12-е число

– Преп. Феофана, исповедника Сигрианского.

– Св. Григория Двоеслова, папы Римского.

– Св. праведного Финееса.

– (9 мучч. в огне Симеона, нового Богослова. Римской иконы Божией Матери).

Преп. Феофан, в мире Исаак, родился в Константинополе в 758 г. от знаменитых и богатых родителей, Исаака и Феодотии. Отец Феофана находился в родственных связях с константинопольским двором и занимал при нём важную должность. Но сыну не суждено было воспользоваться уроками опытности и мудрости своего отца. Через три года по рождении, Феофан лишился своего отца и взят был императором Копронимом на воспитание. Под руководством добрых наставников и надзором благочестивой своей матери, Феодотии, мальчик с летами возраста преуспевал в благочестии и добродетели. Когда он достиг зрелых лет, император Лев 4-й хозарянин принудил юношу вступить в супружество с дочерью одного сенатора; но боголюбивый юноша в первый же день брака взял слово с своей юной жены хранить целомудрие, и они начали жить, как брат с сестрой, раздавая щедрой рукой милостыню бедным. Юный супруг желал даже совсем расстаться с своей женой и поселиться в каком-либо уединённом месте.

Тесть Феофана, узнав обо всём этом, усердно просил царя Льва убедить молодую чету жить по закону супружескому и не расточать имения. Император, чтобы отклонить Феофана от намерения удалиться в пустыню, послал его с поручением в Кизик (в малой Азии). Супруге Феофана также было велено отправиться с своим мужем. Император думал, что, при исполнении царских дел, Феофаном и его женой постепенно забыты будут молитвенные подвиги, посты, а с ними и воздержание от брачной жизни. Но не так на самом деле оказалось. На пути в Кизик, плывя по реке Великой, Феофан увидел прекрасные Сигрианские горы (в Мизии) и пустыни, и вышел на берег, чтобы осмотреть местность. Местность так ему понравилась, что он возгорелся всей душей жить в этих уединённых, пустынных местах, сделавшись монахом. В таком настроении духа Феофан обратился к Богу с молитвой: «Господи, скажи мне путь, в он же пойду!» взывал он, обходя пустыню. После молитвы пустынник заснул и увидал во сне ангела, который сказал ему, что ему должно поселиться здесь, но только не теперь, а через несколько времени, когда умрут препятствующие принять ему иноческий сан. To же самое предрёк Феофану и один прозорливый старец Григорий, встретившийся с ним в пустыне. «Твоё желание спасительно, погоди немного, говорил ему старец, скоро император и тесть твой умрут, и тогда беспрепятственно исполнишь своё намерение». Предсказание ангела и старца Григория оправдалось вполне. Исполнив царское поручение в Кизике, Феофан с супругой возвратился в Константинополь, где вскоре скончались император⁹⁶ и тесть Феофана. Теперь уже ничто не препятствовало ему исполнить своё желание, – оставить мир и скрыться в пустыню. Раздав бедным своё имение, Феофан и его супруга приняли иноческое житие. Супруга с именем Ирины поступила в Пригиппову обитель (на Принцевых островах) и так угодила Богу своей подвижнической жизнью, что удостоилась дара чудотворений. Феофан же отправился в Сигрианскую пустынь; там, в Полихрониевой обители, принял иноческий чин и жил, учась иноческим подвигам у братии. Отсюда Феофан скоро отправился на остров Калоним (против устья р. Риндака), построил там на свои средства монастырь, собрал братию и поставил им игумена, а сам затворился в уединённой келье обители, где после молитвы занимался чтением и списыванием книг. Через несколько лет поставленный им игумен скончался, братия начали упрашивать преподобного принять над ним начальство, но он по смирению отказался от этого; затем вскоре оставил монастырь и снова удалился в Сигрианскую пустынь. Здесь построил на своё иждивение два монастыря; в одном из них, по неотступной просьбе братии, он был настоятелем. За свою св. жизнь он сподобился получить от Бога дар чудотворения и власть над бесами.

