митрополит Стефан (Яворский)

Догмат о Святейшей Литургии, или о Бескровной Жертве

Обращение к читателю и некое предисловие к излагаемому

Видя некогда запустение святого града Иерусалима, отроки Иудейские из Вавило­на сильно скорбели и с сокрушенной душой и смиренным духом возглашали: нет у нас в настоящее время (...) ни всесожжения, ни жертвы, ни приношения, ни фимиама, ни места, чтобы нам принести жертву Тебе (Дан. 3, 38).

Наши противники пытаются устроить подобную же мерзость запустения в Сионе, Святом Граде Бога живого, Церкви Христовой, когда хотят отнять у нее Литургию, прино­шение и Бескровную Жертву, которая ежедневно приносится Богу Отцу на жертвенниках. Они говорят: «Какова сегодня необходимость ежедневно приносимой в Церкви жертвы Христовой? Не достаточно ли единственной Кровной Жертвы, которую принес на крес­тный жертвенник Сам Христос, Бог наш, закланный, как Агнец, ралли спасения рода че­ловеческого? Жертва в Новой Благодати – не что иное как всякая добродетель, например, покаяние, страннолюбие, ибо написано: Жертва Богу дух сокрушенный (Пс. 50, 19). И снова: Не забывайте также благотворения и общительности, ибо таковые жертвы благоугодны Богу (Евр. 13, 16). И снова: Итак будем через Него непрестанно приносить Богу жертву хвалы, то есть плод уст, прославляющих имя его (Евр. 13, 15). Всякая добродетель есть жертва, Литургия же или некая иная Бескровная Жертва – это вымысел умов человечес­ких». Так противники Святой Церкви извергают хульные речи, которые подобны мечу в их устах. Хотя они и не отвергают Евхаристию, однако называют ее таинством, а не жертвой. И поскольку у них нет Литургии, или Бескровной Жертвы, к тому же они еще и хулят ее, то вполне могут применить к своей обновленной церкви слова, приличествующие запусте­нию Иерусалима: нет у нас в настоящее время (...) ни всесожжения, ни жертвы, ни прино­шения, ни фимиама, ни места, чтобы нам принести жертву Тебе (Дан. 3, 38).

Но в нашей Православной Восточной Кафолической й Апостольской Церкви нет такого запустения. У нас есть Литургия, или Бескровная Жертва, переданная Самим Христом Апостолам, от Апостолов своим восприемникам, а от них друг другу на все пос­ледующие века, вплоть до второго пришествия Христова, в чем может твердо убедиться каждый, кто ознакомится с этим Догматом. Во второй части вы увидите, что добродетель, хотя и имеет сходство с жертвой, отличается от Бескровной Жертвы. Сейчас, перед тем, как приступить к предстоящему делу, рассмотрим некоторые предварительные сведения.

Положение первое

Что такое жертва?

Жертва – это приношение, которое осуществляется посредством внешнего дейс­твия, Самому Богу, во Славу Его и во исповедание Превысочайшего Владычествия Его, чтобы показать нашу зависимость и ничтожность по отношению к Нему, священником, то есть церковнослужителем, призванным на это дело Богом, по определенным прави­лам. Это приношение неких ощутимых предметов, пребывающее, а не скоропреходящее, имеющее некую тайну, прообразующее нечто в прошлом или в будущем, и, наконец, под­лежащее употреблению.

Толкование

Во-первых, говорится, что приношение осуществляется внешним действием, то есть видимым, что показывает отличие жертвы от внутренней молитвы или сокрушения сердца или усердия по отношению к Богу. Все перечисленное относится не к внешнимдействиям, а ко внутренним и невидимым, что жертве не свойственно и не присуще, что мы увидим в дальнейшем.

Во-вторых, говорится: «во Славу Его и во исповедание Превысочайшего Владычествия Его, чтобы показать нашу и ничтожность по отношению к Нему». В этих словах содержится отличие жертвы от приношений земным владыкам или друзьям или кому-либо другому.

В-третьих, говорится, что жертва совершается священником, имеющим на это пра­во. Ибо эту жертву не может приносить никто, кроме священника или первосвященника.

В-четверых, говорится: «Это приношение неких ощутимых предметов», то есть тех, которые можно ощутить, и такой жертва была и раньше, такова она и сейчас. В Вет­хом Завете жертвой были волы, овцы, козлы, птицы, земные плоды, елей, вода, и все это можно было ощутить.

В Новой Благодати это Тело и Кровь Христовы, или, более того, Сам Христос, сокровенный под видами хлеба и вина. Из этого ясно, что неощутимое и невидимое не может быть истинной жертвой.

В-пятых, говорится: «Это приношение пребывающее, а не скоропреходящее». Речь идет об отличии жертвы от скоропреходящей молитвы, от освящения Церкви, жертвенника, воды, от приношения кадила, свечей и так далее. Все это быстро проходит. Не такова жертва.

В-шестых, говорится: «Это приношение, имеющее некую тайну, прообразующее нечто в прошлом или в будущем», ибо ветхозаконные жертвы, то есть убиение животных, были прообразом будущих явлений, а именно, будущей смерти Христа. Жертва же Новой Благода­ти является прообразом прошлой смерти Христа, как сказано святым Павлом: Ибо всякий раз, когда вы едите хлеб сей и пьете чашу сию, смерть Господню возвещаете, доколе Он при­дет (1Кор. 11, 26). И Сам Христос говорит: сие творите в Мое воспоминание (Лк. 22, 19).

В-седьмых, говорится: «Это приношение, наконец, подлежащее употреблению». Ибо всякая жертва Ветхого и Нового Завета употреблялась и употребляется, что увиди­те сразу после изложенного здесь.

Положение второе

Что относится к жертве?

Из сказанного ранее можно ясно видеть, что относится к жертве.

Во-первых, приносимое в жертву должно быть внешним и видимым (2Пар. 31; Лев. 23; Чис. 6). Таковы в Ветхом Завете овны, овцы, козлы, волы, голуби, горлицы, во­робьи, елей, соль, хлеб, мука, вино, вода. Все это Господь повелел приносить в жертву, чтобы через внешнее и видимое приношение было явственно видно внутренне усердие к Богу, ибо приносят жертву не Ангелы, а люди, имеющие тело, людьми и за людей. Поэто­му внешнее и видимое приношение есть знамение внутреннего и невидимого. Таковыми были видимые приношения и жертвы Ветхого Завета, как уже говорилось.

Во-вторых, жертва должна приноситься Самому Богу. Когда мы что-либо даем или приносим людям, это не является настоящей жертвой, о которой здесь говорится. Поэтому милостыня, которую мы творим ближнему Бога ради, не может быть жертвой, так как дается в пользу человека, а не в честь Бога. Жертвой Богу может быть только то, что мы приносим Ему одному, так жертвой является поклон Латрии, который должно совершать одному Богу. Другие поклоны мы можем совершать и людям, но приносить людям жертвы (если только как идолопоклонники) никак не можем, ни святым людям, живущим на земле или на Небе, ни Ангелам, ни Самой Пренепорочной Матери Божией. а только одному Богу. Так обычно делают и язычники, не знающие истинного Бога, и они не приносят жертвы никому, кроме их мнимых богов. Поэтому и безумнейший Нерон, и Калигула, и Домитиан, Римские кесари, велели приносить себе жертвы, возомнив себя богами, и в их лице жертва приносилась диаволу.

В-третьих: жертва должна приноситься во исповедание превысочайшего Владычествия Божия. чтобы показать нашу зависимость от Него. Убивать животных можно и для того, чтобы поесть, и употребить их для здоровья, но кто назовет это жертвой? На­стоящая жертва должна приноситься с таким намерением: «Я приношу эту жертву Тебе. Господу Богу моему, потому что я знаю, что Ты Господь и Бог мой. благодаря Которому я имею все, что имею, прими же от меня эту дань моего рабства и послушания, которую я должен Тебе, Господу и Творцу Моему».

В-четвертых: истинная жертва должна приноситься священником, имеющим для этого полномочия, который от имени всех приносит жертву Богу, ибо Апостол говорит: Ибо всякий первосвященник (или священник), из человеков избираемый, для человеков поставляется на служение Богу, чтобы приносить дары и жертвы за грехи. (...) И никто сам собою не приемлет этой чести, но призываемый Богом, как и Аарон (Евр. 5, 1–4). И поэтому в Ветхом Завете никому нельзя было приносить жертвы, кроме священников от колена Ааронова. Поэтому не является жертвой то, что мы сами кладем перед иконой или кадилом или свечой, или еще где-либо, это дар и простое приношение.

В-пятых: Чтобы можно было говорить о принесении жертвы, необходимо некое со­ответствующее видимое чиноуправление, совершаемое жрецом или молитвой, или пок­лонами, или воздеянием рук. возложением или неким служением и освящением. Такими действиями приносимый в жертву предмет отделяется от земного и мирского и стано­вится из земного и мирского посвященным Богу и приличествующим Ему. Так, в Ветхом Завете священник брал руками кровь животных или птиц, или муку, или хлеб, и возносил горе пред Господом Богом, и полагал на жертвеннике по некоему видимому и ощутимому чину. Если он не мог объять руками приносимое, например, тельца или нечто в этом роде, то возлагал на него свои руки, произнося некие слова, должные при освящении, и отделяя эту жертву от земного и мирского, и после этого приношение может называться святым.

В-шестых: Настоящая жертва требует и того, чтобы употребить ее во Славу Бога и превратить в небытие. Так, в древности жившие по закону Моисея умерщвляли или сжигали животных или птиц. Кровь, вино или вода проливались на землю. Если при­носились мясо или хлеб, их употребляли в пищу и съедали, превращая их в небытие во Славу Господа Бога. И в этом состоит вся сущность жертвы. Поэтому золото, серебро, медь и драгоценные камни, принесенные для создания храма Божия. не были истинной и сущей жертвой, так как не превращались в небытие, но служили для употребления и украшения. Также и левиты, и сыны Ароновы, которых Моисей определил для службы Господу Богу, не были настоящей жертвой, так как их не убивали и не умерщвляли во Славу Господа Бога. Исаак, которого его отец Авраам хотел принести в жертву и убить для Господа Бога, вот он был истинной и сущей жертвой.

Причина же этого жертвенного убиения двояка.

Во-первых. Господь Бог хотел этим жертвенным убиением прообразовать и пред возвестить самую главную и важную жертву, то есть Мессию, прежде всех веков установленного, Господа нашего Иисуса Христа, убитого на кресте, непорочную жертву и благоприятнейшую для Бога, которой должен был бы быть спасен весь мир, и ради вос­поминания о ней приносились все ветхозаветные жертвы.

Вторая причина убийства и превращения предмета в небытие ради Бога такова. Посредством жертвы мы исповедуем наше нижайшее по отношению к Богу рабство и воздаем ему честь, наивысшую, какая только может быть. Предмет, приносимый в жер­тву, не только должен быть каким-либо образом использован, но, более того, в жертве Богу воздается вся жизнь и существо жертвы, все ее достоинство. Кроме того, убийство животных знаменовало спасение, надежду избежать гнева Божия и наказания за грехи, это делалось, как бы говоря: «Господи, Боже мой, я убью это животное, чтобы Ты меня не убил и был этим доволен, укротив Свой праведный гнев на этом животном». Так, не­которые решили даже своих сынов и дочерей принести Богу и убить их, чтобы спастись самим, как сделал царь Моавитский и многие другие, от прелести и научения диавола, о чем в Священном Писании есть много свидетельств (4Цар. 3). Эти издевательства Господь Бог запретил, повелев заменить человеческую кровь кровью животных. Так Он поступил с Авраамом, когда вместо сына Исаака предложил ему для жертвенного уби­ения овна (Быт. 22). Это был прообраз нашего будущего избавления, которе совершил Христос.

Положение третье

Какие существуют виды жертв?

Богословы насчитывают три закона от создания мира: закон естества, Закон Моисея и Закон Благодати, или Евангелия. Закон естества начинается от Адама и длится до Моисея. Закон Моисея действует до Христа. От Христа начинается дейс­твие Закона Благодати, или Закон Евангельский. При всех этих законах приносились жертвы.

При законе естества читаем о жертвах Авеля, Ноя, Авраама, Мелхиседека, Иса­ака, Иакова, Иова.

Смотри Книгу Бытия и Книгу Иова.

При Законе Моисея приносились многие жертвы, различного рода, различным образом и временем, о которых много написано в Книге Левит и в других местах.

В Евангельском Законе жертва двояка, одна Кровная, другая Бескровная. Кровная Жертва была принесена на крестном жертвеннике, где Христос Себя Самого принес в непорочную жертву Богу Отцу, ради очищения наших грехов. Бескровная Жертва была впервые принесена также Христом на Тайной Вечере в Иерусалимской горнице, а ныне ежедневно приносится на жертвенниках под видом хлеба и вина и будет приноситься до самого второго пришествия Христа.

Эта Бескровная Жертва имеет четыре названия. Поскольку она приносится в свидетельство высочайшего Владычества Божия и в ознаменование нашего нижайше­го рабства, то называется Латрической Жертвой. Поскольку она приносится в озна­менование нашей благодарности за Его бесчисленные благодеяния для на нас. то назы­вается Евхаристической Жертвой. Если она совершается с молитвой и надеждой полу­чить от Бога некое благодеяние, то называется Умолительной Жертвой. Если, наконец, она приносится во оставление наших грехов, то называется Умилостивительной Жер­твой.

Положение четвертое, в котором говорится о сходстве и различии Бескровной И Кровной Жертв

Если подумать о приносимом и приносящем, то между обеими Жертвами, Кров­ной и Бескровной, нет различий, ибо в обеих Жертвах один Приносящий, Христос, Бог наш, Иерей вовеки по чину Мелхиседекову. Земные же иереи только его служители и как бы одушевленные орудия, которыми действует Начальствующий. Приносимое также в обеих жертвах одно и то же, это Тело и Кровь Господа нашего Иисуса Христа. Об этом говорится в Литургии Златоуста: «Ибо Ты и Приносящий, и Приносимый». А теперь скажем о различиях между двумя жертвами.

Во-первых, Кровная Жертва была единственной, на Кресте, и не может быть по­вторена или многократно совершаема, ибо, по слову Апостола, Христос, воскреснув из мертвых, уже не умирает: смерть не имеет над ним власти (Рим. 6, 9). Жертва же Бес­кровная существует вечно и приносится ежедневно, вплоть до окончания мира, по пове­лению Господню: сие творите в Мое воспоминание.

Второе различие в том, что в единственной Кровной Жертве Христос поистине умер на Кресте, в Своем Собственном Лице. В Бескровной Жертве Он умирает ежеднев­но не истинной и естественной смертью, а только таинственной смертью, которая явля­ется как образ под видами хлеба и вина.

Третье различие: Крестная Жертва была единственной ради спасения всего мира, и в ней полная совершенная награда и искупление грехов всех людей, которые были, есть и будут, и иной жертвы для своего спасения мир не требует, ибо по слову Апостола: Ибо Он одним приношением навсегда сделал совершенными освящаемых (Евр. 10, 14). Бескровная Жертва есть употребление первой, от которой она получает всю свою силу. Первая – как неисчерпаемый источник живой воды. Вторая же, как черпак, которым черпается этот душеспасительный источник. Первая – как сокровище, преисполнен­ное золота и серебра. Вторая – как то, что берется и употребляется из приготовленного золота на разные нужды. Она, как многоценное миро, или многоцелебное лекарство, приготовленное для разных струпьев и язв. Это применение драгоценного лекарства, в котором нуждается каждый.

Четвертое различие: Крестная Жертва уже совершилась в третий час и уже про­шла, и невидима для наших глаз, хотя ее действие продолжается. Бескровной Жертве должно быть видимой, ибо она приносится ежедневно в честь Господу Богу и ради раз­личных наших нужд, видимым священником на видимом жертвеннике, и тем самым мы возносим Богу хвалу и поддерживаем нашу веру, и извлекаем из нее пользу для души.

