профессор Анатолий Алексеевич Спасский

Глава XIV. Христианство и римская религия

Христиане не терпят ни храмов, никаких алтарей, никаких колонн и изображений богов, но не также ли поступают и некоторые другие народы? Если верно то, что скифы, номады в Ливии и серы проводят свою жизнь, не признавая богов, подобно многим другим диким и необузданным народам, что персы так же, как и христиане, не терпят храмов, алтарей и идолов, то отсюда еще не следует, что это явление вытекает из тех же причин, которые побуждают христиан осуждать их. Должно поставить вопрос: какими мнениями и учениями руководились люди, не желавшие знать ни о храмах, ни об алтарях, ни об изображениях богов и научившиеся презирать их? Оказались ли достойными похвалы за то, что опирались в подтверждение своих мыслей на добрые и разумные причины, или они отправлялись от ложных учений? Возможно, что совершенно различные мнения в учениях ведут к одной и той же цели. Философы, признающие учение законодателя из Китиона Зенона, воздерживаются от нарушения брака; ученики Эпикура поступают также, и дано множество неученых лиц, обращающих внимание на то, чтобы по возможности не впасть в этот грех. Однако далеко не все люди воздерживаются от прелюбодеяния по одним и тем же мотивам. Первые (последователи закона Зенона) не нарушали брака в тех целях, чтобы этим не повредить общественному прогрессу и так как это противно природе, чтобы муж связанную с ним по закону жену соблазнил, передав ее в распоряжение другого, и опорочил бы свой собственный дом. Эпикурейцы думают совершенно иначе; они избегают прелюбодеяния только потому, что считают это высшим благом. Поэтому они вводят себя в темницу и часто умирают1045. И если он не может отстранить от себя зло, то он должен сдерживать себя; он опасается и долгое время трудится, чтобы ни один мужчина, ни самый близкий, ни кто-либо из друзей не был в его доме. Эпикуреец не прежде может склонить свой слух к удовольствию, ведущему к нарушению брака, как вполне удостоверившись, что ни близкий мужчина, ни товарищ, ни тот, кого он должен почитать и бояться, не узнают о дурном его поступке.

То же нужно сказать и о тех людях, которые не желают почитать Бога при помощи физических изображений Его, как храмы, алтари и колонны; какими же мотивами они движутся? Ни один из названных народов не выказывал омерзения по отношению к алтарям и идолам по тому побуждению, что он боялся, что может подвергнуть Божество бесчестью, что служба, приличная Богу, не может оставаться привязанной к таким обработанным и вырезанным предметам. Но христиане и иудеи внимают только приказанию Бога: «Господа твоего бойся и Ему единому служи» (Втор. 6:18); «да не будет у тебя другого Бога, кроме Меня» (Исх. 20:3)1046. О персах известно, что они не имеют храмов, но поклоняются солнцу и другим предметам, что христиане считают за великое нечестие, так как они знают, что не должно поклоняться тварям, но Творцу их (Рим. 1:25), что тварь покорилась суете не добровольно, но по воле покорившего ее (Рим. 8:20), ожидая откровения сынов Божиих (Рим. 8:19); и потому христиане верят, что находящиеся на службе этой изменчивой и преходящей суеты и в этом состоянии падения будут добродетельными и ни в чем не будут терпеть недостатка, возлагая свои надежды на Перворожденного всей твари (ср.: Кол. 1:15). – Цельс приводит из Гераклита место, где поклоняющиеся идолам называются глупцами, так как они не знают, что такое полубоги. Глупцами называются не только те, которые действительно взывают к идолам, но которые, побуждаемые множеством поклонников, вообразили бы, что они поклоняются идолам как ученики Аристотеля и мудрые из союзов Эпикура и Демокрита. В душе, почитающей Бога истинной боязнью и любовью, нет ничего ложного и поддельного. Христиане противятся отдавать честь идолам, потому что они хотят воспрепятствовать, чтобы никто не мог впасть в ложное мнение, что идолы представляют собой других богов. И вследствие этого они подвергают своему суду как Цельса, так и других, сознающих, что идолы ни в коем случае не боги и только по внешнему виду так называются, т. е. когда им оказывают честь, и потому они хотят считать себя за мудрых. Отсюда происходит то, что многие согрешают не только потому, что они поклоняются идолам, следуя общему обычаю, но и действительно впадают в то мнение, что они и на самом деле были боги, и потому возмущаются, когда им заявляют, что то, чему они поклоняются, не представляет собой богов. Цельс, правда, говорит, что изображения богов не могут быть богами, – это или подарки, или памятники, посвящаемые Богу, но он не знает, почему эти подарки были бы приличнее для людей, чем для тех, которых он называет богами, так как это подарки людей, утвердившихся в ложных мнениях о природе Бога. Христиане не признают, что идолы проявляют в себе чувственные изображения богов, так как Бог неописуем и потому не может быть изображен и доступен чувственному восприятию. Цельс обвиняет христиан в противоречии: с одной стороны, они отвергают, что Бог имеет человеческий вид, с другой – утверждают, что он создал человека по образу Своему, так что имеет этот образ в Своем существе. Но христиане понимают этот образ в духовном смысле, признавая, что всякая разумная и добродетельная душа сохраняет в себе образ Божий1047.