В последние годы своей жизни св. старцу Феофану пришлось много пострадать от императора Льва армянина, жестокого гонителя иконопочитателей. Св. Феофан известен был, как твёрдый защитник иконопочитания; на 7-м вселенском соборе он был одним из ревностнейших деятелей; царь приказал св. старца, уже тяжко больного, скованным привести в Царьград, монастырь его предать огню, а иноков разогнать или мучить. Иконоборцы сначала обещанием почестей и богатства старались склонить св. Феофана на свою сторону, а потом, когда эти средства оказались бесполезными, заключили его в темницу, в которой он томился два года. Когда же и после сего св. Феофан остался непоколебимым, то без милосердия били его воловьими жилами и, наконец, сослали на Самофракийский остров, где он прожил только двадцать три дня и скончался (в 818 г.). По смерти иконоборного императора, рассеянные ученики пр. Феофана снова собрались, возобновили разорённый монастырь «Великое село» и перенесли сюда св. мощи своего учителя⁹⁷.

Св. Феофан оставил после себя хронографию, в которой описал события церкви и империи с 285 до 813 г.⁹⁸и канон на первую неделю великого поста⁹⁹.

Св. Григорий, знаменитый папа римский 6 века, родился (около 540 г.) в Риме от знаменитых и богатых родителей, Гордиана и Сильвии. Род его был славен и благочестием. Так, св. папа Феликс был дедом св. Григория, свв. Тарсила и Емилиана были ему тётки. Отец Григория, Гордиан, был сенатором, но вскоре по рождении сына перешёл в церковный клир и умер в звании регионария, или одного из семи кафедральных диаконов (архидиаконов)¹⁰⁰ в Риме. И сама мать его, Сильвия, причислена римской церковью к лику святых. Имея знатных и богатых родителей, св. Григорий естественно и образование получить самое блестящее. О его глубоком и обширном образовании свидетельствуют как его собственные сочинения, так и отзывы близких к его времени людей. Например, Григорий туринский говорит о нём: «Он столько был наставлен в науках грамматических, диалектических и риторических, что не уступал никому из образованнейших в самом Риме». Иоанн диакон называет его философом, а Иоанн Дамаскин – мужем знаменитым и преславным сколько святостью жизни, столько же и учёностью. На поприще общественной деятельности в первый раз видим мы Григория тогда, как он был уже римским претором. В это достоинство возвёл его император Юстин младший¹⁰¹. Судя по тогдашним затруднительным обстоятельствам Италии и естественно вытекавшей отсюда необходимости – вручить гражданское управление Римом мужу, который бы с любовью к правде соединял в себе отличные способности ума, – можно не без основания предположить, что св. Григорий ещё прежде показал достаточные опыты своей мудрости и благонамеренности, которыми и обратил на себя внимание императора. Как исполнял Григорий важную должность претора, как творил суд и правду, как обнаруживал попечительность свою о соблюдении законов, о том достаточно свидетельствует искренняя и безграничная любовь сограждан, выражавшаяся во многих случаях. В звании претора Григорий проводил время в мирских заботах и делах житейских. Он на опыте узнал суетность земной славы и величия и, сообразив опасности, какие угрожали душе его на этом скользком пути, незаметно пришёл к мысли удалиться от мира. У великих людей переход от мысли к делу бывает непродолжителен. Григорий вскоре продал всё недвижимое имущество, наследованное им от родителей, а деньги стал употреблять единственно на дела благочестия и благотворительности. В короткое время он построил на свой счёт семь монастырей, – шесть в Сицилии и один в Риме, щедро снабдив их землями и другими средствами к содержанию; а затем променял блестящие золотом и дорогими каменьями преторские одежды на самую простую одежду, роскошные палаты – на тесную келью в одной из построенных им обителей, в монастыре св. Андрея, в Риме. Здесь знаменитый отшельник строго исполнял все правила монастырской жизни: его воздержание, ночное бдение, молитва и послушание служили примером для всей братии. Имея от природы слабое здоровье, он, однако, воздержание простирал до того, что «часто (собственные слова его), если бы братия не подкрепляли его пищей, казалось, тотчас же бы прекратилось его дыхание». Однажды в страстную седмицу, когда постились даже малые дети, св. Григорий никак не мог перенести голода и от скорби об этом ослабел ещё более и заболел. Тогда он просил одного благочестивого старца исходатайствовать ему у Бога силы для пощения. Старец преклонился пред иконой; в ту же минуту Григорий почувствовал себя бодрее и так укрепился, что без труда соблюл пост до другого дня. На такую высокую примерную жизнь Григория вскоре обратил внимание папа Венедикт¹⁰². Он в 577 году посвятил Григория во диакона-регионария. He менее ценил жизнь св. подвижника и преемник Венедикта, Пелагий II¹⁰³. Св. Григорий был одним из лучших и благонадёжнейших советников его в церковных делах, исполнял многие важные поручения и был, можно сказать, правою его рукой.

