Библиотеке требуются волонтёры

Уверенность в себе или самоуверенность?

митр. Лима­соль­ский Афа­на­сий

Грешно ли быть уве­рен­ным в себе и верить в себя, то есть счи­тать, что можешь само­сто­я­тельно спра­виться с любой ситу­а­цией, воз­ни­ка­ю­щей на жиз­нен­ном пути? И чем отли­ча­ется разум­ная уве­рен­ность в себе от эго­и­стич­ной само­уве­рен­но­сти?

На эти вопросы отве­тить не так-то просто, потому что это тонкая про­блема, кото­рую каждый пере­жи­вает по-своему. Что здесь можно ска­зать? Совсем не обя­за­тельно, что чело­век, дей­стви­тельно жела­ю­щий изме­нить свою жизнь, имеет эго­и­стич­ную само­уве­рен­ность. Хри­сти­а­нин, как пра­вило, гово­рит, что сде­лает все от него воз­мож­ное, а Бог помо­жет.

Вспо­ми­на­ются мона­ше­ские обеты при постриге, когда дающий их обе­щает соблю­дать их, не пола­га­ясь только на себя.

Постри­га­е­мого спра­ши­вают:

– Пре­бу­дешь ли в подвиге и в оби­тели до послед­него вздоха?

Он отве­чает:

– Да, с Божией помо­щью.

– Будешь ли хра­нить воз­дер­жа­ние с преду­смот­ри­тель­но­стью и бла­го­го­ве­нием?

– Да, с Божией помо­щью.

– Ты пришел сюда, чтобы сохра­нить послу­ша­ние до самой смерти?

– Да, с Божией помо­щью.

Итак, чело­веку задают несколько очень важных вопро­сов, причем на неко­то­рые из них он не может дать точный ответ сразу же – в силу огра­ни­чен­но­сти чело­ве­че­ских спо­соб­но­стей, а он уве­ренно отве­чает: «Да, я буду делать то, что вы гово­рите, но только с помо­щью Бога». При этом личная сво­бода никем не отме­ня­ется, а, сле­до­ва­тельно, не отме­ня­ется и наша соб­ствен­ная лич­ность. Когда мы гово­рим о нашем бытии, лич­но­сти, то имеем в виду, что можем руко­во­дить своими силами и волей. Вот я говорю: я желаю сде­лать то-то и то-то, а Бог пусть помо­жет мне достиг­нуть этого. Но если я не дости­гаю жела­е­мого, то сми­ря­юсь и прошу Гос­пода о про­ще­нии, с кро­то­стью и пока­я­нием запол­няю ту пустоту, кото­рая созда­ется невоз­мож­но­стью осу­ществ­ле­ния того, о чем я заяв­лял.

Все ска­зан­ное выше каса­ется, прежде всего, моло­дых людей, для кото­рых осо­бенно харак­терна само­на­де­ян­ность. А когда чело­век уже взрос­лый, в годах… Какая уве­рен­ность в себе у него может быть? Если ему за 60 или за 70, он уже может начи­нать со всеми про­щаться… После 50 чело­век начи­нает гото­виться, «пако­вать свои вещи» – подобно тому, кто воз­вра­ща­ется домой из отпуска. Он жил здесь месяц, но отпуск закон­чился, оста­лось два или три дня, нужно нако­нец соби­раться, скла­ды­вать вещи, одежду, укла­ды­вать их, сти­рать, уби­рать в чемо­дан, быть гото­вым к тому, чтобы уехать через пару дней.

Вы ведете себя совер­шенно по-раз­ному – в первый день отпуска, когда знаете, что оста­не­тесь в этом месте на месяц или два, и в послед­ние дни. В эти дни все кон­чено – вам оста­ется только соби­рать вещи…

Когда чело­век только в начале какого-либо пути, он должен иметь дерз­но­ве­ние, но и пред­по­ло­же­ние о том, как он при­сту­пит к своему делу, как рас­по­ря­дится днями своей жизни, как он всту­пит в брак, создаст семью, будет про­дви­гаться по карьер­ной лест­нице, брать кредит, стро­ить свой дом… Если он лишен такого взгляда в буду­щее, отхо­дит в сто­рону, заяв­ляя: «Я ничего не смогу сде­лать», то в этом нет ничего хоро­шего – это нездо­ро­вое, болез­нен­ное пора­жен­че­ство, и Бог не хочет, чтобы мы были такими, потому что Бог создал нас царями, а не пора­жен­цами и рабами. Но, конечно, царями мы ста­но­вимся только после того, как обуз­даем наши стра­сти и грехи, кото­рые делают нас своими рабами. Только тогда духов­ная сво­бода пре­тво­рится в реаль­ность наших реше­ний и дел.

