Краткий домашний Часослов

Святые мученики 14 000 младенцев убиты царем Иродом в Вифлееме. Когда пришло время совершения величайшего события – Воплощения Сына Божия и Рождения Его от Пресвятой Девы Марии, восточные волхвы увидели на небе новую звезду, предвозвещавшую рождение Царя Иудейского. Тотчас они направились в Иерусалим для поклонения Родившемуся, а звезда указывала им путь. Поклонившись Богомладенцу, они не вернулись в Иерусалим к Ироду, как он приказывал им, но, получив откровение свыше, ушли в свою страну иным путем. Тогда Ирод понял, что замысел его найти Младенца не осуществился, и приказал убить в Вифлееме и окрестностях всех детей мужского пола от двух лет и младше. Он рассчитывал, что среди убитых детей будет и Богомладенец, в Котором видел соперника. Погубленные младенцы стали первыми мучениками за Христа. Гнев Ирода обрушился и на Симеона Богоприимца, который всенародно свидетельствовал в храме о Родившемся Мессии. Когда святой старец скончался, Ирод не допустил, чтобы его достойно погребли. По повелению царя был убит святой пророк священник Захария: его умертвили в Иерусалимском храме между жертвенником и алтарем за то, что он не указал, где сын его, Иоанн, будущий Креститель Господа Иисуса Христа. Гнев Божий вскоре покарал самого Ирода: его постигла лютая болезнь, и он умер, заживо съеденный червями. Перед смертью нечестивый царь довершил меру своих злодеяний: убил первосвященников и книжников иудейских, родного брата, сестру и ее мужа, свою жену Мариамну и трех сыновей, а также 70 мудрейших мужей, членов Синедриона.

Вифлеемская трагедия

Когда человек впервые читает Евангелие, то может ужаснуться тому факту, что в Вифлееме были убиты 14 000 невинных младенцев. О смысле их страданий и смерти рассуждают преподаватели Минских Духовных Школ: Библейской истории – Константин Константинович Мачан (он первым отвечает на наши вопросы) и философии – иерей Сергей Лепин.

Как Вы оцениваете смысл страданий Вифлеемских младенцев? И какое место уготовано им в загробной жизни?

Никакие страдания не остаются бессмысленными перед Богом. Об этом говорят и многочисленные свидетельства из Священного Писания, и примеры из жизни людей, страдающих в этом мире по тем или иным причинам. Промысл Божий о человеке и мире направляет все ко благу, но не всегда человеческому чувственному пониманию удается осознать увидеть это сразу, в один миг. А иногда и далекие исторические примеры остаются для нас необъяснимыми с точки зрения оправданности страданий. Вифлеемские младенцы стали первыми мучениками за Христа, пролившими свою невинную кровь за Спасителя мира. Хотя они сделались мучениками бессознательно, но это произошло по Промыслу Божию. После Крестной Жертвы Спасителя страдания за Него становятся для человека свидетельством веры. Ведь по-гречески «мученик» – «свидетель». Но что можно говорить о праведниках Ветхого Завета, страдающих за Истинного Бога еще до пришествия Христа или о страданиях Вифлеемских младенцев – сверстников Младенца-Спасителя? Без сомнения, они важны для Бога ничуть не меньше новозаветных, с той лишь разницей, что Христос пострадал за них на Кресте и освободил от греха, проклятия и смерти после их земной жизни.
Многообразие примеров мученичества можно условно разделить на две группы: мученичество выбора и мученичество по необходимости (без вариантов). В первом случае мученику предлагается отречься от Христа и продолжать жить без Него на земле и в загробной жизни или с Ним, пострадав за Него: «Итак всякого, кто исповедает Меня пред людьми, того исповедаю и Я пред Отцем Моим Небесным» (Мф.10:32). Ко второму подвигу мученичества относятся те случаи, когда человек не выбирает «жизнь или веру», принимает страдания потому, что кому-то в религиозных или политических целях необходимо убрать своих оппонентов. Царь Ирод Великий, узнав о новорожденном Царе Иудейском (по пророчеству – появившемуся на свет в Вифлееме) и опасаясь, чтобы Он не отнял со временем у него царства, «послал избить всех младенцев в Вифлееме и во всех пределах его, от двух лет и ниже» (Мф.2:16). По преданию, их было 14 000. Не зная, где именно находится Иисус, Ирод желал в числе этих невинных страдальцев погубить новорожденного Христа. У этих младенцев не было выбора – они еще не осознали жизнь с ее превратностями, ни у кого из них не спросили, выбирают ли они этот путь или нет. Но именно такой была их дорога в Царство Небесное. За свои великие злодеяния Ирод не избежал наказания Божия – тело его покрылось болезненными ранами. Рядом с ним не было ни одного человека, который бы сочувствовал его страданиям. Но и на смертном одре Ирод продолжал умножать зло: приказал убить брата, сестру и ее мужа, наконец, предал смерти свою жену Мариамну и трех сыновей, видя в них соперников.

Почему Господь попустил смерть и мучения невинных детей? Ведь они не совершили зла и греха?

Здесь можно ответить относительно их земной участи. Святитель Иоанн Златоуст говорит: «Если бы кто взял у тебя несколько медных монет, а взамен отдал тебе золотые, неужели ты считал бы себя обиженным? Напротив, не говорил ли бы ты, что этот человек – твой благодетель?». Здесь несколько медных монет – наша земная жизнь, которая рано или поздно заканчивается смертью, а золото – жизнь вечная. Так, за несколько мгновений страданий и мучений младенцы обрели блаженную вечность, обрели то, чего святые достигали подвигами и трудами всей жизни. Вифлеемские младенцы наследовали себе вечную жизнь в сонме Ангелов. Для них страдания были той таинственной дверью, которая привела их в Царство Небесное.

Пророк Иеремия пишет: «Глас слышен в Раме, плач и рыдание и вопль; Рахиль плачет о детях своих и не хочет утешиться, ибо их нет» (Иер.31:15). Это относится только к Вифлеемским младенцам или ко всем поколениям христианских мучеников-младенцев?

Рама – это местечко в Израиле, где была похоронена Рахиль, жена ветхозаветного патриарха Иакова, сына Исаака и внука Авраама. По преданию, когда сына Рахили, Иосифа, вели в Египет как пленника и раба, он, проходя мимо гробницы своей матери, заплакал и закричал: «Мать моя, слышишь ли ты меня? Мать моя, видишь ли, куда ведут твоего сына?» В ответ из гробницы послышалось рыдание. Затем, когда вавилонский царь Навуходоносор в 586 году до Рождества Христова сокрушил и разгромил Иудейское царство, то он приказал переселить его жителей в Вавилонию, и Рама была городом, где собирали пленников-иудеев, чтобы везти их в далекую страну.
По своему географическому положению город Рама находится в 12-ти километрах от Вифлеема. Поэтому можно предположить, что когда царь Ирод «послал избить всех младенцев в Вифлееме и во всех пределах его» (Мф.2:16), эта территория включала в себя и Раму. В Ветхом Завете пророк Иеремия описывает жителей Иерусалима, уводимых на чужбину (Иер.1:15), и эти слова о плачущей Рахили сказаны о них. На этом печальном пути они проходят мимо города Рамы – места захоронения Рахили (1Цар.10:2); и Иеремия рисует Рахиль, плачущую даже во гробе о судьбе, выпавшей ее народу в вавилонском пленении.
Но спустя века произошла более страшная трагедия. Уже не враги уводили в плен, а свои соплеменники убивали неповинных детей. В наше время, помня о младенцах из Вифлеема, мы вспоминаем обо всех убиенных – убитых просто так, без обвинения, без какого бы то ни было «состава преступления», убитых просто так, по той причине, что это было нужно многочисленным каинам и иродам.

Предание говорит, что младенцев было 14 000, а в Евангелии об этом ничего не сказано. Эта цифра имеет какое-либо значение?

Их было, как указывает византийская традиция, 14 000. Понятно, что столько детей «от двух лет и ниже» просто не могло быть в маленьком Вифлееме и его окрестностях. Отсюда становится ясно, что число это имеет символическое значение. Оно говорит о массовости такого явления, как убиение невинных, как репрессии, которые чаще всего обрушиваются не на единиц, а на тысячи и даже миллионы. Евфимий Зигабен, византийский богослов ХII века, пишет об этом так: «Ирод полагал, что звезда, возвестившая мудрецам с востока о Рождестве Христовом, не тотчас же явилась им, но что Младенец родился задолго до ее появления. Для большей безопасности он и повелел предварить время на два года».
В то же время можно говорить о символичности цифры «14» как о числе «сыновей» Рахили. В Библии сыновьями Рахили называются не только Иосиф и Вениамин, рожденные ею, но также и внуки (сыны Иосифа и сыны Вениамина) – «это сыны Рахили, которые родились у Иакова, всего четырнадцать душ» (Быт.46:22). По 14-ти тысячам «своих сыновей» плачет Рахиль спустя 17 столетий после своей земной жизни.
Вообще цифра «14» часто встречается в библейской традиции. Например, в родословной Спасителя насчитывается «всех родов от Авраама до Давида четырнадцать родов; и от Давида до переселения в Вавилон четырнадцать родов; и от переселения в Вавилон до Христа четырнадцать родов» (Мф.1:17). Память избиенных в Вифлееме младенцев Церковь начала совершать уже во II веке. Вероятно, тогда и была определена цифра 14 000.

