№ 5

Пролог.

Где только не побывали славные белгородские миссионеры, вот и мне довелось 4 года провести в долгосрочной миссионерской командировке на Колыме, в Магаданской епархии с октября 2007 года по ноябрь 2012. Всякое было: и расстояния в 400–600 км от областного центра, и до соседнего посёлка около сотни километров, и 8 приходов, и мороз за –50 градусов. И в алтаре без пономаря и на клиросе «экспромтом» поют.

Но были и добрые «северные» люди, помощь прихожан, руководства администраций посёлков и, конечно же, завораживающая суровой первобытной красотой природа: сопки, покрытые снегом, склонённые к земле перед зимой ветки стланика. И прикосновение к человеческой боли: колымские лагеря. От них сохранились только размытые следы где-то в стороне от колымской трассы, да слышишь порой, что где-то отмыли вместе с золотом... человеческие кости.

И первое побуждение по прибытии на Колыму было прочитать всё, что написано о том времени: «Крутой маршрут» Е. Гинзбург, «Колымские рассказы» В. Шаламова и, конечно же «Архипелаг ГУЛАГ» А. Солженицына. Открыл я для себя и другие произведения Александра Исаевича и среди них роман «Красное колесо»: Первая мировая война, революция, Гражданская война, эмиграция И так захотелось прикоснуться духом к тому времени, потомкам тех, кто вынужден был покинуть Родину и попытаться объяснить, что и народ, оставшийся в России, претерпел немало.

И вдруг, уже к окончанию командировки, мне попадается журнал «Нескучный сад» и интервью епископа Каракасского и Южно-Американского Иоанна (РПЦЗ). Он говорит об огромной епархии, в которой не хватает священников. Мне это уже знакомо: и расстояния, и приходы без священников, а самое главное, после закалки Колымой, уже ничего не страшно, ну хоть на Марс, лишь бы Богу служить. И... встретиться с потомками тех эмигрантов.

И хотя большинство приходов Южной Америки не признало Акт о восстановлении канонического общения между РПЦ и РПЦЗ и ушло в раскол, оставшиеся верными получили возможность воспользоваться благими плодами воссоединения. Теперь священник Московского Патриархата может свободно совершать Божественную литургию под омофором «зарубежного» епископа в храме РПЦЗ! Я связался по «скайпу» с епископом Каракасским и Южно-Американским Иоанном, представился, объяснил своё желание послужить в Южно-Американской епархии. Владыка очень по-доброму отнёсся к моей просьбе, обещал всячески содействовать скорейшему решению этого вопроса. И вот всё «завертелось». Владыка был в Москве, говорил с архиепископом Егорьевским Марком, руководителем Управления Московской Патриархии по зарубежным учреждениям. В общем, меня ждут...в Парагвае!?

Сборы.

По возвращении из Магаданской епархии написал прошение нашему владыке, архиепископу Иоанну, Белгородскому и Старооскольскому, о поощрении меня за долгосрочную командировку в дальневосточном регионе... новой командировкой в Южную Америку, в Парагвай. Владыка благословил.

До отъезда направили в посёлок Дубовое, в храм в честь иконы Божией Матери «Спорительницы хлебов» к отцу Александру Яровому вторым священником. Здесь я встретил доброе отношение и восстановил силы после Колымы, а также повторил для себя Устав богослужения, потому что в миссионерских долгосрочных командировках поневоле приходится приспосабливать службу к местным возможностям и что-то сокращать.

И вот все необходимые документы оформлены, виза в Парагвай на руках, авиабилеты забронированы. После Пасхи в Парагвай... А почему после Пасхи? Срочно решили лететь на Пасху, там 28 лет не было Пасхи! Сборы за 3 дня: поездом из Москвы домой в Краснодар, целую матушку и 2-х летнюю дочку, собираю в первую очередь книги для богослужения (там, в Парагвае, ничего нет!), а взять можно только 23 кг. Вылетаю из Домодедово авиакомпанией «Люфтганза» 13 апреля. Прилетаю 14 апреля в 10 утра, а вечером Пасхальная служба!

Аэропорт Silvio Pettirossi, Асунсьон.

Долгий перелёт с двумя пересадками, ожидания самые скромные, как встретят? Но неожиданно самый тёплый приём, встречает почётный консул и председатель АРИДЕП (Ассоциация русских и их потомков в Парагвае) Игорь Анатольевич Флейшер-Шевелев, проводит посольским коридором, далее представители прихода, цветы, интервью, улыбки, ободрение. Едем в церковь. Заходим в храм и вот они «белоэмигранты», на стене храма таблички с именами русских офицеров погибших в Чакской войне с Боливией. После Гражданской войны и эмиграции, эти люди в 30-х годах пошли воевать за свою вторую родину – Парагвай.

Начальником генерального штаба боливийской армии стал немецкий генерал, ветеран Первой мировой войны Ханс Кундт. Боливия также пригласила чешских военных советников и наёмников-чилийцев. А Парагвай сделал ставку на русских скитальцев-белогвардейцев.

В этой войне в рядах парагвайской армии сражались около 80 русских офицеров – два генерала, И. Т. Беляев и Н. Ф. Эрн, 8 полковников, 4 подполковника, 13 майоров, 23 капитана (в чинах парагвайской армии). Русские генералы в ходе войны против Боливии широко применяли тактику укреплённых пунктов и диверсионных отрядов. Были созданы укрепрайоны, оснащённые миномётами, пулемётами и окружённые минными полями и колючей проволокой. С этих баз парагвайцы совершали рейды против боливийцев, которых немецкий генерал Кундт упорно бросал в лобовые атаки на укреплённые пункты. Однако боливийской армии не помогли даже танки – они успешно уничтожались гранатами из засад.

Парагвай выиграл эту войну, завоевав к 1935 году практически всю территорию Чако. Будущий президент-диктатор Парагвая А. Стресснер воевал в той войне лейтенантом под началом русских и, по его словам, именно они сделали из него настоящего военного. В память о русских офицерах в столице Парагвая Асунсьоне названо 10 улиц.

На Пасху пришло около 80 человек, говорят, что это очень много. По-русски говорят немногие, я попросил перевести на испанский, что ради праздника, первой пасхальной литургии после долгого перерыва, все крещёные православные могут причаститься. Исповедовал по ходу службы, люди каялись в грехах на русском и испанском языках. Аз же точию свидетель есмь.

Крестный ход, радость Пасхи, Причастие, разговенье... всё как везде, только утром, открыв глаза в приходском доме, я в первые мгновения искренне не мог понять, где я нахожусь. Это не Колыма! Непривычная архитектура дома, за окном солнце, тепло, зелень, поют птицы, летают колибри! Но быстро осознаю, что я не в раю, а в Парагвае, в столице Асунсьоне.

Будни.

Первое время страшно непривычно всё. Слава Богу, что староста Сергей Коленко и его жена говорят по-русски и ещё некоторые, а остальное все по-испански: люди, этикетки продуктов, телевидение, все... Но потихоньку начинаешь привыкать к речи, узнаёшь некоторые слова, выглядываешь на улицу, идёшь в магазин. Буэнос диас! – Доброе утро!

Первые знакомства, разговоры через переводчика. Первое крещение младенца Софии. По субботам великая вечерня, в воскресенье литургия. В июне прилетела матушка с дочкой, уже веселее, семья – малая Церковь.

И вот уже седьмой месяц в Парагвае. Служим в воскресные и праздничные дни, трое крестин (один парагваец, двое русских парагвайцев) и другие требы. Выбрали нового старосту, предыдущий был старостой 23 года и попросился на покой. Выбрали приходской совет, в члены прихода подали письменные заявления 18 человек. Есть те, кто ещё не изъявил желания быть в приходском собрании.

28 сентября по инициативе АРИДЕПа и участии православной общины Асунсьона произведено перезахоронение есаула Донского казачьего войска, майора Парагвайской армии, Василия Фёдоровича Орефьева-Серебрякова. Чин отпевания совершил епископ Каракасский и Южно-Американский Иоанн, сослужил иерей Игорь Терентьев. В. Ф. Орефьев-Серебряков из казаков ст. Арчадинской Области войска Донского. Был в Вооружённых силах Юга России. Эвакуирован в декабре 1919 г. – марте 1920 г. На май 1920 г. в Югославии. В эмиграции в Парагвае. Майор парагвайской армии. Убит 28 сентября 1932 г. под Бокероном в Парагвайском Чако.

Кратко о его подвиге.

Форт Бокерон – ныне город Марискаль-Эстигаррибия, расположен посреди региона Чако. В 1932–1935 гг. регион Чако стал местом военных действий между Боливией и Парагваем. В организации наступления и взятия форта приняли активное участие русские офицеры-эмигранты, для которых Парагвай стал второй родиной. Решающий штурм 28 сентября возглавил капитан В. Орефьев-Серебряков. Он повёл свой батальон в психическую атаку и пал одним из первых, когда опомнившийся противник открыл шквальный огонь. Последними его словами были: «Lindo dia para morir» («прекрасный день, чтобы умереть»). Имя «Орефьефф» дано одному из отвоёванных боливийских фортов. Взятие Бокерона стало переломным эпизодом войны и началом наступления армии Парагвая, который в военно-техническом и дипломатическом отношении был слабее противника.

Его останки покоились в нише, на католическом кладбище, но так как особого мемориала там не было, то решено было перезахоронить его на русском участке этого кладбища. Отпевание происходило в часовне на территории воинской части напротив кладбища. Парагвайские военные отдали честь герою Парагвая. Солдаты и офицеры перенесли саркофаг с останками на место захоронения, звучала военная музыка и слова молитвы об упокоении на церковно-славянском языке.

14 октября будем праздновать престольный праздник и начнём сбор средств на ремонт храма. Я думаю, что не зря прилетел в Парагвай, есть храм, которому в следующем году будет 85 лет со дня освящения. Есть православные христиане, которые сохранили свою веру в католической стране, хотя потомки многих уже перешли в католичество. Есть моё личное желание послужить Православию в Южной Америке.

Вот пока и весь парагвайский дневник, а точнее его начало. Всем семинаристам (священникам) хотелось бы пожелать не бояться трудностей, учить обязательно хотя бы один иностранный язык, потому что без языка за границей трудно, ...ну и садиться в самолёт и лететь куда благословят.

§ Священник Игорь Терентьев

По благословению митрополита Белгородского и Старооскольского Иоанна, председателя Миссионерского отдела Московского Патриархата, с марта по сентябрь 2012 года была совершена миссионерская поездка в Южно-Сахалинскую и Курильскую епархию.

В состав миссионерской группы вошли иеромонах Никодим (Мирошниченко) и воспитанник первого курса Белгородской Православной Духовной семинарии (с миссионерской направленностью) Максим Яшин.

Прибыли в распоряжение епископа Южно-Сахалинского и Курильского Тихона 21.03.12 г. и разместились в духовно-просветительском центре при кафедральном соборе г. Южно-Сахалинска.

Великий пост – время особой молитвы, ежедневные богослужения, череды, совершение таинства елеосвящения (соборование) прихожан.

Одним из послушаний было окормление воинских частей. Проводили беседы с призывниками перед служением в армии, служили молебны.

По окончании Великого поста, во вторник Светлой седмицы группой духовенства кафедрального собора встретили Благодатный огонь в аэропорту г. Южно-Сахалинска. Святыню доставил на Сахалин фонд апостола Андрея Первозванного. Следует отметить, что в этом году впервые огонь был доставлен на Курильские острова.

Основным миссионерским служением было духовно-нравственное просвещение сахалинцев. Основной задачей была противо-алкогольная деятельность и угрозы сектантства. Совершали огласительные беседы перед принятием таинства крещения.

На Пасхальной седмице посетили онкологическую больницу, поздравили больных с Пасхой. Постарались донести до людей значение и смысл Воскресения Христова, победы жизни над смертью.

Трудились не только духовно, но и физически, принимали участие в ремонтно-реставрационных работах кафедрального собора.

Через три месяца миссионерского служения в соборе владыка Тихон решением епархиального совета назначил меня настоятелем храма Донской иконы Божией Матери г. Макарова. Храм из деревянного сруба пожертвован благотворителем Гордовым Александром Васильевичем, гендиректором ЗАО «Восток Дорстрой» в 2008 году.

Основной деятельностью на приходе было налаживание взаимоотношений с местным населением. Налажено взаимодействие с социально-реабилитационным центром для несовершеннолетних «Огонёк». Приняли участие в работе военно-патриотического лагеря «Русичи» при ГКУ СРЦН «Огонёк» г. Макарова.

По острову Сахалин крестным ходом в память святых князей Петра и Февронии, Муромских чудотворцев – покровителей семьи, любви и верности, – была доставлена икона в Донской храм. Был отслужен молебен с акафистом святым, поклониться иконе пришло множество людей.

12 июля в праздник апостолов Петра и Павла был отслужен молебен о благополучии мореплавателей и рыбаков.

За время миссионерского служения на приходе была оформлена документация храма (технический паспорт БТИ).

За три месяца было подготовлено и крещено 53 человека, налажены стабильные богослужения.

В истории миссионерского служения от Белгородской и Старооскольской епархии наша поездка третья.

§ Иеромонах Никодим (Мирошниченко)

С 28 по 30 мая в Москве состоялась международная богословская конференция «Традиция святоотеческой катехизации: современные вопросы подготовки катехизаторов». Уже третий год подряд специализированная богословско-практическая конференция Свято-Филаретовского православно-христианского института была посвящена вопросам, связанным с воцерковлением взрослых людей.

В этом году по благословению епископа Кемеровского и Новокузнецкого Аристарха со-организатором конференции выступил Отдел религиозного образования и катехизации Кемеровской и Новокузнецкой епархии.

В конференции приняли участие более 70 человек из 17 епархий Русской Православной Церкви и 23 городов – от Лиссабона до Хабаровска. Среди них – клирики и миряне, руководство, преподаватели и студенты духовных школ, представители епархиальных отделов по миссии и катехизации. В течение трёх дней работы конференции в стенах СФИ прозвучало 12 докладов, состоялись широкие дискуссии по каждому из них, и прошло два круглых стола. По уже сложившейся традиции, все участники также имели возможность посетить огласительные встречи в группах, которые вели катехизаторы – выпускники или студенты Свято-Филаретовского института.

Проблема возрождения катехизации поставлена перед Русской Православной Церковью самой жизнью. Не случайно практически с самого начала своего первосвятительского служения Святейший Патриарх Кирилл стал говорить о необходимости серьёзной подготовки людей к крещению. В конце прошлого года Священный Синод принял документ «О религиозно-образовательном и катехизическом служении в Русской Православной Церкви», который не допускает крещения без подготовки взрослых, а также детей без церковных крестных. В этой связи стал особенно актуален вопрос о том, кто и как может проводить эту подготовку – и где взять этих людей.

