Л.Ф. Шеховцова

Раздел VI. Страсть уныния состояние депрессии и их преодоление

Глава 1. Страсть уныния

Для более полного и точного представления о страсти уныния важно рассмотреть, как определяют ее богословы, какие виды и причины уныния выделяют, как эта страсть проявляется внешне и внутренне на разных этапах своего развития.

1.1. Описание страсти уныния

Уныние – это страсть, которая знакома практически всем. Задолго до научных изучений такого рода состояний святые отцы описали достаточно точно и достоверно картину этого душевного недуга.

«…Из всех восьми предводителей злобы дух уныния есть тягчайший», – говорит святой Иоанн Лествичник. «Уныние есть расслабление души, изнеможение ума, пренебрежение иноческого подвига, ненависть к обету, ублажатель мирских, оболгатель Бога, будто Он немилосерд и нечеловеколюбив» [13, с. 113–114, П2].

Вследствие порабощения воли человека страстям происходит непроизводительная растрата его душевных сил. Это неизбежно приводит его к патологическим состояниям печали и уныния. По аскетическому учению, сущность страсти уныния – в совершенном угнетении и расслаблении души человека.

Святитель Игнатий (Брянчанинов) определяет греховную страсть уныния следующим образом: «Леность ко всякому доброму делу, в особенности к молитве. <…> Небрежение. <…> Праздность. Излишнее успокоение сном, лежанием и всякого рода негою. Перехождение с места на место. <…> Нерадение. Пленение. Лишение страха Божия. Ожесточение. Нечувствие. Отчаяние» [10, с. 167].

Авва Евагрий Понтийский словом «уныние» определяет «состояние изнеможения души, в котором она не имеет того, что ей естественно, и не выдерживает мужественно искушений» [цит. по: 4, с. 55]. Как точно отмечает Евагрий, «уныние – это продолжительное и одновременное движение яростной и вожделеющей части души. Первая неистовствует по поводу того, что находится в ее распоряжении, вторая, напротив, тоскует по тому, чего ей недостает… Все доступное – ненавистно, все недоступное – вожделенно» [цит. по: 4, с. 63]. Сложный и «запутанный» характер уныния выражается в хитром смешении чувства подавленности и агрессивности. Отвращение ко всему, что есть , в сочетании со смутным желанием того, чего нет , парализует природные способности души вплоть до того, что уже никакой другой помысл не может войти в ум. Уныние делает человека «самопоедателем» – печаль и ярость, в нормальном состоянии обращенные в прямо противоположные стороны (печаль по Богу и отвращение ко всему недолжному, греховному), при унынии соединяются и превращают человека в объект «короткого замыкания» души. Схиархимандрит Гавриил (Бунге) говорит о «внутреннем параличе», «удушии ума», которое будто колпаком накрывает все жизненные способности души, и у человека «перехватывает» дыхание, даже на физическом уровне [см.: 4, с. 66].

О том же говорит и преподобный Исаак Сирин: «Ибо в иное время душа наша задыхается и бывает как бы среди волн, и, читает ли человек Писание, совершает ли службу, во всяком деле, каким бы ни начал заниматься, принимает он омрачение за омрачением. Этот час исполнен отчаяния, надежда на Бога и утешение веры в Него совершенно отходят от души, и вся она всецело исполняется сомнения и страха» [цит. по: 4, с. 68].

Если посмотреть на уныние с богословской точки зрения, нетрудно заметить, что именно это состояние души наилучшим образом соответствует падшему человечеству, отвернувшемуся от Бога, обособившемуся, лишившемуся непосредственного участия в Божественном бытии: «Уныние как итог всех страстей является… чистейшим и наиболее “духовным” выражением самости Адама: чтобы обернуться к себе, он отвернулся от Бога и в тот же миг утратил самого себя», – заключает схиархимандрит Гавриил (Бунге) [4, с. 59].

По учению святых отцов-аскетов, в страсти уныния получает ложное направление такое настроение человека, психологическая основа которого содержится в природе человека как полезное средство. Познавая истинное благо, с одной стороны, и сознавая порочность собственной жизни, а также наблюдая грехи ближних, с другой, человек все яснее и глубже сознает бедность человеческого естества вообще. При этом он, что самое главное, приходит, по выражению святителя Григория Нисского, в «чувство худости» реального состояния своей собственной личности. Человек переживает чувство недовольства своим состоянием, поскольку оно является препятствием в деле достижения единственно ценной для него цели – богообщения. Такая печаль – по Богу, так как она именно Бога имеет своим основанием. Но эта полезная, правильная печаль изменяется на противоположную и превращается в страсть в случае, если человек не Бога имеет верховной целью своей жизни, но себя самого признает центром самостоятельного бытия. В таком случае печаль имеет характер безысходной, мрачной, безнадежной тоски, приводящей человека к апатии. Полное возобладание в душе печали приводит к унынию, когда духовные силы человека ослабевают до такой степени, что подвиг совершенствования представляется невыполнимым, бесполезным, бесплодным, когда наступает духовная смерть человека [см.: 9, 286, 287–288].

Современный богослов протоиерей Павел Великанов указывает на огромную опасность страсти уныния, которая приводит к профессиональному выгоранию даже священнослужителей: «Духовная жизнь человека есть постоянная реакция, живой отклик личности на изменяющуюся канву жизненных обстоятельств. Уныние (в цитате – “выгорание”) есть прежде всего духовный кризис личности, “вложившей” себя во что-то без остатка, но не получившей предполагаемого и желанного “дивиденда”. Результатом этого “духовного банкротства” становится душевное истощение и состояние “внутренней оппозиции” по отношению к Богу, причем это противостояние зачастую является неосознанным, находя свое проявление в нераскаянных нарушениях заповедей и правил благочестивого поведения, а внутри – в молчаливом отказе Богу в общении с Ним через сердечную молитву» [3, с. 51].

Таким образом, уныние считается одной из разновидностей неверия, из которого, по словам преподобного Исаака Сирина, рождается состояние богооставленности, приводящее к отчаянию: «…Отчаяние же предаст тебя унынию, а уныние предаст тебя расслабленности, последнее же уведет тебя от надежды твоей. Из того, что может случиться с тобой, нет ничего хуже» [цит. по: 3, с. 51]. Потеряв в жизненных невзгодах бодрое состояние души, веру, надежду на лучшее и любовь, человек утрачивает цельность восприятия мира и в результате обрекает себя на серьезные недуги, выздоровление от которых зависит от того, как скоро он примирится с Богом и самим собой.

1.2. Вилы уныния и внешняя его картина

Уныние проявляется в двух видах: иногда как невыносимая скука, тоска, а иногда как лень и безразличие к духовным занятиям. В последнем случае человек может внешне вовсе и не иметь унылого вида, напротив, может веселиться, шутить и относиться ко всему с какой-то живостью. Ко всему – кроме чтения Священного Писания, молитвы и прочих духовных занятий [см.: 16].

Уныние нападает как на отшельников, подчиняющихся строгой духовной дисциплине и стремящихся к безмолвию и уединению, так и на тех, кто живет вне всякой дисциплины и вне духовной жизни.

Проявления уныния (и его порождений):

Первый и самый достоверный признак – состояние внутренней слабости, неустойчивости душевных порывов. Все доступное не устраивает: ни местопребывание, ни работа, ни общество родных и знакомых, все хочется чуть-чуть изменить. Все недоступное – вожделенно , мечты окутывают, делают неподвижным, неспособным к делу.

Человек испытывает смутное и расплывчатое чувство неудовольствия, отвращения, усталости по отношению к себе, к своему окружению и к любому виду деятельности. «В некоторых случаях уныние наводит на человека глубокое и постоянное отвращение к месту его жительства, указывает ему на причины к неудовольствию этим местом, приводит его к мысли о том, что в другом месте будет лучше» [15, с. 135]. Уныние толкает человека к оставлению своей работы и на поиски новой, наводя его на мысль, что она будет интересней и сделает его более счастливым. «Если человек находится в одиночестве, то ему более не терпится на одном месте: страсть толкает его выйти из своей кельи, пойти в другое место или даже разные места. Порой человек становится праздношатающимся и начинает бродяжничать. Как правило, он ищет любых контактов с другими людьми. Эти контакты не являются объективно необходимыми, но подталкиваемый страстью человек чувствует в них нужду и находит для оправдания их “благие” предлоги. Человек устанавливает и поддерживает пустые связи, которые он питает бесполезными разговорами, проявляя в них обычно праздное любопытство» [15, с. 134–135]. Хорошее настроение окружающих вызывает у него недоумение, раздражение и явный или скрытый протест. Унылого ничто не утешает и не радует, он не надеется ни на что и никому не верит.

Это болезненное состояние, при котором в душу проникает тоскливое настроение, становящееся со временем постоянным, приходит чувство одиночества, оставленности родными, близкими, всеми вообще людьми и даже Богом.

Уныние святые отцы называли еще «скукою» или «тоскою сердечною». Надо заметить, что в русском языке слово «скука» не является синонимом слову «уныние». Понятие «скука» выражает эмоциональное состояние человека (томление, тягостное чувство, отсутствие интереса к окружающему). Степень и причины могут быть разными. Уныние же всегда является духовным недугом. Душевная подавленность (депрессия) есть лишь проявление этого недуга [см.: 1, с. 203].

Другой характерный признак уныния – леность, расстройство сил душевных и телесных, труд кажется непосильным, обязанности – слишком многочисленными, ощущение крайнего переутомления с одновременным желанием самому, своими силами справиться с этим состоянием и тайным восхищением своими подвигами и благородством.

Становятся характерными упадок сил, потеря мужества, вялость, оцепенение, небрежность, беспечность, сонливость, отягчение тела и души. Уныние проявляется даже в мимике и поведении человека: выражением лица, которое так и называется – унылое, опущенными плечами, поникшей головой, отсутствием интереса к окружающему и своему состоянию. Может отмечаться снижение артериального давления. Народная мудрость гласит: «Унылый дух сушит кости». Конфликт человека с самим собой перерастает в соматический недуг, грех постепенно просачивается в телесную оболочку человека, приобретая черты реальной болезни. Уныние относят к так называемым смертным грехам, в частности, потому, что разрушение души приводит и к серьезным физиологическим нарушениям. Определить, насколько далеко зашли процессы разрушения тела, можно по таким симптомам уныния, как нарушение сна в виде сонливости или бессонницы; изменение аппетита (полная его утрата либо переедание); нарушение функции кишечника (чаще всего запоры); снижение энергии, слабость, повышенная утомляемость даже при самых обычных интеллектуальных или физических нагрузках; неприятные ощущения или боли в различных частях тела (в мышцах, желудке, сердце и пр.). Способности человека становятся непостоянными; ум не может сосредоточиться и переходит с одного предмета на другой. Такие люди также подвергаются бессмысленной тревоге, общей тоске, периодическому или постоянному чувству угнетенности, беспричинной усталости, психической и телесной заторможенности. От состояния общей расслабленности возникает чувство пустоты и тошноты, изнеможение, – короче, уныние приводит человека к психическому и телесному неравновесию.