Положение, что христиане почитают одного Бога, требует еще критики: оно обязывает их поклоняться только одному Богу и не воздавать Божеской почести никому другому, между тем рядом с Ним они воздают безмерную честь человеку, виновнику их восстания, и хотя чрезмерно почитают Бога, но лишь для того, чтобы Его возвысить над всеми. Ориген: христиане научены, кто Сын Божий: Он блеск славы Его и образ Его существа (Евр. 1:3). Он дыхание божественное и луч величия Всемогущего, и они признают также, что Он сущий от Бога и что Бог – Его Отец. И в этом учении нет ничего уничижительного. Иисус, сказавший Своим ученикам: «Мир Мой даю вам, не как дает его мир... вы будете иметь скорбь в мире, но мужайтесь: Я победил мир» (Ин. 16:33), таким образом, не был виновником возмущения, а, напротив – князь мира. Вот Тот, Которого христиане называют Сыном Божиим. Он есть Тот, если сказать словами Цельса, Которого христиане чтут безмерно, так как знают, что Он Своим Отцом возвышен над всеми. Возможно, что в большой массе верующих находятся некоторые, расположенные в отношении к этому вопросу иначе и неосмотрительно утверждающие, что Спаситель – высочайший Бог, но истинные христиане веруют изречению Христа: «Отец, пославший Меня, больше Меня» (Ин. 14:28). Самым ясным доказательством всего сказанного может служить сочинение, известное под именем «Небесного диалога»1048. Христиане исповедуют, что Тот, Кто все создал и царствует в мире, не сильнее, но ниже, чем Отец. Правда, они называют Его своим Спасителем, Богом, Словом, Мудростью, справедливым и истинным, и учат, что Он есть Господь всех добродетельно подчиняющихся Ему. Но что Он Бог или Господь, царствующий над всем миром, то среди христиан нет такого сумасбродного представителя, который стал бы утверждать, что Сын – Господь Отца или Бога, царствующего над всем миром. Так как Слово ни над кем не царствует против воли Отца, и в то же время много зла как среди людей, так и среди ангелов и духов, то христиане учат, что Слово не Господин их, так как не желает свободно принимать на Себя это звание, но это обстоятельство не препятствует тому, что Он мог быть бы назван и Господином; Он царствует над христианами, над всяким человеком, над неразумными зверями, которых через добрые чувства и основания может подвести под Свое господство, подобно тем, которые львов и диких зверей связывают, дают пропитание и приводят под Свое господство. Ничем так упорно христиане не соглашаются с Цельсом, как с его мыслью: «Как назвать того, кто Господь Бог и царствует над всеми?1049«Что дальше следует, то Цельс, очевидно, взял из другой ереси и все перепутал. Каким образом это произошло? «Когда открыто много колодцев, в них невозможно почерпать воды: почему ты, совершивший столь далекий путь, ослабел в своем мужестве? Ты заблуждаешься...» Ориген: христиане, составившие собой общину Иисуса Христа, отвергают все это как ложное и неприличное, и все-таки противник христианства, опираясь на ложные основания, защищает то, что ему приятно и угодно. Христиане решились не почитать никакого бога самодельного и возникшего, но только одного, создавшего весь мир и все остальное, что не может быть воспринимаемо ни чувствами, ни глазами. Но есть люди, которые иначе расположены, чем христиане, и действуют по собственной воле. Покинув Творца, они выдумали нового Бога и почитают его, хотя он имеет только одно имя бога, и предполагают, что Сын сильнее, чем Отец, Господь Бог, и царствует над всем. Христиане могут ответить на это только тем, что они не служат двум господам1050. Цельс далее обвиняет христиан в том, что они, не желающие воздвигать колонны и строить храмы, лишь явно обнаруживают то, что христиане принадлежат к тайному и запрещенному обществу. Ориген: Цельс не знает, что христиане принимают сердце каждого праведного за алтарь, из которого исходит в небо духовный фимиам истины. Поэтому и в Откровении ап. Иоанна значится, что он созерцал «золотые чаши, полные фимиама, который есть молитвы святых» (Откр. 5:8); и псалмопевец взывает: «Да исправится молитва моя, как фимиам пред Тобою» (Пс. 140:2). И христианские изображения (идолы) и монументы (колонны) не те, которые приготовляются обычными работниками, но отпечатанные и искусно разработанные в христианских душах Словом, Перворожденным всей твари (ср.: Кол. 1:15), представляющим для христиан образец умеренности, праведности, справедливости, мудрости, благочестия и всех прочих добродетелей, какие Он насадил в души христиан; и они рассуждают об этом