Пятое различие: Крестная Жертва имеет бесконечную силу заслуги искупления, а Бескровная Жертва имеет силу, соответствующую определенным человеческим нуждам. Там Христос умер истинно и естественно, в Своем Собственном Лице, принося Себя в жертву, здесь же Приносимый присутствует под видами хлеба и вина, без новой смерти Там Он принес Сам Себя непосредственно, здесь же – священниками, своими намест­никами, и их руками Свои Тело и Кровь приносит Богу. Так бывает и в мирской жизни: прошение посланника имеет большую цену, когда он действует от имени своего владыки своего, чем если бы он просил от себя самого. А когда владыка просит сам от себя, а не через посланника, это прошение имеет намного большую силу.

Положение пятое

Может ли быть одно и то же Таинством и Жертвой, и чем они различаются

Святейшая Евхаристия не только одно из семи Таинств, но и обладает большим величием по сравнению с остальными Таинствами, поскольку это и Жертва, которую мы всегда приносим в честь Господа Бога и в благодарность за все Его благодеяния, а осо­бенно за наше избавление, и на нее мы возлагаем все наши утешения и надежды.

Различие же между Таинством и Жертвой трояко.

Во-первых, в Таинстве под видимыми знамениями мы получаем от Бога, всех благ Подателя, невидимые Небесные дары для нашего оправдания и исправления. В Жертве же мы не получаем, а, напротив, отдаем и дарим Господу Богу дорогое для нас, желая показать нашу благодарность и воздать честь превысочайшему Божию Владычеству, и получити для себя благодать и милость.

Во-вторых, в Святейшей Евхаристии, поскольку это Таинство, мы обретаем укрепление и питание духовной жизни. Поскольку мы приносим Жертву ради искупле­ния наших грехов, мы добиваемся для себя умилостивления Божия, ибо приносим те же Тело и Кровь Христовы, которые были на Кресте избавлением от грехов всему миру.

Третье различие Таинства от Жертвы состоит в том, что Таинство полезно только для принимающего и освящает его одного. Жертва же приносит пользу и всем другим, и отсутствующим, находящимся далеко, оказывая благодеяние не только живым, но и мертвым. Поэтому мы можем приносить Жертву не только сами за себя, но и за всю Церковь, и за ближних и любимых нами, помогая каждому в его нужде.

Все эти сведения, изложенные во введении, следует рассмотреть уже со всяким при­лежанием и внимательно изучить главный спор о Жертве Евангельского Закона, или Зако­на Благодати, который пришел в мир со Христом. Есть ли ныне истинные и действитель­ные Бескровные Жертвы, кроме той Кровной Жертвы, которая свершилась на кресте?

Наши противники, всегда побуждаемые духом противоречия, приемлют одну только Кровную Жертву, совершившуюся на Кресте, но Бескровной Жертве они не нахо­дят места. Хотя они и не отвергают Евхаристию, но считают ее Таинством, а не Жертвой, как уже сказано выше.

Что нам ответить, будет ясно из последующего.

Часть I. О Истинной Бескровной Евхаристической Жертве Камень Православной Веры

В ежедневно совершаемой Литургии приносится истинная и действительная Бескровная Жертва, или Святейшая Евхаристия (по общему мнению), или Тело и Кровь Христовы, освящаемые под видом хлеба и вина и приносимые Богу.

Так благочестиво исповедует вся Святая Соборная Апостольская Церковь.

Смотри «Точное изложение Православной веры», в первой части, в вопросе 107, издание Московское.

Глава 1

Твердость камня веры от прообразов в Ветхом Завете, священства и жертвы меахиседека

В Книге Бытия в главе 14 написано: и Мелхиседек, царь Салимский, вынес хлеб и вино, – он был священник Бога Всевышнего, – и благословил его, и сказал: благословен Авраам от Бога Всевышнего, Владыки неба и земли; и благословен Бог Всевышний, Ко­торый предал врагов твоих в руки твои (Быт. 14, 18–20). До этого места Писание. Здесь надо рассмотреть четыре пункта:

1. Мелхиседек, царь Салимский.

2. Вынес хлеб и вино.

3. Был священник Бога Всевышнего

4. Благословил его (Авраама).

Во всех этих четырех пунктах явственно изображается Христос, Бог наш. Ибо когда Мелхиседек, священник Бога Всевышнего, принес Господу Богу хлеб и вино, бес­кровную жертву в благодарение Богу, подавшему Аврааму победу, и благословил его. тем самым он выступил прообразом Первосвященника Христа и Его будущей Бескров­ной Жертвы, которой мы воздаем благодарение за победу над Крестом – Воскресение Христово. А жертва Мелхиседека, состоявшая в хлебе и вине, была явственным прооб­разом Бескровной Жертвы Христовой, которая у нас ныне приносится Богу ежедневно под видом хлеба и вина. Об этом очень явственно и ясно свидетельствует Священное Писание, в котором говорится о Христе, нашем Спасителе: Ты священник навеки по чину Мелхиседекову (Пс. 109, 4)! Апостол Павел, обращаясь к Евреям, учит их этой истине, что яснее солнца. Послушайте, что он пишет в главе 7 Послания к Евреям: уподобляясь Сыну Божию, пребывает (Мелхиседек) священником навсегда (Евр. 7, 3). И ниже: ибо те были священниками без клятвы, а Сей с клятвою, потому что о Нем сказано: клялся Господь, и не раскается: Ты священник вовек по чину Мелхиседека (Евр. 7, 21). Иисус стал пору­чителем лучшего Завета, так как много было священников, но после своей смерти они переставали быть ими. Он же, пребывая вечно, имеет непреходящее священство. Поэто­му Он, будучи всегда живым, всегда может спасти приходящих через Него к Богу, чтобы ходатайствовать о них. В этом суть сказанного святым Павлом.

А в начале 7 главы он указывает на очевидное сходство Христа и Мелхиседека. говоря: во-первых, по знаменованию имени царь правды, (Мелхиседек) а потом и царь Салима, то есть царь мира, без отца, без матери, без родословия, не имеющий ни на­чала дней, ни конца жизни (Евр. 7, 2–3). Все это подходит Христу, Который и есть Царь Правды, Царь Мира, без отца и без матери, то есть без отца на земле, без матери прежде веков, без определенного начала и конца, пребывая во веки веков.

А в последующих восьмой и девятой главах Павел пространно рассказыва­ет, что Господь наш Иисус Христос не был священником по чину Аарона, так как родился не в роду Левиином, священники которого одни имели право приносить жертву. Но Господь наш Иисус Христос родился в роду Иуды, из которого происхо­дили цари, и был царем и вместе с тем священником не по чину Аарона, но по чину Мелхиседека.

Если хотите узнать, чем же отличалось священство Аарона от священства Мелхи­седека, то как раз и отличалось тем, что Аарон приносил в жертву животных, проливав­ших кровь, а Мелхиседек приносил жертву без крови, то есть хлеб и вино.

Священство Аарона было временным и уже прекратилось. Священство же Христа вечное, пребывающее до самой кончины мира и утвержденное клятвой: клялся Господь, и не раскается: Ты священник вовек по чину Мелхиседека.

Христос, Господь наш, был священником, принесшим на кресте Кровную Жертву Богу – Себя Самого – ради спасения всего мира. Однако эта Жертва была единственной, свершившейся в третий час, поэтому из-за этой Кровной Жертвы Христос не может быть Священником вовеки, так как многократно или всегда умирать не может. По чину же Мелхиседека, принесшего в жертву хлеб и вино, он Священник вовеки, и эту Жертву приносит всегда, ежедневно, своими служителями, священниками, и будет приносити до самого конца мира, возобновляя Своей Бескровной Жертвой память о свершившейся кровной жертве и ее значении для верующих, ибо Он и Приносящий, и Приносимый, и Принимающий, и Раздаваемый, как говорится в Литургии Златоуста.

Это доказательство о Бескровной Жертве, приносимой под видом хлеба и вина, настолько ясно, что противники, подобно птицам ночным, не могут на него смотреть и потому всячески пытаются омрачить его: «Не будем возражать, – говорят они, – что Мелхиседек, царь Салимский, был священником Бога Всевышнего, и не будем спорить с тем, что Христос был Священником по чину Мелхиседекову, но скажем (говорят против­ники), что священство Мелхиседека и Христа не состояло в приношении хлеба и вина, потому что Мелхиседек принес хлеб и вино не как жертву Богу, а как обычную и простую пищу для подкрепления сил Авраама и его воинов, возвращавшихся с битвы». Этим об­лаком противники пытаются омрачить солнечное блистание истины, но напрасно, ибо нашим противникам

ОТВЕЧАЕМ, ВО-ПЕРВЫХ: Кого больше должно слушать – вас ли, недавно воз­никших лжеучителей, или древних святых Отцов, вселенских учителей, Церковных све­тил и столпов, которые все единомысленно и согласованно писали о том, что Мелхисе­дек принес хлеб и вино не как простую пищу для подкрепления Аврама, а как жертву в благодарение Богу, давшему Авраму победу, и что было прообразом Бескровной Жертвы Мессии Христа, причастниками которой были еще Авраам и его воины.

Но поскольку вы учение святых Отцов попираете ногами, как драгоценный би­сер, прибегнем к другому средству и спросим следующее. Скажите нам, противники, в чем вы видите священство Мелхиседека, если оно, по-вашему, не в приношении хлеба и вина? Известно, что священник не может называться таковым, если он не приносит истинную жертву. Если же Мелхиседек (как и вы исповедуете) был священником, то ему полагалось приносить истинную жертву. И если он был священником Бога Всевышнего, как говорится в Писании, то он приносил и жертву Всевышнему Богу. Скажите же, какую жертву Богу принес Мелхиседек, если не ту, о которой возвещает Книга Бытия, то есть хлеб и вино? Приношение тельцов, волов и других животных приписать Мелхиседеку вы не сможете, так как эти жертвы приличествуют священству Аарона. Священство же Мелхиседека, по свидетельству Священного Писания, отличается от священства Ааро­на. Различий между ними не было бы, если бы в обоих случаях приносилась Кровная Жертва.

Не покажете и не сможете показать, противники, где в Писании говорится о ка­кой-либо другой жертве, отличающейся от кровной жертвы, которую Мелхиседек при­носил бы Богу, помимо хлеба и вина. Поэтому вам придется признать, что Мелхиседек принес святую жертву Богу именно тогда, когда он, встречая Авраама, принес хлеб и вино. Иначе или вам придется признать, что Мелхиседек не был истинным священни­ком, что противоречит Писанию, где сказано: он был священник Бога Всевышнего, или у вас некое призрачное представление о священстве, исключающее жертвоприношение, а это противоречит его смыслу, поскольку священство, священник и жертва связаны меж­ду собой и не могут существовать друг без друга, более того, жертвоприношение Богу – это основание, на котором стоит весь священнический чин.

ОТВЕЧАЕМ, ВО-ВТОРЫХ: Когда в Писании говорится, что Мелхиседек принес хлеб и вино, тут же добавляется: он был священник Бога Всевышнего, как бы поясняя: «Мелхиседек потому принес хлеб и вино, что он был священником Бога Всевышнего». Из этого ясно, что это было не простое приношение хлеба и вина, не для еды Авраму, а в жертву Богу. Посколь­ку причиной этого приношения Писание называет необходимость жертвы, которую должен принести священник Бога Всевышнего. По этой же причине священнику приличествует при­носить не простую пищу, а жертву. Даже здравый смысл подсказывает, что приношение Авра­аму простой пищи не имеет ничего общего со священством. Простой пищей мог подкрепить Аврама любой простой человек, и незачем ему для этого было бы быть священником Бога Все­вышнего. Вам, противники, следует понять из написанного, что по этой причине, то есть, пос­кольку в Писании говорится о священстве Мелхиседека, это приношение хлеба и вина было не простым приношением Аврааму для употребления в пищу, а приношением Богу в жертву. И разве есть смысл в словах: «Мелхиседек принес Авраму пищу, хлеб и вино, потому что он был священником Бога Всевышнего»? Если же сказать наоборот: «Мелхиседек принес Богу жерт­ву, хлеб и вино, потому что он был священником Бога Всевышнего», то в этих словах, указыва­ющих на соответствие такого приношения священническому чину, будет большой смысл.

Глава 2. Твердость камня веры от прообразующего действия Моисея и его слов в Ветхом Завете

В Книге Исхода, в главе 24, можно ясно видеть прообраз Новозаветной Жерт­вы, о котором говорит и Апостол Павел в Послании к Евреям: Ибо Моисей, произнеся все заповеди по закону перед всем народом, взял кровь тельцов и козлов с водою (...) и окропил как самую книгу, так и весь народ, говоря: это кровь завета, который запове­дал вам Бог (Евр. 9, 19–20). Это прообразование ясно указывает на Таинство Святейшей Евхаристии, установленное на Тайной Вечере, поскольку Христос у Евангелиста Луки Чашу Своей Крови ясно называет Новым Заветом, говоря: сия чаша есть Новый Завет в Моей крови (Лк. 22, 20) Это же читаем и в Послании Павла к Коринфянам: сия чаша есть новый завет в Моей Крови (1Кор. 11, 25). А также находим в Евангелии от Матфея (Мф. 26, 26) и от Марка (Мк. 14, 24). Из этого каждый может ясно увидеть, что Христос, желая показать исполнение прообраза, данного Моисеем, и соответствие образа исти­не, использовал те же слова, которые Моисей произнес в Ветхом Завете. Если действие Моисея, окропившего людей кровью, было образом Тайной Вечери, то Христу, исполня­ющему этот прообраз, было необходимо принести в Жертву Свою Кровь на Тайной Ве­чери, и Он поистине принес ее, иначе исполнение прообраза не было бы совершенным. Поэтому, если хотим в точности уяснить себе, как соотносились образ и истина, следует говорить, что Христос на Тайной Вечере сделал то, что сделал ранее и Моисей. Моисей принес в жертву кровь, принес ее и Христос. Моисей провозгласил людям Ветхий Завет и заповедь Господню, и Христос также обращался к Своим ученикам на Тайной Вечере, возвещая Новый Завет и давая Свою заповедь: сие творите в Мое воспоминание. Мои­сей вместе с народом Израилевым употребил эти жертвы, и это же сделал и Христос на Тайной Вечери, давая Свои Тело и Кровь для употребления Своим ученикам.

И пускай не говорят нам противники, что Христос этот прообраз исполнил на Кресте, когда принес Тело и Кровь Свою Своей смертью, а не на Вечери. Этим мнени­ем не обольщайтесь, ибо Моисей вначале принес в жертву телячью и козлиную кровь, а потом окропил этой кровью людей, произнося эти слова: сия есть Кровь Завета. И вначале была принесена Кровная Жертва, а потом она была использована для людей. Поэтому и Христу, исполняющему прообраз, должно было вначале принести в Жертву Свою Кровь, а потом сказать: сия есть Кровь Моя Нового Завета, а потом отдать ее для употребления ученикам.

Глава 3. Твердость камня веры от пророчеств о бескровной жертве и говорящих истину

Первое пророчество

В 1 Книге Царств, в главе 2, написано: И поставлю Себе священника верного; он будет поступать по сердцу Моему и по душе Моей; и дом его сделаю твердым, и он будет ходить пред помазанником Моим во все дни (1Цар. 2, 35).

Толкователи Священного Писания, святые Отцы, относят эти слова к христиан­ским священникам, которые приносят и будут приносить до самого конца мира Жертву Христову в Евхаристическом Таинстве. Поэтому в Священном Писании говорится: И поставлю (...) священника верного.

