Азбука верыПравославная библиотекасвятитель Афанасий Великий » Против Аполлинария книга вторая. О спасительном пришествии Христовом
Распечатать
Скачать как mobi epub fb2 pdf
 →  Чем открыть форматы mobi, epub, fb2, pdf?


святитель Афанасий Великий

Против Аполлинария книга вторая. О спасительном пришествии Христовом.

   1) Неисповедующие, что Господь наш Иисус Христос есть един от Бога и человека, по написанному в Евангелии: «Адамов, Божий» (Лук. 3:38) пусть скажут, как представляют себе в образе Божием сущего Бога и приявшего на Себя зрак раба, или как разумеют сказанное: «Слово плоть бысть и вселися в ны» (Иоан. 1:14)? Ибо сказавший: «Слово плоть бысть», сказал также, что Христос душу Свою предал за нас. Разумеют ли претворение в плоть или уподобление душе, так как бы Слово потерпело изменение? Или представляют, что Слово произвело мечтательное явление человеческого образа, как утверждают в заблуждении своем другие еретики?
   Но сего не дозволяет Апостол, ясно сказав, Кто и что приял. Ибо как под образом Божиим разумеется полнота Божества в Слове, так под рабиим зраком признается умное естество и членораздельный состав существа человеческого, так чтобы при речении «бе» (Иоан. 1:1) разумелось Слово, а при речении «бысть» (Иоан. 1:14) признавались плоть и душа, что и называется рабиим зраком, неким умопредставляемым умным существом. Посему-то умерший человек называется неимеющим вида и весь разрушается, как скоро разлучается с телом душа, которой естество неразрушимо. Посему, Павел представляет свидетельство об умном естестве, а Иоанн о членораздельных признаках тела, оба же возвещают все таинство домостроительства. Ибо явно, что Бог-Слово, сущий до пришествия во плоти, не человек был, но был Бог у Бога, невидимый и бесстрастный.
   2) Посему, именование «Христос» употребляется не в отдельности от плоти, потому что за этим именем следуют страдания и смерть, как пишет Павел: «яко Христос имеяше пострадати, яко первый от воскресения мертвых» (Деян. 26:23), и в другом месте говорит: «Пасха наша... пожрен бысть Христос» (1 Кор. 5:7), и: «человек Христос Иисус, давый Себе избавление за нас» (1 Тим. 2:5, 6); говорит же не потому, что Христос не Бог, но потому, что Он и человек. Почему и сказано: «поминай Иисуса Христа воставшаго от мертвых, от семене Давидова по плоти» (2 Тим. 2:8). Посему-то Писание сближает то и другое имя указанием на бытие, как невидимо умосозерцаемого и истинно сущего Бога, так видимо осязаемого и истинно существующего человека, и не разделением лиц или имен, но естественным рождением и неразрывным единением, чтобы, когда истинно исповедуется в Нем страдание, один и тот же истинно был исповедуем и удобостраждущим и бесстрастным. Поэтому, как Слову, сущему Богу, сделаться Христом, прежде нежели сделалось Оно человеком? Если имя «Христос» есть собственное имя Божества в отдельности от плоти; то должно быть прилагаемо и к Отцу и к Святому Духу: тогда и страдание будет общим, как утверждают некоторые заблуждающиеся. Или разве скажете, что сам бесстрастный и бесплотный Бог-Слово и до воплощения и вочеловечения был доступен страданию и смерти? И как Сын единосущный Отцу и нераздельный с Ним по Божескому естеству, будучи непреложен и неизменен, мог бы назван быть удобостраждущим, если бы не сделался человеком, прияв на Себя в девической утробе целый образ человеческого состава, чтобы Ему и быть человеком в страдании, и быть непреложным, как Богу?
   3) Посему-то было и помазание. Не Бог имел нужду в помазании, и не без Бога также совершилось помазание; но Бог и совершил помазание, и приял помазание в теле, способном приять его. Из сего явствует, что Слово не без плоти человеческой сделалось Христом, и не Само Себя уделило в явление плоти или подобие души; но пребывая, чем было, прияло рабий зрак, нелишенный бытия, несомненно являемого, как написано и объяснено, в страдании, в воскресении и в целом домостроительстве.