Следует также указать на фактор протяженности во времени. Уныние – это хроническое состояние, которое может длиться годами, причем нередко без явной на то причины, и относится к тем состояниям души, которые возникают даже при полном, казалось бы, благополучии. Если другие помыслы приходят и иногда достаточно быстро отступают, как, например, блуд или кощунство, то уныние задерживается подолгу, поскольку по своей «сложной» природе связано со всеми остальными страстями. Отсюда возникает особое состояние душевного упадка, которое может принять хроническую форму, более или менее открытую, особенно в тех случаях, когда мы не хотим в нем признаться и прибегнуть к надлежащей помощи.

Основным следствием уныния является общее потемнение души: уныние помрачает разум, ослепляет его и покрывает мраком всю душу. Душа теряет способность понимать основные истины. «Душа, уязвленная стрелою этой разорительной страсти, действительно засыпает для всякого стремления к добродетели и наблюдения за своими духовными чувствами», – пишет преподобный Иоанн Кассиан Римлянин [12, с. 69]. Самым же тяжелым следствием является то, что человек из-за этой страсти находится в состоянии уклонения и удаления от познания Бога.

Уныние порождает чувство безнадежности, сожаление о якобы потерянном времени, внушает, что человек не может спастись, что усилия его тщетны, труды пропали даром и прочее; приводит его в физическое изнеможение, вызывает смятение ума, волнение души, которая лишается в это время своих благоприобретенных добродетелей и твердости. Человек становится неспособным сражаться с осаждающими его помыслами, прежде всего – печали. Под воздействием этой страсти человек теряет вкус ко всему, находит всякую вещь пошлой и безвкусной, не ждет более ничего [см.: 1, с. 276].

Со временем усиливается состояние подавленности духа, потери надежды, сомнения в правильности выбора образа и смысла жизни, нарастает отчаяние. А отчаяние имеет и еще более тяжкие проявления: человек, потерявший надежду, нередко предается наркомании, пьянству, блуду и многим другим явным грехам, полагая себя все равно уже погибшим. Совершается бегство – сначала из дома в поисках развлечений либо выхода из ощущаемого тупика, а когда исчерпаются все виды развлечений и попыток разорвать замкнутый круг, человек, внутренне опустошившись, переходит в бегство из самой жизни.

1.3. Причины уныния

О причинах уныния много написано и у святых отцов, и у современных богословов. Преподобный Макарий указывает в качестве причины на неверие. Многие из святых отцов указывали, что «основным источником уныния является бесовское воздействие. Однако для него необходима благоприятная почва. Таковой, согласно авве Фалассию, является привязанность к наслаждениям… “Уныние есть нерадение души; нерадит же душа, сластолюбием болящая”,– замечает он» [цит. по: 15, с. 138, 139].

Преподобный Иоанн Лествичник перечисляет несколько причин происхождения уныния: от многословия, чрезмерности трудов; бесчувствия души, забвения небесных благ, от наслаждения, а иногда оттого, что страха Божия нет в человеке, или от гордости и самолюбия [см.: 13, с. 112, 114].

Преподобный Григорий Синаит при перечислении главных страстей вместо слова «уныние» употребляет слово «лень». Это такая лень, которая проявляется по отношению к духовным и нравственным предметам. Не хочется ходить в храм, не хочется молиться, читать Священное Писание и вообще трудиться над своей душой. Почему? Потому что мы видим, как много в нашей душе страстей и как много надо сделать, чтобы ее очистить.

По мнению современного богослова схиархимандрита Гавриила (Бунге), основной причиной уныния является уязвленное «эго» человека, вызвавшее человека на изматывающее единоборство с самим собой [см.: 4, с. 125].

Практически всегда уныние и тоска возникают по причине внутренней неудовлетворенности собственных амбиций, присущих человеку, а также излишней праздности и пустого времяпрепровождения. Эта же пустота, в свою очередь, является следствием обращенности человека на земные и чувственные удовольствия с одновременным отодвиганием на задний план нравственного и духовного содержания жизни. Скорби и страдания в этом случае для человека – что-то отвратительное, совершенно ненужное. Собственно говоря, это закономерное следствие философии гедонизма, жизни в свое удовольствие, к которой стремятся очень многие.

«Грех уныния происходит от чрезмерной занятости собой, своими переживаниями, неудачами, и как результат – угасание любви к окружающим, равнодушие к чужим страданиям, неумение радоваться чужим радостям, рождается зависть», – пишет наш современник архимандрит Лазарь (Абашидзе) [14, с. 21].

Как мы видим, в основе уныния лежит неверное представление человека о своих грехах, о возможностях и достижениях, об отношениях с Богом и людьми. Это приводит к упадку духа: либо с горьким плачем и воздыханиями, либо с примесью озлобления и негодования на все и вся.

Основное отличие уныния от печали состоит в том, что уныние не имеет никакого определенного повода, по выражению преподобного Иоанна Кассиана, оно состоит в «неразумном смятении ума». Но, если оно не имеет повода, это не означает, что оно лишено всякой причины [12, с. 68].

Святитель Иннокентий Херсонский различал причины, возбуждающие уныние у подвижников и у неверующих и маловерных людей, и подробно описал их (статья «Врачевство от уныния») [см.: 11, с. 19–22].

1) Уныние – это есть следствие потери веры, маловерие. Люди неверующие вследствие пустоты в душе часто находятся в состоянии сильнейшего уныния. Оно благо для них, ибо служит призыванием и побуждением к покаянию. И пусть не думают, чтобы нашлось для них какое-либо средство к освобождению от сего духа уныния, доколе не обратятся на путь правды и не исправят себя и своих нравов. Суетные удовольствия и радости земные никогда не наполнят пустоты сердечной: душа наша пространнее всего мира. Напротив, с продолжением времени плотские радости потеряют силу развлекать и обаять душу и обратятся в источник тяжести душевной и скуки.

2) Уныние часто вызывает и сопровождается ропотом, который проявляется в том, что человек перекладывает всю ответственность за свои страдания на других, а в конечном итоге – на Бога. Себя же считает безвинно страдающим и все время жалуется и ругает тех, кто, по его мнению, виноват в его страданиях, – а «виноватых» становится все больше, по мере того как человек все глубже погрязает в грехе ропота и озлобляется.

В ропоте проявляется духовный и психологический инфантилизм: человек отказывается принимать ответственность за свои поступки, отказывается видеть, что происходящее с ним – естественное следствие его действий, его выбора, его прихоти. И вместо того чтобы признать очевидное, он начинает искать виноватого, а крайним, естественно, оказывается Самый Терпеливый.

3) Гордыня. По словам преподобного Анатолия Оптинского, «отчаяние есть порождение гордости. Если ожидаешь от себя всего плохого, то никогда не отчаешься, а только смиришься и будешь мирно каяться». «Отчаяние – обличитель предваривших в сердце неверия и самости: верующий в себя и уповающий на себя не восстанет из греха покаянием» [10, с. 504].

Как только случается в жизни гордеца что-либо, изобличающее его бессилие и неосновательность доверия к самому себе, он тут же унывает и отчаивается.

А такое может произойти от самых разных причин: от оскорбленного самолюбия или оттого, что делается не по-нашему; также и от тщеславия, когда человек видит, что равные ему пользуются большими преимуществами, чем он; или же от стеснительных обстоятельств жизни, как свидетельствует о том преподобный Амвросий Оптинский.

Человек смиренный и надеющийся на Бога знает, что Он не даст испытаний выше сил, а потому не унывает даже в тяжких обстоятельствах.

Гордец же, надеявшийся на себя, как только оказывается в тяжких обстоятельствах, которые он сам изменить не в силах, сразу же впадает в уныние, думая, что, если он не может исправить случившегося, значит, это не может исправить никто; да еще при этом тоскует и раздражается из-за того, что эти обстоятельства показали ему собственную его слабость, чего гордец не может вынести спокойно.

4) Неудовлетворенность страстей. Унынием сопровождаются практически любые неудовлетворенные греховные желания, если человек не отказывается от них по тем или иным причинам. По мере возрастания уныния в человеке конкретные желания утрачивают свое значение, и остается душевное состояние, которое отыскивает именно те желания, выполнение которых невозможно, – уже именно для подпитки самого уныния. Потому уныние как болото: чем дольше человек в него погружается, тем тяжелее ему из него выбраться. И так глубоко это состояние овладевает человеком, что даже «по утрам может проявляться сонливостью, обусловленной не физиологической потребностью человека во сне, а его желанием не просыпаться и не включаться в ту жизнь, в которой, как он знает заранее, не будет того, что ему хочется и как ему хочется» [5, с. 132–133].

Многие ученые на Западе объективно подчеркивают, что это – «болезнь среднего класса», удел амбициозно настроенных личностей, ставящих собственные достижения и успехи выше всяческих условностей и крайне болезненно относящихся к своим поражениям.

Однако уныние нападает, хотя и менее успешно, и на верующих людей. Но уже по другим причинам. О них подробно пишет святитель Иннокентий Херсонский:

«Источников уныния много, и внешних и внутренних…

1) Во-первых, в душах чистых и близких к совершенству уныние может происходить от оставления их на время благодатью Божией. Состояние облагодатствованное – самое блаженное. Но, чтобы находящийся в этом состоянии не возомнил, что оно происходит от его собственных совершенств, благодать иногда удаляется… предоставляя любимца своего самому себе. Тогда бывает со святою душою то же, как если бы среди дня наступила полночь… В душе является темнота, холод, мертвость и вместе с тем уныние.

2) Во-вторых, уныние, как свидетельствуют люди опытные в духовной жизни, бывает от действия духа тьмы. Если враг спасения не сможет занять души на пути к небу… благами и удовольствиями мира, то обращается к другому средству и наводит на нее… уныние. В таком состоянии душа бывает как путник, вдруг застигнутый мглою и туманом: не видит ни того, что впереди, ни того, что позади; не знает, что делать; теряет бодрость… впадает в нерешимость…

3) Третий источник уныния есть наша падшая, нечистая, обессиленная, помертвевшая от греха природа. Пока мы действуем по самолюбию, наполнены духом мира, подвергаемся действию страстей, до тех пор природа в нас весела и жива… Но перемените направление жизни, сойдите с широкого пути мира на узкий путь самоотвержения христианского, примитесь за покаяние и самоисправление – тотчас откроется внутри вас пустота, обнаружится духовное бессилие, ощутится сердечная мертвость. Пока душа не успеет наполниться новым духом любви к Богу и ближнему… до тех пор дух уныния, в большей или меньшей мере, для нее неизбежен. <…> Этому роду уныния подвергаются в первую очередь грешники по их обращении.

4) Четвертый источник уныния духовного есть недостаток, тем более прекращение деятельности и привычных трудов. Перестав употреблять свои силы и способности, душа теряет живость и бодрость, становится вялою и слабою. Прежние занятия становятся ей противны, начинает ощущаться внутренняя пустота, появляется недовольство, скука и уныние.

5) Уныние может происходить и от различных печальных случаев в жизни, например смерти сродников и любимых, потери чести, имущества и при других несчастных происшествиях.

Все это… сопряжено с неприятностью и печалью для нас, по закону же самой природы печаль эта должна уменьшаться со временем и исчезать, когда человек работает над собой и не предается печали. В противном случае появляется дух уныния.

6) Может происходить уныние и от некоторых мыслей, особенно мрачных и тяжелых, когда душа слишком предается подобным мыслям и смотрит на предметы не во свете веры и Евангелия. Так, например, человек легко может впасть в уныние от частого размышления о неправде, господствующей в мире, о том, как праведные здесь скорбят и страдают, а нечестивые возвышаются и блаженствуют, все, по видимости, отдано на произвол страстей человеческих и случая.