Профессор священник Георгий Кочетков, ректор СФИ: «Мы всегда выбирали для обсуждения самые насущные проблемы. Поэтому три года назад мы занялись темой катехизации и сразу поняли, во-первых, что попали в точку, а во-вторых, что одной конференцией мы никак не обойдёмся».

Священник Андрей Мояренко, сопредседатель оргкомитета конференции, заместитель ректора Новокузнецкой православной духовной семинарии: «Без длительной катехизации нельзя достичь становления церковной жизни, к которой мы все призваны. А наше время открывает для этого все возможности. Просто нужно идти вглубь, проявлять инициативу, служить, работать, двигаться в этом направлении. Это первая конференция, которую мы разбиваем на две части, чтобы в ней смогло участвовать как можно больше заинтересованных людей».

Профессор Александр Копировский, сопредседатель оргкомитета конференции, учёный секретарь СФИ: «Сейчас совершенно очевидно, что есть призвание от Бога, чтобы катехизация в Церкви «проснулась». Для этого мало инициативы даже самых дерзновенных архиереев, священников и отдельных мирян – нужно, чтобы пробудились все верные члены Церкви. В процессе подготовки конференции оргкомитет решил, что каждый из участников должен сам задать себе главный вопрос: „Чего лично мне не хватает, чтобы стать настоящим катехизатором?”».

Показательно, что в этом году не только возросло число, но и значительно расширилась география участников конференции.

Епархии: Архангельская, Белгородская и Старооскольская, Владимирская и Суздальская, Волгоградская и Камышинская, Воронежская и Борисоглебская, Гомельская и Жлобинская, Екатеринбургская и Верхотурская, Кемеровская и Новокузнецкая, Корсунская, Красноярская, г. Москва, Московская, Симферопольская и Крымская, Санкт-Петербургская и Ладожская, Тверская и Кашинская, Ростовская и Новочеркасская, Хабаровская и Приамурская.

Духовные учебные заведения и синодальные отделы: Свято-Филаретовский православно-христианский институт; Новокузнецкая православная духовная семинария; Отдел религиозного образования и катехизации РПЦ; Синодальный миссионерский отдел; Православный Свято-Тихоновский гуманитарный университет; Белгородская православная духовная семинария; Российский православный университет св. Иоанна Богослова; Хабаровская духовная семинария; Курсы для катехизаторов во имя сщмч. Фаддея, архиеп. Тверского при РПУ св. Иоанна Богослова.

К истории вопроса.

Необходимость возрождения катехизации как целостного, последовательного, личностного и церковного научения основам христианской веры, молитвы и жизни – наболевший вопрос для Русской Православной Церкви. Это связано, с одной стороны, с тяжёлым наследием советской эпохи, не только подавлявшей людей атеистической пропагандой. Что ещё важнее, она отучила их общаться и доверять порой даже своим близким, друзьям и соседям, не говоря уже о доверии к Богу. Очевидно, что людям с советским прошлым сегодня особенно трудно всерьёз прийти к Богу и в Церковь. С другой стороны, проблема воцерковления и полноты церковной жизни актуальна не только для современной Русской Церкви, но уходит корнями в ранние века христианской истории. Тогда после периода прямых гонений христианство, исповедание которого ещё недавно было опасным для жизни, стало официальной религией Византийской империи. С этого времени в Церковь всё чаще приходят люди, не имеющие опыта покаяния за всю жизнь и не принесшие сознательно и лично обетов верности Христу. Поэтому уже в V веке перед катехизаторами встаёт нетривиальная задача: научать вере и тех, кому это научение не представляется жизненно необходимым.

Приходится констатировать, что часто подобная задача стоит и перед теми, кто сегодня готовит людей к крещению. Но попытки оглашать людей неверующих или движимых корыстными, суеверными мотивами, любопытством, оказываются несостоятельными. Как правило, те, кому катехизация кажется насилием или формальностью, либо идут креститься в храм, где никакая подготовка не нужна, либо «отсиживают» предписанные две–четыре встречи, которые никак не влияют на их дальнейшую жизнь. Сегодня, когда человека внешним образом никто не ограничивает в вопросах во что верить, кому доверять, на что полагаться, чему посвящать свою жизнь, – становится очевидной простая истина. Невозможно сделать христианское откровение внятным (а именно в этом состоит одна из ключевых задач оглашения) для тех, кто не испытывает насущной потребности в поиске смысла жизни, в обретении подлинных отношений с Богом и ближними. В то же время, современные люди часто не находят ответов на свои глубокие духовные вопросы в Церкви, видя в ней лишь требоисполнительницу. Это должно заставить каждого верующего, как мирянина, так и клирика, задуматься о наших церковных перспективах.

От первого этапа – к «нулевому».

Тема конференции этого года родилась при подведении итогов прошлогодней, посвящённой первому этапу оглашения, на котором Церковь традиционно называла катехуменов «слушающими». Этот этап характеризовался для них серьёзным изменением образа жизни. Они обретали начатки подлинного Богопознания, учились молитве, чтению и пониманию слова Божьего, бескомпромиссному исполнению заповедей Божьих. С масштабностью задач, которые Церковь ставила перед катехуменами на первом этапе оглашения, была связана в ранней Церкви и его длительность: до 3-х лет для «нормальных» катехуменов, и до 5 – для бывших языческих жрецов и людей, имевших особо тяжкие грехи. Сейчас эти сроки вынужденно сокращаются, но принцип остаётся прежним: разряд «слушающих», во-первых, должен быть восстановлен в Церкви в полноте, а во-вторых, иметь определённую последовательность и ощутимую длительность.

Сборник материалов прошлогодней конференции вышел из печати как раз к открытию нынешней, хотя, как признались организаторы, специально этого никто не подгадывал. В издании опубликованы доклады и дискуссии, посвящённые критериям готовности катехуменов к началу первого этапа оглашения, его длительности, внутренней логике и основному содержанию. Поднимаются вопросы научения личной и общей молитве, катехизации в приходских условиях, общения «слушающих» со священниками, с прихожанами и друг с другом, ответственности церковных общин за воцерковление оглашаемых. Рассматриваются проблемы оглашения так называемых особенных катехуменов, к которым относится в частности молодёжь, как вообще не имеющая представления о христианстве, так и дети верующих родителей. Два доклада специально посвящены вопросу о том, как помочь оглашаемым освободиться от смертных грехов и научиться исполнять Закон Божий.

В этом году вместо того чтобы, двигаясь согласно логике самого катехизационного процесса, говорить о втором этапе оглашения (просвещении), было решено обсуждать вопросы подготовки катехизаторов. Ведь если нет катехизатора – невозможно говорить об оглашении вообще. Откуда брались катехизаторы в древней Церкви, как способствовать их появлению в современных условиях, каких ошибок на этом пути следует опасаться? Подобными вопросами задались участники богословского форума.

Такой выбор темы стал ответом на острую сегодняшнюю ситуацию. В семинариях и академиях катехизаторов не готовили и пока не готовят, поэтому катехизация по преимуществу остаётся делом энтузиастов. Не случайно среди участников конференции было очень много молодых людей, как священнослужителей, так и мирян. «Требуется какая-то особая энергия, чтобы преодолеть все жизненные трудности, которые сопровождают дело возрождения катехизации в Церкви, – отметил ректор СФИ священник Георгий Кочетков. – От катехизатора зависит так много, что о его служении и подготовке к этому служению стоит говорить специально».

Кто такой катехизатор?

Программным стал доклад профессора СФИ, члена Межсоборного присутствия РПЦ Давида Гзгзяна «Личность и служение катехизатора в древней Церкви». По выражению автора, тема «располагает скорее к реконструкциям и гипотезам, нежели к спокойному пересказу и обобщению исторических фактов».

Служение катехизатора в древней Церкви гипотетически можно приравнять к служению церковного учителя: доподлинно известно, что первые катехизаторы были и церковными учителями. Священное Писание ставит служение церковного учительства в один ряд с пророческим и апостольским (1Кор.12:28). Если пророчество больше связано с возвещением божественного откровения, то служение катехизатора – с его систематизацией, обобщением и разъяснением. Докладчик подчеркнул особый дар церковных учителей – делать откровение внятным для тех, кто жаждет наставления в вере. Так, выдающийся учитель III века Ориген, будучи учёным, философом, толкователем Священного Писания, вызывал восхищение современников прежде всего способностью «выводить из лабиринта философских учений», «внушать любовь к красоте и справедливости». Свт. Григорий Неокесарийский пишет о нём как о человеке, который при всей своей учёности старается свидетельствовать о Божественном откровении максимально незамысловато: «Всякое божественное слово по природе весьма ясно и просто». Задача церковного учителя – сделать эту глубинную ясность и простоту достоянием тех, кто входит в Церковь, отметил Д. М. Гзгзян.

В то же время, грань между служениями пророка и учителя весьма условна: сложно себе представить, чтобы тот, кто раскрывает смысл уже сообщённого откровения, был внутренне от него изолирован. Столь тесная взаимосвязь этих служений, выступающих основой домостроительства Церкви, объясняет, почему постепенное затухание пророческого служения почти с необходимостью влечёт и затухание учительства. С той разницей, заметил докладчик, что пророки исчезают, а учителя претерпевают метаморфозу: «На исходе II века появляется ряд свидетельств, в которых выражена неприкрытая досада на то, что пророки исчезли, а учителя теперь мало похожи на учителей. Правда, эти упрёки раздаются из уст тех людей, которые оставались признанными учителями в Церкви. Но когда такие люди сетуют, это говорит о том, что сетуют они явно неспроста».

Представление о месте катехизаторского служения в системе приоритетов церковной жизни коренным образом меняется с началом константиновского периода, когда люди постепенно перестают связывать свой приход в Церковь с серьёзным изменением жизни. Перед катехизаторами всё чаще стала вставать задача подготовки к крещению тех, кто не очень заинтересован в этой подготовке. Не случайно в это время на первое место выходят ораторское искусство и риторские способности катехизаторов.

Для древней Церкви принципиально важным было понимание, что через учителя растёт и укрепляется Церковь. Климент Александрийский говорил, что «звание огласительного учителя есть самое высшее служение, приближающееся к служению Самого Иисуса Христа, есть служение посредника между Богом и людьми». Сегодня же в большинстве случаев необходимость наставления в вере рассматривается не как исполнение главного завета, оставленного Спасителем: «Идите, научите все народы» (Мф.28:19), а как несущественное приложение к церковной жизни. Катехизаторы часто не воспринимаются как служители в Церкви, что вполне объяснимо многовековой инерцией, отметил отец Георгий Кочетков. Аналогичным образом, проповедь часто не воспринимается как центральная часть богослужения. Но если катехизаторы покажут результат своего служения, если люди будут не прицерковляться, а воцерковляться, то это может значительно изменить церковную ситуацию, уверен отец Георгий. Ведь катехизация – это таинство Слова, в котором участвует не только катехизатор и оглашаемые, но и сам Господь. По опыту длительного оглашения в Преображенском братстве можно сказать, что люди обретают большое доверие к катехизатору, желание и силы изменять свою жизнь, если встречают в нём не преподавателя или лектора, живущего по законам мира сего, а настоящего свидетеля веры, молитвы и жизни.

В строгом смысле слова «подготовить» или тем более «обучить» такого человека невозможно. И сегодня не существует методики, которая могла бы гарантировать всестороннюю подготовку катехизатора к служению. Это, кстати, одна из причин, по которым СФИ – едва ли не единственный православный вуз, где катехетика преподаётся как отдельный (и притом основной) предмет, – не ставит перед собой задачу выпуска дипломированных катехизаторов. Как отметил Д. М. Гзгзян, «приходится констатировать парадоксальную вещь: катехизатора подготовить невозможно, хотя готовить его нужно». Всё это ставит вопрос о среде, в которой катехизатор может родиться.

Главная методическая рекомендация – воздержание от методик.

Сегодня, чтобы возродить катехизаторское служение, которое для древней Церкви было естественным как дыхание, нужно приложить серьёзные усилия.

Профессор Александр Копировский в своём докладе «Основные принципы подготовки катехизаторов к служению и специфика их обучения» указал на проблемы, с которыми сталкиваются многочисленные 2–3-месячные (сейчас уже в основном 2–3-летние) катехизаторские курсы в приходах и епархиях. Часто предполагается, что эти курсы будут принимать людей, которые сами не проходили оглашения, но выпускать квалифицированных катехизаторов.

Однако катехизатор должен в процессе оглашения опираться на собственный внутренний опыт, подчеркнул проф. А. М. Копировский. Трудно представить, как недовоцерковлённый человек может помогать в воцерковлении другим. Главное, что ему предстоит преодолеть – это страх всерьёз верить не только в Бога, но и Богу. Поэтому основное содержание подготовки к служению катехизатора – его вхождение в благодатную жизнь Церкви. Характерный признак того, что это вхождение состоялось – желание поделиться с другими полнотой и радостью этой жизни. В этом смысле катехизатор не может не быть и миссионером.

Опыт показывает, что получить необходимое для служения образование такому человеку будет легко, потому что он будет движим ответственностью за это служение, жаждой углубить своё общение со Христом, а не стремлением к усвоению определённого объёма информации. Если катехизатор не живёт духом свидетельства о Воскресшем Христе, оглашение превратится в лучшем случае в лекторий, а то и в занудство, которое может отвратить людей от Церкви.

Тот, кто дерзает приступить к катехизаторскому служению, должен обладать глубокими знаниями о Боге и о человеке. Сегодня нужны школы катехетов, где катехетика – не дополнительный, а основной предмет, на который «работают» остальные предметы. Причём, как и в древности, подобная школа не может существовать вне постоянной практики оглашения.

Жизненный опыт должен не «обрубать крылья» человеку, а способствовать его вхождению в тайну, преодолению страха, отметил А. М. Копировский. Катехизатор должен уметь не только говорить, но также молчать и слушать. Ведь катехизация – это общение, а не сектантское «приставание», когда человеку навязываются определённые установки в качестве истины в последней инстанции.

Разговор о принципах подготовки катехизаторов вывел участников на фундаментальные вопросы, связанные со смыслом и содержанием служения, которому должна предшествовать эта подготовка. Что такое воцерковление? В чём состоят основные принципы и внутренняя логика этого процесса? Что в этих принципах и опыте неизменно, а что определяется особенностями оглашаемых и условиями, в которых проходит катехизация? Этим проблемам был посвящён доклад Владимира Якунцева, руководителя Методического центра по миссии и катехизации, преподавателя катехетики СФИ.