   Посему скажите, как, по вашему мнению, произошел Бог в Назарете? Ибо и все еретики обыкновенно утверждают это. Так, Павел Самосатский исповедует Бога от Девы, Бога явившегося из Назарета, там возымевшего начало бытию и приявшего начало царствованию; действенное же Слово с неба и Премудрость в Нем хотя признает и прежде веков сущими по предопределению, но явившимися из Назарета по бытию, чтобы, как говорит он, был един над всеми Бог Отец. Таково нечестие его. А Маркион и Манихей исповедуют Бога, явившегося в Деве, неприкосновенно пришедшего, недопускающего общения с естеством человеческим, которое подпало греху и подчинилось князю злобы. Ибо, если Бог принял на Себя оное, то Христос подчинится уже князю злобы и не будет без греха. Напротив того, говорят они, Бог из Себя по подобию явил плоть Свою, которая, как восхотел Он, явилась с неба, и на небеса удалилась, и всецело есть Божество. Также и Валентин, представляя себе плоть частью Божества, именует страдание общим Троице. Арий же признает, что одна плоть служила к прикровению Божества; а вместо внутреннего нашего человека, т. е. души, было во плоти Слово, и таким образом осмеливается понятие страдания и воскресение из ада приписывать Божеству. А Савеллий поддерживает мнение Павла Самосатского и его последователей; ибо, убоявшись ариева разделения, впал в заблуждение, уничтожающее Лица. К кому же присоединяетесь вы, или кому намерены помогать? Или вы, как говорится, сброд всякаго рода; потому что держитесь всех упомянутых еретиков, не веря единению, и оспоривая полноту, вдались в уничтожение, прикрываясь боязнью разделения? Но как разделяющие безумствуют, и разъединяющие заблуждаются, так и уничтожающие раздельность идут в погибель, после того как совершено истинное домостроительство, явлена истина, и засвидетельствована благодать.
   4) Посему, для чего же ухищряетесь выдумывать предлоги? Для чего лицемерно прикрываете себя, и не скажете явно, что не приял рабия зрака и не сделался человеком, но явился как человек? Ибо к такому положению приводит рассуждение ваше, когда, по-видимому, говорите: Сам и Сам. Посему-то предприемлете рассуждать об истинном домостроительстве, клевеща и говоря: Христос называется обоженным человеком. А что же значит сказанное: «в начале бе Слово», и: «зрак раба приим» (Флп. 2:7), сделался человеком, или человеком, который с Богом, или человеком, который сопряжен с Богом, или человеком умершим за мир и составляющим часть мира, или человеком непричастным греху, или человеком владыкою Ангелов, или человеком, которому покланяется тварь, или человеком, который есть Господь, по слову Апостола: «Павел, раб Иисуса Христа» (Рим. 1:1), или человеком распятым и Господом славы, или человеком, которому сказано: «седи одесную Мене» (Псал 109:1), или человеком грядущим судить суд? Таково «мутное» ваше «развращение», которым напояете и упоеваете людей (Аввак. 2:15)! Посему, спросите иудеев, чтобы устыдиться вам, услышав от них эти же самые речения, произносимые против Христа и против верующих в Него. Научитесь также и примером других еретиков, то же утверждающих и мудрствующих.
   Поэтому, пусть предложены будут на среду и еретические учения, и вывод вашего мудрования, и основание нашей веры, определение Евангелия, проповедь Апостолов, свидетельство Пророков, понятие о совершившемся домостроительстве.
   5) Итак, скажите, почему утверждаете, что из Назарета произошел Бог, проповедуя с Павлом Самосатским как бы начало бытию Божества, или отрицая рождение плоти с Маркионом и другими еретиками, не согласуясь же с Евангельским определением, но желая говорить свое? Посему и утверждаете, что от Девы родился Бог, и родился не Бог и человек, как определяет Евангелие (чтобы, исповедав рождение плоти, не назвать ее естественною, и не сказать истины), но Бог, как бы в призраке явивший плоть Свою. — Не начало бытия являет Бог в Назарете, но сущий прежде веков Бог-Слово из Назарета явился человеком, родившись от Марии Девы и от Святого Духа в Вифлееме иудейском, по написанному, от семени Давидова, Авраамова и Адамова, прияв от Девы все, что Бог вначале образовал в состав человека и сотворил, кроме греха, как и Апостол говорит: «по подобию по всяческим, разве греха» (Евр. 4:15). не претворение Божества показав, но сделав по воле Своей обновление человечества, «яко быти, — как пишет Апостол, — языком... стелесником и спричастником Христовым» (Ефес. 3:6), чтобы человек был истинно Богом, и Бог — истинно человеком, и был истинно человек и истинно Бог, не потому, что человек у Бога, как клевещете вы, очерняя христианское таинство, но потому что единородный Бог благоизволил полнотою Божества Своего в утробе Девы воссоздать Себе творение первообраза человеческого и новое создание естественным рождением и неразрушимым единением, да совершит за человеков спасительное дело, страданием, смертью и воскресением сделав спасение человеческое.