7) Могут, наконец, источником уныния душевного быть различные болезненные состояния тела, особенно некоторых его членов» [11, с. 20–22]. Святая Церковь учит, что всякая «болезнь, печаль, воздыхание», всякая немощь, в том числе и усталость, вошли в человеческую природу после грехопадения наших прародителей.

1.4. Развитие страсти уныния

Этапы развития уныния:

1. В начале этого пути человек считает себя достаточно значительным, «не таким, как все», имеет слишком высокое мнение о себе и своих силах. Растут его амбиции, снижается страх ошибок и неудач, человек слишком сильно доверяет себе, и, чем больше человек доверяет себе, тем меньше он доверяет Богу. А доверие себе более, чем Богу, – признак гордыни.

2.  Поскольку гордыня – мать всех пороков, то следом рождаются: тщеславие, «поддерживающие» его чревоугодие, блуд и сребролюбие. Человек падает все ниже, теряет радость, теряет себя и все чаще встречается с ситуациями, когда даже готовность бросить на черный алтарь ненасытной гордыни все что угодно не помогает ему и он чувствует себя бессильным что-либо сделать.

3. Появляются постоянное недовольство собой и окружающим, гнев, агрессия, отвращение ко всему, что находится в его распоряжении, напряжение отношений. Гордыня влечет за собой такие чувства и действия, как зависть, ропот на судьбу, жалость к себе, печаль и тоску о том, чего нет или невозможно изменить. Вместо того чтобы воздействовать непосредственно на свои чувства, на свою душу, удаляя из себя корень своих бед – гордыню, человек ищет облегчения в том, чтобы удовлетворить эту гордыню, то есть чтобы «улучшить» свое положение, хочет всегда того, чего нет, а не хочет того, что у него есть.

4.  Уныние сопутствует любому греху, удовлетворить который невозможно ни в данный момент, ни в ближайшем будущем. К примеру, чревоугодник, у которого развился сахарный диабет или язвенная болезнь желудка, будет унывать, потому что больше не может услаждать чрево разнообразием вкусов или желанным количеством пищи. Скупой тоже унывает, так как трата денег неизбежна.

5.  Затем наличие желаний вообще перестает иметь какое-либо объективное значение, а остается губительное для человека состояние, приводящее к упадку как психических, так и физических функций организма [см.: 5, с. 134]. «Особенность уныния в том, – отмечает схиархимандрит Гавриил (Бунге), – что оно всегда оказывается замыкающим звеном в цепи различных помыслов – после него других уже не приходит» [4, с. 89].

6 . Зона ответственности перемещается из внутреннего мира во внешний, человек без устали себя жалеет, в своих страстях и собственноручных неурядицах обвиняет других и злобные обстоятельства, находит алиби, чтобы не исправляться! («Ведь я так страдаю в этих ситуациях, с этими людьми! Вот они переменятся, тогда все наладится».) Жалость к себе исключает всякое движение, образуется как бы опухоль – «кажущаяся жизнь», то есть существование, наполненное переживаниями, относящимися к несуществующим поводам, и описываемое обычно сослагательным наклонением: «если бы не они (он, она)», «если бы у меня были деньги (здоровье, удача и т. и.)». Или: «меня никто не понимает», «меня все бросили» и пр. Эту псевдореальность человек принимает за истинную жизнь, его «страдания» становятся образом мыслей, неизменным образом существования.

«Одной из причин возникновения уныния, – размышляет психолог Н. Д. Гурьев, – является желание сожалеть о том, что в жизни не будет так, как хочется. Однако уныние не синоним сожаления, а только желание сожалеть. В этом состоит особенность мира, который создает себе унывающий. Такой “больной” любуется своим “страданием”, не хочет с ним расставаться, а поэтому – “отстаивает обоснованность своих сожалений и отвергает мнение тех, кто указывает на беспочвенность уныния или на незначительность причин, его вызвавших. Стоит только сказать, что унывающий не прав, как он тотчас обвинит вас в непонимании, ограниченности и отсутствии чуткости. Причем сам страдалец оказывается просто несчастным человеком, несправедливо отстраненным от всего, чего ему хотелось бы. Если человеку нравится это состояние лжи и апатии, то уже весь жизненный уклад начинает подчиняться и руководиться этими состояниями духа. В беседах с окружающими унылый человек с удовольствием фиксирует внимание на сведениях о предстоящих неприятностях, бедах, по отношению к которым его позиция предельно проста и однозначна: я так и знал, что будет плохо! Если же они не обнаруживаются, прилагает усилия для их разыскания» [5, с. 34].

Такое состояние резко отличается от страдания сердца доброго, огорченного каким-либо несчастьем, оно напрочь лишает человека любых радостей жизни. Поэтому оно является грехом против Бога и самоубийством для собственной души, так как унылый не считает нужным противостоять неприятностям – по его мнению, все и так будет плохо. Он неохотно исправляет сложившуюся ситуацию, стараясь уклониться от устранения причин, вызвавших уныние; не ищет успеха своих предприятий, так как если его ждет успех и будущие несчастья будут устранены, то не останется повода для уныния. Проще говоря, уныние заставляет людей не устранять будущее зло, а, напротив, сохранять его.

Глава 2. Состояния депрессии

Грусть, печаль, скорбь, тоска, уныние – чувства, о разрушительных последствиях которых мы редко задумываемся, коль скоро отдались под их власть. Многие из нас даже считают, что подобное состояние духа свидетельствует об утонченности натуры и загадочности русской души. Однако мнение врачей-психиатров резко расходится с мнением большинства людей: затянувшуюся меланхолию они упорно называют депрессией, которой, по данным статистики, страдает уже более 20 % населения промышленно развитых стран. Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) сравнивает депрессию с эпидемией, охватившей все человечество: депрессия уже вышла на первое место в мире среди причин неявки на работу, на второе – среди болезней, приводящих к потере трудоспособности. По прогнозам ВОЗ, к 2020 году депрессия выйдет на первое место среди заболеваний в мире, обогнав сегодняшних лидеров – инфекционные и сердечно-сосудистые заболевания. Уже сегодня она является самым распространенным заболеванием, которым страдают женщины. По некоторым оценкам, на сегодняшний день около 30 % россиян ежегодно подвергаются депрессии, количество больных депрессией в России увеличивается на 3–5 % ежегодно, до 4/5 населения России перенесли депрессии различной тяжести.

2.1. Описание депрессивных состояний

Проявления страсти уныния, описанные святыми отцами, сходны с основными симптомами депрессии: подавленное настроение, не зависящее от обстоятельств; потеря интереса или удовольствия от ранее приятной деятельности; утомляемость, упадок сил. Психиатрами в свое время была описана так называемая депрессивная триада: пониженное, тоскливое настроение; замедленное мышление; двигательная заторможенность, вялость.

Депрессия (от лат. depressio – «прижимать, угнетать, подавлять») – это эмоциональное расстройство, проявляющее себя такими переживаниями, как чувство угнетенности, беспомощности, вины, снижения или утраты способности испытывать удовольствие от ранее приятных занятий [см.: 21, с. 151].

В когнитивной (мыслительной) сфере возможны нарушения ясности или эффективности мышления, замедление его темпа. Могут наблюдаться трудности принятия решений, преобладание мрачных, негативных мыслей о себе, о своей жизни, о мире в целом, мрачное, пессимистическое видение будущего с отсутствием перспективы, мысли о бессмысленности жизни. Депрессия сопровождается повышенным вниманием к собственному внутреннему миру и снижением интереса к внешней действительности. Человек убежден, что какой-то аспект его личности плох, нездоров.

В поведении депрессия проявляется пассивностью, снижением целенаправленной активности, стремлением к уединению, потерей интереса к другим людям, отказом от развлечений, злоупотреблением алкоголем и психоактивными веществами, дающими временное облегчение. Депрессия часто сопровождается различными видами зависимостей: от алкоголизма и наркомании до трудоголизма и нарушений пищевого поведения. Отмечается снижение работоспособности, повышенная утомляемость, отсутствие мотивации: человек перестает видеть смысл в своей деятельности, не понимает, зачем ему утром вставать с кровати, умываться, идти на работу. Он теряет интерес к тому, что раньше его радовало. Сужается круг его занятий, круг общения.

Характерные признаки депрессивных состояний:

1. Тягостное чувство подавленности, угнетенности, утраты, сопровождающееся ощущением душевной боли, тяжести в груди.

2. Чувство беспокойства, тревоги, волнения, надвигающегося несчастья, беды, пессимизм.

3. Ощущение безразличия, равнодушия, утраты желаний, интереса к чему бы то ни было. Болезненное психическое бесчувствие – крайне тягостное и мучительное переживание потери чувств, отсутствия эмоционального отклика в отношении близких людей или значимых событий, ситуаций.

4. Неспособность радоваться и получать удовольствие от жизни.

5. Немотивированная раздражительность, брюзжание, недовольство происходящим вокруг.

6. Невозможность концентрироваться и принимать решения, сосредоточиться, отвлечься от одних и тех же крайне тягостных, пессимистичных размышлений и воспоминаний.

7. Нерешительность, неуверенность в своих силах, плаксивость.

8. Убежденность в своей виновности, греховности, бесполезности, неполноценности.

9. Мысли о самоубийстве.

10. Снижение активности, отсутствие энергии и упадок сил. Двигательная заторможенность проявляется в снижении активности, человек не в силах заставить себя чем-либо заняться, становится вялым и пассивным, для выполнения обычных, элементарных задач (почистить зубы, одеться) требуются неимоверные усилия (либо, наоборот, неусидчивость).

11. Ипохондричность, обеспокоенность состоянием своего здоровья, сопровождающаяся различными неприятными ощущениями в теле.

12. Нарушение сна – бессонница, ранние утренние просыпания либо избыточная сонливость.

13. Нарушение аппетита – отсутствие или чрезмерное усиление аппетита.

14. Сексуальные расстройства.

15. Иногда депрессия сопровождается страхами, паническими атаками и некоторыми другими психическими расстройствами.

Депрессия – это состояние, для которого характерны негативное восприятие всех проявлений своей жизни и глубокий пессимизм в отношении собственного будущего, которое видится как нескончаемые страдания. Человек чувствует себя никому не нужным, чувствует подавленность, апатию, полное отсутствие желаний. Человек, пораженный депрессией, убивает в себе радость жизни. Теряется упование на Бога, любовь и открытость в отношении к ближним. Приходят мысли о собственной никчемности, возникает ступор доверия Богу, страх сделать следующий шаг из боязни промахнуться.

2.2. Причины невротической депрессии

Сразу оговорюсь, что в данной статье речь пойдет о преодолении состояния психологической или невротической депрессии, при которой еще не наступили серьезные физиологические изменения на уровне тканей центральной нервной системы. В случае таких изменений, которые могут быть как следствием длительного порабощения страстью уныния, так и врожденными или соматически обусловленными, депрессия называется клинической (или эндогенной) и лечится психиатром.

