: пищу, питье, одежду, воздух, свет, теплоту, все чистые наслаждения жизни. Господь близко. Не заботьтесь ни о чем [Флп. 4, 5 – 6]. Ибо Сам сказал: не оставлю тебя и не покину тебя [Евр. 13, 5].

Если бы ты любил ближнего, как себя, твердо, не надо было бы тебе писать этого множества книг, ибо весь закон во едином словеси исполняется: во еже65 возлюбити искреннего твоего, яко сам себе [Мф. 22, 39]. Смотри на ближних как на пальцы своей руки, которые ты бережешь всегда и не попускаешь, чтобы они болели или чтобы кто по ним бил, их резал или как-нибудь иначе досаждал им. Дары Божии вещественные, обще всем данные прещедрым Отцом Небесным, разделяй с любовью людям и обращай в повод и доказательство любви своей к ним, а не жалей их, не трясись над ними, с жадностью держа их у себя и для себя только: это дьявольское учение, дьявольский навык и обычай многих и твой. Так, богатые люди имеют много всего и жалеют нескольких копеек или рублей для бедных.

Не надейся на богатство погибающее, на деньги, пищу и питье, сласти, одежды, но на Бога жива, дающего нам всё обильно в наслаждение (1Тим. 6, 17). Не скупись давать и расточать с благоразумием: неверующий в даянии видит одну пустую трату и потерю своего благосостояния, а верующий в даянии видит приобретение и верный залог своего благосостояния, ибо рука дающего не оскудевает.

Ты ecи всякому благу Промысленник и Податель, говорится в молитве утренней о Духе Святом. Чего же нам беспокоиться? Как соединенные с Богом, да жительствуем в любви, ибо Бог есть любовь (1Ин. 4, 8).

Весь я в щедротах всеблагого Бога: Он непрестанно очищает беззакония мои и после частой смерти духовной снова жизнью дарит, миром, свободою, легкостью, пространством, измывает и убеляет душу мою Телом и Кровью Своею, питает и животворит ее, просвещает ее, пути живота непрестанно указует ей, солнцем освещает меня (о, сколько солнце освещало меня ежедневно, сколько часов, минут), воздухом освежает, наполняет внутренности мои, питием жажду утоляет и пр.

Не презирай ближнего, а презирай дьявола, внушающего презрение к ближнему и научающего человека многоразличному злу, многоразличным грехам и пленяющего род человеческий страстями житейскими.

Не ближнего ненавидь, а дьявола, внушающего ненависть к ближнему, которого по заповеди Бога нашего мы должны любить так, как себя, – дьявола, который влагает в сердце жало ненависти и наущает и подстрекает оскорблять, обижать его, делать ему зло и вред.

Презирай и ненавидь своего ветхого человека, научившегося от дьявола презирать и ненавидеть человека.

Даруй мне, Господи, благодать Твою, милующую, очищающую, просвещающую, укрепляющую, спасающую. О, сколь животворна, мирна, сладостна, облегчающа Твоя Божественная благодать! Горе без благодати Твоей!

Во облаце легце66 – потому что Дева Мария, как безгрешная и святая, была легка, как облако, не привязана ни к чему земному, как облако, вся была горе. Таковы должны быть мы.

Ничего не должно считать на земле и у себя своим, а всё Божиим, как и действительно, и ни к чему не прилепляться, а всякого человека надо считать своим, близким своему сердцу. Сердце и душа едина [Деян. 4, 32]. Вот Церковь! Говорим: веруем в Церковь, а делами доказываем противное. Если мы едино тело, если Глава тела Церкви – Христос, положивший за людей и за Церковь душу Свою по любви к ним, отчего мы не любим друг друга, отчего не носим тяготы друг друга, а жалеем друг другу, не помогаем друг другу, завидуем друг другу, гордимся, презираем друг друга? Обманываем друг друга? Отчего этой ветхой прелести страстей не презираем?