Когда здесь говорится о священнике верном, имеются в виду все священники, на­следники Христа. В Священном Писании часто, когда имеются в виду многие, использу­ется единственное число. Например, когда говорится: Человек! Как трава, дни его, как цветение полей (Пс. 102, 15), имеется в виду, что все люди, как трава, дни их, как цветение полей. Так и в нашем случае Священное Писание обещает устроить дом твердый всему священству: и дом его сделаю твердым, то есть Церковь правоверных, в которую при­ходят священники Христовы и приносят Жертвы. Об этом доме твердом говорит и Сам Христос: на сем камне Я создам Церковь Мою (Мф. 16, 18). Писание добавляет еще и то, что эти священники будут служить Господу вовеки, то есть будут приносить Жертву Тела и Крови Христа и совершать Таинство во все дни, вплоть до конца веков. Противники возражают, что это говорится в Писании не о священниках Нового Завета, а о Самуиле и Садоке, которые пришли после смерти Илия.

ОТВЕЧАЕМ: Отвержение священства Илия было образом отвержения священ­ства Аарона, и поскольку после Илия священниками были поставлены Самуил и Садок, такое наследование было образом отвержения священства Аарона, вместо которого при­шло христианское священство, и священники Бога Всевышнего стали приносить Жерт­ву Тела и Крови Христовых. И поскольку совершенное исполнение Пророческих словес происходит не в образах, которые только предвосхищают будущее, а в действительно­сти, это пророчество исполняется, как сама истина, на христианских священниках.

Второе пророчество

В Книге Пророка Исаии в главе 19 написано: В тот день жертвенник (то есть ал­тарь) Господу будет посреди земли Египетской (Ис. 19, 19). И ниже: И Господь явит Себя в Египте; и Египтяне в тот день познают Господа и принесут жертвы и дары, и дадут обеты Господу, и исполнят (Ис. 19, 21). До этого места Писание. Это пророчество, по толкованию святых Отцов, относится к Святейшей Жертве, совершаемой в Евхаристии, которую познают Египтяне, а в ней и Господа, ибо к Египтянам, то есть к народу неве­рующему и не знающему Бога, перейдет от Иудеев христианская вера, что и произошло в действительности. Поэтому, по толкованию святых Отцов, вместе с христианской ве­рой, которая придет от Иудеев к язычникам, не знающим Бога, придет и христианская жертва. Египтянами Пророк здесь называет язычников, от которых произошли и мы, и в наших предках была когда-то тьма, а ныне в нас свет о Господе.

Мы знаем, что противники, толкуя пророчество, считают, что в нем говорится о духовной жертве, то есть о молитвах, милостыне и других добродетелях. Но напрасно, ибо Пророк Исаия ясно говорит: В тот день жертвенник Господу будет посреди земли Египетской (то есть алтарь). А если будет алтарь, то будет и жертва на алтаре, а она обыч­но приносится в действительности, а не метафорически, в милостыне и иных добродете­лях, о чем мы расскажем во второй части.

Третье пророчество

Также в Книге Пророка Исаии в главе 66 написано следующее: Из них (то есть из язычников) буду брать также в священники и левиты, говорит Господь (Ис. 66, 21). Это пророчество святые Отцы также относят к христианским священникам, которые про­исходят из язычников.

Четвертое пророчество

В Книге Пророка Иеремии, в главе 33, написано: Ибо так говорит Господь: не пре­кратится у Давида муж, сидящий на престоле дома Израилева, и у священников-левитов не будет недостатка в муже пред лицом Моим, во вся дни возносящем всесожжение и сожигающем приношения и совершающем жертвы (Иер. 33, 17–18).

Эти пророческие слова подобным же образом Церковные учители, святые Отцы, относят к нашим нынешним священникам, и поскольку в этом Пророческом высказыва­нии говорится об обращении язычников ко Христу и перенесении истинной христиан­ской веры от Иудеев к язычникам, ясно, что Пророком имеются в виду те священники, которые происходят из язычников.

Пятое пророчество:

В Книге Пророка Малахии в главе 1 написано: от востока солнца до запада вели­ко будет имя Мое между народами, и на всяком месте будут приносить фимиам имени Моему, чистую жертву (Мал. 1, 11).

Здесь Пророк Малахия говорит о двоякой жертве, сравнивая жертву Ветхого За­вета и Жертву Нового Завета, и предвозвещает, что в Новом Завете будет приносимая на всяком месте Чистая Жертва, превосходящая все Моисеевы жертвы. Желающие удос­товериться могут прочесть всю первую главу Книги Пророка Малахии, где он говорит о жертвах Моисея от Лица Господа: Вы приносите на жертвенник Мой нечистый хлеб (Мал. 1, 7). И ниже: И когда приносите в жертву слепое, не худо ли это (Мал. 1, 8)? А о жертве Нового Завета он говорит: на всяком месте будут приносить фимиам имени Моему, чистую жертву (Мал. 1, 11). Здесь предстоит рассмотреть вопрос о том, что та­кое Чистая Жертва.

Мы с древними святыми Отцами говорим, что Чистая Жертва – это Тело и Кровь Христа, Бога нашего. Противники же наши называют чистой жертвой добрые дела, мо­литву, благодарение, милостыню и тому подобное.

Это мнение наших противников не соответствует истине по ряду причин.

ПЕРВАЯ причина. Сами противники говорят, что все наши добрые дела не чисты и приводят в свидетельство Пророка Исаию, который в главе 64 говорит: вся правед­ность наша – как запачканная одежда (Ис. 64, 6). Поэтому противники и не требуют благих дел, необходимых для спасения, считая важной только веру. Но об этом скажем в Догмате об оправдании человека. Если же, по мнению противников, наши добрые дела не чисты, то как они могут быть жертвой, чистой для Бога?

ВТОРАЯ причина: Пророк Малахия нашу Жертву противопоставляет жертве Иу­дейской и говорит, что Иудеи часто приносили в жертву дурное и нечистое, в нашей же Жертве приносимое всегда чисто.

Таковым же не может быть ничего, кроме Тела и Крови Христовых, ибо все ос­тальное, что мы приносим, часто бывает причастно пороку и несовершенству.

ТРЕТЬЯ причина. Пророк Малахия говорит не только о Чистой Жертве, но и о Новой Жертве, которая будет после жертв Моисея, то есть у христиан. Но добрые дела не новы и не следуют за жертвами Моисея, а также приличествуют не только христиа­нам, поскольку существуют от начала мира, от Патриархов, Пророков и их восприем­ников. Поэтому добрые дела не являются Чистой Жертвой, о которой говорит Пророк Малахия, и иной Чистой Жертвы, помимо Крови и Тела Христовых в Евхаристии, про­тивники назвать не могут.

Глава 4. Твердость камня веры от Евангельской истины

Первое доказательство, от Тайной Вечери

Христос, Спаситель наш, на Тайной Вечери дал Свои Тело и Кровь не только в пищу Своим ученикам, но и в Жертву Своему Богу Отцу. Это ясно из самих Евангель­ских Слов Христа, Который в Евангелии от Луки в главе 22 говорит: сие есть Тело Мое, которое за вас предается (Лк. 22, 19). Об этом же говорит и Апостол Павел: Приимите, ядите, сие есть Тело Мое, за вас ломимое (1Кор. 11, 24). А о чаше Христос говорит: сия чаша есть Новый Завет в Моей Крови (Лк. 22, 20).

В Евангелии от Матфея к этим Словам прибавляется: за многих изливаемая во оставление грехов (Мф. 26, 27–28).

Здесь предстоит внимательно рассмотреть два момента.

ПЕРВОЕ. Когда Христос говорит: Тело Мое, которое за вас предается, или Тело Мое, за вас ломимое. И снова: Кровь Моя (...), за вас изливаемая, или за многих излива­емая во оставление грехов.

Из этих Слов Христа ясно видим, что Христос на Тайной Вечери Свои Тело и Кровь не только дал в пищу Апостолам, но и принес Богу Отцу в Жертву за них и за многих во оставление грехов. Если бы Тело и Кровь Христовы на Тайной Вечери были не Жертвой, а только пищей, то тогда Христос должен был сказать: «Тело Мое, вам давае­мое», а не за вас, «вам ломимое», а не за вас. Так же тогда должно было бы говорить и о чаше: «вам изливается», а не за вас. И если бы Тело и Кровь Христы тогда были только пищей, а не еще и Жертвой, то Христос и назвал бы только Апостолов, которым Он дал в пищу Свои Тело и Кровь, и не упоминал бы о многих. Тот, кто дает пищу, дает ее присутс­твующим, а не многим, не присутствующим. Он не сказал бы: во оставление грехов, ибо пища не приносится во оставление грехов, а приносится только жертва. Из этого ясно от Слов Христа все яснее, что Тело и Кровь Христовы на Тайной Вечере были не только пищей для Апостолов, но и Жертвой Богу Отцу. И поскольку Христос повелел Апосто­лам делать так, как сделал тогда Он Сам: Сие творите (...) в Мое воспоминание (1Кор. 11, 25), ясно следует, что Апостолы, послушав Господа своего, также принесли Жертву Богу и делали то, что им завещал делать Христос. Они передали это своим восприемникам, и ныне так делают наши священники, и так будет делаться до конца веков, или, как говорит Павел: доколе Он придет (1Кор. 11, 26), то есть до второго пришествия Христова.

ВТОРОЕ. Внимательно посмотри на то, что сказанное относится к настоящему времени, а не к будущему. И чтобы никто не стал говорить, что Христос сказал о Крест­ной жертве, которая была после Тайной Вечери, а не о жертве, которая была на самой Тайной Вечере, обратите внимание, что ясно указывается на настоящее время, то есть на происходящее во время Тайной Вечери. Тело Мое, которое за вас предается, – говорит Он, а не говорит «предастся». И снова: Тело Мое, за вас ломимое, то есть ныне оно уже не ломится. И Кровь Моя, – говорит, – за вас изливаемая, то есть ныне на Тайной Вечере, а не говорит: «Кровь Моя, которая прольется за вас», то есть на Кресте. И в другом месте говорит: за многих изливаемая, а не говорит: «за многих изольется».

Из этого ясно, что Христос говорит о Бескровной Жертве, такой, как тогда на Тайной Вечере Он принес Богу Отцу за Апостолов и за многих, а не о Кровной Жертве, которая после этого свершилась на Кресте.

Обратите же особое внимание и на эти слова: Тело Мое, за вас ломимое. Эти слова, за вас, знаменуют Жертву, а не только пищу, ибо пища не приносится за людей, но людям. И пускай никто не подумает, что когда Христос, говоря о Крестной Жертве, прилагает: за вас ломимое, это слово, ломимое, ясно показывает, что речь идет о Жертве, принесенной на Вечере, а не на Кресте, ибо на Кресте не было ничего ломимого. Об этом прекрасно сказал вселенский учитель святой Златоуст в Беседе 24 на Первое Послание Павла к Ко­ринфянам, глава 10: «Ломимый хлеб не есть ли приобщение Тела Христова? Почему Он добавил: ломимое? Потому, что в это явственно происходит в Евхаристии, на Кресте же этого не было, а было как раз противоположное этому. Ибо кость не сокрушится, но не пострадает на Кресте, а в Евхаристии Тело страдает в просфоре ради тебя, что и терпит Ломимый и все Исполняющий».

Второе доказательство, от беседы Христа с Самарянкой

В Евангелии святого Иоанна написано: Женщина говорит Ему: Господи! Вижу, что Ты пророк. Отцы наши поклонялись на этой горе, а вы говорите, что место, где должно поклоняться, находится в Иерусалиме. Иисус ей говорит: поверь Мне, что наступает время, когда и не на горе сей, и не в Иерусалиме будете поклоняться Отцу. Вы не знае­те, чему кланяетесь, а мы знаем, чему кланяемся, ибо спасение от Иудеев. Но настанет время и настало уже, когда истинные поклонники будут поклоняться Отцу в духе и истине (Ин. 4, 19–23).

Здесь предстоит узнать, что такое поклонение, о котором пишется в Евангелии. Речь идет не о простом поклонении, которое может быть везде, а знаменует принесение жертвы, которая приносится не везде. Но самаряне приносили свои жертвы на горе, на­зываемой Гаризин, прилежащей их городу Сихарь, или Сихем, Иудеи же в Иерусалиме. Когда вы читаете эти слова: Отцы наши поклонялись на этой горе, а вы говорите, что место, где должно поклоняться, находится в Иерусалиме, то под поклонением пони­мается жертвоприношение. Это же ясно и из других мест Священного Писания. Так, в Книге Бытия сказано: И сказал Авраам отрокам своим: останьтесь вы здесь с ослом, а я и сын пойдем туда и поклонимся (то есть принесем жертву), и возвратимся к вам (Быт. 22, 5). Так написано и в Евангелии: Из пришедших на поклонение в праздник были некоторые Еллины (Ин. 1 Z 20), то есть принесли жертву. Это же мы читаем в Деяниях Апостолов. Евнух царицы Кандакии пришел поклониться в Иерусалим, то есть принес­ти жертву (Деян. 8, 27). Значит, в Иерусалим приходили и из дальних стран, так как это было место принесения жертв.

Самарянка, увидев в Христе Пророка, спросила Его о Самарянах и Иудеях, чье поклонение лучше, Самарян ли, приносящих жертву на горе Гаризин, или Иудеев, при­носящих свои жертвы в Иерусалиме. Христос отвечал: наступает время, когда и не на горе сей, и не в Иерусалиме будете поклоняться, как бы говоря: «Наступит время, когда будущие христиане не только на этой горе или в Иерусалиме, но на всяком месте прине­сут жертвы». Ибо Жертва будущих христиан не будет ограничена только одним местом, как жертвы Иудеев и Самарян, а будет приноситься везде и на всяком месте, как говорит Пророк Малахия. Добавляет Христос и это: истинные поклонники будут поклоняться Отцу в духе и истине. То есть Иудеи не приносили жертвы духом, ибо следовали только внешнему чину и, принося в жертву животных, сердцем находились далеко от Бога. Самаряне не приносят истинной жертвы, ибо не приносят ее истинному Богу, а приносят идолу: Вы не знаете, чему кланяетесь Но будущие христиане, истинные поклонники, принесут Жертву истинному Богу, со внутренним благоговением духа.

КОРОЧЕ ГОВОРЯ:

Христос, беседуя с Самарянкой, говорит об отличии христианской Жертвы от Иу­дейских и Самарянских жертв. Первая может приноситься на любом месте, последние же две только в двух местах. И поскольку Христос говорит это о Жертве действительной и истинной, а не о духовной, то христиане могут приносить некую Жертву, действитель­ную и истинную, на всяком месте. Это Жертва не Крестная, не Кровная, которая свер­шилась только однажды и на одном месте. Это Жертва Бескровная, Евхаристическая, которая приносится ежедневно в храмах Божиих.

Глава 5. Твердость камня веры от посланий святого апостола Павла

В Послании к Коринфянам Апостол Павел наставляет их, говоря: Итак, возлюб­ленные мои, убегайте идолослужения (...) Чаша благословения, которую благословляем, не есть ли приобщение Крови Христовой? Хлеб, который преломляем, не есть ли приоб­щение Тела Христова? (...) Посмотрите на Израиля по плоти: те, которые едят жерт­вы, не участники ли жертвенника? Что же я говорю? То ли, что идол есть что-нибудь, или идоложертвенное значит что-нибудь? Нет, но что язычники, принося жертвы, приносят бесам, а не Богу. Но я не хочу, чтобы вы были в общении с бесами. Не можете пить чашу Господню и чашу бесовскую; не можете быть участниками в трапезе Господ­ней и в трапезе бесовской (1Кор. 10, 14–21).

Смысл этих слов Павла таков: он говорит о троякой трапезе, или трех жертвен­никах.

ПЕРВЫЙ, на котором язычники приносят жертву идолам или бесам.

ВТОРОЙ, на котором Иудеи приносят богу в жертву животных.