изображении и твердо веруют, что они должны главное почитать, что образцовое из всех изображений есть образ невидимого Бога. Наблюдаются люди, совлекшие с себя «ветхого» человека и облекшиеся в «нового», который обновляется по образу Создавшего (Кол. 3:10) и, следовательно, воспринимает образ Творца, и они воздвигают колонны и изображения богов, как это требует Бог. Но среди любителей изготовления статуй значились, как наиболее выдающиеся, Фидий1051 и Полиевкт1052, а между живописцами – Зевксис1053 и Апеллес1054: другие художники не способны были производить такие прекрасные статуи и картины, как упомянутые сейчас, иные работали еще хуже; одним словом, картины и статуи различались между собою. То же нужно сказать и в отношении изображений Всевышнего Бога: одни бывают лучше, другие хуже. И в то же время прекрасно обработанный, как, напр., Юпитер Олимпийский, созданный Фидием, в котором отображение Бога выражено так, что ни с чем другим не может быть сравнено, однако, совершеннейший и превосходящий все изображения Бога, наблюдаемые в творениях, образ дан в христианском Спасителе, о Котором сказано, что «Отец во Мне» (Ин. 14:10)1055. Христиане смеются не над безжизненными идолами1056, а над теми, которые поклоняются и почитают их, предполагая, что в некоторых из них живут известные духи, как Бахус и Геркулес, но они не издеваются и не потешаются над ними, так как это не имеет близкого отношения к вопросу и было бы неприлично для смиренномудрой и миролюбивой души, знающей, что будь он человек или дух, порицать и порочить его нельзя1057. Неизвестно, почему Цельс выдвигает на первый план своих богов или демонов, забывая, что он обрисовывает злобных существ, говоря, что «если бы один из христиан встретился с Геркулесом или Бахусом, у него быстро бы прошла охота порицать и издеваться над богами». Кто имеет охоту, пусть изъяснит, как отсутствующий может слышать что-нибудь или передвигаться с одного места на другое. В следующих словах Цельс принимает, как нечто уже известное, что, по мысли христиан, растянуто (sic!) и подвергнуто мучению было тело Иисуса, но не Его Божественная природа, хотя они и называют Его Богом и воображают, что Он, как Бог, прибит был на кресте и подвергнут страданию. И почему люди, учинившие такое великое злодеяние, ни теперь, ни после не были наказаны? Достаточно напомнить, что иудейский народ, кричавший: «Распни, распни Его!» – и отдавший предпочтение разбойнику пред Иисусом, понес уничтожение города, Храм был разрушен, и самое место, на котором он стоял, было распахано: иудеи подпали власти врагов и ежедневно погружались все более и более в пороки. Все эти несчастия напали на них по причине пролития ими крови Иисуса. В то время как пострадал Иисус, произошло много нового как в городе, так и во всем народе иудейском неожиданно и в один момент, совершилось это и с христианской общиной. И то было нечто новым, что прежде отчужденные получили Завет Бога (Еф. 2:12) и из этого Завета заключили, что они далеко отстояли от истины. Это, очевидно, не дело обманщика, но Бога. Пытки и муки, которые Иисус столь высокомужественно и терпеливо вынес, доказывают нечестивость и несправедливость людей, нанесших эти страдания Ему. Но божественное повеление, порученное Ему, что Он должен пострадать, не погибло в Нем, но впервые проявилось во всей своей правде. И это возвестил Сам Иисус, когда Он сказал: «Если пшеничное зерно, падши на землю, не умрет, то останется одно и не принесет много плода» (Ин. 12:24). Иисус, следовательно, это зерно, и Его Отец эти плоды, какие возникли из Его смерти, возрастит и все будет взращивать, сторожить и питать. Итак, Отец Господа Иисуса есть любящий Отец, хотя Он и не пощадил Своего Сына, но предал за всех христиан (Рим. 8:32), чтобы чрез смерть этого Агнца уничтожить грехи всего мира. Иисус не принужденно, а послушно и добровольно переносит страдания, так как эти страдания являлись исполнением Его долга. Цельс опять обращается к христианам, порицающим и позорящим богов, говоря: «Вы осмеиваете самих себя и переносите поругания, предъявляемые вам, спокойно и хладнокровно. Если христиане будут продолжать порицать эллинских богов, то они должны убежать и скрыться или будут захвачены и подвергнуты смерти». Ориген: боги гневаются на христиан не потому, что они порочат и порицают их, а за то, что они изгоняют из них души и тела людей. То правда, что души, осуждающие христиан, когда они сами припадают к христианам, сознаются, что они одержимы были злыми демонами1058.