Около 585 г. Григорий пожелал отправиться в Британию для просвещения англов. Желание это возбуждено было следующим случаем:

Однажды пришёл Григорий на площадь и в числе невольников увидел двух или трех юношей весьма красивой и приятной наружности. Узнав из расспросов, что народ, к которому принадлежали эти красивые юноши, не знает истинного Бога, он глубоко вздохнул и сказал: «Увы! и этими столь благолепными созданиями Божиими владеет князь тьмы! И под этим величественным челом живёт дух, лишённый вечного блаженства!» Чем более всматривался святой в невольников, тем более они приковывали к себе его внимание. Когда же ему сказали, что этот народ называется англами, Григорий заметил: «И справедливо, они имеют ангельский вид и должны быть сонаследниками ангелов на небе». Тотчас же в его душе созрела твёрдая решимость просветить англов. Испросив после настойчивой просьбы позволение и благословение папы на святое дело просвещения этого народа, Григорий взял с собой несколько иноков и тайно выехал из Рима. Но народ скоро узнал об этом и, не желая расставаться на долгое время с любимым человеком, заставил папу воротить Григория; святой, как ни прискорбно было это для него, должен был повиноваться.

Вскоре по возвращении в Рим, Григорию суждено было занять одно из самых высших мест в церковной иерархии. 590 г., 8 февраля, умер папа Пелагий II. Весь народ, сенат и духовенство единодушно назначили на его место св. Григория. И когда сей последний стал отказываться, считая себя недостойным такого высокого сана, то народ решительно объявил, что все его старания уклониться от первосвященства будут напрасны. Григорий должен был уступить общему требованию. По вступлении своём на престол, св. Григорий прежде всего, по древнему обычаю, обратился к патриархам с посланием, в котором изложил своё исповедание веры и те правила, которыми он намерен руководиться в управлении своей паствой (целью сего обычая было сохранение единства церкви Xристовой). Затем приступил к уврачеванию и исправлению недугов своей паствы.

Печальную и безотрадную картину церковных беспорядков, политического расстройства и нравственного изнеможения представляет нам римское общество в то время, в которое жил и действовал св. Григорий. От многолетних войн с остготами и лонгобардами западная церковь всё больше и больше клонилась к упадку. В Италии во многих местах храмы были разрушены или ограблены, а служители их скитались, как изгнанники, или томились в оковах рабства. Жизнь духовенства была крайне своевольная; среди грома оружий никто не хотел знать духовной власти, и порок с необузданным своеволием ходил под священнической одеждой. Монахи были изгоняемы лонгобардами из монастырей, a иногда и сами произвольно оставляли свои обители и вдали от надзора блуждали, где и как хотели. Благочестивые нравы стали редки. В подобном плачевном состоянии находились и римские провинции. В Африке еретики-донатисты действовали смелее, чем когда-либо, почти все высшие церковные должности находились в их руках, так что православная церковь казалась только терпимою, а не господствующей. В Испании арианство восседало на престоле царей и то угнетало, то совращало православных. В Галлии гражданские смуты не давали покоя церкви, которая страдала там ещё от гибельного влияния ленов (лен – поместья, даваемые во времена феодальной системы вассалам на известных условиях), даваемых духовенству со всеми светскими привилегиями. Епископы занимались там делами государственными, даже воинскими; а симония (приобретение священного сана за деньги, а не по достоинству) была делом почти обыкновенным. Англия, некогда христианская, уже около двух веков была погружена в язычество и некому было пробудить её от сна долговременного.