ТРЕТИЙ, на котором христиане приносят Тело и Кровь Христовы под видами хлеба и вина.

Апостол призывает Коринфян воздерживаться от идоложертвенного. То есть от мяса, приносимого идолам: убегайте идолослужения. В качестве причины от называет то. что каждый, кто ест идоложертвенное, приобщается жертвенника и идоложертвенного, следовательно, становится почитателем идолов, или бесов. Подобно тому, как христиане, ядущие от Тела и Крови Христовых, становятся причастниками жертвенника и жертвы Христовых, и Иудеи, ядущие от жертв Моисея, становятся причастниками жертвенника и жертвы Моисея, так и ядущие от жертв, приносимых идолам, или бесам, приобщаются жертвенника и жертв идолам, или бесам. Но никто не может быть одновременно причас­тником жертвенника Христова и жертвенника идольского. Если же вы хотите быть при­частниками жертвенника Христова, должны всячески удаляться от жертвенника и идо­ложертвенного. Тот, кто не удаляется, не может быть причастником жертвенника Хрис­това. Не можете пить чашу Господню и чашу бесовскую; не можете быть участниками в трапезе Господней и в трапезе бесовской. Таков смысл вышеприведенных слов Апостола Из них ясно, что не только Иудеи и язычники, но и христиане имеют свой жертвенник и жертву, и бывают участниками жертвенника и жертвы. Жертва же христиан не что иное, как принесение Тела и Крове Христовых под видом хлеба и вина. Об этом явственно говорит Апостол: Чаша благословения, которую благословляем, не есть ли приобщение Крови Христовой? Хлеб, который преломляем, не есть ли приобщение Тела Христова?

Есть и другое доказательство, приведенное также Апостолом Павлом, который в Послании к Евреям говорит о Жертве Нового Завета: с переменою священства необхо­димо быть перемене закона (Евр. 7, 12).

Здесь жертва состоит в имени священства, так как они взаимосвязаны. Таким же образом, в имени закона состоит закон почитания Бога. Когда Апостол говорит, что с переменою священства необходимо быть перемене закона, он ясно показывает, что жер­тва и закон почитания Бога столь тесно связаны, что одно не может быть без другого, и с переменой одного необходимо быть перемене и другого. Из этого следует, что закон почитания Бога трояк.

Первый закон естества, от Адама до Моисея.

Второй закон Моисея, от Моисея до Христа.

Третий закон Евангельский, от Христа до самого конца века.

Поэтому необходимо быть троякой и жертве, то есть различают жертву естества, жертву Моисея и Жертву Евангельскую. И если переменяется закон почитания Бога, не­обходима перемена и жертвы.

Есть и третье доказательство, когда святой Апостол Павел говорит о Бескровной Жертве в Послании к Евреям: мы имеем такого Первосвященника, Который воссел одес­ную престола величия на небесах и есть священнодействователь святилища и скинии истинной, которую воздвиг Господь, а не человек. Всякий первосвященник поставляет­ся для приношения даров и жертв; а потому нужно было, чтобы и Сей также имел, что принести (Евр. 8, 1–3),

До этого места слова Апостола.

Из этих слов Апостола ясно, что помимо Кровной Жертвы, принесенной на Кресте, у Христа была и другая Жертва. Поскольку Христос Первосвященник, ему не­обходимо приносить Жертву. Ибо, словами Павла, всякий первосвященник поставля­ется для приношения даров и жертв. Если первосвященник временный, то он прино­сит жертву временно, если же он вечен, то должен приносить жертву вечно. У Христа же, поскольку Он Первосвященник вовеки, как сказано: Ты священник навеки по чину Мелхиседекову, должна быть такая жертва, которую можно было приносить до конца века, или Самим Христом, или Его служителями, специально предназначенными для этого.

Ответьте же нам, противники, что же это за жертва, благодаря которой Христос называется первосвященником вовеки? Вы не сможете сказать, что это Кровная Жер­тва, принесенная на Кресте, потому что она свершилась только один раз, и из этого не следует, что Христос Первосвященник вовеки, К тому же Апостол Павел хорошо знал об этой Кровной Жертве, для него не было тайной, что Христос, Который должен был принести жертву, принес в Жертву Самого Себя на Кресте. Однако при этом он говорит, что, несмотря на это, Первосвященнику Христу, Который воссел одесную престола величия на небесах (...) нужно было, чтобы и Сей также имел, что принести. Как Пер­восвященник, Он уже после этой Крестной Жертвы воссел одесную Бога Отца. Однако, как следует из слов Павла, помимо однократного принесения себя в Жертву на Кресте необходимы и другие жертвы: нужно было, чтобы и Сей также имел, что принести. Иначе бы после смерти Христос не оставался первосвященником, поскольку, по словам Павла, каждый первосвященник потому только таковым является, что приносит дары и жертвы.

Добавлю под конец и эти слова Апостола, которые он говорит в Послании к Евре­ям: Мы имеем жертвенник, от которого не имеют права питаться служащие скинии (Евр. 13, 10). Поскольку наш Новый Завет и Евангелский закон имеют свой жертвенник, то они имеют и свою Жертву, причащаться которой не имеют права ветхозаветные свя­щенники, служащие ветхозаветной сени.

Не могу умолчать и о том, что в Деяниях Апостольских написано, как сами Апостолы приносили эту Святейшую Жертву, ибо там сказано: на дело, к которому Я призвал их (Деян. 13, 2). Это слово, дело, имеет греческое происхождение и означает Литургию, или принесение Жертвы. Под этим словом, дело, подразумевается Литур­гия, или совершение Службы Богу и принесение Богу Бескровной Жертвы. В гречес­кой Библии написано: λειτουργία, что означает истинную службу Божию, действую­щую и совершаемую Богу всем народом. Это не проповедь Слова Божия, как толкуют противники, не раздача Таинств, ибо мы проповедуем и учим не Господа и раздаем Таинства не Господу, а людям. Господу же Богу приносим Службу, то есть Жертву, ко­торую больше никому нельзя приносить, поэтому Служба Божия по-гречески называ­ется Литургия.

Глава 6. Твердость камня веры от Святых Вселенских и Поместных Соборов

Шестой Вселенский Святой Собор в правиле 32 ублажает, воздает хвалу и ут­верждает Литургии святого Апостола Иакова, брата Господня по плоти, святого Васи­лия Великого, святого Иоанна Златоуста. И в этом же правиле Святой Собор отвергает ересь армян, приносящих в жертву одно только вино без добавления воды: «Приносят только вино», не зная, что и сам Златоуст и Василий, и Иаков приносили вино, смешан­ное с водой, и Бескровную Жертву, и передали нам, чтобы мы тоже так поступали. Смотри Кормчую книгу, лист 186.

Этот же Шестой Вселенский Святой Собор в правиле 31 гласит: «Определяем, чтобы священнослужители в молитвенных храмах, находящихся внутри домов, творили сие не иначе, как по изволению Епископа». Смотри Кормчую книгу, лист тот же.

Этот же Святой Собор в правиле 28 гласит: «Некоторые соединяют приносящийся виноград с Бескровной Жертвой: повеле­ваем не делать этого».

Толкование:

Правило разрешает приносить виноград к алтарю для благословения священни­ком и раздачи народу. Но соединять его с Бескровной Жертвой, после чего раздавать народу, это правило запрещает и повелевает не делать этого никому из священнослужи­телей. Если же кто поступит вопреки правилу, да будет извержен из своего чина. Смотри Кормчую книгу, лист 186.

Поместный Карфагенский Собор в правиле 37 гласит: «Да будет приноситься только хлеб и вино, смешанное с водой».

Толкование:

На жертвенник во время святой службы не должно приноситься ничего, кроме Пречистого Тела и Пречистой Крови Господа нашего. Но это должны быть только хлеб и вино, соединенное с водой, как и было передано нам Самим Господом. Смотри Кормчую книгу, лист 133.

Глава 7. Твердость камня веры от свидетельств боговещанных Святых Отцов, церковных светил

Святой Тимофей, Архиепископ Александрийский, один из 150 святых Отцов, собравшихся в Константинополе для опровержения Македония, в правиле 14 говорит следующее: «Если кто сам себя убьет, заколет или удавит, приношение (то есть Бескров­ная Жертва) да не приносится за него, разве если только он действительно не утратил ум. Священнику следует внимательно следить за этим». Смотри Кормчую книгу, лист 207.

Священномученик Киприан, Епископ Карфагенский, древний учитель, живший в начале третьего столетия, в книге 1, в Послании 9 ко клиру и народу Фурнитанскому, пишет следующее: «Епископы, отцы наши, бывшие прежде нас, благочестиво обсудили и с пользой постановили, чтобы никто из братий, умирая, на называл священника по­печителем и распорядителем своего имущества (то есть остающихся владений). Если же кто поступит так, да не будет за него, когда умрет, приношения, и не совершится Жертва за его успение».

Если упомяну к тому же о Литургии небом явленного Василия, непоколебимого столпа благочестия, взятой у самого Апостола Иакова, брата Господня, только в сокра­щенном виде, а также Литургии равночестного Иоанна Златоуста, скроетесь, против­ники, как птицы ночные, не выносящие солнечного света, умолкнете, как молчат жабы, когда гремит облако небесное.

Святой Ефрем, современник Василия Великого, в своем Завещании горячо умо­ляет братию: «Приблизьтесь ко мне, братия, и протяните ко мне руки, и обнимите меня, ибо мой дух сильно оскудел, и проводите меня с псалмами и молитвами. Благоизволите о малости моей творить обычные приношения (то есть жертвы). И когда исполнится Четыредесятница, сотворите мою память, ибо мертвые получают благодеяние в прино­шениях, то есть в жертвах, когда их поминают живые». Смотри лист 484 в книге святого Ефрема, издание Московское.

Святой Кирилл, Патриарх Иерусалимский, в Мистагогическом Катехизисе, раз­дел 5, говорит следующее: «Мы молимся в Литургии об усопших, веря, что душам боль­шая польза, когда за них на жертвенник приносится эта Святая и Страшная Жертва».

Святой Дамаскин приводит в свидетельство Афанасия Великого, который гово­рит: «Елей и свечи заменяют всесожжение, Бескровная Жертва есть умилостивление Бога».

Святой Златоуст в Беседе 21 на Деяния Апостолов, на главу 9, говорит: «Не на­прасно бывают приношения (то есть жертвы) за умерших, не напрасно молитвы, не на­прасно милостыни. Все это установил Дух, желая, чтобы мы приносили друг другу вза­имную пользу».

Златоуст также говорит в Беседе 41 на Первое Послание к Коринфянам, на главу 15: «Если детей Иова очищала жертва отца, то почему ты сомневаешься, что, когда и мы приносим жертву за умерших (то есть Бескровную Жертву), им бывает некоторое утешение»? Также он говорит в Беседе 3 на Послание к Филиппийцам, на главу 1: «Не напрасно устано­вили Апостолы, чтобы при совершении Страшных Тайн поминать усопших: они знали, что от этого много им выгоды, много пользы. Когда весь народ и священный лик стоит с воздеянием рук, и когда предлежит Страшная Жертва, то как не умолим Бога, прося за них»?

И снова в Беседе 2 на Второе Послание к Тимофею на главу 1 Златоуст говорит: «Приношение (в Евхаристии) одно и то же, кто бы ни совершал его – Павел, или Петр: оно то же самое, которое Христос преподал ученикам; то же самое и ныне совершают священники; последнее нисколько не ниже первого, так как и это не люди освящают, а Сам Тот, Кто освятил его и тогда».

И снова Златоуст говорит в Беседе 3 на послание к Ефесянам, на главу 1: «При­помни, с каким страхом приступали к участию в древних жертвоприношениях. Чего не делали, чего не совершали предварительно? Они всегда наперед очищались; ты же, при­ступая к Жертве, которой Ангелы трепещут, определяешь совершение этого дела извест­ным временем? Как предстанешь ты после того пред судилище Христово, ты, который нечистыми устами и руками осмеливаешься принимать тело Его»? И ниже: «О, обычай! О, предрассудок! Напрасно приносится ежедневная Жертва, напрасно предстоим мы пред алтарем Господним, – никто не приобщается! Впрочем это я говорю не с тем, чтобы вы только приобщились; но с тем, чтобы вы приготовляли себя самих к достойному при­общению. Если ты не достоин приобщения, то не достоин и участия (в Литургии верных), и значит – в молитвах». И ниже: «Как во время трапезы в присутствии господина низ­шим слугам не позволяется участвовать в ней и они высылаются вон, так должно быть и здесь, когда износится Жертва и в Жертву предлагается Агнец Христос».

Златоуст также говорит в Беседе 24 на Первое Послание к Коринфянам, на гла­ву 10: «Зная это, возлюбленные, будем и мы пещись о братиях и соблюдать единение с ними. К этому побуждает нас та великая. Страшная и ужасная Жертва, повелевающая нам приступать к ней с совершенным единодушием и пламенной любовью». И ниже: «Будем же подражать хотя этим чужеземцам мы, граждане неба. Они, увидев Его в хи­жине и в яслях и не увидев ничего такого, что (видишь) ты теперь, приступили с великим трепетом; а ты видишь его не в яслях, а на жертвеннике, видишь не жену держащую, а священника предстоящего». И ниже: «Эта Трапеза есть сила для души нашей, крепость для сердца, основание упования, надежда, спасение, свет, жизнь. Отошедши туда с этой Жертвой, мы с великим дерзновением вступим в священные обители».

Также святой Златоуст в Беседе 24 на это же Первое Послание к Коринфянам, на главу 10, говорит от Лица Христа: «Итак, говорит, если ты желаешь крови, то обагряй не жертвенник идолов пролитием крови бессловесных, но Мой жертвенник Моею Кровью».

И ниже: «В Ветхом Завете, когда люди были несовершенны, Он такую же кровь, какую (язычники) приносили идолам, благоволил и Сам принимать, чтобы отвратить от идолов, – что также доказывало неизреченную Его любовь; а теперь Он преподал свя­щеннодействие более страшное и совершенное, изменив жертву, повелев вместо закла­ния бессловесных приносить Его Самого».

И снова святой Златоуст говорит в Беседе 27 на это же Первое Послание к Ко­ринфянам. на главу 11: «Но что означают слова: сия чаша есть Нового Завета? Была чаша и Ветхого Завета – возлияния и кровь бессловесных животных; наполняли чашу и фиал кровью и после жертвоприношения совершали возлияние. Предложив вместо кро­ви бессловесных Свою Кровь, (Господь) напомнил о древнем жертвоприношении, чтобы, слыша это, кто-нибудь не смутился».

Иероним, славный толкователь Священного Писания, на Евангелие от Матфея, на главу 26, пишет следующее: «В то время, когда Иисус с Апостолами ели ветхозаветную пасху во знамение Агнца, тотчас после принятия хлеба, укрепляющего сердце человека, Он перешел к Таинству истинной Пасхи. То, что сделал образно Мелхиседек, священник Бога Всевышнего, приношением хлеба и вина, Христос совершил в действительности, явив истину Своих Тела и Крови».

Иероним также говорит в Послании к Маркеллу: «Обратись к Книге Бытия, най­дешь там написанное о Мелхиседеке. царе города Салима, который в прообразе Христа принес хлеб и вино и освятил христианское Таинство Крови и Тела Спасителя».

Снова приведу здесь слова священномученика Киприана, Епископа Карфагенскаго, который в книге 2, в Послании 3 говорит: «Ты священник вовек по чину Мелхиседека (Евр. 7, 21). Этот чин происходит от жертвы, принесенной Мелхиседеком, священником Бога Всевышнего, который принес хлеб и вино, чтобы благословить Авраама. Но кто бо­лее священник Бога Всевышнего, чем Господь наш Иисус Христос, Который, как и Мелхиседек, принес Жертву, то есть хлеб и вино, Тело и Кровь Свою».

