Православие и инославие
Часть 2
Итак, как в 1917 году выстрел «Авроры» привел к нестроениям и хаосу, так и за 400 лет до этого, в 1517 году, раскол в Католической Церкви привел к духовной трагедии. Кстати сказать, Католическая Церковь не принесла за это покаяние и даже, похоже, не собирается, каяться. Но именно католики имели духовную ответственность за Западные страны, и именно на них лежит ответственность за отход этих стран от Истинной веры.
Существует два способа оздоровить Церковь. Первый способ – это стать святым. Тогда ты на своем личном примере покажешь, как и в каком направлении нужно верующим двигаться. В Католической Церкви ярким примером такого «оздоровителя» веры и нравов явился Франциск Ассизский. Франциск Ассизский вокруг себя расчистил какую-то территорию, вовлек в процесс освящения других людей, и начался процесс исцеления Церкви.
Второй способ – это путь раскола: давайте замкнемся, оторвемся от этой, как кажется, еретической Церкви и будем идти своим путем. Лютер, движимый благими намерениями, как говорится, выплеснул с водой и ребенка. Он перечеркнул молитвы за усопших, почитание святых, почитание Божьей Матери, икон. Отменил Таинства все, кроме Евхаристии, Крещения и Покаяния (Священство с разными оговорками было). В общем, много было проблем. Католики привычно отлучили протестантов от всего и вся, православные, с Востока наблюдавшие за этой драмой распада, дробления, атомизации Церкви, замерли… Постепенно на Востоке выработали разные модели для взаимоотношений с протестантизмом:
1) консервативная (традиционалистская) модель;
2) экуменическая модель.
Но прежде чем я расскажу, как строит отношения с протестантами Православная Церковь сегодня, посмотрим, как эти конфликты разрешались в древнехристианские времена.
В Апостольское время еретиков просто отлучали от Церкви. Они считались отщепенцами, и в христианские собрания их не допускали.
В 4-м веке этот вопрос поднимает святитель Василий Великий. Он пишет несколько трактатов, в которых разбирает тему: как относиться к отпавшим от Церкви?
Согласно мнению св. Василия Великого, все отпавшие от Церкви должны приниматься по трем чинам.
Чтобы не быть голословным, я процитирую: «Ибо древние положили принимать Крещение, ни в чем не отступающее от веры, посему иное нарекли они ересью, иное расколом, иное самочинным сборищем».
Свт. Василий сказал, что существует три формы отдаленности от Церкви:
1) ересь;
2) раскол;
3) самочинное сборище.
Ересь – это привнесение в богословие иных мнений, еретических.
Раскол – это непослушание церковной дисциплине, когда какая-то часть Церкви откалывается от другой.
Самочинное сборище – это когда законно рукоположенные священники, к примеру, я или кто-то другой из православных, собирают свою альтернативную церковь, дома собрали ее – и всё.
Василий Великий говорит, что если самочинное сборище еще можно простить, как и раскол, более или менее, то ересь прощать нельзя. «Еретиками назвали они (святые отцы. – прот. К.П.) совершенно отторгшихся и в самой вере отчуждавшихся, раскольниками – разделившихся в мнениях о некоторых предметах церковных и о вопросах, допускающих уврачевание, а самочинными сборищами – собрания, составляемые непокорными пресвитерами или епископами и ненаученным народом».
Каждого нужно принимать в Истинную Церковь, если он кается, по своему чину. Например: еретиков следует принимать через Крещение. Но если еретики не исказили основы Православной веры, то можно их не перекрещивать.
Раскольников следует принимать через Миропомазание.
А самочинное сборище раскольников принимать через Покаяние, через то, что они каются в учиненном ими.
Кого и как, если посмотреть на сегодняшнюю ситуацию, мы можем принимать, следуя указаниям. св. Василия?
Помните, в начале 20-го века был обновленческий раскол? Вот их и принимали через покаяние. Они вероучение не исказили, а просто проявили непослушание.
Старообрядцы – это более серьезная ситуация, до 1971 года, когда сняли с них все анафемы, их принимали через Миропомазание. Католики приравнивались то к раскольникам (и их принимали в лоно Православия через Миропомазание и Покаяние), то к еретикам и тогда их принимали через перекрещивание.
Значение Правил Василия Великого было настолько великим, что они были включены в Каноны Церкви. До сих пор Церковь руководствуется в отношении к инославным сообществам принципами Василия Великого. В дальнейшем Каноны развивались. И уже благодаря блаженному Августину, который жил на сто лет позже Василия Великого, была принята какая-то градация, где ересь, а где раскол.
