святитель Афанасий Великий

ПОСЛАНИЯ СОБОРА, СОЗВАННОГО В САРДИКЕ

Святой Собор, по благодати Божией созванный в Сардике из Рима, Испании, Галлии, Италии, Кампании, Калабрии, Апулии, Африки, Сардинии, Паннонии, Мисии, Дакии, Норика, Сискии, Дардании, другой Дакии, Македонии, Фессалии, Ахаии, Эпиров, Фракии, Родопы, Палестины, Аравии, Крита и Египта, пресвитерам и диаконам и всей святой Церкви Божией во Александрии, возлюбленным братьям желает о Господе радоваться.

37) И до получения нами писем от вашего благоговения небезызвестно, а напротив того, явно было нам, что покровители злоименной арианской ереси устрояли многое и ужасное, впрочем более на пагубу душе своей, нежели во вред Церкви. В том состояли их искусство и коварство, такого держались они убийственного всегда намерения, чтобы всеми силами преследовать и гнать всех, где бы то ни было, православных, содержащих учение Вселенской Церкви, какое предано им от Отцов. На одних взводили вымышленные обвинения, других посылали в заточение, иных истомили в муках. Конечно же, своими насилиями и мучительством старались они помрачить и чистоту брата и соепископа нашего Афанасия, а потому и суд у них был без строгих исследований, без доказательств, одним словом – несправедлив. Посему, не надеясь на то, что о нем выдумали и разглашали, и сами усматривая, что не могут представить на это верных доказательств, прибыв в город Сардику, не захотели явиться на Собор всех святых епископов. А этим и обнаружилось, сколь справедлив суд брата и соепископа нашего Юлия, ибо не без осмотрительности рассудил он, но по самой строгости решил дело, почему и нимало не усомнился принять в общение брата нашего Афанасия, у которого восемьдесят епископов были верными свидетелями и которому послужило в оправдание и то, что с помощью возлюбленных братий наших – пресвитеров своих, и также с помощью писем обнаружил он козни Евсевиевых приверженцев, подкреплявших себя не судом, а более насилиями. Почему все повсюду сущие епископы подтвердили – принять в общение Афанасия за его чистоту.

Да обратит внимание любовь ваша и на следующее: когда Афанасий явился на святой Собор, созванный в Сардике, тогда, по сказанному выше, и посланиями, и устными приказаниями напоминали мы Восточным и приглашали их также явиться. Но они, обличаемые совестью, под неприличными предлогами начали уклоняться от суда, требовали, чтобы невинный, как виновный, изринут был из нашего общения, не внимая тому, что это неприлично, лучше же сказать, невозможно. И о судебных записях, составленных в Мареоте какими-то негодными и отчаянными молодыми людьми, которым никто не поверял и самой низшей степени в клире, доказано было, что произведено одностороннее исследование дела, потому что не было там ни брата нашего, епископа Афанасия, ни обвиняемого ими пресвитера Макария. Да и допрос, лучше же сказать лживый наговор, сделан ими самым постыдным образом, потому что были допрашиваемы то язычники, то оглашенные не для того, чтобы сказали, что знают, но чтобы дали лживое показание, какому сами их научили. И вам, пресвитерам, которые были озабочены отсутствием вашего епископа и хотели быть при исследовании, доказать истину и обличить ложь, не сделано никакого уважения, вам не дозволили присутствовать, даже с поруганием изгнали вас.

И из этого уже весьма очевидна всякому клевета. Но, прочитав судебные записи, нашли мы еще, что вселукавый Исхир, который за клевету получил от них награду – мнимое имя епископа, сам обличил себя в этой клевете, потому что в этих же записях сказал о себе, что в то время, когда, по утверждаемому ими, вошел в келлию его Макарий, лежал он больной, между тем как Евсевиевы сообщники дерзнули написать, что, когда явился Макарий, Исхир стоял и совершал Приношение.