   6) Но говорите: «если приял все, то, без сомнения, имел и человеческие помыслы: в человеческих же помыслах невозможно не быть греху; и как Христос будет «разве греха»?» — Итак, скажите: если Бог — Зиждитель греховных помыслов, то Богу должно было присвоить созданное Им, потому что и пришел Он приблизить к Себе тварь Свою. Но с другой стороны, неправеден будет суд, осуждающий согрешившего. Ибо, если греховные помыслы сотворил Бог, то почему осуждает согрешившего? И как возможно, чтобы такой суд произошел от Бога? Если и Адам имел таковые помыслы даже прежде, нежели преслушал Божию заповедь; то как же не знал он доброго и лукавого? Будучи разумен по естеству, свободен помыслом, не изведав опытно зла, зная только доброе, и быв как бы «единомыслен» (Псал. 67:7), но преслушав Божию заповедь, человек впал в греховные помыслы, не потому что Бог создал эти пленяющие его помыслы, но потому что дьявол обольщением всеял их в разумное естество человека, сделавшееся преступным и отринутое от Бога, так что дьявол в естестве человеческом постановил греховный закон, и ради греховного дела царствует смерть. Посему-то пришел «Сын Божий да разрушит дела диаволя» (1 Иоан. 3:8).
   Но говорите: «разрушил, не согрешив; а это не есть разрушение греха. Ибо не в Нем первоначально дьявол произвел грех почему бы разрушился грех, когда он пришел в мир и не согрешил». — Диавол произвел грех, всеяв его в разумное и духовное естество человека. Потому, невозможно было, чтобы разумное и духовное естество, согрешившее добровольно и подвергшееся осуждению смерти, само себя возвратило в свободу, как говорит Апостол: «немощное бо закона, в немже немоществоваше плотию» (Римл. 8:3). Посему-то пришел самолично Сын Божий — возстановить естество человеческое в естестве Своем из новаго начала и чудным рождением, и не разделил первоначального состава, но отринул всеянное отложение, как свидетельствует Пророк, говоря: «прежде неже разумети Отрочати благое или злое, отринет лукавое, еже избрати благое» (Иса. 7:16). А если бы безгрешность явилась не в согрешившем естестве, то как был бы осужден грех во плоти, когда и плоть не совершила греха самым делом, и Божество не знает греха? Почему же Апостол говорит: «идеже... умножися грех, преизбыточествова благодать» (Римл. 5:20)? Не место описывая, но разумея естество, говорит он: «якоже единем человеком грех в мир вниде и грехом смерть»: так единым человеком «Иисус Христом благодать воцарится правдою в жизнь вечную» (Римл. 5:12, 21), чтобы в том же естестве, в котором произошло преспеяние греха, сделалось и явление правды, и таким образом, по освобождении естества человеческого от греха, разрушены были «дела диаволя», и прославился Бог.
   7) Но говорите еще: «если Христос человек, то будет частью мира; а часть мира не может спасти мира». — Какой обманчивый вымысел! Какая безумная хула! Пусть скажут: из какого писания взято это определение и это дьявольское лжеумствование? Пророк говорит: «брат не избавит, избавит ли человек?» (Псал. 48:8); и в другом месте: «человек родися в нем, и той основа и Вышний» (Псал. 86:5). Почему же не спасти мир Слову, сделавшемуся человеком, когда известно, что в том же естестве, в котором сделан грех, явился преизбыток благодати? Какой же это преизбыток благодати? Тот, что Слово сделалось человеком, пребывая Богом, чтобы, и сделавшись человеком, исповедуемо было Богом; так как Христос, будучи человеком, есть Бог, потому что, будучи Богом, сделался человеком, и в человеческом образе спасает верующих. Ибо «аще исповеси Господа Иисуса усты, твоими, и веруеши в сердце твоем, яко Бог Того воздвиже из мертвых, спасешися» (Римл. 10:9). Но Бог недоступен умерщвлению, и не имеет нужды в воскресении, а Сам воскрешает из мертвых. Посему, была потребность иметь Богу нечто такое, что принес бы Он за нас, в смерти ли то, или в жизни. А поэтому, Слово тем паче и спасает, что сделалось Оно человеком.
   8) Но говорите еще: «как может быть без греха естество, приобыкшее ко греху и приявшее в себя преемство греха? Это невозможно, почему и Христос будет как единый из человеков». — Так мудрствовал и Маркион; это мнение вводил и Манихей, плоть человеческую и самое рождение подчиняя князю злобы, и изображая его властителем; потому что «имже кто побежден бывает, сему и работен есть» (2 Петр. 2:19). Их мнение возобновляете и вы в ином виде, присовокупляя к плоти и умное естество человеческое, каким разумеется душа; и утверждая, что и для нее неизбежен грех, при сем и душу изображаете, сколько можно, плотскою, не знаю — откуда научившись этому; потому что невозможно найти сего ни в святых Писаниях, ни в общем человеческом понятии. Господь говорит: «не убойтеся от убивающих тело, души же не могущих убити» (Матф. 10:28). Если же душа, по вашему мнению, есть плотская; то почему она не умирает и не истлевает вместе с телом? Почему и Петр, содержимые во аде души наименовав духами, сказал: «сошел заключенным в темнице духовом проповедать воскресение» (1 Петр. 3:19)? Но вы утверждаете и именуете все вопреки естеству, чтобы, изобразив домостроительство согласно с естеством, не сказать вам истины, то есть, что Слово истинно сделалось и человеком.