Итак, отношение Православия с католиками… С 15-го века все католики принимались в Православие через Таинство Миропомазания. С 18-го века католиков стали перекрещивать, потому что в это время опять возобновились вероучительные споры. В 1620 году Московский Поместный собор постановил перекрещивать католиков, а в 1667 году это постановление отменили, католиков стали принимать через Покаяние или через Миропомазание (тех, кто, например, был крещен во младенчестве и по каким-то причинам не прошел через конфирмацию - Миропомазание Католической Церкви). Что касается священства, католический епископ или священник принимается через Покаяние, его не перерукополагают, он остается епископом или священником.
В России сегодня такие правила, в Греции другие. Там и сегодня католиков перекрещивают. То есть, как вопринимать, как совершенно еретика, или скорее как раскольника - такая возможность остается на усмотрение каждой отдельной Поместной Православной Церкви.
Разговор этот можно продолжать долго.
Крупная работа, которая намечает важные линии для решения нашего вопроса, – это работа протоиерея Георгия Флоровского «О границах Церкви». Есть вообще несколько имен, книги которых следует покупать и читать, и один из них – отец Георгий Флоровский. Это богослов дореволюционной закалки, один из лучших православных богословов и патрологов, то есть из исследователей святых отцов. Работа «О границах Церкви» написана им в 1931 году, в молодом возрасте (а умер он в конце 1970-х годов, в преклонном возрасте, в Америке), эта работа является до сих пор краеугольной в понимании того, как же нам, православным, относиться к инославию. Работа эта многократно переиздавалась.
Протоиерей Георгий Флоровский пишет: «Приходящих из расколов и даже из ересей Церковь приемлет обычно не через крещение, очевидно подразумевая или предполагая, что они уже были действительны окрещены раньше в своих расколах и ересях. Во многих случаях Церковь приемлет присоединяющихся и без миропомазания, а клириков нередко в сущем сане, что тем более приходится понимать и толковать в смысле признания значимости или реальности соответственных священнодействий, совершенных над ними вне пределов канонической Церкви. Но если таинства совершаются, то только Духом Святым, значит, это нас побуждает признать наличие Духа Святого, действующего в инославных сообществах».
Здесь отец Георгий затрагивает очень важные вопросы. А именно то, что Православная Церковь не считает себя единственной хранительницей и выразительницей Истины. «Церковь как бы свидетельствует, что и за каноническим порогом еще простирается ее мистическая территория, еще не сразу начинается внешний безбожный мир».
Комментируя мнение святых отцов, которые считали, что всякого человека вышедшего за пределы канонических границ Православия, сразу нужно считать находящимся вне Церкви, отец Георгий пишет: «Опыт жизни Церкви говорит... о том, что Церковь как мистический организм, как таинственное Тело Христово не может быть адекватно описано в одних только канонических терминах и категориях. И подлинные границы Церкви нельзя установить или распознать по одним только каноническим признакам или вехам.
Очень часто каноническая грань указывает и на харизматическую, и связуемое на земле затягивается неразрешимым узлом в Небесах. Но не всегда, а еще чаще не сразу. В своем сакраментальном, или мистериальном, бытии Церковь превышает канонические рамки. Поэтому канонический разрыв еще не означает сразу же мистическое опустошение и оскудение».
Я выделил самые основные, важные и интересные моменты. Я буду читать и комментировать положение документа, принятого недавно и обязательного к принятию православными людьми, членами Русской Православной Церкви.
Текст документа я буду приводить особым шрифтом, свои пояснения – обычным шрифтом.
Православная Церковь есть истинная Церковь Христова, созданная Самим Господом и Спасителем нашим, Церковь, утвержденная и исполняемая Духом Святым. Церковь, о которой Сам Христос сказал: «Создам церковь Мою, и врата ада не одолеют ее» (Мф. 16, 18). Она есть Единая, Святая, Соборная (Кафолическая) и Апостольская Церковь, хранительница и подательница Святых Таинств во всем мире, «столп и утверждение истины» (1 Тим. 3, 15). Она несет полноту ответственности за распространение Истины Христова Евангелия, равно как и полноту власти свидетельствовать о «вере, однажды преданной святым» (Иуд. 3).
Заблуждение и ереси являются следствием эгоистического самоутверждения и обособления. Всякий раскол или схизма… (Слушайте внимательно, очень важные слова) …приводят к той или иной мере отпадения от Полноты церковной.
Здесь указана та или иная мера отпадения.