Иерей Сергей Лепин:
Все вопросы относительно Вифлеемских младенцев возникают оттого, что мы немного путаемся в периодизации. В самом деле, к какому Завету относится эта ужасная история – к Ветхому или к Новому? Очень распространенной ошибкой является отнесение того или иного события к Новому Завету лишь на том основании, что о нем говорится в Новом Завете. Это, на мой взгляд, не так. Давайте обратим внимание, например, на историю святого Иоанна Предтечи – последнего ветхозаветного пророка, который, обладая удивительной святостью, сподобился не только быть призванным к пророческому служению, но и увидеть осуществление своего пророчества. Новый Завет заключен только во Христе: в Его Теле, за нас ломимом, и Крови, за нас изливаемой, – во всей Его жизни и действиях.
С моей точки зрения, Вифлеемские младенцы являются ветхозаветными мучениками, потому что Христос есть первый новозаветный Первосвященник, Пророк и Царь. И из первосвященства Христа вытекает и Его первомученичество. Он стал первомучеником Нового Завета, добровольно принеся Себя в Жертву Искупления. Хотя, естественно, Вифлеемские младенцы могут быть названы мучениками за Христа, причем в двояком смысле. Во-первых, потому, что они погибли в результате жуткой истории, главными сюжетами которой были события жизни Христа, и погибли, в прямом смысле, вместо Него. А во-вторых, я бы не стал подвиг ветхозаветных мучеников, о котором они пророчествовали и исполнение которого чаяли, отделять и противопоставлять Евангелию.
Куда попали души Вифлеемских младенцев после смерти? Как мы верим, до искупительной Жертвы Христа души всех умерших людей – и праведных, и грешных – нисходили во ад, поскольку человек в невозрожденном, падшем состоянии не мог быть чадом Божиим и наследовать рай – дом Отца Небесного. Поэтому, помня об этом, нам не составит никакого труда ответить на вопрос о посмертной участи Вифлеемских младенцев: они были убиты и после смерти приложились к отцам своим вместе с сонмом ветхозаветных праведников, пророков и мучеников. Если считать, что возраст и состояние нашего тела (младенчество, болезни, старость) налагают соответствующие ограничения на нашу душу, то, преждевременно и насильно лишившись этих ограничений, души младенцев смогли услышать и учение пророков о Грядущем Мессии, и проповедь Иоанна Крестителя, который, как мы знаем, был Предтечей Христа и в аду. И уж потом только Господь наш, умерев на Кресте, Своей душой сошел во ад и, сокрушив вечные его оковы, вывел всех ожидавших и уверовавших в Него. Младенцы умерли до Христа, но после и совосстали с Ним, ибо Он умер и за них.
Конечно, когда читаешь соответствующее место Священного Писания, то не можешь не ужаснуться той жестокости, которой обернулся мир по отношению к ни в чем неповинным детям. Естественно, у нас здесь возникает ряд вопросов, прежде всего о смысле такого страдания. Здесь я считаю очень важным подчеркнуть – страдание Вифлеемских младенцев не имело никакого смысла, ибо убийство невиновных (тем более детей) не может иметь никакого смысла. Была лишь явная злая воля и умысел Ирода, но стоит ли это называть смыслом? Это произошло оттого, что «мир лежит во зле» (1Ин.5:19) и не знает Бога. Бог же не сотворил страданий, и само по себе страдание – это то, посредством чего дьявол пытался сделать этот мир бессмысленным. Бессмысленность страданий – проблема, с которой пытались справиться многие религии. Но особенность учения Христа в том, что оно не пытается избавить человека от страдания как такового, а предлагает человеку наделить свое страдание смыслом и претерпеть его до конца. И Сам Христос учит не откуда-то с высока о том, как мы должны поступать в тех или иных жизненных испытаниях, но, напротив, Своим примером показывает, как мы должны переживать лишения и беды. Он Сам оказался в самом эпицентре страдания, боли, смерти. Страдание и смерть – это то оружие, на которое рассчитывал дьявол в войне против рода человеческого. Но именно страдание, смерть (и Воскресение, конечно) – то, чем Христос победил сатану. Теперь только от нас зависит, будет ли наше страдание в совосстание со Христом или оно так и останется бессмысленным и беспросветным. Кто во Христе, тот приобретен, а не потерян, что бы с ним ни произошло! А как же дети? Что от них зависит? Давайте обратим внимание на слова пророка Иеремии, которые приводит евангелист Матфей, повествуя об этой трагедии: «Глас слышен в Раме, плач и рыдание и вопль; Рахиль плачет о детях своих и не хочет утешиться, ибо их нет» (Иер.31:15). Казалось бы, при чем здесь это? Можно подумать, что Матфей приводит это место только для того, чтобы подчеркнуть трагизм происходящего. А давайте откроем Библию и прочитаем дальше: «Так говорит Господь: «Удержи голос твой от рыдания и глаза твои от слез, ибо есть награда за труд твой, – говорит Господь, – и возвратятся они из земли неприятельской. И есть надежда для будущности твоей, – говорит Господь, – и возвратятся сыновья твои в пределы свои» (Иер.31:16-17). На самом деле аллюзия на ветхозаветное место отнюдь не так драматична, не так ли? Евангелист, пожалуй, наоборот, хочет подчеркнуть наличие какого-то грядущего блага, избавления, спасения даже в таких случаях!
Традиция говорит нам о том, что всего пострадало 14 000 детей. Такое число вызывает сомнение у современных ученых: тот город, который имеет такое количество младенцев такого возраста, просто не соответствует тому провинциальному поселению, которое называлось Вифлеемом (исходя, по меньшей мере, из того, что мы знаем о географии и демографии того времени). Почему тогда 14 000? Я думаю, что это не просто статистика жертв. Дело в том, что число «14» было особым для иудеев. Это число имени Давида (у древних евреев буквы обозначали еще и цифрами, а сумма цифровых значений букв в имени Давида равняется 14-ти). Евангелист Матфей приводит родословие Иисуса, сформированное из трех групп по 14 имен в каждой (но оно далеко не полное), чтобы показать, что Иисус есть потомок царя Давида. И звезда над Вифлеемом – это звезда царственного рода Давида. Мне думается, что 14 000 – это тоже некоторая стилизация под эту идею. А с другой стороны, 14 – это дважды по семь. 7 – число, выражающее идею святости и законченности; оно отсылало иудеев к идее Субботы и полноты творения. Можно предположить, что 14 000 – это метафора, указывающая на двойную исключительность размеров кровопролития и невероятные размеры страдания, а также на намерение толкователей отнести случившееся к Священной Истории Отпрыска Давидова.

Преподобный Маркелл, игумен обители "Неусыпающих", был родом из г. Апамеи в Сирии. Он рано лишился своих родителей-христиан. Образование получил сначала в Антиохии, затем в Ефесе. Всё имение, доставшееся от родителей, он роздал нищим, порвав связь с миром. В Ефесе под руководством опытного старца Маркелл вступил на путь подвижничества, но затем ушел в Византию к преподобному Александру, игумену обители "Неусыпающих". Обитель получила название от того, что в ней псалмопение совершалось беспрерывно – день и ночь. Преподобный принял Маркелла и постриг его в иночество. Ревностно подвизаясь в бдении, посте и молитве, святой рано удостоился великих духовных дарований и дара прозорливости. Он провидел день кончины аввы Александра и свое избрание игуменом, но, будучи сам еще молод, не захотел иметь подначальных и временно удалился из обители, обходил монастыри, получая назидание от старцев.

После смерти святого Александра, когда игуменом был поставлен авва Иоанн, Маркелл вернулся, к великой радости братии. Авва Иоанн сделал Маркелла ближайшим своим помощником. После смерти Иоанна святой Маркелл вопреки своему желанию был избран игуменом монастыря и в этом сане пребывал 60 лет. Далеко распространилась слава о его святой жизни. К Маркеллу приходили издалека знатные и простые, богатые и убогие. Окружавшие святого много раз видели Ангелов, сопутствовавших святому и охранявших его. Помощью Божией обитель "Неусыпающих" благоустраивалась. Святой Маркелл, получая от верующих людей средства на ее расширение и украшение, построил прекрасную большую церковь, больницу, странноприимный дом. Своей молитвой преподобный врачевал болезни, изгонял бесов и творил чудеса. Так, один из иноков был послан в Анкару и там заболел. Будучи при смерти, он мысленно воззвал к своему авве. В тот же час преподобный Маркелл духовным слухом услышал вопль ученика, встал на молитву, и больной тотчас же выздоровел. Когда корабль, на котором находились его иноки, находился в опасности, молитвой преподобный утишил морскую бурю. Когда святому сказали, что в Византии бушует пожар, он слезно помолился за погибающий в огне город, и пожар утих, как бы потушенный слезами преподобного. Однажды слуга некоего вельможи Ардавурия, незаслуженно обвиненный, укрылся в обители от гнева господина. Ардавурий дважды требовал от святого Маркелла, чтобы он выдал ему Иоанна, но тот всякий раз отказывался. Тогда Ардавурий прислал отряд воинов, и монастырь был окружен. Упавшие духом братия пришли к авве, прося избавления от беды. Святой Маркелл один бесстрашно вышел за ворота монастыря к воинам, держа крест. Преподобного окружало сияние, от креста исходили молнии; слышался гром. Тогда отряд обратился в бегство. Ардавурий, узнав от воинов о случившемся, пришел в ужас и ради святого Маркелла простил слугу.

