КТО и КОГДА отменил ЭТО РЕШЕНИЕ?
Как на счёт Поместного Собора?
«Наконец, на 44-м заседании Отдела (12 августа 1918г.) был окончательно принят следующий, «весьма сбалансированный» (17,с.1Н) документ (проект Соборного Деяния (39,с.274)):
Священному Собору Православной Российской Церкви Доклад Отдела О богослужении, проповедничестве и храме
«О церковно-богослужебном языке»
1. Славянский язык в богослужении есть великое священное достояние нашей родной церковной старины, и потому он должен сохраняться и поддерживаться как основой язык нашего богослужения.
2. В целях приближения нашего церковного богослужения к пониманию простого народа
признаются права общерусского или малороссийского языков для богослужебного употребления.
3. Немедленная и повсеместная замена церковнославянского языка в богослужении общерусским или малороссийским нежелательна и неосуществима.
4.
Частичное применение общерусского или малороссийского языка в богослужении (чтение Слова Божия, отдельные песнопения, молитвы, замена отдельных слов и речений и т.п.) для достижения более вразумительного понимания богослужения при одобрении сего церковной властью желательно и в настоящее время.
5.
Заявление какого-либо прихода о желании слушать богослужение на общерусском или малороссийском языке в меру возможности подлежит удовлетворению по одобрении перевода церковной властью.
6.
Святое Евангелие в таких случаях читается на двух языках: славянском и русском или малороссийском.
7.
Необходимо немедленно образовать при Высшем Церковном Управлении особую комиссию как для упрощения и исправления церковнославянского текста богослужебных книг, так и для перевода богослужений на общерусский или малороссийский и на иные употребляемые в Русской Церкви языки, причем комиссия должна принимать на рассмотрение как уже существующие опыты подобных переводов, так и вновь появляющиеся.
8.
Высшее Церковное Управление неотлагательно должно озаботиться изданием богослужебных книг на параллельных языках славянском, общерусском или малороссийском и иных, употребляемых в Православной Русской Церкви языках, а также изданием таковых же отдельных книжек с избранными церковно-богослужебными молитвословиями и песнопениями.
9. Необходимо принять меры к широкому ознакомлению с церковнославянским языком богослужения как через изучение в школах, так и путем разучивания церковных песнопений с прихожанами для общего церковного пения.
10. Употребление церковно-народных стихов, гимнов на русском и иных языках на внебогослужебных собеседованиях по одобренным церковною властью сборникам признается полезным и желательным (см.4,с. 153-155; 6,с.139-140; 15,с.51-52; 17,с.112-113; 18,с.70-71; 39,с.274-275).
...
Надо сказать, что возможность насильственного закрытия Собора советской властью была предусмотрена соборянами еще зимой 1918 г.. Так, 31 января 1918г. Собором было постановлено: «В случае создавшейся для Собора необходимости приостановить свои занятия ранее выполнения всех намеченных задач, представить Высшему Церковному Управлению
вводить выработанные Отделами и нерассмотренные Собором предначертания в жизнь по мере надобности полностью или в частях, повсеместно или в некоторых епархиях, с тем, чтобы с возобновлением занятий Собора таковые предначертания были представлены на рассмотрение Собора» (6,с.143; 17,с.Н8; 18, с. 71).
В соответствии с этим постановлением, на последнем 170-ом общем соборном заседании 20 сентября 1918г. также было решено «уполномочить Соборный совет все доклады, которые останутся нерассмотренными Собором, препроводить на разрешение Высшего церковного управления, а сему управлению предоставить, по бывшим примерам,
вводить выработанные отделами предначертания в жизнь по мере надобности полностью или в частях, повсеместно или в некоторых епархиях» (4, с. 157).
Но прежде, как видим, доклад должен был быть рассмотрен Совещанием епископов. И проходившее 22 сентября 1918 г. в кельях Высокопетровского монастыря Совещание епископов, на котором председательствовал Святейший Патриарх Тихон и присутствовал 31 епископ, заслушало доклад «О церковно-богослужебном языке» и «постановило: доклад этот передать Высшему Церковному Управлению» (6,с.142; 17,с.116;18,с.71). Этот доклад был соответствующим образом подготовлен и 15 октября 1918 г. препровожден на разрешение в ВЦУ - представлен в Священный Синод (см..6,с.145;17,с. 117-118).