38) Явною для всех также стала клевета и лживость доноса и в той жалобе, какую приносили после этого. Ибо говорили и неумолчно вопияли, что Афанасий совершил убийство и умертвил некоего Арсения, епископа, поставленного Мелетием; притворяясь сетующими об этом Арсении, лицемерно проливали они слезы и требовали, чтобы выдано было тело этого живого епископа, как действительно умершего. Но выдумки их не остались неузнанными, всем стало известно, что Арсений и жив, и считается между живыми. Эти же готовые на все люди, когда увидели, что обличаются во лжи, потому что сам живой Арсений доказывал о себе, что его не убивали и не умирал он, – не успокоились и после этого, но стали к прежним лживым доносам приискивать другие доносы, чтобы при помощи новых козней оклеветать Афанасия. Что же потом, возлюбленные? Не смутился брат наш Афанасий, но и в этом с великим дерзновением стал вызывать их на суд, и мы желали и приглашали, чтобы пришли они на суд и обличили Афанасия, если могут. О, какой дух преобладания! Какая страшная гордыня! Или лучше, если говорить правду, какая злая и виновная совесть? Это всем явно.

Посему, возлюбленные братья, напоминаем вам и убеждаем вас прежде всего содержать правую веру Вселенской Церкви. Ибо много страшного и бедственного претерпели вы много оскорблений и неправд понесла Вселенская Церковь, но – «претерпевый... до конца, той спасен будет» (Матф. 10, 22). Почему, если и еще осмелятся действовать против вас, – скорбь ваша в радость будет, потому что такие страдания составляют часть мученичества, такие исповедания ваши и истязания не останутся невознагражденными, но от Бога приимете победные награды. Посему подвизайтесь наипаче, защищая здравую веру и чистоту вашего епископа и нашего сослужителя Афанасия, потому что и мы не умолчали и не вознерадели о вашем спокойствии, но позаботились и сделали все, чего требует закон любви: приемлем участие в страданиях страждущих братий наших и страдания их признаем своими собственными.

39) Посему донесли мы об этом благочестивейшим и боголюбивейшим царям, и обратились к ним с просьбою, чтобы человеколюбие их повелело дать ослабу доселе страждущим и угнетаемым и узаконило ни одному из тех судей, на которых лежит обязанность заботиться о делах только гражданских, как не судить клириков, так вообще, под предлогом попечения о Церквах, ничего не предпринимать впредь против братий, чтобы каждый из братий, не подвергаясь ни гонению, ни какому-либо насилию и притязанию, жил, как желает и хочет, и в тишине и мире содержал Вселенскую и Апостольскую веру.

О Григории, который, как говорят, незаконно поставлен еретиками и прислан ими в ваш город, да будет известно вашему единодушию, что он, по суду всего священного Собора, низложен, да и вовсе никогда не был признаваем за епископа. Посему с радостью примите возвращенного вам Епископа вашего Афанасия. Ибо для этого и отпустили мы его с миром, потому всем, которые или по страху, или по чьим-либо проискам были в общении с Григорием, советуем после этого нашего напоминания, вняв и покорившись сему, прекратить мерзкое с ним общение и присоединиться, наконец, к Вселенской Церкви.

40) Поскольку же узнали мы, что и против сопресвитеров наших Афония, Афанасия, сына Капитонова, Павла и Плутиона составлен был заговор Евсевиевыми сообщниками, а потому одни сосланы в заточение, другие сами бежали, когда угрожали им смертью, то признали мы нужным объявить нам и об этом, да будет вам известно, что и их приняли мы и признали невинными, очень хорошо зная, что все, сделанное Евсевиевыми сообщниками против православных, сделано к славе и похвале подвергшихся их козням. Хотя епископу вашему и нашему сослужителю Афанасию прилично было бы донести вам о них как о своих, частным образом, но поскольку для большего засвидетельствования захотел он, чтобы написал вам святой Собор, то не замедлили мы, а напротив того, постарались уведомить вас, чтобы и вы, подобно нам, приняли их как достойных похвалы, потому что и они за благочестивую веру во Христа сподобились претерпеть поругание от еретиков.

Какое же определение составлено святым Собором против покровителей арианской ереси, погрешивших против вас и против других Церквей, об этом узнаете из приложенных бумаг, которые послали мы к вам, чтобы вам было из этого известно, что Вселенская Церковь не оставляет без замечания погрешающих против нее.