   Вы говорите: сам Бог сказал: «прилежит помышление человеку прилежно на злая от юности» (Быт. 8:21), не разумея того, что сказав: «от юности», указал этим на всеянное и болезненное. Посему, «клятся Господь Давиду истиною... от плода чрева его по плоти воздвигнути Христа» (Псал. 131:11, Деян. 2:30), не человека, который явится по претворении Божества (иначе, какая была нужда, чтобы Господь клялся Давиду?), но приявшего рабий зрак, так что претерпел рождение от жены и подобное нашему возрастание с годами, как говорит Апостол: «понеже убо дети приобщишася крови и плоти, и Той приискренне приобщися техже» (Евр. 2:14), — «приискренне», потому что не от семени, но от Духа, и тех же, потому что не от иного семени, но, как написано, от семени Давидова, Авраамова и Адамова.
   9) Почему же, оставив святые Писания и явную истину, говорите: «если не Сам от Себя явился человеком, но сделался человеком, прияв на Себя человеческое бытие; то следует, что соединился с человеком, и распятый Господь славы будет уже человек?» Поэтому, если услышите Петра, который говорит: «Христа и Господа... Бог сотворил есть, сего Иисуса, Егоже вы распясте» (Деян. 2:36); то о ком будете разуметь слово: «сотворил»? Если о Божестве Слова, то в чем укоряете ариан, мудрствуя одинаково с ними? А если о рабием зраке в Слове, то для чего противоречите сами себе?
   Но не так веруете вы, потому что говорите еще: «если согрешившее естество сделалось в Боге неучинившим греха, то значит, что оно удерживается необходимостью; а удерживаемое необходимостью принужденно». — Посему скажите: если то, чтобы не грешить, производится принуждением, то грешить будет дело естественное. Поэтому, допустите, что Зиждитель естества есть виновник греха. Если же такая мысль богохульна, и принуждением произведено то, чтобы грешить: то явно, что не грешить было делом естественным. Посему-то зрак раба, явившийся в Божестве Слова, не подлежа необходимости, по естеству и силе являет в себе безгрешность, разорив преграду необходимости и закон греха, и пленив мучителя, уловившего в плен, как говорит Пророк: «восшел еси на высоту, пленил еси плен» (Псал. 67:19). Слово, противопоставив врагу зрак раба, одерживает победу чрез побежденного некогда. Посему, Иисус прошел все искушение, потому что приял все, чем опытно изведано искушение; и этим одержал за людей победу, говоря: «дерзайте, Аз победих мир» (Иоан. 16:33). Ибо дьявол воздвиг брань не против Божества, которого не признал (и на это не дерзнул бы он, потому и сказал: «аще Сын еси Божий» — (Матф. 4:3), но против человека, которого древле мог ввести в обман, и чрез обманутого на всех людей распространил действие злобы своей. Поелику душа Адамова содержима была в осуждении смерти и непрестанно взывала к своему Владыке, а также и души благоугодивших Богу и оправданных законом естественным содержимы были вместе с Адамом, и с ним сетовали и взывали; то Бог, умилосердившись над человеком, Им сотворенным, благоизволил таинством явления Своего сделать человеческому роду новое спасение, низложить врага, прельстившего по зависти, явить же несравненное возвышение человека единением и общением его с Вышним в самом естестве и в самой действительности.
   10) Посему, пришло Слово, Бог и Создатель первого человека, чтобы сделаться человеком, для оживотворения человека и низложения злобнаго врага; и родилось от жены, восставив Себе от первого создания человеческий зрак, в явлении плоти без плотских пожеланий и человеческих помыслов, в обновленном образе; потому что в Нем воля единого Божества и целое естество Слова в явлении человеческого зрака и видимой плоти второго Адама, не в разделении лиц, но в бытии Божества и человечества. Посему, дьявол приступил к Иисусу, как к человеку, но, не обретая в Нем признаков древнего своего всеяния, ни успеха в настоящем предприятии, посрамляемый и преодолеваемый уступил над собою победу, и в изнеможении сказал: «кто Сей пришедый от Едома», то есть, из земли человеков, «наступающий зело с крепостию?» (Иса. 63:1). Потому и Господь сказал: «грядет... сего мира князь, и во Мне не обретает ничесоже» (Иоан. 14:30); хотя знаем, что второй Адам имел и душу и тело и целого первого Адама. Ибо если бы речение «ничесоже» относилось к бытию человеческому, то каким обрел бы видимое тело Сказавшего: «ничесоже»? Но не обрел в Нем ничего такого, что сам произвел в первом Адаме. И таким образом, во Христе истреблен грех. Потому и Писание свидетельствует: «Иже греха не сотвори, ни обретеся лесть во устех Его» (1 Петр. 2:22).
