Азбука веры Православная библиотека профессор Николай Иванович Барсов К истории законодательных работ по духовному ведомству в царствование императрицы Екатерины II


профессор Николай Иванович Барсов

К истории законодательных работ по духовному ведомству в царствование императрицы Екатерины II

Содержание

I. Пункты от преосвященного Гавриила, архиепископа С.-Петербургского II. Синодального члена Афанасия, епископа Ростовского и Ярославскогоя III. Синод. член Порфирия, епископ Белгородского и Обоянского IV. Синод. члена Сильвестра, бывшего епископа Переяславского, ныне Крутицкого

 


В 1767 г. Св. Синод, приступая по воле императрицы Екатерины II, к составлению наказа назначенному от Синода депутату в учрежденную императрицей комиссию для составления нового Уложения, нашел нужным предварительно испросить от каждого из своих членов, как бывших на лицо в Св. Синоде (присутствовавшем в то время в Москве), так и отсутствовавших, отдельные соображения о том, какие, по его мнению, желательны были бы, для блага Церкви, преобразования и новые законоположения в области церковного и гражданского законодательства в России. Соображения эти от присутствовавших на лицо требовались устные, от отсутствовавших – письменные, изложенные раздельно по пунктам; по обсуждении тех и других в общем собрании Св. Синода, они должны были войти в состав того наказа, какой Синод имел в виду дать своему депутату. На лицо в Св. Синоде в то время присутствовали преосвященные: Димитрий (Сеченов), архиепископ Новгородский и Великолуцкий, Иннокентий, епископ Псковский и Рижский, Амвросий, архиепископ Крутицкий и Можайский, Палладий, епископ Рязанский и Шацкий и архимандрит Новоспасский Симон. Прочие члены Св. Синода преосвященные: Гавриил (Кременецкий) архиепископ С.-Петербургский и Ревельский, Афанасий, епископ Ростовский и Ярославский, Сильвестор, епископ Переяславский и Дмитровский и Порфирий, епископ Белгородский и Обоянский – находились в отсутствии, в своих епархиях и, соответственно указу Св. Синода, прислали письменное изложение своих соображений.

В библиотеке рукописей С.– Петербургской духовной Академии сохранился обширный рукописный том, содержащий в себе черновые бумаги «митрополита Новгородского Гавриила, относящиеся до депутатства его в комиссии по составлению нового Уложения» (как известно, преосв. Гавриил после смерти преосв. Димитрия, последовавшей в конце 1767 года, заступил на его место в Екатерининской комиссии в звании синодального депутата). В этой рукописи (по каталогу №415) находятся как наказ и пункты, данные синодальному депутату в комиссии, преосв. Димитрию, так и пункты помянутых четырех преосвященных, и кроме того разного рода сведения, неизвестно откуда собранные, о количестве епархий и церквей, о размерах приходов по количеству душ, о количестве получаемого приходским духовенством содержания – в католических государствах западной Европы и два дополнительных к наказу и пунктам, данным преосв. Димитрию, указа Св. Синода относительно полномочий его в комиссии. Статистические данные, собранные преосв. Гавриилом, относительно материального быта духовенства в иностранных государствах, указывают на то, что Св. Синод или по крайней мере депутат его, преосв. Гавриил, свои планы об улучшении быта духовенства в России имел в виду мотивировать в комиссии указание на положение духовенства в других государствах Европы, что, в царствование Екатерины II, так много придававшей значение во всем примеру запада, должно было иметь особенное значение.

История законодательных работ по духовному ведомству в России в царствование императрицы Екатерины II составляет одну из интереснейших глав в русской церковной истории и в истории славного ее царствования. К сожалению до сих пор она находится у нас можно сказать еще в зачаточном состоянии. Из материалов, относящихся к этому предмету, пока напечатаны, сколько нам известно, кроме указов, содержащихся в полном собрании Законов Российской Империи, лишь наказ и пункты, данные Св. Синодом своему депутату в комиссии, преосв. Димитрию1 и весьма либеральный, не принятый, в прочем во внимание Св. Синодом и не поступивший в комиссию проект церковных преобразований, составленный обер-прокурором Мелиссино2. Что касается хода работ относящихся к духовному ведомству в «Комиссии для составления нового Уложения», то о них пока нет в наличной нашей литературе документальных пробных сведений, и в этом отношении нам лишь остается ждать появления в свет следующих томов издаваемого Императорским русским историческим обществом «Сборника», в котором Д. В. Поленов начал уже печатанием и собиранием материалов, относящихся к истории занятий знаменитой Екатерининской комиссии.

