святитель Феофан Затворник

Выпуск 3

Письмо 201. Довольство настоящим, забота о детях. Разные места и лица. Афонские листки и Душеполезный Собеседник

Милость Божия буди с вами!

Очень рад, что болезни ваши пошли на оздравление. Это плод вашего духовного возбуждения. Да устранит Господь ваши немощи и телесные и духовные.

Вот так-то лучше – жить в порядке, какой Бог послал, не вдаваясь в загадки. Когда открываются новые пути жизни сами собою, тогда будто Бог зовет. А так всегда лучше – терпеливо довольствоваться данным, нежели бросаться на безвестное. Дети заботят. Это Божие бремя. Он попечитель о всех. А исполнители Его попечений первые родители, потом и все, как либо заправляющие ходом дела. Жаль! Правду вы говорите, что того и гляди, что смахнутся, если пустить их в среду ходячей жизни. Деревня и труд – какие золотые руководители. Благослови Господи правоступание вашего соседа. Да укрепит его Господь и навсегда так держать себя.

Были в Ельце. Это – мой уездный город. Родина моя – Чернавск – старый город. В Воронеже есть Чернавская улица. Это в мой Чернавск дорога. Отец Иоанн Вуколов – сват. В той же церкви есть другой иерей – племянник, женат на племяннице о. Иоанна. Что вас потянуло в Елец?!

Листок дал вам добрый урок о терпении. Терпения область широка. Не нужно искать: у всякого под ногами и на плечах она в довольной мере. Даруй вам Господи благодушествовать. Помянули вы о листке. Это Афонский. Афонцы издают: Душеполезный Собеседник – два листа в месяц. И при них иногда рассылают подобные листки, как благословение. Выписали бы, стоит 1 р. с пересылкою. Афонская часовня в Москве, на Никольской. – Много назидательного! Благослови вас Господи! Блюдите как опасно ходите. В сердце смотрите, и ничего недоброго туда не пускайте.

Спасайтесь!

Ваш доброхот Е. Феофан. 15 августа 1893 года.

Письмо 202. Об участи погибших на Русалке. Наше братанье с французами. Опасение нищеты в будущем

Милость Божия буди с вами!

Поразила вас участь Русалки, и бывших на ней. Кого же она не поразила?! Все поражены, – и больше всех Государь. Но не имеем ли мы возможности найти утешение в обетованиях христианских?! Кажется имеем. Не погибель корабля ужасает, а участь бывших на нем. Станем мерять сию участь в отношении к участи вечной. Это главное. В каком положении были все эти лица? В положении исполняющих долг свой. Военный долг стоит ли в ряду Божиих? Богом определенных, и Богом награждаемых? Да! Морское воинствование неодинаково ли с воинствованием сухопутным? Да! И думается его надо поставить немного впереди и выше. Теперь судите – люди исполнявшие свой долг внезапно захвачены смертью и отошли в другую жизнь. Как их там встретят? Конечно без укора, и при том как исполнителей своего долга. Говорит Господь: в чем застану, в том и сужду. Так и их судить будет, – т.е., как исполнителей своего долга. – Исполнителям же долга предлежит добрый приговор. Теперь поставьте сие решение с тем вопросом. Зачем мы живем? Живем, чтобы, поживши здесь, на том свете встретить добрый приговор, и соответственную тому участь. Не видите ли, что отшедшие от нас на Русалке бывшие, ничего не теряют в отношении к главной цели нашего существования? – И утешьтесь!

Прибавьте к сему, смерть их была ли сладка, или мучительна? Я думаю, что подобную мучительность испытывали только великие мученики. Хоть она была непродолжительна, но меры ей определить нельзя. За что потерпели они сию мучительность? За исполнение долга. Так терпели и все мученики, и следовательно скончавшиеся по причине крушения «Русалки» – должны быть причисляемы к сонму мучеников. Я не колеблясь решаю, что как разбойник со креста прямо в рай поступил, так и они. – Я желал бы, чтоб все матери и отцы, братья и сестры, – и жены – умерших тогда прочитали сии строки, поверили истине их, и утешились. Я почитаю смерть их, в отношении ко спасению вечному, лучше смерти всех, кои в ту пору умирали, будучи окружены родными и знаемыми. – Да упокоит Господь души их в царствии небесном!!!

– Второй у вас пункт; спасенье как бы нам не досталось от Божией правды за братание наше с французами в Тулоне, Париже и по всей Франции. Если бы братание это касалось дела веры и спасенья, то можно бы опасаться сего, а как сей стороны не имеется при сем в виду, то опасение ваше напрасно. Братаемся, чтобы обезопасить себя от разорения враждебными нам нациями, и тем успособить содевание своего спасения – среди мирного существования. – Опасение заразиться недобрыми сторонами французов, тоже не уместно. Моряков наших там пылинка. Если бы и случалось им всем заразиться, это не может быть опасным для народа нашего всего. Да и некогда заражаться?! Семь-восемь дней!!!

Зараза может идти и идет другим путем. О пресечении хода ее молиться надо усердно! – А охать и ахать – какой плод!

От сих событий переходите к себе и мрачную строите картину своего будущего. Но почему же мрачную? Хлеб есть пока, и слава Богу! А что впереди, наш вот ответ: Бог даст день, даст и пищу. Уповайте, и молча свое дело делайте. Вам нельзя не тревожиться при вопросе: что завтра? Но и успокоить вам себя ничем другим нельзя, как: буди воля Божия. – Апостол говорит: вем алкати, вем и насыщатися. Да будет так, как Господу изводится. Доволь, или скудость пошлет Бог, – все несомненно будет в видах нашего спасения, а чтоб было так, сие от нашего приема всего встречаемого нами. Благослови вас Господи всех!

Е. Феофан. 1 ноября 1893 года.

Письмо 203. Главнее всего – блюдение сердца во внимании к Богу. Муки влюбленного Льва и холодная для него водица

Милость Божия буди с вами!

Премного согрешил я пред вами: прошу извинить и простить. Как прекрасно идет у вас дело жизни! Да благословит и укрепит вас Господь! О большем не хлопочите, – и этого достаточно. И к делу спасения нужны не дела главное, а расположения сердечные. Когда сердце наполняют добрые расположения, тогда и без дел стоит богоугодная деятельность. Блюдите сердце и не давайте проникать туда ничему нечистому, ничему неправому, ничему нелюбовному. В ином храме, куда ни глянь, свечи горят: так когда сердце питает добрые расположения, оно полно бывает ярко горящих свечей, и с неба видных, и привлекающих Божеское благоволение. Правило маленькими молитовками молиться затем придумано, чтобы приучить внимание стоять на едином, или быть в памяти Божией, или ходить в присутствии Божием. Прямо с просонку надо постараться стать пред Богом, повторение кратких молитовок углубит сие состояние и укрепит. Вот главное. Когда внимание в Боге, тогда неизбежно и все дела пойдут по Божьему. С вниманием к Богу в тесной связи страх Божий, который есть источник всего хорошего и отгнатель всего нехорошего. Укрепившись, он образует благоговейный нрав. Берегите сей нрав и все добре будет идти. – Когда это даст Бог, – а даст, когда усердно взыщете, – тогда не будете жаловаться, что иной стишок недоговорен, или поклон не положен, ибо тогда будете иметь то, что ищется трудами молитвенными.

Лев влюбился; любовь оказалась безнадежною; и он мучится. – Ну уж – Лев!! да еще не простой лев, а офицерский?! Другим командует – на право! – а сам налево тянется. Себе бы скомандовал: на право, и марш-марш. Какой в этом толк? Если бы была надежда, можно бы разумно подождать; а то ждать того, чего не дождешь, и несомненно не дождешь, толку нет! Это не любовь, а болезнь сердца – злая, к которой подседает враг и раздувает. Страсть ослепляет, а враг туману подпускает. И мучится человек, – и то диво, что ему хочется мучиться, и не хочется отстать от мучения. – И это – бестолковщина. – Но как же быть? Никак. Скомандовать себе: не пискни, голову разможжу, и затем перестать думать об оной, – забросить подальше все напоминающее, – поискать пятен на сем солнце, – и на них больше смотреть. Это довольно холодная водица на прохлаждение сердца, – особенно если безнадежность от нее зависит. Пройдет; будет налетать, но не жгуче. Мне не было еще 20 лет, когда я это переиспытал. – Но скомандовал, и пошло на поворот. Были припадки, но перетерпелись: ибо имелась в виду другая цель. Хорошо бы дело иметь на руках. Если нет его, – изобресть. – Камни ворочать в горе.

Благослови вас Господи и всех, – и все дела ваши!

Спасайтесь! Ваш доброхот Е. Феофан. 20 июля 1892 года.

Письмо 204. Новогоднее поздравление. Совет о врачевании душевно-больного

Милость Божия буди всем!

Благодарствую за поздравление. Поздравлю и вас взаимно. Новый сей год буди для вас лучше прежнего! Что делать – когда на земле живем, которой обречено всегда быть в трауре, и местом, траур носящим. Даруй только, Господи, терпение! – и уменье – в этих невеликих всегда скорбях найти способ к избежанию оных – безмерных и нескончаемых. Утешение ваше – детки ваши. Сохрани их Господь для вас, если то нужно и для них. Вашему умненькому совопроснику особое благословение! Детство и деток очень люблю. Золотое время и золотые личности. Куда это девается потом? и знать – да не воротишь.

Затем, пиша об одном душевно-больном, что он несчастливцу тому сострадает, преосвященный подает совет, как врачевать его:

Не употребить ли отчитывание? – Ведь все страстные суть бесноватые. Всякая страсть имеет своего беса, который чрез человека питает свою страсть, или себя. – Выгнать его, и опор страсти опадет. Тогда с тем, что естественно, например, привычка, очень легко можно справиться.

Всех вам благ от Господа желаю. Молите Бога о мне.

Ваш богомолец Еп. Феофан. 1868 г. 26 генв.

Письмо 205. По поводу юбилея Киевской Духовной Академии. О книге «Душа и Ангел»

Милость Божия буди с вами!

Благодарствую за память, за благопожелания и новости. Благослови вас, Господи, доброты ради вашей. Светло было академическое празднование. Очень жалею, что не имел возможности побывать. Да будет все во благо! Хорошо говорили говоруны. Но сближение академии и университета, желаемое, – должно быть обусловлено очень определенно: чего никто не коснулся. А один напрягался разъяснить, что и раздела никакого между ними нет: что очень куриозно. – Даруй, Господи, чтобы все учились, кто в академии, кто в университете, и чтобы учась истину Божию не покушались превратить во лжу. С.А. благослови Господи служить со страхом Божиим. Можно ведь, и не оставляя службы, жить по монашески. – Спор о душе. Вся книга моя направлена к доказанию, что естество души и ангела не может быть вещественно. Но иное дело естество, иное – образ бытия. Кто не хочет принимать душу без оболочки; тот пусть допускает сию оболочку, но мимо естества души, которое должно быть духовно. Допустив оболочку – тонкую, эфирную, получит форму и останется доволен. В Домашней Беседе за прошлый год та же статья перепечатана в исправленном виде.

Всех вам благ от Господа желаю. Молите Бога о мне грешном. Супруге и детям вашим благословение от Господа.

Ваш усердный богомолец Еп. Феофан. 1869 г. 28 окт. (по поводу юбилея Киев. Акад.).

Письмо 206. По поводу распространения неверия в обществе

Милость Божия буди с вами!

Взаимно и вас приветствую и с новым годом, и с прошлыми праздниками, сила которых не связывается одним днем.

О горьком состоянии истины Божией в обществе нечего и говорить. Что ни придумывай, все из рук валится. Что делать! – Всякой в своем кругу делай, что можешь. Вам можно составить небольшое общество ревнителей для печатания листков с изъяснением веры и нравственности христианской. И пусть кто-нибудь – разносит или развозит их по городу и в деревнях. Вы возьмите на себя составление статей. Чем проще, тем лучше. В Москве это делает общество любителей духовного просвещения. – И говорят, – дело идет.

Да еще молитва осталась за нами. И все тут. Будем молиться; авось Господь пошлет смысл и разум и делателям, и тем, ради коих делатели делать должны.

Я сам печатать не могу ничего, тем более писем, которых уже некому покупать. – Если бы для народа, то, кажется, надобно их переделать и упростить. А это как сделаешь.

Всех вам благ от Господа желаю. И всему семейству вашему Божие благословение.

Ваш богомолец Еп. Феофан. 13 января.

Письмо 207. Добрые и худые вести о духовных наставниках

Милость Божия буди с вами!

Достопочтеннейший отец Николай!

Приношу вам благодарность за поздравления с праздником Светлого Христова Воскресения. Прошу принять и мое взаимное поздравление. Празднество еще длится, хотя его осталось уже несколько дней.

Очень утешительно видеть, как преуспеваете вы в смиренных чувствах ваших. Тут верное свидетельство стояния на добром пути. Благослови вас Господи паче и паче смиряться! Сколько утешительно слышать, что пишете о преосв. Александре, столько или еще паче скорбно то, что заметили вы о наставниках духовных. Что будешь делать?! Всюду та же история. – Возстани! Вскую спиши Господи! – Но Господь видит, – и кто положит меру Его долготерпению, и кто прозрит в планы Его мироправления, непостижимые?! – Наше дело действовать по мере сил на созидание ближних, – особенно заботясь себя держать и в добром исповедании, и в добрых правилах жизни. Общество, кажется, никогда не было свято в целом объеме. – Из 12 ближайших – один предатель, другой – пал отречением, прочие разбежались. – Да – и мы ли делаем дело Божие? – Не Бог ли делает его Сам в нас и чрез нас? Да предлагаем Ему себя или предаем – в орудие, если Ему угодно что творить чрез нас.

Всех вам благ от Господа желаю. Молите Бога о мне.

У вас верно – рай теплый. У нас холодно, – и без топки не обходится.

Благословение Господне на вас и на все семейство ваше.

Ваш усердный богомолец Еп. Феофан. 19 мая.

Письмо 208. О своей поездке в Тамбов для лечения. О детях заражающихся неверием

Милость Божия буди с вами!

Не успел я вам ответить на первое письмо, как получаю второе. Благодарствую за память и благожелания. Спаси вас Господи и помилуй!

Я немного поболел, и должен был для этого проехать в Тамбов по трудности лечиться на своей Выши. Теперь, слава Богу!

Вас смущает участь детей. Что делать? Почти общая дань ныне всех родителей та же. – Воздух дурной -и предурной. А средств горю помочь нету. Молитва одна, но ее приемлемость пресекается возмущением веры. Хорошо, если б можно было расположить детей, чтоб сказывали, что их приводит в недоумение и отталкивает от веры; или бы ухитриться как-нибудь выпытывать у них, что засело в голове и сердце. Тогда можно бы исподволь наводить их на неправость вновь слышанного и правость – исстари ведомого. Всяко мне думается родителям не мешает с этой стороны касаться угрожающей их детям беды. Авось благословит Господь начинания их!

Благослови Господи труды ваши по гимназии. Матушке Парфении Божие благословение! И отцу протоиерею Даниилу Максимовичу.

Всех вам благ от Господа желаю. Молите Бога о мне грешном.

Ваш усердный богомолец Еп. Феофан.

Письмо 209. Буесловящие умники; ободрение к борьбе с неверием. У каждого свой крест. По поводу известия о кончине преосвящ. Александра

Милость Божия буди с вами!

Задолжал я вам на два письма ответом. Леность обуяла.

Благодарю вас за благожелания в новый год. Прошу принять и мои вам.

Пишете горькие вести о направлении наших ученых. Что делать? Ум есть меч обоюдоострый, – правду и режет и подрезывает. Что дивного, что наши умники начали буесловить. То ли будет?! Это еще начатки. Мы все извратим. Будем злее протестантов. Когда протестантство зарождалось, тогда еще сильно было чувство церковное, и преобразователи остепенялись им. Теперь сами протестанты уж далеко не то, что были в начале, т.е. – злее во сто крат. Эту-то злейшую злость мы от них теперь и забираем. И по нашей размашистой натуре: «на-де знай наших», всякую дрянь будем выставлять, как свет из светов. А может быть Господь пошлет спасенье простоты ради нашей.

Первухин переслал мне ваши статейки. Подвизайтесь, подвизайтесь! Только и средств у нас, – и, правду сказать, только и должно быть, что слово сильное, опровергающее положения заблуждающихся. Подыскивайте, чем можно опровергнуть противников, – и, как только подыщете, провозглашайте гласно. Голос сей везде найдет отголосок.

Вашу скорбь о неудобствах жизни в чужом краю я отчасти понимаю. Терпение Иовле слышасте? – Ну, так применяйтесь к нему. Что делать? У всякого есть свой крестик. – Этот вам достался, – тащите. И ваш труд тот же будет, что и Симона Киринейского! В чем и цель жизни? – Чтоб Господь во что либо поставил несомые нами труды. Слава Тебе, Господи, что есть что понесть! Не будь этого, чем бы нам, хоть что-нибудь показать угодное Богу? Где все по маслицу течет, там трудно спасать душу свою. Воодушевляйтесь!

Преосвященному Александру Господь да сотворит по воле Своей. Спаси его, Господи, и помилуй! Есть о чем горевать, что один одним часом раньше, а другой одним часом позже отходят. Хоть и сто лет, и то один час.

Всех вам благ от Господа желаю. Благослови вас, Господи, и супругу вашу и деток ваших. Молитесь больше Господу, и Он все исправит, если нужно.

Поклонитесь знаемым. Молитесь о мне.

Ваш богомолец Еп. Феофан. 24 генваря 1873 года.

Письмо 210. При посылке книг. Господь есть всегда готовый утешитель

Милость Божия буди с вами!

Задолжал я вам ответами. Виноват! Все леность! Может быть она и еще бы держала меня; но подоспели книжки, и она уступает место другим моим повелительницам, которые заставляют меня рассылать всюду книги.

Покорно прошу принять. Передайте один экземпляр – отцу Даниилу, один – о. Димитрию Жданову, один – старцу Первухину и один – матушке игумении. В каждые руки каждого послания по книге, – стало по две книги.

Прилагаю при сем и вашего Иова. Мне нужно было только взглянуть на него. Благодарствую за присыл. Я думал что-нибудь об Иове. Но дело мудреное. Копаться же долго – нет охоты, и несподручно вдали от библиотек.

Нашли ли вы лично для себя где либо утешенье? Господь да утешит вас! Господь есть Отец утехи. И как Он везде есть; то везде, стало быть, утешенье готово от Него. Дело за приемлющими, а не за Дающим. Правда, чтоб и принять, от Него же научиться надо. Но Он всем готов и это сообщить. Близ Господь сокрушенным сердцем. Дитя все плачет, пока не найдет сосцов матери. Как только найдет, тотчас и замолчит. Дай нам, Господи, найти – и замолчать! Помолитесь о моем всеокаянстве. Леность так обуяла, что исправиться уже не могу. А ведь эта сударыня одна не бывает. Она – запевальщица, и с нею хор. Господи, помилуй!

Я здоров, слава Богу! Будьте и вы здоровы и веселы. Поклонитесь всем знаемым.

Ваш богомолец Епископ Феофан. 13 сентября 1873 года.

Письмо 211. О своих трудах по истолкованию Писаний. Ответ на желание, чтобы Святитель воротился на старую службу

Милость Божия буди с вами!

Примите и от меня усердные вам благожелания и на праздник, и на новый год. Помогай вам, Господи, трудиться в благовестии слова. Если успеете иных из ваших слушателей настроить хоть малу толику, то это уже очень много.

Упокой, Господи, преосвященнаго Александра!

Владыка ваш – в Питере уже. Ваше желание, чтоб и мне опять воротиться на старое, неудобоисполнимо. Может быть, вся остановка за самим мною. Ибо жизнь эта – рай. Кто же захочет бросаться в тяжелую работу?!

Я работаю, – и очень много. Спешу кончить толкование Посланий св. ап. Павла. Идет шестое – 1 Коринф. – Помолитесь, чтоб Господь помог это окончить. Это если кончу, Соборные Послания надо протолковать. А если те Бог поможет протолковать, – надо будет взяться за Евангелия, – и широкою рукою писать. Того, что нужно о Евангелиях, – и на том свете не кончить.

Писать – это служба Церкви, или нет?! Если служба, – подручная, а между тем Церкви нужная; то на что же искать или желать другой?

Писавший про Афон не великую конечно мудрость показал. Но и беды отсюда для Божией истины еще мало. Ведь это такие предметы, что кто как хочет. Вот если подальше зайдет, да заговорится, то – увы и ах!

Здоровье мое не-што. О. Митрофан писал. Он благодушествует, хоть монастыришка плохенький. Поклонитесь знаемым. Молите Бога о мне грешном.

Ваш богомолец. Епископ Феофан.

P.S. Жаль, что Иосифа не приняли. Он очень хороший монах, – трезвый, послушный, певец. Но у него одна немочь – места не найдет. Что у него в духе – не знаю.

4 января 1875 года.

Письмо 212. О толкованиях книги Иова и о своей многосложной переписке

Милость Божия буди с вами!

Получил ваши листки. Благодарствую. Они подали мне повод прочитать статью в Трудах об Иове. Но там не пишется, что Иова не было, а напротив полагается, что он был действительное лицо; – утверждается, что и книга богодухновенна. Только время жизни и автор криво полагаются.

Пишете, что преосвященный Агафангел писал на Иова книгу. Нигде я не встречал объявления. Опишите мне ее, какого характера таковая, чтоб я мог сличить с толкованиями в Cursus и a Lapide и понять – самородное ли оно нечто, или занятое? Знать это мне нужно, потому что хочу сделать экстракт этих чужих толкований, сказавши, что экстракт – из того-то и того-то. Но коль скоро это, может быть, сделано, то нечего труд и время терять напрасно.

Господь да утешит вас в ваших горестях.

Можно ли думать, чтоб Господь Церковь Свою бросил?! Если же нет, то основательно ли охать и ахать до упаду, видя обнаружившиеся неурядицы некие? Дхнет, и весь туман разгонит.

Всем моим знаемым – усердный поклон. У о. прот. Смолодовича прошу извинения, что не пишу. Пусть запишет меня в графу небывалых ленивцев. Только о. Лаврентий меня превосходит в этом. Но с ним никто не может состязаться.

Молите Бога о мне грешном.

Ваш богомолец Епископ Феофан.

P.S. Прошу извинения, что так быстро пишу. Леность моя до того довела меня, что теперь целая гора писем неотвеченных.

13 февраля 1875 года.

Письмо 213. Ободрение к писательству и поклоны

Милость Божия буди с вами!

С праздником и вас поздравляю. Радостью духовною да исполнит сердце ваше Господь многомилостивый! Благодарствую за благожелание и привет, передаваемые от других.