Также священномученик Киприан в книге 2, в послании 3 дает толкование При­тчей Соломона из Священного Писания: Премудрость построила себе дом, вытесала семь столбов его, заколола жертву, растворила вино свое и приготовила у себя трапезу (Притч. 9, 1–2). Святой учитель говорит, что в этих словах явлены Святой Дух, Жертва Христова, то есть хлеб и вино, и жертвенник, и Апостолы.

Ириней, древний учитель, живший около 180 года от Рождества Христова, в кни­ге 4 в главе 32 говорит: «Взяв хлеб, выросший из земли, и благодарив, сказал: сие есть Тело Мое (Мф. 26, 26), и содержимое чаши, также наполненной созданным для нас, на­звал Кровью Своей, и научил Новой Жертве Нового Завета, которую Церковь, приняв от Апостолов, во всем мире приносит Богу, дающему нам пищу, о чем предвозвестил в том числе Пророк Малахия».

Святой Амвросий о словах псалма 38 Подобно призраку, ходит человек (Пс. 38, 7) пишет: «Видим Князя священников, пришедшего к нам. Видим и слышим Приносящего за нас Кровь Свою. Последуем, насколько возможно, за священниками, приносящими жертву за людей. Если мы и немощны благими делами, однако честны жертвой. Ибо если ныне и невидим приносимый в Жертву Христос, но это действительно Он, Его Тело и Кровь. Более Того, Он Сам через нас приносит эту Жертву, и Его Слово освящает при­носимую Жертву».

Святой Григорий Нисский в Слове 1 о воскресении говорит: «Предваряет насилие неизреченным, таинственным и невидимым людям образом жертвы на Свое усмотрение (то есть Христос, прежде восхищения Своего на смерть) и приносит в Жертву за нас Себя Самого и вместе с тем Агнца Божия, как после это будет происходить через священника Когда же это было? Тогда, когда Он Свое Тело дал другим в пищу и Свою Кровь в питье».

Священномученик Ипполит в Слове об антихристе говорит от Лица Христа: «Приступите, Епископы и священники, честное Тело и Кровь Мою каждый день прино­сящие в Жертву».

Премудрый Августин в Книге 2 Евангельских вопросов отвечает на вопрос 3 «По­чему Христос прокаженному, Которого Он очистил, повелевает принести жертву по за­кону Моисея?» и называет причину: «Тогда еще не была установлена Жертва, Святая Святых, то есть Его Тело». И в книге 4 «О Троице», в главе 14, он спрашивает: «Какая жертва может быть благоприятнее, чем Тело Жертвы нашей, то есть Тело Священника нашего?» И снова Августин говорит в книге 17 «О граде Божием», в главе 20: «Трапеза, которую устраивает Священник Нового Завета, из Его Тела и Крови, ибо это Жертва, которая предваряет все последующие Жертвы, которые будут приноситься в будущем. Мы находим предсказание о Посреднике в псалме 39: тело же уготовил мне (Пс. 39, 7), ибо вместо всех прежних жертвоприношений приносится Его Тело и преподается при­частникам».

Святой Дамаскин в книге 14 «Точное изложение Православной веры» в главе 14 говорит следующее: «Хлебом и вином встретил священник Бога Всевышнего Мелхиседек Аврама, возвращавшегося с битвы с иноплеменниками. Эта трапеза стала прообра­зом той таинственной трапезы, а он, как священник, стал прообразом Истинного Свя­щенника Христа: Ты священник вовек по чину Мелхиседека. Этот хлеб стал прообразом хлеба предложения. Это чистая и бескровная жертва, которая, как сказал Господь через Пророка Малахию, будет приноситься от востока до запада, то есть Тело и Кровь Хрис­товы, для укрепления нашей души и тела».

Эти и многие другие вдохновенные Богом свидетельства богоносных Отцов о Бес­кровной Жертве Нового Завета завершаю, как прочнейшей твердыней, словами самого святого Апостола Андрея Первозванного, которые он сказал своему мучителю Егеату, заставлявшему Апостола принести жертву его богам: «Я приношу ее ежедневно одному истинному и всесильному Богу, не дым кадила, не мясо волов, не кровь козлов, а Непо­рочного Агнца, принесенного в Жертву на крестном жертвеннике, пречистого Тела Кото­рого причащаются все верующие и пьют Его Кровь. Однако этот Агнец пребывает целым и невредимым. Хотя Он истинно закалается и истинно Его Плоть едят все и Его Кровь пьют все, однако, как уже я сказал, пребывает всегда живым, целым и невредимым».

Смотри об этом житие святого Апостола Андрея, которое написали очевидцы, священники и диаконы, от 30 ноября.

Что скажут на это противники?

Они стыдятся столь многих и столь славных, святостью и мудростью на всю все­ленную сияющих, обличителей своих заблуждений, святых Отцов, И, не дерзая прекос­ловить силе их слов и достоверных свидетельств, они не могут идти против рожна и ищут спасения в бегстве, для которого находят себе следующую лазейку.

Они говорят, что святые Отцы называют Вечерю Господню Жертвой, ибо в ней является прообраз Кровной Жертвы, которая потом была принесена на Кресте, ибо так говорит и Апостол: Ибо всякий раз, когда вы едите хлеб сей и пьете чашу сию, смерть Господню возвещаете, доколе Он придет (1Кор. 11, 26).

ОТВЕЧАЕМ: Мы не возражаем против того, что это Евхаристическое Таинство предвозвещает смерть Господню.

Однако мы говорим, что это возвещание и напоминание о Крестной смерти Хрис­та не может осуществляться принесением убиваемой на Кресте Жертвы. Таковая уже принесена, одна единственна, и больше таких жертв быть не может, поскольку Христос умер один раз и больше не умирает, как сказал Апостол. Поэтому есть необходимость в такой истинной жертве, которая может приноситься ежедневно, и об этом говорят свя­тые Отцы, а именно, Бескровная Жертва, приносимая под видом хлеба и вина, имеющая такой же состав, то есть Тело и Кровь Христовы, совершающаяся иным образом, ибо на Кресте она была сопряжена с кровью и смертью, а на алтарь же приносится без кровоп­ролития и смерти, под видом хлеба и вина, по чину Мелхиседека.

Бескровная Жертва имеет такой же состав. Она является напоминанием о при­несенной на Кресте Жертве и ее образом. Она, вместе с тем, и сама является истинной Жертвой, о которой говорят боговещанные святые Отцы. Жертвы, приносимые во вре­мена Моисея, также были двоякими, будучи и прообразом смерти будущего Мессии, и вместе с тем истинными жертвами. Да не будет того, чтобы Святая Соборная Апостоль­ская Церковь почитала Владыку всех Бога только образными, а не истинными жертвами. Но об этом более подробно скажем во второй части.

Глава 8. Твердость камня веры от доказательств, основанных на Священном Писании

Доказательство первое

Если мы рассеем туман пререкания и сопротивления и взглянем на прежние вре­мена, начиная от сотворения мира, ясно увидим, что всякая вера, хоть истинная, хоть лживая, на всяком месте и во всякое время имела свои жертвы. К этому словесную тварь побуждает сам свет ума человеческого, о котором Псалмопевец говорит: Запечатлелось на нас сияние лица Твоего, Господи (Пс. 4, 7). Почитать Бога жертвоприношением – это природное свойство человеческого естества и закон словесной твари, происходящий от Самого Бога.

Противники ГОВОРЯТ, что это свойство растленного грехом человеческого ес­тества как корня многобожия и идолослужения.

ОТВЕЧАЕМ: Отнюдь. Ибо, если этот обычай происходит от растленного грехом человеческого естества, он не может быть свойственным и благим, и злым, будучи при­сущим только злым, и потому не может быть угодным Богу. Но поскольку жертву прино­сили .многие благие и такие святые мужи, как Ной, Авраам, Иов, Мелхиседек и другие, и эти жертвы угодны Богу, более того, Бог повелел их приносить, то ясно, что почитание Бога жертвоприношением – это закон человеческого естества, не растленного грехом, и, более того, побуждаемый некоей присущей словесной твари природной потребностью Богопочитания.

Подкрепление первое

Жертва с верой родится, с верой и погибает. Первыми почитателями Бога были сыновья Адама, Каин и Авель, которые принесли Богу жертвы (Быт. 4). После всемир­ного потопа, истребившего человеческий род, когда возобновляется вера и знание Бога, Ноем возобновляется и жертва (Быт. 8). Вера и жертва тесно связаны и не могут сущест­вовать друг без друга. И где вера и знание Бога, там и жертва, когда оскудевает одно, ос­кудевает и другое. Во время нечестивого царя Ахава, когда оскудела православная вера, тотчас оскудели жертвенники и жертвы, поэтому, сетуя, Пророк Илия возглашает: сыны Израилевы оставили завет Твой, разрушили жертвенники Твои (3Цар. 19, 14). А где процветает хвала Божия, там возникают и жертвенники, и жертвы. Авраам странствовал и по пути создавал жертвенники, так делали и его сыновья, созидая жертвенники и угож­дая Богу. А когда ослабевает вера в Бога, вместе с тем прекращается и жертвоприноше­ние, как говорит Пророк Азария: Многие дни Израиль будет без Бога истинного и без священника учащего и без закона (2Пар. 15, 3). У Вавилонских пленников, ослабевших в вере из-за плена, оскудели и жертвы, о чем сильно сокрушались отроки Вавилонские: и нет у нас в настоящее время ни князя, ни пророка, ни вождя, ни всесожжения, ни жерт­вы, ни приношения, ни фимиама, ни места, чтобы нам принести жертву Тебе и обрес­ти милость Твою (Дан. 3, 38).

Также послушаем, что говорит Даниил о временах антихриста, а именно, что в конце земного мира, желая истребить знание Бога и истинную веру, он будет раз­рушать жертвы и запрещать их приносить (Дан. 9). Чего же более? Сам Апостол Павел соединяет их обоих, священство и закон боговедения, и потому говорит: с переменою священства необходимо быть перемене и закона (Евр. 7, 12). Из этого ясно, что там. где нет священства и жертвы, там не может быть ни веры, ни богове­дения.

Подкрепление второе

Жертва – это честь, которая возносится одному Богу и которую нельзя приносить какому-либо созданию, и называется по-гречески Латрией.

Честь, воздаваемая по-другому, а именно, поклонением, смирением, послушани­ем, может быть и святым, как на небе, так и на земле, и другим благим людям, но жертва приноситься созданию не может. Поэтому в Писании говорится о том, что произошло, когда Павлу и Варнаве Ликаоиские жители хотели принести в жертву быка: Но Апос­толы Варнава и Павел, услышав о сем, разодрали свои одежды и. бросившись в народ, громогласно говорили: мужи! что вы это делаете? И мы – подобные вам человеки (Деян. 14. 14–15). Вспомним и мучеников Господних: за что они страдали? 3» то, что отнюдь не хотели приносить жертву Божиим созданиям и ложным богам, помня заповедь закона: Приносящий жертву богам, кроме одного Господа, да будет истреблен (Исх. 22, 20). Из этого ясно, что приносить жертву должно только Богу. И что она есть знамение и испо­ведание превысочайшего Владычества Божия над всеми, и нашего рабства и ничтожности, как говорилось об этом выше. Поэтому где нет жертвы, там нет Бог», Которому одному приличествует принесение жертвы.

Если же в нашем благодатном Новом Законе мы знаем истинного Бога и хотим по­читать Его должной честью, у нас всяко есть необходимость быть священству и жертве. Какова эта жертва?

Наши противники дают двоякий ответ.

ПЕРВЫЙ ответ их таков. Жертва в Новом Законе – это вера, молитва, покаяние, милостыня, страннолюбие, братолюбие и прочие добродетели.

Этот ответ не подходит. Мы спросим здесь об истинной и действительной жерт­ве. приносимой наподобие жертвы Авеля, Ноя, Авраама, Моисея, Давида и других, ко­торые с сокрушенным сердцем приносили Богу видимые и внешние жертвы. Вера же и духовные добродетели не являются истинной жертвой, поскольку они принадлежат всем людям по всяком времени и на всяком месте. Но об атом более подробно и отчет­ливо поговорим во второй части.

ВТОРОЙ ответ противников состоит в следующем. Они говорят, что христианс­кий закон и Церковь Христова имеют свою истинную жертву, то есть Кровную Жертву, которую Христос совершил на Кресте, принеся в жертву за нас Самого Себя Богу Отцу. Но и этот ответ неверен. Мы почитаем и превозносим Кровную Жертву, принесенную на Кресте, и исповедуем ее как истинную жертву, превосходящую все жертвы, от которой они имеют всю свою силу и действенность. Однако мы говорим, что эта Кровная Жертва не та, что является необходимой для установления и сохранения нашего закона и нашей веры, которая, как пожелал Христос, будет пребывать до конца веков. Но почему? По двум причинам.

ПЕРВАЯ ПРИЧИНА. Крестная Жертва была одна и уже совершилось действие этой жертвы, то есть наше спасение и искупление. Сама же эта Кровная Жертва не может удваиваться или умножаться. Ибо Христос умер один раз, по слову Апостола, и больше уже не умирает. Мы же и наш закон нуждаемся в непрестанной жертве, чтобы почитать нашего Господа Бога и приносить ее для Его умилостивления, чтобы благодаря ей удов­летворяли свои нужды, к ней собирались, на нее смотрели и руками священника отдавали ее Господу Богу. Все это невозможно осуществить давно уже совершившейся Крестной Жертвой, которая сейчас невидима для нас, разве только верой, которую можем полу­чить из рук священника. Есть необходимость в другой жертве, и это Тело и Кровь Хрис­товы в Евхаристии, на которые мы смотрим, к которым собираемся и которую приносим руками священника. Хотя мы и не видим сами Тело и Кровь, однако видим покрывала хлеба и вина, под которыми скрыты Тело и Кровь Христовы и присутствуют истинно и действительно.

ВТОРАЯ ПРИЧИНА: Жертва христианской веры совершается неким действием, установленным Богом для Его почитания, называемым Латрия, или Служба Божия. Мы видим, что и в Ветхом Завете Бог велел приносить жертвы и почитать Его ими, и устано­вил чин и действия, которые должно совершать в процессе принесения. Убиение Христа, или Кровная Жертва, не является таким действием, разрешенным Богом. Кто же скажет, что Бог разрешил такое беззаконие, как убийство Христа? Разве может убийство назы­ваться Службой Божией? Убийство Христа – это не Служба Божия, а злодеяние жесточе всех беззаконий.

Возражая тем, кто говорит, что Христос разрешил Бескровную Жертву, сказав: сие творите в Мое воспоминание, ответим, что Бескровная Жертва не является естес­твенным убийством Христа, а только благочестивым воспоминанием об убиенном, это образное действие Его смерти.

Доказательство второе

Если посмотрим на Ветхий и Новый Закон и при этом отнимем у Нового Закона жертву, то окажется, что Ветхий Закон лучше, так как он весь был основан на жертвах и имел жертву, приличествующую одному Богу, и честь, Ему одному должную.

Новый же Закон, если он не имеет своей жертвы и службы, приличествующей од­ному Богу, не сможет сравниться с Ветхим, и Сень будет лучше Истины, а Закон Моисея выше Закона Христа, так как в нем, помимо веры, молитв, сокрушения сердца, милос­тыни и прочих добрых дел, приносилась и жертва. Здесь же, в Новом Законе (по словам противников) вместо жертвы довольствуются верой, молитвой, милостыней, сокруше­нием сердца и другими добродетелями. Там реальные действия, здесь же слова, там обе жертвы, то есть духовная и вещественная, здесь же только одна духовная, то есть доброделание. Поэтому, если это так, Новая Благодать не превосходила бы Ветхий Завет, в котором Бог был бы больше почитаем, чем в Новом.

