Пожалуй, лексикону каждого русскоговорящего христианина (сознательного возраста) известно вероучительное понятие «Божественная (или Божья) благодать». И это не удивительно, поскольку названное выражение является одним из наиболее употребляемых в Церкви: оно неизбежно произносится во время огласительных бесед катехизатором или священником, в многочисленных проповедях, на занятиях по изучению тех или иных богословских наук. Спроси у христианина, зачем он участвует в храмовом богослужении, в Таинствах? — наверняка услышишь в ответ: для того, чтобы стяжать благодать.
Но многие ли правильно воспринимают смысл и значение данного термина? Так, всем нам знакома картина: парится, скажем, человек в жаркой парильне, нежится на солнечном пляже или преисполнен иного наслаждения; ему — «хорошо», и он произносит: «эх, благодать!». Почему? Потому что в его понимании благодать ассоциируется с приятностью, удовольствием, радостью. Отсюда вывод: благодать — это и есть состояние радости, счастья. Посетит такой человек храм, отстоит службу, причастится Святых Христовых Таин и вдруг обнаружит вместо удовольствия чувство усталости, вместо радости — скорбь о незавершенных домашних делах... Спрашивается, для чего приходил, тратил время? Ведь вроде бы ничего не изменилось... Подумает-подумает, да и решит: «наверно, это не для меня...». А если ещё в храме укорят и обругают (не так, мол, стоишь, не той рукой держишь свечу, неправильно молишься, не так осеняешь себя знамением Честнаго Креста), какая уж тут радость, какая благодать? Глядишь, и одним (потенциальным) прихожанином — меньше...
В богословии Божественная благодать нередко обозначается выражением: «благодать Святого Духа». В принципе, она может обозначаться и более кратко — именем Самого Святого Духа. Такое обозначение можно, в частности, встретить в «Беседе преподобного Серафима Саровского с Н. А. Мотовиловым о цели христианской жизни»: «Молитва, пост, бдение и всякие другие дела христианские, сколько они ни хороши сами по себе, однако не в делании только их состоит цель нашей христианской жизни, хотя они и служат необходимыми средствами для достижения ее. Истинная же цель жизни нашей христианской состоит в стяжании Духа Святого Божия» [1, с. 6]. Отсюда происходит другая ошибка (главным образом свойственная римо-католическим авторам): отождествление Божественной благодати и Ипостаси Святого Духа.
Между тем, ни первое, ни второе понимание благодати не вписывается в рамки Богооткровенного вероучения. Напомним, что в широком понимании слова благодать (греч. ἡ χάρις) — это единое нетварное Божественное действие, проистекающее от Бога Отца через Сына, проявляющееся в Духе Святом, направленное на сохранение и развитие мира, и, в частности, — человека. Отметим, что при подобном осмыслении благодать может обозначаться и другими синонимами, такими, как, например, Божья «милость»: «И дал Господь милость (τὴν χάριν) народу [Своему] в глазах Египтян» (Исх. 11:3).
В области же Православной Сотериологии и Экклесиологии значение термина имеет более сжатый формат: энергия или действие Божие, направленное на освобождение человека от скверны греха и порока, приведение его в состояние праведности и введение в Горний Иерусалим — Царство святых: «Закон же пришел после, и таким образом умножилось преступление. А когда умножился грех, стала преизобиловать благодать (ἡ χάρις), дабы, как грех царствовал к смерти, так и благодать (ἡ χάρις) воцарилась через праведность к жизни вечной Иисусом Христом, Господом нашим» (Рим. 5:20-21).
Проявление Божественного действия — благодати — по отношению к миру может также обозначаться выражением «Слава Господня»: «но жив Я, [и всегда живет имя Мое,] и славы Господней полна вся земля» (Числ. 14:21); «явится слава Господня, и узрит всякая плоть [спасение Божие]» (Ис. 40:5). Сияние же Божественной Славы в формате символико-аллегорического библейского иносказания нередко сопоставляется с блистанием Солнца или огня: «Вид же славы Господней на вершине горы был пред глазами сынов Израилевых, как огонь поядающий» (Исх. 24:17); «взойдет Солнце правды и исцеление в лучах Его, и вы выйдете и взыграете, как тельцы упитанные» (Мал. 4:2). Случается, что данное сияние описывается как златовидное: «И будет Вседержитель твоим золотом и блестящим серебром у тебя» (Иов. 22:25); «город был чистое золото» (Откр. 21:8). (Не будем забывать, что и главнейшие ветхозаветные израильские святыни были выполнены либо из золота (семисвечник, сосуды), либо обложенными и украшенными таковым (Ковчег Завета): «И сделай светильник из золота чистого» (Исх. 25:31); «Сделайте ковчег из дерева ситтим: длина ему два локтя с половиною, и ширина ему полтора локтя, и высота ему полтора локтя; и обложи его чистым золотом, изнутри и снаружи покрой его; и сделай наверху вокруг его золотой венец [витый]» (Исх. 25:10-11)).