Вы загадываете писать. Благослови Господи, что ни задумаете писать, – пишите, не отлагая. Ангел Божий говорит то. И труд дает, и вместе намечает, что того дела пригожее вас другой не сделает. У вас всего мало в печати – и нравоучительного, и паче догматического. Трудитесь. Господь вам буди помощник!

Прошу передать мои благожелания о. Даниилу и прочим знаемым. Благодарствую о. протоиерея за поздравления.

Преосвященным – Порфирию и Александру – мои поклоны. Прошу у всех св. молитв о моей многогрешности и неисправимой лености. Преподобной матушке игумении – поклон – и еще о. архим. Арсению, что в Выдубецком. Он был секретарем консистории в Тамбове при мне.

Всех благ от Господа желаю. Молите Бога о мне.

Ваш богомолец. Е Феофан. 29 апреля (года нет).

Письмо 214. О перемене службы

Милость Божия буди с вами! Христос воскресе!

Собираетесь службу кончить. Куда же силы то девать? Если не последует приглашения продолжать службу, говорите, – в монастырь пойду. – Как в монастырь!? В монахи? А жена и ребята куда? Разве опять служить при монастыре священником? Се добре! Владыке скажите, и он с удовольствием определит вас к какому либо монастырю, может быть даже киевскому. Или нет ли где у вас там безприходной церкви? Всяко служить надо, пока ноги движутся. А как служить? – Как Бог устроит.

Некоторыми разностями в церковных порядках нечего смущаться. Они всегда были позволительны, и по существу дела таковы. Грех только неблагоговеинство, а самые чины могут быть изменяемы все, кроме существенного в св. таинствах.

Как вы охаяли свою службу?! Незаконно. Но – пусть. Следовательно, надо стараться поправить ее. Поучения не были исправны; извольте сидеть и писать исправные. Статьи были не таковы, как следует быть; извольте сидеть и составлять, как им следует быть. Так и все.

Умирать? – Это не особенность какая. И ждать надо. Как бодрствующий днем ждет ночи, чтобы соснуть; так и живущим надо впереди видеть конец, чтоб опочить. Только даруй Боже, почить о Господе, чтобы с Господом быть всегда!

О. Митрофан углубился в управление монастырем. Помоги ему, Господи! Это дело – и время наполняет, и не без цены у Господа. Обители наши только в руки возьми; тотчас станут на ноги, и по внутреннему, и по внешнему.

Всех вам благ от Господа желаю. Молите Бога о мне.

Ваш Богомолец. Епископ Феофан. 7 мая 1875 года.

Письмо 215. Благословение на труды на новом месте. Просьба ратовать в защиту перевода LXX и жалоба на увлечение наших ученых неметчиной

Милость Божия буди с вами!

Благослови вас, Господи, на новом месте! И трудитесь на нем, пока будет дыхание в ноздрех ваших. Что загадывать, или озираться туда и сюда. У старцев закон: смотри под ноги и ступай всегда, как должно, чтоб не соскользнуться, не поткнуться и не пасть. Это значит: смотри, чего требуют текущие обстоятельства жизни и действуй в них всегда по заповеди Божией. Вот у вас теперь целый день занят. И трудитесь, всю заботу обращая на то, чтобы сделать всякое предлежащее дело наилучшим образом. Вот вам программа на всю жизнь. А загадки все – побоку. Слава Богу о всем!

Я послал о. Митрофану брошюру маленькую, чтоб переслал к вам. Извольте ратовать в защиту Библии по переводу LXX-ти против Библии Мазаретской. – Совсем все обмазаретились и опротестантились.

Всех немцев подняли на ноги, – а те буесловят, на чем свет стоит. Но у тех удержа нет; а у нас ведь удержь есть: это всегдашнее верование. На него и надо гнуть, а не так как протестанты, задравши рыло, не знать куда. Помилуй нас Господи! Гибнет православие. У вас там штундисты, с севера неметчина давит. Того и гляди, что вера испарится. Да чай уже и начала.

Благослови, Господи, вас и все семейство ваше. Поклонитесь всем знаемым. Прошу у всех молитв о моей грешности.

Ваш богомолец, Епископ Феофан. 23 ноября 1875 г.

Письмо 216. Желание побывать в Киеве. К истории книги «Что есть духовная жизнь». О трудах по истолкованию. Похвала издателям Афонцам. О журнале «Воскресное Чтение»

Милость Божия буди с вами! С Новым годом!

Виноват. Много задолжал вам неписанием. Прошу отпустить сей долг, ибо уплатить не имею сил. Я вам очень благодарен, что, не смотря на мою неисправность, вы не прекращаете беседы: ибо все, сообщаемое вами, читаю с удовольствием. Киев – дорогое место. Как бы желалось побывать в нем! Но гласно там быть суетно, а incognito – не ухитришься, как устроить. Приходится только мысленно посещать сию святыню земли русской, – и духовно утешаться и Лаврою, и Софийским, и Михайловским, и Братским.

Вспомнил я о Братской чудотворной иконе. И мне очень пожелалось иметь копию ее, не в такой величине, как она есть, а в малом виде. Верно там есть эстампы. Пришлите пожалуйста. Если есть раскрашенные – конечно, лучше.

Посылаю вам книжек – 2 Послания к Коринф. и Письма о духовной жизни – по три экземпляра: по одному вам, по другому Димитрию Афанасьевичу, по третьему о. Даниилу. Лишний экземпляр писем – это вам для давания читать. Писем о христианской жизни у меня очень мало, и все разбитые экземпляры. Один посылаю вам: давайте читать, но не велите зачитывать. Письма о духовной жизни, или: что есть духовная жизнь, писаны к правосл. девице, по желанию ее родителей. Как из писем образовалось нечто целое; то и вздумалось издать их, перечистив и дополнив, может быть, на половину. Добрые афонцы отпечатали. Какие молодцы они распространять книги! Я сам не издаю, именно потому сядут что книги на плечах. А у них они духом расходятся.

Леность моя погружает меня в ничегонеделание. Выпутываюсь однако ж кое-как из ее цепей и продолжаю кропать толкование Послания к Колосянам, которое будет печататься в Душеполезном Чтении. Духом спешу кончить все Послания св. Павла, но ноги упирают, и дело медленно тянется. Еще четыре послания – три Пастырских, и к Евреям. Помолитесь, чтобы Господь помог довести дело до конца.

У вас – Академия опять взяла на свою опеку Воскресное Чтение. Приладьтесь к тамошним и пишите туда. Надо восстановить сей журнал в прежнем духе.

Всем вам благ от Господа желаю. Поклонитесь отцам, коим книги шлются. Прошу молитв.

Ваш богомолец, Епископ Феофан. 29 декабря 1878 года.

Письмо 217. Забота Святителя о читателях духовно-нравственных книг. Известия и отзывы: о своем больном глазе, о кончине Преосвященного, о Шипке и новом лжеучителе Редстоке

Христос Воскресе!

Достопочтеннейший отец протоиерей!

Поздравляю и вас с светлым праздником и шлю вам полные мои благожелания. Даруй вам Господи мир душевный, довольство житейское и благоприятное течение дел ваших.

Что пишете вы о читающих книги, приятно читать, потому что видишь, что есть еще лица, любящие такое чтение. Сколько раз приходится жалеть, что не умею так писать, чтобы всех затрагивать. Когда бы умел, составил бы такую книгу, что всякий читающий непременно решился бы начать содевать свое спасение. У нас большой недостаток в такого рода книгах. Нет у нас – ни изложения догматов краткого, ни полного и впечатлительного, – ни нравственной жизни изображения, чтоб все было видно, как на ладони.

Я стал слепнуть на один глаз. Катаракта растет на правом глазе. Дурно конечно; но беда эта не велика.

Слышали, сколько новостей? Преосвященный Иустин скончался. За ним поспешил Московский владыка. Тверской отошел не много прежде обоих. Видите, как подбираются? Теперь за Вышенским черед.

Как-то Гурко возьмет эту Шипку и перешагнет Балканы? И всю армию Сулейманову надо раздавить так, чтоб и дух ее не пах.

Господи, помилуй нас! До чего мы дожили? В Питере гласно и явно образуется сектаторская община – редстоковщина. Это что-то похожее на молоканство, – только иноземное и дворянское. Вот и знайте. Священников, вишь, и видеть не хотят, а не только слышать и следовать им. О сем подобает подумать. В Питере есть молодцы из иереев, которых совестно слушать; но есть и образцовые иереи. И всюду так. Увы и ах!

Будьте здоровы и веселы. Поклонитесь всем знаемым.

Ваш богомолец Епископ Феофан. 24 апреля 1879 г.

Письмо 218. О своем больном глазе, посылаемых книгах, о сокращении приходов и оскудении веры

Милость Божия буди с вами! Достопочтеннейший отец протоиерей!

Из Москвы я воротился с нерадостными определениями докторскими. Порешено, что глаз должен ослепнуть, а я – остаться слепым. Только в утешение уверяли, что ослепнет не скоро. Между тем он делает на сем пути исправные успехи. За то левый глаз очень исправен. Не соберется ли в него одного зрительная сила обоих глаз?

Посылаю вам толкование Послания к Ефесеям. Прилагаю по две одинаковых книжки (путь ко спасению и о духовной жизни) великим старцам: Лаврентию и Николаевским – Макарию, Никону, Илариону и Иерониму. Прошу св. молитв их о моей многогрешности. Приложу такие же книжки и о. Антонию, духовнику лаврскому, который заезжал некогда ко мне на Вышу. Прилагаю еще о. Димитрию Афанасьевичу Послание к Ефес., о. Даниилу и Семену Афанасьевичу – о молитве. Прошу раздать.

Вы справедливо скорбите о сокращении приходов и закрытии церквей. Что делать? Будем Богу молиться, да пощадит Господь св. Церковь Свою. А поделать ничего не поделаем.

Слабеет вера. В иных местах, не шутя, берутся поджигать ее. Что-то с этою целью состроилось в Саратове. Заводится общество и во Владимире. Но лиц действующих нет, как нет. Соберут деньжонок, накупят книжек и станут раздавать даром, или продавать по дешевой цене. Вот и все. Мертво. Живых действователей нет. И общества не принесут ожидаемой пользы. Поджигатели должны сами гореть. Горя, ходить всюду, – и в устной беседе зажигать сердца. Вот что потребно! А где это возьмем? Опять только молиться остается к Подателю всяких даров.

Благослови вас, Господи, всяким благословением! Спасайтесь и о мне Бога молите!

Ваш богомолец, Епископ Феофан. 25 ноября 1879 года.

Письмо 219. Смиренный отзыв о себе. Проект перевода Библии на русский язык. Недостатки духовной литературы

Милость Божия буди с вами!

Виноват! Мне давно следовало писать вам; но все от почты отлагал – и до отлагал до сего времени. Благодарствую за ваше терпение моей неисправности.

У достопочтеннейшего отца Антипы прошу св. молитв о моей грешности. Речь его хорошая о том, чтобы в Лавре была архиерейская служба; но избранный им архиереишка никуда негож, не только в св. Лавру. Желания – быть покрываему и ограждаему лаврскою святынею нельзя не иметь; но на то дело я негож. Мне одно пригоже – сидеть, – да если б прибавить к сему – плакать, чего окаменелое сердце мое никак не допускает.

Относительно перевода Библии я совершенно такого же мнения, как дорогой мой наставник, высокопресвященный Димитрий. И хорошо бы – приступить к делу. Начинайте переводить. Для издания составьте общество. Редактором пусть будет преосвященный Димитрий; издатели – общество, а хлопотуном по сему С.А. Первухин. Начинайте с Псалтири. Уже начата. Она напечатана в трудах преосвященного Порфирия. Некие только фразы изменить и ноты прибавить не в угоду еврейскому тексту. С.А. пусть пишет к Н.В. Елагину, который, не знаю куда, завертелся. У него найдется некто, кто возьмет на себя печатание. И пойдет дело. Издавать каждую книгу отдельно и, как можно, – дешевле. Ну! – С Богом.

Духовная наша литература распустилась. Вот, Бог даст, – новый обер-прокурор даст новый толчок. Он очень православен и – ревнив.

«Вы ближе к народу и слышите жалобы.» – Чего же не заявляете? Что пишете в Вышенский лесок, – так это попусту. Соберитесь все ревнители и просите исправления.

О том, что ваш владыка так снисходительно на все смотрит, очень жалею. Но он – всегдашний молчальник.

Семену Афанасьевичу – мой поклон и Божие благословение. Благослови вас, Господи, всяким благословением.

Ваш богомолец, Е. Феофан.

Письмо 220. Посылка книг для обличения Пашкова. Совет Киевской братии молиться о своем больном Владыке

Милость Божия буди с вами!

Уж не знаю, каким словом начать письмо. Пусть идет без начала.

Посылаю вам десяток писем в С.-Петербург. Раздайте их старым знакомым, а то и по городу – недуховным, для которых, по вашему суду, небесполезно прочитать их. Это против Пашкова, который есть злейший молоканин и хлыст, у которого – ни Церкви, ни таинств, ни священства, ни молитвословий, – ничего нет. Кайся, веруй в Господа и живи добре – и все тут. Прочее все – побоку. С этою проповедью он разъезжает всюду. И у себя дома собирает, и многих уже сбил с толку. Вот-вот объявит секту. Другая, побочная с ним, секта есть «апостольская община». И та в Питере имеет ход. Вот – и знайте.

Все это ваше дело, – разумей действующее священство, – хлопотать и противодействовать! А я не за свое дело взялся. Мое дело – сидеть и четки перебирать.

Смотрите вы, – все киевские св. отцы, – вымолите святому владыке своему здоровье. Если захочете и возревнуете, – непременно вымолите. Если не вымолите, – будет значить, что не восхотели и не возревновали. И тогда вся Церковь русская будет укорять вас. Вам дело сие – вымолить здоровье владыке – оставлено; а вы пренебрегли им. Ну – и отвечайте!

Чего вам пожелать? Здоровья, благополучия, благоумия и всего, пред чем можно поставить благо.

Молите Бога о моей грешности. Всем знаемым – поклон усердный.

Ваш богомолец, Е. Феофан. 24 августа 1881 г.

Письмо 221. По кончине Киевского Владыки, о его преемнике. Поклоны

Милость Божия буди с вами!

Благодарствую, что, не смотря на мою крайнюю леность, вы не оставляете меня вашим добрым расположением и памятию. Спаси вас, Господи!

О смерти покойного владыки вашего я узнал гораздо прежде вашего письма и тогда же стал поминать его в верной надежде, что и он, в свое время, воспомянет, как о всех, поминающих его, так и о мне.

Преосвящ. Иоанну, поручившему вам написать мне о сем, свидетельствую мое искреннее глубокое уважение и прошу его молитв о моей многогрешности.

Поздравляю с новым владыкою. Се – энергичный владыка! Всем поддаст бодрости. Помоги ему, Господи!

Всем знаемым прошу передать поклон – усердный: о. Димитрию, о. Даниилу, Семену Афанасьевичу, Александру Дмитриевичу, о. Арсению Выдубецкому, о. наместнику Иллариону и пр., и пр. Не всем поименно, а всем почелошно. Семену Афанасьевичу задолжал ответом. Прошу извинения. Всех благ ему желаю. Александру Дмитриевичу Ушинскому скоро возвращу рукопись и – с приложением.

Прошу всех помолиться о моем окаянстве. Благослови вас, Господи, и семейство ваше и деток ваших.

Ваш богомолец, Е. Феофан. 3 марта 1882 г.

Письмо 222. Добрый отзыв о книге Ушинского против штундистов и побуждение к продолжение борьбы со штундой

Милость Божия буди с вами!

Достопочтеннейший о. протоиерей! Премного вам благодарен, что, не смотря на мою неподвижную леность, вы, время от времени, пишете, извещая о новых новостях тамошних, интересных.

В последнем письме вы поминаете о книге Ушинского. Вы несправедливы к сей книге. Весь ее недостаток в том, что она не полно разбирает опровергаемые пункты. Но автор и не скрываешь этого недостатка, а прямо сознается, что он плохой богослов и – издает книгу с тою целью, чтобы раздразнить могущих написать пополнее и побудить их приступить тотчас к сему делу. Укорять его в недостаточности опровержения потому совершенно не резонно. Всем вам ответит он: quot potui, teci, – faciant meliora potentes.

Его можно бы укорять в неправомыслии; но этого там нет. Я перечитывал рукопись и не видел ничего неправого, и не нашел резона, почему бы мог сказать: не печатай.

Ваш приятель писал вам: «перелистывал, – и мне показалось кое что неправое». – Какая ревность! О, неглижер! Вы же сами прописываете пророчество о возможном вреде от сей книги, именно – что теперь штундисты будут иметь печатное изложение своей веры. – Не вижу, какой от сего вред. Если б у них не было сего изложения, – другое дело. Но оно у них есть и конечно – переписывается друг у друга. Ушинский от них получил тетради и – списал для себя. Но в тетрадях оно ходит без опровержения, а в книге с опровержением. Какое ни будь опровержение, но оно всегда будет оставлять след и производить колебание. Есть пункты сильно опровергнутые. Кто поколеблется в нескольких пунктах, тот не может оставаться покойным и относительно всего прочего. – Выходит польза, а не вред. Предполагаемый вами вред был бы возможен, если бы учение косяковцев было все напечатано отдельно; но оно разумно разбито и пересыпано опровержениями.

Я не утверждаю, что книга удовлетворительна; но не могу думать, чтобы она была бесполезна. Она только оказывается бесполезною в отношении к вам, спящим иереям. Ушинский надеется, что разбудит вас. И ошибся. В этом виноват. Ему следовало знать вас лучше и не обманывать себя мечтами, что вы подхватите его запеванье в тот же тон. Вы же ему все отвечаете: шалишь, брат! Не на тех напал, чтоб мы поддались твоему разбуждению, поди прочь! Спать хотим.

Ну – что против этого скажете?! Вы как раз такими оказываетесь. И если хотите не оказаться такими, извольте сейчас же садиться и писать. И вот вам программа!

Ушинский написал книгу в опровержение мудрований штундистов. Но он положил только начало. Немало и еще надо прибавить к сказанному у него. – Это – предисловие. Затем, приступайте к положению всякого пункта особо.

Первый пункт штундистов так то читается. – Против него сказать вот что. Сказано дело; но не все – досказано. – Досказываю... И начинайте писать пункт за пунктом и всю книгу пополните. Вот, это будет дело. Если одни ленитесь; возьмитесь вдвоем, втроем, вдесятером, – только пополните книгу, – и штунда будет разоблачена во всех подробностях. Смотрите ж, непременно это сделайте. Сроку вам дается один месяц; другой месяц на печатание; третий – вся Россия уже читает. – Тогда я буду бить в ладони, крича: «молодцы! вот, так иереи! Кто это напечатал под редакцией Феофана?» – (Это сильно сказано: «Я перечитываю рукопись и – только...» Но – это далеко от редакции). Смотрите ж, исполните, что я прописал. Затем, спасайтесь! Благослови вас, Господи!

Ваш богомолец, Е. Феофан. 9 октября 1883 г.

Письмо 223. При посылке книг разным лицам

Милость Божия буди с вами!

Очень жалею, что вам приходится переменить место служения.

Господь да устроит вас, как судит, наилучше для вас!

Посылаю вам, недавно отпечатанные афонцами, слова мои о совершенном к Богу от мира обращении. Дайте Семену Афанасьевичу, отцу Димитрию Жданову, Ольге Васильевне Ушинской и вашему (заочно знакомому) о. Иоанну. Ему же прилагаю книгу о молитве и еще – толкование 118 псалма.

Благослови вас, Господи, всяким благословением!

Ваш доброхот, Е. Феофан. 4 сентября 1884 г.

Письмо 224. После приветствий делается отзыв о сочинениях Льва Толстого

Милость Божия буди с вами!

Достопочтеннейший отец протоиерей!

Приношу благодарность, что, несмотря на большую мою неисправность, вы меня не забываете. Пожалуйста, не серчайте на мою леность.

Все письма ваши я получил – и книжку. Благодарствую. Все добре. Добре и то, что дополняете. Помоги вам, Господи! – Что же подсказать вам к делу дополнения, – не знаю. Смотрите сами. Вы – ведь, не маленький.

Об о. Митрофане очень жалею. Да пошлет ему Господь силу, дух утешения и терпения в жизни, которую судил ему Бог.

Матушку и сестру вашу поминаю и буду поминать.

Посылаю к вам три экземпляра – 2-го тома Добротолюбия: один для вас, один Первухину и один Ольге Васильевне Ушинской.

Вы помянули прислать старцам книжек; но как я их не знаю, то мне неудобно это делать.

Время наше трудноватое. Трудитесь. Да поможет вам Бог!

Слыхали ль вы про евангелие Льва Толстого? Теперь слышу, что у него также тайком распространяются еще две статьи: критика догматов Церкви и – в чем моя вера. Тут то, вишь, сокровища премудрости изрыгнуты: хулы на Церковь Божию, на св. Отцев и даже на Апостолов, кои все будто – суть исказители учения Христова. Сам же он не верит – ни в Святую Троицу, ни в Воплощенное домостроительство, ни в силу таинств. Сын Человеческий у него – то разум всечеловеческий, то сущность человечества. Есть ли Бог, – не видно. Но о начале жизни – поминает. Так, – вот какияесласти! Рукописи тайком распространяются среди университантов. Верно и в Киеве есть. Как будущей жизни нет у него, а люди продолжают жить только в потомстве; то вся забота у него – составить программу счастья на земле. Внемлите. Се пункты:

1) не противься злу: пусть бьют, режут, грабят; молчи и терпи;

2) суды не нужны;

3) ни полиции, ни жандармов, ни войска. Все это насилователи свободы.

4) С женою не разводись, хоть она и неверна. Брака у него тоже – нет.

5) Война богопротивна – и войска не нужно.

Пункты заимствованы из 5 гл. Матф., где Господь говорит в нагорной беседе: «вам сказано... а Я говорю»

Радуйтесь российстии людие!

Зло потихоньку расходится. Уродливый план осчастливления не привьется, а все пункты неверия не останутся без последователей.

Преосвященный Виталий еще не прибыл. А ректора Тамбовского, тоже киевлянина, переводят в Вифанскую семинарию.

Спасайтесь! Благослови вас, Господи!

Ваш богомолец, Е. Феофан. 1 июня 1885 г.

NB. На сем письме рукою получателя, прот. Н.Ф. помечено: «Это последнее письмо. С 1886 г. и до кончины владыки, не было ко мне от него писем. Но к другим лицам в Киев он писал.

Письмо 225. При посылке книги «Невидимая брань». Старики полежать любят. К крестьянину Владим. г. Иову Ивановичу Шумову

Милость Божия буди с вами!

Достопочтеннейший о. протоиерей!