Святой Собор, по благодати Божией созванный в Сардике, епископам и сослужителям в Египте и Ливии, возлюбленным братиям, желает о Господе радоваться.

41) И до получения нами писем от вашего благоговения небезызвестно, а напротив того, явно было нам, что покровители злоименной арианской ереси устрояли многое и ужасное, впрочем, более на пагубу душе своей, нежели во вред Церкви. В том состояли их искусство и коварство, такого держались они убийственного всегда намерения, чтобы всеми силами преследовать и гнать всех, где бы то ни было, православных, содержащих учение Вселенской Церкви, какое предано им от Отцов. На одних взводили вымышленные обвинения, других посылали в заточение, иных томили в муках. Конечно же, своими насилиями и мучительством старались они помрачить и чистоту брата и соепископа нашего Афанасия, а потому и суд у них был без строгих исследований, без доказательств, одним словом – несправедлив. Посему, не надеясь на то, что о нем выдумали и разглашали, и сами усматривая, что не могут представить на это верных доказательств, прибыв в город Сардику, не захотели явиться на Собор всех святых епископов. А этим и обнаружилось, сколь справедлив суд брата и соепископа нашего Юлия, ибо не без осмотрительности рассудил он, но по самой строгости решил дело, почему и нимало не усомнимся принять в общение брата нашего Афанасия, у которого восемьдесят епископов были верными свидетелями и которому послужило в оправдание и то, что с помощью возлюбленных братий наших – пресвитеров своих, и также с помощью писем обнаружил он козни Евсевиевых приверженцев, подкреплявших себя не судом, а более насилиями. Почему все повсюду сущие епископы подтвердили – принять в общение Афанасия за его чистоту.

Да обратит внимание любовь ваша и на следующее: Когда Афанасий явился на святой Собор, созванный в Сардике, тогда, по сказанному выше, и посланиями, и устными приказаниями напоминали мы Восточным и приглашали их также явиться. Но они, обличаемые совестью, под неприличными предлогами начали уклоняться от суда, требовали, чтобы невинный, как виновный, изринут был из нашего общения, не внимая тому, что это неприлично, лучше же сказать, невозможно. И о судебных записях, составленных в Мареоте какими-то негодными и отчаянными молодыми людьми, которым никто не поверял и самой низшей степени в клире, доказано было, что произведено одностороннее исследование дела, потому что не было там ни брата нашего, епископа Афанасия, ни обвиняемого ими пресвитера Макария. Да и допрос, лучше же сказать лживый наговор, сделан ими самым постыдным образом, потому что были допрашиваемы то язычники, то оглашенные, не для того, чтобы сказали, что знают, но чтобы дали лживое показание, какому сами их научили. И вам, пресвитерам, которые были озабочены отсутствием вашего епископа и хотели быть при исследовании, доказать истину и обличить ложь, не сделано никакого уважения, вам не дозволили присутствовать, даже с поруганием изгнали вас.

И из этого уже весьма очевидна всякому клевета. Но, прочитав судебные записи, нашли мы еще, что вселукавый Исхир, который за клевету получил от них награду – мнимое имя епископа, сам обличил себя в этой клевете, потому что в этих же записях сказал о себе, что в то время, когда, по утверждаемому ими, вошел в келлию его Макарий, лежал он больной, между тем как Евсевиевы сообщники дерзнули написать, что, когда явился Макарий, Исхир стоял и совершал Приношение.

42) Явною для всех также стала клевета и лживость доноса и в той жалобе, какую приносили после этого. Ибо говорили и неумолчно вопияли, что Афанасий совершил убийство и умертвил некоего Арсения, епископа, поставленного Мелетием, притворяясь сетующими об этом Арсении, лицемерно проливали они слезы и требовали, чтобы выдано было тело этого живого епископа, как действительно умершего. Но выдумки их не остались неузнанными, всем стало известно, что Арсений и жив, и считается между живыми. Эти же готовые на все люди, когда увидели, что обличаются во лжи, потому что сам живой Арсений доказывал о себе, что его не убивали и не умирал он, – не успокоились и после этого, но стали к прежним лживым доносам приискивать другие доносы, чтобы при помощи новых козней оклеветать Афанасия. Что же потом, возлюбленные? Не смутился брат наш Афанасий, но и в этом с великим дерзновением стал вызывать их на суд, и мы желали и приглашали, чтобы пришли они на суд и обличили Афанасия, если могут. О, какой дух преобладания! Какая страшная гордыня! Или лучше, если говорить правду, какая злая и виновная совесть! Это всем явно.