О пастырстве огласительном и пастырстве приходском.

Поскольку за катехизацию может отвечать не только священник, но и мирянин, возникает вопрос о соотношении пастырской ответственности священника и катехизатора на приходе. Представление о пастырской ответственности, как правило, закреплено за священнослужителем. Но возникает вопрос: может ли катехизатор-мирянин спрашивать оглашаемых, например, об исполнении ими заповедей Ветхого Завета? Или он должен только «читать лекции», а как они живут – его не касается? Может ли катехизатор помочь людям разрешить, допустим, вопрос гражданского брака? Дискуссия в рамках круглого стола «Учительный, пастырский и педагогический аспекты церковного служения катехизатора» в очередной раз вывела участников на вопрос о месте катехизатора в Церкви.

Священник Пётр Боев, руководитель Отдела по взаимоотношениям Церкви и общества Красноярской епархии, отметил, что зачастую для прихожан не очевидно, на каком основании можно доверять катехизатору. Священник Георгий Кочетков сказал, что тот же вопрос о доверии можно отнести и к приходскому пастырю: есть стороны жизни, куда пасомые его никогда не пустят, считая, что это их «личное дело». И если катехизатор действительно хочет привести людей к Богу и в Церковь, он так или иначе должен заботиться обо всех сторонах жизни оглашаемого: семейной, иногда профессиональной и так далее. Потому что его задача – помочь этому человеку воцерковить всю жизнь. Также отец Георгий подчеркнул, что пастырская ответственность катехизатора (независимо от того, мирянин он или священник) не должна быть связана с получением той или иной пользы от оглашаемых.

Священник Димитрий Симонов из Санкт-Петербурга отметил, что катехизатор должен быть дерзновенным, но при этом трезво осознавать границы своего служения, так же, как и любой священник – границы своего духовничества. Ведь Пастырь у нас один, это Христос, и любой священник знает, что духовническая власть заканчивается там, где начинается личная свобода человека, которую дал Бог и которую Бог не нарушает.

Отец Георгий высказал убеждение: конфликта не возникнет, если пресвитер признаёт, что катехизатор несёт своё служение не из честолюбия или властолюбия, не из желания быть лидером или конкурентом пресвитеру, или епископу, и он действительно готов идти даже за одной заболевшей и хромой овцой. Ведь катехизаторская власть, как и пресвитерская, и епископская, может быть только властью любви, о чём писал в своё время протопр. Николай Афанасьев.

Три требования к крестным.

Проблемам катехизации и подготовки катехизаторов на приходе был посвящён доклад священника Александра Гинкеля, завкафедрой миссиологии Белгородской православной духовной семинарии, сотрудника Синодального миссионерского отдела⁹⁶.

Первый вопрос, с которым столкнулись районные храмы, когда вышел документ Священного Синода «О религиозно-образовательном и катехизическом служении в РПЦ», – где найти катехизатора. Перед настоятелями многих приходов не встают проблемы подготовки и образования катехизатора – просто, потому что некого готовить, большинству прихожан ничего не нужно. Если на приходе есть инициативный человек, можно сказать, настоятелю повезло. К сожалению, несмотря на распоряжение священноначалия об обязательной подготовке к крещению, на сегодняшний день оно соблюдается далеко не во всех храмах. Отец Александр рассказал о существующей при Свято-Владимирском храме пос. Разумное практике двух огласительных бесед для родителей и крестных.

Как правило, на приходах крестят младенцев. Отец Александр назвал два обязательных и одно желательное требование к их крестным и родителям. Первое требование – прочитать Евангелие от Луки. Показателен тот факт, что большинство людей, получая в подарок Священное Писание во время оглашения, открывают его впервые в жизни. Очевидно, что сделать из них церковных людей за две беседы невозможно – скорее можно ставить задачу вызвать у них уважение к Церкви и благоговение перед таинством Крещения. Второе требование – пройти две огласительные беседы. Также крестным и родителям рекомендуется исповедаться и причаститься перед крещением детей.

Зачастую приходской катехизатор не встречает поддержки со стороны других прихожан, сталкиваясь с позицией: «Тебя назначили, ты и занимайся!». Хорошо если есть поддержка со стороны духовенства. Ещё одна проблема – оглашаемые, которые зачастую приходят на встречи просто потому, что иначе их не крестят. С этим связана и главная беда – отсутствие дальнейшего воцерковления самих новокрещёных (или их родителей) после цикла оглашения из двух встреч и крещения. Как правило, люди потом перестают ходить в храм, никто не следит за их жизнью и не интересуется дальнейшей судьбой. Наконец, среди самих священнослужителей зачастую нет ясного понимания целей катехизации.

Среди других трудностей возрождения катехизации в современной церковной практике, как отметил священник Андрей Мояренко, заместитель ректора Новокузнецкой православной духовной семинарии, дефицит опыта общения людей в Церкви, формальное воцерковление многих из тех, кто привык считать себя чадами Церкви, а также крайне ограниченное время, которое уделяется процессу оглашения в современной приходской практике.

Тему продолжил игумен Арсений (Соколов), настоятель Всехсвятского прихода в Лиссабоне (Португалия): «Люди, приезжающие в Португалию из Украины, Молдовы, как правило, крещёные. Они живут в Португалии по пять–десять лет и вдруг звонят: «Хотим крестить ребёнка. Мы сколько нужно бесед выслушаем, Символ веры выучим, Евангелие прочитаем, на литургии оглашенных будем стоять, только крестите. Ребёночек плохо спит, сосочку выплёвывает, надо его срочно покрестить», – говорят они. Наша задача непомерно тяжела – поменять мотивацию родителей. Их цель – покрестить ребёнка, наша цель – воцерковить родителей. На приходе мы, получается, принуждаем к катехизации. 

И заинтересовать человека церковной жизнью, Евангелием, помочь его встрече со Христом – вот задача».

Экзамен для катехизатора?

На сегодняшний день в Церкви нет института, который принимал бы у катехизаторов экзамен или ещё каким-то образом оценивал их «профессиональную пригодность». Безусловно, здесь есть свои плюсы: нет возможности сделать благословение на это служение формальным. В то же время на практике вести оглашение зачастую приходится людям, не имеющим такого призвания. И в первом, и особенно во втором случае остаётся открытым вопрос о минимальных требованиях к катехизатору, которые очевидно не исчерпываются высшим богословским образованием. Как возможный ответ на этот вопрос в опыте Преображенского братства возникла практика собеседования с кандидатами в катехизаторы – так называемый катминимум. О ней рассказал в своём докладе Дмитрий Гасак, проректор СФИ и председатель Преображенского братства.

«Катминимум» предполагает, что кандидат в катехизаторы освоил определённый объем основной и дополнительной литературы (всего около 70 позиций). Прежде всего, это монографии, посвящённые вопросам катехизации, такие как «История катехизации в древней церкви» диакона Павла Гаврилюка, «Таинственное введение в православную катехетику» священника Георгия Кочеткова и другие. Также в список входит специальная литература из смежных областей, например, работа «Психиатрия и проблемы духовной жизни» известного врача-психиатра проф. Д. Е. Мелехова.

Будущий катехизатор должен показать знание и понимание внутренней логики оглашения и способность ориентироваться в принципиальных вещах. Предполагается, что к моменту сдачи катминимума у кандидата уже есть опыт участия в оглашении не только в качестве катехумена, но и в качестве помощника катехизатора.

В качестве примера Д. С. Гасак перечислил несколько вопросов катминимума.

В частности: что делать, если на первом этапе выясняется наличие у оглашаемого смертных грехов? Как поступать, если одна часть огласительной группы готова к переходу на следующий этап, а другая нет? В чём смысл особых встреч по христианской этике, когда их лучше начинать? Как осуществляется перевод на второй этап, если все оглашаемые – крещёные люди (совершаются ли над ними чины оглашения)? Чем обусловлены дисциплинарные требования второго этапа оглашения, и в каком случае и как их можно менять? В каких случаях человек не может продолжать оглашение на том или ином этапе (что определяется православной традицией, а не индивидуальным решением катехизатора)? Наконец, как провести оглашение за одну встречу?

Последний вопрос (возможно, особенно актуальный для приходской катехизации) проверяет знание катехизатором важнейшего принципа оглашения: восполнять то, чего больше всего недостаёт. Возможна краткая катехизация, но это не значит «урезанная». Вне зависимости от длительности оглашение должно характеризоваться целостностью и последовательностью. Для этого катехизатор обязан отличать то, что в Церкви возвещается открыто (её керигму), от догматов и тайн и не пытаться рассказать людям «всё и сразу».

Чтобы ориентироваться в подобных сугубо практических вопросах и отвечать на них не формально и не «приблизительно», катехизатор должен хорошо знать церковную традицию и современную практику оглашения, уметь опираться на уже имеющийся у людей духовный опыт, чувствовать, когда они готовы войти в Церковь. Катехизатор должен научиться находить адекватный язык общения с людьми, а главное – отвечать за них пред Богом. Поэтому для сдачи катминимума требуется серьёзный опыт, который накапливается иногда годами. За служение катехизатора должно нести ответственность церковное собрание. В опыте Преображенского братства такую ответственность несут малые братства.

Очевидно, что некоторые требования к катехизатору зависят от особенностей людей, которых он будет оглашать. Например, в крупных городах вести катехизацию должны люди с высшим образованием, а в небольших городах это не всегда обязательно. Но есть качества, без которых ни одному катехизатору не обойтись. К ним относятся церковность, целостность духовного опыта, терпение, смирение, установка на приведение людей не к себе, а к Богу и в Церковь со всеми её сильными и слабыми сторонами. Обретение этих качеств – длительный процесс, поэтому катминимум – не «экзамен», который можно пересдать на другой день.

Ещё несколько слов о критериях.

Критерии готовности человека к катехизаторскому служению – вопрос, поставленный сегодня самой жизнью, отметил священник Пётр Боев, руководитель Отдела по взаимоотношениям Церкви и общества Красноярской епархии, основатель и руководитель братства «Святое дело». В своём докладе отец Пётр сформулировал качества, необходимые катехизатору, исходя из того, в чём нуждается оглашаемый, приходя в Церковь: внимание, церковное водительство, регулярное назидание, молитва и общение с единоверцами.

Одна из важнейших задач, стоящих перед катехизатором как пастырем и «детоводителем» – показать путь к свободе, к которой Господь призывает всякого человека, подчеркнул отец Пётр. Учительство катехизатора предполагает большое смирение: катехизатор всегда должен помнить, чьим учеником является он сам. Ведь катехизация – это хождение за Христом и служение, а не преподавание. Оно предполагает умение слышать человека, пробиваться сквозь всякое непонимание, жертвовать собой и своим временем для общения, в том числе и вне установленных встреч. Катехизатор должен иметь молитвенный опыт и уметь им делиться, помогать оглашаемым обретать опыт личного обращения к Богу и общей церковной молитвы. То, что понятно священнику, совсем не обязательно понятно его прихожанам. Для многих очень сложны самые азы церковной жизни, богослужения. Поэтому так важно, считает отец Пётр, например, внятное чтение Евангелия и проповедь на литургии оглашаемых.

Также он назвал главное, что преображает учительство в таинство Слова Божия, – обращённость катехизатора ко Христу и пример святой жизни, трезвости и целомудрия, хождения пред Богом. Только в этом случае его слово будет «со властью» – ведь оглашаемые будут смотреть в первую очередь на его жизнь.

Катехизаторское служение требует тонкого духовного слуха. Всякий человек приходит на оглашение не только «укушенный змием», но и приносит с собой из агрессивного языческого мира своих «божков», – отметил отец Георгий Кочетков. Катехизатор должен понять, какие идолы стоят на святом месте у оглашаемого, т.е. узнать о человеке то, что он сам о себе зачастую не знает. Этими «божками» могут быть даже хорошие вещи: семья, работа, увлечения, – когда они начинают определять всю жизнь человека, вставая на место Бога.

Также отец Георгий указал на важное «противопоказание» к служению катехизатора: он не может быть «занудой», поскольку за этой на первый взгляд психологической особенностью стоит духовная реальность. Даже если занудство связано с определёнными чертами характера или психологического склада, становясь служащим христианином, человек обязан это преодолеть.

Отвечая на вопросы оглашаемых, катехизатор всегда работает немного «на вырост», на будущее. Он стремится не «закрывать» вопрос, а приоткрывать для оглашаемых стоящую за ним духовную бездну, даже заведомо зная, что они не всё поймут. Такое дерзновение тоже связано с преодолением занудства. Катехизатор должен не просто знать ответы, а думать сам и быть открытым к тем вопросам, которые перед ним встают. «Духовные вопросы – всегда вопросы открытые», – подчеркнул отец Георгий.

Всеобщее призвание.

Сегодня, по слову протоиерея Георгия Флоровского, «воистину каждый вопрос знания и жизни должен иметь и получать христианский ответ, должен быть включён в синтетическую ткань и полноту исповедания... богословие перестаёт быть личным или «частным делом», которым каждый волен заниматься или не заниматься, в зависимости от своей одарённости, влечений, вдохновения... вновь становится каким-то «общим делом», становится всеобщим и кафолическим призванием». Отравленную и надорванную русскую душу, «одержимую и зачарованную, растревоженную злым сомнением и обманом, исцелить и укрепить можно только в последнем напряжении огласительного подвига, светом Христова разума, словом искренности и правды, словом Духа и силы».

Третья международная богословская конференция по катехизации, проведённая в СФИ, показала тесную взаимосвязь вопросов подготовки катехизаторов с более фундаментальными вопросами воцерковления и экклезиологии. Служение катехизатора предполагает особый дар и особое призвание свыше, поэтому сегодня невозможно смотреть на него только как на одну из церковных «специальностей». Катехизация, как и распознание и подготовка катехизаторов к служению – дело всей Церкви, которое может совершаться лишь изнутри определённой духовной среды. Сегодня Церковь призвана вновь осознать, что катехизация – не просто часть её жизни, а что она имеет прямое отношение к сердцевине, которая эту жизнь конституирует. Едва ли возможно говорить о возрождении катехизации там, где есть чуждый Христу дух недоверия, конкуренции, зависти, обиды, претензии, гордыни. Ведь проблема – не в отсутствии методических разработок, а в то, как Церковь видит и осознаёт саму себя и своё призвание в этом мире. Если в Церкви найдутся люди, готовые прилагать усилия для того, чтобы служение катехизации вновь оказалось на своём месте, тогда и другие стороны её жизни будут вставать на свои места.