Посылаю вам «Невидимую брань». Себе возьмите, – дайте Семену Афанасьевичу и Ольге Васильевне Ушинской. Еще две, – про кого-то вы говорили в Лавре, – я забыл. Так это им. Эта тарелочка ушицы не всем, быть может, покажется по вкусу. Но будут и такие, которые скушают ее, присмакуючи. И на здоровье.

Эта книжка давно известна в русском переводе – еще из времен Голицына. Но там она не так ясна. Афонский старец несколько пояснил, а теперь и на Выше немножко пообчистил ее. И будто она стала казаться пригожей. Но – конечно у всякого свой вкус.

Виноват я, что мало пишу к вам. Прошу простить. Кажется, мне уж пора в старики записаться. А старики любят полежать. И в этом обнаруживают большое прилежание. Всех вам благ от Господа желаю.

Прошу ваших святых молитв. Спасайтесь!

Ваш богомолец, Е. Феофан. 21 сентября 1886 г.

Письмо 226. Об обучении крестьянских девочек грамоте. Из творений Святителя на общую пользу

«...Молиться надо, – пишет приснопамятный святитель, – чтобы Господь дал родителям понять свою ошибку (заключающуюся в отказе крестьян учить своих дочерей грамоте) и поревновать об обучении своих дочерей. На отговорки их (родителей-крестьян) скажу малое нечто.

1) Говорят, что хоть и выучится, все не барин ее возьмет: такая же будет крестьянка. – Будто грамоте знать только и пристало господам? Всем пригодно уметь читать. И везде уж все учатся – и крестьяне, девочки и мальчики. Зачем отставать от других? Что замуж выйдет за крестьянина же, – что тут плохого? Да ведь мальчики-то все уж умеют читать. Надо и невест им подготовить умеющих читать, чтобы ровнее были. Когда муж и жена умеют читать, то придет праздник, дома будут читать Евангелие, или житие святых, или другую хорошую книгу. То муж почитает, то жена. И время будет идти душеспасительно. И мужу охотнее в праздничное время дома сидеть, когда и жена грамотна. А то скажет: что мне с тобой неграмотной сидеть – и пойдет... И то может случиться, что грамотная жена пока читает в книге, и если муж сшибется с пути, она будет знать, что при случае ему напомнить. Нет, нет... да, Бог даст, и образумит. – А когда деток Бог даст, мать грамотная сама и выучит их грамоте между делом. Так и пойдут по селу грамотные, хоть и школ не будь.

2) Неграмотная, как неведующая, согрешит, – меньше взыщется. – Да ведь это и с мальчиков так-же, и со всех, кто не знает грамоте. Так что же и грамоту с лица земли согнать? Да и Евангелие-то надо спрятать, чтобы его в церкви не читали. А то оно показывает грех, – который от того грешнее становится. Да так ли это? А Бог посылал на землю пророков и апостолов, и Сам Своим лицом приходил на землю и волю Свою святую нам открыл, как жить нам должно, спастись и все это в Божественном Писании повелел начертать, чтобы все люди читали и видели, чего от нас хочет Бог. Знать волю Божию и то, какие дела суть добродетели и какие грехи, мы все должны. И кто сего не делает, тот грешит пред Богом. И выходит, что кто держит себя в темноте и безграмотности, дважды грешит, – и тем, что не знает воли Божией, и тем, что не употребляет средств узнать ее и нарочно держит себя в темноте. А кто и детей своих держит в той же темноте, тот третий грех творит – мальчиков ли или девочек не учит. Родителям-то и самим следовало бы поскорее выучиться грамоте, чтобы читать, что говорит Господь во святом Евангелии и святые Апостолы от Его лица в Апостоле. Но уже коли время пропущено, хоть детей своих пусть обучают.

3) Выучи, в монастырь, говорят, пойдет. В монастырь тянет не грамота, а особое Божие звание. Если у кого есть дочь, желающая идти в монастырь, зачем ей мешать? Бог зовет, – и пусть идет. Себя спасет и за родителей помолится. А то выходит, будто беда какая случится, если чья дочь в монастырь пожелает. Это милость Божия и к дочери, и к родителям. Но совсем не бывает так, чтобы грамотная пошла уж непременно в монастырь. А то будет, что грамотная будет читать хорошие книги и из них уразумеет лучше, как душу спасать и, уразумевши, жить так станет и других тому научит. Спасаются не в одном монастыре. И в семейном быту спасаются, и во всяком звании и состоянии. Но грамотной или грамотному удобнее спастись, потому что чрез чтение легче уразуметь, как душу свою спасать. Вот тут ответ и на четвертую отговорку – что спастись можно и неграмотной. Можно, как против этого спорить? И грамотные погибают, и неграмотные спасаются. Все от доброй воли, или куда сердце лежит. Уж на это сам смотри, – грамотный и неграмотный. Но вот спросить бы таковых, в чем, думают они, состоит спасение родителей? Главное, в добром воспитании детей, надо их научить всякому доброму пути. Мало ли бывает у матерей времени, особенно вечером, когда ни они, ни дети ничего не делают, особенно под праздники и в праздники? Отца нет дома. Мать поговорила бы что, да не умеет. Дети шалят или спят. Время попусту проходит. А коли бы она грамотна была, развернула книгу и читала, особенно жития святых. Все бы охотно слушали. И сами себя учили бы и детей. Вот и удобнейшее спасение! И многие другие от грамоты удобства есть ко спасению. Остерегай только, чтобы не загордились и много о себе думать не стали.

5) Говорят, что замуж выйдет – все забудет. Да зачем же бросать им читать, выучившись? Как выучится, так и купи книжку, вон есть много дешевеньких, и заставляй ее читать вечерами, когда свободно, а то в праздник. Так и не забудет. Привыкнет так почитывать у отца с матерью и замужем так будет делать, – тем охотнее, что и муж будет грамотный. А я думаю еще, что грамоту трудно забыть. Кто хорошо выучится, как ее забыть? Ведь это то же, что мастерство. Кто чуть-чуть выучится мастерству и бросит, конечно, можно забыть. А кто хорошо выучится, тот не забудет. Так и в грамоте.

6) Прясть, говорят, стала, как бы не перестала? Есть о чем жалеть? Много ли девочка напрядет? И прядут-то они больше затем, чтобы выучиться прясть. Выучиться же сему они могут и обучаясь грамоте. Днем пусть грамоте учатся, а вечером прядут. То и другое будет идти рядом. И что будет-то! Мастерица какая может выйти. Есть теперь книги со всеми мастерствами: описано, что как делать. Купи ей тогда такую книжку. Почитает и чему она там ни научится – всем женским мастерствам. Времени же на обучение много не потребуется. Девочки сметливее мальчиков. Скоро перенимают и навыкают читать. Все сие и подобное передавай родителям. Авось вразумятся. Если бы я был на вашей епархии, написал бы к ним грамоту. А теперь это не мое дело. Мысли изложенные передай. Возьмут в толк – добре. А не возьмут – Господь будет им судья.

Сам же не унывай, продолжай трудиться. Когда обучишь всех мальчиков – и, о если б и девочек! – закваска будет положена, и грамота уж не переведется в селе. Ибо какой грамотный отец захочет оставить сына своего необученным?

Письмо 227. Наставление о том, как возбуждать в себе постоянный молитвенный дух. К одному из присных по духу

Дело молитвы есть первое дело в христианской жизни. – Молитва – дыхание духа. Есть молитва, – и живет дух; нет молитвы, – нет жизни в духе.

Стоять пред иконою и класть поклоны – не есть еще молитва, а только принадлежность молитвы; читать молитвы – на память, или по книжке, или слушать их – не есть еще молитва, а только орудие молитвы или способ обнаружения и возбуждения ее. Сама молитва есть возникновение в сердце нашем одного за другим благоговейных чувств к Богу, – чувства самоуничижения, преданности, благодарения, славословия, прошения, сокрушения, покорности воле Божией, усердного припадания и пр.

Вся наша забота здесь должна быть о том, чтобы во время нашей молитвы, эти и подобные чувства наполняли душу нашу, – чтобы сердце не было пусто. Когда есть в нем все эти чувства, или какое-либо одно из них, устремленное к Богу, – то молитвословие наше есть молитва, а когда нет, – оно не есть еще молитва

Молитву, или устремление сердца к Богу, нужно возбудить и возбужденную укрепить, или – что тоже – нужно воспитать в себе молитвенный дух.

Первый способ к этому есть читательное, или слушательное наше молитвословие. Читай или слушай, как следует, молитвословие, – и непременно возбудишь и укрепишь восхождение в сердце твоем к Богу, т.е. войдешь в молитвенный дух. В молитвах св. отцев движется великая молитвенная сила, и кто всем вниманием и усердием проникает в них, тот – в силу закона взаимодействия – непременно вкусит молитвенной силы, по мере сближения настроения своего с содержанием молитвы. – Чтобы наше молитвословие сделать нам действительным средством к воспитанно молитвы, необходимо совершать его так, чтобы и мысль и сердце воспринимали содержание молитв, составляющих молитвословие.

Вот для этого три самых простых приема: не приступай к молитвословию без должного приготовления, – не совершай его кое как, – а со вниманием и чувством, – и не тотчас по окончании молитв переходи к обычным занятиям.

а) Приготовление к молитвословию

Приступая к молитвословию, когда бы то ни было, постой немного, или посиди, или походи, – и потрудись в это время отрезвить мысль, отвлекши ее от всех земных дел и предметов. Затем помысли, кто Тот, к Кому обратишься ты в молитве, и кто ты, имеющий начать теперь это молитвенное к Нему обращение, – и возбуди в душе своей, соответственное тому настроение самоуничиженного и проникнутого благоговейным страхом предстояния Богу в сердце. В этом все малое, но немалозначительное, приготовление – благоговейно стать пред Богом в сердце. Здесь – начало молитвы, а доброе начало – половина дела.

б) Самое совершение молитвословия Установившись так внутренне, стань пред иконами, перекрестись, поклонись, и начинай обычное молитвословие. Читай не спешно, – вникай во всякое слово – мысль всякого слова доводи до сердца, сопровождая это поклонами – с крестом. – В этом – все дело приятного Богу и плодоносного чтения молитвы. – Вникай во всякое слово и мысль слова доводи до сердца, иначе: понимай что читаешь и понятое чувствуй. Читаешь: «очисти мя от всякия скверны», – восчувствуй скверну свою, возжелай чистоты, и – с полною надеждою проси ее у Господа. Читаешь: «да будет воля Твоя», и в сердце своем совершенно предай участь твою Господу, с полною готовностью благодушно встретить все, что Господь пошлет тебе. Читаешь: «и остави нам долги наша, якоже и мы оставляем должником нашим», – и в душе своей всем прости все, и, таким образом, проси себе прощения у Господа. Если так будешь действовать при всяком стихе молитвы твоей, то у тебя будет надлежащее молитвословие. А чтобы тебе успешнее совершать его именно таким образом, вот что нужно сделать: 1) имей у себя известное молитвенное правило – небольшое, чтобы, при своих обычных делах, ты мог исполнять его неспешно; 2) в свободное время вчитывайся в молитвы твоего правила, пойми каждое слово молитвы и прочувствуй его, чтобы наперед знать, что при каком слове у тебя должно быть на душе и в сердце, дабы – во время молитвословия – легко тебе было понимать и чувствовать. 3) Если твоя летучая мысль, во время молитвы будет отбегать на другие предметы, напрягайся сохранять внимание, и возвращай мысль свою к предмету молитвы; опять отбегает, опять возврати: повторяй чтение, пока каждое слово молитвы не прочтешь с понятием и чувством. Этим отучишь мысль свою от рассеянности в молитве. 4) Если же какое слово молитвы сильно подействует на душу, – остановись на нем и не читай далее, – стой на этом месте вниманием и чувством, – напитай им душу свою, или теми помыслами, которые оно будет производить, – не разоряй этого состояния, пока оно не пройдет само: это знак, что дух молитвы у тебя начинает внедряться, а состояние это – самое надежное средство к воспитанию и укреплению в нас молитвенного духа.

в) Что делать после молитвы?

Когда кончишь свое молитвословие, – не тотчас переходи к каким-либо занятиям; но также хоть немного постой и подумай, – что это тобою сделано и к чему это тебя обязывает, сохраняя после молитвы особенно то, что на тебя крепко подействовало. Самое свойство молитвы таково, что если хорошо помолишься, как следует, – то не захочешь скоро озабочиваться делами: кто вкусит сладкого, не захочет горького; а вкушение этой сладости молитвы есть цель молитвословия, и чрез это вкушение сладости молитвенной в молитвословии воспитывается молитвенный дух.

Исполняя эти немногие правила, скоро увидишь плоды молитвенного труда. Всякое молитвословие оставит след молитвы в душе – непрерывное продолжение его в том же порядке вкоренит ее, а терпение в этом труде привьет и дух молитвенный.

Вот первый – начальный способ воспитания в нас молитвенного духа! Это сообразное с своим назначением совершение наших молитвословий. Но это еще не все; здесь полагается только начало молитвенной науке. Надобно идти далее.

Навыкнувши умом и сердцем обращаться к Богу с стороннею помощью – по молитвенникам, необходимо затем делать опыты и своего собственного возношения к Богу, – доходить до того, чтоб душа сама, так сказать, своею речью вступала в молитвенную беседу с Богом, сама возносилась к Нему, и Ему себя открывала и исповедывала, что в ней есть и чего она желает. И этому надо учить душу. Что должно делать, чтобы успеть в этой науке?

И навык с благоговением, вниманием и чувством молиться по молитвенникам, к этому же приводит; ибо из сердца, посредством молитвословий исполнившегося св. чувств, сама собою начнет исторгаться своя к Богу молитва. Но есть и особые для этого правила, ведущие к должному успеху в молитве.

Первый способ обучения души к частому обращению к Богу есть богомыслие, или благоговейное размышление о Божественных свойствах и действиях, – размышление о благости Божией, правосудии, премудрости, всемогуществе, вездесущии, всеведении, – о творении и промышлении, об устроении спасения в Господе Иисусе Христе, – о благодати и слове Божием, о св. таинствах, о царстве небесном. О каком из этих предметов ни стань размышлять, размышление это непременно исполнит душу благоговейным чувством к Богу: оно прямо устремляет к Богу все существо человека, и потому есть самое прямое средство к тому, чтобы приучить душу возноситься к Богу. Окончив молитвословие, особенно утром, сядь и начинай размышлять – ныне об одном, завтра о другом Божием свойстве и действии и производи в душе соответственное тому расположение. Говори с св. Димитрием Ростовским: «иди, св. богомыслие, и погрузимся в размышление о великих делах Божиих», – растрогивай тем свое сердце и начнешь изливать душу свою в молитве. Труда немного; а плода много. Нужны только желание и решимость. Стань, например, размышлять о благости Божией, – увидишь, что ты окружен милостями Божиими и телесно и духовно, – и падешь пред Богом в излиянии чувств благодарности; – стань размышлять о вездесущии Божием, – уразумеешь, что ты всюду пред Богом и Бог пред тобою, – и не можешь не исполниться благоговейным страхом; – стань рассуждать о правде Божией, – уверишься, что ни одно худое дело не останется без наказания, – и непременно положишь – очистить все грехи свои сердечным сокрушением пред Богом и покаянием; – стань размышлять о всеведении Божием, – познаешь, что ничто в тебе не сокрыто от ока Божия, – и непременно положишь быть строгим к себе и внимательным во всем, чтобы как-нибудь не оскорбить всевидящего Бога.

Второй способ обучения души к частому обращению к Богу есть обращение всякого дела – большого и малого во славу Божию. Ибо, если положим себе за правило, по заповеди Апостола (1Кор.10:31), все творить, даже есть и пить, во славу Божию, то непременно, – при каждом деле вспомним о Боге, – и вспомним не просто, а с опасением, – как бы не поступить в каком случае неправо и не оскорбить Бога каким-либо делом. Это и заставит обращаться к Богу со страхом и молитвенно просить помощи и вразумления. А так как мы почти непрестанно что-нибудь делаем, то почти непрестанно будем молитвенно обращаться к Богу; и следовательно почти непрестанно будем проходить науку молитвенного в душе возношения к Богу. Так мы научим душу как можно чаще, в продолжение дня, обращаться к Богу.

Третий способ обучения души к частому обращение к Богу есть частое, в продолжение дня, взывание из сердца к Богу краткими словами, судя по нуждам души и текущим делам. Начинаешь что, – говори: Господи, благослови! Кончаешь дело, – не языком только, но и чувством сердца, – говори: слава Тебе, Господи! Страсть какая подымется, – говори: спаси, Господи, погибаю! Находит тьма смутительных помышлений, – взывай: изведи из темницы душу мою! Предстоят неправые дела, и грех влечет к ним, – молись: настави мя, Господи, на путь, или – не даждь во смятение ноги моея. Грехи подавляют и влекут в отчаяние, – возопий мытаревым гласом: Боже, милостив буди мне грешному. Так и во всяком случае. Или просто чаще говори: Господи, помилуй! Владычице Богородице, спаси меня! Ангеле Божий, хранителю мой святый, защити меня! Или другим каким словом взывай. Только – сколько можно – чаще делай эти воззвания, всячески стараясь, чтобы они выходили из сердца, как бы выжатые из него. Когда будем так делать, – будут у нас совершаться частью, умные восхождения из сердца к Богу, – частые обращения к Богу, – частая молитва; а это учащение сообщит нам навык умного собеседования с Богом.

Итак, кроме молитвенного правила – научать душу молитвенно возноситься к Богу, существуют еще три способа, вводящие в молитвенный дух. Это – посвящать утром несколько времени на богомыслие, – всякое дело обращать во славу Божию и – часто обращаться к Богу краткими воззваниями. Когда утром хорошо будет совершено богомыслие, – оно оставит глубокое настроение к помышлению о Боге. Помышление о Боге заставит душу всякое действие свое – и внутреннее и внешнее – осторожно содевать и во славу Божию обращать; а то и другое поставят душу в такое положение, что из нее часто будут исторгаться краткие молитвенные воззвания к Богу. Эти три богомыслия, творение всего во славу Божию и – частые воззвания суть самые действительные орудия умной и сердечной молитвы. Всякое из них возносит душу к Богу. Кто положил упражняться в них, тот скоро приобретет навык – полагать восхождения в сердце своем к Богу. Отторгшись от земли, душа вступит в свою область и будет сладостно обитать горе – здесь сердечно и мысленно, а там – и существенно сподобится пребывать пред лицем Бога.

Письмо 228. Отзыв о графе Льве Толстом. К Морщанскому протоиерею Л.Я. Воскресенскому, товарищу почившего Святителя по Киевской Духовной Академии

В то время, как наши «интеллигенты» с благоговением прислушиваются к каждому слову новоявленного лжепророка, графа Льва Николаевича Толстого, православные русские люди с глубочайшим вниманием следят за содержанием многого множества писем, появляющихся в духовных журналах, – писем, принадлежащих перу великого подвижника и светильника нашей Русской Церкви, в Бозе почившего святителя Феофана. Из своего тихого затвора на Выши этот смиренный пастырь-старец неутомимо разливал благодатный свет истины Христовой, и сколько душ жаждущих этого света, этой благодатной истины напоены его словом, воистину благодатным! Не забудем, что этот святитель дал нам превосходные, незаменимые толкования на всего Апостола Павла, дал нам богатейшую сокровищницу писаний святительских в пяти громадных томах Добротолюбия, дал нам неоцененную книгу Путь ко спасению, составил свод Евангельских сказаний, за который удостоен степени доктора богословия, и многое множество других творений. Так что письма к разным лицам, которые теперь, после его блаженной кончины, посыпались в изумительном множестве на страницы духовных журналов, – это плод, так сказать, его досуга, если только можно назвать досугом сравнительно легкий труд ответов на письма, после трудовых часов, посвященных книжному деланию. Отзыв такого святого мужа, такого знатока души человеческой, такого высокопросвещенного, даже в смысле научном, человека (он знал несколько иностранных языков и его библиотека более, чем на половину, состоит из иностранных книг), – отзыв, говорим, такого мужа о лжеучении графа Толстого для православных особенно должен быть авторитетен: в нем они должны видеть предостережение и как бы грозный окрик голоса самой церкви. Пусть этот окрик резок, силен, но этого требует самое положение дела, этого требует наша легкомысленная ветренность в вопросах веры, с какою мы встречаем всякого хулителя Церкви. Послушаем же, что пишет святитель подвижник одному из присных по духу чад своих:

Вы помянули, что многие переходят в иную веру, начитавшись сочинения Толстого. Диво! У этого Льва никакой веры нет. У него нет Бога, нет души, нет будущей жизни, а Господь Иисус Христос – простой человек. В его писаниях – хула на Бога, на Христа Господа, на Св. Церковь и ее таинства. Он разрушитель царства истины, враг Божий, слуга сатанин (курсив везде подлинника), как написал сам св. апостол Павел волхву Еллиму, противившемуся его проповеди на острове Кипре (Деян.13:8–10). Этот бесов сын дерзнул написать новое Евангелие, которое есть искажение Евангелия истинного. И за это он есть проклятый апостольским проклятием. Апостол святый Павел написал: «кто новое Евангелие будет проповедывать да будет проклят, анафема» (Гал.1:8). И чтобы все затвердили это добре, в другой раз это подтвердил (ст.9). В евангелии богохульника сего цитаты похожи на наши, например: Иоан. гл. 1-я, ст. 1-й, а самый текст – другой. Посему он есть подделыватель бесчестнейший, лгун, обманщик.

Если дойдет до вас какая-либо из его бредней, с отвращением отвергайте. В наших духовных журналах он разобран до последних косточек, и всесторонне обличен в безумии и злоумии. Но журналы духовные кто читает? А тетрадки Толстого ходят по рукам секретно, и секретно распространяют ложь» (Тамбовские Епархиальные Ведомости, 1895. №32).

Ревностью Илииною дышит сие слово великого подвижника-святителя. Невольно восстает в воображении образ другого великого обличителя ересей – преподобного Антония Великого, который из глубокой пустыни подвигся и пришел на шумные улицы Александрии, чтоб обличить зловерие еретическое. Для православных слова довольно. Имеяй уши слышати – да слышит!

Письмо 229. Засвидетельствование памятования и благословение

Милость Божия буди с вами!

Очень рад видеть, что близ есте, соседушка мой во дни оны. Я давно собирался засвидетельствовать вам, что память о вас не замерла еще. Но виноват, – все завтра, да завтра.

Молю Господа, да благословит Он вас и семейство ваше. И молитв ваших прошу о моей многогрешности.

Всех благ от Господа желаю.

Ваш богомолец Е. Феофан.

Се – книжечки! Не вздумаете ли когда взглянуть?!

12 июля 1877 г.

Письмо 230. По возвращении из Тамбова Святитель благодарит за прием, посылает книжки и уведомляет о своем глазе

Ваше Высокоблагословение, Достопочтеннейший отец протоиерей!