«Скажите мне, возлюбленные, – говорит св. Григорий в одной из своих бесед¹⁰⁴, – что ещё может привлекать нас в мире? повсюду слышим плач и стенания. Города наши разрушены, войска рассеяны, поля опустошены, империя превратилась в бесплодную пустыню. На полях не видно ли одного земледельца, в городах не осталось ли одного жителя; малое число спасшихся от неприятельского меча беспрестанно подвергается страданиям. Самый Рим, этот некогда владыка вселенной, что ныне? Он поражён тяжкими бедствиями, оставлен согражданами, обесславлен частыми вторжениями неприятелей. Где же те, кои гордились некогда славою Рима? Куда девались их великолепие, их гордость, их частые и неумеренные пиршества? Исполнилось над Римом то, что некогда сказал пророк о разорённой Ниневии:

„Ныне там жилища львов и пастбища скимнов“».

Такое бедственное состояние вызвало Григория на энергическую деятельность. Прежде всего он начал исправление нравов у самого своего престола. Ближайших к нему подчинённых держал под строгим надзором; не терпел ни малейшей роскоши в одежде и домашней утвари; даже первосвященническая одежда, в которой он совершал торжественные священнодействия, была самая скромная. Удалив от службы при своём епископском доме всех светских людей, Григорий окружил себя клириками и иноками. При избрании епископов он строго требовал от избирателей соблюдения канонов церковных: избираемый во епископа должен быть способный, достойный столь высокого звания и – получить его никак не за деньги, или по какому-либо ходатайству. Сам любитель монашества и строгий по жизни монах, св. Григорий заботился о построении монастырей во всех странах и снабжал их всеми средствами к содержанию. Ему было приятно видеть, когда кто оставлял мирскую жизнь и поступал в монашество; но при этом он наблюдал, чтобы в этом решении не было легкомыслия и необдуманности. Посему молодых людей ниже 18 лет воспрещалось принимать в монастырь, да и поступившие в продолжение двух лет должны были испытать себя, способны ли они к иноческой жизни. Для возвышения нравственности в иноках Григорием издано было много правил. Так, напр., никакой инок не смел без нужды оставлять обитель свою и жить вне оной; никто не мог даже выйти из монастыря без провожатого. Ни один мирянин не смел посещать женских монастырей, ни одна женщина – мужских монастырей.

Заботясь об утверждении благочиния и благочестия среди своей паствы, св. Григорий не оставлял без зоркого своего наблюдения и волновавших в то время различные церкви еретиков и раскольников. Так, благодаря его ревности, мудрости, кротости и дружелюбию, восстановлено было единение церкви кафолической, нарушаемое расколом епископов северной Италии (истрийских и венецианских), которые не соглашались на осуждение так называемых «трех глав». Он очистил африканскую церковь от ереси донатистов, сардинскую церковь от остатков идолопоклонства. Особенно была замечательна деятельность св. Григория во время несчастий и бедствий народных. Тогда он являлся ангелом всеутешающим и всеумиротворяющим. Народным бедствием, кроме грозного нашествия лонгобардов, самое ужасное было – моровая язва.

Этим несчастиям св. Григорий противопоставил спасительнейшее врачевство: покаяние и молитву. Ещё не облечённый в сан архипастыря, он начал говорить народу беседы, в которых трогательно изобразил христианам необходимость покаяния и утешал их изъяснением истории многострадального Иова, прообразовавшего страдания церкви. И народ толпами стекался слушать любимого проповедника. Установленные Григорием в это время всенародные посты и величественные крестные ходы были приняты христианами с радостью. Когда многие из италийских христиан, доводимые до отчаяния бедствиями, утратили чистоту веры и начали сомневаться в бессмертии души и жизни загробной, тогда св. Григорий для поддержания в народе спасительной веры в жизнь будущую старался сообщать, так сказать, видимые доказательства бессмертия души и открыл их народу в своих разговорах об италийских отцах.