Участники конференции единодушно выразили готовность продолжить изучение и обсуждение как имеющегося опыта подготовки катехизаторов, так и поставленных на её заседаниях проблем в этой области. Оргкомитет принял решение о проведении ещё одной конференции, посвящённой вопросам подготовки катехизаторов.

§ София Андросенко

Доклад В. И. Якунцева, магистра богословия, руководителя Методического центра по миссии и катехизации при кафедре миссиологии, катехетики и гомилетики СФИ, на Международной богословско-практической конференции «Традиция святоотеческой катехизации: современные вопросы подготовки катехизаторов».

Задача подготовки и обучения катехизаторов в качестве необходимой части предполагает учебный курс катехетики. Как полноценный учебный курс она пока, к сожалению, практически не знакома студентам духовных семинарий и академий. Митрополит Саратовский и Вольский Лонгин в январе этого года на Рождественских чтениях, делая доклад по вопросу подготовки катехизаторов в нашей Церкви, обозначил отсутствие этого предмета в программах практически всех учебных заведений нашей Церкви (есть одно лишь исключение, по словам владыки, это СФИ⁹⁷) как одну из очевидных проблем. На практике катехетику часто путают с катехизисом, считая её не наукой, а «искусством обучать вопросами, имеющими между собою тесную связь и расположенными в строго логической последовательности»⁹⁸. Или считают её не особо нужной, т.к. есть предмет патрологии или истории миссии и катехизации.

Но нельзя не согласиться с владыкой Лонгином: необходим полноценный учебный курс катехетики, т.к. существует целый пласт церковного Предания, связанного с катехизацией, который не покрывается ни патрологией, ни историей, но требует уяснения и усвоения. Хотя связь катехетики с этими предметами очевидна, а с догматикой (особенно экклезиологией), сакраментологией и литургикой просто неразрывна, существует ряд вопросов, без точных ответов на которые именно в специальном катехитическом ключе служение катехизатора не представляется возможным.

Будущему катехизатору необходимо, во-первых, разобраться, что имеет в виду церковная традиция, когда речь идёт о воцерковлении человека. Во-вторых, необходимо раскрыть основные принципы воцерковления, а значит и катехизации. В-третьих, необходимо правильно, т.е. следуя внутренней логике, подойти к методике и практике катехизации, чтобы за многообразием форм и случаев не терять простоты и единства опыта, а значит и способности к творческой верности церковной традиции.

Основной вопрос катехетики: что такое воцерковление и как оно происходит? Не может служить катехизатором тот, кто не имеет на него ясного и обоснованного традицией ответа. Но найти его достаточно непросто, потому что здесь мы сталкиваемся не только с неоднозначностью ответа на этот вопрос в церковной традиции, но и с церковной практикой, которая сама по себе также является вариантом ответа на этот вопрос. Сказать кандидату в катехизаторы о том, что воцерковление – это введение в границы Церкви, совсем недостаточно. Ему неизбежно нужно быть искушённым в вопросах экклезиологии, и эти вопросы в курсе катехетики нужно как-то особо преломить, потому что самим своим будущим служением он будет неизбежно поставлен в самую конфликтную зону внутри Церкви. Ведь в своём деле катехизатор обязательно столкнётся с разным пониманием того, где и какие границы Церковь имеет или вообще с экклезиологическим агностицизмом, т.е. с убеждением, что никто не может судить о границах Церкви, а значит можно не только жить, но и воцерковлять в ней как кому заблагорассудится. А для катехизации, значит и для катехетики, ответ на вопрос о границах Церкви, как мы уже сказали, является определяющим, ведь катехизация – это помощь в воцерковлении, в какой-то степени даже само воцерковление, следовательно, она – реальное введение в границы Церкви. Исходя из этого, можно сказать, что полнота, длительность, да и само наличие катехизации являлись и являются проявлением веры в Церковь, опытом видения её границ. Но образов Церкви в самой Церкви существует, как мы знаем, достаточно много. Более того, в ней самой не до конца разработан экклезиологический догмат, есть только всем известные четыре свойства Церкви – единство, святость, соборность и апостольство, которые интерпретируются с существенно разными акцентами: национально-монархическим, клерикально-иерархическим, поместно-приходским, евхаристическим и т.д. И в каждом случае мы будем получать различные образы воцерковления и, следовательно, катехизации. Перед студентами, таким образом, открывается целый веер вариантов воцерковления: от введения (внесения) в алтарь после крещения даже без причастия до подготовки длительностью в одну–две или 16 встреч, или в год–полтора. Им становится ясно, что взрослая святоотеческая катехизация замирает в VI веке не от отсутствия взрослых катехуменов или нежелания епископов, а из-за сдвига в экклезиологическом сознании, после которого святоотеческая катехизация виделась ненужной, лишней и чрезвычайно громоздкой. «Нормальный» человек с этого времени теперь мог считать себя членом Церкви и не имея опыта покаяния за всю жизнь, не принося сознательно и лично обетов верности Христу. Требования и критерии святоотеческой катехизации по сути сохраняло в себе лишь монашество. Но у этого, как известно, была и обратная сторона: монашество, утверждая обязательность целожизненного и сознательного посвящения Богу для монахов, тем самым утверждало необязательность этого для остальных членов Церкви.

В курсе катехетики обязательно необходимо уделить внимание не только экклезиологическому, но и литургическому аспекту воцерковления. Существует достаточно большое количество чинов, в которых необходимо разобраться: от молитв поставления в оглашаемые взрослых и младенцев до различных чинов присоединения, а, главное, чин предкрещального покаяния, крещения, миропомазания. Нужно понять основную логику, понять в каких вариантах в литургическом опыте употребляется само слово «воцерковление», и в итоге сформулировать основные типы и способы воцерковления.

Во всём этом пространстве будущий катехизатор должен свободно ориентироваться, потому что служить ему предстоит в реалиях нашей церковной жизни, и этому должен помогать учебный курс катехетики, ориентируя вопросы экклезиологии, литургики и церковной действительности в практическую плоскость.

Но главное, что должна раскрыть катехика будущему катехизатору – это представление о полноте воцерковления и следовательно – полноте катехизации. Нужно показать источник, который питал апостолов, учителей Церкви, древних катехизаторов. У них не только находились силы и время для длительной катехизации, она представлялась им совершенно необходимой и была неотъемлемой частью их церковной жизни. Итак, какой нужно видеть жизнь Церкви и жизнь в ней, чтобы «заставлять» катехумена, взрослого разумного человека, проходить путь воцерковления в 2–3 года, при этом интенсивно общаясь с ним и будучи в нём крайне заинтересованным? Ответ на этот вопрос мы можем найти только в изначальной – Троичной – экклезиологии, которая видела жизнь Церкви и каждого её члена связанной с тайной познания Триединого Бога и просвещения Его Светом. Путь воцерковления понимался именно как путь познания этой тайны. Именно через него определяется граница новозаветной Церкви. А катехизация – помощь в этом познании.

Итак, катехизация – полная святоотеческая катехизация – это помощь уверовавшему человеку в достижении Покаяния перед Отцом, Крещения во Христа, Помазания Духом и участия в Евхаристии вместе с Церковью. Указанный путь воцерковления в нормальном случае должен себя адекватно литургически выражать через совершение таинства слова (т.е. проповеди, в том числе на литургии оглашаемых), предкращального покаяния за всю жизнь, крещения, миропомазания, евхаристии и причащения.

Раскрыв суть пути воцерковления, ответив на вопрос «что происходит?» когда человек воцерковляется, будущий катехизатор, благодаря учебному курсу катехетики, должен услышать и членораздельный ответ на вопрос «как происходит воцерковление?». Без этого служение катехизатора также невозможно.

Если само воцерковление человека есть тайна его Возвращения к Отцу, Крещения во Христа и Помазания Святым Духом, что выражается в совершении таинства Просвещения, или Крещения во имя Отца и Сына и Святого Духа, то процесс приуготовления к нему (иногда очень длительный), принятие даров этого таинства, их усвоение и принесение плодов, очевидно, представляется процессом синергическим. Чтобы совершалось воцерковление, необходимо, чтобы действовал Бог, призывая человека в Свой Народ, чтобы действовал человек, отвечая на призыв Божий, а также чтобы действовала Церковь, зная, что хочет Господь и что может сегодня человек. Поэтому катехизатор, действующий от имени Церкви, призван своё дерзновение и вдохновение черпать из глубины своего богопознания, своей церковности и из знания церковной традиции.

«Моё дело говорить, твоё – соглашаться, а Божие – совершать»⁹⁹, – так говорил своим оглашаемым свт. Кирилл Иерусалимский в середине IV века. Поэтому неизменный вопрос каждого будущего катехизатора к самому себе: что и как мне нужно говорить оглашаемому, чтобы Бог потом «захотел» это совершать? И учебный курс катехетики должен здесь в большой части и обязательно помочь.

Для этого в первую очередь необходимо осознать духовные принципы таинственного процесса, которые и станут потом основными принципами катехизации. К ним можно отнести церковность, личностность, целостность, последовательность и целесообразность.

Понимание и усвоение этих духовных принципов не может быть, конечно, задачей катехетики, это плод всей церковной жизни и духовного образования кандидата в катехизаторы. Поэтому не может быть катехизатором христианин, в качестве церковной жизни и духовного образования которого Церковь не уверена. А вот помочь увидеть осуществление этих принципов в процессе воцерковления и сделать выводы о том, как можно исходя из них помочь в нём оглашаемому, – это задача учебного курса катехетики.

Что же должен услышать будущий катехизатор из этого курса?

Во-первых, что катехизация – духовный и внутрицерковный процесс, поэтому она не должна быть совершаема вне связи с конкретным евхаристическим собранием, церковным братством или общиной и без одобрения священноначалия.

Во-вторых, что традиционная катехизация имеет принципиально личностный характер: целью катехизации является как соединение оглашаемых с Церковью, так и их рождение свыше (Ин 3:3), что не может произойти без личностной встречи со Христом в благодати Святого Духа. Образ, выражающий личностность катехизации, – община учеников Христа, где каждый известен по имени и обретает научение в неповторимых отношениях как с Богом, так и друг с другом. Поэтому подобно Доброму Пастырю, Христу, катехизатор – не наёмник, но тот, кто душу свою полагает за овец, и делает всё, чтобы не погубить никого из тех, кого дал ему Господь.

В-третьих, студент должен услышать, что для традиционной катехизации принципиальна целостность, суть которой в необходимой взаимосвязи закона молитвы, закона веры и закона жизни (lex orandi est lex credendi est lex vivendi). Так, подготавливаясь к Крещению Духом, ученики слушали проповедь Христа (Мф.5:1–2), молились вместе и отдельно (Мк.14:26; Мк.1:35, Мф.11:25) и участвовали в Его служении, образе жизни, радостях и скорбях (Мф.9:19;10:5, 25; Мк.10:28–30).

В-четвёртых, что для традиционной катехизации принципиальна последовательность, которая отражает постепенность нарастания Богооткровения и опыта Богопознания в Священной истории. Христос есть исполнение Закона и Пророков, поэтому путь к Нему и соединение с Ним не может исключить их откровения и усвоения. «Верный в малом – и во многом верен, и неправедный в малом – неправеден и во многом», – говорит Господь (Лк.16:10). Именно поэтому церковная традиция катехизации всегда предполагала различение предогласительного, огласительного и таинствоводственного этапов катехизационного процесса как особых пластов духовного опыта, а также выявляла последовательность духовных состояний человека, обратившегося к Богу.

В-пятых, студенту важно услышать, что принципиальной для катехизации является целесообразность. «Будьте разумны как змеи и бесхитростны как голуби», – учит Господь своих апостолов (Мф.10:16). Применяясь к любой ситуации, любым церковным и личным обстоятельствам, нужно всегда иметь в виду цель катехизации, приближаясь к ней или достигая её, причём в максимально возможной полноте.

Следующая задача, которую должен решать учебный курс катехетики в связи с задачами подготовки катехизаторов, – передача методического и практического опыта организации и ведения катехизации. Здесь необходимо учесть три момента.

1) Зная, что одним из привычных и очень опасных для катехизатора искушений является желание найти «технологию» катехизации, сразу необходимо ввести различение между самим синергическим богочеловеческим процессом воцерковления (катехизации) и различными учреждениями, методиками, инфраструктурой, которая с ним связана. Это важно, чтобы будущий катехизатор никогда не «пьянел» от обилия и разработанности методик и форм, думая, что они могут работать сами по себе, как обычный образовательный процесс. Он должен помнить, что катехизация постоянно требует жертвы, творческого, мудрого и энергичного усилия. Поэтому очень важным, например, является различение самой катехизации и катехумената. Катехуменатом мы называем учреждения Церкви, неизбежно обусловленные исторически, социально и культурно, создаваемые ею специально для ведения катехизации.

2) Методический материал и свидетельство о практическом опыте важно будущим катехизаторам преподавать в системном виде, т.е. они должны «видеть лес за деревьями». Им важны не разрозненные удачные «авторские» случаи, а система катехизации. Эта система, с одной стороны, позволяет объёмно и гибко охватить весь процесс катехизации, не формализуя его, а с другой – позволяет с достаточной степенью точности объяснить удачность или неудачность той или иной методики в каждом конкретном случае.

Нетрудно догадаться, что система катехизации должна отражать и помогать воплощению основных принципов катехизации. Именно через их призму и нужно вводить будущих катехизаторов в методику катехизации и анализ её практики.

Так, нужно указать, что церковность катехизации в методическом и практическом ключе предполагает ответственность конкретного церковного сообщества за неё, причём для членов её эта ответственность должна быть осознанной и являться личным приоритетом. Образом, отражающим церковность катехизации, является структура православной литургии, предполагающая первую часть, где могут и должны участвовать оглашаемые, и вторую часть, где могут и должны участвовать верные. Подобную же первую часть, доступную всем оглашаемым, катехизация предполагает и в области вероучения и деятельного служения Церкви. Поэтому оглашаемые, даже если они не крещены, уже являются «некрещёными христианами», т.е. неполными членами Церкви, в силу своей веры, и, согласно каноническому праву, несут соответствующую каноническую ответственность, в частности, могут подвергаться прещениям за проступки (I Всел. 14; Эльв. 11, 38; Неок. 5).