Добавим, что, помимо красоты света и цвета, золото указывает и на такие Божественные совершенства, как неизменяемость и чистота: «город был чистое золото, подобен чистому стеклу» (Откр. 21:8). Промыслительная деятельность Пантократора в Священном Писании нередко ассоциируется с царской: «В год смерти царя Озии видел я Господа, сидящего на престоле высоком и превознесенном, и края риз Его наполняли весь храм» (Ис. 6:1). В этом отношении золото, традиционно присущее облачению царей, может указывать на достоинство и всемогущество Бога — абсолютного надмирного Царя: «Все одежды Твои, как смирна и алой и касия; из чертогов слоновой кости увеселяют Тебя. Дочери царей между почетными у Тебя; стала царица одесную Тебя в Офирском золоте» (Пс. 44:9-10).
Отсюда и воспринятый православной иконописной традицией прием — отображение благодати при помощи золота (фон святых икон, нимбы, ассист, нанесенный на облачения святых...). Причем, по отношению к праведникам золото может указывать и на некоторые дополнительные компоненты Божественного Домостроительства Спасения, в частности — на испытание веры угодников, в том числе — через исповедничество, мученичество: «Тогда настанет испытание избранным Моим, как золото испытывается огнем» (3 Езд. 16:74).
Иногда сияние Славы иллюстрируется при помощи красок. Характерным примером в данной связи служит икона Преображения Господня, представляющая Спасителя в белом облачении (а не в традиционном сине-красном, указывающем на двойство естеств: Божественное и человеческое), окруженного сиянием благодати, изображаемым либо при помощи светлых, либо даже при помощи темных тонов (что указывает на «неприступность», «невидимость» и «непознаваемость» Бога: «единый имеющий бессмертие, Который обитает в неприступном свете, Которого никто из человеков не видел и видеть не может» (1 Тим. 6:16)).
Белизна облачений Мессии подчеркивает необыкновенную блистательность Фаворского света: «По прошествии дней шести, взял Иисус Петра, Иакова и Иоанна, брата его, и возвел их на гору высокую одних, и преобразился пред ними: и просияло лице Его, как солнце, одежды же Его сделались белыми, как свет. И вот, явились им Моисей и Илия, с Ним беседующие. При сем Петр сказал Иисусу: Господи! хорошо нам здесь быть; если хочешь, сделаем здесь три кущи: Тебе одну, и Моисею одну, и одну Илии. Когда он еще говорил, се, облако светлое осенило их; и се, глас из облака глаголющий: Сей есть Сын Мой Возлюбленный, в Котором Мое благоволение; Его слушайте. И, услышав, ученики пали на лица свои и очень испугались. Но Иисус, приступив, коснулся их и сказал: встаньте и не бойтесь. Возведя же очи свои, они никого не увидели, кроме одного Иисуса» (Мф. 17:1-8).
![2.jpg 2.jpg](https://azbyka.ru/forum/data/attachments/10/10644-3765702bd0c5d2718710863d7d22f252.jpg)
![3.jpg 3.jpg](https://azbyka.ru/forum/data/attachments/10/10645-21c3c590c288a86e7e5c734b59b8bbd6.jpg)
На некоторых типах икон ниспослание благодати отображается посредством исходящего из Небесной сферы сужающегося книзу единого луча, в дальнейшем «разделяющегося» на три. Этим обозначается единство Божественного действия Отца, Сына и Святого Духа.
![4.jpg 4.jpg](https://azbyka.ru/forum/data/attachments/10/10646-e9dad1aa2bd8a536fe4ff1d69b638239.jpg)
На иконе «Троица» преподобного Андрея Рублева ниспослание благодати, наряду с прочей символикой, проиллюстрировано благословляющей десницей центрального Ангела, символизирующего Бога Отца, благословляющим жестом фигуры, символизирующей Сына (расположенного одесную Отца (слева, если смотреть со стороны богомольца); рука Ангела, символизирующая Третью Ипостась Пресвятой Троицы, указывает, куда направлено благословение — в мир). Кроме того, ниспослание милости обозначено распахнутыми Ангельскими крыльями, символизирующими Божий Покров. При этом единая ритмичная синусоида, образуемая верхним контуром крыл, указывает на единство нетварной энергии единотроичного Бога.
![1.jpg 1.jpg](https://azbyka.ru/forum/data/attachments/10/10643-c1b58d8c5f1fc4ea8f036688582f5862.jpg)
Леонов А. М. Преподаватель Догматического Богословия Санкт-Петербургского Православного Института Религиоведения и Церковных Искусств.