Подкрепление

Ветхий Закон не полностью разрушен Христом, иначе он бы и ныне был неуго­ден Его Отцу, но Он его усовершенствовал, или изменил к лучшему. Он не разрушил заповеди Ветхого Закона, но дал им толкование, добавив советы для сохранения за­поведей (Мф. 5). Так. и таинства Ветхого Завета, такие как обрезание, ядение пас­хального агнца, и так далее, были не полностью разрушены, но превращены в другие, истинные и действительные и более великие Таинства. Это же следует говорить и о ветхозаконных жертвах, так как и они были не полностью разрушены, но вместо мно­гих жертв, вместо мяса и крови животных, Христос установил приносить в жертву Свои Тело и Кровь.

Доказательство третье

Поскольку человек двусоставен и имеет душу и тело, то двояко же он должен почитать Бога. Воздавая Ему почести и внутренне, душой, и внешне, телом. Внутрен­нее Богопочитание – это вера, надежда, любовь, страх Господень, внешнее – одна только жертва. Есть много и других внешних форм почитания – поклоны, услуги, но их можно совершать и людям, тогда как жертву должно приносить только одному Богу. Если исключить жертву, то в чем будет состоять внешняя честь, какова будет внешняя честь, которую должно воздавать только Богу, ответьте мне. Не сможете ответить, так как вера, надежда, любовь относятся к внутренней чести, а не внешней. Не сможете сказать. Что это может быть милостыня, братолюбие, страннолюбие и тому подобное, так как все это совершается для людей. Отсюда ясно, что если ис­ключить жертву, то не останется никакой внешней чести, которую должно оказывать одному Богу.

СКАЖЕТЕ: Богу достаточно только внутренней чести, исходящей из сердца, ко­торая лучше внешней.

ОТВЕЧАЕМ: Отнюдь. Лучше и то, и другое вместе, то есть когда внутренняя, невидимая честь, проявляется во внешней, видимой. Последней не имели Вавилон­ские пленники, и Даниил с тремя отроками, сокрушаясь, восклицали: нет у нас в настоящее время ни князя, ни пророка, ни вождя, ни всесожжения, ни жертвы, ни приношения, ни фимиама, ни места, чтобы нам принести жертву тебе и обрести милость Твою (Дан. 3, 38). Так что, противники, лучше внешняя служба, соединенная с внутренней, сердечной. Если мы не можем совершить внешнюю службу, Бог доволь­ствуется внутренней, но если можем, но не делаем этого, не полностью служа Господу Богу, отсюда следует

Доказательство четвертое

Если рассмотрим причины, по которым совершались жертвы в Ветхом Завете, то найдем их и у себя. Люди Ветхого Завета приносили внешние и телесные жертвы, так как были не Ангелами, а людьми, и служить Богу поэтому им было должно, как людям, а не как Ангелам, то есть служить телом и имуществом. Мы такие же люди, имеем то же естество и, как и они. ограничены телом. Они приносили в жертву кровь животных, на­поминая себе о смерти и Крови будущего Мессии, от Которого ожидали получить спа­сение. Подобное приношение важно и для нас, чтобы, совершая Бескровную Жертву, вспоминать и иметь в незабвенной памяти свершившуюся смерть Христа и ее значение. У них была служба, которой они угождали одному только Богу и славили Его Божество, и как же нам оставаться без этого? Как лишиться исповедания истинного Божества, которому служим? У них были жертвы, которыми благодарили Бога о прошлых благодеяниих и молились о будущих. Как же нам быть неблагодарными, разве и мы получаем от Бога непрестанные благодеяния, разве мы каждый день не просим новых даров Божиих? Разве мы не стремимся молиться о грехах и обращаться к благопременительному Владыке?

СКАЖЕТЕ: Христос упразднил ветхозаветные Моисеевы жертвы. Поэтому в Но­вом Завете нужны новые жертвы.

ОТВЕЧАЕМ, ВО-ПЕРВЫХ: Выше уже говорилось о том, что Христос не полно­стью разрушил ветхозаветные жертвы, а усовершенствовал их.

ОТВЕЧАЕМ, ВО-ВТОРЫХ: Жертвы были не только во времена закона Моисея, они берут свое начало от закона естества. Ибо жертвы приносились и прежде Моисея, Авелем, Ноем, Мелхиседеком, Иовом и другими, жившими по закону естества. Если бы Христос и уничтожил все установления закона Моисея, то у Него не было бы необходи­мости в полном разрушении жертвы.

Доказательство пятое

Где возникает особый и отдельный закон и такая же вера, там появляется и особая и отдельная жертва, установленная этим законом. Об этом говорит Апостол в Послании к Евреям в главе 12: с переменою священства необходимо быть переме­не и закона (Евр. 7, 12). Можно сказать и наоборот, что с переменой закона необ­ходимо быть и перемене священства, а также жертвы. Поскольку у нас, христиан, есть особый закон и вера, то есть христианская вера и Евангельский Закон, отлича­ющийся от закона естества и закона Моисея, то есть необходимость для почитания Бога в христианстве иметь и особую жертву, отдельную от жертвы естественной и жертвы Моисея. Что это за Жертва, Кровная ли, совершенная на Кресте, как гово­рят противники, поскольку это была Жертва, принесенная за всех Христом, нашим общим Спасителем? Но она была принесена за всех. И за тех, кто жив по естествен­ному закону и по закону Моисея, а также и за живущих в Евангельском Законе. Ибо Христос за всех умер (2Кор. 5, 15), по словам Павла. Кровной Жертвой христиане не отличаются от всех, кто жил по закону естества и по закону Моисея, поскольку Христос умер за них так же, как и за нас. Вспомните, что помимо Кровной Жертвы, общей для всех, и в законе естества, и в законе Моисея были и другие жертвы, есть особая жертва и в Евангельском Законе. И если жертвы закона естества и закона Моисея были прообразом будущей Кровной Жертвы (Евр. 10), то наша Жертва есть образ, явление и воспоминание о уже свершившейся Кровной Жертве (1Кор. 11, 26).

Подкрепление

Закон Богопочитания обязывает тех, кто подлежит закону, так, Патриархи и Про­роки, подлежавшие закону естества и закону Моисея, были обязаны почитать Бога жер­твами, являющимися образами будущей Кровной Жертвы. Так и мы, подлежа Евангель­скому закону, должны почитать Бога Евхаристической Жертвой, являющейся образом Крестной Жертвы.

Доказательство шестое

Это сильное доказательство о принесении жертвы в Евхаристическом Таинстве, ибо священник сам себе не может преподать никакого Таинства, ни крещения, ни миро­помазания, ни отпущения грехов, ни хиротонии, ни то есть рукоположения в священс­тво, но во всем этом священник нуждается в других людях. Но почему? Потому, что это Евхаристическое Таинство обладает двояким величием: это и Таинство, преподаваемое людям, и вместе с тем жертва, поскольку священник приносит ее за людей и также упот­ребляет ее и является ее причастником.

Подкрепление

Все Таинства таковы во время их совершения, до и после которого они перестают быть Таинствами. Таково Крещение погружением, которое перестает быть Таинством до или после погружения. Таково миропомазание. Таковы другие Таинства, которые Та­инствами являются в процессе их совершения, а после него перестают быть ими. Но Ев­харистическое Таинство, совершающееся определенным действием, то есть освящени­ем предлежащих Даров, не прекращается после осуществления действия, то есть после освящения в Дарах пребывает Таинство Тела и Крови Христовых. Но почему это так? Причина здесь не иная, как та, что Евхаристия, единственное из Таинств, вместе с тем является и Жертвой, и после освящении Даров в них пребывают Тело и Кровь Христо­вы, чтобы мы могли приносить их Богу и быть Его причастниками. Другие Таинства не содержат Тела и Крови Христовых и являются только видимым знамением невидимой благодати Божией, освящающей нас. Это же Таинство действительно и истинно содер­жит в себе Тело и Кровь Христовы, для того, чтобы их приносить в Жертву.

Показание седьмое

Рассмотрим три пункта:

Первый: алтарь, или жертвенник.

Второй: священник, или иерей, или жертвоприноситель.

Третий: жертва.

Все они связаны между собой.

Алтарь, или жертвенник, воздвигается из-за жертвы. Точно так же и священник, или ие­рей, или жертвоприноситель, необходим из-за жертвы, т. к. жертва приносится священником на жертвеннике. Поэтому если есть одно, то необходимо и второе, и третье. И если в Новом Завете есть алтарь, обязательно необходимы и священник, и жертва. В Новом Евхаристичес­ком Законе действительно есть алтарь, следовательно, должен быть и священник, и жертва.

О том, что в Новой Благодати есть алтарь, можно услышать из слов Апостола Павла, который говорит: Мы имеем жертвенник, от которого не имеют права питать­ся служащие скинии (Евр. 13, 10). В Апостольских правилах также есть упоминание об алтаре и священниках.

Смотри Кормчую книгу, лист 1, правило 2 и 3, а также во многих других местах.

В 8-м Апостольском правиле ясно написано: «Если священник не причащается, пускай назовет причину, если же не назовет ее, да будет отлучен, ибо это во осуждение тому, кто принес Жертву».

ТОЛКОВАНИЕ: Священник или диакон, или кто другой священнического чина, если не причастится во время Божественной Литургии, должен назвать причину этого. Назвав причину, он будет помилован. Если же он не назовет ее, да будет отлучен, ибо если он принес Бескровную Жертву и не захотел причаститься ее, он недостоин участво­вать в Божественной Службе. Смотри Кормчую книгу, лист 2, на обороте.

Многие святые Отцы упоминают о жертвеннике, например, Дионисий, ученик святого Апостола Павла, в книге «О церковном священноначалии», в главе 3, Киприан, Амвросий, Назианзин, Златоуст и другие. Многие использовали в своих творениях слова «священник», «иерей», «священство», «жертва», «приношение», «жертвоприношение» и прочие, им подобные. Из этого ясно, что все святые Отцы веровали одними устами и одним сердцем, и исповедали жертву Нового Благодатного Закона. И сами приносили ее господу Богу в Евхаристическом Таинстве.

Доказательство восьмое

Да будет здесь обличением противников общее соизволение всего христианского мира и единомысленное согласие. Посмотрим на восток и запад, на юг и север, и везде распространилось вещание Апостолов и вера Христова, везде, у всех народов, у Греков, у Римлян, у Армян, у Сириан, у Араветян и у многих других народов, восточ­ных, западных, южных и северных, от начала христианской веры, более пятнадцати сотен лет вне споров и сомнений приносится эта Бескровная Жертва. Сами против­ники прекрасно знают об этом и не могут отрицать существование древнего обычая принесения Бескровной Жертвы. Одни могут только злословить, что святая ветхость заблудилась, свернув с истинного пути: Не познали, не уразумели они истины, во тьме ходят (Пс. 81, 5)! О, жесточайшее безумие! О, несусветная глупость! Если согласиться с их мнением, то окажется, что Церковь Христова пятнадцать сотен лет заблуждалась и пребывала в прелести: что Церковь Христова, основанная на камне, пала с Вознесе­нием Господним и не могла подняться вплоть до появления Лютера; что пророческие свидетельства лгали о неизменности Церкви Христовой до конца веков (Ис. 59 и 60); что Христос лгал, говоря о прочности Своей Церкви, что и врата ада не одолеют ее (Мф. 16, 18); что Церковь Христова не столп и утверждение истины (1Тим. 3, 15). Что все святые, жившие в разные времена, заблуждались пятнадцать сотен лет и, сияя пятнадцать сотен лет равноангельской жизнью и творя разные чудеса, не познали ис­тинного Бога и, удостоившись чудотворения. не были достойны Откровения Божия о заблуждении всего мира; что столь долго не находилось человека, который бы поз­нал истину и не появлялся такой угодник Божий, которому бы открылась эта тайна; что мир сильно желал прихода именно Мартина Лютера, чтобы он просветил тьму заблуждений, воздвиг и возобновил падшую Церковь Христову; что он один видит, а остальные слепы; что он один такой великий угодник Божий, которому дано знать тайны Царства Божия. О. последнее безумие! О, плачевное беснование неистовству­ющих!

Христос, истинный Свет, просвещай и освящай всех людей, приходящих в мир, просвети им ум и сердечные очи, чтобы познали в истинной бескровной жертве Богу Отцу Тебя, приносимого под видом хлеба и вина, и убери тину с наших глаз, чтобы мы вместе прославили Твое неизреченное милосердие, являемое в Бескровной Жер­тве.

Часть II. Камень претыкания и соблазна

Глава 1. Претыкания о камень Священного Писания

Претыкание первое

Каждый христианин – священник и каждая добродетель – жертва, именно таких жертв требует от нас Бог, а не Бескровной Жертвы.

То, что каждый христианин – священник, ясно из Священного Писания. Верхов­ный Апостол святой Петр говорит: как живые камни, устрояйте из себя дом духовный, священство святое, чтобы приносить духовные жертвы (1Пет. 2, 5). И ниже: Но вы – род избранный, царственное священство, народ святой (1Пет. 2, 9).

Также в Апокалипсисе написано: соделал нас царями и священниками Богу наше­му (Откр. 5, 10). И снова в Апокалипсисе: будут священниками Бога и Христа (Откр. 20, 6). Снова: Он дал нам возможность быть служителями Нового Завета (2Кор. 3, 6). Добродетели же являются жертвами, что также ясно из Священного Писания: Жертва Богу дух сокрушенный (Пс. 50, 19). Тогда благоволить будешь к жертве правды (Пс. 50, 21). А также: Воздеяние рук моих да будет, как жертва вечерняя (Пс. 140, 2)! Принесите делами правды и уповайте на Господа (Пс. 4, 6)! Принеси богу жертву хвалой своей (Пс. 49, 14). Не забывайте также благотворения и общительности, ибо таковые жертвы благоугодны Богу (Евр. 13, 16). Это жертвы, которые должен приносить каждый христиа­нин. Именно их требует от нас Бог, а вовсе не Бескровной Жертвы.

Исправление претыкающимся

Священство понимается двояко. Есть священство сущее и истинное в результа­те хиротонии. И есть священство духовное, оно не является сущим и истинным, и не принимается рукоположением. Это священство уподобительное или, как говорят, мета­форическое. Так (например), какой-нибудь раб может назваться царем или господином, или победителем, если он обладает злыми привычками, такими как гневом, завистью, ненасытностью и неукротимым стремлением плоти. И если господствует над своими страстями и похотями и подчиняет их духу, то он еще и раб, так как находится в узах, но он еще и царь, господь, победитель, но только духовно, а не в действительности, и мета­форически, а не так, как обычно обозначают гражданское состояние.

И если говорить об отличии духовного священства от действительного, то это можно применить и определяя различия между жертвами. Ибо есть жертва духовная, или метафорическая, и есть жертва действительная и сущая. Духовная жертва – это вся­кая добродетель, что следует из изречений писания, приведенных выше противниками. Жертва же сущая и действительная в ветхом Завете приносилась животными или по-другому, как повелел Бог Моисею.

В Новой же Благодати Жертва действительная и свойственная двояка, это кров­ная Жертва на Кресте и Бескровная Жертва в Евхаристии, о которой много, подробно и основательно сказано в первой части.

Итак, предстоит узнать, что духовные жертвы не противоречат жертвам действи­тельным. Они приносятся и в ветхом Завете, и в Новом. Когда Давид писал свои псал­мы, он говорило духовных жертвах: Жертва Богу дух сокрушенный. И снова: Принеси (...) жертву хвалой, и прочее. Разве в то время не приносились действительные жертвы животными? Конечно, приносились. Так и в Новом нашем законе при наличии духов­ных жертв всячески должно быть и действительным жертвам, и при наличии последних хорошо, когда есть и первые. Ибо эти жертвы не исключают друг друга, а украшают и содействуют друг другу.