Преподобный мирно преставился к Богу в 485 году. Его верный ученик Лукиан тяжко скорбел о нем, но на пятый день после кончины преподобный Маркелл явился ему и утешил, предсказав скорую кончину.

Краткое житие преподобного Василиска Сибирского

Преподобный Василиск Сибирский – святой старец, родился ок. 1740 г. Скончался он в городе Туринске 29 декабря 1824 года и был похоронен в Свято-Николаевском Туринском монастыре. Любовь к Богу и ближнему, непрестанная молитва и глубокий духовный опыт привели его к святости. Преподобного Василиска можно поставить в один ряд с величайшими угодниками Божиими: преподобным Сергием Радонежским, преподобным Серафимом Саровским, святителем Николаем Чудотворцем.

В ХХ веке многие почитали святого Василиска, но в годы советской власти было сделано все для того, чтобы этот подвижник был забыт. Часовню над могилой святого старца разрушили, а на ее месте возвели гаражи.

7 лет назад Спасским мужским и Ново-Тихвинским женским монастырями Екатеринбурга были организованы поиски места захоронения старца Василиска. Эти поиски увенчались успехом: в 2000 году братьями Спасского монастыря обретены мощи старца.

Сестры Ново-Тихвинской обители подготовили документы и направили их в комиссию по канонизации, и преподобный Василиск Сибирский был прославлен в лике святых в 2004 году.

Полное житие преподобного Василиска Сибирского

«Аще не обратитеся и не будете яко дети, не внидите в Царство Небесное», – сказано Господом, и многим на первый взгляд это кажется легким для исполнения. Но лишь редкие избранники Божии, и среди них Василиск Сибирский, достигли своим подвигом и непрестанной Иисусовой молитвой духовного младенчества – полного незлобия, совершенного отсутствия возношения, глубокого сознания своей немощи и нужды в ежеминутном заступлении Божием. Путь преподобного Василиска к этой вершине лежал через тяжкие скорби и искушения. Пустынник Василиск (в миру Василий) родился в середине XVIII века в семье крестьянина деревни Иваниш Калязинского уезда Тверской губернии. Его родители, Гавриил и Стефанида, детей своих, троих сыновей, воспитывали в страхе Божием. Отрок Василий с детства познал труд и нужду: просил милостыню, затем некоторое время был пастушком. С малых лет его отличали простота сердца, любовь к Богу и смиренный нрав. Не смея перечить отцу, Василий вступил в брак, но вскоре с согласия жены оставил семью и начал проводить монашеский образ жизни сначала в миру, а затем в различных монастырях. Некоторое время жил он отшельником в лесах Чувашии. Василий стремился постоянно пребывать в молитве, не давал послабления своей плоти: берегся от насыщения, излишнего питья и особенно сна, все ночи под праздники проводил в бдении. Если же его начинал одолевать сон, он клал поклоны, колол дрова или пел духовные песни. И так проводил он все праздники в великом труде до изнеможения, ибо тогда не знал еще о сердечном безмолвии и хранении ума. Когда к нему заходили странники, он всех любезно встречал, но если кто-нибудь просился к нему жить, – отказывал, говоря, что грешен, пребывает в нерадении и вообще дал обет проводить жизнь уединенную. Когда же проситель настаивал, Василий отвечал ему с кротостью: «Вместе жить нам никак нельзя, но, если хочешь, оставайся в моей келлии, а я пойду на другое место».

Как-то один из странствующих братий рассказал Василию, что в брянских лесах живет в пустыне с учениками иеромонах Адриан – старец великой жизни, многоопытный и простой. Василий, желая предать себя в повиновение искусному наставнику, сразу же отправился к нему. И действительно, жизнь при старце Адриане стала для него новой ступенью монашества. Предав себя ему в послушание, Василий преуспевал в постнических трудах и скоро, как лоза привитая и давшая ко времени плод, был пострижен старцем в мантию с именем Василиск. Через некоторое время отец Адриан был вызван Петербургским митрополитом Гавриилом для обновления Коневской обители, и все его ученики последовали за ним, а отец Василиск остался жить в столь желанном для него уединении. Однако теперь напали на него искушения и страхования, каких раньше он и не испытывал. Часто по ночам просыпался он от жутких голосов, угрожавших ему: «Ты здесь один, а нас много, мы тебя погубим». От нестерпимого ужаса случалось ему впадать в уныние. Ко всему прочему, тело его было немощно и болезненно. Пищу употреблял самую простую, даже суровую, а если и принимал какие-либо приношения от почитавших его, то сам почти ничего не ел, а все раздавал другим. Также вырезал старец из дерева грубоватые ложки (изящно делать он не умел) и дарил посетителям. Те очень радовались и щедро жертвовали за подарок, столь для них дорогой.

Такова была жизнь смиренного монаха Василиска, посвящавшего все время молитве и подвижничеству. Примерно в это время встретил он своего будущего сомолитвенника и духовного брата – отца Зосиму (Верховского), тогда еще носившего имя Захария и желавшего стать отшельником. Пустынническая жизнь брянских монахов привлекала душу юноши, но более всех прилепился он сердцем к отцу Василиску. Взаимна была и любовь к нему старца. «Всегда просил я Господа, чтобы послал мне друга духовного, искреннего, сердечного, единодушного, ибо и в безмолвии трудно жить одному. Сказано: «брат от брата помогаем, яко град тверд» и «горе единому». Итак, я просил Бога, а сам не решался никого принимать, ожидая, пока Сам Господь, «ими же весть судьбами», явит мне такового. И вот душа моя прилепилась к тебе столь сильною любовью, что как будто известился я, что в тебе дает мне Господь просимого мною», – говорил ему позже сам старец. Чтобы испытать силу произволения и твердость намерения юного Захарии, Василиск благословил его пожить сначала в Коневской общежительной обители и лишь через три года, с благословения отца Адриана, принял к себе. Однако хотя он и полюбил Зосиму, как свою душу, все же не считал его за сына и ученика, полагая, что по просвещению ума своего Зосима более него сведущ во всех писаниях святых отцов. Кроме того, именно Зосима открыл старцу тайное монашеское сокровище, объяснив учение о сердечной молитве. С возгоревшейся ревностью, усердно начал упражняться Василиск в молитве Иисусовой и так ее полюбил, так прилежно ей обучался, что плоды ее не замедлили явиться в этом простом и смиренном сердце, искренно любящем Господа. О чудных духовных действиях молитвы в старце Василиске отец Зосима составил особую рукопись – «Повествование о действиях сердечной молитвы старца-пустынножителя Василиска», куда прилежно записывал все откровения подвижника. Отец Василиск не только доверял ему тайны своего сердца, но и сам рассматривал и выправлял повествование. Чистота сердца и глубокое смирение перед Богом и ближними позволили преподобному достичь возвышеннейшего духовного преуспеяния. Неоднократно удостаивался он осияния лучезарным светом, сподоблялся лицезрения Спасителя и Пресвятой Богородицы, видений райских блаженств и адских мук, а однажды в упоении духовной любовью ко Господу был восхищен из тела на воздух и наслаждался несказанной сладостью и блаженством (истинность молитвенного подвига старца Василиска засвидетельствовал святитель Игнатий (Брянчанинов), который в III томе своих аскетических сочинений пишет, что, насколько ему известно, в его XIX столетие только два инока сподобились видеть свою душу исшедшею из тела, одним из каковых и был преподобный Василиск).

Около 10 лет провели отец Василиск и отец Зосима по благословению отца Адриана близ Коневской обители, упражняясь в монашеских подвигах и особенно в молитве Иисусовой. Многим помогали они мудрыми советами: десятки богомольцев посещали подвижников, и все находили у них доброе утешение и духовную поддержку. Нередко отец Василиск предузнавал и перемены, грядущие в жизни его или других людей, которые со временем и исполнялись.