Следующий принцип – личностность – методически проецируется на то, что катехизация должна иметь соразмерный конкретному человеку характер. Поэтому она лучше всего проходит в малых группах (12–15 человек), где есть возможность знать и поддерживать каждого, регулярно собираясь на свободные по духу общие встречи. Личностность открывает, что сам опыт встречи с Богом и ближним – всегда уникальный – лежит в основе катехизации. Логика этого опыта говорит о церковной значимости не только катехизатора, но и его помощников, поручителей, их служение ни в коем случае не есть функция, должность. И оглашаемый для катехизатора важен как человек в его целостности. Поэтому всегда нужно стремиться проводить огласительные встречи по домам оглашаемых и не позволять им называть огласительные встречи «занятиями», всячески, даже внешне, храня в них настрой на встречу и общение.

Принцип целостности в катехизации предполагает, что в любой своей разновидности система катехизации должна предполагать одновременное и непротиворечивое научение вере, молитве и жизни и, следовательно, наличие в ней чётко продуманных и соотнесённых между собой вероучительного, молитвенно-литургического и деятельно-милосердного направлений.

Принцип последовательности методически проявляется в disciplina arcani – практике «секретности», предполагающей запрет учить или допускать к участию в чём-либо церковном человека, который к этому внутренне ещё не готов. Поэтому принцип в нормальном случае может и должен быть выражен в следующих один за другим трёх этапах катехизации – научении Закону и Пророкам, просвещении и таинствоводстве – и, соответственно, в различении среди оглашаемых групп «слушающих», «просвещаемых» и «ново-просвещённых». Отсюда и одно из основных правил катехизатора: «Никогда не говори всего, что знаешь, но всегда знай, что говоришь».

Последний принцип – целесообразности – предполагает продуманную последовательность и ритмы встреч, а также собеседований, которые позволяют обретать вдохновение, фокусироваться и обновлять видение цели, а также принимать решения о наиболее адекватных путях и формах катехизации.

3) Вникнув в суть и дух основных принципов катехизации, готовящийся к служению катехизатор неизбежно обнаружит, что она есть не обучение (образование), но научение. Здесь сначала не изучение, понимание, а потом действие или практика в соответствии с полученным знанием, скорее, наоборот: знание есть плод совершенного внутреннего или внешнего действия. Обучение всегда извне, оно вполне может предполагать исключённость из жизненного процесса обучаемого и обучающего. Научение же всегда изнутри, оно непременно предполагает включенность в жизнь, единство судьбы. Поэтому студенты должны усвоить определение катехизации: она есть целостное, последовательное, личностное и церковное научение основам христианской веры, молитвы и жизни.

Итак, какой же плод или какие возможности должен обрести студент, будущий катехизатор, прослушавший учебный курс катехетики?

Можно надеяться, что он обретёт понимание и даже видение процесса катехизации (воцерковления) как процесса таинственного, и значит объёмного, а не одномерного или плоского. Кроме того, он увидит, что тайна жизни Церкви и принципы жизни в Церкви – духовной жизни – самым тесным образом связаны с методикой и практикой катехизации. Поэтому им ни в коем случае нельзя позволять противоречить друг другу или отслаиваться друг от друга не только в практике, но в сознании.

Также можно надеяться, что будущий катехизатор овладеет инструментарием для полноценного анализа любого опыта катехизации (в первую очередь, своего). Различая принципиальное и прикладное, традиционное и новое, неизменное и изменяемое, обязательное и дополнительное, он сможет найти и объяснить причину не только неудачи катехизации, но и, что всегда сложнее, её хорошего результата. Всё это позволяет эффективно исправлять ошибки и накапливать положительный опыт.

Учебный курс катехетики должен дать возможность и для большей свободы будущего катехизатора в его служении. Ведь катехизация абсолютно несовместима с трафаретами и шаблонами: перед катехизатором всегда новые люди в их меняющихся состояниях и внешних условиях. Поэтому творческая верность традиции – необходимое качество катехизатора. Обретению его может и должен послужить учебный курс катехетики.

§ Владимир Якунцев

При Ново-Тихвинском женском монастыре г. Екатеринбурга недавно создан Миссионерский институт. Предлагаем вашему вниманию беседу с его ректором доктором филологических наук профессором Натальей Александровной Дьячковой.

– Наталья Александровна, расскажите, пожалуйста, о работе вашего института. Кто в нём обучается и с какой целью?

– Наш институт – это негосударственное образовательное учреждение высшего профессионального образования, он создан при Ново-Тихвинском женском монастыре, монастырь является учредителем института, а духовник монастыря схиархимандрит Авраам (Рейдман) является и нашим духовником. Институт наш молод, лицензию мы получили летом 2011 года, так что в нашем институте пока что только 2 курса. Но у нас есть и опыт, и традиции, потому что институту предшествовали Высшие миссионерские курсы, на базе которых он и был создан.

Почему институт при монастыре? Этот вопрос приходится слышать довольно часто. В Ново-Тихвинском монастыре есть давняя традиция учить людей. До революции при монастыре действовало Женское училище, оно было первым на территории Пермской губернии. В нём могли учиться девочки разных сословий, но, наверное, самым ценным было то, что училище давало образование малоимущим девочкам-сиротам. Все расходы монастырь брал на себя. Историки указывают, что за всё время существования училища в нём прошли обучение почти девять тысяч девочек. При монастыре существовала стройная образовательная система: приют, училище, церковно-приходская школа. По данным историков, монастырь в деле женского образования и просвещения опередил светскую образовательную систему более чем на двадцать лет.

В наше время здесь открыты Огласительные и Библейские курсы, Высшие миссионерские курсы, а теперь и Миссионерский институт – высшее учебное заведение, которое готовит бакалавров-теологов. Сёстры, которые взялись в 90-е гг. восстанавливать монастырь, разрушенный после революции, стараются возрождать все традиции, которые здесь были когда-то, в том числе и эту – просвещать мирян. И здесь они следуют не только традиции именно Ново-Тихвинского монастыря, но и в целом развивают и поддерживают традицию русских монастырей, которые всегда были очагами просвещения в подлинном, исконном смысле этого слова.

В нашем институте учатся православные христиане, при поступлении они обязательно предоставляют письменные благословения от своих духовников. Все преподаватели – это также православные воцерковлённые люди. Иногда о нашем институте мы говорим так: «православный институт для православных студентов». Когда меня спрашивают, в чём отличие нашего частного вуза от других частных негосударственных вузов, я отвечаю обычно так: наш институт находится под патронатом православного монастыря; основное внимание в нашем институте уделяется не оценкам, а духовно-нравственному воспитанию обучающихся, акцент делается на духовной жизни студента (хотя успеваемость, конечно, также важна, а за неуспеваемость и пропуски мы можем и отчислить!); в нашем институте преподают не только светские учёные, но и священники. Более того: почти все ключевые богословские дисциплины преподают священники с высшим богословским образованием.

В институте у нас два отделения – вечернее и заочное. Выбор этих отделений был продиктован самой жизнью, потому что учиться к нам идут в основном люди взрослые, работающие, уже имеющие образование, состоявшиеся в своей профессии специалисты, большинство из них имеет семьи, детей и даже внуков. Средний возраст нашего абитуриента – 40 лет. В этом году, правда, к нам поступило много молодых людей, но они практически все с университетским образованием, среди них выпускник биофака УрГУ, выпускник исторического факультета УрГУ, выпускник радиофака УГТУ-УПИ, выпускник Уральской академии госслужбы и т.д. Поверьте, это всё очень серьёзные вузы. Ребята эти веруют, живут церковной жизнью, хотят иметь теологическое образование. Приходят к нам и молодые женщины, у которых дети подросли, и вот теперь появилось время для того, чтобы получить то образование, которого просит душа! Есть вузовские преподаватели, учителя, научные сотрудники НИИ; поступают к нам и пенсионеры – это бывшие учителя, военные в отставке и т.д. Если судить по абитуриентам этого года, то 2/3 из них поступили на базе высшего образования, поэтому я всегда говорю, что у нас учится уральская интеллигенция. Хотя, конечно, есть и такие люди, у которых это будет первое в их жизни высшее образование.

Совсем недавно, 24 октября 2012 года, мы провели т.н. «Вечер знакомства», это был вечер, на котором мы – преподаватели и студенты, – сидя за чайным столом, знакомились друг с другом: хотелось поближе узнать наших первокурсников. О том, что к нам поступают люди разного возраста и разных профессий, мы уже знали из анкет. Хотелось узнать другое: чего они ждут от нашего института, от нас, преподавателей, о чём мечтают, на что надеются. И, вы знаете, мы были приятно удивлены. Обычно в жизни мы стараемся избегать высоких слов, стесняемся пафосных речей, но вот наши первокурсники не постеснялись. Они открыто говорили о том, что хотят послужить Церкви, поработать на благо России, хотят воспитывать своих детей в православной вере, мечтают преподавать богословские дисциплины в школах, а один юноша сказал, что хотел бы работать воспитателем в детском доме. На этом вечере мы узнали о том, что им не безразличны проблемы современности, что им больно видеть и слышать нападки на Церковь, которые в последнее время всё усиливаются.

Иногда учиться к нам приходят те, кто уже, так сказать, профессионально миссионерствует, например, завуч воскресной школы при одном из храмов Екатеринбурга, работники духовно-просветительского центра, катехизаторы при храмах.

Возрастных ограничений в нашем вузе нет, поэтому среди наших студентов вы можете увидеть юношу Ивана, ему 17 лет, и он только что закончил школу, вернее, православную гимназию, и 75-летнюю Ольгу Андреевну, которая несёт послушание сборщицы пожертвований в одном из храмов нашего города.

– Какие миссионерские проекты Вы реализуете в рамках института?

– У нас есть миссионерские проекты в городе и в селе. Городской миссионерский проект – это, во-первых, т.н. «ново-тихвинские пятницы». Каждую пятницу наш институт проводит беседы на духовно-нравственные темы со всеми желающими жителями города. Заранее мы печатаем афиши с программой на месяц, студенты развозят афиши по храмам, вечером в пятницу приходят те, кого заинтересовала та или иная тема, обозначенная в афише, и начинается беседа или лекция, которая завершается вопросами и ответами, и дружеским чаепитием. Во-вторых, кроме «пятниц», у нас есть ещё два серьёзных миссионерских городских проекта: при институте действуют трёхмесячные Огласительные курсы и годичные Библейские курсы. За год мы делаем 4 выпуска Огласительных курсов, крестим людей. Сюда приходят и те, кто решил принять таинство крещения, и те, кто готовится стать крестным родителем, и те, кто просто хочет хотя бы немного узнать о своей вере. Библейские курсы – это уже более серьёзный образовательный проект: в течение учебного года слушатели получают знания по катехизису, Ветхому и Новому Завету, истории Церкви, церковно-славянскому языку.

«Сельский проект» у нас такой: наши студенты вместе с деканом теологического факультета священником Игорем Стуковым и преподавателями факультета окормляют отдалённые сёла Верхотурского района, которые находятся в 350 км от Екатеринбурга. Работа в этих сёлах (а это 6 деревень, наверное, не стоит перечислять их названия?) ведётся в двух формах. Это, во-первых, поездки по субботам и воскресеньям и, во-вторых, поездки в рабочие дни и беседы со школьниками в школе. Поездки по субботам и воскресеньям являются практикой социально-миссионерской, задача этой практики – благотворительная деятельность, направленная на оказание помощи малоимущим семьям, пожилым и одиноким людям, матерям-одиночкам, семьям, в которых есть инвалиды, многодетным семьям. Миссионеры знакомятся с семьями, сначала оказывают материальную помощь, располагают людей участливым словом, беседой. Затем спрашивают, крещёные ли они, веруют ли в Бога, желают ли принять крещение. Крещению (а за минувший учебный год мы крестили в этих сёлах 39 человек) обязательно предшествуют огласительные беседы. Восприемниками крещаемых становятся, как правило, наши студенты.

Есть и ещё одна цель у этих поездок – воцерковлять уже крещённых людей. Для этого утром в воскресенье большой автобус объезжает эти деревни и собирает желающих, чтобы отвезти их на литургию в храм села Меркушино (храмы в той глубинке есть далеко не в каждом селе). Многие из жителей этих сёл впервые исповедовались и причастились благодаря нашим миссионерам.

Миссионеры привозят не только одежду и продукты, но и иконы, детские Библии, книги Нового Завета, детские православные книги, развивающие игры, наборы для творчества, игрушки, лекарства. Они учат детей рукоделию, показывают в клубе фильмы с их последующим обсуждением, привозят артистов, раздают детям подарки. Таким образом, можно говорить о том, что у нас уже сложилась некая модель социально-миссионерских поездок: сначала материальная и социальная помощь, знакомство с проблемами семьи, затем беседы на темы крещения, воцерковления, затем огласительные беседы, затем исповедь, крещение в храме-баптистерии, литургия, причастие.

–Какой будет дальнейшая судьба выпускников? В чём они себя смогут реализовать?

– Выпускники Миссионерского института получат диплом о высшем образовании и смогут работать в православных издательствах, на православном радио и телевидении, учителями Основ православной культуры и светской этики в средней школе, методистами или лаборантами на теологических и религиоведческих кафедрах в вузах, библиотекарями в православных библиотеках, катехизаторами при храмах, экспертами по вопросам религии в государственных учреждениях любого уровня, а также в учреждениях культуры и искусства, например в музеях, клубах, преподавателями Закона Божия в церковно-приходских школах и православных гимназиях. Как видим, возможностей для своей реализации, для применения полученных знаний у бакалавров теологии немало. Однако наши выпускники могут продолжать работать там же, где и работали до поступления в наш институт, но, имея богословские знания и опыт церковной жизни, они смогут миссионерствовать в своём малом окружении: среди коллег, друзей, будут учить вере детей и внуков – ведь всё это так важно! После пяти лет обучения в православном институте при монастыре неизбежно в лучшую сторону изменится их мировосприятие, а значит, и их жизнь в целом. Такие люди смогут правильно, по-христиански, вести себя с родными и близкими, и, где бы они ни работали, они всегда смогут дать ответ на любой вопрос, касающийся православного вероучения и практики церковной жизни. Во всяком случае, мы, преподаватели, очень на это надеемся.

– Каковы перспективы в преподавании духовного образования в институте?

– Наша основная перспектива на ближайшее время, я думаю, состоит в том, чтобы, оставаясь частным негосударственным вузом при монастыре, через четыре года получить аккредитацию, получить право выдавать выпускникам дипломы государственного образца.

Ещё есть огромное желание открыть магистратуру по теологии.