Посему, возлюбленные братия, напоминаем вам и убеждаем вас прежде всего содержать правую веру Вселенской Церкви. Ибо много страшного и бедственного претерпели вы, много оскорблений и неправд понесла Вселенская Церковь; но – «претерпевый... до конца, той спасен будет» (Матф. 10, 22). Посему, если и еще осмелятся действовать против вас, – скорбь ваша в радость будет, потому что такие страдания составляют часть мученичества, такие исповедания ваши и истязания не останутся не вознагражденными, но от Бога приимете победные награды. Посему подвизайтесь наипаче, защищая здравую веру и чистоту вашего епископа и нашего сослужителя Афанасия, потому что и мы не умолчали и не вознерадели о вашем спокойствии, но позаботились и сделали все, чего требует закон любви: приемлем участие в страданиях страждущих братий наших и страдания их признаем своими собственными, со слезами вашими смешали и свои слезы. Не вы одни пострадали, братия, но и многие другие наши сослужители, пришедши сюда, сетовали об этом.

43) Почему донесли мы об этом благочестивейшим и боголюбивейшим царям и обратились к ним с просьбою, чтобы человеколюбие их повелело дать ослабу доселе страждущим и угнетаемым и узаконило ни одному из тех судей, на которых лежит обязанность заботиться о делах только гражданских, как не судить клириков, так вообще, под предлогом попечения о Церквах ничего не предпринимать впредь против братий, чтобы каждый из братий, не подвергаясь ни гонению, ни какому-либо насилию и притязанию, жил, как желает и хочет, и в тишине и мире содержал Вселенскую и Апостольскую веру.

О Григории, который, как говорят, незаконно поставлен еретиками и прислан ими в ваш город, да будет известно вашему единодушию, что он, по суду всего священного Собора, низложен, да и вовсе никогда не был признаваем за епископа. Посему с радостью примите возвращенного вам епископа вашего Афанасия. Ибо для этого и отпустили мы его с миром; потому всем, которые или по страху, или по чьим-либо проискам были в общении с Григорием, советуем после этого нашего напоминания, вняв и покорившись сему, прекратить мерзкое с ним общение и присоединиться, наконец, к Вселенской Церкви.

Какое же определение составлено святым Собором против Феодора, Наркисса, Стефана, Акакия, Минофанта, Урзация, Валента и Георгия, покровителей арианской ереси, погрешивших против вас и против других Церквей, об этом узнаете из приложенных бумаг, которые послали мы к вам, чтобы ваше благочестие изъявило согласие на определенное нами, и вам было из этого известно, что Вселенская Церковь не оставляет без замечания погрешающих против нее.

Святой Собор, по благодати Божией созванный в Сардике, повсюду сущим епископам и сослужителям Вселенской Церкви, возлюбленным братиям, желает о Господе радоваться.

44) На многое и неоднократно отваживались ариане против рабов Божиих, сохраняющих правую веру, и внушая лживое свое учение, покушались изгонять православных, а наконец, столь восстали против веры, что не укрылось это от благочестия благоговейнейших царей. Почему при содействии Божией благодати сами благочестивейшие цари созвали нас из разных епархий и городов и дозволили быть святому сему Собору в городе Сардике, чтобы пресечено было всякое разномыслие и с удалением всякого зловерия всеми соблюдаема была одна благочестивая вера во Христа.