При жизни св. Григория совершилось дело обращения англов от тьмы язычества к свету евангелия. В 596 г. святитель послал в Англию настоятеля монастыря св. Андрея в Риме, Августина, в сопровождении нескольких иноков. Прибыв в Англию, Августин с своими сотрудниками продолжал обычную монашескую жизнь и проповедовал евангелие. Св. жизнь этих миссионеров и их проповедь так благотворно действовали на туземцев, что в следующем 597 г. их окрестилось более 10.000. Особенно же много англов стало обращаться ко Христу после того, как свет истины озарил короля их Едильберта, принявшего торжественно св. крещение в конце 597 года.

Изнурив неусыпными пастырскими трудами и иноческими подвигами и без того слабую плоть свою, св. Григорий в продолжение архипасторства постоянно страдал болезнями. С 599 г. болезнь святителя достигла высшей степени и приковала его на несколько дней к болезненному одру. Святитель жаждал смерти и просил друзей умолить Бога, чтобы Господь скорее избавил его от страданий. И между тем, несмотря на всё это, св. папа управлял делами всей западной церкви, заботясь о всех и о всём, великом и малом. Наконец, молитва святителя избавиться от страданий была услышана. 12 марта 604 года, на втором году царствования Фоки, св. Григорий скончался, предстояв церкви с лишком 13 лет. Св. мощи его положены были в притворе храма aп. Петра, вместе с мощами св. Льва 1-го. Вот похвала, которую восписует святителю один из уважаемых церковных писателей 7 века¹⁰⁵:

«Святостью Григорий превзошёл Антония, красноречием – Киприана, мудростью – Августина».

Похвала эта показывает, по крайней мере, то удивление, какое возбуждал к себе св. отец в благочестивых современниках и ближайших потомках. Подлинно, одна строгая подвижническая жизнь первосвятителя, которую он при всей слабости своего тела провождал не в келье только, но и в самих папских палатах, должна возбуждать в нас к нему чувство особенного почтения и уважения. Но сколько ещё других высоких качеств совмещал в себе Григорий! Удивительно было его смирение! Занимая высшую святительскую кафедру, он называл себя рабом всех священников и доказывал это на деле. Однажды он встретил на улице инока, хотевшего поклониться ему, как патриарху, св. Григорий предупредил его, сам поклонившись ему до земли. Но его смирение и благосердие было чуждо слабости. Он был сколько снисходителен для кающихся, столько же страшен для упорных грешников. С неодолимою, нo чуждой всякого своенравия, твёрдостью не отступал он ни на шаг от того, что считал справедливым. Его трудолюбие было неусыпно, деятельность неутомима. Будучи попечительным отцом душ, он был таким же, если можно так выразиться, пестуном и тел своих соотечественников. Как истинному патриоту, римляне не раз были обязаны ему спасением от лонгобардов и помощию во дни глада и дороговизны. Милосердие и благотворительность святителя были необыкновенны. Всех убегавших от жестокости лонгобардов снабжал он деньгами, монастырям и храмам посылал вспоможения; бедным в первый день каждого месяца по его приказанию выдавали хлеб, овощи и рыбу. Кроме того, приставники ежедневно ходили по улицам, подавали приличные вспомоществования бедным и убогим и созывали их к столу папы.

Св. Григорий оставил после себя много сочинений. Они по большей части поучительного, истолковательного, повествовательного и обрядового содержания и составляют превосходный памятник, свидетельствующий о единомыслии тогдашней западной церкви с восточной. Замечательнейшее творение святителя – «Разговоры об италийских отцах». Нет нужды много распространяться о достоинстве этого пастырского труда св. Григория. Само название «Двоеслова или беседователя», которое усвоено Григорию греческой церковью именно за это сочинение, уже достаточно показывает, каким величайшим уважением пользовалось оно в христианском мире. Рассуждая в этой книге о вере в бессмертную жизнь, св. Григорий между прочим говорит:

«Люди, как в темнице рождённые, с трудом верят тому, что слышат о горнем и невидимом; но, получив Св. Духа в залог наследия нашего, мы более не сомневаемся в будущей жизни. Нетвёрдый в вере должен поверить сказаниям тех, кои дознали то Духом Святым. Есть и доказательство бессмертия, соединённое с верой. Дух человека занимает средину между духами ангельскими и душами бессловесных. Он находится в теле смертном, подобно последним; но и бессмертен, подобно первым.