Православная Церковь устами святых отцов утверждает, что спасение может быть обретено лишь в Церкви Христовой. Но в то же время общины, отпавшие от единства с Православием, никогда не рассматривались как полностью лишенные благодати Божьей. Разрыв церковного общения неизбежно приводит к повреждению благодатной жизни, но не всегда к полному ее исчезновению в отделившихся общинах. Некая благодатная жизнь есть и в отделившихся от Православия общинах. Именно с этим, говорит Собор, связана практика приема в Православную Церковь приходящих из инославных сообществ не только через Таинство Крещения. Несмотря на разрыв единства, остается некое неполное общение, служащее залогом возможности возвращения к единству и полноте.
Существуют различные чиноприемы перехода из инославия в Православную Церковь (через Крещение, через Миропомазание, через Покаяние), а это – для тех, кто не совсем понимает важность такого дифференцированного подхода, – показывает, что Православная Церковь подходит к инославным конфессиям очень индивидуально.
Православие не мыслит иные Церкви лишенными Духа благодати, ибо в таком случае их членов принимали бы через Крещение. Принятие через Миропомазание, а то и всего лишь через Покаяние показывает, что для Православной Церкви инославные христиане не являются отщепенцами и безбожниками, но братьями и сестрами, хоть и не лишенными Истины, но все же находящимися вне полноты Истины.
Устанавливая различные чиноприемы, Православная Церковь не выносит суда о мере сохранности или поврежденности благодатной жизни в инославии, считая это тайной Промышления Божьего. То есть Православная Церковь не хочет сказать, что, например, протестанты совершенно безблагодатны. Мы можем установить, следуя святым отцам, следуя Преданию Церкви, канонические принципы, согласно которым можно определить, насколько та или иная община едина с Церковью, имеет течение и действие благодати. Но меру благодати, меру принадлежности к Церкви мы не можем определить, это тайна Божия.
Когда святителя Феофана Затворника спросили: «Спасутся ли лютеране?» – он ответил: «Не знаю, спасутся ли лютеране, но знаю, что я без Православной Церкви не спасусь». Мы не знаем, один Бог знает, кто и как спасется, это тайна Божия. Не будем навязывать Богу свои мнения. У нас просто есть Каноны, согласно которым есть единственная Церковь, созданная Христом, и есть, в той или иной мере, отпадения от Церкви.
В связи с вышесказанным как Православная Церковь видит экуменизм, как она собирается строить свое отношение с инославием?
Признавая необходимость восстановления нарушенного христианского единства, Православная Церковь утверждает, что подлинное единство возможно лишь в лоне Единой Святой Соборной и Апостольской Церкви. Все иные модели единства представляются неприемлемыми.
Например, неприемлемо, если православные с протестантами беседуют, и те говорят: «Давайте так: вы откажитесь от почитания святых или от молитв за усопших, а мы примем почитание Божьей Матери, давайте так». Ничем сохраненным и являющимся частью Православного Предания Православная Церковь не может поступиться. Соединение с этими общинами возможно лишь на почве отречения их от заблуждений. Или если Православная Церковь сочтет, что что-то не является принципиальным для веры.
А как с католиками мы можем соединиться? У католиков мы признаем все Таинства. Вера католическая – практически тождественна вере православной.
Соединение возможно на почве отречения от мнений, придуманных католиками в последние столетия и нарушающих веру неразделенной Церкви. Все эти моменты католики могут признать своими, местными, вероучительными особенностями и отказаться распространять их на всю полноту Церкви.
Самым важным пунктом будет признание Папой Римским того, что он не имеет власти над всей Церковью, но просто возглавляет Западную Церковь. Он будет первым среди равных (как и было до раскола), то есть первым среди других православных патриархов, но ни в коем случае ни над ними, не выше их. Собственно, путь соединения с католичеством – возврат к той ситуации, которая была до раскола, до злосчастного 11-го века.
…Православная Церковь не может принять тезис о том, что, несмотря на исторические разделения, принципиальное, глубинное единство христиан якобы нарушено не было. Мы не можем принять тот тезис, что Церковь Христова должна пониматься совпадающей со всем христианским миром, что христианское единство якобы существует поверх деноминационных барьеров и что разделенность церквей принадлежит исключительно несовершенному уровню человеческих отношений… Мы не можем принять такую точку зрения. Когда митрополит Платон (Городецкий) в середине 19-го века объезжал свою епархию, католики стали звонить в колокола. Владыке это понравилось, он вышел из кареты, зашел в костел. И там ксендз принял его радушно, накрыл стол. И за столом владыка поднял тост и сказал: «Наши перегородки до неба не достают».