Паки и паки приношу вам искреннюю благодарность за ваш радушный прием. Благодарю и всех ваших – матушку и детей. Да умножит Господь радости в доме вашем во все дни бытия его.

Добрались мы до Выши преблагополучно, в пятницу утром в 6 часов. Первый извозчик воистину молодец, второй извиняется неудобствами дороги.

Посылаю вам книжки – все, какие есть на руках. Нет 33-го псалма и послания к Галатам. Но они, вероятно, будут еще печататься; тогда пришлю.

Мне желательно, чтобы все ваши семейные имели нечто на намять. Потому приложил некие книги повторительно. Матушке – Добротолюбие; красавицам – красные книжки, не по созвучию, а потому что письма писаны к красавице, одну Моршанской, а другую – Агишевской; кавалерам – Путь ко спасению, по одной каждому. Прошу покорно принять сие во свидетельство искреннего моего расположения ко всем вам.

Моршанскую красавицу усердно прошу не бросать за спину последней моей к ней речи.

Глаза мои, как и было. Но вместо синих очков и дальнозорких я облек их дымчатыми – большущими, которые ничего не прибавляют к зрению, но умеряют впечатление от света.

Господам В. и И. поклон и Божие благословение. Прошу извинения, что не умел разговориться с ними. Всякого им благополучия желаю, – и голове с старцем болящим.

Вот и страстная. Теперь уж и не время браться за дело. А там Пасха. Надо радоваться, чему урочная работа, полагает большие препоны.

Желаю вам здоровья и благодушия. Прошу не забывать меня в молитвах своих.

Ваш усердный богомолец Е. Феофан. 25 марта 1879 г.

Письмо 231. О своем больном глазе

Христос Воскресе!

Возлюбленнейший о. протоиерей! Милость Божия буди с вами!

Увы и ах! Глаз мой начинает меня понемногу беспокоить, а тревожит и не немного. Натолковали мне в Тамбове, что катаракт не делает боли, а зреет спокойно и что боль в глазу есть указание на воду. Мой глаз все был спокоен, и я был покоен. Но вот начала по временам показываться ломота, а в среду вечером и весь четверток она была почти без перерыва. Хоть она не сильная была, но все же нельзя сказать, что глаз был спокоен. Вот это меня и встревожило. Ну-ка не катаракт у меня, а вода? Пропустишь время, – пропал глаз. Надо бежать в Москву. Но, слава Богу! В пятницу глаз успокоился; успокоился и я, приписывая бывшую ломоту какой-либо случайности. Всяко однако ж не излишним считаю пояснить, какого рода бывают боли в глазу, когда в нем образуется вода. Как вы испытали это при боли вашего глаза, то и обращаюсь к вам с покорнейшею просьбою – напишите Господа ради, какого рода бывали у вас боли в глазу, разумею чувства больности… жгло, скребло, ломило и подобное. У меня по часту бывает чувство сухости глаза. Но посмотришь в зеркало, он кажется весь влажным, слезящим. Расскажите пожалуйста историю вашего глаза – не осложнения, а вольности.

В понедельник на страстной я послал вам книги и письма. Получили ль?

Благослови вас Господи всяким благословением, и матушку, и деток.

Прошу ваших молитв.

Ваш богомолец Е. Феофан. 15 апреля 1879 г.

Письмо 232. О том же

Ваше Высокоблагословение, Достопочтеннейишй отец протоиерей! Милость Божия буди с вами!

Что если это последовало от гнева на молчание мое? Это ужасно беспокоит меня».

– По делом. И прибавить еще надо – столько же, пол столько и четверть столько.

Я уже собирался жалобу писать Моршанскому благочинному, но, зная, какая у вас с ним стачка, остановился.

Се – баснь! Дело же было так. Все собирался; но тут же приходили вопросцы: да, полно, ехать ли. Дальше, да дальше и наконец решено не ехать.

Новой ревизии подвергнуть глаз побуждало меня наипаче то, что, когда станешь смотреть на бумагу, или книгу одним правым глазом, то на них падает желтый оттенок. Ну, подумалось, желтая вода! И начал суетиться. Но потом вместо желтого оттенка стал появляться синеватый, а теперь кажет беловатый, будто молоко пролито на бумагу. Из сего я заключил, что сии оттенки суть следствия естественного созревания катаракта. Стало быть не зачем в Белокаменную ехать! Ох! как я тяжел на подъем! Уселся в своей конуре как паук и плету свои паутинки. А все леность – моя неотвязная благоверная, с которою сочетался я с самого детства.

Посылаю вам еще книжку, которую вы, верно, уже иногда просматривали по частям.

Всем вашим мой усердный поклон и полные благожелания.

А что же глаз-то? Глаз умничек смирненький, тихенький, и мне сдается, что он не любит прогресса, оставаясь будто все в том же положении.

Спасайтесь! Благослови Господи ваш путь в Москву.

Ваш усердный богомолец Е. Феофан. 9 июля 1879 г.

Письмо 233. Сведение о своей поездке в Москву для лечения больного глаза

Ваше Высокопреподобие, Достопочтеннейший отец протоиерей! Милость Божия буди с вами!

Виноват! Кругом виноват! Прошу прощения!

С самого возвращения из Москвы все собирался писать к вам, и все по лености своей откладывал. Хорошо, что вы разбудили меня, а то не диво, что и теперь все бы спал.

К Успению приезжали красавицы Богу молиться. Евлампий разговорился с ними, что-де в Москву собираемся. А! как в Москву, так к нам. Мы довезем до Сарая, а с Сарая обратно возьмем. Как было отказать?! Вот и поехали. И съездили, 16–23 августа.

В Москве мы пробыли двое суток с 10 ч. утра субботы до 5 12 ч. вечера понедельника. В субботу вечером была докторская ревизия. Утро воскресенья – богомолье. Вечер – у владыки. Утро понедельника – сборы. Вот и все.

Что доктор? Смотрел с час и порешил, что у меня катаракт, но какого-то особого рода, которого не лечат, которому и операции не делают. Так, говорит, останется. Что операции не делать, очень рад; а что так останется, не должно быть радостно. Это похоже на то, что глаз пропадет. Но посмотрим. – Доктор был Крюков. Глаз слабеет.

Владыка ничего – как быть, все по старому. Останавливался у Афонцев, чтобы скрыться и никого не беспокоить. Но Владыка сказал, что и у него хата была приготовлена. Владыка был на даче, за городом.

Писать к вам собирался я еще и потому, что нужду и долг имею поблагодарить вашего предводителя дворянства г. Ильина. Он схлопотал нам в Ряжске особую каютку, чтобы укрыть от очес призора, и после в вагонах особое купе. Очень ему благодарен, равно и начальнику станции и тому доброму джентльмену, у которого мы просидели с час. Понуждаюсь им засвидетельствовать мою благодарность и для сего прилагаю три экземпляра «Пути ко спасению». Прошу передать г. Ильину, а его прошу доставить по книжке и ряжским моим благодетелям.

Соседушке же моему шлю еще тарелочку – толкование послания к Ефесеям.

Всем вашим мои усердные благожелания. Прошу молитв.

Спасайтесь!

Ваш богомолец Е. Феофан. 16 октября 1879 года.

Письмо 234. При посылке книг и вещиц своего рукоделия. Об отходящих товарищах и о глазе

Милость Божия буди с вами! Достопочтеннейший отец протоиерей!

Премного благодарен за ваше поздравление и благожелания. Спаси, Господи!

И я все собирался к вам писать, чтобы послать вам новую книжку – толкование послания к Римлянам. Посылаю теперь. Прилагаю при сем три книжки «Толкование 118 псалма», которые прошу вручить тем лицам, которых я видел у вас. Когда вы писали после юбилея семинарского, тогда же я ответил вам и послал вам толкование послания к Ефесеям. Прилагаю еще своих изделий несколько штук. Хочу бросить делать книги и возьмусь делать книгорезки. Голова в самом деле становится слабенькою.

Книгорезки рябые – тем, у которых седины пробиваются; красные – красавицам, прочие кавалерам – блондину и брюнету.

Товарищи наши отходят, придет и за нами череда. А пока мы будем молиться о них, а они помолятся о нас. Преосв. Алексей совсем было оправился; но простудился, ездивши в синод, контору.

Глаз мой преуспевает. Еще видит свечу, наприм., так, как она видится в самом густом пару. Ему определен конец; но нет боли. Засаривается хрусталик.

Спасайтесь! Прошу молитв.

Ваш богомолец Е. Феофан. 15 марта 1880 года.

Письмо 235. Посылая книжки, уведомляет о плохом состоянии правого глаза

Милость Божия буди с вами! Достопочтеннейший отец протоиерей!

Сколько уже раз собирался послать вам книжки. Насилу собрал. Прошу принять.

Глаз почти закрылся; но все еще не отказывается от своего дела, но делает его очень неумело, только левому глазу мешает. Если все так будет, то можно и не писать элегии на потерю глаза. Желаю вам всего доброго.

Ваш богомолец Е. Феофан. 13 июня 1880 г.

Письмо 236. Тоже, при посылке подарков своего рукоделия

Милость Божия буди с вами! Достопочтеннейший отец протоиерей!

С праздниками прошедшими и наступившим новым годом поздравляю.

Виноват, что долго не отвечал. Леность обуяла. А тут пришла охота сработать что-нибудь.

Из работ – все точенье – маленький подсвечник тому, кто должен больше всех молиться; солонка кормилице – матушке; свеча неугасимая (скрывающая игольник) и открытый игольник красавицам, которых долг работать без просыпу. Кавалерам ничего не придумал сработать. Вложу две небольшие книгорезки.

Глаз мой – вот эту страницу исписанную видит почти белою. А левый пока в порядке.

Книжек новеньких нет. Может быть к посту будут.

Прошу ваших молитв. Кажется, силы уже слабеют, а много бы еще надо написать.

Благослови Господи всех вас.

Ваш богомолец Е. Феофан. 17 января 1881 г.

Письмо 237. Уведомление о здоровье и о текущих делах

Милость Божия буди с вами! Достопочтеннейший отец протоиерей!

С благополучною поездкою в Москву поздравляю. Не скрою однако ж сожаления о том, что матушке не удалось поговорить с тамошними врачами. Да подаст ей Господь облегчение и утешение в ее болезни.

Благодарю вас и всех ваших за добрую память, свидетельницу о добром ко мне расположении, не заслуженном. Я здоров, и глаза мои преуспевают на горшее. Как один из них еще работает, то и не вижу большого понуждения докучать докторам, и отложил это до того времени, когда и второй глаз помутится порядком. Слышу, что в этой болезни перезренье не уместно.

Посылаю вам брошюру и книгу. То и другое афонское издание. Слова – старые. Но некоторых нет в книге, что у вас.

Я точно очень занят. Но из этих занятий едва ли выйдет что-либо.

Между сим идет тихоходно и сборник Добротолюбие 2 т. Уж на кончике.

Дел то бы и много предлежало, да кабы не леность. Вы хвалитесь своею леностью. Куда вам за мною гнаться? Если по этой части меня поставить в первый разряд; то вам придется попасть разве в 25-й и то к кончику.

Всем вам всякого добра желаю. Спасайтесь!

Ваш богомолец Е. Феофан. 1 октября 1881 года.

Письмо 238. Ревность Святителя о противодействии молоканам и просьба о доставлении изложения молоканского учения. Письмо к ...

Милость Божия буди с вами, Достопочтениейший отец протоиерей!

Докучаю вам покорнейшею просьбою. Дело такое.

В Епарх. Тамбов. Ведом. в 84 г. с №15 начаты ответы на письменное изложение учения молокан села Рыбного, – продолжены в 85 г., но так лениво, что дано всего 4 ответа. В 86 г. не дано ни одного ответа.

Скоро или не скоро пишутся ответы, это уж дело отвечающих, но мне желательно знать:

1) Как сделалось, что молокане дали письменное изложение, ибо в Ведом. начаты ответы без всякого предисловия.

2) Не можете ли вы достать сие письменное изложение во всей его полноте?

Верно оно есть у отвечающих. И если вы знаете, кто сии, то вам не трудно, думаю, достать их. Господа ради достаньте и поскорее пришлите.

Нужда некая заставила меня просмотреть молоканство вдоль и поперек, т.е. его историю и учение. История не совсем важное дело, а учение очень важное. Между тем, пункты их учения, как следует, нигде не изложены. Пишутся только мысли, и большею частью своим, а не молоканским словом.

Книжка, Пр. Арсением составленная, дает, может быть, все пункты, но не подробно.

Учение Уклеина изложено в истории молоканства в Правосл. Собеседнике; но то изложение уже теперь не во всех пунктах применимо к молоканам: иное изменилось.

Помещаемые в Ведомостях известия о молоканстве в разных селах сказывают только – того, и того, и того, не принимают. Очень голословно.

Вот мне и дорого кажется изложение молокан рыбинских, хоть оно, может быть, не всеобще в некоторых пунктах.

Господа ради достаньте, и то узнайте, по какому поводу дано это изложение молоканами. Превеликое будет одолжение.

Полные мои примите благожелания – и вам, и деткам вашим, и делам вашим, и всему городу вашему. Благослови вас, Господи!

Ваш доброхот Е. Феофан. 31 января 1887 г.

Письмо 239. Благодарность за хлопоты для монахов. Укор обвиняющему монахов в тунеядстве. Сон о преосвященном Игнатии и о спиритах

Милость Божия буди с вами!

Воротились наконец монахи. Слава Богу, слава Богу! Вот и враг ничего не сделал, когда Бог покрывает. Премного вам благодарен и особенно N.N., хлопотавшему. Спаси его Царица Небесная. Будет монах теперь молиться о нем по гроб; хоть и волк монах. Но монах волк особого покроя и особой цены.

Присланное вами все получил. Премного благодарю. Спаси Господи! И сулик и полотенце уже были в деле в неделю православия.

Кому что выточить, с удовольствием приготовлю. Выбор N.N. мудреный. Как угадать ручку? Ведь, она приноравливается к печати. Сделаю однако ж. Пусть сам прилаживает. Терпужком можно подточить.

И пост! Слава Богу! Скоро чай таять станет и ходить вам трудно. Дома сидите и молитесь. Поклонами отделываться можно.

У нас уж теперь разливанная. Завывают монахи. Кстати. Токарев говорит: тунеядцы. Возразить ему надо, что ядцы слово не идет. Надо другое какое. Потому что целую неделю у нас – столовую заперли, в кухне огонь залили, и только и знают, что дон-дон... Где тут ядцы? Так и последняя неделя. Да и весь пост не разъешься. Капуста, да редька и подобное. Этакий сумасшедший нигилист-фанатик. Вразуми его, Господи.

Сон о Преосвящ. Игнатии – мудреный. Что Преосвящ. угодил Богу, в этом нет сомнения. Но сон то сей от Бога ли? Лукавый может привиться сюда. Особенно то сомнительно, что советует сочинения свои читать; а там ложь есть. Спириты письмо от него пустили в ход. И это недобре. У спиритов бесенята действуют. Не даром рекомендуют они писания сии. Но чтобы смерть скоро для видевшей, не следует, ибо прибавлено: тысяча лет. Готовься умирать: это ко всякому идет.

Всем вашим поклон и благословение. Всех вам благ от Господа желаю. Молите Бога о мне грешном.

Ваш богомолец Еп. Феофан. 22 февраля.

Письмо 240. Общее наставление о должном монастырском житии и разъяснение об умной молитве и умном делании. К Саровскому послушнику Феодору

К Саровскому послушнику Александру.

Будь чадом церкви искренним и содержи все содержимое ею.

Будь чист и непорочен в жизни, и не допускай, чтоб совесть обличала тебя в чем либо, большом или малом; коль же скоро погрешишь в чем, очищай себя покаянием.

Монастырские порядки все исполняй добросовестно, почитая всякое дело, которое предлежит тебе делать по сим порядкам, как бы лично тебе посланным от Самого Бога, и труд дел монастырских посвящай Господу, как бы Он Сам стоял пред тобою и смотрел на тебя.

Все сие составит твою деятельную жизнь. Если все указанное будешь исполнять, как должно, то жизнь твоя никак не может остаться одною внешнею, но всегда будет и внутреннею; внутреннее будет проникать внешнее; но возможно, что внутреннего при сем не будет, и жизнь твоя останется бездушною. Как избежать сего? Надо во всякое дело влагать сердце, и сердце богобоязненное. Чтобы сердце было в состоянии богобоязненности, надобно, чтобы его непрестанно осеняло помышление о Боге. Помышление о Боге будет дверь, чрез которую входить будет душа в деятельную жизнь. Весь труд теперь должен быть обращен на то, чтобы непрестанно помышлять о Боге, или в присутствии Божием. (Взыщите Бога... Взыщите лицо Его выну). Вот где стоит трезвение и умная молитва. Бог везде есть: делай, чтобы и мысль твоя всюду была с Богом. Как же сделать? Мысли толкутся как комары в своих столбиках, а над мыслями и чувства сердца. Чтобы прилепить мысль к единому, старцы имели обычай навыкать непрерывному произношению коротенькой молитовки, от навыка и частого повторения молитовка эта так навязывалась на язык, что он сам собою повторял ее. Чрез это и мысль прилеплялась к молитве, а чрез нее и к помышлению о Боге, непрестанному. После навыка молитва связывала память о Боге, а память о Боге молитву; и они взаимно себя поддерживали. Вот и хождение пред Богом. Краткие молитовки употребляли разные, кто: «Боже милостив буди»; кто «Боже в помощь мою вонми»; кто «Аз, яко человек согреших, Ты же яко Бог помилуй мя». Но потом все предпочитать стали одну молитву Иисусову: «Господи Иисусе Христе помилуй мя грешнаго!» Ее навыкали повторять, и с нею блюсти память Божию. Видишь теперь, где стоит молитва Иисусова и каково значение ее. Сама по себе она не есть умная, а словесная, внешняя, как и все другие молитвы писанные, а есть средство к умной молитве, когда кто, стоя с ней пред Господом, молится Ему. Равным образом она не есть и умное делание, а такое же делание, как церковное или домашнее молитвословие по молитвенному. Умная молитва есть, когда кто утвердившись вниманием в сердце, оттуда возносит к Богу молитву. Умное же делание есть, когда кто, стоя вниманием в сердце с памятью о Господе, отревает всякую другую мысль, покушающуюся проникнуть в сердце. Теперь я думаю ты и сам разрешишь многие свои недоразумения. Под умною молитвою ты ведь тут разумеешь молитву Иисусову: «Господи Иисусе Христе помилуй мя». Но после данных объяснений ты видишь, что это не умная молитва, а словесная, и навыкать ей можешь без страха, как заучивал ты всякую другую молитву. Сидишь ли, ходишь, или другое что делаешь, повторяй сию молитву, и все тут, и навыкнешь и она сама станет повторяться языком твоим. Никаких тут бед не предвидится.

Умная же молитва есть, когда ты, стоя в сердце вниманием, взывать будешь ко Господу и прося, или каясь, или благодаря, или славословя Его. В этом действии тоже не имеется никакой опасности, такая молитва сама себе служит охраною. Ибо тут и Господь, если с верою обращаешься к Нему. В сей час же можешь сие на деле попробовать.

Твори, твори, и не тогда только, когда сидишь один в келье, но и везде: и в церкви, и за трапезой, и когда ходишь. Только заботься, чтобы тут была и память о Господе, а не одни слова.

Что схимонах Василий сказал об отложении пения, для умной молитвы, то относится к затворникам и к тем лицам, у коих раскрылась умная молитва и стала непрестанною. Эти могут делать и все, вместо церковной службы и келейного правила. Но здесь разумеется не повторение Иисусовой молитвы, а непрестанное у сердца восхождение молитвенных воззваний. Читал, как об одном старце говорится, что он молитвословие свое мог продолжать только до первой славы (из псалтиря), а потом входил в сердечную молитву, и молился без слов. Чтение молитвы тогда прекращается само собою. Таким образом отложения пения к нам с тобою не относится, нам надо и церковные службы выстаивать, и что определено для келейного молитвословия исполнять.

Когда образуется непрестанная сердечная молитва, тогда увидишь как поступить. Просишь благословить тебе внутреннее делание, Бог благословит! Но уясни себе, в чем дело тут, навыкай творить молитву Иисусову, чтобы навязла на язык, но всегда с мыслию о Господе. Если, при сем к Господу воздыхать из сердца будешь, это будет умная молитва, а не слова молитвы Иисусовой. Если став в сердце вниманием пред Господом и творя молитву Иисусову, будешь отгонять от сердца всякую другую мысль и чувство, это будет умное делание.

Письмо 241. Церковная молитва есть лучший способ к раскрытию умносердечной молитвы. К иеромонаху Сераксирского монастыря

К Саровскому послушнику Феодору.

Изволь прочитать все написанное о. Александру и все разумей по написанному. Я думаю, что все твои недоумения разрешатся. Надо службы церковные все выстаивать. И я тебе скажу, что нет лучшего способа к раскрытию умносердечной молитвы как бывать в церкви, на церковных службах. В службах церковных дух молитвенный. Кто простоит службу со вниманием ко всему читаемому и поемому, тот не может не согреться в молитвенном настроении. Если ныне так, завтра и послезавтра и т.д., то наконец загорится молитвенный огонек в сердце. Но когда это Бог даст, тогда ты будешь бежать в церковь как на пир царский и ничто тебя не удержит; только внимать старайся церковным пениям и чтениям, а без внимания ничего не будет. Поклоны неотложно должны быть при Иисусовой молитве и чем больше, тем лучше. Если ты один в кельи, то почаще становись на поклоны и твори их сколько хочешь с молитвою Иисусовой. Утром и вечером побольше их клади.

Еп. Ф.

Письмо 242. Краткие ответы на вопросы о молитве, исповедании и проч. К слепой N.N.N.

К Иеромонаху Сераксарскаго монастыря. Ответы на вопросы.

1. О разленении на службах, надо делать напряжение преодолеть его сосредоточением внимания и молитвою к Господу именно о сем недуге, и Господь поможет.

Как держать себя, служа Литургию и вообще на Литургии. Веру в таинство оживлять, страх Божий восставлять, упование спасения оживлять зря Господа всем хотящего спастися и всех к тому призывающего, и строгого и многомилостивого. Навыкнуть надо сим чувствам и молиться о даровании их.

3. Последование к св. причащению, думаю, не погрешительно совершать и не в один раз, но, кажется, за один раз лучше. Но вычитывать его в церкви – не хорошая привычка, церковная служба своего требует внимания.

4. Враг смущает бежать из церкви, чтоб усерднее помолиться в кельи. И церковную службу упустить и в кельи не помолиться. Надо выстаивать церковные службы и правило со вниманием и чувством. А умною молитвою дома особо помолиться. И церковное служение надо с умною молитвою простаивать. Содержание службы все умно. Внимай, разумей и чувствуй, что поется и читается и се – умная молитва.