Прибыли и Восточные епископы, вызванные благочестивейшими царями, особливо потому, что многократно разглашали о возлюбленных наших братьях и сослужителях – Афанасии, епископе Александрийском, и о Маркелле, епископе Анкирогалатийском. И до вас, может быть, дошли их клеветы, и ваш слух, может быть, покушались они возмутить, чтобы поверили вы всему, что говорят против невинных, а им можно было укрыться от подозрения в зловредной своей ереси. Но не долго удалось им так действовать. Ибо Покровитель Церквам – Господь, ради них и ради всех нас претерпевший смерть и Собою показавший всем нам восхождение на небо. Посему и прежде, когда Евсевиевы сообщники сослужителю нашему Юлию, епископу Церкви Римской, писали против упомянутых выше сослужителей наших, – разумеем Афанасия, Маркелла и Асклипия, – и других стран епископы писали также, свидетельствуя о чистоте сослужителя нашего Афанасия и о том, что вышедшее от Евсевиевых сообщников – не более, как ложь и исполнено клеветы. И хотя клевета была уже ясна, особенно из того, что не явились они на приглашение возлюбленного сослужителя нашего Юлия, а также из написанного посему самим Юлием, ибо пришли бы они, если бы полагались на то, что сделано и произведено ими против сослужителей наших; однако же, еще явственнее обнаружили свой заговор тем, что сделали во время сего святого и великого Собора. Ибо, прибыв в город Сардику и увидев там братий наших Афанасия, Маркелла, Асклипия и других, убоялись они явиться на суд, и не раз, не два, но многократно приглашаемые, не послушали приглашений, хотя все мы, сошедшиеся епископы, и особенно маститый старец Осия, достойный всякого уважения и по летам, и по исповедничеству, и по стольким понесенным им трудам, ждали и убеждали их прийти на суд, чтобы лично могли они уличить сослужителей наших в том, что разглашали и писали о них отсутствующих. Но они не пришли по приглашению, как сказали мы выше, доказывая тем клеветничество свое, и отречением своим вслух почти вопия о сделанном ими злоумышлении и заговоре. Кто твердо уверен в том, что говорит, тот может подтвердить это и в лице. Поскольку же они не явились на суд, то теперь, хотя им хотелось бы снова обмануть, всякий уже знает, как полагаем, что, не имея чем обличить сослужителей наших, клевещут на них, когда их нет, и бегают от них, когда они перед ними лично.

45) Обратились же они в бегство, возлюбленные братия, не только по причине своей клеветы на Афанасия и прочих, но и потому, что увидели необходимость встретить мужей, которые приносят на них разные жалобы. Были тут показываемы узы и железа, были возвратившиеся из заточения, были пришедшие от содержащихся в заточении, явились сослужители, родные и друзья доведенных ими до смерти, и что всего важнее, предстали епископы, из которых один показывал железа и оковы, какие носил на себе от них; другие – свидетельствовали, что по их клевете угрожала им смерть. Ибо доходили они до такой дерзости, что покушались на жизнь епископов, и умертвили бы их, если бы те не избегли их рук. Так умер блаженный сослужитель наш Феодул, спасаясь бегством от их клеветы, потому что по клеветам их приговорен был к смерти. Другие показывали нанесенные им удары мечом; иные жаловались, что терпели от них голод. О всем этом свидетельствовали не простые какие-нибудь люди, но целые Церкви, от которых посланные, пришедши, рассказывали о вооруженных воинах, о толпах народа с дрекольем в руках, об угрозах судей, о разглашении подложных писем. Ибо читано было письмо, выдуманное Феогнием против сослужителей наших Афанасия, Маркелла и Асклипия, с намерением возбудить против них и царей, и это вывели наружу бывшие тогда Феогниевы диаконы. Сверх того, описывали обнажение дев, сожжение церквей, заключение в темницу священнослужителей, и все это не ради чего иного, как для злоименной арианской ереси, потому что испытывать это на себе принуждены были отрекавшиеся от общения с ними.

Итак, видя это, затруднялись они, не зная, на что решиться, стыдились признаться в том, что ими сделано, поскольку же не было уже возможности скрывать это долее, то пришли в город Сардику, чтобы прибытием своим, по-видимому, подать о себе мысль, что не виновны они ни в каких проступках. Но увидев оклеветанных ими и пострадавших от них, имея у себя пред очами обвинителей и обличителей, не захотели прийти по приглашению. Между тем как сослужители наши Афанасий, Маркелл и Асклипий действовали смело, приносили жалобы настоятельно, требовали, вызывали их, обещались не только обличить клевету, но и доказать, сколько сделано ими проступков против их Церквей, – они таким объяты были страхом в совести, что предались бегству, и своим побегом обличили клевету свою, через удаление свое признались в своих проступках.