И смертность его тела некогда пожерта будет славою воскресения, и тело в соединении с духом сохранится навсегда. Что же касается до тела отверженных, то хотя оно и будет продолжать бытие, но вместе с духом будет и умирать без конца... Жизнь душ святых по смерти открывается многими чудесами, совершаемыми при мощах. Некоторые, имея очищенное верой зрение, видели и исход их из тела под разными образами: напр., Венедикт видел душу одного епископа в образе огненного шара, возносимого на небо ангелами. Братия монастыря Нурсийского видели душу своего настоятеля исшедшей в виде голубя. Доказывается также жизнь посмертная предсмертными видениями людей благочестивых: некоторые, напр., видели пред своей кончиной исходящих им в сретение апостолов и других святых; видели иногда Самого Иисуса Христа или Матерь Божию; иные слышали пение небесное и распространяли после своего исхода дивное благовоние; в показание же неложности своих видений иногда предсказывали время кончины или других известных лиц, или своей собственной. Некоторые святость свою засвидетельствовали уже по смерти чудесными явлениями».

Для нас православных особенно важна составленная св. Григорием литургия «Преждеосвященных Даров», которая совершается в некоторые дни св. четыредесятницы¹⁰⁶. Существенное отличие литургии Преждеосвященных Даров от прочих литургий¹⁰⁷ заключается в том, что на ней предлагаются дары уже освященные в какой-либо из предшествовавших дней, когда совершена была литургия или Василия Великого, или Иоанна Златоуста. Причиной установления литургии Преждеосвященной было следующее: Первенствующие христиане имели благочестивый обычай приобщаться св. Таин каждый день; св. же церковь из уважения ко дням поста, как времени всеобщего покаяния и сокрушения о грехах, постановила не ежедневно совершать полную литургию, т. е. литургию Василия Великого или Иоанна Златоуста, а только в субботы и в воскресенья, – во дни, посвящённые радостному воспоминанию создания мира и Воскресения Христова; потому что полная литургия есть богослужение торжественное, сопровождавшееся, притом, общим обедом для верующих (вечерей любви); но, чтобы не лишить возможности христиан часто приобщаться св. Таин, св. церковь положила совершать преждеосвященную литургию два раза в неделю, в среду – день предания, и в пятницу – день распятия и смерти Спасителя. Но в течение первых 6 веков, когда весь почти состав богослужения уже определён был навсегда отеческими писаниями, литургия Преждеосвященных Даров совершалась по устному преданию и местному обыкновению. Отсюда естественно в различных церквах она была различна, a по местам и вовсе была оставляема. Так случилось именно в церкви константинопольской. Во время пребывания св. Григория в Константинополе (в качестве посла папского) ни в среду, ни в пяток св. четыредесятницы она не совершалась. Чтобы содействовать к восстановлению древнего порядка в церкви, св. Григорий изложил чин оставленной литургии применительно к древним обрядам и обыкновениям восточных церквей. Труд его вскоре с благодарностью был принят не только в константинопольской, но и в других церквах востока.

Св. Григорий почитается отцом «хорного пения». Собственно, ему приписывают изобретение, так называемого, твердого пения или плавного, т. е. такого образа пения, пo которому ноты выдерживаются просто без фигур и притом с ровным протяжением голоса, без рифмы и такта, в противоположность амвросианскому, фигурному. По изобретению оно называется григорианским, a пo месту первоначального употребления – римским¹⁰⁸.