5. Схима, как схима, ничего не даст; душу надо сделать схимницею. – А внешняя схима одно породит самомнение.

6. Про исповедь надо спрашивать долголетних духовников, благоговейно проходивших служение Божие сие. – Кто искренно кается и дает обещание воздержаться от худого, тому отчего не разрешить с епитимиею сообразною, которую можно бы совершить незаметно для других.

7. Идти на исповедь к монахам заставляет и житейское отношение, и, может быть, чаяние лучшего назидания. Да на что это дознавать? Пришел, кается... как оттолкнешь?

Благослови вас Господи!

Господь говорит: сыне, даждь ми твое сердце!

Ваш доброхот Еп. Феофан.

Письмо 243. О молитве. Как достигать непрестанной умносердечной молитвы. К М.Г.

К слепой N.N.N.

Молитва всегда должна быть ума и сердца возношением к Богу. Когда возносясь к Богу, славословим Бога, благодарим Его и молим Его о даровании нам духовных благ, с сознанием и чувством величия Его и благодеяний Его к щедрой милостивости Его, тогда мы молимся, или находимся в состоянии молитвенном. Все наши молитвы, входящие в состав молитвенников и церковных книг, содержат все сказанное; и если мы, читая сии молитвы, не слова только произносим, но и мысли и чувства те же имеем, то вот это и есть настоящая молитва. Если вы так молитесь, то и добре. Если, так молясь и в церкви и дома, вы от долгого совершения таким образом своей молитвой дойдете до того, что мысли и чувства молитвенные сроднятся с умом вашим и сердцем, так что, стоите ли вы на молитве или нет, чувства те и мысли не отходят от внимания вашего и всегда держат его прилепленным к Богу, – то вы взошли на высшую степень молитвы., которую справедливо назвать умно-сердечною. Она бывает в душе и без слов, при беседе с другими и при занятии каким либо делом. Это непрерывное внимание к Богу или хождение пред Богом и есть непрестанная молитва.

Молитва Иисусова есть великое пособие к сему; она очень сильно сосредоточивает внимание к Богу и делает его крепким. Из сего можете увидеть, где место сей молитвы и что требуется для успеха в ней. Вот степени молитвы.

1. Навыкновение обычным молитвословиям в церкви и дома.

2. Сроднение молитвенных мыслей и чувств с умом и сердцем.

3. Непрестанная молитва; молитва Иисусова может идти ко всем этим, но настоящее ее место при непрестанной молитве. Главное условие для успеха в молитве есть очищение сердца от страстей и всякого пристрастия к чему-либо чувственному. Без сего молитва все будет оставаться па первой степени или читательной. По мере очищения сердца молитва читательная будет переходить в умно-сердечную, а когда оно совсем очистится, тогда водрузится и непрестанная молитва. Как вам действовать. В церкви следите за службою и держите те мысли и чувства, кои предлагаются богослужением. Дома возбудите в себе молитвенные мысли и чувства и держите их в душе при помощи Иисусовой молитвы.

Благослови вас Господи!

Епископ Феофан.

Письмо 244. Особые движения в теле и духе от молитвы. Теплота благодатная духовная и теплота телесная – кровенная. Как различать их. К Игумену О.

К М.Г.

Некоторые особые движения в теле и духе бывают от молитвы, но не у всех молитвенников одинаковы, а у одних такие, а у других другие; следовательно на них нечего останавливаться.

У иных совсем никаких особенностей не бывает, а идет молитва тихо, даже во всей силе. И это – самый лучший и безопасный удел! Что молитва? Умное предстояние Богу в сердце с славословием, благодарением, прошением и сокрушенным покаянием. Все тут духовно. Корень всему благоговейный страх Божий, из коего вера о Боге и в Бога, предание себя Богу, упование, прилепление к Богу в чувстве любви с забвением всего тварного. Когда молитва в силе, все сии чувства и движения духовные присущи в сердце в соответственной силе. Прочтите молитвы святых, до нас дошедшие, вникните и увидите, что все это в них есть излияния полного молитвенного их настроения. Опять повторю: тут все духовно, от Бога исходит и до Бога восходит.

Как происходит это? Входит святой отец в сердце, углубляется в созерцание таинств веры или всех вообще, или одного какого восторжения, приводит в движение вышеозначенные чувства и изливает их в молитве. Мы читаем сии молитвы, приходим в подобное им настроение или отчасти или вполне, и бываем в должном настроении. Чрез частое повторение сего воспитывается в нас постоянная духовная молитва и утверждается постоянное молитвенное настроение, что и есть непрестанная молитва.

Все тут духовно, умно и сходит сверху вниз.

Как же к сему относится молитва Иисусова, которая есть словесная молитва?

Как и та теплота, которая развивается внутри сердца и около от действия сей молитвы.

Навык молитвенный не вдруг образуется, а требует долгого труда и претруждения себя.

Вот в сем-то труде образования молитвенного навыка лучше всего помогает Иисусова молитва и сопровождающая ее теплота.

Заметь, отец, что они есть средства, а не самое дело.

Возможно, и молитва Иисусова есть, и теплота есть, а молитвы настоящей нет. Как это не странно, а бывает так!

Когда молимся, надо умом стать пред Богом и о Нем Едином помышлять. Между тем, в голове непрестанно толкутся разные мысли и отвлекают ум от Бога. Для того, чтоб научить ум стоять на одном, святые отцы употребляли молитовки и навыкли произносить их непрестанно.

Это непрестанное повторение молитовки держало и ум в помышлении о Боге, и разгоняло все сторонние мысли. Эти коротенькие молитовки были разные. Святой Кассиан говорил, что в Египте у всех такая: Боже, в помощь мою вонми ми, Господи, помози ми, потщися. Святый Иоанникий непрестанно творил: Упование мое Отец, прибежище мое Сын, покров мой Дух Святый, Троица святая, слава Тебе.

Еще некто: Аз яко человек согреших, Ты же яко Бог щедр, помилуй мя. Нет сомнения и иные другие молитовки употребляли; у нас особенно установилась и вошла в общий обычай молитва Иисусова: Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешнаго.

Так вот что есть молитва Иисусова. Она есть одна из кратких молитовок словесная, как и все другие краткие молитовки. Назначается на то, чтоб ум держать на одной мысли о Боге.

Навыкнувший сей молитве и действующий ею как следует, действительно, бывает в памяти о Боге непрестанно.

Так как память Божия в искренно верующем сердце, естественно, сопровождается религиозными чувствами благоговеинства, упования, благодарения, преданности в волю Божию и другими, кои все суть духовные, то мы молитву Иисусову, которая производит и держит память Божию, называем духовною молитвою. И это справедливо, когда она окружается теми духовными чувствами.

Но когда такими действиями она не сопровождается, то она остается словесною, как и всякая другая подобная.

Так думать следует о молитве Иисусовой. Теперь, что значит теплота, коей сопровождается употребление сей молитвы?

Для того, чтоб ум держался на одном при употреблении краткой молитвы, надобно свесть его вниманием в сердце; ибо, оставаясь в голове, где происходит толкотня мыслей, он не успеет сосредоточиться на одном.

Когда внимание сойдет в сердце, то привлечет туда в одну точку все силы души и тела.

Это сосредоточение всей человеческой жизни в одно место тотчас отзывается там особым ощущением; сие ощущение и есть начало будущей теплоты.

Ощущение сие сначала легкое все усиливается, крепнет, углубляется и из холодного, каково оно в начале, переходит в теплое чувство и держит на себе внимание. И происходит таким образом, что сначала внимание держится в сердце напряжением воли, силою своею внимание порождает теплоту в сердце. Теплота же сия затем держит внимание без особого его напряжения. Они затем друг друга поддерживают и должны пребывать неразлучно, ибо рассеяние внимания охлаждает теплоту, а умаление теплоты ослабляет внимание.

Отсюда закон духовной жизни: держи сердце в чувстве к Богу, всегда будешь в памяти Божией. Его выразил где то святой Иоанн Лествичник.

Теперь вопрос – духовная ли эта теплота? Нет – не духовная! А обыкновенная, кровеная. Но как держит внимание ума в сердце и чрез то способствует развитию там духовных, указанных прежде, движений, то она называется духовною, в том однако ж случае, если она не сопровождается сластию похотною, хотя бы легкою, но держит душу и тело в трезвенном настроении.

Отсюда следует: как скоро теплота, сопровождающая молитву Иисусову, не сопровождается духовными чувствами, то ее не следует называть духовною, а просто теплотою кровеною; и она, будучи такою, не худа, если не состоит в связи с сластию похотною, хотя легкою; а если состоит, то худа и должна подлежать изгнанию.

Эта неправость бывает, когда теплота ходит ниже сердца. Вторая неправость та, когда, полюбив сию теплоту, ею одною все ограничивать, не заботясь о чувствах духовных и даже о памяти Божией, а лишь о том, чтоб была сия теплота; эта неправость возможна, хотя не у всех и не всегда, но по временам. Нужно заметить сие и исправить, ибо в таком случае останется она кровеная теплота, животная. Не должно почитать сию теплоту духовною иль благодатною. Духовною можно назвать сию теплоту только тогда, когда она сопровождается духовными, молитвенными движениями. Кто без них называет ее духовною, тот допускает неправильность. Кто же называете ее благодатною, еще более неправ.

Благодатная теплота особая есть, и она собственно есть духовная. Она отрешена от плоти, и в теле не производит заметных изменений, и свидетельствуется тонким сладким чувством.

По сим чувствам всякий легко может определить и различить теплоту. Это каждому следует сделать; стороннему тут нет дела и места.

Если иногда бывают телесные движения или ощущения какие либо при молитве и теплоте, не обращать на них внимания; они к существу дела не относятся и бывают разными у разных лиц.

Все же внимание обратите на духовные действия и чувства. Они будут проходить по душе и телу, как утренняя, приятная прохлада.

Епископ Феофан Вышенский.

Письмо 245. Об уставе скитском

Ваше Высокопреподобие, Достопочтеннейший о. игумен!

Приношу вам благодарность за ваше доброе внимание ко мне. О пустыне вашей я слыхал; вы подтвердили теперь все доброе, что я слышал. Благодарение Господу: иночество живо еще на православной Руси. Да хранит его Господь в постоянно добром устроении.

Со скитом поздравляю. Он цвет иноческой жизни, свидетельствующий, что тут водятся и плоды ее. Да хранит его Господь и в нем настоящий дух скитничества. Вы прислали мне просмотреть устав скита и сделать заметки. Вы спрашиваете у слепого. Я не видел и общей монастырской жизни, а не только скитской, и по опыту не знаю ни той ни другой. Скажу однако ж слово-другое по соображению.

Полный устав сразу составить едва ли можно, по этому в конце оговориться: «если впоследствии окажется что нужным прибавить к сему уставу, или что отменить и ограничить, сие можно делать с совета настоятелей и старших братий – пустыни и скита».

В первом пункте указывается цель скита – преуспеяние во внутренней жизни. В уставе потому должно быть все направлено к сей цели, – неотложно. В вашем же уставе допущено нечто не сообразное с сим. Таков крестный ход из пустыни в скит, и в самом скиту. Тут шуму не оберешься. Сотрясение скитников будет на неделю. Еще при чтении денно-ночной псалтири, на каждой славе излишне поминание многочисленное. Поминание сие пусть делается на правиле – при совершении помянника, – прибавить туда свое и довольно. Или, если желательно, поминать в конце кафисмы, или при смене чтеца. В келлии – молитва, чтение и рукоделье. Так ангел определил. Рукоделье надо обозначить и не допускать хлопотливых, – к числу коих относится пчеловодство и садоводство. Лучше те, кои можно совершать не выходя из келлий. Кроме вязанья не знаю другого у нас, древние плели корзинки и рогожи. Живопись тоже хлопотлива и увлекательна. Довольно плетенья. Оно разнообразно.

Открытие помыслов ежедневное многоплодно и надо сделать его неотложным.

Мужчина может приходить, сколько придется. За чем? Общая служба в пустыни (монастыре) есть, и литургия там всегда. За чем же? За советом?! Кто советник? Если один кто, ему тяжело, если не один, скит будет походить на базар. Не лучше ли и для мужчин запереть ворота?! Или если уж это нежелательно, построить приемную для ищущих совета, особую, за воротами при привратницкой. Для назидательного чтения не назначить ли определенный час. Все присутствуют и настоятель тут. Он же избирает, что читать и кому читать. В конце чтения положить решение вопросов и недоумений и это все слушают. И братия, – знающие, – участвуют в решении.

Библиотеку и свою завести, по немногу, исключительно аскетическими книгами наполняйте ее. И образ пользования ею определить.

Позволение приходить мужчинам кто хочет, ничему доброму установиться не даст. А общение братии – скитников и пустынников – не следует ли также определить уставом?! Может быть и еще что требует определения, это вам должно быть виднее. Вот все, что мне не знающему порядков скитской службы и жизни, пришло на ум предложить вам.

Потрудитесь отклонить все, могущее отвлекать братию от внутренней жизни. Хорошо что вы привязали N.N. Он в скиту. Гож он для скита? На время – идет. Немножко отвеется мирской дух. Но потом, мне думается, надо бы его провесть по всем послушаниям, начиная с низших, для ознакомления с ними, чтобы знал каково каждое, какие искушения в каждом, и какие способы к лучшему. Главное, думаю, это нужно ему для стяжания смирения. Если пройдет все, будет обожженный кирпич, а если не пройдет, будет сырцовой.

Приношу благодарность за присланное вами.

Да поможет вам Господь в трудах ваших по просвещению меньшей братии.

Если справлюсь, теперь же пошлю вам своих книжек, а то не много после. Прошу принять.

Благослови вас Господи всяким благословением. Прошу ваших св. молитв.

Е. Феофан.

P.S. Забыл сказать: у меня нет ревматизма, есть подергивание ног, икроножные спазмы. Книжки пошли: 4 и 5 т. Добротолюбия и древние уставы, еще Путь ко спасению, и Что есть духовная жизнь. Ваши уставы с книжками положены.

30 августа 1893 г.

Письмо 246. Ответ на разные вопросы об устройстве скитского жития. Заветное слово пастырям церкви

Ваше Высокопреподобие, Достопочтеннейший о. игумен.

Вы опять задаете мне кучу вопросов о предметах, в которых я не смыслен. И лучше бы мне было ответить вам: устрояйте, как укажет ваша многоопытная мудрость; но послушания ради скажу, что придет в голову, не как однако решительное определение, а как мнение для ваших дальнейших соображений и постановлений. Буду исходить от мысли, что скит назначается для преуспеяния тем инокам, кои дошли, после обычных подвигов внутренних и внешних, до того, что чувствуют сильное влечение внутрь, чтобы быть там с единым Господом.

1. О саде. – На что запускать его, но так поставить дело садоводства, чтоб оно не занимало скитников. Пусть управляется с ним садовник.

2. Скитян не занимать садоводством. В саду устроенном редко бывает нужда во многих рабочих руках. Тогда присылать послушников из пустыни. От скитских корпусов, домов или келий – сад отделяется особою стеною, за которою не видны и не слышны работы.

3. Келлия садовника пусть стоит где-либо в уголку, – в саду особо. Он сам и с своими занятиями ни чем не может мешать скитянам. Хата при кирпичном заводе: пусть будет вне ограды сада скитского, подальше. Ограда сада соединяется с оградою скита. Здания же скитские отделяются от сада особою стеною, с калитками.

4. В келлии садовника жить будет садовник, какой найдется. Пустынник, скитник и даже мирянин, знающий дело, а хата кирпичная, кто гож на дело; может быть и совсем чуждый и скиту, и пустыни.

5. Пасека удободвижна. Отдалите ее как можно дальше от скита, чтобы и помышления о ней не было.

6. «Не лучше ли оставить все, как есть?» Тогда это будет тоже, что пустынь, только в меньшем размере, и хлопотать о ней не из чего. Скитники преимущественно должны быть послушники, и уже в летах. Кухня проста, понедельник, среда и пятница – сухоядение: ломоть хлеба и кружка воды в 3 часа. В прочие дни щи и каша. Или одни щи, а каша только в субботу и воскресенье. Для такого стола довольно двух-трех послушников. Из самих скитников можно учредить для сего череду. Хлебопеков и просфорников не нужно. Будут привозить из пустыни. – Просфоры потребуются только для литургии. Подавать на проскомидию некому. Внутрь скита никого не впускать никогда. В скиту все старцы, и нет нужды строить особых келий, на особом дворе.

7. Как не требуется двор особый, нечего определять рядом или поодаль.

8. Это все одно, потому что одно у всех дело. Потому и келлий отдельных нет нужды строить.

9. Внутренние стены, думаю, устроять, как обычно делаются в монастырях. Надо только, чтоб внутри могло быть довольно воздуха на одного. Разве тоненькие капитальные простенки сложить.

10. В скиту все послушники. Иеродиаконов и иеромонахов не больше двух – по два. В келлии каждый один скитник живет и сам себе послушник. Для определения в скит требуется, чтоб поступающий был терт и перетерт в пустыне, а главное, имел тяготение внутрь. – Скитники все службы церковные, пение и чтение справляют сами, голосовито это или безгласно.

11. Для поступления в скит. Желание поступить стороннее дело. Главное, чтоб имел позыв и тяготение к внутрь пребыванию. Это настоятель пустыни должен узнать не со слов желающего, а собственным испытанием. Настоятель же определяет: стоит ли нужду монастыря предпочесть или подчинить желания желающего поступить в скит.

12. Боримый страстьми не может иметь сказанного тяготенья, и ему лучше излечиваться среди братства.

13. На безмолвие можно допустить всякого, у кого образовалось сказанное тяготение. Но оно бывает по утишении страстей, следовательно сомнительно в юных.

14. Келейныя занятия безмолвников (Ангел Божий показал св. Антонию) молитва, чтение и рукоделие. Как что из этого совершать можно, предоставить всякому скитнику самому.

Все, что я написал, прямо исходит из той мысли, что скит есть обиталище живущих исключительно внутреннею жизнью. Скитник, как перевалился чрез ограду внутрь скита, пусть считает себя похороненным. Келлия его окно на небо, туда только пусть и смотрит и там свои помышления держит. На свете только и есть, что он да Бог да братья по Богу. Я думаю, что у них волос дыбом станет, просмотрев мои строки. Но таким и доступа не будет в скит. Туда попадут только те, которые давно уже свыклись с внутрь пребыванием и вступая в скит в свою область вступят.

Внутрь никого не надо пускать стороннего, и ворота всегда заперты большим запором. Кому что нужно по духовной части, иди в пустынь. Со временем, когда внутри скита образуются старцы высокого разума и понимания немощности и здравия душевного, тогда можно их отряжать на выслушивание нужд духовных и удовлетворение их словом. Для сего тогда построить близ привратницкой особую приемную. Но надо дождать, чтобы образовались старцы зрелые.

Когда это будет, тогда можно сделать приспособление.

Вам может показаться диким, что я пишу. Но я уже сказал вам вначале, что ничего разумно или опытно не знаю. Но пишу с ветру, и едва ли что из сего окажется гожим.

Говорить так заставляет меня мысль, что если не так устроится скит, то это будет та же пустынь общежительная, только маленькая. И не будет видно, чего ради хлопотать об устроении его.

Приношу благодарность за присланное вами: книжки, соты и спутник костыль, а паче за вашу отеческую любовь. Спаси вас Господи!

Приложите к сему и молитву о моей многогрешности, ибо она воистину многа.

Благослови вас Господи и пустынь вашу и скит. Спасайтесь!

Ваш доброхот и молитвенник Е. Феофан. 1 ноября 1893 г.

Письмо 247. Убеждение к неленостному проповеданию слова Божия. Письма к М.Д. и ее мужу

Память праведника с похвалами (Прит.10:7); он во веки живет (Прем.5:15). Архипастырь наш Тамбовский святитель Александр, при посещении Вышенской Пустыни 6–8 сентября сего года, почтил молитвенным поклонением почившего в Бозе, живаго у Него праведника, святителя и учителя мудрого Феофана: служил на его гробе панихиду с собором многих священно-служителей; приносил и бескровную жертву Господу Богу за упокой души со святыми святителями епископа Феофана.

Думаем и уверены, что и все богомольцы пастыри св. церкви Тамбовской, не имея многие возможности и досуга помолиться лично на гробе святителя Феофана, поминают его во святых своих молитвах, особенно при совершены бескровной жертвы, яко наставника, глаголавшаго в слух уха их Слово Божие (Евр.13:7) и как своего бывшего архипастыря. – Да и есть за что поминать сего святителя, спасительно молиться за того, кто во всю свою праведную жизнь сердце свое вдавал утренневати ко Господу, пред Вышним умно молился, отверзая уста свои в молитвах, молениях и воздыханиях неизглаголанных, мирно воздевал преподобныя свои руце, принося Господу ежедневно бескровную жертву о своих грехах и за всех ближних, коим всем желал и искал спасения. Восхваляют и восхвалят разум, вдававшаго душу свою святителя Феофана в разумление о законе Вышняго (Начерт. христиан. нравоучения), изследывавшаго сокровенный смысл Слова Божия (Толк. Пс.33 и 118, апост. посланий, мысли на кажд. день по чтениям Слова Божия), изложившаго премудрыя сказания древних святых мужей (Добротол. 5-ть томов) и т.п. Не изгладится память сего учителя премудрого не из чьей памяти, любящей поучаться в законе Божием, и имя его святое поживет в роды родов. Премудрость его поведят православные христиане и хвалу его исповесть святая церковь (Сир.39:1–13; 2Тим.2:2) Всероссийская, за то неоцененное сокровище премудрости небесной, которое святитель Феофан завещал сынам ее благочестивым, а наипаче пастырям ее, в многочисленных богомудрых своих творениях.

На сей раз, из сокровищницы творений святителя учительного, заимствуется краткое и весьма спасительное заветное его слово пастырям церковным.

Господь Иисус Христос сказал: благовестити Ми подобает царствие Божие, яко на се послан есмь (Лк.4:43). Это – яко на се послан есмь – священству нашему надобно принять себе в непреложный закон. И апостол заповедал им, в лице св. Тимофея: проповедуй слово, настой благоременне и безвремете, обличи, запрети, умоли со всяким долготерпением и учением (2Тим.4:2). Истину на землю принес Господь и Дух Святый, исполнивший апостолов в день Пятидесятницы, и ходит она по земле. Проводники ее – уста иереев Божиих. Кто из них затворяет уста свои (забывая о долге благовествования и ожидающем горе за неблаговестие (1Кор.9:16), тот преграждает путь истине, просящейся в души верующих (Лк.11:52). От того и души верующих томятся, не получая истины, и сами иереи должны ощущать томление от истины, которая не получая исхода, тяготит их. Облегчись же, иерей Божий, от сей тяготы, испусти потоки божеских словес (Ин.7:38) в отраду себе и в оживление вверенных тебе душ. Когда же увидишь, что и у тебя самого нет истины, возьми ее: она в святых писаниях (Ин.5:39) и, исполняясь ею, препровождай ее к детям твоим духовным: только не молчи. Проповедуй, ибо на это ты призван (См. Мысли на кажд. день года по церков. чтен. из Слова Божия, понедел. 18-й недел. по пятд. стр. 318, 319).