Сейчас многими этот тезис муссируется – что перегородки не важны. Мы, мол, тут ссоримся: православные, протестанты, католики, а у Бога все объединены, все равны… Это неприемлемый взгляд! Потому что есть единая Истина – и можно отпасть от Истины, не существует вариативности Учения по многим вероучительным вопросам.
Совершенно неприемлема так называемая теория ветвей, утверждающая даже провиденциальность (то есть допущенность Богом) существования христианства в виде отдельных ветвей. Есть, говорят сторонники этой теории, единый ствол – христианство. А все конфессии – ветви, отделяющиеся от этого ствола и питающиеся его соками.
Почему неприемлема такая точка зрения, что все ветви равны? В Православии такого нет. В Православии есть единая ветвь – Православная Церковь. Другие веточки, как святитель Филарет (Дроздов) писал, они в какой-то мере отломлены или надломлены. Они не вне дерева, они питаются соком, но, как в поврежденном дереве веточка не может полноценно функционировать, а постепенно засыхает, так и в инославных сообществах, отделившихся от Православия, есть благодать, но она ущербна. Это не то же самое, что одно дерево и разные ветви.
Православная Церковь не может признавать равенство деноминаций, отпавшие от Церкви не могут быть воссоединены с Церковью в том состоянии, в каком находится ныне… Если протестантский пастор, например лютеранский епископ, приходит, мы его епископом не считаем, мы воспринимаем его как просто христианина, принимаем его как мирянина. Вот в католичестве мы принимаем все Таинства и принимаем их священников как священников. Но имеющиеся догматические расхождения должны быть преодолены, а не просто обойдены. Проблема в том, что многие самозамкнулись в вероучительной благополучности, вместо того чтобы общаться и возвращаться к истинной вере.
Путь плодотворного диалога возможен только тогда, когда твой собеседник (например авторитетная комиссия, выражающая учение какой-то протестантстской деноминации) готов слушать, думать и менять что-то в своем понимании.
К примеру, возьмем вопрос о Крещении младенцев. Долгое время протестанты не признавали Крещение младенцев, но в 1970-х годах это было преодолено на одном из экуменических заседаний, во Всемирном Совете Церквей. Тогда протестантские церкви в своем большинстве проголосовали за принятие Крещения младенцев. Это было принято лютеранскими, методистскими, реформаторскими церквами. Эти вопросы были преодолены. Если кто-то
из протестантов вам скажет: «Зачем вы крестите младенцев, это противоречит Евангелию» – можете ответить: «Друг, ты некомпетентен. Все эти вопросы были разобраны крупными протестантскими богословами, и они согласились с православной точкой зрения на это вопрос…»
Разговаривал я как-то с одним пастором об иконах, а потом мне сказали, что за моей спиной он начал смеяться и говорить: «Эти православные какие-то доски почитают». Вот это тупиковый и неперспективный путь. Если есть богословские собеседования, дискуссии, они должны приводить к каким-то выводам, более глубокому осмыслению, но стороны не должны оставаться на своем. Тем более не должны оскорблять друг друга.
С точки зрения православных, для инославия путь воссоединения есть путь исцеления и преображения догматического сознания. На этом пути должны быть вновь осмыслены темы, обсуждавшиеся в эпоху Вселенских Соборов. Иконопочитание, молитва за усопших и т.д. Важным в диалоге с инославием является изучение духовного и богословского наследия святых отцов – выразителей веры Церкви.
Дорогие. Мы продолжаем разговор о Церкви и Спасении. Ваша заинтересованность темой, проявившаяся в большом количестве искренних и умных комментариев, подсказала мне мысль: давайте эту тему сделаем очередной темой нашего Откровенного разговора. Для тех, кто не помнит, что это такое, скажу два слова: вы пишете вопросы по теме, а я на них отвечаю.
Итак, наша тема, названная мною предельно жестко: «Кто спасется, а кто не спасется? Что мы об этом знаем?»
Не пишите мне вопросы на эту тему в комментариях. Пишите в почту, по адресу: kp@azbyka.ru
Не спешите посылать письма. Подождите пока я размещу все очерки (я это сделаю на этой неделе). Внимательно прочитайте и только потом пишите. Отвечать на письма людей, которые не прочитали все наши очерки и не подумали над ними, я не буду.
Надеюсь, что ваши письма помогут углубить нашу тему и дать ей всестороннее и многогранное раскрытие.
Читайте мои очерки – и жду писем!
Ваш прот. К.