Исследования в области психиатрии выявили следующие психологические факторы депрессий:

– особый стиль мышления, так называемое негативное мышление, для которого характерна фиксация на отрицательных сторонах жизни и собственной личности, склонность видеть в негативном свете окружающую жизнь и свое будущее;

– специфический стиль общения в семье с повышенным уровнем критики, повышенной конфликтностью;

– повышенное число стрессогенных жизненных событий в личной жизни (разлуки, разводы, алкоголизация близких, смерть близких);

– социальная изоляция с малым числом теплых, доверительных контактов, которые могли бы служить источником эмоциональной поддержки.

Одной из причин депрессии считают накопившееся за длительный срок эмоциональное напряжение (стресс), которое вызвано неправильным отношением к миру и себе, что приводит к накоплению неудач и снижению внутренней гармонии в человеке.

Социальный контекст депрессий складывается от отношений в семье до ситуации в обществе в целом. Рост депрессий в современной цивилизации связывают с высоким темпом жизни, повышенным уровнем ее стрессогенности: конкурентностью в современном обществе, социальной нестабильностью – высоким уровнем миграции, трудными экономическими условиями, неуверенностью в завтрашнем дне. В современном обществе культивируется целый ряд ценностей, обрекающих человека на постоянное недовольство собой, – культ физического и личностного самосовершенствования, культ силы, превосходства над другими людьми и личного благополучия. Это заставляет людей тяжело переживать и скрывать свои проблемы и неудачи, лишает их эмоциональной поддержки и обрекает на одиночество.

Неклиническая депрессия всегда имеет внешнюю причину, она возникает как реакция на какие-то события в жизни. Очень часто подобные состояния возникают из-за того, что «жизнь сложилась не так, как хотелось бы»; не осуществилось желаемое, произошел какой-то конфликт, нанесена была та или иная обида.

С психоаналитической точки зрения депрессии могут быть вызваны утратой значимого человека – его смертью, отвержением или разочарованием в нем. Среди других причин отмечается крушение иллюзий и идеалов, чувство беспомощности перед непреодолимыми трудностями. Еще одна причина депрессии – реакции человека на конфликт между собственными высокими притязаниями и осознанием собственной неспособности их осуществить (чувство никчемности). Злость на себя является неизбежным следствием чувства беспомощности и бессилия (интроективная депрессия). Например, может быть выявлен конфликт между желанием быть независимым и одновременное желание получать в большом объеме поддержку и заботу от других людей. Другим типичным конфликтом является наличие гнева, обиды на весь белый свет в сочетании с потребностью быть всегда хорошим и сохранять расположение близких.

Когнитивный психолог Аарон Бек считал, что проблемы с депрессией – результат ошибочных допущений и предпосылок, которые возникают главным образом из-за искаженного восприятия реальности. Мышление многих людей часто тенденциозно, когда они требуют от себя и от мира невозможного. А. Бек выявил триаду депрессии – негативный взгляд на себя, на мир, на свое будущее. При этом возникают так называемые когнитивные искажения, среди которых наиболее часто встречаются:

персонализация – склонность объяснять и приписывать негативным событиям в мире личную причинную значимость. При депрессии человек обвиняет самого себя в случившемся, узнав, например, о несчастном случае в соседнем доме. Или думает: «Как я могу спокойно есть, когда дети в Африке голодают?!»;

дихотомическое мышление – все на свете у таких людей черное или белое. Нет нейтральности. «Кто не с нами – тот против нас», и если мир не таков, каким я хочу его видеть, и если я не могу его изменить, то мир ужасен и все плохо и, следовательно, есть причины для мрачного взгляда исподлобья;

произвольное умозаключение – заболел ребенок, и женщина думает про себя: «Я ужасная мать! И нет мне прощенья!»;

катастрофизация событий: «Это ужасно, если обо мне кто-то будет плохого мнения!». Или: «Это ужасно, если меня сократят и я останусь без работы!».

Установки, предрасполагающие к депрессии, от которых надо избавляться: «Чтобы я был счастлив, меня все должны любить», «Чтобы быть счастливым, надо везде добиваться успеха», «Хорошо быть знаменитым, а если я не знаменит, то я – посредственность», «Невозможно жить без любви. Если меня разлюбили, то я ничего не стою», «Если кто-то не согласен со мной, то это ужасно плохо, так как я ничего не значу», «Если я совершил ошибку, то, значит, я – неспособный, дурак и ничтожество».

Карен Хорни говорила о тирании долженствования, при помощи которой человек загоняет себя в депрессию. Согласно этому подходу невротик, страдающий от депрессии, как бы говорит сам себе: «Я должен: …быть великим по благородству, достоинству и храбрости, самоотверженности;…всегда быть счастливым и безмятежным;…быть лучшим любовником, другом, родителем, учителем, супругом;…хладнокровно вынести любое испытание;…должен уметь быстро найти решение любой проблемы;…все знать, понимать и предвидеть;…всегда быть искренним и управлять своими чувствами;…отстаивать свое достоинство и никогда не должен причинять вреда окружающим;…всегда быть максимально продуктивным. И кроме всего этого: никогда не должен уставать и болеть, не должен испытывать тревогу или печаль».

Все эти идеи долженствования требуют от человека слишком больших нервно-психических затрат. Когда эти ресурсы заканчиваются, наступает депрессия. Поэтому отказ от нереалистических требований к самому себе, которые, скорее всего, заложены в человеке его родителями, приводит к значительному смягчению симптомов депрессии. Когда мир не оказывается таким, каким его хочется видеть, инфантильный человек впадает в депрессию. Но этого не происходит, когда человек не требует от окружающего мира всего, что ему хочется. А невротику, как правило, хочется очень много, всего и сразу.

С точки зрения экзистенцанализа депрессия – это психическое расстройство, тяжесть которого определяется степенью нарушения переживания ценности жизни.

Священник Андрей Лоргус отмечает также такой вид уныния, как «религиозная депрессия», которая «происходит от неправильного понимания духа христианства» не]. Некоторые православные христиане поддерживают в себе мысль: «Мир лежит во зле, радоваться нечему, все тлен, пустота». Некоторые считают, что страдать – полезно для души. И когда им страдания посылаются обстоятельствами жизни, то есть Господом, то, вместо того чтобы их достойно принимать, осмыслять духовно, воспринимать как школу, как испытание, они начинают унывать, разрушая душу страстью, что в свою очередь может приводить к клинической депрессии, к серьезным и необратимым изменениям личности. Депрессия может стать хронической, превратиться в черту характера. Человеку начинает казаться, что он такой по природе… Более того, есть разряд людей, которые свою депрессию любят, холят и лелеют. Одна из причин этого – неадекватное чувство вины , то есть вины, которой на самом деле нет. Есть люди, которые несут в себе эту иррациональную вину всю жизнь, думая, что такая тотальная виновность помогает их покаянию. Еще в депрессию часто впадают люди, стоящие в принципиальной жизненной позиции жертвы: «Я маленький, я слабый, бедный-несчастный, я никому не интересен!». Они заранее убеждены, что ничего хорошего в их жизни не будет. «Позиция жертвы имеет множество выгод: с жертвы меньше спрос, она ни за что не отвечает и, соответственно, ни в чем не может быть виновата. Поэтому человек с неизбывным чувством вины очень часто прячется в роль жертвы. А жертва должна все время поддерживать имидж несчастного человека, то есть подогревать в себе состояние депрессии, состояние уныния» не].

Глава 3. Преодоление страсти уныния и депрессивных состояний

Страждущий унынием и депрессией нуждается в четком, систематичном и последовательном руководстве по преодолению своего недуга. Такой опыт накоплен в святоотеческой литературе и в методах секулярной психотерапии. При рассмотрении и сопоставлении целей, задач и способов святоотеческой и светской психотерапии можно выявить как много общего, так и взаимоисключающего в способах помощи, но есть и методы, дополняющие друг друга.

3.1. Аскетические способы преодоления страсти уныния

В духовной брани главным оружием христианина в борьбе со страстью святые отцы всегда указывали молитву, а самым действенным способом преодоления страсти – стяжание добродетели, противоположной страсти: «Истреблению уныния служат молитва и непрестанное размышление о Боге», – пишет преподобный Ефрем Сирин [7, с. 487]. Преподобный Нил Синайский советует два средства против этого духовного недуга – молитву и терпение. Он пишет: «Молитва есть врачевство печали и уныния». Как и во всяком деле, в молитве надо определить меру и точно ее соблюдать: «Молись разумно и усиленно – и дух уныния бежит от тебя». Поскольку охваченная духом уныния душа малодушествует, теряет твердость и бодрость, нужно собрать всю свою волю и противиться этой напасти. «От уныния врачует терпеливость, – пишет святой Нил Синайский, – и то, чтоб делать свое дело (несмотря на недостаток охоты) со всяким самопринуждением, из страха Божия» [18, с. 258].

Какие же именно молитвы предлагается читать против уныния?

Особого внимания заслуживает совет святителя Игнатия (Брянчанинова), который рекомендовал во время уныния как можно чаще повторять такие слова и молитвы:

«Слава Богу за все!», «Господи! Предаюсь Твоей святой воле! Буди со мной воля Твоя!», «Господи! Благодарю Тебя за все, что Тебе благоугодно послать на меня!», «Достойное по делам моим приемлю; помяни мя, Господи, во Царствии Твоем!».

Святые отцы отмечали, что в унынии человеку молиться особенно тяжело. Поэтому исполнять сразу большие молитвенные правила не все смогут, но произносить те короткие молитвы, которые указал святитель Игнатий, может каждый, это несложно.

Святитель Тихон Задонский так говорит об этом нежелании молиться при унынии: «Советую тебе следующее: убеждай себя и принуждай к молитве и ко всякому доброму делу, хотя и не хочется. Как ленивую лошадь люди гонят плетью, чтобы она шла или бежала, так нам нужно принуждать себя ко всякому делу, а особенно к молитве. Видя такой труд и старание, Господь подаст охоту и усердие» [20, с. 2121–2122].

Добродетели, противоположные унынию, следующие: унынию противостоит трезвение – «усердие ко всякому доброму делу. <…> Внимание при молитве. Тщательное наблюдение за всеми делами, словами и помышлениями своими. Крайняя недоверчивость к себе. Непрестанное пребывание в молитве и слове Божием. Благоговение. Постоянное бодрствование над собою. Хранение себя от многого сна, изнеженности, празднословия, шуток и острых слов. Любление нощных бдений, поклонов и прочих подвигов, доставляющих бодрость душе. Редкое, по возможности, исхождение из келлии. Воспоминание о вечных благах, желание и ожидание их», – пишет святитель Игнатий (Брянчанинов) [10, с. 172].

Итак, терпение со смирением – первые врачевства при унынии. «Поэтому, кто хочет победить беса уныния, тот должен соблюдать следующее: воздержание от празднословия, посильное рукоделие, чтение слова Божия, принудительная, терпеливо-настойчивая молитва, помышление о смерти и о будущих благах в Царстве Небесном» [2, с. 242]. Противостоять унынию удобнее всего кротостью, покорностью, терпением и надеждой, а также благодарностью за то хорошее, что имеется.

Стоит привести список основных средств борьбы с унынием, которыми располагает христианин. О них говорит святитель Иннокентий Херсонский:

«1. От чего бы, впрочем, ни происходило уныние, – молитва всегда есть первое и последнее против него средство. В молитве человек становится прямо перед лицом Божиим. Но если, став против солнца, нельзя не озариться светом и не почувствовать тепла, тем более свет и тепло духовные – непосредственные следствия молитвы. Кроме того, молитвою привлекается благодать и помощь свыше, от Духа Святого, а где Дух Утешитель, там нет места унынию, там сама скорбь будет в сладость.