Грех есть безумие, нелепость, пустая злоба, между тем как мы одарены от Бога разумом и способностью к любви и обязаны к любви [и врагов]. Возьмем для примера хотя гордость и высокомерие: гордец презирает не только посторонних людей, например нищих, но и присных, собственных родителей, если он высоко поставлен и живет независимо от них, а они простого низкого рода, и особенно если [они] от него зависят относительно житейских потребностей; он презирает не только их, но и самого себя за то, что он родился от них, а не от благородных родителей, как будто род благородный только и делает нас людьми, или больше чем людьми, и как будто простое звание, происхождение от простых родителей делает нас не людьми и унижает наше достоинство, ибо не тот же ли человек благородный и неблагородный, не тот же ли разум, не тот же ли дар слова, не тот же ли свободный произвол, не та же ли способность к добродетели и к верху добродетелей – любви к Богу и ближнему, кротости, смирению, милосердию в благородных и неблагородных? И даже не способнее ли к подвигам самоотвержения из любви к Богу и ближним людей благородных люди простые, не испорченные богатством и роскошью и утонченными приличиями света, нагнанным лоском, чем заражены наибольшею частью люди благорожденные? Так это мы видим на деле очень часто, хотя не отвергаем также возвышенности и благородства духа, мужества, готовности на самопожертвование и в некоторых людях благородных, доказавших свою возвышенную, благородную душу разными делами и самопожертвованиями на пользу Церкви и отечества. Но это бывает с теми, которые с благородством крови соединяют веру в Бога и страх Божий, ибо без этого они только благородная плоть и кровь, без духа благородного. Не надо забывать, что по происхождению первоначальному от Бога, как сотворенные по образу и подобию Божию, – все благородны, и грех сделал нас низкородными, без исключения ни кого; затем Господь Иисус Христос, приняв наше естество, опять всех нас облагородил, для нашего общего спасения воплотившись, за нас, за наши грехопадения распявшись и умерши и воскресши, особенно облагородил род христианский (род Христов), отрождая его банею пакибытия67, даруя ему сыноположение, ибо верующим во имя Его дал власть быть чадами Божиими, которые ни от крови, ни от хотения плоти, ни от хотения мужа, но от Бога родились [Ин. 1, 12 – 13], и наивысочайшим образом облагородил и облагораживает нас преискренним приобщением Его в Божественных Своих Тайнах Тела и Крови Своей. После этого на всякого христианина, особенно право верующего, надо смотреть с величайшим уважением, почтением, любовью, как на обоженного Самим Христом Иисусом, как на член Его, как на Него Самого (Матф. 25; Деян. (26, 14). Что Мя гониши?), как на члена Церкви Его, которая есть Тело Его, полнота Наполняющего все во всем [Еф. 1, 23]. Впрочем, к правой вере и Таинствам должна быть присоединена правая жизнь: кротость, смирение, незлобие, воздержание, целомудрие, нелюбостяжание, бескорыстная любовь к Богу и ближнему, готовая на все пожертвования во славу Божию и во благо ближних, – без всего этого и правая вера, и все Таинства веры послужат лишь к большему нашему осуждению. Итак, будем новою тварию во Христе с новым духом, с новым сердцем. Оставим безумие, да живы вечно будем, безумие страстей отринем. Ты же, Господи Спасителю, просвети, помоги и спаси! О сем Тебя молим, о сем руки к Тебе простираем: имя Тебе Спаситель, потому что Ты в силе, в деле – Спаситель; спаси же нас от всех грехов наших. Се, Ты зришь их, зришь эту бездну греховную в нас – Сам иссуши ее благодатью Духа Твоего Святого во всех нас. Ты видишь в нас гордость – исторгни терние ее; видишь злобу – исторгни плевелы ее; видишь любостяжание и зависть – исторгни корни их; видишь блуд и всякую нечистоту – иссуши все потоки блуда, видишь невоздержание – Сам воздержи нас, Сам устави стремление страстей всех, ибо без Тебе не можем творити ничесоже.