Все, что мы делаем, мы делаем потому, что так хотим: то есть я следую за Хри­стом в своей жизни, потому что хочу сле­до­вать за Ним… Итак, я хочу быть хри­сти­а­ни­ном, у меня может не полу­читься, но я хочу этого – в сора­бот­ни­че­стве с Богом. С Божией помо­щью и уповая на Его под­держку, я могу. Мне нужно пока­зать свое наме­ре­ние, и Бог даст мне тре­бу­е­мые силы – как гласит пре­крас­ное изре­че­ние из Пате­рика, кото­рую отцы часто повто­ряют: «Пусть Бог даст силу вашим наме­ре­ниям и жела­ниям».

У нас нет силы, у нас, воз­можно, мно­гого нет, но глав­ное – у нас есть своя воля. «Да, я хочу это сде­лать, я хочу быть хри­сти­а­ни­ном, я хочу сле­до­вать Еван­ге­лию, я хочу дер­жать свое слово и свое обе­ща­ние Богу. Смогу ли я? Не знаю, но знаю, что хочу этого. Так что если я про­явлю свою волю, то Бог даст мне силы, и моя сво­бода и Божия сила будут рабо­тать вместе ради блага меня, как чело­века, на пути к совер­шен­ству».

Так раз­ре­ша­ется вопрос: «У меня уве­рен­ность в себе или эго­и­стич­ная само­уве­рен­ность?» Нали­чие или отсут­ствие эго­изма ста­но­вится явным бла­го­даря совсем дру­гому.

Иногда чело­век должен ока­зать сопро­тив­ле­ние. Он должен быть настой­чи­вым в том, что есть его.

Многие будут гово­рить вам: «Вы упрямы, вы сле­ду­ете только своей воле». Так что же? Что, если так? Разве я должен быть как тро­стинка, кото­рую ветер качает туда-сюда? Неужто вы дума­ете, что если ско­ман­ду­ете: «Эй! Иди сюда!», то я тотчас и побегу?

Нужно иметь твер­дость гово­рить: «Нет, я не пойду в это место; это не по мне, у меня нет жела­ния идти туда, а вы можете идти… Вы можете делать, что хотите, я уважаю вашу сво­боду, я не могу ей мешать, но я, без­условно, не считаю обя­за­тель­ным для своей сво­боды делать то, чего не хочу. Это все».

Как все мы знаем из соб­ствен­ного опыта, чело­век должен иногда быть настолько тверд, настолько непо­ко­ле­бим в своих убеж­де­ниях, что даже если все его окру­же­ние будет давить на него или угро­жать, тем не менее он отве­тит: «Я не отка­жусь от своей точки зрения, а вы можете делать все, что хотите!»

Чело­веку не нужно раз­ру­шать себя, он не должен дей­ство­вать так, чтобы всегда и во всем усту­пать якобы из сми­ре­ния. Такая пози­ция не имеет отно­ше­ния к сми­ре­нию, потому что под­лин­ное сми­ре­ние не обез­глав­ли­вает чело­века. Сми­ре­ние делает нас совер­шен­нее; сми­ре­ние предо­став­ляет нам сво­боду выбора в пони­ма­нии того, где мы должны усто­ять, а где нет; где должны ска­зать «нет» и остаться на месте, а где – пол­но­стью под­чи­ниться дру­гому чело­веку – без­условно.

Так что нельзя думать, будто бы нам не при­стало хотеть что-то изме­нить в своей жизни, иметь мечту – осо­бенно в моло­до­сти – напри­мер, стать врачом или кем-то еще. Кто-то скажет вам, что это невоз­можно, – ну и что? Я должен пере­стать хотеть? Разу­ме­ется, невоз­можно не иметь жела­ний – только мерт­вый ничего не хочет. Даже вели­кие святые имели боль­шие жела­ния… Какие же? Испол­нить Божию волю. И хотя святые обычно по сми­ре­нию усту­пали, но, когда дело каса­лось Божией воли, они оста­ва­лись непре­клон­ными. Они были непо­ко­ле­бимы, так что даже если бы весь мир обру­шился на них, они не изме­нили бы своего поло­же­ния.

Вспом­ним, что гово­рил святой Косма Это­лий­ский: «Когда ты видишь турок и они тре­буют серебро, поз­воль им взять серебро; они захо­тят земли – отдай им поля; раз­реши им взять все – и не сопро­тив­ляйся. Только не отда­вай туркам свою душу». В этом ты должен оста­ваться непо­ко­ле­би­мым. Ты должен выучить, что значит «нет», и отве­тить всему, что пося­гает на твою душу: «Нет». К сожа­ле­нию, в наши дни многие под­ростки гово­рят: «…но это же мои друзья – что я могу сде­лать? Это моя ком­па­ния – как я могу ска­зать им “нет”? Разве могу я разо­ча­ро­вать их и пойти против?»