   11) Почему же говорите, что «однажды плененному человеку невозможно сделаться свободным от плена?» Чтобы приписать невозможность Богу и возможность дьяволу, именуете, как и прочие еретики, грех его неистребимым в естестве человеческом, и утверждаете, будто бы неуловляемое в плен Божество пришло в подобии плоти и души, чтобы самому Ему пребыть свободным от плена, и таким образом явиться чистой правде. Когда же правда Божества не была чистою? И какое в этом благодеяние людям, если Господь явился не в тождестве бытия и не в обновлении естества, как говорит Апостол: «Егоже обновил есть нам... путь новый и живой» (Евр. 10:19-20), по сказанному: «Аз есмь путь и живот и истина» (Иоан. 14:6)?
   Но говорите: «верующие спасаются уподоблением и подражанием, а не обновлением и начатком». Как же первородным во многих братьях (Рим. 8:29) и начатком умерших (1 Кор. 15:20) сделался Христос, «Иже есть Глава телу церкве» (Кол. 1:18)? Ибо вера в очевидное не может назваться верою; но та вера истинная, которою признается невозможное возможным, немощное крепким, страждущее бесстрастным, тленное нетленным, смертное бессмертным. «Тайна сия велика есть, — как говорит Апостол, — Аз же глаголю во Христа и во Церковь» (Ефес. 5:32). Бог пришел не Себя оправдать, потому что и не грешил, но «нас ради обнища богат сый, да мы нищетою Его обогатимся» (2 Кор. 8:9). Как же обнищал Бог? — Так, что воспринял в Себя обнищавшее естество и предложил его в собственной Своей правде, как за человеков страждущее и выше человеков сущее, от человеков явившееся, и всецело сделавшееся Божиим. Ибо, если бы не сделался первородным во многих братьях, то как явился бы перворожденным из мертвых?
   Почему же говорите: «Бог страдал и воскрес во плоти?» Какая нелепость и хула! Это дерзость ариан; они небоязненно произносят таковыя хулы, научившись Сына Божия притворно именовать Богом, хотя Писание учит, что Богом во плоти Его совершено страдание, а не Бог страдал во плоти.
   12) Почему же вы, обещавшиеся прежде исповедовать единосущие, в страдание вовлекаете нераздельное Имя, самое неделимое естество, самое неизреченное Божество, непреложное и неизменяемое единосущие вовлекая в страдание и исповедуя его уже вследствие воскресения? Ибо, если Слово, из Себя претворив плоть, дошло до страдания, не прияв в Себя ничего удобостраждущего или допускающего воскресение; то само Оно и страдало и воскресло из мертвых. И страдание будет, как учил Валентин, нечто общее для всей Троицы, потому что Слово по Божескому естеству нераздельно с Отцом. Если же так намерены вы понимать это, — что будут значить обещания Пророков, родословие Евангелистов, свидетельство Апостолов, служение Матери Марии, возрастание с годами, вкушение пищи, показаше сострастия во всем, наречение имени, или то, что Сын Божий сделался сыном человеческим, или сказанное: «человек Христос Иисус, давый Себе избавление за нас» (1 Тим. 2:5-6); или: «яко подобает Сыну человеческому много пострадати, и убиену быти, и в третий день воскреснути из мертвых» (Мк. 8:31)?
   А если не веруете, что Христос и удобостраждущ, потому что Он человек, и бесстрастен, потому что Он Бог; когда же бываете доведены до крайности, рассуждаете, что, если и исповедуете Христа Богом и человеком, то признаете уже не одного, но двух: в таком случае необходимо вам, или, согласно с Маркионом и другими еретиками, домостроительство страдания, смерти и воскресения назвать одним призраком, или согласно с Арием и его последователями, Божество Слова наименовать удобостраждущим.