Внешность прельщает наши чувства по причине чувственной нашей жизни, а внутреннее достоинство скрывается под грубою корою – тела, слова, одежды, не привлекают нас, оттого что по причине страстей стали далеки от них.

Не на слово смотри – грубое, безыскусственное, неблагозвучное или мягкое, утонченное, красное, искусно сложенное – а на существо, на сердце, на дух, на дело говорящего. Слово шелуха, скорлупа, – смотри, каково его ядро, сущность, плод. Смотри, не дышит ли в тебе злоба, когда слышишь речь родного тебе лица из низкого, простого рода или бедного, просящего у тебя помощи, – речь грубую, нескладную необразованную, хотя это лицо говорит с кротостью, незлобием, любовью, ласковостью, или нет ли в тебе подобострастия, человекоугодия, суетного раболепства и удивления человеку образованному, благородному, краснослову, пустослову, к говорящему из приличия или по должности заученными выражениями, без участия сердца, без любви, без дела? И то заблуждение, и это заблуждение твоего сердца – надо всех почитать одинаково как христиан, как сочеловеков и не смотреть на лицо и слово, не внешним, но внутренним оком и слухом смотреть на человека и слушать человека. Оставь совершенно как презрение, так и раболепство. Как образ Божий презирать? Как раболепствовать тебе, когда ты образ Божий и раб Божий? Будь рабом, но во славу Божию, но во спасение ближнего, а не ради суеты.

Страсти – мечта, смрад дьявольский: не обращай на них внимания, делай напротив им, быстро, несомнительно, и они, точно дым, точно смрад, исчезнут. А не будешь противиться, будешь сомневаться, в самом ли деле неправду внушают они, – и запутают тебя, и одолеют, и сильно уязвят и измучат тебя. А страсти действуют быстро, как палящая молния, и порывисто, как разрушительный вихрь, – и добродетель просвещает и оживотворяет быстро, как лучи солнца, и наполняет сердце и тело, как прохлада воздушная.

Не нежь теплыми напитками и сластями и одеждами мягкими и нарядными плоть свою – страсти усилишь, войну с собою усилишь, завяжешь.

Все блага земные суть тень, не имеющая сущности, действительности, постоянства, – это всё мы видим на деле, а блага небесные пребывающи, вечны; здешние блага изменчивы – тамошние неизменны. Дай Бог всем нам улучить те блага чрез пренебрежение земными. Кто есть мудрец, который не прилагает сердца к благам земным, грубым, не дающим мира, свободы, света духу нашему и удручающим беспокойством, печалью, постыдным рабством, держащим людей в неисходном мраке и ослеплении касательно их вечной судьбы по ту сторону гроба? – Кто усердно прилепляется к Богу и помнит непрестанно о том веке, о том блаженстве во свете неприступном, который узрят и будут зреть в бесконечные веки праведники и уклонившиеся от тли греха и страстей, равно как и об огне вечном, имеющем поглотить навеки грешников, кто поймет совершенную простоту своей природы и умудрится жить просто, вперив ум и сердце в Бога и возложив на Него единого всю свою надежду, – тот вскоре сделается блаженным весьма просто и без труда.

Кто презрит чрево и брашна, которые Бог упразднит, тот презрит врага человеческого спасения и уязвит его в самую главу, ибо он подъемлет главу свою и имеет силу над людьми из-за их чревоугодия, как вначале над Евою и Адамом возымел силу и как это мы испытываем все ежедневно.

Кто научится за всё осуждать себя и не взирать на грехи ближнего, не осуждать его, а молиться за него, когда видит его в искушении, в грехопадении? Кто разоблачит делом эту лесть вражию и победит гордеца дьявола, хотящего преждевременно всех осудить в заслуженную им геенну огненную?