Затем в течение 20 лет подвизались они в отшельничестве в сибирском лесу в районе г. Кузнецка. Здесь с ними произошел такой случай. Отправляясь на зимовку, договорились они с одним благочестивым крестьянином, что он в определенное время будет подвозить им продукты, а весной, до разлива рек, поможет выбраться из тайги. Наступила весна, а крестьянин по неведомым причинам к ним не приехал, и, видя, что дальнейшее ожидание бесполезно, отшельники решились идти сами. Расстояние в сорок верст полагали они пройти дня в два-три, но на деле путь этот занял не одну неделю. После первых же дней путешествия увидели они, что совсем заблудились и в какую сторону идти, не знают: небо затянуло облаками, ветер воет, солнце вовсе не появляется. Предав себя на волю Божию, двигались они, ориентируясь по солнцу, а в пасмурные дни – по коре деревьев. Одежда и обувь на них поизносились, запас пищи подходил к концу, все меньше оставалось сил. Как-то раз, проведя ночь почти без отдыха, пришли они к берегу реки, через которую надо было переправляться. Старец Василиск, встав на лыжи, перешел по льду без препятствий. Следом за ним двинулся и отец Зосима, но так как он был тяжелей, то лед не выдержал его, и он стал тонуть, погрузившись по грудь в воду. На ногах лыжи, а нагнуться и отвязать их мешает лед. Сил старца Василиска, конечно, не хватило бы, чтоб вытащить утопающего. «Тогда, – вспоминал отец Зосима, – я отчаялся остаться в живых. Ибо ноги мои из-за креплений держались на лыжах, а сами лыжи в реке, увязли во льду и снегу. И никак невозможно было мне подняться и вылезти на берег, нагнуться же и рукою достать лыжи вода и лед не давали. Старец мой, видя, что я так увяз, не знал, как помочь. Тогда воззвали мы к Божией Матери: «Пресвятая Богородице, помоги!» Я просил старца подать мне свою руку, говоря ему: «Авось как-нибудь, придерживаясь за тебя, выйду». Он подал, – и я так легко и скоро вышел к нему на берег, что мне кажется – легче, нежели бы я был свободным и не погрязшим! И как мои ноги вышли из лыж, привязанных к ним ременными креплениями, – это весьма удивительно. Только Господь Бог, ради Владычицы нашей Пресвятой Богородицы, восхотел даровать мне еще жизнь и явить, сколь облагодатствован мой старец».

Прошло еще несколько дней: вновь и вновь поднимались измученные путники и брели вперед, уповая на милость Божию, ни еды, ни сил у них уже не было. Наконец, к великой своей радости, увидели они отпечаток собачьей лапы, потом след человека, и вот вдали показалась деревня! Вместе с благодарственной молитвой к Богу неудержимым потоком полились слезы. Долго сидели они, отдыхая и размышляя о том, как Господь Бог отечески их наказал, но смерти не предал, что, несомненно, по Его Промыслу случилось им искушение, для научения и познания самих себя. А более всего благодарили они Бога за то, что во всех прискорбностях удержал Он их от ропота и не позволил отчаяться в Его всещедрой милости. Более двух месяцев был старец Василиск как расслабленный, не мог сам ни пить, ни есть, но постепенно пришел в силы. Более молодой отец Зосима оправился быстрее и во всем ему помогал. Видя вокруг внимание и участие, решили они остаться в Кузнецком округе до конца жизни. В пятидесяти верстах от Кузнецка пустынники нашли себе удобное место, с помощью благодетелей построили две келлии и стали вновь жить отшельнически. Ходить друг к другу воздерживались они до субботы, особенно в среду и пяток хранили уединение. А воскресенья и праздники проводили вместе в чтении и духовных дружеских беседах, прогуливаясь по пустынным окрестностям. Весною же, когда травы еще не велики, недели по две не возвращаясь, ходили по разным лесным местам, по горам и долинам, взяв с собою огниво, котелок и сухарей. Добрые христолюбцы изредка посещали пустынных старцев, делая им приношения. Однако денег они решительно ни от кого не брали, а только лишь самые простые и скудные пожертвования, необходимые для их пропитания и одеяния. Причем старались воздавать и за них своим рукоделием: отец Василиск делал посуду глиняную, а отец Зосима – деревянную. Таково было их житие внешнее. Но невозможно описать то, что совершалось в глубине их душ, ибо никакие слова не могут в точности изобразить внутреннюю жизнь истинных пустынников. 24 года прожили старцы Зосима и Василиск в пустыне почти неисходно, думая, вероятно, и окончить там свои дни. Однако, «зажегши свечу, не ставят её под сосудом, но на подсвечнике, и светит всем в доме» (Мф.5:15). Господу было угодно, чтобы, стяжав высокие добродетели, они послужили теперь делу спасения ближних. Некая мещанка города Кузнецка, Анисья Котохова, пожелала начать иноческую жизнь. Поблизости монастырей не было, а в Россию ехать было далеко, и она решила прибегнуть к духовному руководству пустынников. Получив их согласие и доверив им свою волю, она поселилась в деревеньке на берегу реки Томи, к ней стали проситься в сомолитвенницы и другие девицы. Старец Василиск часто посещал их, окормляя и наставляя в иноческой жизни, иногда посылал к ним и отца Зосиму. Очень скоро стало очевидным неудобство монашеского жития среди мирян – надо было хлопотать о переводе инокинь в какой-нибудь упраздненный монастырь. Тобольский архиерей согласился отдать под их нужды опустевший мужской монастырь в городе Туринске, а отец Зосима исхлопотал в Священном Синоде перевод этой обители в разряд женских. Так был возрожден Свято-Николаевский монастырь, близ которого и провел в уединении последние свои годы преподобный Василиск. По старости лет нередко подолгу проживал он и в самой обители. Именно здесь, во время смуты и неправого гонения на старца Зосиму, он явился во сне двум членам Следственной комиссии, увещевая их оправдать и защитить его духовного друга и сотаинника по причине его полной невиновности. Блаженная кончина старца Василиска последовала 29 декабря 1824 года. Время своего отхода он указал с точностью, накануне исповедался и приобщился Святых Христовых Таин. Крестьянин, который служил ему до кончины, приложив свою руку к груди отходящего пустынника, ощутил, что сердце в умирающем сильно бьется и мечется во все стороны. До самого последнего вздоха был он в устной и сердечной молитве и со словами «Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий» испустил дух, будто уснул. Причем и по исшествии духа сердце еще долго в нем трепетало. За четыре дня, прошедших до приезда старца Зосимы, вид почившего не только не сделался хуже, но стал еще благовиднее. Тело его было мягким, как у спящего. Отец Зосима приказал написать с него портрет, ибо по глубокому смирению своему при жизни старец на это никак не соглашался. Перед погребением на седьмые сутки, когда стали вынимать тело старца из гроба, чтобы спеленать в мантию, оно оказалось гибким, как у живого. Святой подвижник был погребен близ алтаря монастырского собора. В 1913 г. над могилой старца была построена, а в 1914 г. освящена каменная часовня во имя святого мученика Василиска. Ее посещало множество богомольцев, которые часто служили панихиды, молясь о упокоении всеми любимого и почитаемого подвижника. В советское время и храм, и часовня были уничтожены, на их месте же построены гаражи. Святые мощи преподобного были обретены в 2000 году. Известны случаи исцелений и духовной помощи после молитвенного к нему обращения.

Вся жизнь старца Василиска являет нам собой пример полного самоотречения и ревностного следования за Господом, подлинного исполнения евангельских заповедей о любви к Богу и ближним. Не обладая никакой мирской мудростью, он был удостоен от Господа премудрости свыше. Сознавая и почитая себя малейшим в мире сем, он сподобился стать великим о Господе и засвидетельствовал своим примером истинность евангельских слов: «Блажени чистии сердцем, яко тии Бога узрят!»

Мощи святого Василиска находятся в екатеринбургском поселке Елизавет, в храме в честь Всемилостивого Спаса.

Краткие жития преподобных Марка гробокопателя, Феофила и Иоанна Печерских, в Ближних пещерах

О преподобных Марке Гробокопателе, Феофиле Плачливом и Иоанне (XI–XII) рассказывает Киево-Печерский Патерик. Два брата-инока, преподобные Феофил и Иоанн, так любили друг друга, что упросили преподобного Марка приготовить им одну могилу.

Спустя много лет старший брат был послан по монастырским делам. В то время брат Иоанн заболел и умер. Через несколько дней возвратился преподобный Феофил и пошел вместе с братией посмотреть, где положен умерший. Увидев, что он лежит в общем их гробе на первом месте, вознегодовал на блаженного Марка и сказал: «Зачем положил его здесь на моем месте? Я старше его». Пещерник, со смирением кланяясь преподобному Феофилу, просил простить его. Затем, обратясь к усопшему, сказал: «Брат, встань и дай это место старшему, а ты ляг на другом месте». И мертвый подвинулся во гробе. Увидев это, преподобный Феофил пал к ногам преподобного Марка и просил прощения. Пещерник заметил ему, чтобы он заботился о своем спасении, так как через некоторое время его также принесут сюда. Услышав это, преподобный Феофил пришел в ужас и решил, что скоро умрет. Раздав всё, что имел, и оставив только мантию, он каждый день ожидал смертного часа. Никто не мог удержать его от слез или заставить вкусить сладкой пищи. От слез преподобный Феофил потерял зрение. Преподобный Марк перед кончиной на его мольбу умереть вместе с ним сказал: «Не желай смерти, она придет, хотя бы ты и не желал. Вот что послужит знамением близкой твоей кончины: за три дня до смерти ты прозреешь». Слова святого исполнились. Тело преподобного Феофила положено в Антониевой пещере, в гробе вместе с его братом преподобным Иоанном, вблизи мощей преподобного Марка.