Что касается предлагаемых нами вниманию читателя пунктов преосвященных Гавриила, Афанасия, Порфирия и Сильвестра, то по нашему мнению они заслуживают полного внимания историка. Они дают читателю более подробное, так сказать, детальное понятие о желаниях и местных нуждах русской Церкви того времени, не говоря уже о их характеризующем значении по отношению к личным воззрениям на эти нужды четырех из главнейших представителей церковной иерархии того времени.

I. Пункты от преосвященного Гавриила, архиепископа С.-Петербургского

Требовать, чтобы протопопам, попам, диаконам, иподиаконам и всему церковному причту в городах живущему, на больших улицах мостов не мостить онные от полиции, и никаких полицейских должностей не исправлять, и улиц не чистить, жить же на мостовых улицах не запрещать, и от всяких постоев освободить.

В городах приходы уравнять сколько возможно, и хотя бы где и не было указанного полного числа дворов приходских, однако дозволять где нужда требует, быть двум или трем священникам для исполнения обеден и других треб церковных.

Ученым священникам и диаконом, буде учения должности исполнять будут, перед неучеными хотя бы и старшими, предстояние и преимущество иметь.

Священному чину для послужения как мужского, так и женского пола людей купить было бы можно, ибо оному чину в черной домашней работе самому быть не приличествует, и о том бы положить закон и пропорцию людей.

Приходским священникам со всем причтом при каждой церкви с дворового числа на их содержание, как духовным регламентом означено, положить с каждого двора по чинам и жалованию обывателей известную годовую плату, дабы священники за исполняемые ими потребы духовные, платежа, разве самовольного подаяния, не домогались.

За бесчестье протопопа, попа, протодиакона, диакона, церковнослужителей и их жен и детей, учинить новое положение, как и светским, именно жалованным всем – против жалования, а не получающим жалования, приходским городовым – против соборов кои при архиерейских домах в две трети, а сельским против тех же соборов в полы, а за увечье, яко неравное быть могущее, особливый положить закон.

По С. – Петербургской епархии остзейских городовых соборов и церквей священно и церковнослужители от малого жалования с нуждою себя содержать, ибо за недовольными тамошними обывателями подаяний от оных почти не получают. Того ради требовать к жалованию прибавки.

В селах, где церквей нет, построить оные, чтобы не далее были, как в десяти верстах одна от другой.

Чтобы по селам, где по указам следует быть диакону, вместо другого попа производить было свободно, где того нужда будет требовать.

Церквей на ругу в селах строить не дозволять, но давать земли и прочие угодья против положения в межевой инструкции, и чтоб во всех селах и городах, где церкви имеются, и при них пахатная земля есть, оная пахана и с сенокосом огораживана с нее все в гумно убираемо было приходскими жителями, а священно-церковнослужители упражнялись бы исправно в должностях своих.

Чтоб вотчинники церковной земли отнюдь не заграбливали, а в противном случае канцеляриям губернским и воеводским со штрафом с них взыскивать и священно- церковнослужителям возвращать.

Чтобы от прежних помещиков данная при строении церквей руга не была от преемников переменяема или отнимаема.

Священно-церковнослужителям дома строены были миром.

При всякой градской и сельской церкви для маленьких приходских ребят, кои еще работать не могут, завесть школы, и священникам и диаконам обучать их катехизиса и грамоты, по мере понятия их в удобное время, не требуя за то платы, но вместо того вменяя вышеозначенную получаемую с прихода ругу, или пашенную землю с угодьи и убиранием оных.

При всякой церкви учредить богодельни, и на их положить оклад от приходских дворов, чтобы нищии по миру не шатались.

Церковников, в духовном чине быть негодных, не отдавать помещикам, но определить в военную службу, или в приказный чин, так в купечество, в цехи, или в крестьянство по дворцовым и экономическим вотчинам.

В священно и церковнослужители, также и в монахи принимать вольно было бы изо всякого чина уволенных от команд, добросостоятельных.

Священников, диаконов и церковников, неимущих от своего архиерея свидетельства, отнюдь никому не принимать под опасением штрафа пятидесяти рублей, также и детей их без ведома духовной команды, в коей ведомы, отнюдь не принимать же никому ни к какому делу.