Финеес, внук ветхозаветного первосвященника Аарона, сын священника Елеазара, за свою ревность по Боге приобрёл от Него целому народу своему помилование, а себе – потомственное священство. Это случилось таким образом. Евреи, приближаясь к обетованной земле после 40-летнего странствования по Аравийской пустыне, истребляли языческие племена, заграждавшие им путь. Такое победоносное шествие израильтян навело страх и ужас на многие племена, жившие в заиорданской области, и особенно на моавитян и мадианитян. Чтобы отвратить от себя грозившую им опасность, эти два племени советовались унизить и изгнать сих пришельцев и, не надеясь на силу, прибегли к суеверию: они призвали к себе из Месопотамии знаменитого Валаама, о котором современники говорили, что благословляемые им будут благословлены, а проклинаемые прокляты, и просили его проклясть народ Божий. Но Валаам, вопреки своему желанию, вместо проклятия произнёс трижды благословение народу Божию. После сей неудачи враги израильтян по наущению того же Валаама, ослеплённого языческими дарами и оставленного Богом, прибегли к другому более опасному средству – к чувственному соблазну. Под видом дружбы они пригласили израильтян на свой праздник в честь Ваал-Фегора (бога нечистой страсти, служение которому состояло в разных непотребствах). На этом празднике израильтяне легко вовлечены были в любострастие с дочерями Моава, а через блудодейство – и в идолопоклонство. Гнев Господень разразился на израиля: язва стала поражать народ. Для отвращения всеобщей погибели, Господь повелел Моисей повесить всех начальников, виновных в идолопоклонстве. Отдано было приказание убивать всякого, кто участвовал в жертвоприношении Ваал-Фегору. Heсмотря на это приказание, не взирая на слезы израильтян, непричастных беззаконию, некто Замврий (или Зимри) на глазах всего общества ввёл в свою палатку бесчестную мадианитянку. Тогда Финеес, подвигнутый благочестивою ревностью и тайным высшим внушением, взял копье и, вошедши в спальню Замврия, пронзил оружием, так сказать, самое преступление. Этим подвигом благочестивой ревности Финеес приобрёл от Бога народу помилование, а себе – потомственное священство. Финеес скончался около 1500 г. до Р.Х.¹⁰⁹

Симеон родился от знатных и богатых родителей, Василия и Феофании, в пафлагонском селении Галате. При высоких дарованиях он с детства отличался кротким нравом и любовью к уединению. Когда подрос, то родители отослали его для образования к своим родным в Константинополь. Прошедши там, так называемые, грамматические курсы, он оставил школу и поступил на службу при дворе царей Василия¹¹⁰ и Константина¹¹¹. Придворная жизнь, полная неги, роскоши и внешнего блеска, не понравилась Симеону и усилила в нём любовь к уединению. Случайно он познакомился с одним благочестивым старцем, Симеоном, которому и открыл своё желание оставить двор и посвятить себя иноческой жизни. Но старец, видя его молодость, советовал ему подождать, пока более укрепится в нём это благое намерение. И сам взялся руководить и подготовлять его к этой жизни. Юноша под руководством опытного старца поучался страху Божию и благочестью. Через несколько лет юноше нужно было отправиться из Константинополя на родину. Старец благословил его и дал ему на дорогу в руководство «Лествицу» св. Иоанна Лествичника. Вычитав в «Лествице»: «нечувствие есть омертвение души и смерть ума прежде смерти телесной», юноша возревновал навсегда изгнать из души своей эту болезнь нечувствия. Для чего, по прибытии на родину, он по ночам выходил на кладбище, усердно там молился, размышляя о смерти и будущем суде; усилил пост и бдение и этим возгревал и поддерживал в себе дух сокрушённого умиления. Плач сделался для него пищей.

Когда он возвратился в Константинополь, старец Симеон ввёл юного подвижника, согласно его желанию, в одну небольшую келейку в Студийской обители и там начертал ему правила тесного и прискорбного иноческого жития. Старец говорил ему:

– Смотри, сын мой, если хочешь спастись, ходи в церковь неопустительно и там стой с благоговенной молитвой, не обращаясь туда и сюда; не ходи из кельи в келью; не будь дерзновенен, храни ум от рассеянности, внимай себе, помышляй о своих грехах, смерти и суде.

