14. Природа

«О благорастворении воздухов, о изобилии плодов земных...» – продолжается литургическое течение⁹⁷. Слова «благорастворение воздухов», кроме очевидного природно-бытового смысла и переживания его, имеют также тонкую духовную осмысленность, что диктуется самим словом благо, т. е. добро⁹⁸. И это означает, что некоторое внутреннее духовно-нравственное содержание может стать отражением природной жизни. И тогда все, что относится к природной жизни, есть предметное выявление бытия, сотворенного творческим актом Божества в шести днях творения. Благорастворение воздухов в абсолюте – это то идеальное природное бытие, которое существовало до грехопадения первых людей, с которого получили начало процессы тления, заканчивающиеся смертью как завершением существования любого предметного бытия⁹⁹. Благорастворение воздухов есть абсолютное существование природы в ее благом качестве, в точном смысле слова. Но поскольку такое точное измерение природного бытия в его падшем состоянии невозможно, существует страшный разрыв между идеальным благорастворением и его наличным качеством, имеется в виду только возможность через литургическую энергию умерить, умалить степень этого разрыва. Здесь и открывается главный смысл этого прошения.

Дело, конечно, не в том, чтобы мечтать о хороших и приятных ощущениях, связанных с созерцанием природы и с ее потребительскими качествами, но в то же время дело и не в том, чтобы просто надеяться на прекращение землетрясений, бесконечных проливных дождей или долгих палящих солнечных лучей; может случиться очень надолго «хорошая погода». Но «хорошая погода» в лучшем случае выявляет лишь частное и случайное земное воплощение того устройства бытия, которое по акту творения призвано быть идеальным «благорастворением воздухов». Но даже в этом, здесь и сейчас, случайном несовершенном природном образе открывается для умеющего видеть блаженное ощущение связи этого малого участка жизни с полнотой гармонии тварного бытия как результата Божественного творчества¹⁰⁰.

Человеку свойственно искать то высокое состояние духовно-нравственного совершенства, гармонии бытия, которое не может быть соотнесенным с простым ощущением, вызываемым словами «хорошая погода», но слышимые на Божественной литургии слова «о благорастворении воздухов» людьми, в душах которых поет литургическое слово, могут хоть сколько-то вызывать подлинно духовные переживания и открывать возможность осмысления сотворенного бытия в его подлинно духовных смыслах.

Продолжается Божественная литургия. И по мере дальнейшего продвижения по ступеням лестницы Мирной ектении в сознании участников литургии все обширней и многообразней становятся круги жизненных реальностей, соотносимых с литургической мыслью: Церковь, общество, государство, град, весь («малая родина») и, наконец, вся полнота устройства природного бытия.

Однако это «благорастворение воздухов», ценное и само по себе, с позиций духовного созерцания, открывает возможность его использования с позиций житейских и прагматичных: «о благорастворении воздухов, о изобилии плодов земных...» – говорится далее в прошении. «Изобилие плодов земных» образно выражает обеспечение всем материально (вещественно) необходимым для жизни. «Изобилие плодов земных» – это в общем (и несколько поэтическом) виде означает обладание необходимым для того, чтобы в целом жизнь протекала без суеты, без забот об этом необходимом¹⁰¹. «Без забот» не значит вовсе без всякого делания, чтобы это изобилие сваливалось само собой с неба на голову, как связка бананов. Речь идет о том, чтобы энергия поиска необходимого не занимала внутреннего пространства души настолько, что ее не хватало бы на поиск пищи небесной. Когда необходимого не хватает, наступает нужда.

Недостаток необходимого заключается в условиях жизненной среды и того, что обеспечивает жизненную среду в ее нормальном существовании, т. е. когда с едой, с жильем, с одеждой все нормально¹⁰². Достаточным это оказывается при том изобилии плодов земных, которое предоставляется природными условиями, когда эти природные условия существуют не в их гибельном качестве. (Например, засуха, наводнение, когда плоды земные оказываются погибшими.) И когда природные условия предстают в добром качестве благорастворения воздухов, изобилие плодов земных обеспечивает внутреннее содержание жизни той духовной осмысленностью, когда бессуетность определяет возможность жить в литургическом пространстве полно и совершенно, помимо забот.

Однако духовное литургическое переживание «изобилия плодов земных» не ограничивается этим, по существу, психологически-нравственным значением. Как и «благорастворение воздухов», «изобилие плодов» выявляет осмысленность и внутреннюю содержательность всей полноты Божественного творения, когда оно не подвергается насильственным воздействиям человеческих предпочтений к сверхизобилию.

Таким образом, все содержания и формы жизненного осуществления освящаются нашей общей молитвой и литургическим напряжением Иисуса Христа. Освящаются всем тем устроением жизни, которое вошло в мир вместе с Новым Заветом, с пришествием в мир Иисуса Христа, Сына Божия, освящаются Его бытием. Все освящается прежде всего именно потому, что существует Божественная литургия. Вне Божественной литургии процесс тления безусловно господствует. Когда миробытие литургически освящается, процесс тления вовсе не прекращается, от него в условиях падшего мира никуда не уйти, но он не становится теперь настолько бедствующе господствующим. Когда бытие мира имеет только энтропийные свойства, оно становится предметом глубокой печали, нужды.