Когда подкомандные на архиерея и других начальных властей станут клеветы или брани производить, и их кому бы судить, положить на то вновь закон, понеже в епархии или в монастыре вси подчиненые властелину, и свидетели тутошние, кои по указам, яко домочадцы не приемлются.

Доношений на архиерея и других духовных лиц по силе 6-го правила 2-го Вселенского Собора подаваемых от таковых людей, кои были сами когда-либо или находятся в пороках и подозрениях, в дело не производить, но прежде изведывать, не бывали ли сами они в каком-нибудь пороке и подозрении, и если бывали, то от таковых подавателей дошений в дело не ставить, чем много может прекратиться и дело, и напрасных затейных злобных клевет.

Ежели в которой епархии какой челобитчик будет требовать, что он хочет бить челом на архиерея, то ему в том не архиерею, ни консистории отнюдь не запрещать, под опасением штрафа, и о чем он хочет бить челом, отнюдь не спрашивать, токмо тогда же давать знать доношением в Синод, что он к тому уволен, и притом о его пороках или непорочности.

Слышанных от других речей в доношениях не писать и писанных в дело не ставить, и постороннего ничего в доношениях не писать и не принимать.

От содеянного какого-либо случая время назначить, во сколько дней доносить, а после того времени доношение не принимать.

Не принимать ни в каких светских судах ни о чем на духовных никаких представлений, кроме духовных правительств, а их оных по рассмотрении, ежели будет куда подлежательно дело, для следствия отсылать, то оное и отослать при депутате.

Не рассмотря дела в светском суде производившегося, хотя и при депутате, духовных не лишать священства архиереям.

Духовным во свидетельстве по воинским процессам не присягать, но спрашивать их только по священству.

Если селам или приходам все будут бить челом на попа, и свидетелей кроме их нет других, а поп будет всех доносителей отводить, яко односемейством, в таком случае, что делать, закон учинить надлежит.

В производстве духовных дел не употреблять формы суда, но следствием производить, тоже и мужа с женою, о прелюбодействе челобитсвующих не по форме, по следствием судить, и оное следствие производить в светских судах, а к архиереям присылать бы их уже по исследовании со всем производством и выпискою для одного решения. Равномерно поступать и в других до рассмотрения духовного по силе указа следующихся блудных делах.

Из разных регламентов и сепаратных какой-либо коллегии или конторы указов в производстве духовных дел не выписывать, если же и из светских законов что употреблять будет подлежательно, то из каких именно, предел положить.

Челобитчиков сначала оповестить, чтобы помирились без производства дела, а в противном случае производить дело.

С подлыми и сомнительными челобитчиками во разведывании, правду ли доносят, поступать по силе состоявшегося в 1762 г. о уничтожении тайной канцелярии указа, сажая под караул и не давая пищи и пития через два дня.

Ни в какую инославную религию российского человека, как христианина, так и неверного, тоже и иностранных во всей российской империи не принимать, и в раскол впредь не был бы никто же обращаем и принимаем.

От раскольников рождающихся детей крестить православным и представлять оных от семи лет к церкви и чтобы от них дань для священнослужителей приходских была определена.

Раскольников на правоверных не венчать, пока они не обратятся в правоверие, ни под каким видом.

У многих военнослужащих на прежних жилищах, откуда они в военную службу взяты, остаются жены, и будучи они в службе, женятся от живых жен на других, а жены их первые, оставшиеся на прежних жилищах, взаимно от живых же мужей выходят за других в замужество, и тем как мужья так и жены заповедь Господа разоряют. В пресечие сего учредить следует, чтобы кои взяты будут в службу женатые, о тех что жены у них остались на прежних жилищах, из оных мест, где они станут приниматься, давать знать в военную коллегию, а из коллегии в полки, в коих они будут находиться. Когда же они будучи в полках, где умрут, то из полков в военную коллегию, что померли, присылать рапорты, а из военной коллегии давать знать в Святейший Синод, из Синода же посылать при указах для известия, в епархии, откуда они в службу взяты были. А о женах, оставшихся на прежних жилищах, когда они помрут, прислать в Синод из епархии ведомости, кои из Синода за известие сообщить в военную коллегию.

Торжкам и ярмонкам по воскресным, высокоторжественным и дванадесятопраздничным дням не быть и казенных питейных домов и лавок не отворять, разве после обеден, и работ в те дни не работать никому.

