Посильная проповедь
Как-то я вел радиопередачу, и мне позвонила слушательница, работающая библиотекарем. Она спросила: «Как вы считаете, имею ли я право свидетельствовать о своей вере приходящим в библиотеку людям? И если имею, то каким образом эта, посильная, проповедь может строиться?»
Я стал отвечать...
А потом был другой телефонный звонок. От другой радиослушательницы, которая сказала: «Вот только что звонила одна сестра, работающая библиотекарем… Я считаю, мы, простые миряне, не имеем права никого учить. Учат батюшки, а наше дело – молиться и смиряться, а не учить».
Этот второй звонок показался мне грустным симптомом того отношения к проповеди, к свидетельству о вере, которое имеют многие верующие люди. Откуда эта пассивность, эта боязнь? Не феномен ли это постсоветского сознания, сформировавшегося в условиях, когда высовываться, высказывать свое мнение было опасно?
В Греции, например, где Церковь никогда не преследовалась, такой боязни открыто говорить о своей религиозности нет. Ловко отщелкивает кассир за кассовым аппаратом в магазине, а за его спиной закреплены его иконки и распятия. И ему все равно, что о нем подумают. В 20-м веке в Греции появилось большое количество мирянских (обратите внимание – состоящих из мирян!) религиозно-общественных организаций, которые способствовали увеличению авторитета Православной веры в обществе и привлечению к Православию молодежи.
Какие мотивы лежат в основе нежелания русских людей говорить о вере? Может быть, вера кажется русским настолько интимным делом, что обнаруживать ее и высказывать свою православную позицию кажется профанацией, унижением самой веры? Или мы, русские, настолько обособлены друг от друга, что считаем разговоры о вере с посторонними грубым вторжением на частную территорию чужих душ?
А, может, все прозаичней и нам просто не хочется рисковать, ведь, говоря о вере, мы рискуем нарваться на колючий огонек в чужих глазах, на насмешку, иронию, оскорбление наших чувств?
Я не хочу вдаваться в психологическое исследование этого вопроса. Гораздо важнее усвоить вот что: такое положение дел не согласуется с древнехристианским отношением к этому вопросу.
На днях, когда я рассказывал о Рождестве Христовом, я затронул тот парадоксальный момент Евангельского рассказа, что первые, кто узнал о Рождении Христа, были пастухами. Христос обращается со Своей проповедью не к сильным, а к малым мира сего. К простым труженикам, к простым людям. Религиозное возрождение должно начаться не сверху, а снизу. Когда ученики с восторгом рассказывают об успехе своей проповеди, «в тот час возрадовался духом Иисус и сказал: славлю Тебя, Отче, Господи неба и земли, что Ты утаил сие от мудрых и разумных и открыл младенцам» (Лк. 10, 21). Младенцы – это не младенцы в смысле маленьких детей, а самые простые люди.
Каждый человек, КАЖДЫЙ !!! – полноправный член огромного Тела Христова – Церкви. В Христианской Церкви нет первостепенных и третьестепенных, важных и менее важных. (Хотя некоторые церковные начальники, к сожалению так думают. Уверяю – это лишь их мнение, но не мнение Церкви...) Каждый человек, как член живого организма, – на своем месте, и все мы в меру своих сил осуществляем единое дело: стараемся привести мир к Истине, а, значит, актуализировать для него возможность Спасения.
Мы не просто не должны таить свою веру, а должны по возможности делиться ею, рассказывать другим, приобщать к ней и других людей. Все люди – дети Божии.
Бывает, что в семье одни дети (например, находящиеся в подростковом возрасте) конфликтуют с родителями, другие же, переросшие «сложный» возраст, относятся к родителям с мудрой любовью и нежностью. Так бывает, но, согласитесь, ненормально и абсурдно, если выросшие и помудревшие дети будут равнодушны к тому, что их брат или сестра находится с родителями в запутанных и конфликтных отношениях. Не поспешит ли более старший брат или сестра поддержать своего неразумного, но от этого не ставшего менее любимым брата?
Вот и мы должны свидетельствовать о Боге доступными нам способами. Свидетельствовать и ничего не бояться.