Господи Иисусе, Свете мира (Ин.8:12), истина (14:6) небесная, воссияй свет Твоего Богоразумия в умах и сердцах учеников Твоих, делателей на жатве Твоей (Лк.10:1, 3), да будут они умным светом мира, творцами и учителями словес Твоих, учащими пасомых ими блюсти вся, елика заповедал Ты им (Мф.5:14, 19, 28:20). Отверзи умы разумети писания (Лк.24:45) благовестникам, пастырям и учителям Церковным (Еф.4:11); сотвори их всех пресвитерами, добре прилежащими своему званию и делу, тружениками в слове и учении (1Тим.5:17), добрыми служителями Твоими, питаемыми словесы веры и добрыми учением (4:6), обучающими себе и пасомых по благочестию (7), всяким писанием богодухновенным и полезным к учению, ко обличению, ко исправлению, к наказанию, еже в правде, да совершени будут Божии человеки, на всяко дело благое уготовани (2Тим.3:17), могущие научить спасению и пасомых. Слово Твое Божие, Господи, живое и действенное, острейшее паче всякаго меча обоюдуостра и проходящее до разделения души же и духа, членов же и мозгов, и судительное помышлениям и мыслям сердечным, пред которым вся нага и объявлена (Евр.4:12, 13), да будет им зерцалом духовным, светильником ногам их и светом стезям их (Пс.118:105), поучаясь в коем день и нощь (Пс.1:2) и творя повеления Господни, да спасутся сами и послушающии их (1Тим.4:16).

Письмо 248. Ответ на вопрос о лучшем месте для воспитания дочерей

Милость Божия буди с вами!

На вопрос ваш не умею ответить. Дело благоразумия. Осмотрите все хорошенько и где найдете благонадежным воспитание, там его и устройте для своих дочерей.

Но за границу ехать по сему поводу, кажется, не следует. В Петергурге я полагаю хуже, чем в Москве. Пансион хороший, лучше заведений казенных и гимназий. Думаю, что если, собрав должные сведения, поместите их в какой-либо Московский пансион – лучше будет.

И Богу молитесь, да вразумит добрыми намерениями. Он есть всегдашний поспешник.

Благослови вас Господи всяким благословением и супруга вашего и детей.

Ваш доброхот Е. Феофан. 17 сентября 1874 года.

Письмо 249. Предостережение от превращения молитвенного правила в формализм. Возможно и сокращать правило

Милость Божия буди с вами!

Благослови Господи и продолжать молитву по вашему правилу. Но никогда не вяжите себя правилом, и не думайте, что есть что-либо ценное в том, что имеете такое правило или всегда его совершаете. Вся цена в сердечном пред Богом припадании. Вон святые пишут, что если кто от молитвы не отходит осужденником, достойным всякой кары от Господа, то такой отходит от нее фарисеем. Другой говорил: «стоя на молитве, стой как на страшном суде, когда готово изыти решительное Божие о тебе определение: «отойди или прииди!» Всячески избегать надо формальности и механизма в молитве. Пусть это всякой раз будет делом обдуманного свободного решения и совершать его с сознанием и чувством, а не кое-как. На случай надо уметь сокращать правило. Мало ли в семейной жизни случайностей? Можно, например, утром и вечером, когда нет времени, прочитать на память только молитвы утренние и на сон грядущим. Можно даже и их не все читать, а по нескольку. Можно совсем ничего не читать, а положить несколько поклонов, но с истинною сердечною молитвою. С правилом должно обращаться с полною свободою. Будьте госпожа правила, а не раба. Раба же только Божия, обязанная все минуты жизни своей посвящать на угождение Ему. Работу вашу с удовольствием приму. Но что-нибудь небольшое. Труды ваши должны принадлежать бедным, кроме семейных.

Спасайтесь!

Ваш доброхот Е. Феофан. 10 октября 1874 г.

Письмо 250. Ответ Святителя по житейскому делу (о винокур. заводе) и о молитвенном правиле

Милость Божия буди с вами!

Вопрос о заводе не умею решить. На все житейские дела – одно решение, чтоб прилаживать их к единому на потребу, а не в ущерб ему вести их. Думается мне, что винокуренный завод лучше сбыть с рук. Водка много зла творит. Как бы часть ответственности не пала и на производителей ее?! И бросьте! Что вместо его? Крахмальный всячески лучше будет.

Приходит мне на мысль, что если вам можно, обратив все, что имеете, в капитал, жить безбедно и детей воспитать и пристроить; то это будет лучше всего. Думаю так, по вашему стремлению, быть побольше с Господом. Но всяко вы – глава семьи. Смотрите, как удобнее. Когда дела не позволяют вполне совершать молитвенное правило, то совершайте его сокращенно. А спешить никогда не должно. Бог всюду есть. Скажите Ему утром благодарение и испросите благословение своими словами, несколько поклонов и довольно! К Богу никогда не обращайтесь кое-как. А всегда с великим благоговением. Не нужны Ему ни наши поклоны, ни наши многословные молитвы. Вопль из сердца краткий и сильный, вот что доходно! А это можно походя делать. А следовательно и молиться непрестанно. О сем и заботьтесь и сюда все направляйте. У святого Епифания спрашивали: как нам править часы? Часы?! Для молитвы нет часов особых: она должна быть всечасна и всеминутна. У св. Василия Великого спрашивали: как непрестанно молиться? Он отвечал: имей в сердце молитвенное расположение и будешь непрестанно молиться. Руками работай, а ум к Богу возноси. Апостолы всю землю обошли, сколько трудов?! А между тем непрестанно молились. И заповедь эту они написали. Дух веры, упования и преданности в волю Божию, – вот что надо возгревать в сердце.

Правило молитвенное можете и сами сладить, судя по тому, что писал вашей супруге. Заучите молитвы, какие читаете, и читайте их на память с пониманием и чувством. Тут же и от себя вставляйте молитву свою; чем меньше зависеть от книжки, тем лучше. Заучите несколько псалмов и когда идете куда, или другое что делаете, а голова не занята, читайте их. Се беседа с Богом. Правило должно быть в вашей свободной воле. Не будьте рабом его.

Спасайтесь!

10 октября 1874 г.

Письмо 251. Смерти надо чаять всегда, оставаясь на своем посту. Должно молиться и дела исправлять. Мера исполнения своего правила

Милость Божия буди с вами!

N.N.

Только 15 числа получена ваша посылка. Благодарствую премного. Все вещи очень изящно сделаны. Золотые ручки!

Какой это пророк сказал вам, что умрете в этот год?! А вы и поверили?! Вам следовало сказать на это пророчество: «как в этот год? Я жду, что в этот день и даже в этот час умру. Нам надо поминутно чаять смерти и поминутно готовиться к ней, а не годами отдалять ее от себя. Вставая, говорите: «это последний мой день, другого не видать мне». Ложась спать, – опять говорите: «лягу и не встану, не видать мне света Божия». Так и всякий день. И не будете ужасаться смерти. В монастырь за чем? Умирать надо на своем посту. Ваш пост – в семействе. Тут и умирать вам. Свои дела справляйте как следует, – вот и все!

Будто только и дела, что молитва? Молитвословие есть одно из дел, и всех дел заменить не может. И молитесь и другие свои дела исправляйте, все как следует. Умом и сердцем надо привыкнуть непрестанно молиться. Это долг всех, это тоже, что память Божию иметь.

Правило молитвенное, которое вы себе избрали, можете исполнять и вполне, и в половину, и в четверть. Имейте свободу в отношении к нему. Будьте госпожою его, а не рабынею. Умно и сердечно призывайте Бога, а стоять на молитве сколько сможете, столько и стойте, нисколько не смущаясь тем, что не все прочитаете. Сердечное к Богу обращение все заменит.

Благослови вас Господи!

Ваш богомолец Е. Феофан. 17 октября 1875 г.

Письмо 252. Пасхальное приветствие. Область деятельности женщины

Милость Божия буди с вами!

N.N.

Христос Воскресе!

Поздравляю и вас с светлым праздником! Вот и весна и светлые дни. – Радость всеобщая! Кому духовная и телесная и кому лишь последняя. Умудритесь возрадоваться и тою и другою! Господь избавил вас от болезни. Да дарует Он вам, чтоб вперед и совсем не повторялись немощи сии, если то благопотребно для спасения вашего. Болезнь прямо приводит к памяти смертной; но можно и без того ухитриться, прививать к мысли память о смерти. Старцы Божии ухитрялись же, как вам конечно известно сие. Хорошо вы сделали, что посетили болящую N. Конечно тяжело ее состояние, но я полагаю, что оно необходимо для ее души. Она затворница – без затвора. Запрятал ее Господь внутрь. И хотела бы быть в общении с другими, да не может. Вот и сиди одна с Единым Господом! N. очень высокой нравственности и духа христианского, Господь да хранит и в вас тот же дух! Жена, мать, хозяйка, – это ваши владения. Министры ваши: голова, да руки с ногами и душа с силами. Кодексы законов – заповеди Евангелия. Смотрите построже за своими министрами; а то они всегда готовы воспользоваться оплошностью предержащего, и все потянуть в свою лишь пользу, а не на общее добро.

Будьте здоровы, веселы. – Благослови вас Господи и супруга вашего и деток.

Ваш богомолец Е. Феофан. 28 апреля 1876 г.

Письмо 253. Тоже приветствие мужу и наставление о борьбе с серчанием и отрешении от всего сердцем

Милость Божия буди с вами!

N.N.

Христос Воскресе!

Примите полные вам мои благожелания, ради светлости праздника еще продолжающегося. В деревне ожидаете хлопот и беспокоитесь о том. Что делать? Осуждены в поте лица снедать хлеб свой. Тяните сие ярмо как заслуженную епитимию. С серчанием ладьте понемногу. Сколько сил хватает, боритесь. Авось Господь смилуется и отберет сии немощи. А оставит за вами и за это благодарите: к смирению ведет. Не хорошо конечно серчать; но когда это следствие темперамента, то виновность тут только ту часть обнимает, в которой сознание равнодушно относится к сим порывам. Воздыхайте и кайтесь всякий раз. Это один из повседневных грехов.

Отрешение от всего сердцем для всех возможно и, как видно из нагорной беседы Спасителя, для всех обязательно; но отрешение делом не есть достояние всех. Высвободите сердце от любоимания. Довольно. Знаки сего подвига сии: если упования не имеется на свой достаток, если имеется готовность спокойно перенесть, когда бы Господу угодно было все взять; если рука податлива на вспоможение без остановок, идущих от сердца, и подобное. Когда это будет в искании и посильном подвиге и довольно с нас! Вдруг с сердцем не сладить.

Благослови вас Господи! Всех вам благ от Господа желаю! Молите Бога о мне грешном. Деток ваших и супругу да хранит Господь в здравии.

Ваш богомолец Еп. Феофан. 28 апреля 1876 г.

Письмо 254. Обоим вместе об удалении от шумного общества. Житейские хлопоты и дело спасения

Милость Божия буди с вами!

N.N. и N.N.

Взаимно и вас приветствую с праздниками и в новый год желаю вам новых радостей. Благослови вас Господи Своим всещедрым благословением!

Правду вы говорили, что трудновато среди шумного общества сохранять внимание к Богу и уберечься от слов и мыслей, то пустых, то и не добрых. Такой уж строй светской жизни. И ваше желание держаться подальше от этого шума очень естественно. Если вы оба сходитесь в этом желании, то что еще может помешать вам – исполнить его? И Бог благословит!

Мирные занятия дома – какое наслаждение! Тут только вы и будете настоящие господа. А там – рабы, и не сумеем сказать чьи?! То только видно, что ни временем не владеете, ни занятиями, ни собою. Все отнято и вами помыкает кто-то, и притом с таким деспотизмом, что и воспротивиться нельзя. Кто это там такой князь?! разберите пожалуйста. Если попадете на истину, удостоверитесь как основательно бежать от света темного-темного.

Благослови Господи все начинания ваши. Вы семьяне. Вам нельзя не хлопотать о житейском. Это и не запрещено; напротив, повелено трудиться, чтоб иметь содержание и другим помогать. Надо только не томить себя заботою и, работая, всю надежду возложить на Бога, и все, что даст Бог излишнего, возвращать то Ему, чрез бедных, как оброк господский.

Ведь спасаться не мудрено. Глаза только надо и энергию. Дело все просто. Мыслию с Богом будь и телом твори дела, кои лежат на тебе по заповеди. Вот и все! Много ли это?

Спаси вас Господи и помилуй! В грешной молитве моей поминаю вас. Прошу и вас молиться о мне многогрешном.

Спасайтесь! Ваш богомолец Е. Феофан. 29 декабря 1876 года.

Письмо 255. Вступление в переписку о жизни по Богу Общие наставления и предостережения возревновавшему о спасении (мужу-химику). Отсоветование посетить Вышу и смиренный отзыв о себе

Милость Божия буди с вами!

N.N.

Пишете, что вы желали бы вести с кем-либо беседу о жизни по Богу. Если вам не скучно будет, я с удовольствием готов удовлетворять вашу потребность. То правда, что без совета трудновато, но и не все дело в совете. Бог зачинает жизнь, Бог и руководит в ней. К Нему надо потому прибегнуть и прибегать всегда и от Него ждать решения. Уже как Он решит и как решение Его дойдет до сердца, этого не разберешь, но то несомненно, что всякое дело, Ему угодное, от Него возбуждается и Им приводится в совершение. «Без Мене не можете творити ничесоже», говорит Господь (Ин.15:5). И так это и бывает. И никто из угождающих Ему сам собою угодного Ему не творит. Отношения наши к Богу все знаменуются молитвою. Все дело стало быть в молитве. На нее и налегайте.

Молитва не то одно, чтоб стоять на молитве. Держать ум и сердце обращенными к Богу и устремленными – есть уже молитва, в каком бы положении кто ни был. Правило молитвенное – своим чередом, а это молитвенное состояние – своим. Путь к нему – навыкновение всегда памятовать о Боге и о последнем часе, с судом вслед за ним. Вот наладьтесь так, и все пойдет добре. Это будет: внутри всякий шаг Богу посвящать. А шаги по заповедям направлять надо. Заповеди же весте. Вот и все! Каждый случай можно подвесть под заповедь и внутренне посвятить Богу свое в Нем действование. Так будет вся жизнь посвящаться Богу. Еще же что требуется? Ничего. Видите, как просто. Ревность о спасении у вас есть. Она знаменуется заботою, вами выражаемою. Это значит, что жизнь духовная в вас теплится. Следует вам ее поддерживать, поддерживая ревность и разжигая ее. Когда будет ревнование, будет жизнь, а жизнь никогда не стоит на одном, следовательно будет и преуспевание. Но замечать его нельзя, как не замечается рост детей, кои всегда на глазах.

Ревнование сие есть плод благодати. Господь призвал вас. Сие всегда исповедуйте с полным благодарением. Если призвал, то не бросит, только сами не отшатывайтесь от Него. Ибо не все от Господа, а есть часть и от нас. Что же от нас? Всеусильное действование в угождение Богу. Оно и будет, пока будет ревнование. Когда есть ревнование, оно свидетельствуется заботою о спасении жаркою. Надо бегать всячески охлаждения. Охлаждение бывает вот как: начинается забвением. Забываются благодеяния Божии, и Сам Бог, и свое в Нем спасение, опасность быть без Бога, и память смертная отходит, – словом закрывается вся духовная область. Это и от врага бывает, и от рассеяния мыслей делами, заботами, многим обращением с людьми. Когда все это забыто бывает, охлаждается сердце и сочувствие его к духовному пресекается, вот и нечувствие. А когда оно бывает, вместе с ним происходят и движение нерадения и беспечности. Вследствие сего духовные занятия отлагаются на время, а там и совсем оставляются. И пошла старая – и беспечная, и нерадивая жизнь, в богозабвении, в собственное лишь угождение. Хотя при этом безалаберного и ничего не будет, но и Божияго не ищи. Пустая жизнь!

Если не хотите в сию попасть пропасть, то берегитесь первого шага – забвения. Потому ходите всегда, в памятях Божиих, то есть, о Боге и Божиих вещах. Это будет поддерживать сочувствие к ним, а от того и другого постоянно будет теплиться ревнование. И се жизнь! Благослови вас, Господи! Надеюсь хорошо, что чрез отдание своего хозяйства на аренду, вы избавитесь от хлопот. Больше имеете времени Богу посвящать думы свои. Помолитесь, почитаете. Далее что? Надо делать что-нибудь. Лучшее дело благотворение. Если есть что у вас заведенное в этом роде, занимайтесь тем каждый день, Господа ради, а не фонфаронства, или знай наших. Если еще остается время, рукоделие можно какое-либо придумать – не развлекающее. Вы занимаетесь химиею. Не хлопотно ли? Как вы привыкли уже, то может быть это занятие сручнее вам. Но, думается, что оно должно слишком развлекать. Испытайте это занятие сею пробою, т.е., не развлекает ли слишком? Если да, а между тем нужды в нем не имеется, то можно другое что избрать. Это сами смотрите.

Сношения с другими. Как без них? Но, думается, что все от жизни Божией отвлекающее и в сем отношении надо устранить, елико возможно. Но на вас долг лежит исполнить слово пророка: «научу беззаконныя путем Твоим и нечестивыя к Тебе обратятся...» Бог обратил вас, желая вас спасти; вы, приемля спасение, должны из благодарности других спасать, кои там еще гибнут, где вы погибали. Ваше слово сильнее всякого другого.

Собираетесь поговеть и будто хотели бы на Вышу приехать. Хорошо это? Мне думается, что, приехавши на новое место, вы только кругом будете посматривать, удовлетворяя любопытство, а о говении и о том, чего ради оно предпринимается, совсем забудете. Говейте там, где вас ничто не может развлекать. На Вышу не зачем. Хотите верно с моей святынею повидаться. Увы! как срамна и отвратительна моя святыня, и вам гораздо лучше никогда не видать ее и не заботиться увидеть. Если не увидите, а будете только вести письменную беседу, что-нибудь и дельное проявится в моих словах, и вы тому последуя, пользу получите. Так вот пользы ради вашей не хотите видеться со мною.

Вы помянули о книгах для чтения. Посылаю вам, какие есть у меня под руками для раздачи книги – моего изделия. Прошу принять. Желаю, чтоб вы нашли там хоть малость какую – пользы.

Супруге вашей Божие благословение.

Ваш богомолец Е. Феофан. 31 декабря 1876 г.

Письмо 256. Моменты духовной радости у ищущего спасения. Совмещение молитвы с принятием светских людей. Значение молитвенника. Разные нервные явления при молитве. Необходимость смирения для отражения вражеских козней. О внешнем способе привлечения сердечной молитвы. Слезы. Книги руководствующие к жизни по Богу. О слабых детях

Милость Божия буди с вами!

N.N.

Прошлый раз я, кажется, постановил вам, что Начавший дело свое в вас, Той и совершит его. К великому утешению из слов ваших заключаю, что Он и совершает. Слава Тебе, Боже! Слава Тебе, Боже! Слава Тебе, Боже! То, что бывает в вас – хорошо. И это обычный путь тех, кои, быв призваны и вняв призванию, идут по гласу призвания неуклонно, не позволяя себе ничего, что было бы противно требованиям Божиим, совестью внушаемым и подтверждаемым. Бог везде есть и коль скоро находит сердце, непротивлящееся Ему, входит в него и обвеселяет его. Оно и радуется и, к Нему прилепляясь, отстать от Него не хочет. Вообразите себе шар пустой. Воздух там сперт и испортился. Если просверлить маленькую дырочку, то внешний воздух свежий, понемногу втесняясь внутрь, вытеснит прежний – попорченный. Если б дать шару чувство, он непременно отозвался бы: «ах, как мне теперь хорошо!» Тоже и с нами. Сердце заткнутое эгоизмом, портится внутри, и дурно-дурно бывает. Обращаемся к Господу, дырочка в нем просверливается трудами по новой жизни, внутреннее нечистое выходит, на место же его входит другое – чистое. Это Божеская духовная стихия – Сам Господь. Чувствуя это, сердце радуется радостью жизни, почерпаемой от Господа. Господь именуется Посетителем душ. Когда посетит, душа играет.

Вот смысл того, что бывает в вас! Но это не исключительное какое либо преимущество для вас одних. Такова общая всем дорога. И сие не от нас, – Божий дар! Если дар, благодарить надо Дарователя и смиряться. Смирение – основа всего! Как отойдет смирение, сердце замкнется и все доброе в нем задохнется. Да будет всегда сердце сокрушенно и смиренно. У вас есть это. Не теряйте, а паче и паче развивайте сие чувство. Нормальное к Богу наше отношение есть – болезненное с сокрушением Ему припадание в сердце, с воззваниями: «Имиже веси судьбами спаси мя!» В руки Господни надо положить себя, да творит в нас и с нами, что Его святой воле угодно, только бы спас.

Вот приходит на мысль, правильно ли вы сделали, сбыв с рук хлопоты по имению. Как управлять имениями – есть дело безразличное, только бы хиниею не шло, а все во славу Божию обращалось. Господь внушал, да не отягчают сердца, не объядением только и пьянством, но и печальми житейскими (Лк.21:34). Что вы право поступили, свидетельство тому имеете в себе: душа будто крылышки получила. И слава Богу!

Дело молитвы не безмолвников только есть дело, а всех христиан, – и это до самых высших ее степеней. Все степени молитвы Божие суть дело. У Бога же все равны, и смотрит Он только на сердце. Как сердце к Нему, так и Он к сердцу, чье бы сие сердце ни было. Господь сказал: яко Ты, Отче, во Мне, и Аз в Тебе, да и тии в Нас едино будут. Это о всех христианах. Апостол же говорит: живот наш сокровен есть со Христом в Бозе. Младенчество в молитве, как и вообще во всем строе душевном, есть самое лучшее настроение; – и берегите его, и просите Господа не допустить потерять вам это чувство. Дети подходят к отцу, или матери и ничего не говорят, только увиваются около их, – оттого, что им сладко быть при них. Тако себя имейте, чтоб в простоте сердца всегда увиваться около Господа.