У определенных по монастырям служителей постоев никаких не ставить, так как у солдат, и в полицейские должности никакие не наряжать, тоже и на подворьях архиерейских и монастырских.

Сверх консисторий архиерейских для управления духовных дел имеются по городам, а в другом месте по обширности места и по уездам духовные правления, где как присутствующим, так и приказным служителям без жалования прожить трудно. Того ради, чтобы оным всем, так же и на расход канцелярский, чем довольствоваться был предел учинен.3

II. Синодального члена Афанасия, епископа Ростовского и Ярославскогоя

«Белое священство пропитание получает от земель, почему необходимо и упражняются в земледелии, пашут пашню, косят сено, напр., сами. Будучи обременены таковыми попечениями, они не могут не только в чтении Св. Писания, и в обучении народа упражняться, но и большую часть года отвлекаются от должного Божией службы, а часто и самых треб, исправления; сверх того по земледельству они должны обращение иметь всегда между крестьянами, отчего навыкают грубости нравов, так что не тщатся сами себя вести в добром порядке, то светских приличного сану их почтения им нет, не редко же являются многие и в упущении должностей своих, чему не без причины бывают земледельческие их заботы; а обучившихся в семинариях к сельским церквам в священный и церковный чин и производить не можно, да и сами они к производству к таковым церквам желание не имеют, потому что с самого малолетства до совершенного возраста продолжают учение в семинариях, а к земледельчеству по незнанию оного, привычки сделать не могут.» Преосвященный считает за лучшее вместо земли, назначить священникам и вообще причтам, ругу, по усмотрению Синода, «паче же» Высочайшей власти.

«Во всей Российской Империи крестьянские дети приходят в возраст все безграмотные, а потому не токмо закона христианского, но и повседневных молитв многие знать не могут: редкий крестьянин и о самом Боге понятия имеют. Чего для необходимо для крестьянских детей от 7 до 13 лет (в которых они никаких крестьянских работ исправлять еще не могут, а пребывают праздно), обучать грамоте букваря и катехизиса, через что христианского закона познание вкоренятся, а грубость нравов их исправляться, будет, и разные беззаконные дела (которых многие из них и в грех не ставят) истребляться могут. К обучению же тех крестьянских детей наилучший способ: когда священники с причтом от земледельческих работ свободны будут, в каждом приходе каждый крестьянин, имеющий малолетнего, непременно должен отдать приходскому своему священнику, диакону или дьячку, кому кто пожелает, а оные должны их обучать со всевозможным рачением; когда же в тринадцатилетний возраст вступит, тогда более ко обучению не побуждать, а отдавать отцам их с тем, кто что выучил, дабы в крестьянских работах остановки быть не могло, а для поощрения священников и причетников – за обучение каждого мальчика отцам их платить учителю хлебом по колику соблаговоление будет или за то обучение удовольствовать их в генеральном Положении руги. Учебники разослать от казны безденежно или за небольшую плату, которую за не имущих платить помещикам или старостам из мирских денег. Помещикам, их управителям и старостам вменить в обязанность наблюдать не допустительно, чтобы все дети обучались».

В 1793 году указом Сената вследствие сообщения Синода предписано было всем дворянам обучать своих детей церковному чтению и закону Божию, за невыполнение чего назначен был штраф. «Но сей указ едва ли где силу имеет... обучают своих детей разным языкам и все светским наукам, а катехизиса отнюдь не стараются обучать: многие дворянские дети церковную печать и читать не умеют». Оный указ подтвердить и внести в уложение.

Подтвердить, чтобы во время церковной службы и крестных ходов кабаки были заперты и работ никаких не производилось

Питейные дома от церквей отнесть, – во избежание посрамления храмов Божиих и грабежей.

По указанию 1722 велено определять на свящ, места семинаристов. Многие помещики не хотят принимать, – не по их-де выбору. Издать указ, чтобы принимали безпрекословно.

От мощения мостов и от других должностей полицейских священно-служителей уволить.

III. Синод. член Порфирия, епископ Белгородского и Обоянского

Некоторые помещики приказывают священникам литургии в господские и праздничные праздничные дни не во время начинать, а весьма поздно, и ожидать их прихода в церковь до полдня, а в случае непослушания, причиняют им разные озлобления, так что, «бедный священник принужденным себя находит в том быть послушным, каковые самовольство надлежит прекратить и учинить крепко о том запрещение».