Мы можем иметь на столе в офисе иконочки, мы не должны стесняться поздравить коллег с религиозным праздником, а на Пасху и одарить кого-то крашеным яйцом. Врач-онколог, алтарничающий по воскресеньям в нашем храме, рассказывал, что он не стесняется советовать пациентам помолиться в их болезни. И многие потом приходят и благодарят за этот совет: они благодаря его совету открыли – это действует!
На днях мне в руки попала интересная листовка, вложенная в тюбик зубной пасты. Директор компании пишет письма своим покупателям. Судя по номеру на листовке, это уже 75-е письмо. Я не могу сказать о мировоззрении автора этих писем, но то, что между строк (чтобы не пугать покупателей прямолинейностью) выражена православная позиция – несомненно.
Кто-то возразит, что за этим не стоит человеческое отношение директора компании к покупателям, а лишь прямой маркетинговый расчет. Я этого не знаю и не хочу в это верить. Но, даже если предположить, что это так, то все равно, не получается ли как в Притче Христовой, что сыны века сего догадливее сынов света (Лк. 16, 8)? Пусть только маркетинговый ход, но автор этих листовок смог донести свои слова до сотен тысяч человек. И что мешает православному руководителю фирмы косметических средств работать качественно и в качественный товар вкладывать письма, которые будут учить людей добру?
…Несколько дней назад я беседовал со своими детьми о Рождестве. Мы вспомнили о подарках, принесенных Христу волхвами. Я спросил: «А что бы вы принесли Новорожденному Христу в подарок? Чтобы это символически выражало Его служение?» Ульяна подумала и ответила: рупор.
Мы – Его рупор, мы – Его уста, и не Сам, с Небес, а через нас Он доносит Свою весть истосковавшемуся по Истине миру!
Мало спасаться самому и устраниться от других. Не сказано: кто сотворит заповеди, тот великим наречется в Царстве Небесном, а сказано: «кто сотворит и научит, тот великим наречется в Царстве Небесном» (Мф. 5, 19). Научит И ДРУГИХ!!! Подумайте над этим.
Как-то я вел радиопередачу, и мне позвонила слушательница, работающая библиотекарем. Она спросила: «Как вы считаете, имею ли я право свидетельствовать о своей вере приходящим в библиотеку людям? И если имею, то каким образом эта, посильная, проповедь может строиться?»
Я стал отвечать...
А потом был другой телефонный звонок. От другой радиослушательницы, которая сказала: «Вот только что звонила одна сестра, работающая библиотекарем… Я считаю, мы, простые миряне, не имеем права никого учить. Учат батюшки, а наше дело – молиться и смиряться, а не учить».
Этот второй звонок показался мне грустным симптомом того отношения к проповеди, к свидетельству о вере, которое имеют многие верующие люди. Откуда эта пассивность, эта боязнь? Не феномен ли это постсоветского сознания, сформировавшегося в условиях, когда высовываться, высказывать свое мнение было опасно?
В Греции, например, где Церковь никогда не преследовалась, такой боязни открыто говорить о своей религиозности нет. Ловко отщелкивает кассир за кассовым аппаратом в магазине, а за его спиной закреплены его иконки и распятия. И ему все равно, что о нем подумают. В 20-м веке в Греции появилось большое количество мирянских (обратите внимание – состоящих из мирян!) религиозно-общественных организаций, которые способствовали увеличению авторитета Православной веры в обществе и привлечению к Православию молодежи.
Какие мотивы лежат в основе нежелания русских людей говорить о вере? Может быть, вера кажется русским настолько интимным делом, что обнаруживать ее и высказывать свою православную позицию кажется профанацией, унижением самой веры? Или мы, русские, настолько обособлены друг от друга, что считаем разговоры о вере с посторонними грубым вторжением на частную территорию чужих душ?
А, может, все прозаичней и нам просто не хочется рисковать, ведь, говоря о вере, мы рискуем нарваться на колючий огонек в чужих глазах, на насмешку, иронию, оскорбление наших чувств?
Я не хочу вдаваться в психологическое исследование этого вопроса. Гораздо важнее усвоить вот что: такое положение дел не согласуется с древнехристианским отношением к этому вопросу.