Хотелось бы также, чтобы к нам приходило людей больше, чтобы мы набирали на курс не одну группу в 30 человек, а две группы или даже три. Думаю также, что в перспективе открытие дневного отделения. У нас ведь обучение бесплатное, а сейчас получить бесплатное высшее образование хорошего качества в негосударственном вузе почти невозможно.

Хотелось бы также, чтобы Минобрнауки обратило внимание на направление «Теология» и всячески помогало его развитию. Вот пример: Рособрнадзор требует, чтобы в вузовской библиотеке было 60 % т.н. грифованной литературы, то есть учебников, на которых стоит гриф «Рекомендовано Минобрнауки...» или «Рекомендовано УМО...» Но много ли вы видели учебников по теологии и теологическим дисциплинам с грифом Минобрнауки? Учебники по общеобразовательным дисциплинам – истории, психологии, философии, риторике, логике и т.п. – да, есть, а вот по нашим спец-дисциплинам – нет! Значит, мы не сможем выполнить это требование Рособрнадзора? Или почему бы в таком случае не приравнять грифы «Рекомендовано учебным комитетом РПЦ...» или «Печатается по благословению Святейшего Патриарха...» и т.п., которые мы встречаем на нашей, так сказать, специальной литературе, к грифам, названным мной выше? А вот ещё проблема: кафедрой теологии заведует, например, кандидат наук, может ли он получить аттестат доцента по кафедре теологии? Сегодня ВАК даёт такие аттестаты? Что-то я об этом не слышала. А есть ли учёные советы по теологии? Можно сегодня стать кандидатом теологических наук? Не знаю. Проблем много, ведь теология – направление в вузовском образовании относительно новое!

Что касается духовного образования именно в нашем институте, то я бы пожелала нашим студентам полюбить собственно научные занятия: углублённую работу с книгой, чтение богословских сочинений Отцов Церкви. Некоторые из студентов, уже придя в институт, всё ещё продолжают довольствоваться жанром духовных бесед. Поясню: когда батюшка или светский преподаватель, обладая даром яркого эмоционального слова, произносит проповедь, которая согревает душу, доставляет духовную радость и эстетическое удовольствие, – это хорошо! Но для студента этого уже должно быть мало! Такие беседы адресованы широкому кругу слушателей и имеют популярный характер. Студент-теолог не может питаться только такими уроками. Такие беседы, повторю, хороши с миссионерской и катехизаторской точек зрения, но, если ты пришёл изучать богословие, то здесь уже нужно не только хотеть слушать, наслаждаясь ярким словом, но и, сделав над собой усилие, засесть за книги, зубрить «скучные» предметы и т.д. Нужны терпение, трудолюбие. Вот их-то я и желаю нашим студентам, потому что без этих качеств человек не сможет получить серьёзное духовное образование. Ну и обязательно нужно молиться, ходить на богослужения, приступать к таинствам!

Беседовал священник Александр Гинкель 

30 сентября 2012 года, на базе духовно-просветительского центра храма Святых мучениц Веры, Надежды, Любови и матери их Софии г. Белгорода прошёл молодёжный православный форум «Перспективы развития солидарного общества на Белгородчине».

Участие в форуме приняли: глава Белгородской митрополии митрополит Иоанн; Валерий Александрович Сергачёв, первый заместитель губернатора Белгородской области – начальник департамента кадровой политики Белгородской области; Юрий Васильевич Коврижных, начальник департамента образования, культуры и молодёжной политики области – заместитель председателя правительства области; Наталия Владимировна Полуянова, заместитель начальника департамента образования, культуры и молодёжной политики области – начальник управления по делам молодёжи области; Виктор Васильевич Овчинников, председатель Общественной палаты Белгородской области; Александр Гелиевич Дугин, доктор политических наук, кандидат философских наук, профессор Московского государственного университета имени М. В. Ломоносова, заведующий кафедрой социологии международных отношений МГУ, руководитель Центра консервативных исследований социологического факультета МГУ, ректор «Нового университета»; игумен Серапион (Митько), проректор по научной работе Белгородской Православной Духовной семинарии (с миссионерской направленностью).

Также в работе форума приняли участие учащаяся, студенческая и рабочая молодёжь: представители НИУ Белгородский государственный университет, Белгородского государственного технологического университета им. В. Г. Шухова, Белгородского государственного института искусств и культуры, Белгородского университета кооперации, экономики и права, Белгородской государственной сельскохозяйственной академии им. В. Я. Горина, Белгородской Православной Духовной семинарии (с миссионерской направленностью), волонтёры Белгородской общественной организации «Доброволец», совет молодых учёных и специалистов Белгородской области, молодёжное правительство Белгородской области.

В своём приветственном слове к участникам форума митрополит Белгородский и Старооскольский Иоанн отметил, что необходимость уважительного отношения к человеку, его достоинству, является основой солидарного общества. «Сегодня мы вспоминаем подвиг святых мучениц Веры, Надежды, Любови и их матери Софии, которые приняли смерть за христианскую веру. Эта вера победила мощную римскую империю, победила образ мысли, когда приносились человеческие жертвы, люди находились в ужасном нравственном состоянии. Подвиг святых мучениц является основой для того, чтобы мы с вами сегодня исповедовали Христа и Его учение и жили на основании христианских ценностей. Здесь мы с вами подобно Евангельскому образу закваски. Понятно, что мы не рассчитываем, что все сразу начнут строить соборное общество, солидарное, но если мы покажем людям путь, ведущий к созиданию, то можно считать, что мы заложили некие основы.

Не случайно, что эту тему мы обсуждаем не среди экспертов, а среди вас, молодых. Эксперты выступят, но мы хотим услышать ваше мнение по поводу того, как нам созидать солидарное общество. Ведь что такое «гражданское общество», «солидарное общество»? Это общество, где главным регулятором выступает не государство, а нравственный закон. И этот нравственный закон регулирует взаимоотношения между людьми. Конечно, это идеальная ситуация, но мы должны внести хотя бы элементы нравственного регулирования. Почему такая неуверенность в будущем у людей, собирающихся уехать? Потому, что они видят способ реализовать себя. Значит нужно посмотреть, как мы можем помочь в реализации их потенциала. Естественно, когда мы говорим о солидарном обществе, мы говорим, что главным условием является уважение к любому человеку, к его правам, воззрениям, его частной жизни. Нам нужно воспитывать это, и бороться, когда происходят посягательства на человеческое достоинство. Мир понимает, что если мы и дальше будем относительно всё воспринимать – ценности, любовь, нравственные законы, – то мир просто погибнет, исчезнет любовь. Бог сотворил мир из любви, и миром движет любовь. Согласно условной эсхатологии, своими поступками, своим выбором мы или приближаем, или удаляем последний день. Дай Бог, чтобы этот выбор был сделан в сторону христианских ценностей. И одним из путей сохранения и развития этих ценностей является созидание солидарного общества».

Александр Гелиевич Дугин:

«Что такое общество? Это общий для всех его членов культурный код. Без этого нет общества. Сегодня стоит вопрос о том, какой культурный код способен сплотить наше российское общество в целом и в регионах в частности. Об этом говорит и президент.

В России, несмотря на отказ Конституции об идеологии, преобладает либеральный культурный код, скопированный с Запада. Его смысл в том, что единственной и главной ценностью является индивидуум. Оторванный от корней, от веры, от нации. Чистый индивидуум. На преобладании либерализма основаны и СМИ, и образование, и культура. Он проникает и в Церковь: утверждение, что вера есть только индивидуальное дело отдельного человека – есть либерализм. А также вера в «прогресс» общества и призыв подстраивать Церковь под западные нормы, модернизировать её. На практике модернизация проявляется в осквернении святынь, надругательстве над крестами и т.д.

Но либеральная идеология направлена на разрушение общества. Она приглашает порвать все связи, предоставить индивидуума самому себе. Она способна разложить общество, но не сплотить его. В основе либерализма лежит нигилизм.

Поэтому нужен культурный код, альтернативный либеральному. Я полагаю, что его следует искать в консерватизме и в Православии. Недавно созданный Изборский клуб также ставит эти задачи. Общество следует сплотить на основании русской идеи, Православия, духовности и нравственности. Только это может привести к солидарности.

В Православии есть свой общественный идеал: это нормативное православное общество, где весь народ движется к спасению – все вместе и поодиночке. В центре такого общества – Церковь и рядом с ней – политическая власть. От центра расходятся лучи. Всё социальное пространство просветляется Церковью. Отсюда нормативы общественной морали. Вместо западничества – опора на русскую историю. Вместо модернизации – крепкая привязанность к вековым устоям русской духовности и церковной старине. Против индивидуализма общинность, честный труд, здоровый образ жизни, чистая и крепкая многодетная семья. Против развлечения – сосредоточение. Опыт русской религиозной философии, русской духовности должен быть восстановлен. Славянофильство и евразийство – основные направления в возрождаемой политической и социальной философии.

Кто это должен делать? Мы все вместе. Не Церковь как институт, но как русские православные люди, как основа современного российского общества, как его ядро, как большинство. Надо настаивать на своём, защищать самим свои святыни, бороться с врагами духа и Руси всеми силами. Тогда получим достойное солидарное общество. И в России, и на Белгородчине».

Игумен Серапион (Митько):

«Духовность, нравственность, доверие и солидарность являются ключевыми понятиями концепции солидарного общества и, одновременно, его фундаментальными ценностями. В Концепции формирования регионального солидарного общества отмечается: «Доверие выражается в установке людей на открытые, конструктивные взаимоотношения, основанные на позитивном жизненном опыте, реализации ожиданий в отношении других людей, социальных институтов, организаций».

Однако в ряду ценностей солидарного общества доверие занимает особое, уникальное место. Доверие не является абстрактной ценностью, оно всегда носит личностный и диалогический характер. Это означает, что доверие всегда присуще конкретной личности и реализуется в диалоге с личностью Другого. Следовательно, доверие является особым нравственным свойством личности, проявляющимся в обществе – социальной добродетелью.

В качестве социальной добродетели доверие может быть сопоставлено с толерантностью – терпимостью к чужому. Доверие, в отличие от толерантности, всегда направлено не на Чужого, а на Другого. Одним из негативных аспектов толерантности является культивирование Чужого как необходимого этического и социального объекта, посредством легитимации недоверия. Доверие трансформирует чуждое личности социальное пространство в нравственно позитивную сферу существования Другого-Я, открытое для присутствия личностей, проявляющих доверие. Таким образом, доверие созидает нравственную основу солидарного общества.

Созидание солидарного общества происходит в ситуации постмодерна, который, по словам одного из его главных теоретиков Ф. Лиотара, является «обоснованным недоверием к великим повествованиям». Поэтому возрождение традиционных институтов и способов бытования возможно на основе развития и культивировании доверия, как альтернативной постмодерну ценностной установки.

Постмодернизм сформировался в качестве ответа на негативный социально-исторический опыт европейской цивилизации. Доверие как социальная добродетель не исходит из сферы эмпирического. Более того, доверие состоит именно в доопытном априорном предвосхищении социального действия в диалогической перспективе как блага.

Более эффективное развитие основанного на доверии солидарного общества возможно на основе рецепции церковного опыта соборности, как экклезиологического аналога солидарности.

Формирование институтов солидарного общества напрямую связано с институализацией социального доверия, как основы творческого взаимодействия как отдельных личностей, так и различных социальных групп, стратов¹⁰⁰. Институализация основанных на социальном доверии процессов может быть наиболее эффективно реализована в тесном взаимодействии духовных и светских институтов солидарного общества.

Одним из направлений такого взаимодействия может стать создание на предприятиях и в различных учреждениях этических комитетов, деятельность которых будет направлена на распространение в обществе социальных добродетелей, как основы созидания регионального солидарного общества.

Виктор Васильевич Овчинников:

Если разработка проблематики солидарного общества применительно к нынешнему состоянию российского общества имеет непродолжительную историю в несколько последних лет, то современные проблемы гуманизации личности всесторонне рассматриваются уже полтора века.

Исходная позиция, определяющая гуманизм как мировоззрение, ценностную установку, как принцип развития культуры, породила, естественно, разные точки зрения на гуманизм (с лат. – человеческий, человечный).

В научном мире получило широкое хождение определение гуманизма как исторически изменяющейся системы воззрений, признающей ценность человека как личности, его право на свободу, счастье, развитие и проявление своих способностей.

Зачастую гуманизм сводится к проекту человеческого общежития, в котором реализуются общечеловеческие ценности.

Казалось бы, проект (стратегия) формирования солидарного общества очень близок по замыслу проекту гуманизации. Но это только на первый взгляд! Учитывая то, что проект солидарного общества реализуется не вообще (он не матрица для всех), а имеет конкретную привязку к конкретной территории, конкретному населению, конкретному укладу, он может быть реализован только на основе традиций и ценностей конкретного сообщества, а не на мифических общечеловеческих ценностях. Это фундаментальное отличие приводит и к различным результатам, ибо и чистого гуманизма нет.

Несколько слов об истории проблемы. До середины XIX в. понятие «гуманизм» ассоциировалось с гуманизмом эпохи Возрождения или же с другими культурными течениями. Впервые термин «гуманизм» в значении определённого взгляда на жизнь появился у датского философа Габриэля Сибберна в книге «О гуманизме» (1858 г.). В середине 1910-х гг. новые трактовки гуманизма Скотта Шиллера (Великобритания) и Джона Дьюи (США), состоящие в том, что гуманизм должен исходить из идеи целостности человеческой природы (симпатий, интересов, желаний), а не только из интеллекта, логики или разума, стала использовать американская унитаристская церковь, отрицавшая догмат о Троице, учение о грехопадении и таинстве. Американский религиозный гуманизм использовался для борьбы за демократизацию религиозных институтов. Для многих проповедников демократической религии главная цель человека состоит в том, чтобы содействовать человеческому благополучию «здесь и теперь».

В 1920-е гг. в Западной Европе и США гуманистами стали именовать себя «свободомыслящие люди», рационалисты, агностики, атеисты, считая, что название «гуманист» точнее всего передаёт суть их воззрений. Это гуманистическое движение составили в основном так называемые «этические общества». Их цель состояла в том, чтобы отделить нравственные идеалы от религиозных идеалов, которые ими объявлялись доктринами, метафизическими системами и этическими теориями. Они провозглашали цель придать нравственным идеалам независимую силу в личной жизни и общественных отношениях. Эти этические общества составили так называемый Международный этический союз, созданный в Цюрихе в 1896 г.