2. Христианство и императорская власть1059

Если признать, что должен быть только один царь, то ни в каком случае трон и корона не даны сыну хитроумного Крона, а тому, кто угождает Богу, который поставляет и низвергает царей и во всякое время дает разумного правителя земли (Дан. 11:21; Прем. X, 4). Сын Сатурна (Зевс-Юпитер), как рассказывает греческая легенда, был низвергнут в Тартар, похитил трон у своего отца и потому не мог создать свой трон1060. Можно без сомнения воспользоваться всеми этими рассказами, изложенными в образах и подобиях, чтобы напомнить то, что великий Бог, царствующий над всеми, один знает, когда должно поставлять царей. Христиане решительно протестуют, когда Цельс указывает на хитроумного сына Сатурна, так как они знают, что никакой Бог и никакой Отец Сына не могут желать хитроумного и несправедливого, но охотно соглашаются с Цельсом, когда он склоняется к учению о Божественном провидении, как о посредственном, так и непосредственном. Император не может привлекать к суду христиан за то утверждение, что он поставляется не сыном хитроумного, но от Того, Кто поставляет и низвергает и в Своей власти держит прекрасно троны и корону. И как было бы желательно, если бы все в этой области поступали так, как это делают христиане, если бы все отказались от учения Гомера о происхождении богов и приняли правило, происходящее от Бога, почитать царя по заповеди Его (1 Петр. 2:17). Император никогда бы не был тогда покинут и оставлен одиноким, и управление мира не попало бы в руки диких и безбожнейших народов, так как если бы желание христиан исполнилось, то, без сомнения, все варвары подчинились бы Слову Божию, сделались совершенно праведными и смиренномудрыми, тогда бы все роды богослужения прекратились и христианская вера одна бы удержала за собой господство1061. Цельс даже желает, что христиане, когда римляне примут христианскую религию, откажутся от прежних законов, определявших их долг в отношении к богам и людям, и будут поклоняться одному высочайшему Богу. Христиане действительно имеют обещание, что если двое из них на земле уже согласно просят о всяком деле, то, чего бы они ни попросили, будет им дано от Отца Небесного (Мф. 18:19). Бог имеет особое благоволение к тому, чтобы среди разумных существ пребывало единство и согласие, и ненавидит всякое недостоинство и отсутствие согласия. Что бы ни случилось, немногие ли, как теперь, а все христиане, живущие под римским владычеством, соединились, они всегда должны обращать внимание на слово Моисея: «Господь спорит за вас, и вы должны быть спокойны», и если они единодушно воскликнут, то почувствуют себя столь сильными, что победят великое множество самых вспыльчивых врагов, как произошло это событие по молитве Моисея и всех присутствовавших при нем. И если то, что Бог обещал повинующимся Его заповедям, не исполнилось, то отсюда еще не следует, что Он не поддерживает верность и веру. Исполнение предсказанного продолжалось до тех пор, пока они (иудеи) пребывали при том условии, что живут и ведут себя по закону Божию, и если иудеи и при этих обещаниях населили малый уголок земли, то этим они обязаны своим порокам и злодеяниям и в особенности же они виновны в преступлении, совершенном над Иисусом1062.