46) Таким образом, хотя всего более не только из прежнего, но и из этого обнаруживается их злонравие и клеветничество, однако же, чтобы в самом бегстве своем не могли найти они какого-нибудь предлога к своему злоухищрению, за благо рассудили мы по закону истины исследовать их кознодейства. И предположив себе такую цель, из всех дел их находим то, что они – клеветники, и не что иное делали, как только строили козни нашим сослужителям.

Тот Арсений, о котором говорили они, будто бы лишен он жизни Афанасием, и жив, и считается между живыми. А из этого видно, что разглашаемое ими и о других есть вымысел. Разглашали они и о чаше, будто бы разбитой Афанасьевым пресвитером Макарием, но пришедшие из Александрии, Мареота и прочих мест засвидетельствовали, что ничего этого не было, и епископы, писавшие из Египта к сослужителю нашему Юлию, достаточно подтвердили, что там не было вовсе и подозрения о чем-либо подобном.

С другой стороны, о тех судебных записях, в которых, как говорят они, есть нечто против Афанасия, дознано, что составлены они односторонним образом, притом, по этим самым записям допрашиваемы были язычники и оглашенные, один из оглашенных при допросе показал, что, когда Макарий прибыл на место, находился он внутри, а другой, будучи спрошен, сказал, что часто упоминаемый ими Исхир лежал тогда больной в своей келлии, а из этого видно, что таинство вовсе не было совершаемо, потому что были тут оглашенные, и не было Исхира, который лежал, будучи болен. И сам лукавый Исхир, солгав в утверждаемом им, будто бы Афанасий сжег одну из божественных книг, – и будучи обличен в том, сознался о себе, что в то время, как прибыл Макарий, был он болен и лежал. Почему и из этого видно, что он клеветник. И, конечно, в награду за сию клевету этому Исхиру, не бывшему пресвитером, дали именование епископа. Ибо два пресвитера, бывшие некогда с Мелетием, а впоследствии принятые блаженной памяти Александром, бывшим епископом Александрийским, ныне же находящиеся при Афанасии, прибыв сюда, засвидетельствовали, что Исхир никогда не бывал у Мелетия пресвитером, да и Мелетий в Мареоте вовсе не имел церкви или священнослужителя. И однако же, того, кто не бывал пресвитером, выдали теперь за епископа, думая в клевете своей этим именованием изумить слушателей.

47) Читано было также сочинение сослужителя Маркелла, и обнаружилась злокозненность евсевиан. Что Маркелл сказал в виде вопроса, то выдали за собственное его исповедание. Посему прочитано было и последующее за вопросами и предшествующее им, – и обнаружилась правая Маркеллова вера. Ибо Маркелл Богу Слову не приписывал, как утверждали они, начала от Святой Марии, не говорил, что Царство Его имеет конец, а напротив того, написал, что Его Царство безначально и нескончаемо.

А сослужитель Асклипий принес судебные записи, составленные в Антиохии в присутствии обвинителей и Евсевия Кесарийского, и определениями судивших епископов доказал о себе, что он невинен.

Итак, возлюбленные братия, не без причины не послушались они после многократных приглашений, не без причины обратились в бегство: гонимые совестью, бегством своим подтвердили клеветничество свое и заставили верить тому, что против них говорили и показывали явившиеся сюда их обвинители. Ибо, сверх всего этого, низложенных и изверженных прежде за Ариеву ересь не только они приняли, но даже возвели на высшую степень, диаконов на пресвитерскую, пресвитеров во епископы, не с иною какою целью, но с тою единственно, чтобы возможно было рассеивать и распространять нечестие и вредить благочестивой вере.