1. Деяние Святейшего Синода (1903 г.) о прославлении преподобного Серафима Саровского. Беседа преподобного Серафима с Н. А. Мотовиловым о цели христианской жизни. Отечник. М.: Изд. МПО «МЕТТЭМ», 1991.
Но многие ли правильно воспринимают смысл и значение данного термина? Так, всем нам знакома картина: парится, скажем, человек в жаркой парильне, нежится на солнечном пляже или преисполнен иного наслаждения; ему — «хорошо», и он произносит: «эх, благодать!». Почему? Потому что в его понимании благодать ассоциируется с приятностью, удовольствием, радостью. Отсюда вывод: благодать — это и есть состояние радости, счастья. Посетит такой человек храм, отстоит службу, причастится Святых Христовых Таин и вдруг обнаружит вместо удовольствия чувство усталости, вместо радости — скорбь о незавершенных домашних делах... Спрашивается, для чего приходил, тратил время? Ведь вроде бы ничего не изменилось... Подумает-подумает, да и решит: «наверно, это не для меня...». А если ещё в храме укорят и обругают (не так, мол, стоишь, не той рукой держишь свечу, неправильно молишься, не так осеняешь себя знамением Честнаго Креста), какая уж тут радость, какая благодать? Глядишь, и одним (потенциальным) прихожанином — меньше...
В богословии Божественная благодать нередко обозначается выражением: «благодать Святого Духа». В принципе, она может обозначаться и более кратко — именем Самого Святого Духа. Такое обозначение можно, в частности, встретить в «Беседе преподобного Серафима Саровского с Н. А. Мотовиловым о цели христианской жизни»: «Молитва, пост, бдение и всякие другие дела христианские, сколько они ни хороши сами по себе, однако не в делании только их состоит цель нашей христианской жизни, хотя они и служат необходимыми средствами для достижения ее. Истинная же цель жизни нашей христианской состоит в стяжании Духа Святого Божия» [1, с. 6]. Отсюда происходит другая ошибка (главным образом свойственная римо-католическим авторам): отождествление Божественной благодати и Ипостаси Святого Духа.
Между тем, ни первое, ни второе понимание благодати не вписывается в рамки Богооткровенного вероучения. Напомним, что в широком понимании слова благодать (греч. ἡ χάρις) — это единое нетварное Божественное действие, проистекающее от Бога Отца через Сына, проявляющееся в Духе Святом, направленное на сохранение и развитие мира, и, в частности, — человека. Отметим, что при подобном осмыслении благодать может обозначаться и другими синонимами, такими, как, например, Божья «милость»: «И дал Господь милость (τὴν χάριν) народу [Своему] в глазах Египтян» (Исх. 11:3).
В области же Православной Сотериологии и Экклесиологии значение термина имеет более сжатый формат: энергия или действие Божие, направленное на освобождение человека от скверны греха и порока, приведение его в состояние праведности и введение в Горний Иерусалим — Царство святых: «Закон же пришел после, и таким образом умножилось преступление. А когда умножился грех, стала преизобиловать благодать (ἡ χάρις), дабы, как грех царствовал к смерти, так и благодать (ἡ χάρις) воцарилась через праведность к жизни вечной Иисусом Христом, Господом нашим» (Рим. 5:20-21).
Проявление Божественного действия — благодати — по отношению к миру может также обозначаться выражением «Слава Господня»: «но жив Я, [и всегда живет имя Мое,] и славы Господней полна вся земля» (Числ. 14:21); «явится слава Господня, и узрит всякая плоть [спасение Божие]» (Ис. 40:5). Сияние же Божественной Славы в формате символико-аллегорического библейского иносказания нередко сопоставляется с блистанием Солнца или огня: «Вид же славы Господней на вершине горы был пред глазами сынов Израилевых, как огонь поядающий» (Исх. 24:17); «взойдет Солнце правды и исцеление в лучах Его, и вы выйдете и взыграете, как тельцы упитанные» (Мал. 4:2). Случается, что данное сияние описывается как златовидное: «И будет Вседержитель твоим золотом и блестящим серебром у тебя» (Иов. 22:25); «город был чистое золото» (Откр. 21:8). (Не будем забывать, что и главнейшие ветхозаветные израильские святыни были выполнены либо из золота (семисвечник, сосуды), либо обложенными и украшенными таковым (Ковчег Завета): «И сделай светильник из золота чистого» (Исх. 25:31); «Сделайте ковчег из дерева ситтим: длина ему два локтя с половиною, и ширина ему полтора локтя, и высота ему полтора локтя; и обложи его чистым золотом, изнутри и снаружи покрой его; и сделай наверху вокруг его золотой венец [витый]» (Исх. 25:10-11)).