Цельс высказывает желание: «О, если бы это было возможно, чтобы все жители Европы, Азии и Африки, эллины и варвары, живущие до пределов земли, могли подчиняться одному закону», признавая это невозможным и называя глупым того человека, который надеется на это. Ориген: здесь не следует устранять все, так как и христиане соприкасаются с ним в немногом. Существует много воззрений и убеждений, когда на известных основаниях хотят установить, что это объединение не только может совершиться, но и действительно уже совершилось, и что разумные существа повинуются одному закону. Стоики учили, что произойдет всеобщий пожар; все элементы уничтожатся и сильнейший всех получит главенство. И христиане утверждают, что когда Слово Божие в один момент подчинит себе все разумные существа и приведет их в Свое совершенство, тогда каждый будет избирать, что хочет, и исполнит избранное; и для исцеления болезней и язв появятся некоторые особенные врачи, которые исцеляют больных без применения обычного искусства врачей, так невозможно не думать, чтобы из болезней и недостатков души могли существовать такие, каких Высший Разум и Слово не могли бы устранить и сделать здоровыми. Слово и Его целебные средства сильнее, чем всевозможное зло, в какое может впасть душа, и если пороки будут уничтожены, то наступит конец вещей. Пророки во многих местах, хотя и в темных выражениях, говорят о полном истреблении греха и общем исправлении душ. Здесь достаточно привести одно место из пророка Софонии: «Я говорил: «Бойся только Меня, принимай наставление!» и не будет истреблено жилище его и не постигнет его зло, какое Я постановил о нем; а они прилежно старались портить все свои действия. Итак, ждите Меня, говорит Господь, до того дня, когда Я восстану для опустошения, так как Мною определено собрать народы, созвать царства, чтобы излить на них негодование Мое, всю ярость гнева Моего; огнем ревности Моей будет пожрана вся земли. И потом опять Я дам народам моим уста чистые, чтобы все призывали имя Господне и служили Ему. Из заречных стран Эфиопии придут поклонники Мои, дети рассеянных Моих. В тот день ты (иудей) не будешь срамить Меня поступками твоими, какими ты грешил против Меня, ибо тогда Я удалю из среды твоей тщеславящихся знатностью, и не будешь более превозноситься на святой горе Моей; но оставлю среди тебя народ смиренный и простой и они будут уповать на имя Господне. Остатки Израиля не будут делать неправды, не станут говорить лжи и не найдется в устах их языка коварного, так как они будут пастись и покоиться и никто не потревожит их» (Соф. 3:7–8). Ориген: смысл пророчества тот, что когда истощится земля, народится новый язык и тогда всякое заблуждение прекратится и все будут призывать имя Господне и единодушно служить Ему; не будет никакого зла и никакой гордости; но, быть может, это в действительности и невозможно, пока люди живут в теле; оно может быть доступно только отрешившимся от тела1063.