Во многих приходах церковные земли, луга и угодья вследствие давности и злоупотребления помещичьей власти, отошли к помещикам, которые застроили их крестьянскими выселками или иным каким образом захватили в свою собственность, Преосвященный просит произвести новое размежевание и восстановить нарушенные права причтов его епархии.

«За не понуждением от светских команд» во многих приходах перестройка церквей продолжается лет десять и более, через что прихожане лишаются богослужения и таинств, а другие уходя в раскол.

Позволить священникам приобретать в личную собственность землю не свыше впрочем, как на сто рублей.

Хотя указами причты освобождены от постоев, однако указ этот не выполняется, через что разорение и помешательство в службе церковной происходит.

Священников и прочих духовных особ в канцеляриях светским лицам под караулом не держать и не изнурять, кроме криминальных и важных дел.

Указами Синода и Сената не раз запрещалось венчать малолетних женихов с великовозрастными невестами, между тем «разные обыватели» воздержаться от того никак не могут, и хотя священники таковых неуказноправильных лет венчать не хотят, токмо обыватели собрався многочисленно венчать таковых малолетних с великовозрастными и в свойстве состоящих в ночное время разными образы и с побоями принуждают, что священники, сохраняя здравие свое исполнять принужденны, и оттого свекры с невестками впадают в кровосмешение. Преосвященный предлагает в таких случаях с помещиков брать штраф по 100 и по 200 р., а простых людей публично жестоко наказывать.

Многие помещики и обыватели безвинно нападают на священнослужителей, причиняют им разные притеснения и побои немилосердные, ведая что священник на помещика и обывателя судом искать не захочет, да и отлучиться ему от церкви в судебные места будучи невозможно, так как за опущение службы и треб, молебнов и панихид в царские и викториальные дни ему грозит штраф, так что обыкновенно обиды оставляют без жалоб и остаются обиженными безнаказанно, к унижению своего сана и звания. Между тем такой образ действий прямо воспрещен 121 – й статьей Уложения. В прекращение такового озорничества, если кто священника, диакона или причетника напрасно обесчестит или обругает всенародно поносительными словами, такого отлудить от входа церковного, а пока он их не удовлетворит и перед собранием народа прощения у них не испросит, до входа церковного не допускать, и оное взыскивать словесно, а не судом.

Не предосудительно ли и сие, что священники, оставив церковь Божию, сами ходят за сохою, косят сено, сами навоз вывозят на пашни? Во избежание сего, если какой помещик или крестьяне пожелают строить церковь, то должно определить для таких работ священнику двух мужиков и двух баб.

IV. Синод. члена Сильвестра, бывшего епископа Переяславского, ныне Крутицкого

Узаконить вновь:

На про дерзких христианского благочестия критиков, дабы через то не оподлевало и в упадок не приходило... ибо простые и малоискусные, слыша презорственные о догматах беседы, и любопытное Св. Писания превращение, мнеть могут, что все сказанное ими истина, и не столь нужно ко спасению хр. учение, как о том от церкви предлагается.

На безстудных художников, которые живописью, резьбою, гридаровкой (гравированием) и иными способы срамотства плотские изображают и при общем естества человеческого тления, еще художеством к тому руководствуют, чужестранный вывоз таковых вещей воспретя; тож на сочинителей в безстудной материи, стихотворства и камедийных действий.

О исправлении безпутств, кои под видом необходимой потребности в простолюдинстве пред бракосочетанием употребляются, и через то таинство языческими обряды предваряемое, оподлевает ко охуждению церкви от иноверцев.

О пресечение народного бешенства в седмицу сырну.ю...

О пресечение вольности в нарушении Св. Постов, извиняемом всегда и при крепком составе тела немощию... Позволять есть скромную пищу не иначе, как с разрешения духовных отцов.

О истреблении беззаконных игр в Святки.

О истреблении позорных игр в дни праздничные на публичных местах.

О обуздании безстрамия в юношестве обоих полов, особлево которые имеют достаток и свободу и не имея ни какой отъинуду к закону бракосочетания препоны, окажутся в пороке блудодейственном.

О пресечение богоненавистного прелюбодейства не токмо правилами, но и законами гродскими. Существующие на этот предмет церковные правила, по разным виновников уверткам и укрывательствам слабо действуют, а гражданские правительства взирая на то, что оное суду духовному подлежит, в производства дел не вступают.