Полные жития преподобных Марка гробокопателя, Феофила и Иоанна Печерских, в Ближних пещерах

Преподобные Марк, Иоанн и Феофил подвизались в Киево-Печерской обители в конце XI и самом начале XII вв.

Занятием преподобного Марка было копать пещеры и готовить каморы – места для погребения братии (оттого он назывался Печерник, то есть живущий в пещере). Но и при таком простом труде подвижник достиг необычайно духовного совершенства. Живя в пещере, преподобный своими руками копал такие могилы и на своих плечах выносил вон землю. День и ночь трудясь для Господа, преподобный приготовил много мест для погребения братии. Подвижник не брал за свой труд ничего; если же кто добровольно давал ему что-нибудь, он принимал и все раздавал нищим. В безмолвии трудясь и бодрствуя день и ночь, прп. Марк однако не удовлетворялся этими трудами и подвигами. Смиряя плоть свою постом, бдением и молитвой, для полного умерщвления ее он возложил на чресла свои тяжелые вериги и воздерживался даже в употреблении воды: когда мучила жажда, он пил воды лишь столько, сколько вмещалось в его медном кресте, который он всегда носил с собою.

Богу угодны были непрестанные труды и подвиги прп. Марка, и Он сподобил Печерника такой чудесной силы, что даже мертвецы слушались его голоса.

Однажды Марк, по обычаю копая могилу, утомился до изнеможения и оставил место тесным и нерасширенным. Случилось, что в этот же день умер один болевший инок и для него не нашлось другой могилы, кроме этой узкой и неудобной. Тогда же было в обычае хоронить тело умершего в день его смерти. Поэтому скоро принесли мертвого в пещеру к недоконченной каморе и вследствие тесноты с трудом уложили его. Ни убрать мертвого, ни поправить на нем одежд, ни даже возлить на него елей оказалось совершенно невозможным, настолько узким и неудобным было место. Тогда братия возроптали на Марка. Печерник же со смирением низко кланялся всем и говорил: «Простите меня, отцы святые, за немощью не докончил я». Но братия еще больше бранили и укоряли его. Тогда Марк, обратившись к мертвому, сказал ему: «Брат, место тесно; так потрудись ты сам, возьми масло и возлей на себя». И мертвый, приподнявшись немного, простер руку, взял масло, возлил его крестообразно на грудь и лицо свое и, отдавши сосуд, сам перед всеми прибрал себя, лег и уснул. Страх и трепет объяли всех, видевших такое чудо.

Другой брат после долгой болезни помер. Один из друзей его отер губкой тело покойного и пошел в пещеру посмотреть место, где будет лежать тело усопшего. Он спросил об этом Марка Печерника, но блаженный отвечал ему: «Пойди и скажи брату: подожди до завтра, пока ископают тебе место, тогда и отойдешь от жизни на покой». «Отче, – возразил Марку пришедший инок, – кому говорить ты велишь? Я уже губкою отер его мертвое тело». Но преподобный снова повторил ему: «Ты видишь: место еще не готово. Я велю тебе – иди и скажи умершему: грешный Марк говорит тебе: проживи еще этот день, а завтра отойдешь к желаемому тобою Христу, Господу нашему. Когда приготовлю место, куда положить тебя, то пришлю за тобою».

Повинуясь прп. Марку, инок возвратился в монастырь. Здесь все братия совершали погребальное пение над усопшим. Тогда инок встал перед ними и обратился к покойному с такими словами: «Марк говорит тебе, что место тебе еще не приготовлено, подожди до утра». Все удивлялись этим словам. Но еще более изумительно было то, что по этому слову душа усопшего возвратилась в тело его; он открыл глаза и всю ночь оставался живым, с открытыми глазами, только не говорил ничего. На другой день друг его опять пошел в пещеру узнать, готово ли место. Блаженный Марк встретил его и сказал: «Пойди и скажи ожившему: Марк говорит тебе: оставь эту временную жизнь и перейди в вечную; готово место для тела твоего. Дух свой предай Богу, а тело твое будет положено здесь, в пещере со святыми отцами».

Брат пошел и передал ожившему другу слова прп. Марка. Тот на глазах у всех, пришедших посетить его, тотчас смежил очи и предал дух свой Богу. Он был погребен в пещере, на приготовленном для него месте. И все дивились этому чуду.

В Печерском монастыре жили два духовных брата – Иоанн и Феофил. От юности они были соединены узами духовной любви: имели одну волю, одни мысли и желания, одинаковую ревность по Боге. Они упросили прп. Марка приготовить им общее место для погребения, где бы они могли лечь вместе, когда Господь им повелит. Много времени спустя старший из них, Феофил, отлучился из обители по какой-то нужде. В это время младший брат, Иоанн, угодив Господу, разболелся и скончался. Его похоронили на приготовленном месте. Через несколько дней по смерти Иоанна возвратился Феофил и, узнав о кончине любимого брата, сильно скорбел. Потом, взявши с собою несколько иноков, он пошел в пещеру посмотреть, где и на каком месте положен умерший. Увидев, что тот положен на первом месте в их общей каморе, сильно разгневался на Марка, много роптал на него и с негодованием говорил: «Зачем ты положил его здесь? Я старше, а ты положил его на моем месте». Печерник, смиренно кланяясь ему, отвечал: «Прости меня, брат, согрешил я пред тобою». Затем, обратясь к умершему, сказал ему: «Брат, встань и уступи место не умершему, а сам ляг на другом, низшем месте». И вдруг по слову блаженного умерший встал и лег на другом месте. Сильный ужас объял всех присутствующих. Тогда роптавший на преподобного Феофил с трепетом припал к ногам его и просил: «Отче, согрешил я, потревожил с места брата моего. Молю тебя, прикажи ему опять лечь на старом месте». Но блаженный смиренно отвечал ему: «Господь Сам прекратил вражду между нами. Ради твоего ропота, чтобы ты, вечно враждуя, не держал злобы на меня, Он сотворил такое чудное дело, что даже бездушное тело показало истинную любовь к тебе, уступая тебе старейшинство и по смерти. И я хотел было, чтобы, не выходя отсюда, ты воспользовался своим старшинством и тотчас был бы положен здесь. Но так как ты еще не готов к смерти, то пойди и позаботься о своей душе: через несколько дней тебя принесут сюда. Воскрешать умерших – дело Божие, а я человек грешный. Вот мертвый, не стерпев твоего гнева, оскорблений и укоров мне, уступил тебе половину места, приготовленного для вас обоих. И так как только Всемогущий Бог может поднять его, то я сам собою не могу сказать умершему: встань и опять ляг на высшем месте. Прикажи ему теперь ты, не послушает ли он тебя, как теперь?» Услышав это, Феофил пришел в ужас и думал, что тут же падет мертвым и не дойдет до монастыря. Добравшись до своей келлии, он предался подвигу непрестанного плача. Раздав все до последней сорочки и оставив у себя только свиту и мантию, Феофил каждый день ожидал смертного часа. И никто не мог удержать его от слез; никто не мог принудить его вкусить сладкой пищи. Каждое утро он говорил сам себе: «Не знаю, доживу ли я до вечера». Приходила ночь, и он с плачем говорил: «Что мне делать? Доживу ли я до утра? Ибо многие, вставши утром, не достигали вечера и, возлегши на своих ложах, уже не вставали с них. Тем более я, уже получивший извещение от преподобного, что скоро кончится жизнь моя». И со слезами молил он Господа дать ему время покаяния. Каждый день и час ожидал Феофил кончины своей, изнуряя себя постом, плача и молясь непрестанно. Таким подвигом в течение нескольких лет Феофил до того иссушил свое тело, что можно было счесть все его суставы и кости. Многие приходили утешать его, но своими речами только доводили до большего рыдания. Наконец от непрестанного плача и слез он ослеп.