Такая «
передача доклада Высшему Церковному Управлению означала, что он может быть проведен в жизнь без обсуждения на общем заседании» (18.С.71).
Таким образом, Святейший Патриарх и Св. Синод по своему усмотрению и по мере надобности могли вводить это соборное предначертание в жизнь «
полностью или в частях, повсеместно или в некоторых епархиях», что и было позже осуществлено на практике неоднократно.
Некоторые современные противники воцерковления русского языка, подвергая сомнению саму допустимость использования русского языка в богослужении ссылаются при этом, как не странно, и на Собор 1917-1918 гг. Утверждается, например, что «Соборного решения о допустимости использования русского языка в богослужении не было» (6,с.68. Выделено автором. - Ш.В.). Но если было конкретное соборное решение о допустимости Высшим Церковным Управлением «
вводить выработанные отделами предначертания в жизнь» и таковые «предначертания» в жизнь вводились (примеры этому см. ниже), то, следовательно, Собором «признаются права общерусского и малороссийского языков для богослужебного употребления» (пункт 2 выработанного отделом О богослужении «предначертания») и вполне допустимо и «частичное применение общерусского или малороссийского языка в богослужении» (пункт 4 того же документа), и удовлетворение, «в меру возможности», заявления «какого-либо прихода о желании слушать богослужение на общерусском или малороссийском языке» (пункт 5, - см. выше, с.54).
Еще современными «ревнителями чистоты церковного языка» иногда предполагается, вероятно, что ВЦУ, на «благоусмотрение» и «разрешение» которого Собор передал доклад «О церковно-богослужебном языке», должно было, в свою очередь, такое действие Собора каким-то образом «рассмотреть» и «утвердить», но «ВЦУ впоследствии эту резолюцию не утверждало» и «этот вопрос в дальнейшем больше не рассматривало» (6,с.68,146), а потому «Поместный Собор ... никаких решений, утверждающих возможность ... изменений в языке богослужения, не принял...» (6, с.163-164. Выделено автором.- Ш.В.).
Однако дело именно в том, что Высшему Церковному Управлению было предоставлено Собором не «рассматривать» и «утверждать», а
«вводить выработанные отелами предначертания в жизнь по мере надобности» (Деяние 170). И Церковное Управление впоследствии воспользовалось этим своим правом.
Нам представляется, что подобные попытки со стороны крайне консервативно настроенных авторов свести на нет соборные итоги всей предшествующей дискуссии (начиная с конца XIX века) о богослужебном языке Русской Церкви являются явными спекуляциями».
https://www.portal-slovo.ru/theology/44738.php
«Выписка из протокола Священного Собора Православной Российской Церкви от 30 Августа / 12 сентября / 1918 года за ј 163.
67. Секретарь оглашает о докладах, поступивших из Отделов
а/ о богослужении, проповедничестве и храме - о церковно-богослужебном языке и
б/ о церковной дисциплине - по вопросу о постах и о внебогослужебном одеянии и волосах священнослужителей и постановление Соборного Совета: передать предложенные Собору настоящие доклады на разрешение Совещания епископов.
68. ПОСТАНОВЛЕНО: постановление Соборного Совета утвердить.
...
Итак, документ был
передан Собором Высшему Церковному Управлению. Передача доклада Высшему Церковному Управлению означала, что
ВЦУ в этом вопросе должно им руководствоваться и по мере необходимости проводить его в жизнь (в определенном смысле он являлся документом, переданным законодательной властью власти исполнительной). Тем более, что когда над Собором нависла угроза насильственного закрытия, им было принято следующее постановление: "
В случае создавшейся для Собора необходимости приостановить свои занятия ранее выполнения всех намеченных задач предоставить Высшему Церковному Управлению вводить выработанные Собором предначертания в жизнь по мере надобности полностью или в частях, повсеместно или в некоторых епархиях, с тем чтобы с возобновлением занятий Собора таковые предначертания были представлены на рассмотрение Собора" [14, 121]. Они были "... переданы на распоряжение в Высшее Церковное Управление,
с предоставлением ему [права] вводить их в жизнь полностью или в частях, по его усмотрению" [22, 193].