Цельс всеми силами убеждает христиан содействовать императору, принимать участие в его законодательной деятельности, браться за оружие в защиту его земли, когда требуется нужда, доставлять ему воинов. Ориген: христиане охотно поставляют помощь царю, когда это требуется, но помощь духовную, когда они облекаются во всеоружие Божие (Еф. 6:11) и следуют повелению апостола: «Прежде всех прошу совершать молитвы, прошения и благодарения за всех людей, за царей и начальствующих» (1 Тим. 2:1–2). И кто благочестивее (других), тот и приносит наибольшую помощь императору, царям и князьям и доставляет через свое участие более пользы, чем солдаты, уходящие в поле для того, чтобы по возможности умертвить большее число своих врагов. Но так как христиане не могут согласиться на предложение врагов их веры схватиться за оружие для общего блага и умерщвлять людей, то они отвечают: ваши собственные жрецы, охраняющие богов и совершающие им службу в храмах, содержат свои руки при жертвоприношениях чистыми и незапятнанными и они приносят жертву с руками, не запятнанными кровью, и потому никогда при наставшей войне их невозможно сделать солдатами. Если это разумно, то должно признать еще более разумным, что христиане, привлекаемые Цельсом к спору, как жрецы и служители Высочайшего Бога не могут браться за оружие и должны содержать свои руки не запятнанными от крови для того, чтобы возносить молитвы за того, кто ведет законную войну, испрашивая у Бога всех врагов победить и уничтожить. Христиане принимают участие, соответствующее общему благу, когда христиане учат презирать удовольствия и не отдаваться им всей душой. Христиане приносят царю и князьям более великую службу и не готовят оружия для них, но своими молитвами создают для них особый лагерь благочестия, всегда готовый дать ему защиту, когда на это вынудит необходимость1064.

Цельс убеждает христиан, что если это будет необходимо, то они могли бы занять высшие должности в Империи, чтобы руководить законами и поддерживать благочестие. Ориген: каждый город имеет свое отечество и общину, устроенную Словом Божиим, и христиане людей, мощных словом и безупречных нравом, убеждают, чтобы они приняли на себя управление Церковью Божией, и исследуют относительно должностных лиц, которых нельзя допустить к этой великой чести. Напротив, таких лиц, которые по своему великому смирению и по своей скромности не хотели принимать никакого официального служения в общине, насильно принуждают к этому служению, так как они принуждаются к этому великим Царем, Которого христиане считают за Сына Божия. Управляющие общиной Божией, призванные предстоятели Церкви, отечество которым указал Сам Бог, управляют ими по предписанным от Бога законам и потому никоим образом не могут отягощать себя человеческими порядками и законами, чтобы сохранить время для службы Церкви. Эта служба так же необходима, как и праведна. Все, принадлежащие к христианской общине, заботятся о всех, и они с каждым днем усиливаются в добродетели. По отношению к тем, которые кажутся стоящими вне общины, они испытывают их по словам и делам, как много желают они благочестия. Бог направляет их на истинную службу, и они ревностно стараются и многих других направлять к той же цели. Христиане все проникнуты Словом Божиим и Его божественным законом и стремятся к тому, чтобы соединиться с высшим Богом чрез Его Сына, – этого Слово, премудрости и справедливости, чрез Которого все, подчиняющиеся в своем поведении Божественным законам, соединятся в Боге и пребудут в неразрывной связи1065.