   13) Ибо если, читая божественные Писания, обращали внимание на сказанное везде в Законе и у Пророков, в Евангелиях и у Апостолов; то Писания сперва называют Господа человеком, а потом говорят о страдании, чтобы о Божестве не изречь чего хульного. Посему, не говорят о рождении Божества Слова, но исповедуют Отца и проповедуют Сына, от Марии же производят Христа по плоти, как Сына Давидова и Иосифова, восприявшего рабий зрак, чтобы от человеков заимствованным признаваемо было Его человечество, и от Бога Отца исшедшим исповедуем был Бог-Слово, претерпевший за человеков страдания в заимствованном от человеков удобостраждущем образе и являющий в страдающем теле бесстрастие, в умирающем бессмертие, в погребаемом нетление в искушенном победу, в обветшавшем обновление, «яко ветхий наш человек с Ним распятся» (Рим. 6:6). И это есть благодать. Но Божество никак не приемлет страдания без страждущего тела, не показывает смущения и скорби без скорбящей и смущаемой души, не тоскует и не молится без тоскующего и молящегося ума. Впрочем, все сказанное происходило не от недостаточности естества, но совершалось в показание бытия. Как же пишете вы, что Бог во плоти страдал и воскрес? Ибо если Бог во плоти страдал и воскрес, то удобостраждущим назовете и Отца и Утешителя; потому что одно есть имя и одно Божеское естество.
   14) Из сего же изречения можно усмотреть вашу мысль, показывающую, что не боитесь Бога и не веруете божественным Писаниям. Моисей пишет о Боге: «Бог наш огнь потребляяй есть» (Втор. 4:24), а о пришествии Его во плоти говорит: «Пророка от братии вашей... возставит... Господь» (Втор. 18:15), и: «живот на древе висящ» (Втор. 28:66), как бы разумея тело Господне, в котором наша жизнь. И Исаия взывает о Боге, говоря: «Бог великий, вечный... устроивый концы земли, не взалчет, ниже утрудится», и проч. (Иса. 40:28), о страдании же говорит: «человек в язве сый и ведый терпети болезнь» (Иса. 53:3). Что же значит сказанное: «ведый терпети болезнь»? То, что от страдавшего явилось удобостраждущее. Посему-то и сказано: «напиши... писалом человеческим» на свитке новом (Ис. 8:1), а не писалом неимеющей вида плоти. И Апостол говорит: «человек Христос Иисус, давый Себе... за нас» (1 Тим. 2:5-6). Посему-то, сказав: «по плоти» (Рим. 9:5), и воскресение приписывает Происшедшему от семени Давидова. О Божестве же Его говорит: «живо бо Слово Божие и действенно, и острейше паче всякаго меча обоюду остра» (Евр. 4:12). Да и сам Господь страдание относит к Сыну человеческому, показывая, еже по плоти; о Божестве же Своем говорит: «Аз и Отец едино есма» (Иоан. 10:30), и: «никтоже знает Сына, кто Он, токмо Отец» (Матф. 11:27).
   Писания нигде не предали нам о крови Божией без наименования плоти, или о том, что Бог пострадал и воскрес во плоти. Такие дерзкие мысли свойственны арианам, потому что они Сына Божия не признают истинным Богом; святые же Писания проповедуют во плоти Божией о крови и страдании плоти Бога, сделавшегося человеком, также о воскресении Божия тела, и именно о воскресении из мертвых. Но вы утверждаете противное, как будто вы премудрее Апостолов, тайнозрительнее Пророков, полновластнее Евангелистов, или полномочнее самого Господа, лживым вашим благохвалением отрицаете истину и говорите против Божества, и на кресте ясно показавшего домостроительство, когда излиянием крови утверждено бытие плоти, а произнесенные слова, свидетельствовавшие о бытии души, не отлучение изобразили Божества но показали умерщвление плоти, и то, что Божество, как не оставило тела во гробе, так не отлучилось от души во аде. Ибо это значит сказанное Пророками: «не оставиши душу Мою во аде, ниже даси Преподобному Твоему видети истления» (Псал. 15:10). Потому и Господь сказал: «никтоже возмет ю от Мене, но Аз полагаю ю о Себе» (Иоан. 10:18), т. е. показываю, предстоя Сам.