"На основании этого 23 мая (5 июня) 1918 года Соборным советом было постановлено "не рассмотренные Собором доклады отделов препроводить на благоусмотрение Высшего Церковного Управления". В число этих документов постановление "О церковно-богослужебном языке" не вошло.
Постановление было принято Собором и Высшее Церковное Управление имело полное право осуществлять его", что оно и сделало [14, 121-122].
Так,
священник Василий Адаменко (иеромонах Феофан) 22 получил благословение Заместителя Местоблюстителя Патриаршего престола на совершение богослужения на русском языке.
Московская Патриархия
ЗАМЕСТИТЕЛЬ
патриаршего местоблюстителя
26 января 1935 г. ј 168
Москва
СПРАВКА
Настоящая выдана священнику Вас. Адаменко (ныне иеромонаху Феофану) в том, что на основании определения Патриархии от 10 апреля 1930 г. за ј 39, мною дано Ильинской общине г. Н-Новгорода (бывшей в руководстве у о. Адаменко) благословение совершать Богослужение на русском языке, "но с тем непременным условием, чтобы употребляемый у них текст богослужения был только переводом принятого нашей Православной Церковию богослужебного славянского текста без всяких произвольных вставок и изменений" (резолюция от 24 янв. 1932 г. п. 2). Сверх того, дано благословение на некоторые ставшие для них привычными, особенности богослужения, как-то: отверстие царских врат, чтение Св. Писания лицом к народу (как в греческой церкви) и, "в виде исключения, чтение тайных молитв во всеуслышание" (п. 3).
Руководствуясь примером покойного Святейшего Патриарха, я не нахожу препятствий к тому, чтобы Преосвященные Епархиальные Архиереи, если найдут полезным, разрешали иеромонаху Феофану (или другим) то же самое и каждый в своей епархии.
Заместитель Патриаршего
Местоблюстителя М.П.+ Сергий, М[итрополит]. Московский.
...
"Сравнение этой справки с докладом Собору 1917-1918 годов "О церковно-богослужебном языке", - пишет современный исследователь этой проблемы А.Г. Кравецкий, - убеждает нас, что Митрополит Сергий действовал в соответствии с буквой соборного решения. Как мы помним, доклад "О церковно-богослужебном языке" был передан органам Высшего Церковного Управления. Заместитель Местоблюстителя имел полное право претворять его в жизнь" [14, 132 ] 23».
http://www.odinblago.ru/liturgika/o_bogosl_yazike/
Итак, мы находим, что
Поместный Собор 1917-1918 гг. дозволил употреблять для богослужения, наряду с ЦСЯ, русский и малороссийский языки. Что и было осуществлено и на практике.
Решение Собора 1917-1918 гг. полностью совпадает и с предложениями
сегодняшнего проекта:
«Основополагающие принципы предстоящей работы таковы:
I. Основным языком богослужения Русской Православной Церкви является церковнославянский язык. Проповедь же, которая представляет собой неотъемлемую часть богослужения, произносится на современном языке (русском, украинском, молдавском, белорусском и на иных языках народов, составляющих многонациональную паству Русской Православной Церкви).
II.
В Русской Православной Церкви, с благословения Священноначалия, употребляются богослужебные тексты и на национальных языках. Эти тексты должны точно передавать смысл оригинала, быть понятными для молящихся и сохранять традицию возвышенности богослужебного языка, свойственную Православию.
III. Прояснение церковнославянских переводов греческих текстов, прежде всего, должно касаться сложных для понимания мест.
IV. Основное внимание следует уделить лексическому составу языка: замене полностью малопонятных церковнославянских слов, а также тех слов, которые в современном русском языке имеют принципиально иное значение по сравнению с церковнославянским5. Эквиваленты для них следует находить по преимуществу не в русском литературном, а в церковнославянском языке, что обеспечит сохранение единства стиля и преемственность традиции богослужебного текста. Кроме того, в тех случаях, где это необходимо и возможно, следует устранить чрезмерное подражание греческому синтаксису, усложняющее понимание текста».
Проект, следует и буквально повторяет решения Собора 1917-1918 гг:
- дозволение служить на национальных языках, включая русский.
- реформирование ЦСЯ.
Таким образом,
владыка Савва имел полное право совершать Божественную Литургию на русском языке. А обвинения его в сектантстве несостоятельны.
На этом следовало бы и закончить и обсуждение канонического статуса русского языка в Русской Церкви.