Часть 2
Итак, как в 1917 году выстрел «Авроры» привел к нестроениям и хаосу, так и за 400 лет до этого, в 1517 году, раскол в Католической Церкви привел к духовной трагедии. Кстати сказать, Католическая Церковь не принесла за это покаяние и даже, похоже, не собирается, каяться. Но именно католики имели духовную ответственность за Западные страны, и именно на них лежит ответственность за отход этих стран от Истинной веры.
Существует два способа оздоровить Церковь. Первый способ – это стать святым. Тогда ты на своем личном примере покажешь, как и в каком направлении нужно верующим двигаться. В Католической Церкви ярким примером такого «оздоровителя» веры и нравов явился Франциск Ассизский. Франциск Ассизский вокруг себя расчистил какую-то территорию, вовлек в процесс освящения других людей, и начался процесс исцеления Церкви.
Второй способ – это путь раскола: давайте замкнемся, оторвемся от этой, как кажется, еретической Церкви и будем идти своим путем. Лютер, движимый благими намерениями, как говорится, выплеснул с водой и ребенка. Он перечеркнул молитвы за усопших, почитание святых, почитание Божьей Матери, икон. Отменил Таинства все, кроме Евхаристии, Крещения и Покаяния (Священство с разными оговорками было). В общем, много было проблем. Католики привычно отлучили протестантов от всего и вся, православные, с Востока наблюдавшие за этой драмой распада, дробления, атомизации Церкви, замерли… Постепенно на Востоке выработали разные модели для взаимоотношений с протестантизмом:
1) консервативная (традиционалистская) модель;
2) экуменическая модель.
Но прежде чем я расскажу, как строит отношения с протестантами Православная Церковь сегодня, посмотрим, как эти конфликты разрешались в древнехристианские времена.
В Апостольское время еретиков просто отлучали от Церкви. Они считались отщепенцами, и в христианские собрания их не допускали.
В 4-м веке этот вопрос поднимает святитель Василий Великий. Он пишет несколько трактатов, в которых разбирает тему: как относиться к отпавшим от Церкви?
Согласно мнению св. Василия Великого, все отпавшие от Церкви должны приниматься по трем чинам.
Чтобы не быть голословным, я процитирую: «Ибо древние положили принимать Крещение, ни в чем не отступающее от веры, посему иное нарекли они ересью, иное расколом, иное самочинным сборищем».
Свт. Василий сказал, что существует три формы отдаленности от Церкви:
1) ересь;
2) раскол;
3) самочинное сборище.
Ересь – это привнесение в богословие иных мнений, еретических.
Раскол – это непослушание церковной дисциплине, когда какая-то часть Церкви откалывается от другой.
Самочинное сборище – это когда законно рукоположенные священники, к примеру, я или кто-то другой из православных, собирают свою альтернативную церковь, дома собрали ее – и всё.
Василий Великий говорит, что если самочинное сборище еще можно простить, как и раскол, более или менее, то ересь прощать нельзя. «Еретиками назвали они (святые отцы. – прот. К.П.) совершенно отторгшихся и в самой вере отчуждавшихся, раскольниками – разделившихся в мнениях о некоторых предметах церковных и о вопросах, допускающих уврачевание, а самочинными сборищами – собрания, составляемые непокорными пресвитерами или епископами и ненаученным народом».
Каждого нужно принимать в Истинную Церковь, если он кается, по своему чину. Например: еретиков следует принимать через Крещение. Но если еретики не исказили основы Православной веры, то можно их не перекрещивать.
Раскольников следует принимать через Миропомазание.
А самочинное сборище раскольников принимать через Покаяние, через то, что они каются в учиненном ими.
Кого и как, если посмотреть на сегодняшнюю ситуацию, мы можем принимать, следуя указаниям. св. Василия?
Помните, в начале 20-го века был обновленческий раскол? Вот их и принимали через покаяние. Они вероучение не исказили, а просто проявили непослушание.
Старообрядцы – это более серьезная ситуация, до 1971 года, когда сняли с них все анафемы, их принимали через Миропомазание. Католики приравнивались то к раскольникам (и их принимали в лоно Православия через Миропомазание и Покаяние), то к еретикам и тогда их принимали через перекрещивание.
Значение Правил Василия Великого было настолько великим, что они были включены в Каноны Церкви. До сих пор Церковь руководствуется в отношении к инославным сообществам принципами Василия Великого. В дальнейшем Каноны развивались. И уже благодаря блаженному Августину, который жил на сто лет позже Василия Великого, была принята какая-то градация, где ересь, а где раскол.