   15) Посему-то душою Бога разрушена держава смерти, совершено и благовествовано душам воскресение из ада, а телом Христовым в бездействие приведено тление и явлено из гроба нетление, так что и человек не отлучился от Бога, и Бог не возвещал оставления человеку, умерщвление же и отлучение духа было не прехождением Бога от тела, но разлучением души с телом; потому что была там изображена наша смерть. А если Бог отлучился от тела и, таким образом, последовало умерщвление; то как же разлученное с нетленным Богом тело явило в себе нетление? Как и Слово совершило сошествие во ад? Или, как явило воскресение из ада? Ужели Само воскресло вместо нашей души, чтобы представить на Себе образ нашего воскресения? И возможно ли помыслить это о Боге? Поэтому, положение ваше несогласно с святыми Писаниями, и мысль ваша несообразна с совершившимся домостроительством, и сказанное: «седи одесную Мене» (Псал. 109:1) — означает не человеческое, но Божие достоинство. Поелику же Божие достоинство сделалось достоинством человеческим, чтобы человеческое достоинство признаваемо было достоинством Божиим; то и сказано: «седи одесную Мене», и: «прослави Мя... Отче... славою вечною» (Иоан. 17:5). Не лишившись славы, но явившись в неславном теле, говорит это, желая показать, что рабий зрак не отлучен от Божеской славы, но являет в себе ее. Потому и говорит: «и прославих, и паки прославлю» (Иоан. 12:28), показывая, что одна слава и до приятия тела и в теле, как говорит Апостол: «толико лучший быв Ангелов, елико преславнее паче их наследствова имя. Кому бо рече когда от Ангел: седи одесную Мене?» (Евр. 1:4, 13). Конечно же, Творец Ангелов — Слово сделалось лучшим, не как меньшее Ангелов, но потому что лучшим Ангелов, или и всякой твари, явило воссиявший в Нем рабий зрак. Ибо Слово, будучи образом невидимого Бога, сделалось перворожденным всея твари, как написано и в Евангелиях: «дондеже роди Сына Своего первенца» (Матф. 1:25). Посему-то Им все сотворено, Им совершено и страдание, и Он есть избавитель от страдания и смерти. «Вся тем быша» (Иоан. 1:3); и «Той есть глава телу Церкве, иже есть... Перворожден из мертвых... да будет, — как сказано, — во всех Той первенствуя» (Кол. 1:18).
   16) Как же вы утверждаете, что Создатель разумных естеств — Слово, срастворив с Собою плоть, сделалось разумным человеком? И как Непреложный и Неизменяемый, не создавая Себе разумного рабия зрака, сделался человеком, чтобы и Слово было непреложно, пребывая тем, чем было, и разумный человек, будучи Богом, видим стал на земле? Ибо Господь есть небесный человек, не потому что с неба явил плоть, но потому что плоть, взятую от земли, сделал небесною. Посему-то «яко́в перстный, такови и перстнии», по причастию Его святости (1 Кор. 15:48). Посему-то присвояется Ему и свойственное телу.
   Но еще говорите: «как же распяли Господа славы»? — Но не распяли Слово, как вы думаете. Да не будет сего! Напротив того, отринули Слово, пригвоздив на древе тело Слова. Отринут был Бог, страдание же, смерть и воскресение совершились в плоти и душе Бога. Посему, Господь сказал иудеям: «разорите Церковь сию, и треми денми возбвигну ю» (Иоан. 2:19), как говорит Пророк: «зане предана бысть на смерть душа Его» (Иса. 53:12), а не само Слово; и Иоанн говорит: «Он по нас душу Свою положи» (1 Иоан. 3:16).
   Поэтому, как могли иудеи разорить храм Божий и прервать единение плоти с Словом, сделавшееся нерасторгаемым, если так произошло умерщвление тела, как вы полагаете это? Тело не могло быть умерщвлено, не разлучившись с чем-либо. Если не было разрешения, то не было и смерти. А если не было смерти, то не было и воскресения. Посему допустите, что было разрешение и разлучение с телом, как написано в Евангелиях, что «издше» (Лук. 23:46), и что, «преклонь главу, предаде дух» (Иоан. 19:30), и тогда увидим, какой дух, по вашему предположению, разлучился с телом, и произошло умерщвление. Ибо сказали вы, что Слово, срастворив с Собою неимевшую самостоятельности плоть, явило истинно разумного и совершенного человека. Посему, если Слово разлучилось с телом и от сего произошло умерщвление; то иудеи превозмогли Бога, прервав нерасторгаемое единение. А поэтому, не наша была там смерть, если умерщвление тела произошло от того, что разлучился с ним Бог. Но как же тело, разлучившись с нетленным Богом, пребыло в нетлении?
   Разве уязвление будет касаться тела, а страдание Слова? Почему и утверждаете вы, что пострадал Бог, говоря это сообразно с своим мудрованием, лучше же сказать, согласно с арианами. Ибо так и они учат. Так, по вашему, и в воскресении воздвигнуто будет Слово. Ибо необходимо, чтобы во аде воспринято было некое начало воскресения, да совершенны будут и воскресение и разрушение смерти, и избавление содержавшихся там духов.
   17) Если же Слово претерпело сие, то где непреложность и неизменяемость Слова? Как Слово, неприкровенно явившись во аде, признано за человека в смерти? Почему и Господь сказал иудеям: «Аз воскрешу Его» (Иоан. 6:44), а не: восстану из ада? Если Слово, подвергшись смерти, имело нужду в восставляющем Его от смерти, то не Его будет победа, а Того, Кто восставляет Его.