О штрафовании четвероженцев и вообще беззаконно брачившихся, потому что налагаемые им отлучения от таинств, епитимия ко врачеванию душ едва служит – убеждать их к тому денежным штрафом нужда требует, в монастырь отсылать их неудобно, как для государственных поддатей, так и для помещичьих работ и оброков; телесно наказывать из правило апостольское возбраняет духовенству.

О воспрещении уклоняющихся в раскольнический разврат...

О умножении епархий в государстве, по примеру не только церкви первенствующей, где к созиданию душ и сельские епископства утверждаемы были, но соседних держав христианских. Во многих городах монастыри имеются, и по щедрости Е. И. В. настоятели оных не скудным жалованием пользуются, а определяемы бывают по усмотрению достойности Св. Синодом, коим и быть, где запотребно рассудится, епископами хотя не в столь осанистом виде, как доселе.

О избрании и возведению в епископство не столь по учению, сколько по доброжительству; ибо пример жития отнюдь не меньше, а всегда ж действительнее из устного слова учить, да и в летах уже к старости наклонных, как для искусства в делах по долгожительству, так и в предупреждение многих непредвиденных случайностей, каким молодых лет пылкость подвержена.

О председательстве епископов, исключа первоклассные степени со времени каждого производства последую гражданскому и воинскому примерам, дабы через то отвратить честолюбивые мысли и друг на друга досады, с важностью сего сана весьма не вместительные.

О учреждений по городам духовным правлений с установлением жалования членам оных.

Чтобы ассигновано было на содержание колодников при консисториях и на пересылку их в другие города, так же как милостыни просить запрещено.

О соглашении и приведении в однообразный вил правил, нередко противоречащих одно другому.

С точностью определить, коих классов особам дозволять устраивать домашние церкви и иметь домовых священников с содержанием их ругою. При домовых церквах должны быть свои особые священники, – приходские должны быть свободны от обязанности совершать в них богослужения. Вместо церковников дворовым людям в алтарное служение вступать воспрещено.

Как поступать с являющимися в св. чине «самоставах» – так как о них никак не определено – что с ними делать, ни в церковных ни в градских законах.

В священники производить из всякого звания и чина людей, кто пожелает, только бы был достаточен в грамоте и доброжительстве, – а сие как с дозволение со времен Христовой церкви, так и по примеру соседних держав; подати же могут возмещаться через исключения из духовного звания малограмотных. Производить и без желания прихожан, потому что сильные и богатые часто и достойных не приемлют, за то, что о них непрошены, а чернь народная удостояет в притч смотря потому, кто более их подпоить не поскупиться.

Священникам, обучавшимся в семинарии, учинить основательное содержание и не оскудное довольство, кроме земледельчества, как для отличия их от дрождия народного по преимуществу наук, так и потому что они долговременно пребывая в семинариях ни искусства или способности к хлебопашеству, ни сил к тому, по изнурительности через учение, ни времени к пользованию народа через учение, в каком единственно намерении и обучаемы бывают, не имеют; кроме того определить им приходские дворы уравнительно, также довольную и неоскудную ругу. Ибо в земледельчестве упражняющийся священник, как ничем от рядового крестьянина по наружности не разнствует, так ни осанки по чину своему не имеет, ни других способностей к точному своей должности исполнению, кроме же того вынужденным находится для своего пропитания угождать прихожанам, а оттого одни закосневают в безстрамии, не имея совестей своих побудителя, другие осмеливаются раскольничать, от принужденного бедностью священнического молчания.

О избавлении священно-церковнослужителей от насильств и притеснения сильных лиц особлево помещиков и богатых прихожан, потому что письменные на таковых с присутственными светской команды местами сношения по большей части, как по делам оказывается, понаровкою виновникам самих присутствующих не действительны и обидимые правосудного удовольствия лишаются.

Воспретить вмешательство помещикам в дела церковные, ибо многие священники убежденными находятся сводить беззаконные браки и по доносу претерпевать штраф за преступсво правил, в которое угрозами и побоями своих помещиков по малодушеству вринулись...

За бесчестье и увечье духовного чина людей положить пристойный в рассуждение настоящего времени штраф, потому что прежние «малочисленные» штрафы сильными и богатыми лицами за ничто вменяемые, смелость к нанесению обид подают.