Преподобный же Марк, провидев час отшествия своего ко Господу, призвал Феофила и сказал ему: «Брат Феофил! Прости меня, что я огорчил тебя на много лет, и молись обо мне, ибо я уже отхожу из этого света. Если я получу дерзновение пред Всевышним, то не забуду молиться за тебя, да сподобит нас Господь свидеться там и быть вместе с отцами нашими Антонием и Феодосием». Феофил с плачем отвечал ему: «Отец Марк! Зачем ты меня оставляешь? Или возьми меня с собою, или дай мне прозреть». «Не скорби, брат, – отвечал ему преподобный Марк, - телесными очами ты ослеп ради Бога, а духовными прозрел на разумение Его. Объявив тебе близкую кончину, я стал виною твоей слепоты. Но я хотел принести пользу душе твоей, превратив твое высокоумие в смирение, ибо сердце сокрушенно и смиренно Бог не уничижит (Пс.50:19)». Феофил отвечал преподобному: «Знаю, отец мой, что за грехи мои я должен был пасть мертвым пред тобою в пещере тогда же, как ты воскресил умершего брата моего, но Господь пощадил меня ради твоих святых молитв, дал мне жизнь, ожидая моего покаяния. Теперь же я прошу тебя о сем: или возьми меня с собою к Господу, или возврати свет очам моим». Тогда прп. Марк снова возразил ему: «Нет тебе нужды видеть этот маловременный свет, а лучше проси Господа, чтобы Он сподобил тебя увидеть славу Его. И смерти не желай: она придет, хотя бы ты и не хотел. И вот тебе знамение твоего отшествия: за три дня до кончины твоей ты прозришь, так отойдешь ко Господу и узришь там свет нескончаемый и славу неизреченную». Сказав это, прп. Марк почил, и честные мощи его были положены в пещере, на месте, которое он сам себе выкопал.

Глубоко опечалила преподобного Феофила разлука с отцом и наставником его преподобным Марком. Кончина Печерника уязвила сердце Феофила и удвоила его плач и рыдания. Целые источники слез проливал он, а слезы все более и более умножались. Он имел сосуд и, становясь на молитву, ставил его пред собою и неутешно плакал над ним, вспоминая кончину наставника, со слезами помышляя и о своем скором отшествии из этого бренного мира. И через несколько лет сосуд этот был полон слез. Наконец, узнав приближение своей кончины, Феофил прилежно молил Господа, чтобы угодны были пред Ним слезы его. Подняв руки к небу, он молился: «Владыко Человеколюбче, Господи Иисусе Христе, Царю мой Пресвятый! Ты – не хотящий смерти грешников, но ожидающий их обращения, знающий глубокую немощь нашу, Утешителю Благий! Ты – здравие больным, грешником спасение, изнемогающим укрепитель, падающим восстание! Молю Тебя, Господи, в час сей: покажи и на мне, недостойном, милость Свою и излей на меня неисчерпаемую пучину Твоего благоутробия, избавь меня от искушений на мытарствах воздушными князьями и не дай им овладеть мною, молитвами угодников Твоих великих отцов наших Антония и Феодосия и всех святых, от века Тебе угодивших».

И вдруг пред ним предстал Ангел Господень, прекрасный видом, и сказал ему: «Ты хорошо молишься, но зачем же хвалишься суетою слез твоих, собранных тобою в сосуд?» И взяв другой сосуд, гораздо больший Феофилова, исполненный благоухания, как мира благовонного, показал его подвижнику и сказал: «Это твои же слезы, излитые тобою от сердца на молитве, которые ты отирал рукою, платком или одеждою и которые капали на землю из глаз твоих. По повелению Творца нашего я собрал их все и сохранил в этом сосуде. Теперь же я послан возвестить тебе радость: с веселием отойдешь ты к Нему, ибо Он сказал: блажени плачущии, яко тии утешатся (Мф.5:4)».

Сказав это, Ангел поставил сосуд перед Феофилом и стал невидим. Блаженный Феофил тотчас призвал игумена и поведал ему явление Ангела и речи его. Показав игумену оба сосуда: один полный слез, а другой – благовония, несравнимого ни с какими ароматами, преподобный просил вылить их при погребении на его тело.

Через три дня прп. Феофил мирно отошел ко Господу. Честное тело его было положено в пещере, вместе с телом любимого брата его преподобного Иоанна, вблизи от прп. Марка Печерника. Все три подвижника покоятся в Антониевой, или Ближней, пещере. И когда тело Феофила помазали из сосуда Ангелова, вся пещера исполнилась благоухания. Потом вылили на него и сосуд слез, чтобы сеявший слезами в радости пожал плод дела рук своих. «Ибо сказано, – заканчивает инок Поликарп свою повесть о преподобных Марке, Иоанне и Феофиле, – плакахуся метающе семена своя (Пс.125:6), но они утешены будут о Христе, Которому слава со Отцем и Святым Духом ныне и присно и во веки веков. Аминь».

В настоящее время над мощами прп. Марка висят тяжелые вериги, свидетельствующие о подвигах и трудах преподобного, и памятник воздержания его – медный крест, из которого он пил воду. И многие, с верою приходящие ко святым мощам прп. Марка и с благоговением пьющие воду из его медного креста, освященного его устами, по молитве святого получают исцеление от всех недугов и болезней.

Память святых угодников Божиих преподобных Марка Печерника-гробокопателя, Иоанна и Феофила Плачливого издавна празднуется всей Русской Церковью.

Преподобные Феофил и Иаков Омучские

Неизвестные по происхождению преподобные Феофил и Иаков некоторое время подвизались на острове Коневце, вместе с преподобным Арсением Коневским (память 12/25 июня), и, может быть, там они начали свои иноческие труды.

Затем в 1395 или 1396 годах оба подвижника оставили Коневец и перешли на речку Омучу. Здесь, в округе Демянского погоста, в 65 верстах от города Порхова они основали пустынь в честь Успения Божией Матери. Основателем обители почитался преподобный Феофил, судя по тому, что она называлась Феофиловой пустынью, тогда как преподобный Иаков был ее устроителем. Преставились преподобные в начале XV столетия, около 1412 года. День кончины преподобного Иакова неизвестен, преподобный же Феофил преставился 29 декабря. Празднование преподобным местное. Святые мощи угодников Божиих почивают под спудом, в храме Успения Божией Матери, с 1764 года приходском.

Схиархимандрит Лаврентий (в миру Лука Евсеевич Проскура) родился в 1868 году в селе Карыльское Кролевецкого уезда Черниговской губернии. Отец и мать были глубоко религиозные люди и детей воспитывали в вере в Бога. Лука учился в начальной земской школе, был очень способным. В 13 лет он окончил школу и был оставлен помощником учителя. С детских лет Лука регулярно ходил в церковь, имел прекрасный слух, пел в церковном хоре. Однажды быв в Коропе, он познакомился с удивительным человеком – бывшим регентом императорского хора, уроженцем этих мест, который сразу оценил способности юноши и стал обучать его регентскому искусству. Здесь же он освоил игру на скрипке. Около года провел Лука в Коропе. По возвращении домой он становится регентом своего сельского хора.

Семья жила бедно. Лука обучается шитью и своим трудом начинает зарабатывать, чтобы помогать семье. К 17 годам он стал прекрасным портным, так что заказчиков у него было всегда много. В это время умерла мать, и Лука решил уйти в монастырь. Но старший брат Варфоломей настоял, чтобы он не покидал семью. Тяжело было Луке отклонить свое твердое намерение, но он смирился. Со своим другом юности Симеоном Лука ходил пешком в Киев к о. Ионе, чтобы он благословил получить духовное образование. Но о. Иона сказал им: "Ваша семинария при вас" – и не благословил. Вместе же с Симеоном Лука ездил на Афон. После настойчивых просьб Симеон был принят в число братии Афонского монастыря. А Луке один из афонских старцев сказал: "Езжай в Россию, ты там нужен будешь". Так он и поступил, вернулся домой.

Вскоре молодого талантливого регента пригласили управлять хором Рыхловского Никольского монастыря. Пение в Рыхловском монастыре стало привлекать не только молящихся, зачастую регенты из других мест специально приезжали послушать хор, который приобрел немалую известность. Епископ Черниговский Антоний (Соколов), объезжая епархию, посетил Рыхловский монастырь и остался очень доволен пением. По приезде в Чернигов владыка послал настоятелю предписание направить регента Луку Евсеевича в Черниговский Троицкий архиерейский дом для управления хором. Так приблизительно в 1905 году Лука переехал в Чернигов, где прошла вся его последующая жизнь.

В 1912 году, на 45-м году жизни, Лука был пострижен в монашество с именем Лаврентий. Через два года он был рукоположен в иеродиакона, а в 1916 году – в иеромонаха. В 1928 году по определению экзарха Украины митрополита Михаила возведен в сан архимандрита. В 1923 году в Киеве о. Лаврентий был тайно пострижен в схиму лаврским схиигуменом Гавриилом. До самого закрытия монастыря в первой половине 20-х годов о. Лаврентий неизменно был регентом хора, уставщиком и ведал монастырским книгохранилищем.

Постепенно возрастал и духовный авторитет о. Лаврентия. Он был строгим последователем православного вероисповедания. К нему стремились и простые люди, и черниговская интеллигенция. Приезжие быстро узнавали, что в Троицком монастыре есть духовник высокой жизни, и рады были к нему попасть. Его любвеобилие, дар рассудительности, дар прозрения привлекали не только мирян, но и многих духовных лиц, черниговские епископы весьма дорожили его суждением.