Кто победит страсть к нарядам (из-за которой люди презирают душу свою и не заботятся нимало об украшении этой богообразной скинии, обезображенной, заваленной и задавленной разными житейскими страстями), из-за которой бывают жестокосерды, несострадательны к ближнему, холодны к Создателю своему, неизреченно их возлюбившему и жизнь с дыханием и всеми благами духа и тела им подающему, из-за которой бывает столько зависти, вражды, ссоры, прельщения, потери целомудрия, думы и мнительности о самом храме, суетных трудов, бессонных ночей, обманов, воровства, грабительства, разбоев?

Кто презрит цвет кожи и не по коже будет ценить человека, презирая человека с кожею грубою и смуглою и уважая человека с кожею и цветом лица противоположного свойства, ценя в человеке человека, душу его, созданную по образу Божию, а не плоть его, эту временную оболочку ее, хотя и эта, как дело рук Божиих, достопочтенна, и притом как грубая и смуглая, так и нежная и мягкая? Кто презрит одежду и не по одеянию будет ценить человека, по этой совершенно случайной принадлежности человека, а не по внутреннему его достоинству? – Доколе внешность будет поглощать сынов Адамовых? Доколе не будем мы сынами Иисуса Христа, доколе не будем мы водиться духом Его? Доколе лицезрение, лицеприятие, кожебесие, цветобесие, одеждобесие?

Когда лукавый уязвит тебя гнушением кого-либо из ближних за его грубость, необразованность, бедность, неприятный вид лица и пр., тогда скажи себе: я должен воистину себя гнушаться, как величайшего грешника, растлившего себя еще в детстве грехами различными, и умолять бесконечное милосердие Божие о помиловании меня, а всякого человека уважать, как созданного по образу Божию и как члена Христова тела, как чадо Божие о Христе, несмотря на его недостатки, которые Сам Господь покрывает, очищает и прощает вследствие его покаяния.

Идеже червь их не умирает, и огнь не угасает [Мк. 9, 44]. Ужасные и истинные эти слова. Ужасны потому, что истинны до йоты. Они говорят о свойстве и вечности мучений грешников. Что они истинны, за это ручается вечное и истинное существо Господа, изрекшего их, не могущего солгать, и еще та известная истина, что по смерти нет покаяния и кто умер нераскаянным грешником, тот вечная добыча ада: во аде же кто исповестся Тебе? [Пс. 6, 6]. Истину червя и огня геенского по смерти можно доказать еще и опытом в жизни настоящей. Как многие, многие из нас испытали и испытываем на себе действие в сердце духовного червя, сосущего наше сердце, томящего, беспокоящего, и огня, пожирающего наши внутренности, по содеянии какого-либо, даже мысленного греха? Так и ныне точит сердце грешника червь самолюбия, гордости, злобы, корысти, зависти, скупости, сребролюбия, любостяжания, алчности, ревности, непокорности и непослушания и палит сердце огонь адский – и о, как мучительно точит этот червь сердце грешника, этот огонь пожирает внутренности его для вразумления его, для возбуждения в нем духа покаяния, сокрушения и умиления о грехах и исправления! Братия мои! Подобные мне грешники, покайтесь и обратитесь всем сердцем на путь добродетели, да не сделаетесь добычею вечного червя и огня неугасимого! Ей, истинен этот червь, истинен этот огнь!

Пресыщение рождает гордость, презорство к ближнему, вольномыслие, злобу, зависть, скупость, любостяжание, блуд и прочие страсти. Вот какое зло пресыщение! А у нас это обыкновенный почти грех. Пощади нас,

Господи! Вразуми, исправь нас, Господи, да не погибнем во грехах наших.

Отчего мы презираем грубое, смуглое тело простого, неученого человека с грубым словом? Оттого, что наша плоть блудная, изнеженная сластями, красивыми одеждами, оттого что зрение привыкло засматриваться на красивые лица и удивляться им и пленяться ими, равно на красивые одежды, манеры, и привыкло восхищаться ими сердце наше! Потому не должно засматриваться на красивые лица и наряды, вообще не гоняться за внешностью, а ценить в человеке внутреннее его – душу, звание его как человека, христианина, отца, матери, брата, сестры, чада – ближнего своего. О плоть блудная! Презираю тебя.