Духовных персон по всем делам ведать в духовных правительствах и о незабирании их в суды гражданские до исследования в духовных местах. Священники, диаконы, дьячки и пономари, и прочие клирики, рукоположение архиерейское имеющие, а равно монахи, суть чина и ведомства духовного, и в случае криминальных и других дел для исследования оных должны быть присланы в духовные правительства, и доколе не явятся в показуемом на них подозрительны, и чинов своих лишены не будут, – от истязания освобождены быть должны, ибо по сему пункту у духовных правительств с светскими происходят споры, некоторые светские лица не только забирают и держат их со злодеями, но и к истязаниям простираются по сыщиковым инструкциям.

Кроме того преосвященный указывает на необходимость вновь подтвердить прежде изданные узаконения, слабо действовавшие в церковной практике епархий, – узаконения эти изложены им в 14-ти пунктах.

Из двух указов Св. Синода назначенному им депутату от духовного ведомства в комиссии для составления уложения, последовавших после данных ему наказов и пунктов, один последовал вследствие доношения Св.Синоду киевского митрополита Арсения, следующего содержания. Малороссийской коллегии президент, граф Румянцев, писал митрополит Арсений, двумя письмами на имя его, митрополита, «требовал»: первым от 25 мая 1765 года – чтобы наистрожайше подтвердить: церкви Божии оградами обнести, мертвых в городах не погребать, а за городом, истребовав для того особые места, которые так же должны быть обнесены оградами. Вторым письмом, от 1 июня 1768 года, объясняя, что изложенное в предыдущем его письме требование до селе не выполняется, что в городах и деревнях «внутрь самых жилищь при церквах и на самых общих приходах погребают умерших, сняв часто лишь одну поверхность земли», что от этого, как само собою понятно, великий наносят вред здоровью живущих и «припадки злые», что нередко скот разрывает могилы и вытаскивает из оных погребенные тела, так что «растерзанные члены их встречают очи ближних», как это случилось и с ним, графом, в бытность его в Грухове. Граф Румянцев требовал, чтобы митрополит запретил погребать мертвых при церквах, внутрь городов и деревень состоящих, но погребать оных велел бы вне города на отведенных для того особых местах, изъявляя притом, что в том есть Ея Императорского Величества воля. Принимая во внимание, что обычай погребать мертвых при церквах есть древний и всеобщий обычай киевской епархии, митрополит Арсений не решился своею властью выполнить требование графа Румянцева и испрашивал по этому предмету указа Св. Синода. А до воспоследование такового, митрополит предписал наистрожайше монастырям через настоятелей, а приходским церквам через духовные правления, не погребать мертвых на площадях и дорогах и в общих проходах; могилы выкапывать глубиною не менее трех аршин; настоятелям монастырей и протопопам – осмотреть все монастырские и приходские церкви, и если где не окажется около церкви оград, оныя в самой скорости сделать, к чему священники удобовозможными способами должны побуждать прихожан и от светских команд в том вспомоществования пристойным образом требовать. Получив это доношение митрополита Арсения, Св. Синод постановил:

«Понеже сие дело следует до генерального во всех местах учреждения, то сообщить о том синодальному депутату, Гавриилу, епископу тверскому, для предложения комиссии о сочинении нового уложения, преосвященному же Арсению послать указ, о том, чтобы впредь до генерального о семь узаконения поступаемо было таким порядком, какой вышеописанным определением Его Величества утвержден».

Второй дополнительный указ синодальному депутату в комиссию последовал вследствие журнального определения Св. Синода от 9 марта 1769 года, которым постановлено: по делу, начавшемуся в 1745 году о учреждении для перевода принадлежащих церкви и до церковного учения книг переводческой конторы, преосвящ. Гавриилу, в комиссии, когда будет речь о учреждении духовных училищ, предложить и о учреждении означенной переводческой конторы, яко для церкви весьма потребной. Не делая с своей стороны каких-либо новых соображений по этому предмету, Св. Синод нашел достаточным дать преосвящ. Гавриилу лишь копию с доклада, составленного в 1756, следующего содержания:

В синодальной типографии, во удовольствие св. церквей и народное, церковные книги печатаются только с апробованных прежде оригиналов, а сверх того многие суть книги св. отцов, кои священное писание объясняют, и к душеспасительному пути побуждают, точию оныя на российский диалект не переложены, а которые и переведены, те еще не освидетельствованы, а церкви святой зело нужны, и оныя не переведенные перевести а прежде переведенные освидетельствовать, и печати предать весьма потребно. И хотя перевод оных книг Св. Синодом искусным мужам поручен быть и мог бы, но в свидетельстве переводов может последовать самая трудность, ибо Высочайшим Е.И.В. указом от 7 марта 1743 года повелено все печатные в России книги, принадлежащии до церкви и до церковного учения печатать с апробации Св. Синода, а синодальные члены заняты как синодальным, многого труда требующим, так и собственно епархиальным правлением и монастырским, коим затем к свидетельству переводов и время конечно не достанет, а без свидетельства синодального печати передавать нельзя. А как не без известно есть, что в прочих европейских государствах, для свидетельства новопереводимых и сочиняемых книг имеются особливые достойные и в учении достаточные цензоры, за свидетельством которых переводимые книги и печатаются, и потому как прежде, так и ныне за необходимо потребно присуждается, учредить для того при Св. Синоде переводческую контору и определить к ней переводчиков, а к свидетельству переводов и упомянутых в регламенте писем, если от кого они в Св. Синоде объявлены будут, искусных и вероятия достойных цензоров, и печатать за их свидетельством. Но понеже оного Св. Синоду собою учинить невозможно, а состоит то в особом Ея Императорского Величества соизволении, того ради согласно приговорили: о том Ея Императорскому Величеству от Св. Синода поднесть доклад и всенежайше просить, дабы Св. Синоду свободно было упомянутую контору учредить, и для ведения о том народу публиковать, и сколько потребно будет переводчиков и цензоров определить, и за их свидетельством печатать. А оную контору содержать, по рассуждению Св. Синода из типографических и других в синодальном ведении состоящих доходов, каковые в остатке находиться будут, не требую из государственной суммы, и кроме с венечных памятей и других, до лазаретов подлежащих, отсылаемых их синодального ведомства в светскую команду. А паче все оное предать в особливое Е.И.В. благоволение, и ожидать Высочайшего Е.И.В. указа. По оному определению доклад подписан и для поднесения Е.И.В. вручен с.-петербургскому преосвященному 20 мая 1756 года».

Какова была судьба в комиссии этого чрезвычайно важного доклада, которым, между прочих, полагалось начало и такому важному государственному учреждению, как духовная цензура, нам неизвестно. Что касается учреждения переводческой конторы, то и в этом отношении предначертания Св. Синода остались неосуществленными: известно, что до позднейшего времени перевод святоотеческих творении на русский язык оставался делом частных лиц. Не раньше конца первой половины настоящего столетия за это дело взялись ученые корпорации, т.е. наставники Московской и С.-Петербургской духовных академий.

* * *

1

Христ. чтение, 1876 г., № 9–10.

2

Чтение император. общества истории и древностей российских, издательство при московском университете, 1871 г. кн. 3-я, смесь, стр. 114–119.

3

Христ. чтение № 11–12, 1877 г.


Источник: Барсов Н.И. К истории законодательных работ по духовному ведомству в царствование императрицы Екатерины II // Христианское чтение. 1877. No 11–12. С. 611–627.

Вам может быть интересно:

1. К истории мистицизма в России профессор Николай Иванович Барсов

2. Историческое обозрение источников права православной церкви профессор Николай Александрович Заозерский

3. Обзор журналов: Статьи по истории Русской Церкви профессор Сергей Иванович Смирнов

4. Черты епархиального управления XVII по следственному делу о коломенском архиепископу Иосифе протоиерей Павел Николаевский

5. Догадка о происхождении древнерусского предания, которое называет первого русского митрополита Михаилом Сириным профессор Алексей Степанович Павлов

6. Значение Новгорода в истории русского искусства профессор Алексей Афанасьевич Дмитриевский

7. Замечательный образец византийской живописи X-XI вв Николай Васильевич Покровский

8. Еще пятнадцать лет служения церкви борьбой с расколом профессор Николай Иванович Субботин

9. Исторические особенности в постановлении церковно-учительного дела в Московской Руси и их значение для современной гомилетики Николай Константинович Никольский

10. Английское издание «Церковной истории» Сократа профессор Анатолий Алексеевич Спасский

Комментарии для сайта Cackle

Открыта запись на православный интернет-курс