Когда закрыли монастырь, отец Лаврентий поселился в маленьком убогом домике. Богослужения совершал в небольшом Ильининском храме. Так прошло 20 лет. Настало время, когда закрыли и этот храм. Лишенный возможности в храме прославлять Бога песнопением, о. Лаврентий, тем не менее, никогда не оставлял положенного правила церковной молитвы. Бережно сохранял он богослужебные книги и обширную нотную библиотеку. И когда его спрашивали: "Разве ноты еще понадобятся?" – неизменно отвечал: "Конечно, будем еще читать и петь".

Во время Великой Отечественной войны, в период оккупации Чернигова, было разрешено открыть Троицкую обитель. По зову старца собрались послушницы, просто верующие люди и приступили к восстановлению обители. Люди трудились самоотверженно, и уже в день Архистратига Михаила 21 ноября 1941 года состоялось первое богослужение в церкви Феодосия, расположенной под Троицким собором. А в 1942 году был освящен и главный престол Троицкого собора. На хоры поднялся дивный старец, и величественный храм огласился стройным пением. Обычно регенты дирижируют, стоя лицом к хористам и, значит, спиной к иконостасу, если хоры устроены в западной части храма. Но о. Лаврентий всегда обращен был лицом к алтарю, а певчие располагались симметрично полукругом по обе стороны, он же был в центре.

Нравственная чистота, духовная высота, неистощимая любовь к людям вызывали необыкновенное расположение к нему в каждом, кто хоть раз в жизни удостоился видеть его. Любовь батюшки была особенная, не знавшая пристрастия, не взиравшая на лица, на душевные качества. Он любил всех и проявлял это чувство приветливостью, вниманием, советом. О. Лаврентий был большим психологом, он знал духовный мир человека во всех его проявлениях и в самых тончайших оттенках. Все от него уходили согретые христианской любовью, ободренные, с полным спокойствием на душе. Не единичны были случаи, когда о. Лаврентий предотвращал беду, спасал людей от смерти.

Что поражало в даре о. Лаврентия? Четкий, определенный ответ на все сомнения и вопросы. И когда однажды близкий к нему человек осмелился спросить: "Батюшка, откуда вы знаете, что нужно ответить каждому обращающемуся к Вам, и всегда это бывает правильное решение?" – он ответил: "На мысль полагает Бог, и ответ в сказанном сразу".

Скончался схиархимандрит Лаврентий 19 (6) января 1950 года. Чин погребения возглавлял епископ Иаков. По решению владыки местом упокоения была определена усыпальница под Троицким собором, где покоятся семь архиереев. До закрытия монастыря (в сентябре 1962 года) в храме регулярно совершались панихиды по почившему. Черниговские архиереи считали своим долгом и честью помолиться у могилки великого старца. После ликвидации монастыря доступ в усыпальницу был закрыт. Прошло 26 лет. Настало время, когда вновь богомольцы имеют возможность поклониться могиле о. Лаврентия.

Преподобный Фаддей Исповедник, ученик Феодора Студита, защитник иконопочитания, пострадал в царствование Льва V (813–820). Во времена господства иконоборцев он был приведен на суд. Еретики, глумясь над Фаддеем, положили на землю икону Спасителя и, силой набросившись на святого, заставили его наступить на нее. После этого судья сказал: «Ты попрал икону Христа, теперь присоединись к нам». Но Фаддей с дерзновением отвечал, что почитает и с любовью целует святую икону Спасителя, а против воли совершенное попрание недействительно, и проклял злочестие иконоборцев. За это он был забит палками. Бездыханного мученика за ноги волокли по земле и бросили за городской стеной. Но он был еще жив. Один христианин взял его в свой дом, омыл от грязи. Святой Фаддей, прожив еще три дня, предал душу Богу.

Краткое житие священномученика Павла Мокинского (Аношкина)

Священномученик Павел родился 5 февраля 1891 года в семье мещанина Павла Аношкина. По окончании в 1912 году Пермской Духовной семинарии 19 августа того же года он был рукоположен во священника к Покровской церкви в селе Верх-Сарсы Красноуфимского уезда Пермской губернии и назначен заведующим и законоучителем Верх-Сарсинской церковно-приходской школы и законоучителем Сарсинской заводской и Верх-Сарсинской земской школ, председателем Верх-Сарсинского церковно-приходского попечительства и председателем Вонифатьевского общества трезвости. 25 марта 1913 года он был награжден набедренником «за выдающуюся пастырскую деятельность»^[1] и на следующий день переведен в Николаевскую церковь в село Мокино Оханского уезда и назначен заведующим и законоучителем Мокинской церковно-приходской школы, законоучителем в школах в Нижних и Верхних Талицах и в деревне Кошели, а с 1914 года – законоучителем и двухклассного Мокинского училища^[2].

В декабре 1918 года отец Павел был арестован безбожниками-большевиками, исколот штыками и расстрелян^[3].

Игумен Дамаскин (Орловский)

«Жития новомучеников и исповедников Российских ХХ века. Июнь».
Тверь. 2008. С. 180-181

Примечания

^[1] ГАПО. Ф. 541, оп. 1, д. 11, л. 38 об.

^[2] Там же.

^[3] Пермские епархиальные ведомости. 1919. № 1. С. 16.

Источник: fond.ru

Полное житие священномученика Павла Мокинского (Аношкина)

Павел Павлович Аношкин (1891 – 1918), священник, священномученик. Родился 5 февраля 1891 года в семье мещанина.

В 1912 году окончил Пермскую духовную семинарию.

19 августа того же года был рукоположен во священника к Покровской церкви в селе Верх-Сарсы Красноуфимского уезда Пермской губернии и назначен заведующим и законоучителем Верх-Сарсинской церковноприходской школы и законоучителем Сарсинской заводской и Верх-Сарсинской земской школ, председателем Верх-Сарсинского церковноприходского попечительства и председателем Вонифатьевского общества трезвости.

26 марта 1913 года был переведен в Николаевскую церковь в село Мокино Оханского уезда и назначен заведующим и законоучителем Мокинской церковноприходской школы, законоучителем в школах в Нижних и Верхних Талицах и в деревне Кошели, а с 1914 года – законоучителем и двухклассного Мокинского училища.

29 декабря^[1] 1918 года красноармейцы 29-й стрелковой дивизии Путиловского полка заняли село Мокино. Несколько человек ворвались в храм, где находились священник Павел Аношкин и диакон Григорий Смирнов.

Священнослужителей за волосы выволокли из храма, затем, после побоев, выгнали на улицу "в одном исподнем" и провели по селу, босиком по снегу. Потом их за волосы привязали веревками к хвостам лошадей и протащили по улице.

Свидетелями расправы над священнослужителями стали жители села. Священника и диакона потащили по дороге к Широкому логу, расположенному в одном километре от села Мокино. В Широком логу отцу Павлу пытались отрубить голову, но промахнулись и раскроили священнику череп. После этого священнослужителей расстреляли и прикололи штыками. Затем, уже мертвых, их доволокли до реки Березовки и там бросили.

Прихожане Свято-Никольского храма похоронили священнослужителей в церковной ограде.

В августе 2000 года на Архиерейском Соборе священник Павел Аношкин и диакон Григорий Смирнов были причислены к лику новомучеников Российских для общецерковного почитания. Поскольку день кончины был тогда неизвестен, их память была определена 7 июня^[2], в день памяти первого мученика-архиерея Пермской епархии Андроника (Никольского). На 2019 год память священномучеников Павла Аношкина и Григория Смирнова в календаре Издательства Московской Патриархии указана под 16 декабря. 20 апреля 2019 года, в соответствии с уточненными данными Синодальной комиссии по канонизации святых^[3], по благословению патриарха Кирилла память сщмчч. Павла Аношкина и Григория Смирнова установлена 29 декабря^[4].

В 2014 году сотрудники отдела истории и канонизации святых Пермской митрополии ездили по Прикамью, собирая сведения о пермских святых. Жители Мокино рассказали им о погибших, но точное место могилы уже никто указать не мог. После двух лет поиска захоронение было обнаружено за алтарной частью порушенного Никольского храма.

29 сентября 2016 года было совершено вскрытие могилы и подняты останки двух человек. Один из погребенных был в иерейском облачении зеленого цвета. Другой погребенный был в диаконском облачении, тоже зеленого цвета. Останки священника и диакона имели следы насильственной смерти. Гробы их находились в одной могиле, на одном уровне, вплотную один к другому. Останки мучеников сохранились практически нетленными. Их перевезли в Пермь, где несколько месяцев судебно-медицинские эксперты проводили идентификацию. В результате эксперты пришли к выводу, что обнаруженные останки принадлежат священнику Павлу Аношкину и диакону Григорию Смирнову. 11 февраля 2018 года официальная церемония открытия мощей состоялась в пермском храме Вознесения Господня. Ковчеги с мощами священномучеников были оставлены в Вознесенском храме на постоянное хранение.