48) Начальниками же ныне у них, после Евсевия, – Феодор из Ираклии, Наркисс из Нерониады Киликийской, Стефан из Антиохии, Георгий из Лаодикии, Акакий из Кесарии Палестинской, Минофант из Ефеса Азийского, Урзаций из Сингидона Мисийского, Валент из Мурзов Паннонских. Они-то пришедшим с ними с Востока не дозволяли ни явиться на святой Собор, ни вовсе ходить в церковь Божию, и пришедши в Сардику, делали по местам свои собрания, и положили между собою условия с угрозами – по пришествии своем в Сардику, вовсе не являться на суд и не сходиться вместе со святым Собором, но только прийти и, заявив о своем по долгу прибытии, тотчас предаться бегству.

Это могли мы узнать от сослужителей наших – Макария из Палестины и Астерия из Аравии, которые пришли вместе с ними и отступили от их неверия. Они – то, явившись на святой Собор, жаловались на принуждение, какое терпели, и говорили, что у них ничто не делается правдиво, присовокупляли также, что многие там объявили бы себя на стороне православия, но им воспрепятствовали прийти сюда угрозами и похвальбами против намеревающихся отступить от этих Евсевиевых сообщников. Почему и старались, чтобы все пребывали в одном доме, никому не дозволяя на самое короткое время удаляться в особое место.

49) Посему как не надлежало молчать и оставлять без описания клеветы, узы, убийства, побои, изготовления подложных писем, терзания, обнажение дев, заточения, разорения церквей, пожаров, перемещения из малых городов в большие поселения, сверх же всего этого, восставшую ради них против правой веры арианскую ересь, то по сей причине о возлюбленных братьях и сослужителях наших Афанасии, Маркелле, Асклипии и с ними сослужащих Господу объявляем, что они невинны и чисты, написав о том к пастве каждого, чтобы в каждой Церкви народ знал чистоту своего епископа, и его признавал своим епископом, и ожидал к себе, вторгшихся же в Церкви наподобие волков, а именно Григория в Александрии, Василия в Анкире, Квинтиана в Газе, не именовали епископами, вовсе никакого общения не имели с ними, не принимали от них никаких посланий и не писали к ним. Феодора же, Наркисса, Акакия, Стефана, Урзация, Валента, Минофанта и Георгия, хотя он, убоявшись, не приходил сюда с Востока, впрочем за то, что низложен блаженной памяти Александром, также его и прочих за то, что держатся арианского безумия, и за принесенные на них жалобы, святой Собор единогласно низложил с епископства; и мы определили, чтобы не только не были они епископами, но и не удостаивались общения с верными. Ибо тем, которые отлучают Сына и отчуждают Слово от Отца, справедливость требует быть отлученными от Вселенской Церкви и чуждыми имени христиан. Итак, да будут они для вас «анафема» за то, что корчемствовали словом истины. Такова апостольская заповедь: «аще кто вам благовестит паче, еже приясте, анафема да будет» (Гал. 1, 9). Прикажите, чтобы никто не имел общения с ними, потому что нет никакого общения у света со тьмою; всех их удалите от себя, потому что нет никакого согласия у Христа с велиаром; остерегайтесь, возлюбленные, и писать к ним, и принимать от них письма, наипаче же постарайтесь и вы, возлюбленные братия и сослужители, как бы соприсутствуя духом на Соборе нашем, подтвердить наш приговор вашим подписанием для сохранения единогласия между всеми повсюду сослужителями. Божий Промысл да сохранит вас, возлюбленные братия, пребывающими во святыне и благодушными! Подписался я – епископ Осия, а также и все.

Написав это, Собор Сардикийский послал и к тем, которые не могли прийти, и они были согласны на соборные определения. Имена на Соборе подписавшихся и иных епископов суть следующие:

50) Осия из Испании, Юлий Римский через пресвитеров Архидама и Филоксена, Протоген Сардикийский, Гавденций, Македоний, Севир, Претекстат, Урсикий, Лукилл, Евгений, Виталий, Калеподий, Флоренций, Васс, Викентий, Стеркорий, Палладий, Домитиан, Халвис, Геронтий, Протасий, Евлогий, Порфирий, Диоскор, Зосим, Януарий, Зосим, Александр, Евтихий, Сократ, Диодор, Мартирий, Евфирий, Евкарп, Афинодор, Ириней, Юлиан, Алипий, Иона, Аэтий, Реститут, Маркеллин, Априан, Виталий, Валент, Ермоген, Каст, Дометиан, Фортунатий, Марк, Анниан, Илиодор, Мусей, Астерий, Паригорий, Плутарх, Именей, Афанасий, Лукий, Амантий, Арий, Асклипий, Дионисий, Максим, Трифон, Александр, Антигон, Элиан, Петр, Симфор, Мусоний, Евтих, Филологий, Спудасий, Зосим, Паирикий, Адолий, Саприкий.