Как мало мне нужно пищи и питья для поддержания жизни и сил! А я алкаю все многого! О, неразумие! О, прельщение непонятное! О, жадность!

О, как дьявол завидует естеству нашему, столько возвеличенному и превознесенному, облагодатствованному и облаженствованному от Бога! В какие страсти бесчестия он нас не повергает! Как он над нами не коварствует, какое средство в адской своей злобе и хитрости забыл он употребить против нас? И внешние мучения с пытками многоразличными, и ереси, и расколы, и страсти: и блуд, и злобу, и гордость, и зависть, и чревоугодие, и любостяжание, и всё, что только унижает, окаляет мерзостью, что связывает, омрачает и в рабство повергает нас! Боже милосердый! Помилуй человечество! Не дай врагу нашему порадоваться о погибели нашей! Но Ты гремишь праведным гласом Своим: Я дал вам разум и свободную волю, Я дал вам спасающую благодать Мою, дал вам средства исполнять Мои заповеди – и вы в разуме, при свободной воле всю жизнь противились Мне и угождали врагу Моему и вашему. Идите же от Мене все проклятые и нераскаянные грешники во огнь вечный, уготованный дьяволу и аггелам его [Мф. 25, 41]. Итак, противление всю жизнь дьяволу, исполнение воли Божией – вот средство избавиться от сетей врага и от вечной муки.

Согрешил – на отца тестя обиделся за неправое, ложное против меня слово, а может быть и справедливое, но неприятное мне, будто я деру облачения церковные. И на мать озлобился за то, что мой кусочек белого хлеба взяла. О, безумие, о, зловоние страстей!

Июля 15 д. 1866. Всем нам, христианам, бесконечно много благ даровано в Господе Иисусе Христе чрез вочеловечение, страдания, смерть и воскресение Его, и нам не в чем друг другу завидовать, и нет нужды алкать благ земных, преходящих, тленных, относительных и растлительных для души и тела, потому что нам даны блага вечные, ихже око не виде, и ухо не слыша, и на сердце человеку не взыдоша (1Кор. 2, 9). Итак, да живем во взаимной любви, ожидая явления Спасителя нашего и жизни будущего века и исполняя заповеди Его: Сия есть заповедь Моя, да любите друг друга... Как Я возлюбил вас, так и вы да любите друг друга [Ин. 15, 12; 13, 34]. Как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними [Мф. 7, 12].

Дьявол из-за негармонии голоса брата возмущает нас во время службы, окаянный, и тут о внешности понуждает нас слишком заботиться, преходя внутреннее и дисгармонию поющего употребляя в повод к злобе на него. О, льстец!

Дары любви Божией к людям: деньги, пищу, напитки, почести, власть и пр. – дьявол или мы сами употребляем в повод к вражде на ближнего, к зависти, презорству. Окаянные мы! Как оправдимся пред праведным Судиею? Да вменяем всё за сор! А друг друга да любим прилежно, ибо мы братия во Христе, потому что мы члены тела Его, от плоти Его и от костей Его [Еф. 5, 30].

Ежедневно окаянный поджигает меня к страстям различным, ежедневно трудится во мне, насилуя меня ко грехам и хотя меня погубить. Прочь, окаянный! Господи! Помоги ми! Господи! Спаси мя.

Восприемники! Воспитывайте в вере своих воспринятых! С вас взыщет Господь за них!

Господи! Помилуй мя, яко братию мою осуждал в жестокосердии и немилосердии и роптал на то, что я один подаю милостыню! Не дело ли свободы милостыня? Не всякий ли о себе даст ответ Тебе, Богу нашему? Не всяк ли свое бремя понесет [Гал. 6, 5]?