Ученик ни в чём не отступал от воли своего мудрого учителя. Враг добродетели и духовных подвигов, – диавол, старался всячески соблазнить юного подвижника, нo благодатью Божией и молитвами св. старца он побеждал все искушения. Наконец, диавол вооружил против него братию обители, и тогда старец перевёл его к благочестивому Антонию, игумену монастыря св. Маманта. Здесь преподобный настолько преуспел в духовных подвигах, что Антоний вскоре сделал его полным монахом. Приняв иноческий сан, Симеон всецело предался уединению, молитве и богомыслию; вкушал одни овощи и семена, и только по воскресеньям ходил в братскую трапезу; спал мало и то большей частью на голом полу; никогда праздное слово не исходило из уст его; читал слово Божие и жития святых, а после чтения переписывал что-либо полезное для братии или для себя; причащался всегда, когда бывала литургия. В таких строгих подвигах иночества прожил преподобный в обители св. Маманта два года. Неослабное чтение слова Божия, писаний отеческих и богомыслие исполнили его глубокого ведения божественных истин. Эти истины преподобный усвоил и любил всей полнотой своего сердца, всей своей душей; посему, когда он, по поручению игумена, говорил в церкви поучения, слово его шло от сердца к сердцу и было всегда действенно и плодотворно.

По смерти игумена Антония, братия единодушно пожелали иметь Симеона своим начальником и руководителем. И он принял против своего желания посвящение иерейское и был поставлен во игумена обители. Сделавшись настоятелем обители, Симеон занялся её благоустройством: он поновил обитель, требовал от братии строгого исполнения иноческих правил и своей высокой жизнью подавал пример иноческой жизни. Слава о нём и его обители собирала к нему многих ревнителей истинного подвижничества. После благоустроения обители преподобный избрал вместо себя в игумена некоего Арсения, мужа мудрого, опытного и испытанного в добродетельной жизни, а сам скрылся в уединённое место для безмолвия.

За святую жизнь Господь наградил его даром прозрения и чудес. Многих недужных, притекавших к нему, он мазал елеем, и они получали исцеления. – Преподобный скончался в 1 половине 11 века. Через тридцать лет пo смерти мощи его обретены были нетленными и прославились многими чудотворениями¹¹².

Об этой иконе известно следующее: Свв. апостолы Пётр и Иоанн Богослов своей проповедью обратили в городе Лидде (впоследствии Диополь) множество народа ко Христу и для новообращённых устроили там храм во имя Пресвятой Девы Марии. Явившись затем в Иерусалим, апостолы усердно просили Пречистую Матерь Божию благословить и освятить Своим пришествием созданный в честь Её храм. Святая Дева сказала им:

– Идите с миром, там и Я буду с вами.

И вот, пришедши снова в Лидду, они нашли на одном из столбов, поддерживавших созданный ими храм, образ Богоматери, представлявший неподражаемое сходство с ликом Владычицы и очевидно изображённый не человеческой рукой. С чувством живейшего благоговения апостолы пали на землю пред нерукотворным образом Пресв. Богородицы, хваля и славя воплотившегося от Неё Бога. Празднование в честь явления этого образа св. церковью установлено совершать 12 марта. С иконы этой, при патриархе Гермогене, снят был список, который в 1 половине 8 века, при папе Григории III¹¹³, отвезён был в Рим и был там более ста лет; а затем возвращён в Царьград и поставлен в Халкопратийском храме. По первоначальному своему происхождению этот список называется Лиддской иконой Богоматери, a пo столетнему пребыванию в Риме – Римской. Был ещё другой Лиддский нерукотворный образ Богоматери. Он находился в храме, созданном в Лидде Енеем, которого исцелил св. aп. Пётр¹¹⁴. Когда этот храм хотели отнять у христиан иудеи и язычники, то он, пo распоряжению градского правителя, был заперт на 3 дня, чтобы явилось знамение для решения спора, кому отдать храм. Когда через 3 дня храм был отперт, то увидели в нём нерукотворное изображение Божией Матери.

Об обеих нерукотворных иконах Богоматери говорят три восточные патриарха: александрийский, антиохийский и иерусалимский в послании к императору Феофилу-иконоборцу¹¹⁵, а об этом послании патриархов говорит император Константин Багрянородный¹¹⁶ в историческом слове о нерукотворном образе Спасителя в Едессе¹¹⁷.