2. Чтение или слушание слова Божия, особенно Нового Завета, есть также сильное средство против уныния. Спаситель не напрасно призывал к Себе всех труждающихся и обремененных, обещая им успокоение и радость (см.: Мф. 11, 28). Радость эту Он не взял с Собою на небеса, а всецело оставил в Евангелии для всех скорбящих и унылых духом. Кто проникается духом Евангелия, тот престает скорбеть безотрадно, ибо дух Евангелия есть дух мира, успокоения и отрады.

3. Богослужения и особенно Святые Таинства Церкви также являются великим врачевством против духа уныния. Ибо в Церкви, как в доме Божием, нет для него места. Таинства все направлены против духа тьмы и слабостей природы нашей, особенно Таинства исповеди и Причащения. Слагая с себя тяжесть грехов посредством исповеди, душа чувствует легкость и бодрость, а принимая в Евхаристии Тело и Кровь Господа, чувствует оживление и радость.

4. Беседа с людьми, богатыми духом христианским… В разговоре мы вообще выходим более или менее из мрачной глубины внутренней, в которую душа погружается от уныния. Во время беседы в человеке унылом… раскрываются недра его духа, подавая доступ туда свету и теплу духовному. Кроме того, при обмене мыслями и чувствами в разговоре мы воспринимаем от собеседника некую силу и жизненность, что так нужно в состоянии уныния.

5. Размышление о предметах утешительных… Ибо мысли в [унылом] состоянии или вовсе замедлены, или кружатся около предметов печальных. Чтобы избавиться от уныния, нужно принудить себя мыслить о противоположном. <…>

6. Занятие трудом телесным также прогоняет уныние. Человек унылый не способен бывает к труду. Но, несмотря на это, пусть начнет трудиться, даже нехотя; пусть продолжает труд, хотя без успеха. От движения оживет сначала тело, а потом и дух, и почувствуется бодрость. Мысль среди труда постепенно отвратится от предметов, наводивших тоску, а это уже много значит в состоянии уныния» [11, с. 22–25].

Авва Евагрий делает особый акцент на свободе воли, совершающей выбор в пользу добра, а значит – принятия на себя ответственности за господство над своими естественными помыслами. Страсть – это неправильное направление воли. В разумном отношении к немощам врачуются «дурные навыки» воли, она обращается к Богу, начиная желать исполнения Божественного Промысла [см.: 4, с. 42].

Схиархимандрит Гавриил (Бунге) считает, что в борьбе с самим собой против своего уязвленного «эго» человек может обрести главное оружие против уныния – веру как вверенность Богу, полную преданность Ему. Главным лекарством от уныния он считает осознанное ожидание Бога в терпении и смирении среди мрака неверия и отчаяния: «Выйти из инфернального круга уныния можно только тогда, когда человек способен проломить брешь в темнице собственного “я”, своей безысходной обособленности, чтобы открыться навстречу подлинно личностному существованию для другого и тем самым открыть свое сердце для подлинной любви – вновь обрести себя самого в даре другому. Такое смиренномудрие подрубает корни уныния и размыкает казавшийся самодостаточным внутренний мир человека навстречу Богу» [4, с. 129].

Православный христианин знает, что в борьбе с унынием даруется самый большой венец. Поэтому «не будем унывать, когда приключаются с нами огорчения и скорби, а, напротив того, станем более радоваться, что идем путем святых», – советует преподобный Ефрем Сирин [8, с. 277].

Сколь многие люди изнемогают от этой душевной болезни, не желая поверить, что исцеление – совсем рядом. И до тех пор пока не обратятся к сокровищнице православной веры, они будут оставаться в числе тех несчастных, о ком сказал святитель Димитрий Ростовский: «Нет такой печали у праведников, которая не претворялась бы в радость, как нет и радости у грешников, которая потом не превращалась бы в печаль» [ср.: 6, с. 241].

3.2. Преодоление депрессивного состояния в психологии и психотерапии

Психотерапия – лечебное воздействие с помощью специальных методов. Это может быть слово, специальная обстановка занятия, невербальное воздействие средствами искусства. В ходе психологической коррекции депрессивных состояний клиент вместе с психологом может пересмотреть у себя заниженную самооценку, чувства гнева, разочарования, потери и утраты, обиды и вины, нарциссизма и самоуничижения.

В лечении депрессий как наиболее эффективные и научно обоснованные зарекомендовали себя три подхода: психодинамическая психотерапия, поведенческая психотерапия и когнитивная психотерапия.

Согласно психодинамической терапии психологической основой депрессии являются внутренние бессознательные конфликты. Например, желание быть независимым и одновременное желание получать в большом объеме поддержку, помощь и заботу от других людей. Другим типичным конфликтом является наличие интенсивного гнева, обиды на окружающих в сочетании с потребностью быть всегда добрым, хорошим и сохранять расположение близких. Источники этих конфликтов лежат в истории жизни пациента, которая становится предметом анализа в психодинамической терапии. В каждом индивидуальном случае может быть свое уникальное содержание конфликтующих переживаний, и поэтому необходима индивидуальная психотерапевтическая работа. Цель терапии – осознание конфликта и помощь в его конструктивном разрешении: научиться находить баланс независимости и близости, развить способность конструктивно выражать свои чувства и сохранять при этом отношения с людьми.

Поведенческая психотерапия направлена на разрешение текущих проблем пациента и снятие поведенческих симптомов: пассивность, отказ от удовольствий, монотонный образ жизни, изоляция от окружающих, невозможность планирования и вовлечения в целенаправленную активность.

Когнитивная психотерапия представляет собой синтез обоих вышеназванных подходов и соединяет в себе их преимущества. Она сочетает работу с актуальными жизненными трудностями и поведенческими симптомами депрессии и работу с их внутренними психологическими источниками (глубинными представлениями и убеждениями). В качестве основного психологического механизма депрессии в когнитивной психотерапии рассматривается так называемое негативное мышление, которое выражается в склонности депрессивных больных рассматривать все происходящее с ними в негативном свете. Изменение такого способа мышления требует тщательной индивидуальной работы, которая направлена на развитие более реалистичного и оптимистичного взгляда на себя, на мир и на будущее. Для преодоления депрессии надо научиться исправлять нелогичность в переработке информации. Главное – отучаться от автоматических мыслей, не рассматривать неудачу как конец света.

Для профилактики и избавления от депрессии методами рационально-эмотивной психотерапии следует осознать:

1. Суть не в самих событиях, а в том, как люди интерпретируют эти события (как правило – нереалистично).

2. Люди испытывают разрушающие их эмоции, так как имеют догматические иррациональные установки, которые эмпирически необоснованны.

3. Для преодоления депрессии необходим отказ от нереалистических требований к себе и к миру, устранение тирании долженствования, повышение самооценки и любви к самому себе.

4. В трудной ситуации, приносящей огорчение, следует говорить себе: «Но зато…» – и обращать при этом внимание на позитивные стороны своего существования. Кроме того, если вы начинаете терзать себя дурными мыслями, можно сказать себе «стоп», чтобы неповадно было входить в ту область размышлений и воспоминаний, которые приносят боль.

5. Помимо избавления от тирании долженствования и автоматических мыслей, следует обучаться позитивному мышлению. Его важнейшими составляющими являются: умение видеть жизнь в ярких красках; овладение навыками прощения своих обидчиков, ибо они «не знают, что творят», и преиспол-ненность благодарности к миру за саму возможность в нем находиться и жить. Для этого стоит научиться как можно больше выказывать чувство благодарности к самой жизни и к другим людям за их добрые дела и самому стараться поступать по отношению к ним таким же образом.

С точки зрения экзистенциальной терапии при депрессии утрачивается способность воспринимать ценность всего того, что ранее наполняло жизнь человека радостью и придавало ей смысл. В основе экзистенциально-аналитической работы с депрессивными людьми лежит феноменологическое понимание депрессии как утраты переживания ценности жизни. Процесс терапии включает ряд последовательных шагов, которые подводят к работе с глубинными корнями депрессии – с нарушением фундаментальных отношений с жизнью. В процессе лечения пациенты должны обрести новую почву благодаря воссозданию способности ощущать фундаментальную ценность жизни и формированию новой установки (главным образом в процессе терапевтических отношений и переживания грусти).

Большое значение для преодоления депрессии имеет ведение дневника , в котором отмечаются «знаки улучшения», что подразумевает установление ориентиров, по которым сам пациент и его окружение могут заметить, как улучшилось настроение, а вместе с ним уменьшилась или разрешилась проблема. Ведение дневника, оценка своего состояния с помощью «шкалирования» подразумевает использование графика от «хуже некуда» до «лучше не бывает», на котором отмечаются нынешнее положение пациента и точка, куда он хотел бы попасть, при этом его просят четко осознать и описать ситуацию «на один балл» лучше.

Активно рекомендуются различные виды арт-терапии, рисование своего настроения в абстрактных или сюжетных картинах различными красками.

Музыкально-вокальная психотерапия: поскольку, как было установлено в многочисленных психологических исследованиях, отрицательные эмоции продолжительны, а положительные – кратковременны, то к ее помощи прибегают как для изживания и удаления негативных переживаний, так и для наполнения сознания положительными переживаниями (в святоотеческой литературе имеется множество советов прибегать в унынии к псалмопению, громкому пропеванию любимых духовных песнопений и чтению молитв вслух). Большую эффективность в преодолении депрессии показывают следующие приемы и методы:

• Изживание печали с помощью прослушивания грустной музыки. (Рекомендуют такие произведения, как «Реквием» Моцарта, Четвертая и Пятая симфонии Шостаковича, Финал Шестой симфонии Чайковского и его же «Всенощная».)

• Пропевание русских протяжных песен («Степь да степь кругом», «Ой, то не ветер ветку клонит» и т. д.). Пропевание песен, в которых человек может найти сочувственный отклик собственным переживаниям, способно значительно улучшить настроение человека. Здесь действует фактор, названный Л.С. Выготским «приемом уничтожения содержания формой». Суть его заключается в том, что рассказы о печальных событиях жизни, положенные на красивую мелодию, ритм и гармонию, исполненные проникновенным голосом певца, уничтожают тот негатив, который содержится в невеселом рассказе. Прием этот действует как в классических произведениях, так и в популярных шлягерах.

• В русской традиции описаны факты «голошения», когда человек, не в силах вынести свалившегося на него несчастья, начинает стонать. Такой способ выдоха (удлиненный с сопротивлением) значительно улучшает газообмен в легких, что в свою очередь ведет к повышению иммунитета.

Также применяется позитивная психотерапия – обучение позитивному мышлению. При встрече с деструктивной эмоцией клиенту предлагается сказать магическое: «Но зато…».

В продолжении фразы может быть: «Но зато у меня есть ноги и руки»; «Но зато я сегодня живу»; «Но зато у меня есть любимое дело (спорт, музыка, друзья, природа, изобретения)» и т. д.

В процессе лечения всячески поощряются позитивные фантазии клиента и его планирование представлений о будущем: Как будет выглядеть ваша жизнь, если проблема перестанет существовать? Благодаря чему эта перемена может произойти? Откуда взялись силы при перенесении прошлых страданий? Как удалось избежать наихудшего?