Драгоценные и свечные утвари для святых икон и для священно- и церковнослужителей в храме Божием употребляются для того, 1) чтобы показать, что лица, украшаемые ими, как образы Божии, драгоценны и бесконечно дороже всякого злата и сребра и камней драгоценных, 2) для того, чтобы показать чистоту и светлость их душ, ибо злато и сребро и камни драгоценные сияют и поражают глаз своею чистотою, 3) чтобы показать ангельское достоинство священнослужителей, ангельское служение, ангельскую чистоту и твердость их веры, упования и любви, ибо злато, сребро и камни драгоценные отличаются своею твердостью.

Общие молитвы церковные, общие немощи, страсти, грехи, скорби, напасти, болезни, нужды; одинаковая душа, общий Бог и Спаситель, общая Владычица Пресвятая Богородица, общие ходатаи – святые апостолы, пророки, святители, мученики, преподобные и все святые; общее упование звания, общий храм, общая чаша завета, общая купель крещения – всё общее.

Человек – образ Божий! О, как много залогов добра, истины и красоты заключено в человеке! Как величественно существо его души, иногда сокрытое под простою, грубою наружностью!

Простой, необразованный человек часто лучше меня во сто раз по сердцу, которое главное в человеке. Со всем своим образованием, со всею начитанностью, житейскою опытностью и житейским благоразумием я иногда падаю пред простым, необразованным человеком в том, что касается сердечных добродетелей и оказываюсь не знающим азбуки сердечной грамоты, сердечных добродетелей: кротости, смирения, терпения, простоты, чистоты и целомудрия, нестяжательности, щедрости, любезности и радушия в гостеприимстве, оказываюсь гордым, презорливым, нетерпеливым, поспешным, злым, своенравным, нечистосердечным, лукавым, скупым, недоброжелательным, неискренним, несострадательным.

Значит, образование ума без образования сердца ничтожно и не приводит к истинному счастью и к истинной, последней цели. При образовании ума надо иметь и образованное, доброе, кроткое, снисходительное, терпеливое, чистое сердце. А такое сердце наичаще имеют люди простые, необразованные, которые, впрочем, и без образования весьма часто знают единое на потребу, между тем как люди и с образованием светским весьма часто этого не знают.

Всем так называемым благородным я должен показать пример, как надо почитать простую, необразованную, низкого состояния мать, целуя ее руку и благодаря ее за всё после Бога, а не должен я стыдиться ее за низость и грубость ее, ибо стыдиться надо гордости, а не смирения, не унижения. Всякий, возвышающий сам себя, унижен будет, а унижающий себя возвысится [Лк. 18, 14].

Всё прекрасное и нежное, плотское надо считать за ничто, за прах, как и некрасивое и грубое, а душу считать надо бесконечно высшею плоти, душу надо неотменно уважать как образ Божий, чадо Божие и член Христов.

Отче наш, Иже еси на небесех! Все: знатные и незнатные, ученые и необразованные, богатые и бедные, разных сословий, полов и состояний – одинаково называем Бога Отцом нашим, – значит, все мы равны, равно дети Его, образованные или необразованные, богатые или бедные, знатные или из низкого состояния. Таким образом, эта молитва ежедневно должна научать нас смирению, любви, общительности, почтительности.

Зеркала, мебель, вообще убранство комнат, сервизы, столовая и чайная посуда служит похоти очей, яства и напитки различные – похоти плоти и чрева, одежды – похоти очей и гордости житейской. А всё это вместе есть суета. Бегайте суеты мира.

Горé зри.

Сердце тотчас дает знать, Бог ли в нем обретается или противник Его и наш: в первом случае оно бывает мирно, свободно, во втором – смущенно, связано.

Ни на что лучшее мы не Можем употребить своих денег, как на нищих, ибо всё житейское: убранство и пр. – суета.

Матерью, отцом, женою, прочими домашними не пресыщайся и не пренебрегай ими. Какою мерою меришь, отмерится тебе. После Бога для тебя выше, дороже, любезнее всех на земле – мать, ибо ты после Бога от нее получил бытие и первое тщательное воспитание, первые уроки веры и жизни.