Приведем здесь свидетельство вселенского учителя Златоуста, который был сторон­ником обеих жертв. С его свидетельством о действительной Бескровной Жертве мы уже познакомились в первой части, и у нас есть его Литургия, на которой приносится бескровная жертва, как недвижимая стена. Не могу удержаться, чтобы не привести здесь и сказанное о духовных жертвах Златым ковшом избранного сосуда, его прекрасные и весьма душеполез­ные слова на 2 Послание к Коринфянам, на главу 2, в Беседе 5, где он говорит следующее: «Та­ким же образом и во время молитв мы можем удерживать трезвенное внимание, если будем помнить, с кем беседуем, если будем представлять, что приносим жертву, имеем в руках нож, и огонь и дрова; если, мысленно отверзши двери Неба, там остановимся, и, взяв духовный нож, вонзим его в жертвенное животное, и пожрем Ему трезвенное внимание, и прольем пред Ним слезы. Такова кровь этой жертвы; таковым закланием должен быть обагрен этот жертвенник! Смотри же, не позволяй ни одному помыслу занимать в это время твою душу. Припомни, что и Авраам при своем жертвоприношении не позволил быть ни жене, ни рабу, ни другому кому. Так и ты не оставляй при себе никакой страсти, свойственной рабам, а не свободным, но один взойди на ту гору, на которую он всходил, и на которую никому другому всходить не позволено. Если же какие из недостойных помыслов и будут усиливаться, что­бы взойти с тобою на гору, запрети им это, как господин их, и скажи: останьтесь вы здесь с ослом, а я и сын пойдем туда и поклонимся, и возвратимся к вам (Быт. 22, 5). Все, что есть бессловесного и неразумного – и осла и рабов – оставь при подошве горы; взойди, взяв с собою только разумное, как он – Исаака. И ты, как он, устрой жертвенник, отрешившись от всего человеческого и став выше своей природы – ведь и он, если бы не стал выше своей природы, не решился бы заклать сына. Наконец, ничто пусть не возмущает тебя в это время, но будь выше самых небес. Горько плачь, принеси в жертву исповедание (грехов), потому что сказано: говори ты, чтоб оправдаться (Ис. 43, 26). Принеси в жертву сокрушение сер­дечное. Такие жертвы не превращаются в пепел, не исчезают с дымом; не нужны для них ни дрова, ни огонь, нужно только сокрушенное сердце. Это дрова, это огонь, который объемлет дрова пламенем, а не сжигает их. Кто с пламенным усердием молится, тот горит и не сгорает – подобно золоту, испытываемому огнем, делается только чище и светлее».

Видите, противники, Златоуст здесь выступает как поборник духовных жертв.

В других местах он также говорит о духовных жертвах с присущим ему златоречием, как, например, в Послании к Евреям, на главу 6, в Беседе 11: «Потому мы должны при­носить такие жертвы, которые могли бы быть возложены на таком жертвеннике, – не овец и волов, не кровь и тук. Все это прекратилось, а вместо того введено словесное служение. Что такое словесное служение? Душевное, духовное, – Бог, – говорится (в Писании), – есть Дух, и поклоняющиеся Ему должны поклоняться в духе и истине (Ин. 4, 24), – такое, для которого ненужно ни тела, ни орудий, ни мест; таковы: кротость, целомудрие, милосердие, незлобие, долготерпение, смиренномудрие. Такие жертвы еще в Ветхом Завете издавна предуказаны. Принесите, – говорит Давид, – делами правды и уповайте на Господа (Пс. 4, 6), и еще: Тебе принесу жертву хвалою (Пс. 115, 8), и еще: Жертва, приносимая хвалой, прославит Меня (Пс. 49, 23); и еще: Жертва Богу – дух сокрушенный (Пс. 50, 19); и еще: чего требует от тебя Господь: (...) смиренномудренно ходить пред Богом твоим (Мих. 6, 8)? Жертвы и приношения Ты не восхотел (...) всесожжений и жертв за грехи не требовал Ты. Тогда сказал я: «Вот я иду (...) сотворить волю Твою, Боже мой, восхотел я, и закон Твой в глубине сердца Моего" (Пс. 39, 7–9); и еще: Аля чего Мне ладан, который идет из Савы (Иер. 6, 20); и другой (Пророк): Удали от Меня шум песней твоих, ибо звуков гуслей твоих Я не буду слушать (Ам. 5, 23); но, вместо того, Я милости хочу, а не жертвы (Ос. 6, 6).

Видишь, какими жертвами нужно благоугождать Богу? Видишь, что те жертвы давно уже прекратились, а эти введены вместо них? Их мы и будем приносить. Те – жер­твы людей богатых и достаточных, а эти – жертвы добродетели; те – внешние, а эти – внутренние; те может приносить всякий, а эти – немногие. Насколько человек лучше овцы, настолько эта жертва (выше) той, потому что здесь ты приносишь в жертву свою душу. Есть и еще жертвы, поистине – всесожжения; это – тела святых мучеников; у них святы и душа и тело; они исполнены великого благоухания.

И ты, если захочешь, можешь приносить такую жертву. Каким образом, когда ты не можешь предавать тела своего на сожжение? Ты можешь (предавать себя) другому огню, например, огню произвольной нищеты, огню скорби. Когда кто-нибудь, имя возможность жить роскошно и великолепно, умерщвляет себя жизнью подвижническою и прискорбною, то не есть ли это – всесожжение? Умертви тело свое и распни его, и ты также получишь ве­нец мученичества. Что там совершает меч, то здесь пусть совершает усердие. Пусть не вос­пламеняется и не овладевает (тобою) сребролюбие, но пусть дожигается и истребляется эта безумная страсть духовным огнём, пусть отсекается мечом Духа. Это – добрая жертва, для которой не нужен священник, но только сам приносящий её, – жертва прекрасная, которая совершается на земле, но тотчас же принимается на Небе. Не дивимся ли мы, как в древ­ности ниспал огонь Господень и пожрал всесожжение (3Цар. 18, 38)? Может и ныне сходить огонь, гораздо более чудный, и истреблять все предлагаемое, или, лучше, не истреблять, но возносить на небо, – так как он не в пепел превращает дары, но приносить Богу.

Таковы были приношения Корнилия: молитвы твои, – сказано ему, – и милосты­ни твои пришли на память пред Богом (Деян. 10, 4)».

Но довольно уже почерпнуто из этого Златоточивого источника, утоляющего жажду. Здесь так много приведено из написанного Златоустом, так как от этого большая польза, и чтобы противники видели, что мы не отвергаем духовные жертвы, но считаем, что вместе с ними необходимо приносить и истинные, или действительные Жертвы, то есть Бескровные, в Евхаристическом Таинстве. Этому нас учит не только Златоуст, но и другие святые отцы.

Если мы рассмотрим изречения из Писания, приведенные выше противниками, то уви­дим, что они не только не противоречат нашему Догмату, а, напротив, подтверждают его. Ибо когда Апостол Петр говорит: устрояйте из себя дом духовный, священство святое, чтобы приносить духовные жертвы (1Пет. 2, 5), он отчетливо называет духовные жертвы, чтобы подчеркнуть их отличие от жертв истинных и действительных. Он говорит также: Но вырод избранный, царственное священство, народ святой (1Пет. 2 9). Эти слова имеются и в Книге Исхода, в главе 19. Подобно тому, как в древности Моисей сказал их Евреям, Апостол Петр ис­пользовал их по отношению к христианам. Но в Ветхом Завете не все были священниками ис­тинными и действительными, таковыми были только выходцы из рода и племени Аарона, а все остальные были священниками лишь духовно. Так следует говорить и о людях Нового Завета.

К тому же и Апокалипсис, и святой Петр святый проводят связь между священс­твом и царствованием. Так, в Апокалипсисе сказано: соделал нас царями и священни­ками Богу нашему (Откр. 5, 10). А святой Петр говорит: царственное священство. И подобно тому, как не все люди являются царями истинно и действительно, разве лишь духовно, образно и метафорически, так не все являются и священниками, разве лишь духовно, образно же и метафорически.

Претыкание второе Псаломщик и Апостол Петр говорят, что Христос священник вовек по чину Мелхиседека. Если же Христос священник вовек, у Него нет последователей и Он не нуждает­ся в том, чтобы вместо Него пришли другие священники. В Ветхом Завете священников было много потому, что из-за смерти они не могли пребыть вечно. Об этом ясно говорит Апостол Павел: Притом тех священников было много, потому что смерть не допускала пребывать одному; а Сей, как пребывающий вечно, имеет и священство непреходящее (Евр. 7, 23–24).

Поэтому ныне священники или не являются истинными и действительными, или похищают и отнимают священство у Христа. Если же ныне священники не истинны, то и жертва не может быть истинной и действительной.

Исправление претыкающимся Наследник и служитель – это разные явления. Одно дело быть наследником неко­его владыки, и другое – быть его служителем. Различия между ними двояки.

ПЕРВОЕ. Если наследник равночестен и равносилен тому, чей он наследник, то к служителю это не относится, и он не таков.

ВТОРОЕ. Если наследник принимает наследство только после смерти или изгна­ния некоего владыки, то служитель может быть таковым и при живом владыке. Разли­чия, как видим, коренятся в царском величии.

Пока царь жив и обладает царской властью, у него нет равночестного и равно­сильного ему наследника, но он может иметь многих служителей. Подобным образом следует рассуждать и о нашем Догмате. Христос в Своем священстве не имеет наслед­ника, равночестного и равносильного Себе, ибо всегда жив и будет жить вовек (Ин. 6, 51), как говорит Апостол. Однако у него много служителей, которые служат Ему в деле священства. Это же можно видеть на примере Аарона, который, пока был жив, не имел наследников, равночестных и равновластных себе, но имел много священников и леви­тов более низкого уровня, которые служили ему. К тому же Христос единственный наш Священник вовек, а также единственный наш Учитель вовек. Ибо Он Сам говорит: не называйтесь учителями, ибо один у вас Учитель – Христос (Мф. 23, 8). Единственность учительства Христа не противоречит множественности учителей, работающих Христу. Так, и сам Апостол Павел называет себя учителем: я поставлен проповедником и Апос­толом, – истину говорю во Христе, не лгу, – учителем язычников в вере и истине (1Тим. 2, 7). Он говорит это и в другом месте (2Тим. 1, 11). И подобно тому, как единственность учительства Христа не исключает и не отвергает многих учителей, работающих Христу, так и единственность священства Христа не исключает многих священников, работаю­щих Христу. Поэтому, когда Апостол отвергает множественность священников, следует понимать, что говорится о священниках, равночестных и равносильных Христу, а не о священниках, служащих и работающих Христу.

Претыкание третье

Апостол Павел учит, что достаточно одной Жертвы, принесенной на Кресте, и пишет: Он же однажды (...) явился для уничтожения греха жертвою Своею (Евр. 9, 26). И снова так же: Христос, однажды принеся Себя в жертву, чтобы подъять грехи многих (Евр. 9, 28). Снова: освящены мы единократным принесением тела Иисуса Христа (Евр. 10, 10), И снова там же: Он одним приношением навсегда сделал совершенными освяща­емых (Евр. 10, 14).

Здесь противницы почти торжествующе восклицают: если, согласно учению Пав­ла, достаточно одной Кровной Жертвы для уничтожения наших грехов, то напрасна Бес­кровная Жертва, и приносящий ее упраздняет Крест Христа и вменяет в ничто Жертву, принесенную на Кресте.

Исправление претыкающимся

ОТВЕЧАЕМ, ВО-ПЕРВЫХ, ВОЗРАЖЕНИЕМ:

Если для уничтожения грехов достаточно только одной Кровной Жертвы, то на­прасно Крещение, напрасна Евхаристия. Напрасны также жертвы, приносившиеся при законе Моисея, так Христос принес Себя в Жертву на Кресте не только за нас, но и за всех людей, которые были, есть и будут, как говорит Павел: Христос за всех умер (2Кор. 5, 15). И Апокалипсис называет Агнца, закланного от создания мира (Откр. 13, 8). Что скажете на это, противники?

И как Крещение и Евхаристия не упраздняются однократным принесением кров­ной жертвы, и жертвы закона Моисея не были напрасны из-за Кровной Крестной смер­ти, так и наша Бескровная Жертва не может быть напрасной из-за принесенной на Крес­те одной Жертвы. И как не были напрасны ветхозаветные жертвы, будучи прообразом смерти будущего Мессии и Его Кровной Жертвы, так не может быть напрасной и наша Бескровная Жертва, поскольку она является образом и воспоминанием о свершившей­ся на Кресте Жертве и смерти Христовой.

ОТВЕЧАЕМ, ВО-ВТОРЫХ: Когда Апостол говорит: Итак, мы уничтожаем закон верою? Никак; но закон утверждаем (Рим. 3, 31), то и мы говорим подобное этому. Унич­тожаем ли мы Кровную Жертву Бескровной Жертвой? да не будет этого; но, напротив, мы утверждаем Кровную Жертву. Как может бескровная жертва упразднить крестную, если она представляет собой непрестанный образ кровной жертвы и воспоминание о ней? Не те ли, скорее, упраздняют Крестную Жертву, кто рассуждает противополож­ным образом? А когда Апостол Павел говорит, что одной Кровной Жертвы достаточно для уничтожения грехов, он говорит истину. Но что из этого следует? Следует то, что принесение иной Кровной или иной Крестной Жертвы напрасно и не является необхо­димостью. И мы вместе с Апостолом Павлом благочестиво исповедуем это и говорим, что тщетно возобновлять эту Кровную Жертву и Христу умирать за нас повторно или еще много раз. но достаточно одного раза, и именно это смысл вышеприведенных слов Павла. Апостол отнюдь не говорит, что удвоением или умножением Бескровной Жертвы упраздняется Крест Христов и его Кровная Жертва. Ибо Бескровная Жертва не только не уничтожает и не упраздняет Крест Христа и его Кровную Жертву, но, более того, в значительной мере способствует ее почитанию. Ибо, как уже сказано. Бескровная Жер­тва есть незабвенное воспоминание о смерти Христа и ее принесение является образом Кровной Жертвы, принесенной на Кресте.

НАСТАИВАЮТ противники и говорят, что Апостол Павел пишет: А где проще­ние грехов, там не нужно приношение за них (Евр. 10, 18). Поскольку благодаря Кровной Жертве грехи уже прощены, напрасно приношение новой Жертвы за грехи, и Бескров­ной Жертве нет места.

ОТВЕЧАЕМ: Следует знать, что необходимость в Бескровной Жертве не единична.

ПЕРВАЯ необходимость: чтобы Бескровная Жертва всегда была воспоминанием о смерти Христа и образом Его Кровной Жертвы на Кресте.

ВТОРАЯ необходимость: чтобы установился и основался Новый Закон и вера, что не бывает без принесения внешней видимой жертвы.

ТРЕТЬЯ необходимость: чтобы было знамение и исповедание Превысочайшего Божественного Владычества, нашего же Ему рабства.

ЧЕТВЕРТАЯ необходимость: чтобы было средство, благодаря которому мы при­общаемся к Кровной Жертве. Лечебный пластырь не помогает, если его не приклады­вать. Пища не насыщает, если ее не съедают. Сокровище не обогащает, если его не ис­пользовать, и из колодца не набрать воду, если не иметь ковша.

Так и Крестная Жертва – наше лекарство, но нуждается в том, чтобы его прило­жили к нашим язвам. Это наша пища и наше сокровище, нуждающееся в употреблении. Это глубокий колодец, но к нему требуется ковш.