Итак, отношение Православия с католиками… С 15-го века все католики принимались в Православие через Таинство Миропомазания. С 18-го века католиков стали перекрещивать, потому что в это время опять возобновились вероучительные споры. В 1620 году Московский Поместный собор постановил перекрещивать католиков, а в 1667 году это постановление отменили, католиков стали принимать через Покаяние или через Миропомазание (тех, кто, например, был крещен во младенчестве и по каким-то причинам не прошел через конфирмацию - Миропомазание Католической Церкви). Что касается священства, католический епископ или священник принимается через Покаяние, его не перерукополагают, он остается епископом или священником.
В России сегодня такие правила, в Греции другие. Там и сегодня католиков перекрещивают. То есть, как вопринимать, как совершенно еретика, или скорее как раскольника - такая возможность остается на усмотрение каждой отдельной Поместной Православной Церкви.
Разговор этот можно продолжать долго.
Крупная работа, которая намечает важные линии для решения нашего вопроса, – это работа протоиерея Георгия Флоровского «О границах Церкви». Есть вообще несколько имен, книги которых следует покупать и читать, и один из них – отец Георгий Флоровский. Это богослов дореволюционной закалки, один из лучших православных богословов и патрологов, то есть из исследователей святых отцов. Работа «О границах Церкви» написана им в 1931 году, в молодом возрасте (а умер он в конце 1970-х годов, в преклонном возрасте, в Америке), эта работа является до сих пор краеугольной в понимании того, как же нам, православным, относиться к инославию. Работа эта многократно переиздавалась.
Протоиерей Георгий Флоровский пишет: «Приходящих из расколов и даже из ересей Церковь приемлет обычно не через крещение, очевидно подразумевая или предполагая, что они уже были действительны окрещены раньше в своих расколах и ересях. Во многих случаях Церковь приемлет присоединяющихся и без миропомазания, а клириков нередко в сущем сане, что тем более приходится понимать и толковать в смысле признания значимости или реальности соответственных священнодействий, совершенных над ними вне пределов канонической Церкви. Но если таинства совершаются, то только Духом Святым, значит, это нас побуждает признать наличие Духа Святого, действующего в инославных сообществах».
Здесь отец Георгий затрагивает очень важные вопросы. А именно то, что Православная Церковь не считает себя единственной хранительницей и выразительницей Истины. «Церковь как бы свидетельствует, что и за каноническим порогом еще простирается ее мистическая территория, еще не сразу начинается внешний безбожный мир».
Комментируя мнение святых отцов, которые считали, что всякого человека вышедшего за пределы канонических границ Православия, сразу нужно считать находящимся вне Церкви, отец Георгий пишет: «Опыт жизни Церкви говорит... о том, что Церковь как мистический организм, как таинственное Тело Христово не может быть адекватно описано в одних только канонических терминах и категориях. И подлинные границы Церкви нельзя установить или распознать по одним только каноническим признакам или вехам.
Очень часто каноническая грань указывает и на харизматическую, и связуемое на земле затягивается неразрешимым узлом в Небесах. Но не всегда, а еще чаще не сразу. В своем сакраментальном, или мистериальном, бытии Церковь превышает канонические рамки. Поэтому канонический разрыв еще не означает сразу же мистическое опустошение и оскудение».
Я выделил самые основные, важные и интересные моменты. Я буду читать и комментировать положение документа, принятого недавно и обязательного к принятию православными людьми, членами Русской Православной Церкви.
Текст документа я буду приводить особым шрифтом, свои пояснения – обычным шрифтом.
Православная Церковь есть истинная Церковь Христова, созданная Самим Господом и Спасителем нашим, Церковь, утвержденная и исполняемая Духом Святым. Церковь, о которой Сам Христос сказал: «Создам церковь Мою, и врата ада не одолеют ее» (Мф. 16, 18). Она есть Единая, Святая, Соборная (Кафолическая) и Апостольская Церковь, хранительница и подательница Святых Таинств во всем мире, «столп и утверждение истины» (1 Тим. 3, 15). Она несет полноту ответственности за распространение Истины Христова Евангелия, равно как и полноту власти свидетельствовать о «вере, однажды преданной святым» (Иуд. 3).
Заблуждение и ереси являются следствием эгоистического самоутверждения и обособления. Всякий раскол или схизма… (Слушайте внимательно, очень важные слова) …приводят к той или иной мере отпадения от Полноты церковной.
Здесь указана та или иная мера отпадения.