Из Галлии: Максимиан, Вириссим, Виктур, Валентин, Дисидерий, Евлогий, Сарватий, Дисколий, Супериор, Меркурий, Диклопет, Евсевий, Севирин, Сатир, Мартин, Павел, Оптатиан, Никасий, Виктор, Семпроний, Валерин, Пакат, Иессей, Аристон, Симплиций, Метиан, Амант, Амиллиан, Юстиниан, Викторин, Саторнил, Абунданций, Донатиан, Максим.

Из Африки: Несс, Грат, Мегасий, Колдей, Рогатиан, Консортий, Руфин, Маннин, Кессилиан, Еренниан, Мариан, Валерий, Динамий, Мизоний, Иуст, Целестин, Киприан, Виктор, Гонорат, Марин, Пантагафий, Феликс, Вавдий, Ливер, Капитон, Минервал, Косма, Виктор, Есперион, Феликс, Севириан, Оптантий, Еспер, Фидентий, Салюстий, Пасхазий.

Из Египта: Ливурний, Амантий, Феликс, Исхираммон, Ромил, Тиверин, Консортий, Ираклид, Фортунатий, Диоскор, Фортунатиан, Вастамон, Датилл, Андрей, Серин, Арий, Феодор, Евагор, Илия, Тимофей, Орион, Андроник, Пафнутий, Ермий, Аравион, Псеносирис, Аполонний, Муий, Сарапампон, Филон, Филипп, Аполлоний, Пафнугий, Павел, Диоскор, Ниламмон, Серин, Акила, Аот, Арпократион, Исак, Феодор, Аполлос, Аммониан, Нил, Ираклий, Арион, Афас, Арсений, Агафаммон, Феон, Аполлоний, Илия, Панинуфий, Андрагафий, Немесион, Сарапион, Аммоний, Аммоний, Ксенон, Геронтий, Квинт, Леонид, Семпрониан, Филон, Ираклид, Иерак, Руф, Пасофий, Македоний, Аполлодор, Флавиан, Псай, Сир, Апф, Сарапион, Исаия, Пафнутий, Тимофей, Елурион, Гаий, Мусей, Пист, Иракламмон, Ирон, Илия, Анагамф, Аполлоний, Гаий, Филотас, Павел, Тифой, Евдемон, Юлий.

С небольших дорог Италии: Проватий, Виатор, Факундин, Иосиф, Нумидий, Спирантий, Севир, Ираклиан, Фавстин, Антонин, Ираклий, Виталий, Феликс, Криспин, Павлиан.

С Кипра: Авксивий, Фотий, Гирасий, Афродисий, Ириник, Нунехий, Афанасий, Македоний, Трифиллий, Спиридон, Норван, Сосикрат.

Из Палестины: Максим, Аэтий, Арий, Феодосий, Герман, Силуан, Павел, Клавдий, Патрикий, Елпидий, Герман, Евсевий, Зиновий, Павел, Петр.

Все эти подписались к определениям Собора, весьма же многие другие еще до Собора сего писали за нас из Азии, Фригии, Исаврии; и имена их, числом около 63, заключаются в особенных посланиях; всех вообще имен триста сорок четыре.

51) Узнав об этом, боголюбивейший Царь Констанций позвал нас к себе, своеручно написал к брату своему, блаженной памяти Констансу, а ко мне в первый, второй и третий раз писал следующее:


Источник: Творения иже во святых отца нашего Афанасия Великаго, архиепископа Александрийскаго. - Изд. 2-е испр. и доп. - [Сергиев Посад] : Свято-Троицкая Сергиева Лавра собственная тип., 1902-. / Ч. 1. - 1902. - 471 с. / Защитительное слово против ариан. 287-398 с.

Комментарии для сайта Cackle