Вопрос: «должен ли я, при многих светских отношениях, поддерживать молитву, или же ею пользоваться только во время келейного правила и в церкви, а в остальное время, если не заглушить, то и не поддерживать ее». Надо всегда держать молитву. Бог везде есть, и все видит, и очи Его светлейшии паче солнца – суть. Память об этом надо внедрить в сердце, или слить с сознанием. Когда же душа будет держать сознание о сем, то не может не иметь и страха Божия, и благоговеинства пред Ним, с заботою угодить Ему всем, – и словом, и мыслию, и движением, и делом. С сим настроением других встречайте и провожайте и всякое дело делайте, – одни ли вы, или при людях. Убедите себя, что всякою случайностью Бог испытывает вас, и, око Свое утвердив на вас, ждет, как то вы поступите. И поступайте так, как ученик отвечает на экзамене, и притом, – как внешне, так и внутренне. Такое настроение и есть молитвенно, и доставляется только молитвою. Молитва есть – ума и сердца к Богу обращение. Когда это есть, – вот и молитва. Трудитесь. Бог даст, что и всех принимать будете, и от Него умом своим отступать не будете. В сем труд, и раздвоения нет. Только разве в начале опытов. Не забудьте, что это главное, и хозяйское радушие к посетителю, и полное внимание, и веселонравие, и при этом память Божия со страхом и благоговеинством. Если б вы сделались неспособным к продолжению жизни в свете, – ущерб не большой. Но молитва, идущая истинным путем, к сему не должна вести. Она только к тому поведет, чтобы всею жизнью своею прославлять Бога, устранив из нее все излишнее, суетное и страсти питающее, и сделав ее молчаливою проповедью о достодолжном, никого, однако ж, не отталкивая и не режа по сердцу, а всех привлекая, и ароматом своей жизни всех располагая к подражанию ей. Потрудитесь это обдумать по своим обстоятельствам и так наладиться. Угрюмая, отталкивающая, или брюзгливая жизнь не есть Божия жизнь. Уповаю, что молитва ваша не допустит вас до этого искажения себя. Однако же необходимо обдумание, опыты, и прошение помощи Божией. Корень всему – смирение и теплота сердечная ко всем. Горение сердца Бог даст. Тогда кто ни встретит вас, всякий почует теплоту сию, и она будет всех вязать к вам и всех вам покорять. Благослови, Господи!

«Я стал хуже молиться по молитвенникам». Это не ущерб. Хоть никогда не берите в руки молитвенника. Молитвенники тоже, что разговоры, например, французские. Пока не выучился кто выражаться свободно, заучивает разговоры, а когда навыкнет говорить, разговоры забываются. Так и молитвенники. Нужны, пока душа начнет сама молиться, а когда сама уже молится, их можно оставить. Только когда своя молитва нейдет, тогда, чтоб расшевелить ее, надо начать печатными молитвами молиться. И когда расшевелится своя молитва, оставлять их. Так делали великие молитвенники. Читывали, кто – псалом один, кто, одну славу, и затем – вошедши в дух молитвенный, оставляли псалмы. Надо знать несколько молитв на память, также несколько псалмов. Но всегда, как молитва есть на сердце, можно молиться и без молитвенника, – своим обращением к Богу, с поклонами. Только бы лености, поблажки не было. Ибо тотчас враг подойдет и будто за руку начнет тянуть от моления. Уразумевайте плутни его. Проявление приступа молитвенного не у всех одинаково. У вас так: «забил какой-то пульс, в сердце, является позыв в уме творить молитву, в горле чувствуется стеснение, ум скоро отбегает, а в сердце дело продолжается». Смотрите: что существенное здесь и что случайное? Этот пульс в сердце и стеснение в горле – случайности нервные, которые у иных иначе проявляются, наприм.: трясением, у других – совсем их не бывает. И мне думается, что и у кого оно бывает, те могут не давать сему хода, как равно могут развить сие до крайности, как например в Сибири кто-то падал в конвульсиях. Все это нервное, и может, и должно быть пресекаемо. Ибо: «Божие настоящее жизнь нашу расширяет и возвышает», не производя никаких нестройностей, или неровностей. Последите сие со вниманием. Существенное же здесь: «сердце чувствует позыв на молитву». Тут и теплота должна быть, и с теплотою связанное внимание. Что ум отбегает, это – неправо. Его следует держать и согласить с сердцем, или заключить в сердце. Станьте вниманием в сердце при сем, и, не исходя оттуда, молитесь там Господу, каким словом хотите, хоть и без слов, одним обращением к Богу – сокрушенным и смиренным. Так и пребывайте там не исходя. Когда есть это движение в сердце, и вы одни, – оставляйте все и молитесь, сидя, или вставши, только молитесь напряженно там в сердце. Так, пока испарится чувство. Так написано у кого-то, кажется у Лествичника. А если при других так случится, то молиться все же надо, – но оказательства молитвенности не должно делать. Ведайте, что из сердца никогда не должно выходить вниманием. Но дело в сердце иногда бывает только умное, – умом совершаемое, а иногда и сердечное, то есть, и начинаемое, и продолжаемое с теплым чувством. Се закон не одних отшельников, а всех, кои должны чисто Богу сердцем предстоять, и пред лицем Его работать, т.е. всем христианам. Ум устает говорить слово молитвы. Молитесь тогда без слов, – так повергаясь пред Господом мысленно в сердце и Ему себя предавая. Это и будет собственно молитва, слово же есть только выражение ее, и оно всегда слабее самой молитвы пред Богом. В церкви хорошо молитесь и не замечаете, как служба идет. Се добре! Если можете, бывайте сколько можно чаше в церкви. Она – Дом Божий истинный, хоть сложена из кирпичей с известью. Сердце чует, что оно в доме Отца, и сладко ему. Для воспитания молитвы лучше всего ходить в церковь. Дома леность одолевает, а там лености нет места: ибо что ж иначе делать, как не молиться.

Вы справедливо не даете большого веса тому, что у вас бывает. Начатки, куда еще до дела! Да и вообще не след слишком заниматься собою. Отцы святые говорят: «Не меряй себя». Лучшая себе мера: «ничего нет». Господи, даждь положити начало благое! Господи, имиже веси судьбами спаси мя! И мысль всякую гоните о мерянии себя, а, задняя забывая, – совсем как бы его не было, – в предняя простирайтесь. Враг наводит на то, чтоб мерять себя, чтобы самомнение возбудить и испортить все дело. Всегда говорите себе: «ничего нет, нечего мерять».

Справедлива также боязнь прельщения. Бывает мысленная прелесть, это – самомнение, бывает внешняя, это – светы, звуки, фигуры какие-нибудь. Плюйте на все сие. Вражье есть. Бес явился к одному, и ну кричать: «Христос идет, Христос идет!» Тот сказал ему: «убирайся прелесть лукавая! Не пойдет ко мне Христос: ибо я крайне грешен», – и бес исчез.

«Кажется, все бы бросили», все придет в свое время, если то Богу угодно. Ждите. Но и не желайте сего, а как – Господь. Ибо и настоящее ваше – пути Божию не противно. Сердечная молитва никогда непреждевременна. Она – начало дела. Утверждением ее в сердце дело Божие спеется. Развивать ее надобно, не жалея труда. Бог, видя труд, дает искомое. Настоящая молитва самодельно не бывает: она есть Дар Божий. Ищите и обрящете. Что вы ее употребляли художественного способа привития молитвы, – се не ущерб. Тот способ неизбежен; и без него можно. Не положение тела – главное, а внутренний строй. Дело все: «стоять вниманием в сердце и к Богу взирать, или взывать». – Я не встречал еще ни кого, кто бы одобрял тот художественный прием. Преосвященный Игнатий и о. Макарий Оптинский тоже не одобряют его.

Что у вас бывают покаянные чувства в молитве и слезы, – это настоящее дело. Без покаянных чувств – молитва не в молитву. Так и пишите ее, как не бывшую. Молитва без сих чувств есть тоже, что – выкидыш мертвый. Так у св. отцев. А слезы – раздувайте. Приучитесь голосить над собою, как над мертвым – и с причетами. Ибо главная мысль, или место, где следует держать себя мысленно, – есть час суда, или тот момент, когда Бог готов произнести: «приди, или отойди!» О, Господи, спаси же! И как не плакать, не могши утвердительно сказать, что Он не скажет: «отойди?!»

Я шел по вашему письму, строка за строкою, – и, кажется, что ничего не оставил, о чем приходила мысль сказать либо вам. Разве не разобрал чего? По письму мы с вами – братья, но вы – старший. Я не разборчиво нишу, а вы еще неразборчивее. Не захотите ли покаяться в этом, – и с плодом покаяния.

Есть ли у вас Исаак Сирианин? Если нет, поспешите приобресть, хорошо и – лествицу. Эти две книги все вам разъяснят. Да и других книг много. Ефрем Сирианин, Авва Дорофей, Варсануфий и Иоанн – ответы. Достопамятные сказания. Думаю, у вас есть они. А если нет, достаньте. Ферапонтов доставит, если отнесетесь.

Поищите преп. Исихия о трезвении и молитве. Афонцы издали его в русском переводе из Добротолюбия особою книжкою. Она вам теперь нужнее бы всего. Почитывайте. Нет ли ее у О. Т-на. – Высокопреосвященному Евсевию очень благодарен за память. Будете писать, передайте ему мое глубокое уважение и прошение его святых молитв.

Благослови Господи, вас, супругу вашу и деток.

Что дети слабы здоровьем, – ничего. Меньше прыти будет, – ближе к Господу будут. Всяко надо принять, каких Бог дал. И о всем благодарить.

Помолитесь о моем недостоинстве. Ваш богомол Еп. Феофан. 17 января 1877 г.

Письмо 257. Ободрение к течению добрым путем. О внимании к Богу и постепенном освобождении духа от земных влечений при помощи благодати. Необходимость внешнего трудоделания

Милость Божия буди с вами!

Так долго я не писал к вам, что мне совестно даже за перо взяться. Прошу извинения. У вас все так идет (или шло), так хорошо, что только утешаться остается. Благослови, Господи, труды ваши над собою. Терпение и постоянство в начатом приведет наконец к искомому, и возрадуетесь!

Ведь не многое нужно, и даже одно, как и Спаситель сказал. Мария сидела у ног Спасителя и смотрела Ему в глаза, слушая слово Его. Так надобно и нам устроиться. Господь везде есть и везде можно приседеть Ему. Вопрос в том: как?

Как пророк Давид, так и мы. Предзрех, говорит, Господа предо мною выну, яко одесную мене есть (Пс.15:8). И будем предзревать. Что мешает? Мешает не натиск внешних впечатлений, а непостоянство ума. Так у св. отцов писано. Ум все перебегает с предмета на предмет. Чем его привязать? Ничем нельзя, как чувством. Когда на сердце есть какое чувство, то оно и ум привязывает к предмету чувства. Следовательно, кто хочет привязать ум к Богу, так чтобы он непрестанно зрел Бога, надобно оживить чувство к Богу. Чувство к Богу нам натурально: оно составляет сущность духа высшей стороны нашего существа. Но по падении дух наш ослаб и подчинился душе; душа же, что Марфа, – вся занята земным и житейским и жить без того не может. Как же быть? – Надо душу свою загубить, чтобы ожил дух, или ожить духом. Так и Господь повелел. Вопрос опять: как? Благодать Божия приходить и возбуждает дух. Дух начинает предъявлять свои требования и томить человека неудовлетворенностью: – подай ему Бога, и с Богом его сочетай, тогда он замолчит, имея то, что ему потребно. Опять к тому же пришли: надо предзреть Господа. Начало у нас уже есть. Милосердый Бог благодатию Своею возбудил дух. Дух возбужден; но душа жива; она и мешает духу. Надо добивать душу. Тем, что дух возбужден, ей уж горло перерезано; но она еще все дышит, живуча бо. Как добить душу, это долгая история. Будем на первый раз безжалостны к ней и ее требованиям, или проще: подрежем в себе сочувствия ко всему душевному, земному, житейскому, тварному и напротив, постараемся образовать сочувствие ко всему духовному, невидимому, Божескому. Не получая удовлетворения, душа будет истощаться и ближить к смерти; а дух, получая насыщение, будет крепнуть, расти, приходить в возраст. Вся сила дела сего в сочувствиях: подавлять одни, и восставлять другие. Подавление одних производится напряжением воли и энергиею духа, с призыванием многомощного имени Иисуса Христа; а восстановление других производится перенесением сознания и внимания на предметы их. Сие – есть молитва и богомыслие, или размышление о Божественных свойствах и делах. Кто долго стоит на солнце, телом согревается; так и кто о Боге и Божеском все думает, согревается в духе. Чем дальше, тем больше. Наконец загорится дух. Когда загорится, тогда не нужно никаких уроков и наставлений. Сам дух все уладит. Это состояние помазанных. Вот какой огонь возжечь пришел Господь на землю. Тогда все сердце будет занято Единым Богом, а за сердцем и ум. Вот дорога. Вы идете по ней. Дойдете. Не робейте!

Но ведь на бумаге-то так выходит коротко. Но дело не всегда скоро делается. К тому же мы представляем только труд, а дело совершает Сам Господь. Мы тоже, что те, которые возят кирпичи, известку, песок, воду и прочее. Строит же другой некто присущий в нас со времени крещения, или покаяния. А как строит, никому не сказывает, даже тому, у кого строит. Только по окончании строения вводит Он в построенное самое лице человека, а этот только охает, дивясь откуда что взялось, как из таких невзрачных материалов вышло такое дивное здание, – и чисто, и светло, и прекрасно, и великолепно. Если верим, что так будет и в нас, будем с терпением ждать, и дождем. Однако ж, ожидая, не сложа руки сидеть, а напряженно делать все, что делать обязывает нас заповедь, по нашему внешнему положению и внутреннему состоянию.

Вы получили Добротолюбие. – Добре! Потрудитесь вникнуть наипаче в то, что извлечено из св. Макария Египетского, а отчасти Марка подвижника. Да и везде там рассеяны указания отеческие на дело – главное.

Без занятий или дел, телом совершаемых, нельзя пробыть. Только надобно обращать их во славу Божию. Мысленная сторона занята чтением, сердце сочувствием читаемому и молитвою, а деятельная чем? Оставьте ее не причем, – будет пустота, разленение и расслабление первых двух. Египтяне не оставляли никогда рукоделия, даже когда приходил кто, они беседовать – беседовали, а работы не прекращали. Труд – превеликое дело. Когда химия мешает, бросьте ее. Возьмите другое что. Отчего вам не заняться переводом каких-либо добрых книг? Есть много хороших книг и на французском, и на немецком, и на английском. Переводили бы, да издавали. У меня есть библиотека апологетов на французском, да и другое многое можно найти.

Где ваша супруга? Неужели все за границей? Шлю ей Божие благословение!

Спаси вас Господи и помилуй! Молите Бога о мне грешном.

Ваш богомолец Еп. Феофан. 9 июля 1877 г.

Письмо 258. Совершенное безпопечение не идет людям, связанным семейными узами и житейскими обязанностями

Милость Божия буди с вами!

Благодарствую, что наконец вспомнили о мне.

Держитесь Господа и заповедей Его, и все будет хорошо. Нельзя вам брать на себя то, что под силу только людям от мира отрекшимся. Совершенное безпопечение их дело; а вам дело и дела. Вы – муж, отец, владелец и другое может быть еще что. Всякое из сих титл налагает на вас обязанности, заповедями Божиими определенные. Исполнять их есть ваш труд во спасение. Так судил вам Бог. В сем и пребывайте!

Об одном забота, чтобы побуждения в делах были чисты. Все во славу Божию творите. Прочитывайте Евангелие и Послания и оттуда берите себе уроки.

Всех вам благ от Господа желаю. Благослови вас, Господи!

Ваш богомолец Е. Феофан.

Письмо 259. О блюдении молитвенного духа. О помощи г.А. и о Турецкой войне за освобождение Болгарии

Милость Божия буди с вами!

Благодарствую за поздравления и благожелания. Прошу принять и от меня пожелание вам всякого добра в нынешний и всякий год. Вам еще стало легче по хозяйству. Слава Богу! Самое лучшее – предать все Господу, и Он устроит и догадаться не можем, как хорошо. Молитву вашу блюдите. Уйдет, не поймаете. То, что вы писали о своих неисправностях, да будет вам наукою, как быть исправным. Просматривайте всякий раз, что нагорожено; пообдумывайте, как наперед сделать, чтоб не попасть опять в туже неисправность. Только поблажать себе недолжно и самоохотно предаваться развлечениям: ибо такого рода поведение благодать Божию отгоняет. А ну-ка не воротится?! Ужас, как пойдет все к верху дном. Спаси вас, Господи, от беды сей! Обаче всякую нужду духовную, о коей болит сердце, предавать Господу, и Он поможет, и уладит неладное.

Посылаю вам 118-й псалом. Печатан в Домашней Беседе. Редактор сделал несколько оттисков и мне прислал. У редактора сего был удар в голову, от коего память отошла. Он в больнице умалишенных. Жена с детьми осталась не причем, и бедствует. Если бывает у вас охота помогать, – помогите ей. Будет очень кстати. Адрес, кажется, тот же: Татьяне Вл. А., у Измайловского моста, дом Вебера.

Не знаю, застанет ли вас это письмо в деревне? Виноват, что поленился поскорее ответить. Дай вам, Господи, погостить в Москве во благо душе своей. Там всего много: можно и добра набраться и худа не оберешься.

Кажется, и войне конец, но если турки податливы будут. Боюсь, как бы не разжалобились наши. Надо Болгарию совсем отчуждать от турок, и только с большою нуждою разве уступить плату подати, как ныне Сербия. Если этого не достигнут, надо тянуть войну; иначе она опять нужна будет чрез год, или два.

Всех вам благ от Господа желаю. Супруге вашей и деткам Божие благословение.

Молите Бога о мне грешном. Ваш богомолец Е. Феофан.

Письмо 260. О развлечениях и занятиях химиею по отношению к делу спасения. Результаты Турецкой компании

Милость Божия буди с вами!

Днесь спасения нашего – главизна! С общею всех христиан радостью поздравляю и желаю вам причаститься сей радости!

Москва, говорите, немного развлекает. Да, надо остерегаться. Впрочем сие ведайте, что все, по нужде делаемое, без сочувствия, – не вредит духу. Беречь сердце надо, чтоб не прилегало к сластям мирским. Вкушение сих сластей гасит огнь духа, тогда как участие в чем либо без сего вкушения, только дует на тот огонь, а не гасит. И занятия ваши по химии совсем не задувающего свойства, а только дующего. И мне пришло на мысль сказать вам: зачем же бросать это занятие? Оно может заменить рукоделия. Я, – помнится, – иначе писал, не так понимая ваше занятие. А по тому, что вы делаете, судя, не вижу тут ничего противного духовной жизни. Только увлечение разорительно; но его, кажется, можно остепенять. А мирное занятие химией ничего худого принести не может, особенно, если разные тут процедуры перетолковать в духовном смысле, или видеть в них отражение проявлений духовной жизни. И химия есть часть книги Божией – в природе. И тут нельзя не видеть Бога – Премудрейшего и Непостижимейшего.

Подходят страсти Господни, а за тем – Пасха. Приобщиться первых, и вкусить радости во вторую – желаю вам от всей души.

Война конченная будто еще вызывает войну. Англия в собственном смысле бесчинствует. Надо ухитряться – уязвить ее. Конференция или конгресс будто расплывается. Мне думается и лучше. Никому не хочется сказать на сделанное Россиею: добре, добре! – И драться из-за этого никто не видит резонов. Самое лучшее – принять известие о мирном трактате и молчать. Дела между тем потекут по сему трактату и войдут в силу. И будет совершившийся факт. Кажется это лучшее будет.

Вашей супруге и детям – Божие благословение. – Будьте здоровы и веселы!

Спасайтесь! И о нас Бога молите.

Ваш богомолец Епископ Феофан. 25 марта 1878 г.

Письмо 261. При посылке книги писем о духовной жизни. Предостережение от чувства собственной праведности, вредящем молитве. Способ решения участи сына

Милость Божия буди с вами!

За провинность, что долго не писал, шлю вам два экземпляра писем. Один назначается для вашей ученой красавицы, если вы найдете, что написанное в книге может быть ей полезно.

Письма писаны к красавице, потом кое-что прибавлено и все направлено к тому, чтоб удержать красавиц лезть во внучки обезьянам, и вследствие того хуже, чем обезьянничать.

Но тут и красавцам малая толика, и не юным только, а и старым. Кто поймет в чем сила, не будет уже в землю смотреть и в земле рыться. Представлен только общий очерк дела. Подробности всякий сам найдет, как только возьмется за дело.

Вам тут мало что будет пригодно. Ибо вы прошли уже все прописанное. Пишете, как стать на дорогу? А вы уже, кажется, шагаете по ней, и не малую дистанцию прошли. Благослови Господи путь ваш! Обаче блюдите дарованное. Не ленясь, пускайте в оборот полученный мнас, чтоб приделать десять других, а далее каждый из десяти по десяти, и так далее, ибо в существе дела приделыванию сему конца нет. Не помню, писал ли я вам, чего более всего опасаться должно. Повторяю, коли и писал вам.

Всего более надобно опасаться уклонения в праведность. Как только начнете уклоняться в нее, знайте что криво шагать начали. Берите тогда себя за ноги и тащите немилосердо опять в грешность, Разумеется чувство праведности и чувство грешности.

Господь того только принимает, кто приходит к Нему в чувстве грешности. От того же, кто приходит к Нему в чувстве праведности, он отвращается. Он и пришел грешников спасать, а не праведников. Сердце сокрушенно и смиренно Бог не уничижит. Самая злая вещь есть сытость. Сыт, ну и развалился и пыхтит. Духовно так бывает. Движениям молитвы никогда не поперечьте и ничего ей не предпочитайте; напротив, всегда готовы будьте все ей принести в жертву. Ибо она – царица. И ее точка опоры – есть дух сокрушен.

Некто имел обычай спрашивать: ты, идя на молитву, пенсию идешь получать, или милостыню просить? Очень вразумительный вопрос.

Благослови Господи вас, супругу вашу и деток ваших и все дела ваши, паче же духовные.

С праздниками поздравляю: Рождества Христова, Нового года, Крещения. Всяких вам утешений да пошлет Господь.

Как с сыном быть? Молитесь оба с матерью и как сложатся души в молитве, так и поступите!

Будьте здоровы и веселы.

Ваш богомолец Еп. Феофан.

Письмо 262. Новогодние пожелания. Опасность для души от развлечений. Характеристика курсисток и меры доброго воздействия на них

Милость Божия буди с вами!

С Новым годом!

Даруй вам Господи всего хорошего в это лето. Дочерей помужить и самим упрятаться от сует.

Какая у вас разволока! Визиты, вечера, обеды, балы, театры, гулянья, и неужели это каждый день?! Если – да, то и до беды не далеко. Для вас – главная беда, не потух бы огонек, что в сердце. Ой, ой, ой! Какая беда, если потухнет. А стоите на сильном ветру. Ну как потухнет! Сами вы зажигали его? Нет. И снова зажечь тоже не ваше будет дело. А Тот, Кто зажигает, не поблажлив. Проси и моли, а у Него один ответ: зажигал уже. Зачем погасил? И или совсем не зажжет, или если и зажжет, то даст знать неблагодарному гасителю. Избави вас Господи от этой беды. Сердце держите, чтоб оно было непричастно сластям века сего – чарующим и одуряющим.