Православная Церковь устами святых отцов утверждает, что спасение может быть обретено лишь в Церкви Христовой. Но в то же время общины, отпавшие от единства с Православием, никогда не рассматривались как полностью лишенные благодати Божьей. Разрыв церковного общения неизбежно приводит к повреждению благодатной жизни, но не всегда к полному ее исчезновению в отделившихся общинах. Некая благодатная жизнь есть и в отделившихся от Православия общинах. Именно с этим, говорит Собор, связана практика приема в Православную Церковь приходящих из инославных сообществ не только через Таинство Крещения. Несмотря на разрыв единства, остается некое неполное общение, служащее залогом возможности возвращения к единству и полноте.
Существуют различные чиноприемы перехода из инославия в Православную Церковь (через Крещение, через Миропомазание, через Покаяние), а это – для тех, кто не совсем понимает важность такого дифференцированного подхода, – показывает, что Православная Церковь подходит к инославным конфессиям очень индивидуально.
Православие не мыслит иные Церкви лишенными Духа благодати, ибо в таком случае их членов принимали бы через Крещение. Принятие через Миропомазание, а то и всего лишь через Покаяние показывает, что для Православной Церкви инославные христиане не являются отщепенцами и безбожниками, но братьями и сестрами, хоть и не лишенными Истины, но все же находящимися вне полноты Истины.
Устанавливая различные чиноприемы, Православная Церковь не выносит суда о мере сохранности или поврежденности благодатной жизни в инославии, считая это тайной Промышления Божьего. То есть Православная Церковь не хочет сказать, что, например, протестанты совершенно безблагодатны. Мы можем установить, следуя святым отцам, следуя Преданию Церкви, канонические принципы, согласно которым можно определить, насколько та или иная община едина с Церковью, имеет течение и действие благодати. Но меру благодати, меру принадлежности к Церкви мы не можем определить, это тайна Божия.
Когда святителя Феофана Затворника спросили: «Спасутся ли лютеране?» – он ответил: «Не знаю, спасутся ли лютеране, но знаю, что я без Православной Церкви не спасусь». Мы не знаем, один Бог знает, кто и как спасется, это тайна Божия. Не будем навязывать Богу свои мнения. У нас просто есть Каноны, согласно которым есть единственная Церковь, созданная Христом, и есть, в той или иной мере, отпадения от Церкви.
В связи с вышесказанным как Православная Церковь видит экуменизм, как она собирается строить свое отношение с инославием?
Признавая необходимость восстановления нарушенного христианского единства, Православная Церковь утверждает, что подлинное единство возможно лишь в лоне Единой Святой Соборной и Апостольской Церкви. Все иные модели единства представляются неприемлемыми.
Например, неприемлемо, если православные с протестантами беседуют, и те говорят: «Давайте так: вы откажитесь от почитания святых или от молитв за усопших, а мы примем почитание Божьей Матери, давайте так». Ничем сохраненным и являющимся частью Православного Предания Православная Церковь не может поступиться. Соединение с этими общинами возможно лишь на почве отречения их от заблуждений. Или если Православная Церковь сочтет, что что-то не является принципиальным для веры.
А как с католиками мы можем соединиться? У католиков мы признаем все Таинства. Вера католическая – практически тождественна вере православной.
Соединение возможно на почве отречения от мнений, придуманных католиками в последние столетия и нарушающих веру неразделенной Церкви. Все эти моменты католики могут признать своими, местными, вероучительными особенностями и отказаться распространять их на всю полноту Церкви.
Самым важным пунктом будет признание Папой Римским того, что он не имеет власти над всей Церковью, но просто возглавляет Западную Церковь. Он будет первым среди равных (как и было до раскола), то есть первым среди других православных патриархов, но ни в коем случае ни над ними, не выше их. Собственно, путь соединения с католичеством – возврат к той ситуации, которая была до раскола, до злосчастного 11-го века.
…Православная Церковь не может принять тезис о том, что, несмотря на исторические разделения, принципиальное, глубинное единство христиан якобы нарушено не было. Мы не можем принять тот тезис, что Церковь Христова должна пониматься совпадающей со всем христианским миром, что христианское единство якобы существует поверх деноминационных барьеров и что разделенность церквей принадлежит исключительно несовершенному уровню человеческих отношений… Мы не можем принять такую точку зрения. Когда митрополит Платон (Городецкий) в середине 19-го века объезжал свою епархию, католики стали звонить в колокола. Владыке это понравилось, он вышел из кареты, зашел в костел. И там ксендз принял его радушно, накрыл стол. И за столом владыка поднял тост и сказал: «Наши перегородки до неба не достают».