Перенесенные испытания представляются как бесценный жизненный опыт, которым пациент может поделиться с другими людьми. На занятиях психотерапевтической группы пациента просят рассказывать, чему научила его пережитая проблема, что он думает о страданиях и их смысле, какую мудрость он мог бы передать из своего жизненного опыта своим потомкам.

Светская психотерапия рекомендует для большей эффективности работы с мыслями поддерживать также и организм в рабочем, здоровом и чистом состоянии следующими способами (сразу же проследим связь с православными традициями!):

1. Регулярные разгрузочные дни, разнообразные очистительные процедуры – от голодания до интенсивного дыхания, бани и сауны (в православии уже давно известно о пользе постов).

2. Физические упражнения до пота. Когда к великому немецкому психологу и психотерапевту Виктору Франклу пришел молодой человек, находящийся в глубокой депрессии, и сказал, что он хочет умереть, Франка посоветовал ему бегать до изнеможения до тех пор, пока он не упадет и не умрет. Молодой человек так и сделал – он бегал по стадиону до тех пор, пока, обессиленный, не упал. Через какое-то время он заснул прямо на земле, а когда проснулся, то мыслей о самоубийстве у него уже не было. (В православии – поклоны, физический труд.)

3. Эмоционально-стрессовая терапия (ЭСТ) в щадящем домашнем варианте. Это может быть закаливание в виде контрастного душа с несколькими переменами горячей и холодной воды, хождение босиком по снегу, по песку или по камням. (У православных – купание в святых источниках, крещенской проруби.)

4. Светотерапия – пребывание на утреннем солнце, когда можно на долю секунды взглянуть на него, чтобы солнечный свет прошел по всему организму.

5. Депривация сна, то есть лечение бессонницей. Метод был впервые предложен в 1966 году В. Шультом, который ввел в психиатрическую практику лечение депрессий депривацией сна. (Уместно напомнить, что в православии всенощное бдение предполагает многочасовое нахождение в церкви в ночное время. Православные прихожане отмечают у себя улучшение сна после такой службы. Так что метод на самом деле имеет очень давнюю традицию.)

6. Диетотерапия – через включение в рацион продуктов, повышающих выработку в мозге химических веществ, которые влияют на наше настроение и поведение. В рацион включают продукты, способствующие выработке гормона удовольствия (серотонина), содержащие витамины группы В и Е, антидепрессивные вещества (фолиевую кислоту, селен, триптофан). Также рекомендуется пить достаточно много воды, необходимой для поддержания скорости прохождения нервных импульсов общего тонуса организма.

3.3. Сопоставление способов преодоления уныния и депрессии в святоотеческом и психотерапевтическом подходах

Рассмотрев различные способы преодоления состояний депрессии и уныния, можно заметить, что для святоотеческого подхода главными являются молитва, терпение и покаяние, которые приводят к серьезным внутренним изменениям, искореняющим основные причины уныния и депрессии: гордыню с ее самонадеянней и оскорбленным самолюбием; неверие в Промысл Божий или маловерие с отсутствием страха Божия, непониманием смысла скорби и страдания; привязанность к наслаждениям и излишнюю праздность, являющиеся следствием обращенности человека на земные и чувственные удовольствия, с одновременным отодвиганием на задний план нравственного и духовного содержания жизни.

Секулярная психология игнорирует основные корни и первопричины депрессивного состояния – духовную и нравственную составляющие, понимание цели и смысла своей жизни (в соответствии с замыслом Творца) страждущим клиентом. Свою основную задачу секулярная психология видит в социализации клиента, для чего торопится быстрее избавить его от негативных переживаний, научить получать удовольствие от жизни и стать успешным в обществе, зараженном философией гедонизма. Это противоречит самому смыслу того, ради чего попущено человеку состояние уныния и депрессии – ради перемены ума, встречи с собой, с Богом, закалки души, победы над страстями. Страждущий таким недугом оказывается на перепутье в своей духовной жизни и должен совершить выбор: либо встать на путь бегства (начиная с перемены места работы и круга общения и заканчивая бегством от жизни); либо, вооружившись терпением, мужеством и решимостью, оставаться в воздержании и в уединении, избегая праздности и неумеренности. Тогда уныние и депрессивное состояние, как духовное упражнение, укрепит веру, надежду, научит «всегда радоваться и за все благодарить» в любых жизненных обстоятельствах.

Методы светской психологии хорошо помогают в работе с чувствами, которые верующие клиенты часто не осознают, например:

– чувство неполноценности и заниженная самооценка, прикрывающие гордыню под маской смирения и самоуничижения;

– чувства обиды и гнева, которые верующий клиент, часто не признавая и не беря ответственности за их преодоление, копит в себе, а затем, обрастая психосоматическими недугами, считает себя невинным страдальцем и великомучеником;

– чувство иррациональной вины, которое ошибочно принимается за покаяние;

– позиция жертвы, которая не берет ответственность за собственные решения и поступки, – в ней нередко находится верующий клиент под видом «послушания, отсечения своеволия и т. п.».

Есть и общие рекомендации по преодолению депрессивных состояний в аскетике и психологии:

– самонаблюдение, ведение дневника, что помогает осознать внутренние конфликты, противоречия в помыслах, чувствах, желаниях, борьбу духовного и греховного, осознать свою немощь, несовершенство, прийти к покаянию и пониманию необходимости молитвенного обращения к любящему Творцу;

– изменение ложных убеждений и отношения к неудачам, что помогает принять этот мир с его событиями, себя и людей такими, какие они есть в реальности, избавиться от тирании долженствования, научиться уважать свободу каждого человека и доверять Богу;

– обучение позитивному мышлению, умению благодарить, радоваться, извлекать смысл из пережитого и делиться им с другими;

– физический труд, рукоделие, помогающие как отвлечься от навязчивых негативных переживаний, так и получить радость от самореализации, творчества и полезности ближнему;

– общение с природой, прогулки при солнечном свете на свежем воздухе, налаживание режима дня, сна, отдыха, питания, водные процедуры ит.п.;

– обращение к медицине в случае подрыва физических сил и здоровья.

Выводы

Предыдущий анализ материала показал, что депрессивные состояния имеют много общего, схожего со страстью уныния в причинах, проявлениях, а также в способах преодоления. Рассмотрев механизм развития страсти уныния, можно увидеть, что она является корнем для состояния психологической депрессии, уничтожить который можно только через духовную работу по преодолению страстей. Следовательно, православная психология и психотерапия, используя святоотеческие советы и некоторые методы секулярной психотерапии, могут помочь исцелиться человеку, страждущему унынием и депрессией.

Рассмотрим способы преодоления уныния и депрессии в православной психологии:

I. Осмысление своего состояния. Мы знаем из церковного предания, что любая болезнь посылается нам как жизненный крест, как духовное испытание. От депрессии нельзя убежать. С ней необходимо бороться, как и с любой другой страстью, уповая на помощь Божию. Единственный достойный человека выход из состояния уныния – взглянуть этому унынию прямо в глаза, не прятаться от него, но искать его преодоления.

Человек смиренный, верующий в Бога, знает, что любыми трудностями жизни, неприятными обстоятельствами испытывается и укрепляется его вера. Он знает, что Бог рядом и не допустит испытаний сильнее, чем можно вынести, поэтому всегда доверяет Богу, надеется на Него и никогда не унывает даже в тяжких обстоятельствах.

Главное правило при всех видах помощи: набраться терпения, мужества и решимости оставаться в воздержании и в уединении (оставаясь только в самом необходимом окружении – семья, коллеги, близкие по духу друзья, но в молчании, постоянстве посильных дел и позитивном мышлении), избегая праздности и неумеренности. Это важное правило вытекает из понимания изначального положительного смысла уныния и депрессии – перемены ума, встречи с собой, с Богом, закалки души, победы над страстями при выборе человеком пути преодоления и готовности заплатить такую цену

Важно осмыслить роль наших страстей и немощей, промыслительно попускаемых нам любящим Богом, и принять их как помощь в приобретении смирения через терпеливое несение собственных немощей. Немощь уныния укрепляет нашу веру, учит нас ненадеянию на себя, всецелому упованию на Бога и непрестанной молитве. Но надо осознавать, что диавол может воспользоваться отсутствием нашего произволения благодушно переносить усталость. Он постарается взрастить в человеке лютую страсть уныния на греховном покрове плотоугодия, вызывая в человеке отвращение ко всему духовному. В таком случае следует обратиться к слову святителя Феофана Затворника: «На дух уныния жалуйтесь Господу и Ангелу-хранителю, и отбежит. Но всяко терпите благодушно. Состояние это есть один из крестов, которые нести неизбежно нам в продолжение жизни своей» [22, с. 669–670].

Если человек добровольно и свободно несет свои немощи, то «понесший немощи» Христос дарует ему исцеление от греха. Но происходит это исцеление не как награда совне, а как благодатное вселение Христа в человека и наделение его богочеловеческими силами для укоренения в противоположных страстям добродетелях. Это благодатное вселение Христа совершается в Таинствах Церкви. Терпеливое и покорное несение немощей (усталости) привлекает к человеку благодать Духа Святого.

II. Принятие, смирение: принять свою жизнь всю и такой , какая она есть, а также перестать ждать от нее только каких-либо удовольствий (безропотное признание реальности). Духовная жизнь только тогда возможна, когда человек согласится признать истинное положение вещей и смирится, согласится жить с тем крестом, который Господь дал ему. Завышенный уровень притязаний человека, не осуществившихся в его жизни, конфликт между желаемым и действительным всегда оставляют в душе чувство неудовлетворенности, печали, горечи, досады.

Признать свою немощность и ограниченность, ибо, по словам Н. Д. Гурьева, «если ты ограничен, то не можешь знать будущего, так как толком не знаешь и настоящего, а если ты худ (грешен), то не имеешь права претендовать на то, чтобы твои желания исполнялись» [5, с. 158].

Смирение является самым сильным «антидепрессантом» в случае неэндогенной депрессии, то есть уныния, и, чтобы развить его, для начала нужно понять один важный закон жизни: случайностей не бывает. Все, что с нами происходит, буквально все, как бы мало или велико ни было, является следствием нашей жизни до этого момента и направлено к нашему благу. «Все, что ни делается, к лучшему» – одна из сторон этого закона. «Все, что нас не убивает, делает сильнее» – тоже отсюда.

III. Тщательное наблюдение за всеми делами, словами, помышлениями и чувствами своими. Священник Андрей Лоргус подметил, что иногда «человек добровольно избирает уныние как форму жизни, да еще и неосознанно подогревает ее в себе, провоцирует», осознавать как грех в себе ее не хочет, «живет в плену своих страстей (выражаясь психологически – невротических комплексов) и менять ничего не намерен…И не пытается анализировать свое поведение. <…> Если человек над собой работает, то он обращает внимание на состояние своей души. Духовная жизнь начинается с самопознания, с самоанализа. Кто я? Какой я на самом деле? Какой я с друзьями? Какой я наедине с самим собой: пою, улыбаюсь, общаюсь или мне больше хочется полежать, погрустить, посмотреть на серый, унылый пейзаж? Какое у меня фоновое состояние – вот что важно. Покаяние вообще невозможно, пока человек вглубь себя не заглянет. Для христианина греховно не знать, какой он» [ср.: 16].