Рано или поздно, но гуманисты должны были изложить свои взгляды, и это произошло в начале 1930-х гг. В 1933 г. появился первый «Гуманистический манифест», который подписали 34 либеральных гуманиста того времени, в том числе Дьюи, Флойд, Уилсон и другие. Он стал фактически программным документом религиозного гуманизма и объявлял о создании новой нетрадиционной гуманистической религии. В 15 тезисах провозглашалась идея о несотворённости Вселенной, признавался факт эволюции природного и социального миров, версия о социальных корнях религии и культуры. Авторы манифеста отвергали дуализм души и тела и предлагали взамен, органическую точку зрения на жизнь. Они предлагали отвергнуть традиционное различие между священным и мирским. Конечно же, русская цивилизация принципиально не приемлет такого подхода. Вместе с тем, нельзя не отдать должное этому поколению гуманистов, которые выразили твёрдое убеждение в том, что существующее утилитарное, ориентированное на прибыль общество (классическое капиталистическое) обнаружило свою несостоятельность. По их мнению, в целях справедливого управления должен быть создан социально ориентированный коллективный экономический порядок. Также отметим, что эта идея сегодня является одной из ключевых в формировании солидарного общества. Вместе с тем, это не означает, что все участники процесса формирования солидарного общества должны и обязаны подписаться под первым гуманистическим манифестом, весьма далёким от наших российских национальных традиций.

Такую позицию подтверждает и тот факт, что родиной гуманистического движения на европейском континенте в 1940-е гг. стала Голландия, где ныне половину населения составляют атеисты, а 25% совершеннолетних считают себя гуманистами. Голландское гуманистическое движение – это стройная вертикаль вплоть до региональных отделений с единственным в мире Гуманистическим университетом в Утрехте. Тот, кто изучал современную Голландию, понимает, что в довольно старом рыночном обществе (Голландская (Нидерландская) буржуазная революция была первой в мире и рыночному обществу в этой стране более 400 лет) сегодня огромное количество противоречий и проблем.

Необходимо признать, что развитие гуманизма в первой половине ХХ в. было объективным процессом, но, как и другие течения он не смог остановить наступление многих разрушающих человечество форм общественного устройства, в том числе и фашизм. В наиболее полном виде состояние гуманизма отразил американский философ-атеист Эрнест Нагель, заявив, что «человечество является «случайным событием» в истории Космоса». Натуралистический подход к реальности стал набирать силу, появились даже гуманистические премии, которые подразумевали признание семи видов гуманизма (например, позиция Уоррена Аллена Смита).

Заметный след оставил труд Корлисса Ламонта (1902–1995 гг.) «Философия гуманизма», который развивал идеи светского гуманизма, при этом достаточно часто приводил в качестве примера Советский Союз. Его фундаментальный труд «Философия гуманизма» стала классикой натуралистического гуманизма. Его десять тезисов отразили во многом и этот тип гуманизма. Чего стоят только перлы автора: «все формы сверхъестественного являются мифом», «человек является продуктом природной эволюции». Вместе с тем, нельзя не выделить и рациональное, что может быть сегодня использовано для анализа. Например, тезис 8 провозглашает необходимость долгосрочной социальной программы, тезис 6 утверждает, что индивид достигает блага, гармонично сочетая личные желания и непрерывное саморазвитие с работой, вносящей вклад в благосостояние общества и другие. В целом гуманизм Ламонта – это атеистический гуманизм. Парадокс, но относительно себя он термин атеист не применял, подчёркивая, что необъятность Вселенной предостерегает гуманистов от абсолютного отрицания Бога.

Отмечу, что светские гуманисты фундаментальной ценностью считают идею прав человека и потому активно стремятся создать альтернативу традиционным религиям, «не ущемляя права на самоопределение».

Результатом нового этапа развития гуманизма стал Международный этический и гуманистический союз. В настоящее время он объединяет 90 организаций в 30 странах. Ежеквартально выходит журнал «Международные гуманистические новости».

В 1973 г. был принят второй «Гуманистический манифест». Его подписали сотни учёных, философов, писателей, унитариатские священники, нобелевские лауреаты, среди них и три советских учёных – физик А. Д. Сахаров, математик А.С. Есенин-Вольпин, биолог Ж. А. Медведев.

В 17 тезисах, распределённых по четырём разделам, представлена гуманистическая точка зрения на смысл жизни, гражданские свободы и демократию, отстаиваются права индивида на самоубийство, аборты, развод, эвтаназию и сексуальную свободу. Как видим, гуманисты настолько далеко зашли в «очеловечивании» человека, что этот процесс, по сути, стал разрушать самого человека и «человеческое» в человеке. Хотя нельзя и отрицать позитивные призывы гуманистов в этом манифесте к экологическому и экономическому планированию, противостоянию ядерной катастрофе.

В манифесте представлена свобода атеистическому, связанному с научным материализмом, а также либерально-религиозному – отрицающему традиционные религии.

Естественно, что второй манифест вызвал критику со стороны тех, кто не принял спрятанную под вывеской светского гуманизма – американо-английское видение на устроение человеческого сообщества. В ответ, все группы критиков были объявлены консервативными религиозными группами и против них был подготовлен новый документ «Декларация светского гуманизма». Его подписали 58 видных учёных, писателей, художников, общественных деятелей, в том числе советские диссиденты – специалист по компьютерным технологиям Валентин Турчин и биолог Жорес Медведев.

Вот как гуманисты сформулировали свою позицию в защиту светского гуманизма и манифеста: «...Данный манифест отстаивает ту форму светского (секулярного) гуманизма, которая определённо соответствует принципам демократии. Он противостоит всем разновидностям веры...».

Они назвали десять фундаментальных принципов светского гуманизма:

– свободное исследование;

– отделение Церкви от государства;

– идеал свободы;

– этика, основанная на критическом мышлении;

– моральное образование;

– религиозный скептицизм;

– разум;

– наука и техника;

– эволюция;

– образование.

Зададимся вопросом, можно ли на этих принципах построить солидарное общество, где будут разрешаться острейшие противоречия в жизни людей? Не наукообразные заключения, а практика показывает, что, конечно же, нет. Все эти принципы гуманистов – социальная иллюзия, ибо все за собой несут такие противоречия, преодолеть которые может только солидарное общество.

Последние два десятилетия ведущий теоретик светского гуманизма американец Пол Куртц. Он позиционирует себя сторонником диалога марксистов и не-марксистов, гуманистов и Ватикана и т.д. Его перу принадлежит «Гуманистический манифест 2000: призыв к новому планетарному гуманизму». Появление этого документа связано с утратой позиций коммунистов в мире, с распадом СССР и СЭВ, изменениями во всём мире.

Манифест в России подписали академики В. Л. Гинзбург, Н. Н. Моисеев, проф. С. П. Капица и др. Его поддержали Е. П. Велихов, Н. Г. Басов и др. Перечень подписантов опубликован в журнале «Здравый смысл», 1999, №13. Манифест представляет собой развёрнутую программу построения глобального планетарного сообщества.

Попытки дать новое определение гуманизма свелись к признанию позиции, высказанной шотландцем Эриком Мэттьюз. Он отмечает, что «светский гуманизм – это не какая-либо специфическая система верований, религиозная или квази-религиозная... Он представляет собой определённое отношение к жизни... Гуманисты верят в то, что имеющаяся у нас жизнь является единственной, и мы должны стремиться сделать её достойнее и счастливее, насколько это возможно для нас и других людей. Мы не согласны с тем, что существуют доказательства существования каких-либо богов или жизни после смерти, и мы полагаем, что должны смотреть в лицо проблемам этого мира без перспективы потусторонней помощи. Не существует необходимости иметь для жизни «окончательную цель». Жизнь может иметь столько же смысла или цели, насколько индивид стремится ей придать».

Фактически провозглашается культ индивидуальности, но совершенно нет ответа, как эти индивидуальности будут разрешать из века в век переходящие противоречия и проблемы.

Таким образом, можно констатировать, что современный западный светский гуманизм имеет пять опор:

1) гуманизм предлагает набор ценностей и достоинств, вытекающих из признания человеческой свободы и самостоятельности. Этика гуманизма противоречит этике религиозно-авторитарной;

2) гуманизм отрицает идею сверхъестественного;

3) гуманизм привержен методу исследования, опирающемуся на разум и научную объективность;

4) гуманизм обладает своей нередуктивистской естественной онтологией, основанной на научном знании;

5) делом философов-гуманистов являются не только вопросы теории, но и воплощение идей гуманизма в практической жизни.

По мнению Куртца, чтобы гуманизм завоёвывал сердца людей, необходимо, чтобы вначале их завоевала евпраксофия (прямой перевод – блаженство – практика – мудрость). Сами гуманисты признают, что пока гуманизм не станет реальной альтернативой религиозным культам, он будет оставаться одним из интеллектуальных движений.

В России Российское гуманистическое общество создано в 1995 г. (до 2001 г. Русское), которое возглавляет проф., д.ф.н. В. А. Кувакин из МГУ им. М. В. Ломоносова. Кстати, он подписал «Манифест-2000». С 1996 г. издаётся ежеквартальник «Здравый смысл: Журнал скептиков, оптимистов и гуманистов». В редакционном совете немало англичан и американцев. Особый акцент российские гуманисты делают на связь гуманизма с личностью. Они утверждают, что абсолютно бесчеловечных людей не бывает и быть не может. Но нет и абсолютно, стопроцентно человечных людей. Речь идёт о преобладании и борьбе в личности того и другого.

Следуя за Кувакиным, публицист А. Г. Круглов (Абелев) считает, что «гуманизм есть человечность, т.е. готовность строить совместную жизнь на минимуме самых простых, непосредственно ощущаемых каждым, универсальных ценностей, предоставив взгляды на всё иное свободе совести». Российские гуманисты считают, что альтернативы гуманизму у нашей страны просто нет.

Участникам данной конференции достаточно хорошо известны подходы к формированию солидарного общества на Белгородчине, а также положения стратегии формирования солидарного общества на длительную перспективу. Следует подчеркнуть, что вопрос вовсе не стоит о том, больше станет гуманизма или меньше, если мы активно включимся в процесс формирования солидарного общества. Вопрос в другом. Следует признать, что на рельсах современного гуманизма мы концептуально не решим принципиальные вопросы теории и практики солидарного общества, строительство которого необходимо осуществлять на основе православной традиции, в актуализации которой должна одну из ключевых ролей играть именно Русская Православная Церковь.

В этой связи, безусловно, формирование солидарного соборного общества принципиально отличается от программы современных гуманистов, сводящейся к построению глобального планетарного общества. Одновременно, следует качественно изменить подходы к научно-теоретическому и практическому сопровождению начавшегося процесса формирования солидарного общества на Белгородчине, вплоть до создания НИИ проблем формирования солидарного общества.

Наталья Владимировна Полуянова:

Идея формирования солидарного общества была заложена с принятием в 2003 году губернатором области Е. С. Савченко «Программы улучшения качества жизни населения Белгородской области». Реализация данной программы позволила существенно продвинуться Белгородской области в направлении социального развития. Заметно улучшились многие социальные характеристики населения региона. Увеличилась численность населения области – она достигла 1 млн. 532 тысяч 497 человек.

В области в 1993–2012 годах продолжалась и продолжается реализация областных целевых программ социальной направленности в здравоохранении, образовании, культуре, молодёжной политике, физкультуре и спорте, социальной защите населения.

Назревшая идея формирования регионального солидарного общества как системы межличностных и межгрупповых отношений субъекта Российской Федерации, основана на осознании их участниками общности фундаментальных интересов, ценностей и жизненных смыслов, взаимной поддержке, лояльности и сотрудничестве в достижении позитивных общественно значимых целей. Однако вполне очевидно, что определение её как одной из целей регионального развития требует анализа широкого круга проблем, связанных с качественной характеристикой такого общества и барьеров, неизбежно возникающих в процессе его создания.

В сфере взаимодействия Русской Православной Церкви и гражданского общества одним из важных направлений является противодействие экстремизму. Экстремизм всегда делает ставку на молодёжь и духовную мотивацию. Экстремизм приводит к деформации духовно-нравственных основ жизни человека, семьи, общества. Противодействие экстремизму всегда требует мер по укреплению духовной безопасности.

В культурно-историческом отношении идея регионального солидарного общества является продолжением и развитием разработанной в своё время в русской философской и общественно-политической мысли концепции соборности. Своеобразную формулу солидарного общества озвучил более 100 лет назад великий русский философ Николай Фёдоров, который сказал: «Жить не для себя, не для других, а со всеми и для всех».

В сентябре 2012 года Институтом региональной кадровой политики совместно с управлением по делам молодёжи Белгородской области было проведено исследование по изучению основных проблем, потребностей и ценностных ориентиров белгородской молодёжи. Анализ целевых и ценностных установок молодёжи показал, на что сориентирована молодёжь. 80% городской и 81,82% сельской молодёжи, считают, что человеку необходима цель, достижению которой он посвящает жизнь. При рассмотрении важных жизненных ценностей молодёжь на первое место ставит благополучие своей семьи (45,6%), тот социальный институт, который обеспечивает ей приемлемый уровень материального и духовного комфорта. На последнее место в иерархии ценностей молодёжь ставит позицию «Родина» и «наличие хороших и верных друзей». Этот показатель выявляет одну из самых серьёзных нравственных проблем молодёжи Белгородской области.

Сегодня именно духовной составляющей не хватает большинству представителей молодёжи. Наиболее важными проблемами, которые значимы и сужают или расширяют возможности для самореализации на макро- и микроуровне молодёжь считает: коррупцию во властных структурах, пассивность граждан, их безразличие к происходящему и усиление неравенства доходов, социальное расслоение общества на бедных и богатых.

Среди возможностей для самореализации белгородская молодёжь высоко оценивает возможность соблюдать обычаи и традиции своего народа, поступать в соответствии с совестью и убеждениями, получить хорошее образование, специальность, которые бы признавались во всём мире. Желаемый материальный достаток молодёжь ставит лишь на 4 место.