Литература

1. Пермские епархиальные ведомости. 1919. № 1. С. 16
2. Иеромонах Дамаскин (Орловский). Мученики, исповедники и подвижники благочестия Русской Православной Церкви XX столетия. Книга 2. Тверь, 1996.
3. Агафонов П. Духовенство Пермской епархии 1918-1928 гг. Пермь, 1997.
4. Простите, звезды Господни! Составитель Виктор Королев. Фрязино, 1999.

Примечания

^[1] По публикации Седмицы.Ru село было занято 16 декабря, календарный стиль не уточнен. Дата принята старостильной (16/29 декабря) на основании дня памяти в официальном церковном календаре и сообщений в некоторых источниках, что расправа над священномучениками состоялась в конце декабря.

^[2] В соборном деянии память не указана, но присутствует в списке Собора на сайте Издательства Московской Патриархии.

^[3] Рапорт председателя Комиссии №85 от 18.04.2019

^[4] Патриарший календарь 2020, стр. 323

Священномученик Григорий родился 18 ноября 1891 года в Вятской губернии в семье крестьянина Прокопия Смирнова. В 1911 году Григорий окончил второклассное училище при Казанском храме в селе Старый Торъял в Уржумском уезде Вятской губернии, а в 1913 году дополнительные курсы при Митинской школе Вятского уезда и в том же году был назначен псаломщиком в Казанскую церковь села Горохова Орловского уезда. В 1916 году он перешел служить в Пермскую епархию, и 15 января 1917 года епископ Пермский Андроник (Никольский) рукоположил его во диакона к Николаевскому храму в селе Мокино Оханского уезда^[1].

В декабре 1918 года диакон Григорий Смирнов был расстрелян безбожниками-большевиками и заколот штыками^[2].

Игумен Дамаскин (Орловский)

«Жития новомучеников и исповедников Российских ХХ века. Июнь».
Тверь. 2008. С. 192

Примечания

^[1] ГАПО. Ф. 541, оп. 1, д. 11, л. 39 об.

^[2] Пермские епархиальные ведомости. 1919. № 1. С. 17.

Источник: fond.ru

Иерей Феодосий Беленький родился 23 марта 1885 года в селе Успенское Афанасьевского района Днепропетровской области в семье священника. Феодосий окончил Духовную семинарию, в 1917 году принял священный сан и до 1933 года служил на Украине.

В 1933 году отец Феодосий был арестован и Особым Совещанием при ПП ОГПУ приговорен к трем годам административной ссылки в Казахстан. В ссылке отец Феодосий жил в селе Ванновка.

После отбытия срока поехал в Алма-Ату к епископу, чтобы получить место священника, но оказалось, что епископ Алма-Атинский Александр (Толстопятов) был арестован и 3 сентября 1936 года и приговорен к 3 годам ИТЛ. Тогда отец Феодосий поехал в Ташкент. В Ташкенте от епископа отец Феодосий получил разрешение на служение при условии, что предоставит списки верующих.

О дальнейшей жизни отца Феодосия нам кое-что известно из отрывков следственного дела:

«В Ташкенте подыскал псаломщика Н. Шварова, который был без работы, существовал на собранные куски хлеба и деньги, т.е. нищенствовал…» В январе 1937 года отец Феодосий приехал на постоянное место жительства с псаломщиком Н.Шваровым в село Сергеевка (Тюлькубасский район Южно-Казахстанской области).

Из показаний члена церковного совета А.Д. Алейникова: «До 1930 года у нас в селе еще была церковь. Ввиду смерти старосты и отсутствия священника у нас группа верующих распалась. Мы поговорили со старухами и верующими и написали письмо благочинному отцу Сергию чтобы он нам прислал священника, и в 1936 году он прислал мне записку, что пришлет. Через некоторое время от него приехал священник отец Феодосий Беленький. Я оповестил старух, и у меня в дому начали служить богослужения».

Из следственного дела: «По возвращении Беленького из Ташкента в селах Сергеевка, Антоновка, Богословка и ст. Састюбе Беленький и Шваров начали совершать богослужения без разрешения Райисполкома, без оформления списков и росписей верующих, тем самым Беленький и Шваров искажали советскую конституцию. Обвиняемый Беленький покупал хороших конфет, угощал конфетами детей-школьников и одновременно вел агитацию среди своих учеников, чтобы они шли к своим родным и вместе с ними приходили к нему для крещения, уговаривал детей ходить в молебный дом на моление. Беленький и Шваров, находясь в вышеуказанных селах, проводили богослужения».

Из показаний отца Феодосия: «Меня обвиняют, что как будто бы я стал совершать богослужения без разрешения, но это неверно, потому что в деле имеются документы Районо на право совершения богослужения. Кроме того, как только я приехал в Сергеевку, то явился в с/с. В отношении детей – зачем мне надо было их уговаривать, когда сами родители приносят и приводят детей и просят их крестить».

Из материалов дела: «В начале февраля 1937 г., будучи в кооперации в с. Антоновка, явно высказывал свое недовольство Советской властью и дискредитировал вождя партии и правительства».

Из показаний отца Феодосия: «Да, я действительно был в кооперации, заходил купить мыло и зубной порошок. Говорил, что вождь партии учился в Духовной семинарии и был за революционную деятельность исключен из 5-го класса. К чему это говорил, не помню».

На судебном заседании отец Феодосий опроверг все предъявленные ему обвинения, но 6 апреля 1937 года Народный суд Тюлькубасского района Южно-Казахстанской области приговорил отца Феодосия к 4 годам лишения свободы по статьям о «хулиганстве». Однако областная прокуратура не согласилась с решением суда и 2 июня 1937 года вынесла решение переквалифицировать дело по ст. 58-10 («к-р деятельность»), что было и сделано. 4 октября 1937 года отец Феодосий был арестован. Состоялся допрос:

– Следствию известно, что Вы, являясь адмвысланным, и после освобождения из ссылки занимались нелегально религиозной деятельностью. Подтверждаете ли Вы это?

– Да, я это подтверждаю.

– Следствию известно, что Вы свою религиозную деятельность использовали с а/с целями.

– С а/с целями я свою религиозную деятельность не проводил, каждый отдельный совершаемый мною обряд крещения детей или богослужение совершал с согласия родителей и верующих, никаких а/с целей не преследовал. Больше показать ничего не могу.

Отцу Феодосию было предъявлено обвинение в том, что он «ходил по селам, вел среди населения агитацию против советской власти, говорил на вокзале на ст. Тюлькубас о Советской конституции, дискредитируя ее и вождей партии и правительства, проводил богослужения, уговаривал детей ходить в молельный дом на богослужения». 4 ноября 1937 года тройка при УНКВД по Южно-Казахстанской области приговорила отца Феодосия к высшей мере наказания. Священномученик Феодосий был расстрелян 11 января 1938 года. Место его погребения неизвестно.

Источник: pstgu.ru

Мученицы Наталия Сундукова, Наталия Силуянова, Евдокия Назина, Анна Боровская, Матрона Наволокина, Варвара Деревягина, Анна Попова, Евдокия Гусева, Евфросиния Денисова, Агриппина Киселева и Наталия Васильева

Мученица Наталия Ивановна Сундукова родилась в 1887 году в семье священника. В 1930-х годах она была выслана в город Сталинабад в Таджикской ССР. Там ее вновь арестовали и приговорили к 5 годам лишения свободы. В обвинении сказано, что она "являлась организатором и руководителем контрреволюционной ячейки церковно-монархической организации "Истинная Православная Церковь" в городе Сталинабаде, вела антисоветскую контрреволюционную агитацию... против мероприятий советской власти: выборов в советы, советских праздников, вождей партии и правительства". В лагерной характеристике на Наталию Сундукову сказано: "ни одного дня не работала, категорически заявляя, что на антихристов работать не будет". В Карлаге вместе с Наталией Ивановной были арестованы еще 10 женщин. На них завели групповое дело, в котором было указано, что арестованные "с момента прибытия в Карлаг НКВД в контрреволюционных целях без всяких на то оснований систематически отказывались от работы в лагере, проявляя контрреволюционный саботаж... Наряду с этим обвиняемые среди заключенных проводили антисоветскую пропаганду, используя при этом религиозные предрассудки... В предъявленном обвинении … виновными себя не признали...". На допросе они все единодушно назвали себя верующими христианками и подтвердили невыход на работу по той причине, что считают советскую власть антихристовой и работать на нее не желают.

Силуянову Наталию Тихоновну, также дочь священника (остальные 9 женщин происходили из крестьянских семей) приговорили к лагерному сроку за то, что она "участвовала в контрреволюционной группе, ставившей своей целью срыв мероприятий соввласти на селе, агитировала против выборов в Верховный Совет, пела контрреволюционный царский монархический гимн". В Карлаг она поступила в марте 1941 года, и, как сказано в характеристике, "...в лагере ни одного дня не работала по религиозным убеждениям".

11 мучениц были расстреляны в Карлаге 11 января 1942 года. Место их погребения неизвестно.

Источник: grad-petrov.ru