Попирай мнительность, она – ложь дьявольская, мечта, бред его. Так например, приходят к тебе в дом сторонние люди в гости, сталкиваются с тобою и твоею матерью – и тебе думается, что они невыгодно думают и о твоей матери, как простой женщине, и чрез то и о тебе, и презирают ее и тебя. Это одна мечта. Ибо за что презирать твою мать (хотя она и простая), а чрез нее и тебя? За простоту? Но за это надо уважать, а за необразованность жалеть. Но простота-то не горда, и добра, искрения и проста в обращении со всеми, а ваша образованность горда, зла, лукава и скупа весьма нередко. Да хоть бы и в самом деле другие думали и говорили невыгодно о твоей матери и о тебе – что тебе до этого ? Пусть думают и говорят. Чужую мысль не свяжешь, чужой язык тоже. Но Бог Судия есть человеческих мыслей и совестей. Ты пред Богом ходишь, мыслишь, говоришь, действуешь, люди тоже. На что тебе одобрительные мнения человеческие или что ты смущаешься от лукавых помышлений и слов человеческих? Судия же мне Господь (1Кор. 4, 4). Ему дашь ответ – не людям.

Пресыщение вещественными дарами Божиими – пищею, питьем, деньгами, одеждами, убранством жилища ведет к пресыщению и нравственными дарами Божиими, и дарами веры. Итак, не пресыщайся пищею и питьем, да не пресытишься своими домашними, сослуживцами, прихожанами. Бегай неудовольствия на других и горечи сердца, да не охладится любовь твоя и уважение твое к другим. Долготерпи, снисходи.

Старайся осуществить в жизни своей идею отца и пастыря доброго, кроткого, разумного, постоянного. Отец любит всегда, промышляет, печется, готовит наследство; пастырь неустанно и непрестанно пасет, заблуждающих направляет на истинный путь, не дремлет, бодрствует над своим стадом.

Это не дух пастырский, не кротость и смирение, что ты раздражаешься и кричишь среди улицы на нищих с озлоблением; дети просты, доверчивы и вместе глупы: надо одно в них уважать (простоту, доверчивость, нужду, смелость, порождаемую нуждою), другое как бы не замечать, пренебречь спокойно (их бесстыдство, назойливость, от детской нерассудительности происходящие), и вообще быть выше детских глупостей, как прилично пастырю, человеку почтенному и священнику рассудительному. Да и священнику не из-за чего раздражаться: если много требующих милостыни, то кому нужно дать, он может дать, а иным может и не дать, или одним дать больше, другим меньше, никто не принудит; милостыня – дело свободы. А деньги священник должен за сор считать, за прах безжизненный, каковы они и есть. Его живот, его хлеб Христос – чудный, совершенный, бесконечный Живот; только по неразумию, по увлечению страстью своею священник раздражается, озлобляется на часто просящих милостыни: нищие – его ходатаи пред Богом, залог его собственного помилования.

Литургии, молебны, совершения Таинств и молитвословий – очищение для твоей души; ты должен благодарить Бога, что Он дает тебе случаи к частой молитве и священнодействию, но отнюдь и думать не должен роптать, что братия меньше тебя служат и трудятся, а ты больше их трудишься. Ты пред ними в огромной выгоде, хотя и идет приобретаемое тобою в общую пользу, а не в твою только, ибо и это дар Божий, что приобретаемое тобою идет не на тебя одного, а на всех. Покорись во всем воле Божией и во всем примечай волю Божию, а не случай.

Пиявки, высосавшие дурную кровь у купца и исцелившие ноги его. Пешком шел в Ильеши.