Наблюдению могут помочь такие методы психотерапии, как ведение дневника, анализ своих целей, ценностей, жизненной позиции, осознание своих чувств, истинных желаний, внутренних конфликтов, ложных установок и убеждений и т. п.

IV. Честное рассмотрение причин своего состояния: осознание и снятие психологических защит, принятие ответственности за его преодоление. Очень важно на путях психологической самопомощи правильно оценить причины собственных падений и грубых промахов. Истинная причина депрессивных расстройств, как правило, заключается в совершаемых человеком грехах. Нередко мы пытаемся оправдать себя и искать причины в других людях или внешних обстоятельствах. Важно никогда не заниматься самооправданием, ибо человек по природе своей себялюбив и всегда найдет способ исказить в доказательство своей невиновности истинное положение вещей (например: пусть я погорячился и нагрубил, но я ведь тоже живой человек, а вот он должен бы был… и т. д., постепенно все более убеждая себя в виновности другого и оправдывая себя самого). Вместо самооправдания правильнее обвинить себя, искренне попытаться разобраться в причинах падения, которые обычно кроются в себялюбии, тщеславии и особенно в гордыне. Поэтому, чтобы избавиться от невротической депрессии, надо стремиться обрести смирение. Главная христианская добродетель, смирение, – это не абстрактное самоуничижение, но ожидание Христа в своей душе , склонение перед Ним своей гордыни [см.: 17, с. 73].

Находящийся в депрессии человек склонен перекладывать ответственность за происходящее с ним на внешние причины и жизненные обстоятельства, что дает возможность ощущать себя жертвой и прятаться от осознания собственной причастности к случившемуся. Люди, не ощущающие своей ответственности за происходящее с ними, несут по жизни тяжелый груз душевных страданий и теряют всякий интерес к Богом дарованной жизни. Принятие ответственности за свои действия и внутренний настрой, независимо от того, сколько поддержки и помощи человек получает от других, помогают избавиться от депрессивного состояния. Конечно, разрушение иллюзий о себе – процесс болезненный, даже жестокий. Но что бы ни открылось нам при нелицемерном и даже жестком взгляде внутрь себя, как бы мы ни ужаснулись, важно помнить, что мы на пути, любой момент которого может стать моментом обновления ума. Двигаясь по этому пути с уверенностью в помощи Божией нашим усилиям и надеждой на Его милость в наших ошибках, можно научиться заповеданной нам непрестанной радости.

V. Покаяние. Выше уже было сказано, что одной из причин уныния у неверующих является отсутствие веры в Бога и, соответственно, отсутствие живой связи с Ним, источником всякой радости и блага. Неверующие сами лишают себя двух самых эффективных способов борьбы с депрессией – покаяния и молитвы. Но и отсутствие веры редко является чем-то прирожденным для человека. Веру в человеке убивает нераскаянный грех. Если человек грешит и не желает каяться и отказываться от греха, то он рано или поздно неизбежно теряет веру. И наоборот, вера воскресает в искреннем покаянии и исповедании грехов.

Чаще страдают от уныния те, кто оставили Бога ради мирского. Потому что внутренний человек, как бы его ни подавляли, время от времени поднимает голову и стонет. Невольное, но тем не менее глубокое предчувствие Суда Божиего и будущего воздаяния за грехи тревожит грешную душу и привносит толику горечи в ее безумные чувственные утехи. Даже самый закоснелый грешник временами ощущает себя некой ветвью без корня, зданием без основания, внутри которого мрак, пустота и смерть. Отсюда проистекает желание к развлечениям: ведь для того, чтобы забыться, нужно быть вне себя.

Но уныние для таковых является благом, так как служит призывом к покаянию. Поэтому вместо того, чтобы гнать от себя уныние как тяжелую болезнь, нужно воспользоваться им как лекарством, помнить, что до тех пор, пока человек не обратится на путь спасения, уныние его не оставит. Ведь суетные радости и удовольствия мирские не могут наполнить пустоту сердечную, а со временем плотские радости теряют привлекательность и обращаются в источник душевной тяжести и скуки. Печаль о Боге и сокрушение о своих грехах, конечно, добавят немного к душевной тоске, однако со временем она послужит исцелением от всех сердечных ран и болезней, так как приведет за собой мир, правду и радость о Святом Духе.

Единственно правильный путь к исцелению от уныния, депрессии и обретению душевного мира лежит через истинную православную веру, покаяние и исправление своей жизни согласно заповедям Божиим. Главное для человека – понять греховные истоки своего психического состояния, глубоко осознать свою немощь, возненавидеть демонические грехи гордости, тщеславия, гневливости, уныния, лжи, блуда и захотеть изменить себя, с искренним покаянием обратиться к Господу.

Покаяние психологически означает, во-первых, старание увидеть себя с возможной человеку объективностью. Важно изучать себя, наблюдать за собой: за своими мыслями, речью, эмоциями, отношениями. Ведь невидимое не может быть изменено, а без усилий по изменению, исправлению себя с помощью Божией невозможно покаяние. Путь должен быть сопряжен с надеждой, ибо мы спасены в надежде. Можно даже сказать, что неослабная надежда, упование – показатель правого пути.

VI. Стяжание добродетели трезвения через усердие к духовному деланию. Определяем меру и понуждаем себя с терпением и смирением, оставаясь на своем месте и избегая празднословия, на молитву, чтение слова Божия, псалмопение, посильное рукоделие. Важны посещение богослужений и участие в Таинствах церковных, особенно в Таинствах Покаяния и

Причащения, после которых душа, очистившись, становится бодрой и легкой, чувствует радость и оживление. В Таинстве Евхаристии самым реальным образом происходит встреча со Христом. Именно здесь совершается восполнение немощи, недостатков человеческих. Таинственное соединение со Христом дарует силы и гонит прочь усталость (вспомним святого праведного Иоанна Кронштадтского). Не забываем и о том, как врачуют от расслабленности и многоспания поклоны и всенощное бдение.

В молитве, как и во всяком деле, надо определить меру и точно ее соблюдать: «Молись разумно и усиленно – и дух уныния бежит от тебя», – говорит преподобный Нил Синайский [18, с. 258]. Вспоминаем совет святителя Тихона Задонского: «Убеждай себя и принуждай к молитве и ко всякому доброму делу, хотя и не хочется…Видя такой труд и старание, Господь подаст охоту и усердие» [20, с. 2121–2122] . Так как душа истощена, собираем крошечки воли и понуждаем себя на коротенькие молитвы: «Слава Богу за все!», «Господи! Предаюсь Твоей святой воле! Буди со мной воля Твоя!», «Господи! Благодарю Тебя за все, что Тебе благоугодно послать на меня!», «Достойное по делам моим приемлю; помяни мя, Господи, во Царствии Твоем!».

VII. Сопротивление унылым помыслам. Унылый человек не тот, кто испытывает по временам помыслы уныния, но тот, кто побежден ими и не борется. И наоборот, свободен от уныния не тот, кто никогда таких помыслов не испытывал, – таких людей нет на земле, а тот, кто с ними борется и побеждает их.

Попробуем рассмотреть алгоритм развития страсти уныния (по преподобному Нилу Сорскому [см.: 19]) и борьбы с помыслами на примерах.

1. В сознание помимо нашей воли проникает какое-то содержание, мысль, образ (прилог)  – например, кто-то нам сделал замечание, попрекнул или оскорбил, поступил по отношению к нам несправедливо, с нашей точки зрения. Идут мысли типа: «Совсем я никчемный, невезучий, неудачник, ничего у меня не получится, ничего хорошего не заслуживаю, люди злые, мир несправедлив» и т. п.

Нужно постараться сразу же прогнать эту мысль с помощью молитвы, переключиться на другие мысли и дела, сказать себе: «Да, жизнь такая, люди все разные, слава Богу за все, все в Его руках», спросить: «Чем я могу сейчас послужить Богу, быть полезным ближнему?» т. д.

2.  Если мы не сможем это сделать, то замечаем эти негативные мысли и начинаем развивать их, позволяя им занять место в своей душе (сочетание), – например, приписываем намеренность, злой умысел другого против нас или обвиняем себя: «Всем на меня плевать. Это потому что я такой или мне в жизни не повезло, Бог меня оставил, не защитил» и т. п. Здесь важно заменить приходящие негативные мысли на благие: «Я глупый, скверный, ни на что не гожусь? Нет, я любимое творение Божие. Все дурное во мне от моих грехов, но я пойду на исповедь, покаюсь и буду исправляться»; «С работы выгнали? Значит, неполезно мне было там работать. Я потерплю, помолюсь, и новая работа найдется»; «Жених бросил, нашел другую? Да может, и к лучшему – пьет, дерется, институт бросил, непонятно чем занимается. Стоит ли сожалеть об этом? А может, пойму – не нужно ли мне в себе что-то изменить, если даже такой молодец мною пренебрег. Вон дома пыль во всех углах, может, исправлюсь сама и другого жениха Бог даст, хорошего, работящего».

3. Если мы соглашаемся с негативными мыслями, то ощущаем их как собственные, готовы им следовать и разрешаем им владеть желаниями (сложение ) – например, появляются чувства раздражения, гнева, вины, обиды, ропота, саможаления, желание высказать все и отомстить обидчику, пойти в гости к соседу поосуждать, поплакаться, напиться, сорваться на слабом и пр. Здесь опять важно обращение к молитве о терпении и прощении, смирении, участие в Таинствах, памятование о Суде Божием, о нашем истинном назначении, о том, что лучше достойно перенести оскорбления, неприятности, чем обидеть, разгневать, осудить другого, разрушить свое здоровье, отношения с ближними («Господи, прости меня и обидчиков, дай силы перетерпеть, смириться, ведь я христианин, мир и любовь в душе хранить – вот для меня главное…»).

Также важно помнить совет святых отцов не покидать жилища, оставаться в уединении до тех пор, пока не вернется мирное расположение духа. Если же убежим в развлечения, многословие или иную суетную деятельность, позволим возникшим чувствам и желаниям разрастись, то…

4. Они становятся навязчивыми идеями, проникают в самое сердце, начинают владеть им (стадия называется пленение) и разрушают наше душевное состояние. Ум ослепляется, осаждается раздражающими образами, теряет спокойствие и ясность. Появляются постоянное недовольство собой и окружающими, гнев, агрессия, напряжение отношений. Из страстной части души (вожделеющей и гневливой) происходят помыслы: «Вон у того и у другого есть то-то и то-то, а ты чем хуже? Бедный ты, несчастный, как несправедлива к тебе жизнь! Почему же этот Бог, если Он есть, так жестоко поступил с тобой? И зачем мне такая жизнь?». Вместо того чтобы воздействовать непосредственно на свои чувства, на свою душу, удаляя из себя корень своих бед – гордыню, человек ищет облегчения в том, чтобы удовлетворить свою гордыню, то есть чтобы «улучшить» свое положение, хочет всегда того, чего нет, а не хочет того, что есть («Вот если бы у меня было… другая внешность, родители, лучшее жилье, супруг, работа, другим с этим больше повезло, а мне уже нельзя ничего изменить, как тошно от всего окружающего, куда бы убежать, заснуть и не просыпаться…»).