   Почему же устами Пророков предвозвещено о душе Его? Почему Господь в явление Свое, исполняя обетование, сказал: душу Мою полагаю за овец Моих (Иоан. 10:15)? Что душа сия есть дух, ясно учат и святые Писания и сам Господь, когда сказал Он, что тело убивается людьми, а душу не могут они убить, потому что она — дух. Сим-то «духом возмутися Иисус» (Иоан. 13:21). Сего-то духа разлучение с телом совершилось на кресте. Так умерло тело и произошло его разрешение; а Бог-Слово непреложно был и в теле, и в душе, и в Себе самом, сый в лоне Отчем, в показание Своей неизменяемости. В том же зраке, который был в Нем подобен нашему, изобразил Он там нашу смерть, чтобы в Нем уготовать для нас и воскресение, возвратив из ада душу, и из гроба тело, чтобы явлением души в смерти уничтожить смерть, и погребением тела во гробе привести в бездействие тление, и из ада и из гроба явив бессмертие и нетление, в подобном нашему теле совершив нам путь, и разрешив нас содержимых в плену. Сие-то и было чудно; в сем-то и состояла благодать. А вы, признавая одну плоть, не можете показать ни осуждения греха, ни разрушения смерти, ни совершения воскресения, ни непреложности Слова; потому что блуждаете вне святых Писаний, говоря то, что лжеумствуют ариане, тогда как в святых Писаниях ясно говорится о душе, и домостроительство совершено в явлении всей полноты и совершенства.
   18) Но одни из еретиков, исповедуя Видимого, не веруют в Его Божество; другие, исповедуя Богом, отрицают рождение Его плоти; иные же, признавая плоть, отрицают явление души Его, и уподобляются безумствующим ученикам ариан, которые сплетают ухищренные и затруднительные вопросы, чтобы, возбуждая ими сомнение, склонять на свою сторону людей простых, когда сами колеблются в вере. Подобно сему и нынешние еретики навыкли спрашивать: Что такое родившийся от Марии? Бог, или человек? Потом, если скажешь спрашивающему: «человек», — изъявит он неверие в Божество Его, соглашаясь с неверующими в оное еретиками. А если скажешь: «Бог», — то будет отрицать рождение плоти Его, и присоединится к отрицающим оное еретикам. Потом опять спрашивает: Кто пострадавший? Кто распятый? Бог, или человек? — чтобы опять, если скажешь: «Бог», произнести ему хульное слово с нечестивыми арианами, а если скажешь: «человек», продолжать речь по иудейскому понятию.
   Посему-то святые Писания проповедуют, что Слово есть Бог от Отца неизреченно, и что Оно напоследок времен родилось от Девы человеком, чтобы невозможно было не исповедовать Его Богом и отрицать рождение плоти. Где именуется плоть, там Писания разумеют устройство целого состава, кроме греха, а с именем человека соединяют понятие страдания, и не простираются далее, как написано в святых Писаниях. О Божестве же Слова исповедуют непреложность и неизреченность. Посему-то и Слово богоглаголется, и излагается родословие человека, чтобы один и тот же естественно и истинно был в том и другом, был Богом в присносущии Божества и создании твари, и человеком в рождении от жены и возрастании с годами, Богом в животворных благодеяниях и Богом сильным в чудодействиях, человеком же в подобных нашим страданиях и в наших немощах. И Слово есть Бог в явлении бессмертия, нетления и непреложности, и человек в пригвождении ко кресту, в излиянии крови, в погребении тела, в снисшествии во ад, и в воскресении из мертвых. Так, Христос воздвигается из мертвых, и Сый Бог воздвигает мертвых.
   19) Посему, суесловят приписывающие страдание Божеству Его, или неверующие вочеловечению Его, или единого именующие двумя, или предприемлющие производить измерение плоти Его и осмеливающиеся сверх Писаний определять: «сколько» или «как». В подобных этим примышлениях преткнулся ум еретиков; Маркион уклонился от истины по преизбытку хулы; Манихей введен в заблуждение мнением о начале греха; Валентин погрешил под предлогом ведения; а Павел Самосатский и так называемый Фотин с последователями пали по неверию в Божество; Арий же хулил по безумию. И вы, вдаваясь в подобные споры, говорите, чего нет в Писании, и совращаете неутвержденных. Но достаточно веровать тому, что написано и совершено, как говорит Павел: «по подобию по всяческим, разве греха» (Евр. 4:15); и также Петр: «Христу убо пострадавшу за ны плотию, и вы в туже мысль вооружитеся» (1 Петр. 4:1), чтобы, простершись далее сего, не отринуть истины.