На днях, когда я рассказывал о Рождестве Христовом, я затронул тот парадоксальный момент Евангельского рассказа, что первые, кто узнал о Рождении Христа, были пастухами. Христос обращается со Своей проповедью не к сильным, а к малым мира сего. К простым труженикам, к простым людям. Религиозное возрождение должно начаться не сверху, а снизу. Когда ученики с восторгом рассказывают об успехе своей проповеди, «в тот час возрадовался духом Иисус и сказал: славлю Тебя, Отче, Господи неба и земли, что Ты утаил сие от мудрых и разумных и открыл младенцам» (Лк. 10, 21). Младенцы – это не младенцы в смысле маленьких детей, а самые простые люди.
Каждый человек, КАЖДЫЙ !!! – полноправный член огромного Тела Христова – Церкви. В Христианской Церкви нет первостепенных и третьестепенных, важных и менее важных. (Хотя некоторые церковные начальники, к сожалению так думают. Уверяю – это лишь их мнение, но не мнение Церкви...) Каждый человек, как член живого организма, – на своем месте, и все мы в меру своих сил осуществляем единое дело: стараемся привести мир к Истине, а, значит, актуализировать для него возможность Спасения.
Мы не просто не должны таить свою веру, а должны по возможности делиться ею, рассказывать другим, приобщать к ней и других людей. Все люди – дети Божии.
Бывает, что в семье одни дети (например, находящиеся в подростковом возрасте) конфликтуют с родителями, другие же, переросшие «сложный» возраст, относятся к родителям с мудрой любовью и нежностью. Так бывает, но, согласитесь, ненормально и абсурдно, если выросшие и помудревшие дети будут равнодушны к тому, что их брат или сестра находится с родителями в запутанных и конфликтных отношениях. Не поспешит ли более старший брат или сестра поддержать своего неразумного, но от этого не ставшего менее любимым брата?
Вот и мы должны свидетельствовать о Боге доступными нам способами. Свидетельствовать и ничего не бояться.
Мы можем иметь на столе в офисе иконочки, мы не должны стесняться поздравить коллег с религиозным праздником, а на Пасху и одарить кого-то крашеным яйцом. Врач-онколог, алтарничающий по воскресеньям в нашем храме, рассказывал, что он не стесняется советовать пациентам помолиться в их болезни. И многие потом приходят и благодарят за этот совет: они благодаря его совету открыли – это действует!
На днях мне в руки попала интересная листовка, вложенная в тюбик зубной пасты. Директор компании пишет письма своим покупателям. Судя по номеру на листовке, это уже 75-е письмо. Я не могу сказать о мировоззрении автора этих писем, но то, что между строк (чтобы не пугать покупателей прямолинейностью) выражена православная позиция – несомненно.
Кто-то возразит, что за этим не стоит человеческое отношение директора компании к покупателям, а лишь прямой маркетинговый расчет. Я этого не знаю и не хочу в это верить. Но, даже если предположить, что это так, то все равно, не получается ли как в Притче Христовой, что сыны века сего догадливее сынов света (Лк. 16, 8)? Пусть только маркетинговый ход, но автор этих листовок смог донести свои слова до сотен тысяч человек. И что мешает православному руководителю фирмы косметических средств работать качественно и в качественный товар вкладывать письма, которые будут учить людей добру?
…Несколько дней назад я беседовал со своими детьми о Рождестве. Мы вспомнили о подарках, принесенных Христу волхвами. Я спросил: «А что бы вы принесли Новорожденному Христу в подарок? Чтобы это символически выражало Его служение?» Ульяна подумала и ответила: рупор.
Мы – Его рупор, мы – Его уста, и не Сам, с Небес, а через нас Он доносит Свою весть истосковавшемуся по Истине миру!
Мало спасаться самому и устраниться от других. Не сказано: кто сотворит заповеди, тот великим наречется в Царстве Небесном, а сказано: «кто сотворит и научит, тот великим наречется в Царстве Небесном» (Мф. 5, 19). Научит И ДРУГИХ!!! Подумайте над этим.