24 ноября 2011 года постановлением правительства Белгородской области №435 была принята Стратегия «Формирование регионального солидарного общества» на 2011–2015 годы. В рамках реализации Стратегии управление по делам молодёжи Белгородской области реализует следующие приоритетные направления:

– Формирование духовных и культурных основ регионального солидарного общества;

– Укрепление взаимного доверия между гражданами на основе обеспечения безопасности, противодействия экстремизму и ксенофобии;

– Формирование у молодёжи установок на коллективизм, сотрудничество, развитие социальных сетей в молодёжной среде;

– Содействие реализации молодёжных инициатив, через проектную деятельность;

– Развитие созидательной активности молодёжи и вовлечение всех групп молодёжи в социальную практику;

– Создание целостной системы молодёжных информационных ресурсов;

– Поддержка отдельных категорий молодёжи (молодая семья, молодые люди, оказавшиеся в трудной жизненной ситуации);

– Духовно-нравственное и патриотическое воспитание молодёжи;

– Физическое развитие молодёжи и развитие молодёжного туризма;

– Создание условий для функционирования детских и молодёжных объединений;

– Создание системы поддержки талантливой молодёжи, обеспечивающей её готовность использовать свой творческий потенциал для развития региона и России;

– Формирование атмосферы сотрудничества и коллективизма в образовательных учреждениях на основе развития общественного участия в управлении ими;

– Укрепление взаимного доверия между властью и населением;

– Формирование институциональной и этической основы ответственности власти и честности в отношении взятых обязательств;

– Реализация антикоррупционных мер в системе государственного и муниципального управления, повышающих доверие к органам власти со стороны населения;

– Утверждение принципов социальной защищённости, поддержки и ответственности как оснований достижения общественного согласия;

– Формирование социальной ответственности бизнеса, развитие и пропаганда меценатства;

– Развитие социального партнёрства и предупреждение трудовых конфликтов;

– Формирование имиджа и распространение символики регионального солидарного общества;

– Разработка и внедрение регионального бренда и брендов территорий;

– Формирование и развитие системы наглядной агитации и социальной рекламы.

В ходе реализации Стратегии по формированию солидарного общества управление по делам молодёжи проводит научно-практические конференции, областной конкурс научных работ «Противодействие экстремизму в молодёжной среде. Обеспечение духовной безопасности молодёжи», организует работу студенческих отрядов содействия полиции. На сегодняшний день созданы 64 молодёжных отряда с общим охватом 800 человек. Особое внимание УДМ области уделяет поддержке проектов молодёжных общественных организаций и объединений. Более 300 студенческих и молодёжных проектов размещены на Портале инновационной активности молодёжи. УДМ области осуществляет ведение реестра молодёжных общественных объединений области и всю необходимую информацию размещает на молодёжном портале области.

В ходе создания системы поддержки талантливой молодёжи, УДМ области в июне 2012 года проводило международный молодёжный образовательный форум «Нежеголь-2012». В рамках форума приняли участие 137 человек талантливой молодёжи, имеющей свои идеи, проекты, которые возможно имеют большое значение в построении и солидарного общества не только в нашем регионе.

В сентябре 2012 года проводилась международная молодёжная школа проектного управления «Пегас-2012», в рамках которой талантливая молодёжь не только Белгородской области, но и других регионов России и стран СНГ была погружена в новое направление деятельности – проектное управление. Каждый участник был ознакомлен с основами проектного управления и имел возможность представить свой проект для оценки экспертами Белгородской области.

С 17 сентября по 21 сентября в Шебекинском районе проводился образовательный форум православной молодёжи Белгородской митрополии «Молодое дело». УДМ области оказало содействие в проведении мастер-классов по проектному управлению и тренингов, направленных на развитие лидерских способностей.

В рамках формирования и развития благотворительности и социальной поддержки групп населения, находящихся в сложных жизненных условиях УДМ области, ежегодно проводит одну из самых масштабных волонтёрских акций «Марш молодёжных добрых дел». Она объединяет в себя социально-бытовую помощь волонтёров ветеранам ВОВ и пожилым людям, эколого-патриотические акции, благотворительные акции для детей, оставшихся без попечения родителей, а также для детей и молодых людей с ограниченными возможностями.

Для формирования у молодёжи активной жизненной позиции, готовности к участию в общественно-политической жизни области и построению солидарного общества необходим новый подход в деятельности органов по делам молодёжи. Управлением по делам молодёжи сегодня разработан проект Программы «Молодость Белгородчины на 2013–2017 годы», в которую включены новые направления деятельности, также связанные с формированием солидарного общества региона. В рамках создания целостной системы молодёжных информационных ресурсов управлением по делам молодёжи будет разработан молодёжный портал, который позволит сформировать у белгородской молодёжи позитивное общественное мнение и будет способствовать расширению информационного пространства в различных социально-экономических областях.

Ежегодно УДМ области осуществляет выпуск социальной рекламы по различным направлениям: профилактика, поддержка талантливой молодёжи, формирование гражданской позиции и т.д.

Необходимым условием определения целей и механизмов формирования регионального солидарного общества является вовлечение в процесс всех заинтересованных социальных субъектов, создание условий для их постоянного участия в проекте, мониторинге результатов и корректировке процесса его реализации.

Подводя итог, необходимо отметить, что формирование регионального солидарного общества само по себе является инновационным проектом и требует нестандартных решений. Для разработки и реализации их должны быть использованы творческие возможности граждан, в первую очередь молодёжи. Только благодаря формированию позитивно ориентированного общественного мнения, внутреннего и внешнего имиджа регионального солидарного общества в молодёжной среде, а также эффективного взаимодействия социальных институтов и органов власти можно прийти к созданию солидарного общества в нашем регионе и в России в целом.

По результатам работы форума был подготовлен проект итогового документа православного молодёжного форума:

Солидарное общество основано на нормативных принципах: веры, надежды, любви, крепкой семьи, взаимопомощи, и активного сотрудничества, поддержки слабых и обездоленных, чувстве патриотизма, любви к малой Родине и РОССИИ.

Солидаризм рассматривает как анти-ценности: скепсис, недоверие, отчаяние и цинизм, безразличие и презрение к ближнему, разврат и извращения человеческой природы, индивидуализм и заботу о себе, вопреки ближнему, эгоизм и эгоцентризм, грубый материализм, стремление к самоутверждению за счёт других, безразличие к слабым и обездоленным, космополитизм, отсутствие исторической памяти и веры в лучшее будущее.

Духовность, нравственность, доверие и солидарность являются ключевыми понятиями концепции солидарного общества и, одновременно, его фундаментальными ценностями.

Развитие духовности, как основы построения регионального солидарного общества должно развиваться в двух взаимодополняющих направлениях. Возрождение Православия, как залога духовного единства белгородцев, предполагает обоснованную заботу о духовной безопасности граждан перед лицом деструктивных тенденций в духовной жизни общества.

Сохранение нравственных основ жизни требует особого внимания к защите традиционных ценностей, консолидирующих моральное большинство, являющееся фундаментом построения солидарного общества.

В иерархии ценностей солидарного общества доверие занимает особое, уникальное место. Доверие не является абстрактной ценностью, оно всегда носит личностный и диалогический характер. Это означает, что доверие всегда присуще конкретному человеку и реализуется в диалоге с другими людьми. Следовательно, доверие является особым нравственным свойством личности, проявляющимся в обществе – социальной добродетелью.

Созидание солидарного общества происходит в ситуации постмодерна, который, основан на тотальном недоверии к культурно-историческому опыту человечества. Поэтому возрождение традиционных институтов и способов бытования возможно на основе развития и культивировании доверия, как альтернативной постмодерну ценностной установки.

Более эффективное развитие основанного на доверии солидарного общества возможно на основе освоения церковного опыта соборности, светским аналогом которой является солидарность.

Формирование институтов солидарного общества напрямую связано с институализацией социального доверия, как основы творческого взаимодействия как отдельных личностей, так и различных социальных групп, стратов. Институализация основанных на социальном доверии процессов может быть наиболее эффективно реализована в тесном взаимодействии духовных и светских институтов солидарного общества.

Одним из направлений такого взаимодействия может стать создание на предприятиях и в различных учреждениях этических комитетов, деятельность которых будет направлена на распространение в обществе социальных добродетелей, как основы созидания регионального солидарного общества.

Заметки городского священника¹⁰¹.

Все говорят, что в обществе потерян идеал, отсутствует идея. Если в княжеско-царское время был идеал Святой Руси, а в советское время где-то бродил призрак коммунизма, земного рая, то сейчас якобы нет никакой идеи. С этим нельзя согласиться, так как идея давно найдена, она пронзает все слои общества, находит отклик в каждой душе и управляет сознанием и всей жизнью человека. А идея эта очень проста: dolce vita (сладкая жизнь – итал.). Жизнь, посвящённая поиску развлечений и удовлетворению самых простых человеческих страстей, неизменных ещё со времён языческой римской империи: хлеба и зрелищ! В этом царстве потребления формируется сознание, цель которого – самоутверждение через обладание определённым набором вещей. Как говорится, каждому своё. И ради этого отдаётся всё, все силы: и духовные и телесные – тратятся на удовлетворение страстей, и всю свою жизнь человек проводит в суете. Невозможно остановиться. Надо много работать, чтобы больше получать, а лучше не работать, но получать много, а потом тратить, и так до самой смерти, не останавливаясь ни на минуту, не спросив: зачем? для чего? Лукавый здорово насмеялся над человеком, духовное бессмертное существо, ниспровергнув до уровня животного с животными же потребностями. Заботу о телесных нуждах сделав целью и смыслом существования человека. И здесь неважно, что стало целью: покупка очередной яхты или посадка картошки на садовом участке; важно то, что просто забыт Бог.

Есть мнение в православных кругах, что мы переживаем расцвет Православия, подъём духовности. Отчасти это так: идёт восстановление храмов, монастырей. Но строительство зданий само по себе не приводит автоматически к восстановлению духовной жизни и возрастанию в ней. Подчас люди, не один год посещающие храм, являют собой духовных младенцев, так и не пришедших в меру возраста Христова. Говорят: «Посмотрите, сколько людей в храмах». Много, много больше, чем было в советское время. Но предположим, что в храм пришли люди из одного только многоэтажного дома; они заполнят даже большой храм и, возможно, даже площадь перед ним. Храмов в городе 7–10, где-то более, где-то менее. А теперь подумайте, сколько домов в городе и насколько больше людей, которых в храме нет.

Где же эти люди? Где же их искать? А очень просто: надо зайти в любой торговый центр. Вот там-то мы и найдём всех недостающих прихожан, от мала до велика.

Итак, за пример возьмём торговый центр. Здесь есть всё, что современный человек может пожелать. Всевозможные виды хлеба и зрелищ, способные удовлетворить всякий вкус: от деревенского жителя до гламурной девицы, хотя вкусы у них практически одни – разнятся только ценники. Кафе и рестораны – чтобы удовлетворить самую главную страсть – потребность в пище; одежда, вещи – чтобы удовлетворить страсть гордости и тщеславия. Кинотеатр заменяет богослужение, шопинг – хождение в храм. Жизнь одним днём, но не в христианском понимании – ответственности перед вечностью за каждый свой поступок, довольствование малым, а бесовском понимании – бессмысленной, пустой, праздной жизни, прожигании её.

Создаётся иллюзия жизни, наполненной какой-то целью, демонстрация некой успешности, приобщения к чему-то важному, сообществу современных, «продвинутых» людей, в настоящем же человек погружается в нереальный, выдуманный мир. Потому что «фастфуд» – это не еда, кино – это не культура, синтетика – это не одежда, мода – это не смысл жизни. Несколько упрощённо, но смысл, думаю, понятен. Обладание каким-то набором вещей или умений не заменит доброе сердце и чистую совесть. Одежда, как бы прекрасно она ни сидела, только скорее обнажит диссонанс между внешностью и внутренним миром человека; внешней красотой и душой, наполненной страстями. При этом автор сразу хотел бы заметить: Церковь не запрещает развлечение, а запрещает развращение. Тем не менее, когда развлечение и приятное времяпровождение становятся главным в жизни, жизнь теряет смысл.

Кстати, ничего эксклюзивного, кроме синематографа и интернета, в развлечениях и развращении человечество не придумало. Блуд остался блудом, жадность – жадностью, сребролюбие так же поставляет новых Иуд, готовых предать всё и вся ради денежки.

Несмотря на развитие современных коммуникационных технологий, простого человеческого понимания и общения стало намного меньше. Улыбающийся «смайлик»:-) не заменит доброго слова и настоящей улыбки, грустный «смайлик»:-( не заменит сопереживания и грусти, «аватарка» – любящей семьи.

Современный человек существует словно вне контекста истории, да и самой жизни. Создаётся впечатление, что он просто упал откуда-то из непонятного мира, у него нет Родины, нет истории, нет веры, порой нет родителей, поскольку они не являются авторитетом для него, а подчас нет и семьи. Фабрика грёз рождает грёзы, и человек не живёт, а грезит – the Matrix в действии.

Как формируется миросозерцание человека? Посредством приобщения к культуре, истории своего народа. Только так русский становится русским, татарин – татарином, японец – японцем. Духовность же рождается от приобщения к вере. Какое же мировоззрение создаёт приобщение к современной мультикультуре?

Современная культура, назовём это культурой от слова культ, совершенно противоположна и даже враждебна христианству. Современный человек не желает слышать ни о заповедях, ни о Законе Божием, ни о каких-либо правилах. Ему кажется, что посягают на его свободу. Современный человек мнит себя раскрепощённым, свободным, и любое ограничение воспринимается им как посягательство на его личность и сразу вызывает отторжение. На самом деле, эта свобода – мираж, потому что современная культура формирует такие строгие рамки, такие ограничения, регулирует всё: от стиля одежды до манер, речи и даже образа мыслей. Только в них становишься своим. И в результате раскрепощённость оборачивается банальным развращением; свобода, индивидуальность – полным копированием поведения, до набора вещей своей социальной среды; а выбор – выбором между пепси и кока-колой, или маркой пива. Джинсы и футболка с крутой надписью или модный топ от известной марки или менее известного китайского производителя – чем не форма? А наушники от плеера в ушах или планшетник в руках – чем не атрибуты современной «культуры»? И на алтарь этого культа кладётся всё: от родителей до собственных жён и детей. Разводы зашкаливают все мыслимые пределы, аборты исчисляются миллионами; наркомания, алкоголизм, болезни, передающиеся половым путём, сравнимы с эпидемией, народ вымирает по миллиону в год.

Мы свободны – от совести, от человечности, от настоящей любви, от верности, от детей и семьи, от жизни. Dolce vita (сладкая жизнь) не приносит ничего, кроме разочарования, пустоты и сожаления. Вот поэтому мы видим столько мятущихся людей, наслаждениями и праздностью пытающихся заполнить пустоту души, но всё больше погружаясь в них. И как дико для этих людей, как, наверное, и во времена Христа, звучит проповедь о целомудрии, о скромности, о нестяжании, о вечности, о вере и любви. Дай Бог нам, православным, проповедовать слово Божие не только словом, а самой жизнью, чтобы, как в те далёкие языческие времена, обратить людей от безверия к Богу и спасению.

§ Священник Александр Хлебников