Если и на этой стадии не прибегнуть к помощи молитвы, чтению слова Божия, богослужениям, Таинству исповеди и беседе с опытным духовником или психологом, в процессе которой осознается та борьба, что происходит в сердце, станут различимы греховные наклонности и привычки; если не хватит мужества и решимости преодолевать их, призвав на помощь Бога и уповая на Него, то человек надолго пленяется страстью уныния, которая воцаряется тогда, когда ослепление привычно сродняется с душой и как бы становится ее сущностью. Тут диавол овладевает человеком и разжигает в его душе пожирающее пламя, которое отравляет сердце и разрушительно прорывается наружу В это время все другие страсти, не встречая должного отпора со стороны души, начинают действовать с полной силой, так что душа человека, подверженного унынию, представляет собой поприще их полного господства. Такое малодушие сопровождается совершенной потерей надежды на Бога и даже веры в Него и вместе с этим способности к молитве и вообще ко всякому подвижничеству. Человек оставляет молитву и не может даже приблизиться к ней. Он совершенно неспособен представить, что наступит изменение и он опять будет в мире.

Преподобный Серафим Саровский говорил, что уныние – это предвкушение геенны, но тут же давал совет: искушение диавола похоже на паутину – стоит на нее дунуть, как она рвется. Уныние захватывает человека в свой плен тогда, когда тот теряет надежду, либо в скорбных обстоятельствах, во время болезни и т. д. Затем приходят мысли о том, что теперешнее его страдание велико; впоследствии оно будет еще больше; что человека оставил Бог; что Бог перестал о нем печалиться; что все, что с ним произошло, далеко от Божиего Промысла; что у других этого никогда не бывает, а происходит только с ним одним.

Надо помнить, что все это не так. Тяжелое состояние духа очень скоро пройдет, а за этим последуют утешение и посещение Божией милости. Только в этот лютый час человек уже не думает о том, что сможет продолжать добрый христианский подвиг, потому что теперь даже все хорошее кажется ему отвратительным. Однако по окончании уныния для человека все просветляется; скорбь и все, что с ней связано, исчезает, как будто ничего и не было; человек опять начинает делать добро; он очень удивлен своему изменению в лучшую сторону; чувствует еще большую благодарность к Богу, узнав, что остался верен, ведь, как известно, Бог… не попустит вам быть искушаемыми сверх сил, но при искушении даст и облегчение, так чтобы вы могли перенести (1Кор. 10, 13).

VIII. Благодарение. Учимся быть благодарными за то хорошее, что имеется в жизни. Начать можно с малого. У всех у нас бывают мелкие ошибки, когда что-то падает из рук, или мы обо что-то ударяемся, или обнаруживаем, что что-то забыли или потеряли. Обычно в таких ситуациях гордый человек ругается. Приучим себя в такие моменты вместо ругательства говорить: «Слава Богу!». Это совсем не трудно. И произойдет чудо – через несколько месяцев вы увидите, что такие мелочи уже совершенно вас не огорчают, вы сохраняете мирное настроение. Это и есть начало смирения.

Если человек благодарит Бога и воздает Ему с терпением и надеждой хвалу в несчастье, то он сопричастен подвигу исповедника. Огромную сердечную радость ощущает душа, сумевшая воспринять это знание.

IX. Поддержка в положительном настрое: воспоминание о вечных благах, желание и ожидание их. Размышление о предметах утешительных. Православный христианин знает, что в борьбе с унынием даруется самый большой венец. Поэтому «не будем унывать, когда приключаются с нами огорчения и скорби, а, напротив того, станем более радоваться, что идем путем святых», – советует преподобный Ефрем Сирин [8, с. 277].

Собеседования с людьми, богатыми духом христианским, от которых в унылую душу проникают тепло и свет духовный, проникают жизненные силы.

Здесь можно использовать способы позитивной психотерапии, творчество, арт-терапию (рисование, пение), общение с природой.

X. Физический труд. Занятия физическим трудом тоже прогоняют уныние. Работающий человек даже нехотя ощущает бодрость. Кроме того, при занятии физической работой сами собой исчезают тоскливые мысли, а это для унывающего значит очень много.

Святые отцы советуют мужественно противостоять этой страсти, которая часто проявляется в лени, и не оставлять трудовую деятельность, которая сама по себе бывает спасительной от таких состояний. Уныние побеждается «терпением и противоборством», а не бегством и уклонением от него, что нередко наблюдается в медицинской практике, когда при первых депрессивных проявлениях пациенты, прекратив сопротивление, «бегут в болезнь».

XI. Деятельная любовь, радость от дарения себя другому. Господь призывает нас к деятельной любви. Он говорит о блаженствах даже тогда, когда все плохо. Блаженны те, кого гонят, блаженны плачущие, нищие… Оказывается, из самых тяжелых состояний человек выходит блаженным, счастливым. Одно из самых серьезных свидетельств этого – книга «Сказать жизни “Да!”» австрийского психолога и психотерапевта Виктора Франкла. Он обрел свое духовное счастье в концлагере. В один прекрасный момент к нему в душу вошла любовь, и с той поры он больше не впадал в состояние уныния, несмотря ни на какие ужасы лагерной жизни. И у нас есть люди, прошедшие по двадцать лет сталинских лагерей и сохранившие при этом веру, веселость, жизнелюбие. Священник Андрей Лоргус отмечает, что, «если боль [какой-либо нанесенной нам] травмы нами пережита и осознана, приобретенный опыт делает нас сильнее». И реализовать этот опыт в служении другим через помощь ближним, активное милосердие – это хороший способ преодоления депрессии [ср.: 16].

XII. Забота о теле и здоровый образ жизни. Физиологические способы самопомощи не устраняют причин возникновения состояний уныния и безрадостности, но являются хорошим средством, устраняющим упадок сил и стойкое истощение, которые нередко существенно ограничивают активность человека в повседневной жизни. Если источник уныния кроется в телесном недуге, то христианин не должен терпеть в одиночестве. Нужно обратиться к врачу, потому что врачебное искусство – от Бога. При наличии соматических заболеваний вовремя заставить себя обратиться к врачу, выполнять его назначения. Важно нормализовать нарушенные депрессивным состоянием сон, отдых, физическую активность, питание, во всем установить меру (по причине склонности унывающего к лени с одновременным стремлением к неразумным подвигам, см. выше). Хорошо использовать в лечебных целях лекарственные растения (фитотерапия), прогулки на свежем воздухе, водные процедуры, закаливание организма. Ну и не забывать про данные нам Церковью для укрепления духа, души и тела посты, употребление освященной воды, купание в святых источниках и т. д.

Итак, рассмотрев все вышесказанное, можно сделать выводы:

Душевная страсть уныния, описанная в аскетике, и психическое состояние депрессии, описанное в медицине, имеют много общего в симптоматике, протекании и последствиях. Вследствие этого для преодоления подобных негативных состояний считаем возможным и полезным использовать методы и приемы, предлагаемые как аскетикой, так и психотерапией.

Уныние может стать своего рода перепутьем в духовной жизни человека – прекращением бегства от жизни, побуждением его к новым духовным подвигам, когда, вооружившись терпением и смирением, страждущий дождется обретения себя в даре себя другому и встрече с подлинной любовью. Поскольку уныние содержит в себе все страсти, то ни одна из них, по свидетельству святых отцов, не появляется после его уничтожения, после этого борения душа наслаждается мирным состоянием. И тогда на смену отчаянию и беспомощности, унынию, приходит глубокая умиротворенность и неизреченная радость в подлинно личностном существовании во встрече с личностью Самого Бога.

Литература

1. Авдеев Д.А., Невяровин В.К. Наука о душевном здоровье. Основы православной психотерапии. М., 2005.

2.  Варнава (Беляев), епископ. Основы искусства святости. Опыт изложения православной аскетики: В 4 т. Т. 2. Нижний Новгород, 1996.

3. Великанов И., протоиерей. Кризис пастырского служения // Журнал Московской Патриархии. 2011. № 1. С. 46–53.

4.  Габриэль (Бунге), иеромонах. Акедия: Духовное учение Евагрия Понтийского об унынии / Пер. с нем. свящ. Д. Сизоненко. Рига, 2005.

5.  Гурьев Н.Д. Страсти и их воплощение в соматических и нервно-психических болезнях. М., 1998.

6. Димитрий Ростовский, святитель. Летопись, повествующая о деяниях от начала миробытия до Рождества Христова // Сочинения. Ч. 4. М., 1849.

7. Ефрем Сирин, преподобный. Советы подвижникам // Добротолюбие. Т. 2. ТСЛ, 1993. (Репр. изд.).

8. Ефрем Сирин, преподобный. Творения. М., 1993. Т. 3. (Репр. изд.).

9. Зарин С.М. Аскетизм по православно-христианскому учению. Т. 1. Кн. 2. СПб., 1907.

10.  Игнатий (Брянчанинов), епископ. Аскетические опыты. Т. 1. М., 1993. (Репр. с изд.: СПб., 1886).

11.  Иннокентий Херсонский, святитель. Врачевство от уныния // Молитва Великого поста. Толкование молитвы преподобного Ефрема Сирина. М., 2007. С. 17–26.

12.  Иоанн Кассиан Римлянин, преподобный. Обозрение духовной брани //Добротолюбие. Т. 2. ТСЛ, 1993. (Репр. изд.).

13.  Иоанн Лествичник, преподобный. Лествица. СПб., 1995.

14.  Лазарь (Абашидзе), архимандрит. Грех и покаяние последних времен. М., 1995.

15.  Ларше Ж.-К. Исцеление психических болезней: опыт христианского Востока первых веков / Пер. с фр. иером. Саввы (Тутунова) и Ольги Пилыциковой. М., 2007.

16.  Лоргус А., священник. Печаль светлая и черная, или Грешно ли грустить?: Интервью журналу «Нескучный сад» // Цит. по: Православие и мир. Ежедневное интернет-СМИ. 11 февраля 2010 г.: [Электронный ресурс]. URL: http://www.pravmir.ru/pechal-svetlaya-i-chernaya-ili-greshno-li-grustit/ (дата обращения: 01.05.2014).

17.  Невяровин В.К. Терапия души. М., 2000.

18.  Нил Синайский, преподобный. Аскетические наставления // Добротолюбие. Т. 2. ТСЛ, 1993. (Репр. изд.).

19.  О борьбе с грехом и страстями по учению преподобного Нила Сорского. М., 1994.

20.  Симфония по творениям святителя Тихона Задонского. Приложение к магистерской диссертации: «Святитель Тихон Задонский и его учение о спасении» доцента архимандрита Иоанна (Маслова). Загорск, 1981.

21.  Справочник практического психолога: Психотерапия / Сост. С.Л. Соловьёва. М., 2005.

22.  Феофан Затворник, святитель. Мудрые советы из Вышенского затвора. М., 1998.



Источник: Преодоление страсти аскетическими и психологическими методами [Текст] / [Л. Ф. Шеховцова и др.] ; под ред. Л. Ф. Шеховцовой ; О-во православных психологов Санкт-Петербурга памяти свт. Феофана Затворника. – Москва : Изд-во Московского подворья Свято-Троицкой Сергиевой лавры, 2014. – 351 с.; 22 см.; ISBN 978–5-7789–0284–8

Комментарии для сайта Cackle