Добавим, что, помимо красоты света и цвета, золото указывает и на такие Божественные совершенства, как неизменяемость и чистота: «город был чистое золото, подобен чистому стеклу» (Откр. 21:8). Промыслительная деятельность Пантократора в Священном Писании нередко ассоциируется с царской: «В год смерти царя Озии видел я Господа, сидящего на престоле высоком и превознесенном, и края риз Его наполняли весь храм» (Ис. 6:1). В этом отношении золото, традиционно присущее облачению царей, может указывать на достоинство и всемогущество Бога — абсолютного надмирного Царя: «Все одежды Твои, как смирна и алой и касия; из чертогов слоновой кости увеселяют Тебя. Дочери царей между почетными у Тебя; стала царица одесную Тебя в Офирском золоте» (Пс. 44:9-10).
Отсюда и воспринятый православной иконописной традицией прием — отображение благодати при помощи золота (фон святых икон, нимбы, ассист, нанесенный на облачения святых...). Причем, по отношению к праведникам золото может указывать и на некоторые дополнительные компоненты Божественного Домостроительства Спасения, в частности — на испытание веры угодников, в том числе — через исповедничество, мученичество: «Тогда настанет испытание избранным Моим, как золото испытывается огнем» (3 Езд. 16:74).
Иногда сияние Славы иллюстрируется при помощи красок. Характерным примером в данной связи служит икона Преображения Господня, представляющая Спасителя в белом облачении (а не в традиционном сине-красном, указывающем на двойство естеств: Божественное и человеческое), окруженного сиянием благодати, изображаемым либо при помощи светлых, либо даже при помощи темных тонов (что указывает на «неприступность», «невидимость» и «непознаваемость» Бога: «единый имеющий бессмертие, Который обитает в неприступном свете, Которого никто из человеков не видел и видеть не может» (1 Тим. 6:16)).
Белизна облачений Мессии подчеркивает необыкновенную блистательность Фаворского света: «По прошествии дней шести, взял Иисус Петра, Иакова и Иоанна, брата его, и возвел их на гору высокую одних, и преобразился пред ними: и просияло лице Его, как солнце, одежды же Его сделались белыми, как свет. И вот, явились им Моисей и Илия, с Ним беседующие. При сем Петр сказал Иисусу: Господи! хорошо нам здесь быть; если хочешь, сделаем здесь три кущи: Тебе одну, и Моисею одну, и одну Илии. Когда он еще говорил, се, облако светлое осенило их; и се, глас из облака глаголющий: Сей есть Сын Мой Возлюбленный, в Котором Мое благоволение; Его слушайте. И, услышав, ученики пали на лица свои и очень испугались. Но Иисус, приступив, коснулся их и сказал: встаньте и не бойтесь. Возведя же очи свои, они никого не увидели, кроме одного Иисуса» (Мф. 17:1-8).
![2.jpg 2.jpg](https://azbyka.ru/forum/data/attachments/10/10644-3765702bd0c5d2718710863d7d22f252.jpg)
![3.jpg 3.jpg](https://azbyka.ru/forum/data/attachments/10/10645-21c3c590c288a86e7e5c734b59b8bbd6.jpg)
На некоторых типах икон ниспослание благодати отображается посредством исходящего из Небесной сферы сужающегося книзу единого луча, в дальнейшем «разделяющегося» на три. Этим обозначается единство Божественного действия Отца, Сына и Святого Духа.
![4.jpg 4.jpg](https://azbyka.ru/forum/data/attachments/10/10646-e9dad1aa2bd8a536fe4ff1d69b638239.jpg)
На иконе «Троица» преподобного Андрея Рублева ниспослание благодати, наряду с прочей символикой, проиллюстрировано благословляющей десницей центрального Ангела, символизирующего Бога Отца, благословляющим жестом фигуры, символизирующей Сына (расположенного одесную Отца (слева, если смотреть со стороны богомольца); рука Ангела, символизирующая Третью Ипостась Пресвятой Троицы, указывает, куда направлено благословение — в мир). Кроме того, ниспослание милости обозначено распахнутыми Ангельскими крыльями, символизирующими Божий Покров. При этом единая ритмичная синусоида, образуемая верхним контуром крыл, указывает на единство нетварной энергии единотроичного Бога.
![1.jpg 1.jpg](https://azbyka.ru/forum/data/attachments/10/10643-c1b58d8c5f1fc4ea8f036688582f5862.jpg)
Леонов А. М. Преподаватель Догматического Богословия Санкт-Петербургского Православного Института Религиоведения и Церковных Искусств.
1. Деяние Святейшего Синода (1903 г.) о прославлении преподобного Серафима Саровского. Беседа преподобного Серафима с Н. А. Мотовиловым о цели христианской жизни. Отечник. М.: Изд. МПО «МЕТТЭМ», 1991.