Здесь не может быть двух мнений. Есть опре­де­лен­ные гра­ницы в наших отно­ше­ниях с людьми. Как гласит посло­вица: ты же не поз­во­ля­ешь кому угодно ложиться в твою постель? Да, он может войти в твою гости­ную, даже пройти на кухню, но ему не доз­во­лен доступ в твои личные покои. Незна­комцы просто не могут туда войти. Есть опре­де­лен­ные пре­делы, и мы гово­рим: «Нет, сюда вы не можете войти».

Нам необ­хо­димо научиться обо­зна­чать эти пре­делы. И, как мы уже гово­рили, истин­ное сми­ре­ние дарит чело­веку лич­ность – чрез­вы­чайно силь­ную, но ни для кого не опас­ную. Она никому не вредит, как и Сам Бог, Кото­рый управ­ляет миром, никому не нанося ущерба.

Бог дал нам сво­боду делать все, что мы хотим. У нас есть сво­бода отвер­гать Его, оскорб­лять Его… Он дал нам эту сво­боду, потому что у Него нет чув­ства неза­щи­щен­но­сти. У сми­рен­ного чело­века тоже нет чув­ства неза­щи­щен­но­сти, он не скло­нен к подо­зри­тель­но­сти или сла­бо­сти; он поз­во­ляет другим посту­пать, как те хотят, но сам оста­ется непо­ко­ле­би­мым в своих реше­ниях. Он уверен, но никому не мешает.

Эго­и­стич­ная само­уве­рен­ность есть в том случае, когда чело­век гово­рит: «Я могу делать все сам и ни в ком не нуж­да­юсь». Но не в том случае, когда вы гово­рите: «С Божией помо­щью, я сделаю; я попы­та­юсь это сде­лать, и я молю Бога, чтобы Он помог мне…»

Напри­мер, вы гово­рите: «Я хотел сдать эти экза­мены; я сделал все воз­мож­ное, я учился, я во всем посту­пал так, как было нужно, но я не сдал». Это то, что обна­ру­жи­вает вашу внут­рен­нюю сущ­ность как духовно здо­ро­вую. Да, вы чув­ству­ете разо­ча­ро­ва­ние – по-чело­ве­че­ски, но вы не будете ощу­щать уныния или отча­я­ния и бро­сать все. Вы гово­рите себе: «Ладно, я при­ни­маю эту неудачу, я рас­смат­ри­ваю неудачу как воз­мож­ный резуль­тат. Это меня не пугает, это не вызы­вает у меня паники. Неудача не раз­да­вит меня. Это допу­стимо – столк­нуться с неуда­чей, ведь она не всегда имеет отри­ца­тель­ные послед­ствия… Я чело­век, я огра­ни­чен в своих воз­мож­но­стях, я не иде­а­лен, не все­мо­гущ, я не могу добиться всего…»

Вот почему, даже когда святые гре­шили, у них были силы под­няться вновь с про­сто­той и здо­ро­вым отно­ше­нием; если они гре­шили, то кая­лись из самой глу­бины своего сердца, и так до самой смерти, но они нико­гда не под­да­ва­лись чув­ству угне­те­ния и депрес­сии. Мы же, когда внутри нас есть грех, начи­наем зани­маться мучи­тель­ным само­ко­па­нием и тер­за­нием, как будто согре­шить есть что-то стран­ное для нас… Неужто вы и впрямь счи­та­ете себя настолько важным и непо­гре­ши­мым, что рас­счи­ты­вали нико­гда не оши­баться и не в чем не погре­шить?

Грех и ошибка рядом с нами в любую минуту; они «заме­шаны» в нас. Это обыч­ное для нашего состо­я­ния дело, и поэтому даже скром­ный чело­век должен быть бла­го­ра­зум­ным. Он скажет себе: «Эй, я должен быть осто­рож­ным и не под­вер­гать себя опас­но­сти». Сми­рен­ный чело­век будет дей­ство­вать осмот­ри­тельно, в то время как над­мен­ный скажет, что нет про­блем, а потом – бац! – падает…

Жить во Христе не значит, что вы спо­койно можете «про­спать» всю свою жизнь, и все будет идти гладко, без всяких забот. Нет. Жизнь во Христе про­хо­дит в серьез­ной борьбе; вы должны запла­тить за свою сво­боду кровью. Слова «Я буду сле­до­вать за Хри­стом» испол­нить не так-то просто, и в этом нет ничего стран­ного. Жизнь во Христе тре­бует мно­гого, иногда очень мно­гого. Чтобы обре­сти такую жизнь, необ­хо­димо при­ло­жить к этому все свои силы… Иными сло­вами, вы не сидите, сложа руки и ожидая от судьбы, что она подаст вам все, что поже­ла­ете. Вы боре­тесь. Жизнь во Христе – это борьба.

пере­вела с англий­ского Анге­лина Лео­нова
5 мая 2011 г.

Православие.ru

Размер шрифта: A- 15 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: A T G
Текст:
Боковая панель:
Сбросить настройки