Вся это возможно использовать с помощью Бескровной Жертвы. Она представляет со­бой средство и некое орудие, благодаря которому на нас изливаются все благодеяния Крестной Жертвы Христа, Ею, как неким ковшом из колодца Крови Христа, примем омовение и прохладу нашим душам. И об атом достаточно сказано в первой части. Отсюда готов ответ на Апос­тольские слова. Когда Апостол говорит: А где прощение грехов, там не нужно приношение за них (Евр. 10, 18), следует понимать это так, что не нужно кровное приношение за грехи, и нет необходимости повторно умирать Христу за грехи. Однако есть необходимость в бескровном приношении. Но зачем? Затем, что этим бескровным приношением мы становимся сообщника­ми Кровной Жертвы Христа. И Бескровной Жертвой, как ковшом из колодца крови Христовой, примем благодатные струн. К тому же, если бы и не было необходимости в Бескровной Жертве для отпущения грехов, то оставались бы другие необходимости, о которых сказано выше.

Претыкание четвертое

Христос на Кресте говорит: свершилось (Ин. 19. 30)! Этим словом Христос озна­меновал. что свершилась единственная Кровная Жертва, необходимая для нашего спа­сения, и не нужна никакая другая жертва.

Исправление претыкающимся

Если все обстоит так, как говорят противники, то напрасны и Крещение, и Евха­ристия, и Евангелие, и сама вера, ибо все, необходимое для спасения, уже совершилось одной Кровной Жертвой. Не так толкуют это изречение, свершилось, святые Отцы. Они говорят, что свершились все пророчества о страдании Христа, Его мучениях и смерти, и все. что предвозвестили древние пророки, уже исполнилось. Такое толкование дают Златоуст. Кирилл, Феофилакт и другие.

Претыкание пятое

Христос на Тайной Вечери сказал: Примите, едите (Мф. 26. 26) Но Он не ска­зал: «Приносите в жертву». Поэтому Евхаристия не является приношением и Жертвой, а только Таинством, которое преподается нам, а не приносится Богу Отцу.

Исправление претыкающимся

Если Христос и не сказал: «Приносите в жертву», но выразил смысл этих слов по-другому: Сие творите в Мое воспоминание (Лк. 22, 19), смотри также 1Кор. 11, 24. Следует знать, что это слово, творите, в Священном Писании используется вместо слов «приносите в жертву». Так, в Книге Левит написано; возьмет он себе двух горлиц или двух молодых голубей, и придет пред лице Господне ко входу скинии собрания, и отдаст их священнику; и принесет священник из сих птиц одну в жертву за грех, а другую во всесожжение (Лев. 15, 14–15).

Подобное этому написано в Книге Чисел: священник одну из птиц принесет в жертву за грех, а другую во всесожжение (Чис. 6, 11). Подобные этим слова имеются и в Книге Пророка Иезекииля, и во многих других местах, где это слово, творить, исполь­зуется вместо слов «приносить жертву». Поэтому и тогда, когда Христос говорит: Сие творите в Мое воспоминание (Лк. 22, 19), слова сие творите используется вместо слов «приносите в жертву» (Иез. 46). Однако мы на этом не настаиваем. Для нас важно, что Христос на Тайной Вечери принес в Жертву Богу Отцу Тело и Кровь Свою под видом хлеба и вина. Ибо Он тогда сказал: сие есть Тело Мое, которое за вас предается (Лк. 22, 19). В Моей Крови, которая за вас проливается (Лк. 22, 20). Также в Евангелии от Мат­фея: сие есть Кровь Моя Нового Завета, за многих изливаемая во оставление грехов (Мф. 26, 26–28). Этими словами, за многих, или за вас изливаемая во оставление грехов, ясно дается понять, что эта Жертва была принесена тогда за Апостолов, а не только дана Апостолам в пищу, ибо говорится: за вас, а не «вам», и говорится: за многих, то есть за всех. Пища и Таинство не даются за многих, а только многим. Так богомудрствуют святые Отцы, о чем достаточно сказано в первой части. Итак, поскольку Христос на Тайной Вечере принес Богу Отцу в жертву Свои Тело и Кровь под видом хлеба и вина и повелел делать так Своим Апостолам: Сие творите в Мое воспоминание (Лк. 22, 19), ясно следует, что Бескровная Жертва была установлена Христом, Который повелел приносить ее.

Глава 2. Претыкания от их собственного суемудрия

Претыкание первое

Жертва приносится Богу, а не съедается человеком. Поскольку Евхаристия съе­дается человеком, ясно, что Евхаристия не жертва, а только Таинство.

Исправление претыкающимся

А разве пасхальный агнец не был и тем, и другим, то есть приносился в жертву и съедался человеком? И это относится не только к пасхальному агнцу, но и к другим жертвам, кроме жертвы всесожжения, в которой все животные сжигались. В остальных же жертвах по крайней мере часть приносимого животного употреблялась в пищу свя­щенником и приносящим. Это же относится и к Евхаристии, которая приносится Богу и съедается верующими. Один и тот же предмет может быть полезен, служа и одному, и другому. Так, все животные работают и для Бога, и для людей. Для Бога, поскольку Он являет Свое всемогущество, премудрость и промышление, и все послушно Его манове­нию. Для человека, поскольку делают для него нечто и приносят этим большую пользу.

Претыкание второе

Если нечто является Таинством, оно не может быть одновременно и жертвой, ибо это противоречит самой сути Таинства, в котором мы принимаем нечто от Бога. В жерт­ве же мы даем и приносим нечто Богу. Поскольку Евхаристия это Таинство, которое мы принимаем от Бога, она не может быть одновременно и Жертвой. Один и тот же предмет не может и отдаваться, и приниматься.

Исправление претыкающимся

Разве уже не было сказано, что пасхальный агнец был одновременно и Таинством, и Жертвой? И если это можно сказать об агнце, то можно и о Евхаристии, так как аг­нец – образ, а Евхаристия – действительность. Не может быть препятствием то, что в Таинстве мы получаем нечто от Бога. В жертве же мы нечто приносим, и то, и другое могут совмещаться в одном предмете, как в пасхальном агнце, который приносился в честь Бога и съедался Иудеями во спасение. Так же рассуждайте и о Евхаристии. Если же принимаемое от Бога нельзя приносить Ему в жертву, то все жертвы превратятся в ничто. Но послушайте, что говорит Писание: от Тебя все, и от руки Твоей полученное мы отдали Тебе (1Пар. 29, 14). В Литургии священник также провозглашает: «Твое от Твоих Тебе принося».

Претыкание третье

Кровная Крестная Жертва имеет силу неописуемую, беспредельную, бесконечную и вечную, так в чем необходимость Бескровной Жертвы? Если только не для упразднения Креста Христова и ослабления бесконечной силы, содержащейся в Кровной Жертве.

Исправление претыкающимся

Как уже показано выше, необходимость в Бескровной Жертве была не единствен­ной. Мы не отнимаем и не можем отнять силу Кровной Жертвы, но веруем и исповедуем, что ее сила неописуема, неопределенна, бесконечна и вечна. Однако Бескровную Жертву мы приносим не из-за слабости, скудости, неудовлетворительно­сти и недостаточности Кровной Жертвы, говорить так – безумие. Помимо необходимостей, о которых сказа­но в предыдущей главе для исправления третьего претыкания, скажем о необходимости Бескровной Жертвы ради незабвенного воспоминания о Кровной Жертве Христа. Сам Христос велел Апостолам и их восприемникам: Сие, говорит, творите в Мое воспо­минание. Мы не упраздняем Крест Христа Бескровной Жертвой, как клевещут на нас противники, а. более того, приумножаем его честь, всегда вспоминая о Кровной Жертве Бескровным ежедневным приношением, знаменующим ее, подобно тому как и ветхоза­ветные жертвы не упраздняли Кровную Жертву, будучи ее прообразом.

Противники НАСТАИВАЮТ: Достаточно воспоминания о кровной жертве в вере, проповеди Слова Божия, крещении: все мы, крестившиеся во Христа Иисуса, в смерть его крестились (Рим. 6, 3), как сказал Павел.

ОТВЕЧАЕМ: Мы их не отвергаем, но при этом придерживаемся и установления и повеления Христа, Который сказал: Сие творите в Мое воспоминание. Ведь Он не сказал: «Сие веруйте, и достаточно» или «Сие проповедуйте, и достаточно», или «В сие креститесь, и достаточно», но сказал: Сие творите, то есть творите то, что творю Я при­ношением Тела Моего под видом хлеба, за вас ломимого, и Крови Моей под видом вина, за вас и за многих изливаемой во оставление грехов.

Претыкание четвертое

Если в Литургии приносится истинная Жертва, то приносящие таковую Жертву во время Литургии всегда немилосердно убивают Христа, ибо приносимое в жертву не­обходимо умерщвлять.

Исправление претыкающимся

Приносящие Бескровную Жертву не убивают Христа, а только воссоздают образ Убиенного.

А если противники говорят, что приносимое в жертву необходимо умерщвлять, следует обратить внимание на то, что собой представляет приносимое, и, действитель­но, есть необходимость в убиении живой жертвы, другое дело, если мы имеем дело с образом живого. Так, когда в жертву приносятся овцы, волы, птицы и тому подоб­ное, их убивают. Если же используются бездушные предметы как образ жертвы, такие как хлеб, вино, фимиам и тому подобное, они подлежат не убиению, а лишь соответс­твующему назначению предмета употреблению. В Литургии же приносится в Жертву Христос как живое Существо. Но поскольку Литургия представляет собой образное действие смерти Христа, в ее совершении достаточно образной смерти Христа, а не естественной, так как в Литургии приносится по чину Мелхиседека истинная и дейс­твительная Жертва в образе хлеба и вина, а в ее совершении используются неодушев­ленные предметы, то есть хлеб и вино. Такая Жертва не требует убиения, но соверша­ется ядением.

Претыкание пятое

Как бескровная жертва может называться бескровной, если в ней проливается кровь, ведь Апостол говорит: без пролития крови не бывает прощения (Евр. 9, 22).

Исправление претыкающимся

Что утверждаетесь, противники, в замысле лукавом; сговорились расставить сети, сказали: кто увидит нас (Пс. 63, 6)? Разве не знаете, что Апостол говорит о жер­твах Ветхого Завета, в котором не было приношений за грехи без кровопролития. Как говорит Павел: Да и все почти по закону очищается кровью, и без пролития крови не бывает прощения (Евр. 9, 22).

Но не побоимся ваших стрел, которыми вы стреляете во мраке в тех, кто праве­ден сердцем (Пс. 10, 2). Мы можем дерзновенно сказать вместе с Апостолом, что не толь­ко в древние времена, но и ныне прощения грехов не бывает без кровопролития, ибо Кровь Христа, Спасителя нашего, за всех излиянная, имеет такую силу, что ее ценой по­лучают искупление грехов все люди, которые жили, живут или будут жить, без пролития этой Крови оставление грехов невозможно. К тому же что мешает говорить о том, что и в Литургии изливается Кровь Христа под видом вина. И не Сам ли Христос говорит об этом: ибо сие есть Кровь Моя Нового Завета, за многих изливаемая во оставление грехов (Мф. 26, 28). Бескровная Жертва потому так и называется, что в ней нет крови под видом крови, но есть Кровь Христа, сокровенная под видом вина.

Претыкание шестое

Всякое завещание вступает в силу после смерти завещателя. Так и Завет Христа действителен после смерти Христа, А Литургия есть Новый Завет Христа, и поэтому вступает в силу после смерти Христа. Поскольку же Литургия бывает часто, то и Христу предстоит многократно умирать. Иначе завещание не вступает в силу при живом заве­щателе, как говорит и Апостол: Ибо, где завещание, там необходимо, чтобы последовала смерть завещателя, потому что завещание действительно после умерших, оно не име­ет силы, пока завещатель жив (Евр. 9, 16–17).

Исправление претыкающимся

Литургия не является установлением Нового Завета Христа, это повторение, или умножение, одного и того же Завета, единственного, который создал Христос и утвердил Своей смертью.

Как и в мирской жизни, когда завещание утверждено смертью и представлено на суд, где многократно прочитано или переписано на другие хартии, для того, чтобы по­лучить наследство, от завещателя не требуется умирать снова и снова, но достаточно единственной его смерти. Так следует рассуждать и в данном случае.

Окончание

Такова суть изречений Священного Писания, на которых утверждаются наши про­тивники, или, правильнее было бы сказать, претыкаются. Подобно тому, как Сам Хрис­тос, Бог наш, был для верующих камнем основания и утверждения, а неверующим камнем претыкания и соблазна, о чем достаточно говорилось вначале, так и Священное Писание нам в созидание духовное, а им в претыкание и погибель. На одном и том же камне они споткнулись и пали (Пс. 19, 9), мы же поднялись и исправились. Но в чем причина разли­чий? Гордость и непокорность Святой Соборной Апостольской Церкви – вот ров поги­бельный всем сынам пререкания. Если посмотреть на все ереси, с момента их возникно­вения, не найдем в них иного основания кроме гордости и непокорности Святой Церкви, честолюбия и тщеславия. О Герострате написано, что, будучи одержим недугом тщетной славы, он не мог обрести ее добрыми делами, которых не имел, и изобрел такую хитрость: сжег предивный храм Артемиды Ефесской и прославился его разрушением, ибо не мог прославиться созиданием. Так поступают все еретики, гордецы и любители славы, пы­таются разрушить Церковь и, разжигаясь огнем тщеславия, пытаются сжечь святилище Божие, созидая себе Вавилонский столп, прославляя тем самым свое имя.

Бегите, христолюбцы, от этого Вавилона! Бегите от гордыни, дышащей пламенем! Покоряйтесь Святой Церкви, Матери и Учительнице нашей. Ибо она, по слову апостола, есть столп и утверждение истины (1Тим. 3, 15). Ей покоряться повелевает Сам Христос: а если и Церкви не послушает, то да будет он тебе, как язычник и мытарь (Мф. 18, 17). У нас есть предводители, наставники и учители, святые Отцы, которым Апостол Павел повелевает повиноваться: Повинуйтесь наставникам вашим и будьте покорны (Евр. 13, 17). И снова: Поминайте наставников ваших, которые проповедывали вам слово (Евр. 13, 7). Утверждаясь на этих столпах, не упадем. Озаряемые светом этих Церковных све­тил, не помрачимся.

Идя за такими предводителями, не упадем в ров погибельный. От него да избавит и противников наших Господь Бог, и да подаст им свет разума, в познание истины об Иисусе Христе, Господе нашем, и Ему сила и слава и во веки, аминь.



Источник: Стефан Яворский, Митрополит Рязанский и Муромский. Камень веры Православно-Кафолической Восточной Церкви. - СПб.: Общество памяти игумении Таисии, 2010. - 768 с.

Вам может быть интересно:

1. Камень веры Православно-Кафолической Восточной Церкви – Догмат о добрых делах, способствующих вечному спасению митрополит Стефан (Яворский) 46,4K 

2. Камень веры Православно-Кафолической Восточной Церкви – Догмат о преданиях митрополит Стефан (Яворский) 46,4K 

3. Полный месяцеслов Востока. Том I. Восточная агиология – Поправки в I томе архиепископ Сергий (Спасский) 103,1K 

4. Пост - заповедь Божия. Учение Православной Церкви о святых постах – ЗАКЛЮЧЕНИЕ митрополит Стефан (Яворский) 17,3K 

5. «Точное изложение православной веры» на греческом языке – Βιβλίο Δ' преподобный Иоанн Дамаскин 5,5K 

6. Полный месяцеслов Востока. Том II. Святой восток – Дополнения архиепископ Сергий (Спасский) 43,5K 

7. Язычество и иудейство ко времени земной жизни Господа нашего Иисуса Христа протоиерей Тимофей Буткевич 946 

8. Исследование библейской хронологии архиепископ Сергий (Спасский) 1,4K 

9. Полный месяцеслов Востока. Том II. Святой восток – Указатель 3 архиепископ Сергий (Спасский) 43,5K 

10. Митрополит Амфилохий (Радович): "Воскресение рождается из литургии" митрополит Амфилохий (Радович) 470 

Комментарии для сайта Cackle