Может я ошибаюсь. В чем же истинный смысл этих слов?
Колоссы — фригийский город (в Малой Азии) на реке Лике, недалеко от впадения се и Меандр. Древние историки называют сто городом большим и богатым. В средние века он стал называться — Хоны; ныне — местечко. В соседстве с ним близком находились города Иераполь и Лаодикия.
Вера верующих колоссян и соседей их была в хорошем состоянии; но ей угрожала опасность от каких-то лжеучителей. Епафрас, не надеясь или видя свое бессилие защитить от них свою паству, прибег за помощию к святому Павлу, учителю своему, когда он находился в узах, вероятно в Риме. Узнав о такой опасности тамошних христиан, Апостол пишет Послание к Колоссаем, а чрез них и ко всем соседям их (см.: Кол. 4, 16). Какие это были лжеучители и какое лжеучение, неясно видно. Прочитаем о сем места Послания и сделаем из них возможные наведения.
Так как частные пункты лжеучения не были ясны, ясно же было только то, что оно могло отклонять от Христа Господа; то святой Павел и не опровергает подробно этих частностей, хотя поминает о них в общих чертах, а вооружается против одного главного пункта, — того, что хотят к Богу прийти и спастись помимо Христа Господа.
НРАВОУЧИТЕЛЬНАЯ ЧАСТЬ (3-4, 6)
Глава 3, стих 22. Раби, послушайте по всему плотских господий ваших, не пред очима точию работающе аки человекоугодницы, но в простоте сердца, боящеся Бога.
Рабы тогда были купленные и состояли в полной власти господ, не обладая никакими правами. Ими распоряжались, как вещами. Забитые, они несли молча иго, не гадая о положении более светлом. Но христианство открывало им очи и давало не только познать, но и ощутить нечто лучшее. От этого их положение могло сделаться более несносным, особенно когда господа оставались в языческом нечестии и не были причастны ни той светлой и все освещающей веры, ни тех освятительных действий благодати, ни тех обетовании, каких стали причастны рабы. Естественно было прийти им к вопросу, не освобождает ли их это духовное их преимущество пред господами,— а если и господа были верующие, то равенство с ними — от власти их и от повиновения им. Апостол и пишет им: нет; повинуйтеся. Вы приняли нечто лучшее в духе; тело же ваше осталось во власти господ. И повинуйтеся плотским господам вашим. Причем не только не облегчает, но как будто отяжеляет иго рабства, говоря: не пред очами точию работающе.
Рабы-язычники, исправные на глазах господ, не считали грехом за глазами их действовать не по воле их и даже не в пользу их Апостол говорит: каковы вы на глазах, таковы будьте и за глазами. Ибо так действуют человекоугодники. А о человекоугодниках «послушайте, что говорит Пророк: разсыпа кости человекоугодников (Пс. 52, 6). Почему, если будете пред очами только работать, будете действовать во вред себе» (святой Златоуст, блаженный Феофилакт). Работайте в простоте сердца, — держа на сердце, что вы рабы, не раздвоенною мыслию и не раздвоенным чувством работайте господам, всюду и во всем пользы их соблюдая. «Ибо иметь одно в сердце, а другое делать, иным казаться в присутствии господина, и иным в отсутствии, — это не простота, а притворство» (святой Златоуст). Оттого и тяжело рабство, что сердце не вложено в дела работные. Дела сии при таком настроении бывают как чуждое нечто, игом, совне належащим. А если вложить в них сердце, то они будут твоими делами, из твоего сердца исходящими. Чтоб тебе оградить свое сердце от всяких колебаний и уклонений от такого строя, восприими страх Божий, работай, Бога бояся. «Сделай, чтоб работа, обязательная для тебя по закону, шла у тебя по страху Божию. Тогда, — пусть не видит тебя господин твой, ты будешь делать должное и относящееся к чести и пользе его, ради недремлющего ока Божия» (святой Златоуст). Сие недремлющее око, тобою сознаваемое, будет стражем твоей сердечной исполнительности по долгу рабства и будет освещать твою работу некиим светом, свыше сходящим, и освящать ее посвящением ее Богу; так что работа твоя перестанет быть работою человекам, но будет воистину работою Богу. Ты сам будешь сознавать ее такою и усердствовать станешь в ней, как, имея страх Божий, усердствуешь угождать Богу. Это само собою следовало из: боящеся Бога. Но Апостол счел нужным и особым словом осенить рабскую работу этим Божественным освещением, говоря: Стих 23. И всяко, еже аще что творите, от души делайте, якоже Господу, а не человеком.
Что могло особенно смущать рабов-христиан, это — что они дали обязательство работать Господу, а тут на руках неизбежная работа человекам, и опять — они все цели свои перенесли с Господом от временного к вечному, а тут работа вся обращена на временное, преходящее и тленное Апостол устраняет эти оба, естественно возможные, смутительные помышления: первое — в настоящем стихе, а второе — в следующем. Работая господам, не думайте, что работаете человекам, а Господу, и это — какого бы предмета ни касалась ваша работа. Почему все, что ни приходится вам делать, делайте от души, как Господу, Коему посвящена вся жизнь ваша Апостол не объясняет, как дойти до убеждения, что даже исполнение, например, такого приказания: сбегай туда-то, принеси то-то — есть делание для Господа; но прописывает закон: так делай, как для Господа. Подразумевается не только то, что тогда делаемое тобою будет и принято таким от Господа, но что оно и в существе таково. До убеждения в том и другом можно дойти, в первом — тем, что цена, сила и значение такого рода дел определяется чрез го, с какою душою и в каком смысле они творятся, а во втором — возношением ума к промыслительным Божиим определениям участи каждого, по коим все существенное в сей участи запечатлевается волею Божиею, так что верность тому есть верность Богу и служение в том — служение Ему. Но Апостол не входит в сии разъяснения, а пишет закон: все делай от души, как Господу, а не человекам. И будешь верно исполнять данный тобою в крещении обет: Господу вседушно быть предану и Ему единому угождать
Чтобы понять что и кому говорил тот или иной автор, необходиамо тщательгно изучить проблемму.
Но смыл всегда исходит к обучению нас правильно относиться к духовной жизни. Где на первое место надо ставить спасение души...
Читайте внимательно, а не судите.
Вы серьёзно?