Ветхозаветную историю ты учил для того, чтобы знать о начале всех вещей чрез сотворение их от Бога, о начале человеческого рода, о качествах первых людей, сотворенных Богом, о блаженном их состоянии, о падении их и в лице их всего рода человеческого; о растлении ума, сердца и воли и тела грехом (от тли, Боже, мя возведи68), об обетовании Спасителя, о жертвах преобразовательных, пророчествах; об избранных мужах – патриархах и праотцах, из племени которых предсказано было произойти обетованному Спасителю, о избранном народе, в коем хранилась вера в истинного Бога, о судьбе этого народа и его правителей, о наказаниях его и милостях к нему Господа Бога Израилева и о падении царств Иудейского и Израильского. Учишь для того еще, чтобы знать, что ты грешник, что ты погибающее существо, и то, как страшны последствия греха, если будешь коснеть69 в нем (вечная мука), чтобы ты заботился всею душою о спасении души своей от греха, страстей и порока. А Новозаветная история показывает, что обещанный Спаситель действительно пришел, как о Нем было написано (по Писанием70), и, пожив в этом мире тридцать три с половиной года, совершил наше спасение учением Своим Божественным, жизнею Своею, смертью и воскресением Своим, – таким образом Новозаветную историю ты учишь для того, чтобы увериться тебе в Божественности и спасительности веры христианской и ее Основателя и чтобы ты всегда обращался с молитвою о спасении и помощи к Сему Божественному Искупителю и Спасителю, благосерднейшему, премудрому и всемогущему.

Простые, необразованные люди – наибольше овцы, а так называемые светски образованные – наиболее козлища.

Привычка к вере, пресыщение верою, невежество веры, стремление к земным интересам, замечаемые во всех. Обличение этих недостатков.

Возлюби ближнего твоего, как самого себя [Мф. 22, 39], потому что, любя ближнего, мы любим себя: ближний то же, что я. В нюже меру мерю, возмерится мне.

Окаянный я человек: ежедневно я пресыщаюсь, а оттого делаюсь жестокосердее к бедным. Разве не промышляет о нас Владыка Отец Небесный, что я жалею расточать нищим достояние свое?

Еще не стяжал я кротости: еще я даю место дерзновению рук. Согрешил ко Господу! Разве можно священнику мстить своеручно за кого бы то ни было?

Жало Божие и жало бесовское: жало Божие, когда жалеем Бога, видя Его оскорбляемого от злых демонов или злых людей, когда жалеем человека, находящегося в нищете, голоде, наготе, холоде, беде, напасти, болезни или неправедно оскорбляемого или насилуемого и пр. Жало дьявольское – когда жалеем чего-либо земного, например денег, пищи, питья для ближнего, одежды, жилища; жало гордости, ненависти, зависти, скупости, непослушания и пр.

Господи! Благодарю Тя, яко услышал еси молитву мою, когда пришли ко мне нежданные гости из Рамбова и стеснилось сердце мое: Ты [усмирил] и умирил сердце мое и дал мне силу с радостью угостить их сладким кофе. Даруй мне, Господи, благодать с радостью иждивать имение мое на ближних моих, паче на нищих.

Дети незлобивы и просты: накажешь их, покричишь на них, подерешь за волосы или за уши, да подашь милостыню, и они тебе руку целуют и благодарят усердно.

Предадим мы весь живот свой со всеми милостынями, со всеми скорбями и лишениями Господу Богу: всё Он, всеблагий, во благо устроит, как верный Зиждитель.

* * *

64

Довлети (церк.-слав.) – быть достаточным.

65

Во еже (церк.-слав.) – чтобы.

66

Ирмос 4-й песни канона Богородице, глас 4-й.

67

Таинством Крещения.

68

Ирмос 6-й песни на утрене, глас 2-й.

69

Коснети (церк.-слав.) – медлить.

70

5-й член Символа Веры.


Источник: Дневник / cв. праведный Иоанн Кронштадтский. - Москва : Булат, 2005-. - (Духовное наследие Русской православной церкви). Т. 10 : 1866-1867 / [ игум. Дамаскин (Орловский), протоиер. Максим Максимов, Геворкян Кристина Вартановна]. - 2012. - 373 с. ISBN 978-5-902112-84-6

Комментарии для сайта Cackle