Сейчас многими этот тезис муссируется – что перегородки не важны. Мы, мол, тут ссоримся: православные, протестанты, католики, а у Бога все объединены, все равны… Это неприемлемый взгляд! Потому что есть единая Истина – и можно отпасть от Истины, не существует вариативности Учения по многим вероучительным вопросам.
Совершенно неприемлема так называемая теория ветвей, утверждающая даже провиденциальность (то есть допущенность Богом) существования христианства в виде отдельных ветвей. Есть, говорят сторонники этой теории, единый ствол – христианство. А все конфессии – ветви, отделяющиеся от этого ствола и питающиеся его соками.
Почему неприемлема такая точка зрения, что все ветви равны? В Православии такого нет. В Православии есть единая ветвь – Православная Церковь. Другие веточки, как святитель Филарет (Дроздов) писал, они в какой-то мере отломлены или надломлены. Они не вне дерева, они питаются соком, но, как в поврежденном дереве веточка не может полноценно функционировать, а постепенно засыхает, так и в инославных сообществах, отделившихся от Православия, есть благодать, но она ущербна. Это не то же самое, что одно дерево и разные ветви.
Православная Церковь не может признавать равенство деноминаций, отпавшие от Церкви не могут быть воссоединены с Церковью в том состоянии, в каком находится ныне… Если протестантский пастор, например лютеранский епископ, приходит, мы его епископом не считаем, мы воспринимаем его как просто христианина, принимаем его как мирянина. Вот в католичестве мы принимаем все Таинства и принимаем их священников как священников. Но имеющиеся догматические расхождения должны быть преодолены, а не просто обойдены. Проблема в том, что многие самозамкнулись в вероучительной благополучности, вместо того чтобы общаться и возвращаться к истинной вере.
Путь плодотворного диалога возможен только тогда, когда твой собеседник (например авторитетная комиссия, выражающая учение какой-то протестантстской деноминации) готов слушать, думать и менять что-то в своем понимании.
К примеру, возьмем вопрос о Крещении младенцев. Долгое время протестанты не признавали Крещение младенцев, но в 1970-х годах это было преодолено на одном из экуменических заседаний, во Всемирном Совете Церквей. Тогда протестантские церкви в своем большинстве проголосовали за принятие Крещения младенцев. Это было принято лютеранскими, методистскими, реформаторскими церквами. Эти вопросы были преодолены. Если кто-то
из протестантов вам скажет: «Зачем вы крестите младенцев, это противоречит Евангелию» – можете ответить: «Друг, ты некомпетентен. Все эти вопросы были разобраны крупными протестантскими богословами, и они согласились с православной точкой зрения на это вопрос…»
Разговаривал я как-то с одним пастором об иконах, а потом мне сказали, что за моей спиной он начал смеяться и говорить: «Эти православные какие-то доски почитают». Вот это тупиковый и неперспективный путь. Если есть богословские собеседования, дискуссии, они должны приводить к каким-то выводам, более глубокому осмыслению, но стороны не должны оставаться на своем. Тем более не должны оскорблять друг друга.
С точки зрения православных, для инославия путь воссоединения есть путь исцеления и преображения догматического сознания. На этом пути должны быть вновь осмыслены темы, обсуждавшиеся в эпоху Вселенских Соборов. Иконопочитание, молитва за усопших и т.д. Важным в диалоге с инославием является изучение духовного и богословского наследия святых отцов – выразителей веры Церкви.
Дорогие. Мы продолжаем разговор о Церкви и Спасении. Ваша заинтересованность темой, проявившаяся в большом количестве искренних и умных комментариев, подсказала мне мысль: давайте эту тему сделаем очередной темой нашего Откровенного разговора. Для тех, кто не помнит, что это такое, скажу два слова: вы пишете вопросы по теме, а я на них отвечаю.
Итак, наша тема, названная мною предельно жестко: «Кто спасется, а кто не спасется? Что мы об этом знаем?»
Не пишите мне вопросы на эту тему в комментариях. Пишите в почту, по адресу: kp@azbyka.ru
Не спешите посылать письма. Подождите пока я размещу все очерки (я это сделаю на этой неделе). Внимательно прочитайте и только потом пишите. Отвечать на письма людей, которые не прочитали все наши очерки и не подумали над ними, я не буду.
Надеюсь, что ваши письма помогут углубить нашу тему и дать ей всестороннее и многогранное раскрытие.
Читайте мои очерки – и жду писем!
Ваш прот. К.