* * *

1045

Очевидно, для того, чтобы пресечь для себя всякую возможность для прелюбодейства

1046

VII. 64, II. Р. 213–214

1047

VII. 66, II. Р. 215–216

1048

См. содержание его и примечание к нему выше

1049

VIII. 14, 16, II. Р. 231–234. Ср. выше

1050

VIII. 16, II. Р. 231–232

1051

Фидий, сын Хармида, родился около 500 г. до P. X . Он открыл новый период в искусстве, соединив изящество с изображением божественных идеалов, делал колоссальные статуи из слоновой кости, но в то же время он был и замечательным архитектором. Начиная с 450 г., он руководил всеми художественными предприятиями Перикла, имеющими целью украшение города, и самые разнообразные мастера работали по его идеям. Обвиненный вследствие интриги против Перикла сначала в том, что, исполняя статую Афины Парфеноны из золота, он будто бы похитил часть его, и позднее, когда ему предъявили новое обвинение, что он на статуе этой богини изобразил себя и Перикла, он был заключен в темницу и там умер. См.: Любкер. Указ. соч. С. 479

1052

Полиевкт, сакионец, соперник Фидия, художник, который в живописных сюжетах своих мастерских произведений представлял всюду совершенную гармоническую красоту человеческого тела, особенно – юношеского, одинаково далекую от жестокости и изнеженности, на основании тонкой всенаблюдательности и с сохранением достоинства и серьезности (Любкер. Указ. соч. С. 1003)

1053

Зевксис, родом из Гераклии, живший большей частью в Ефесе приблизительно до 397 г. до P. X., в своей живописи он отличался наклонностью к изнеженности и пышности. Что ему в особенности удавалось – это изображение женского тела, как он это и доказал сделанным им по поручению кротонцов и поставленным ими в знаменитом храме Аполлона прекрасным изображением Елены, представляющим собой воплощение совершенства женской красоты в образе земной женщины. Подобным же образом он воплотил высочайшую целомудренность, скрытую в образе Пенелопы (Любкер. Указ. соч. С. 1105)

1054

Живопись достигла высшего изящества и величайшей грандиозности преимущественно у Апеллеса из Колофона или Ефеса (356–308 гг. до н. э.). Он связал вольность природы с творческой силой и этим особенно снискал себе благоволение Александра Великого. Главное преимущество Апеллеса, что он вообще отличался более совершенством формы, чем содержательностью. В храме Артемиды Ефесской стояла картина, показывающая, как Александр бросал молнию, причем рука и молния появляются как бы вне картины, вызывая невольное изумление. К мастерским произведениям его идеального искусства принадлежит также Артемида, окруженная толпой миловидных девушек, приносящих жертву, и Афродита, выходящая из моря, обладающая свойством, которое и признано было за ней всей Грецией – грацией (Любкер. Указ. соч. С. 1125–1126)

1055

VIII. 17, II. Р. 234, 237

1056

Ср. выше

1057

VIII. 41, II. Р. 255–256

1058

VIII. 43, II. Р. 257–258

1059

Ср. выше

1060

См. выше. Легенды о Юпитере

1061

VIII. 68, II. Р. 284–285

1062

VIII. 69, II. Р. 285–286

1063

VIII. 42, II. Р. 283–289

1064

VIII. 33, II. Р. 290–291

1065

VIII. 75, II. Р. 295


Источник: Эллинизм и христианство. История литературно-религиозной полемики между эллинизмом и христианством в раннейший период христианской истории (150-254). / Спасский А.А. - СПб.: Изд. Олега Абышко, 2006. – 360 с. (серия «Библиотека христианской мысли. Исследования»). ISBN 5-89740-138-9

Комментарии для сайта Cackle