Дочерям вашим очень рад писать; но начало должны положить они. Я буду отвечать на их потребности. Пусть читают книжку ту и спрашивают по поводу ее. Или свои какие недоумения пусть представляют, только не сочиняя их, а излагая те, кои есть. Уверьте их, что я буду очень внимателен к ним, только пусть будут откровенны и искренны.

Старшая, говорите, холодна. Это значит: Бог отогнан от сердца. Как и кем? Дурным направлением науки. Смотрите, какая программа женских курсов?! Все естествознание. А эту самую внятную книгу о Боге наши естественники всю испортили. Исходный пункт: самообразование мира. Далее, и по всем частям, все строится само собою. Так Бог изгнан из мира. Заглянул бы кто в душу, чтобы послушать слова о Боге. Но и душу выгнали слушательницы, и остались, как раки на мели. Не на чем опереться. И ходят, как в тумане, без светлых надежд, голову повеся. Полагаю, что ваша ученая в таком положении. Если б она исповедала все, и взыскала помощи, можно бы осветить все сущее, и она с радостью узрела бы Бога и осязала Его.

Они наслушаются вздору и держатся его, а того, что могло бы вразумить не читают. У нас ведь издается ряд сочинений, истину защищающих. Кто то дал на это сумму. Протоиерей Заркевич редактирует. Надпись сборника: «Материализм, Наука, Христианство». Сборник сочинений современных писателей. Уже вышло более 20 книжек, больших и малых. Продаются преимущественно в книжном магазине товарищества «Общественная польза». В С.П.Б. Большая Подъяческая д. №39. Так вот. Выпишите и засадите дочерей читать и перечитывать. Или сами с ними читайте. Вам должно быть с руки – мудрость естествознательная. Жаль очень, что из этих полезных книг не изгоняется немецкая туманность.

Вы правду говорите, что не следует докучать религиею. Но и совсем оставлять дела не следует. Под праздник, или воскресенье, отчего не потолковать о том, о сем? В праздник же, или воскресенье, отчего не сводить всех в церковь? Тут и связание делами непозволительно. Можно иногда книжку какую хорошую вместе прочитать. Поищите книжку: «лекции протоиерея Голубинского по умозрительному богословию». Прочитайте сначала сами и войдите хорошенько в дух. Потом и с дочерьми... Их заохотить надо.

Сие единое спешу вам сообщить в пособие для действования на девиц; но и сам готов тотчас же браться за перо, как только они заведут речь по потребностям своей души.

Еще одно словечко. Хорош приказчик Божий! Если б у вас был приказчик, и вы дали ему деньги, с наказом: смотри, употребляй на одно доброе. А он бы стал каждый день жечь по 50 р. на свече, и у вас на глазах. Погладили бы вы его по головке? Точь в точь, в таком положении вы, в отношении к Богу.

От души желаю, чтоб вы поскорее выбрались из этого омута.

За решение послать А. благодарствую. Супруге зашей Божие благословение и дочерям и сыну.

Благослови Господи всех вас. Всех вам благ от Господа желаю.

Ваш богомолец Е. Феофан.

Письмо 263. Поздравления и посылки

Милость Божия буди с вами!

Поздравляю с окончанием храма Божия. Желаю вам паче и паче богатиться добрыми делами. Господь да устроит путь ваш к Нему.

Прошу принять 118 псалом, и брошюрки против Пашкова, первого письма – два экземпляра и следующих – один.

Может быть встретите кого из мудрствующих лукаво, подобно ему, – и дадите просмотреть. А для вас, я полагаю, подобные разъяснения не совсем нужны. Влагаю и две книгорезки (дер. ножи собств. точения): одну для супруги вашей (как и брошюру первую), а другую для вас. Книги делать трудновато, а книгорезки (точить на токарном станке) очень легко. Вот и собираюсь первое заменить вторым.

Благослови вас, Господи, всяким благословением, и супругу вашу, и всех деток ваших.

Прошу и обо мне не забывать в молитвах ваших.

Ваш богомолец Еп. Феофан. 1880 г.

Письмо 264. Просьба описать назидательное событие и дать сведение о Пашковцах для обличения их. Подробное изложение мировоззрения святителя. Дух человека. Душа мира и животных

Милость Божия буди с вами!

Спешу ответить вам, а главное, не благословить только, но и заповедь наложить описать все, как перенесение тел рабынь Божиих (девиц Голдобиных в женском Троекуровском монастыре из могил их, в новый склеп под храмом над св. вратами) в том смысле и духе, как вы известили. Потрудитесь. А поместить (описание сего случая), если не в газете какой светской, то в Душеполезном Чтении. Будет очень назидательно для многих.

Буду ждать, что скажете о Пашковцах; мне крайне нужно знать, на чем они опираются, что отстали от церкви. Ваши немногие слова: «ревнуют просвещать народ и отвлекать его от суеверия (церковности) и идолопоклонства (иконопочитания)», очень много говорят. Выходит: они молоканы, как я их взвеличал.

Вы не так подумали о письмах, будто я все сказал. Это только приступ. Надо защитить всю церковь Божию, во всем ее благолепии. А это потребует долгого писания. Следует теперь писать против: «Ничего не нужно». Вот мне и хотелось бы из их них уст услышать, что такое не нужно? «Суеверие и идолопоклонство» – наводит на весь внешний строй церкви.

Пишите и прочее, что знаете и что узнаете.

Против моих, «писем», написал возражение какой-то Тернер, не понявши их, и конечной своей статьей опроверг первую. Надобно что-нибудь сказать против него.

Я писал вам не о том, чтоб не делать наведений, противных откровенным истинам о духовном мире. О мире я так думаю. Основа мира вещественного – атомы. Но атомы не все одинаковы, – они разные, как разные стихии. Сами однако ж они ни движения, ни соединения взаимного иметь не имеют. Все производят действующие в них силы. Какие это силы? Я допускаю лествицу невещественных сил душевного свойства. Взаимное притяжение, химическое сродство, кристаллизация, растения, животные, – производятся соответствующими невещественными силами, которые идут возвышаясь постепенно. Субстракт всех сих сил – душа мира. Бог, создав сию душу невещественную, вложил в нее идеи всех тварей, и она инстинктивно, как говорится, выделывает их, по мановению и возбуждению Божию.

Душа создана вместе с словом: да будет свет! Свет сей – эфир, есть оболочка души. Словами: да будет – творилось нечто новое. Во второй день – твердь. Когда Бог говорил: да изведет земля, то Ему внимала душа мира и исполняла повеленное. Она выделяла из себя всякого рода растительные души, которые и дали разнородные растения и потом стали воспроизводить их по роду своему. Тоже, по слову Божию: да изведет земля душу живу всякую, душа выделила души животных, которые и произвели разные роды животных. Когда надлежало сотворить человека, то не земле дается повеление: да изведет, а в тайне Пресвятой Троицы произносится: «Сотворим». Тело особо творится из персти. Это было не мертвое тело, а живое с душою животною. В сию душу вдунут дух – Божий дух, предназначенный Бога знать, Бога чтить, Бога искать и вкушать, и в Нем все свое довольство иметь, и ни в чем кроме Его. Сей дух, соединяясь с душою животного, поднял ее над душою животных на целую стадию, и видим в человеке, что до известной степени у него все идет, как у животных до смышленности, а далее, начинается ряд сил, хоть душевного свойства, но выше души, рассудок, воля, вкус. Еще далее: страх Божий, совесть, недовольство тварным, стремление к Богу. Это совсем отрешенные от души проявления духовные. Можно еще, между душою и духом, поместить душевно-духовность: идеальничающий ум, перестраивающая все заново воля и творчество (в искусствах). Это гениальность, с умовой, практической и художественной стороны. Дух в душе, или душа в духе. Это все естественные проявления. Они очень не в настоящем виде являются на опыте, по причине расстройства сил в падении. Благодатные действия являют дух и духовность в настоящем их виде.

Души, низшие духа и человека, погружаются в душу мира. А душа человека не может туда погрузиться, но духом увлекается горе, – это по смерти.

Помню, на это нам в академии уроки читал Авсенев – сначала Петр Семенович, а потом архим. Феофан. Скончался в Риме. – Так вот где вашей химии источник. В некоей химической душе. В этой душе есть инстинктивно чуемый образ того, что надо сделать из стихий. Она их забирает и строит свое. В растении есть и химическая душа. Но она в услужении у души растительной. В животном есть они обе, но состоят в услужении у души животной. Или так: душа животных, умея действовать как животное, умеет и то производить, что свойственно душе растительной и химической. Равно растительная душа, умея делать свое, умеет делать и химическое. – Тут единство природы. Помнится мне, что у Шуберта geschichte des seele – история души – подробно раскрываются сии положения. С этим удобно мирится и падение и искупление.

Правду вы говорите, что мы о материальном мире менее знаем, нежели о духовном. И не дает Бог и не даст, потому что это не нужно для нас. Мы всегда останемся в сем отношении на поверхности. Владение стихиями и силами действующими на земле будет расширяться; но это не ведение, а только уменье пользоваться тем, что открывается само собою. Суть дела навсегда сокрыта для нас.

Припомнил еще относительно Пашковцев, что допытаться бы надо, именно: что разумеют они под суеверием? Идолопоклонство – это иконопочитание, а суеверие что? Ведь это у них не в общем смысле должно быть берется, а в отношении к церковным чинам. Так определенно бы высказались они, что разумеют они под сим в церкви? Не сумеете ли разузнать о сем?

Я не умею понять, чего ради слабо действуют власти против Пашковцев? Ведь они могут пополам рассечь всю Россию и тогда без волнений не обойдется. Пашкова прогнали, но остался Б-ский, который, как я слышал, гораздо речистей и толковей Пашкова. К зиме воротятся в Питер, и та же история пойдет. Собрания и беседы, с тем может быть отличием, что рельефнее будут выставлены наши церковные суеверия и идолопоклонство.

Благослови вас, Господи, всяким благословением и супругу вашу и деток ваших и все дела ваши.

Ваш богомолец Е. Феофан.

Письмо 265. Обмен посылками и приветствиями Отзыв о событии повергшем в ужас всю Россию

Милость Божия буди с вами!

С постом!

Получил посылку вашу под прощеный день. Благодарствую! Акафист хорош! Посылаю вам с мужем вашим книгу: Толкование Послания к Галатам. Приложил и экземпляр последних трех писем в С.П.Б. Прошу принять и поклончик положить о многогрешном писаке. Я всегда поминаю вас в грешных молитвах моих. Супруг ваш верно воротился из Питера. Не привез ли чего новенького о Пашкове? Очень желательно.

Но теперь внимание всех сосредоточено на другом. Увы и ах! До чего мы дожили? И что с нами будет? Вспомнить нельзя без страха и сжатия сердца болезненного. Нагрешили, и вот Господь наказывает. Будем молиться, чтобы Господь вразумил нового нашего Государя немного подтянуть вожжи. Налиберальничали на свою голову, вот и расплачивайся мать Россия!

Желаю вам здоровья и спокойствия душевного. Пост провести желаю вам не только по православному, но и со здоровьем, и со спокойною не краснеющею совестью сретить Светлый Праздник.

Мужу вашему – успехов по ученой статье, без вреда для духовной стороны. Спасайтесь!

Ваш богомолец Еп. Феофан.

Письмо 266. Пасхальное поздравление. Знамения силы Воскресения Христова. Наука и научники. Материя и сила. Рассуждение о явлениях и силах природы, приводящее к вере в Бога Вседержителя. Вечно ли зло. Мудрования лжеименного разума о вечных мучениях

Милость Божия буди с вами!

Приветствую и вас с Светлым Праздником: «Христос Воскресе!»

Праздник ныне и с явными показаниями силы Воскресения Христова: там у вас исцеление больной, а в Задонске слухи об обретении мощей. Мощи – тень будущего воскресения. То и другое бывает в силу Воскресения Господа. Слава Богу!

Что Пашкова не видали так и быть. Буду ждать пока кто подслушает поболее и скажет. Учуяли, что есть наука? Одна по себе она есть душевное дело; душевное же не понимает духовного и теснит его. Наоборот, и духовное теснит душевность. Чтобы этого не было, надо душевное одухотворить, – пропустить сквозь него элементы духовные и сделать его слугою духовных интересов. И извольте это сделать с наукою, которая в ваших руках. Наука не самостоятельная госпожа. В моду вошло выставлять науку, как царственную некую особу. Особа эта – мечта. Ни одной у нас науки нет, которая установилась бы прочно в своих началах. Кое-что добыто по всем наукам. Но все это не таково, чтоб давать право ссылаться на науку, как на авторитет решающий. Науки нет, а есть научники, которые вертят наукою как хотят. Есть следовательно только догадки и наведения научников. Это тоже, что прежде говорилось: разум того требует. Как разум плохо себя зарекомендовал в истории человеческих мудрований, то бросили так выражаться, а стали ставить вместо его науку – нечто безличное. Пред женщинами ныне преклоняются. И науку выставили как какую красавицу, делают перед нею книксен. Из сего можете вывести, что и ваша наука тоже ваши соображения. И вы можете господственно относиться к ней и выдрессировать ее, как вашей душе угодно. Есть в ней кое-что установившееся; но то – внешние формы, суть же дела не дается. Тут ваша свобода и вместе сторона, куда может быть введен религиозный элемент, и законно и в интересах самой науки. Извольте так настроить свою науку и будет добре. Тогда и за наукою будете молиться.

Вы предлагаете мне просмотреть, что построите вы относительно решения занимающего вас вопроса об единстве материи и сил на основании химических законов, с целью объяснить все посредством движения. Очень рад просмотреть. Хоть я и не силен в естественных науках, в особенности в химии, но общее можно увидеть, – идет ли оно, или нет с точки зрения христианской. И наперед можно сказать, что коль скоро у вас дело пойдет на самообразование мира (тяп-ляп, вышел корабль), то конечно это не законно. Даже и то не законно, если вы ограничитесь только силами и законами, не показав откуда взялись силы и кто приемник и блюститель законов. Ибо и это есть молчаливая теория самообразования мира. Я где-то встречал толки о единстве материи и сил и о выводе или объяснении всего из движения. Мне показалось там все мечтательным и произвольным. Что есть материя? – мы не знаем. Знаем только элементы или стихии неразложимые. Они слагаются и разлагаются, вследствие чего являются вещи разные. Сложение и разложение – химический процесс. Видимая сторона процесса – движение. Материя – inners – недвижима. Для ее движения совершенно законное требование силы. Таким образом вы забираете все, что неизбежно представляется в вещественном мире.

Но смотрите, что может повесть вас к сути дела. Движение совершенно внешнее дело. Оно ни к чему не может привесть. И я не понимаю как выставляют его, как деятеля, когда оно есть действие? Спрашивал некто: «объясни мне, как мы ходим?» И получил в ответ: сам не знает! Переступаем с ноги на ногу и ходим. Тут вся суть движения выражена, то есть, что оно не дает ничего, кроме видимой стороны производства вещей. Не в движении сила, а в движущем. Направление движения – сложение и разложение – химический процесс. Это и в минеральном и в растительном и в животном царстве. Но сложение и разложение тоже внешняя форма. Скажите: кто слагает и разлагает? И как? И почему так? Это даст настоящее знание формы сложения и разложения. Химия подвела под законы и величается: знай де нас; вот до чего мы дошли! На деле же ни до чего не дошли. Это тоже: переступаем с ноги на ногу и ходим. То, что говорят: вот это с этим сродно и соединяется, а это с этим не сродно и не соединяется, тоже есть только в другой форме выражение. Итак химическое разложение и сложение само тоже ничего не объясняет, а требует объяснения. Сверх того, кроме составления материальных вещей вся начальная часть физических явлений выходит из владений химии. То объясняется другими поговорками, больше всего законами тяготения. Но и это не все. Есть еще часть невесомых, для коей другое требуется.

Как же теперь вес объяснить на основании химических процессов?! Разве и вопрос так поставить: в своей области, то есть, в составлении вещей материальных. Это будет дело. Но и тут самостоятелен ли, не зависим химический процесс? Химический процесс сам по себе везде одинаков. Как же бывает, что в одном случае из него выходит мертвая вещь, в другом растительная, в третьем животная? Химия внушает, что химический процесс состоит в сторонней высшей его власти, которая что повелит ему, то он и делает. В образовании вещей мертвой природы химический процесс состоит под одной властью, в растительном царстве под другою, в животном под третьею. Следовательно вам предложит взойти до сих властей. Иначе у вас все останется по старому – не ясным.

Кто эти власти? Невещественные силы душевного свойства, с инстинктом производить то и то, по норме в них вложенной Богом, сопровождаемым некиим темным чутьем. Это Лейбницевы монады. Всякой такой силе подчинены – свет, тяжесть, теплота, электричество, магнитность и ваш химизм, посредством которого она приводит в угодное ей движение стихии и строит вещь, которой норму носить в себе. Вот смотрите. На одном дюйме земли: трава, ландыш, будылка какая-либо. Воздух, земля с элементами и прочее все одинаково. Каким же образом выходит, что из них одинаковых, по одинаковому химическому процессу, выделываются разные растения и еще козявочки тут же разные? – Не объясните этого, не допустив означенных им сил душевного свойства. Всяко ограничиваясь одним химическим процессом и еще не определенными указаниями на законы естества, вы ничего не объясните.

Недавно какой-то немец в основе явлений всех положил волю. А кто Волящий, не указал. И осталась его теория на воздухе. Воля, точно, повсюду видна и воля смыслящая и свое дело хорошо понижающая. Но не указывая, кто Волящий, мы указываем только факт не объясняя его. И то, что я сказал, тоже предполагает волю. Но тут же есть и волящий – невидимая, невещественная сила душевного свойства. Но и эта теория, если ее принять, не доводит дела до конца. Откуда эта сила? Бог создал. Их бесчисленное множество. Как всякий человек имеет свою душу, так всякая вещь свою невещественную силу, которая ее образует и держит, как ей положено Богом при создании ее. – Что во всякой вещи – в растении, животном, есть такая невещественная сила, владеющая естественными силами и стихиями, и посредством их строящая вещи, и их держащая до положенного термина, это осязательно видно! Кто эта сила? Или фатум, или Бог, или Богом созданная сила? Фатум – преглупая вещь. У материалистов она царит; ибо у них на вопрос: отчего то и то, так и так? всегда один ответ: «так таки». Выражается это фразою: законы-с такие. Если Бог все, – пантеизм не меньше нелепый. Остается последнее. И это есть моя теория. Этих сил много. Как они не самобытны, то им необходимо подставки – субстрат, на коем держаться. Необходим еще и общий направитель. То и другое может быть отнесено к Богу так: Держатся сии силы волею Божиею; хочет Бог и они существуют и действуют по норме, в них вложенной. Тою же волею и направляются; ибо имея способность инстиктуального чутья, они могут воспринимать мановения всеправящей воли Божией и исполнять ее. Но мне думается, гораздо удобнее субстрат им положить душу мира, тоже невещественную, душевного свойства, Она заведывает теми малыми силами и направляет их по вложенной в нее норме. Привходит сюда и Бог непосредственно, когда по Его планам сие нужно. И се чудо! Без чуда миру нельзя стоять. Се также закон промышления. Все идет по предначертанному и под действием созданных Богом сил. Но все держит Бог-Вседержитель, и всюду входит, когда нужно своими действиями и направлением сил.

Вот моя философия! Ею я объясняю все, что задает геология и все, что предоставляет опыт. Тут мысленного ничего нет. Все фактично, как самое бытие мира.

Прописать все понудило меня желание проложить вам дорогу, чтобы вы шли до конца и не бросали своей теории: на воздухе висеть. Все это я вам вчера сгоряча наговорил. Ныне думал было бросить в печь, но раздумал, чтоб только сказать вам, что верующие имеют полное право втесняться с духовным в область вещественного, когда материалисты лезут с своею материею, без зазрения совести, в область духовного. И на нашей стороне разумность, а на их – бестолковость. И это не потому, что всякий кулик свое болото хвалит, но по существу дела. Материальное не может быть ни силою, ни целью. То и другое вне его. Оно лишь средство и поприще для духовных сил, по действиям духовного начала (Творца) всяческих.

Поворотите с земли на небо и легко вашей фаворитке – химии; а то она уткнула нос в землю и роется в ней, как некая тварь пятачком своим.

Вечно ли зло или оно будет побеждено? – Читайте, что пишется в Евангелии. Приидет второе пришествие. Господь и сотворит суд; праведных введет в вечное блаженство, а грешных выгонит в яд, на муку вечную. Добро восторжествует; но зло не превратится в добро и примет должное воздаяние.

Как мы о будущем своим умишком познать ничего не можем, то нечего туда соваться с ним. Один Бог Владыка веков ведает то. Он говорит или скажет: идут сии в муку вечную, а праведницы в живот вечный. Так Бог сказал; нечего потому и голову ломать. Вопрос решен авторитетно. Вопиют: как так, вечные муки для временно согрешивших? Они хотят быть филантропнее Самого Бога, пострадавшего и умершего на кресте за грешников. Если б мы люди изобрели такое учение, уместно было бы возражать. Но когда так положил Сам Бог, умерший за грешников, надо покорно принять то и веровать, как бы умишко наш тут ни ершился.

Свободе дана воля делать и доброй зло. Решите, может ли сия свобода ожесточиться на зло до того, что ни за что не согласится отстать от него и зная, что в этом ее пагуба? Что может, пример вам – сатана. Подрешите еще, может ли осатаниться человеческая свобода? Сколько примеров нераскаявшихся грешников?! Что же теперь сделать с этими осатаненными?! В рай злых принять нельзя, а измениться они не хотят. Остается: или переделать их творчески или уничтожить. Переделывать нужды нет. И без них много святых. К тому же и материал совершенно испорчен. Остается уничтожить. Но дарования Божии не сокрушимы. Не умеет Он уничтожать. Прибавлю еще, что ангел сказал св. Антонию Великому: Антоний! Себе внимай, а это дело Божие!

Как разуметь послание к Римлянам, – посылаю толкование. Прилагаю и вновь изданную книжку с дополнениями.

Благослови вас Господи! Спасайтесь!

Ваш богомолец Е. Феофан.

Письмо 267. По прославлении Козельщанской иконы Божией Матери

Милость Божия буди с вами!

Поздравляю вас с праздником Светлого Воскресения Господня. В духовных радостях препроводить вам его желаю.

Премного вам благодарен за ваше описание чудесного исцеления. Оно напечатано уже где-то; но там говорили, что исцеление совершилось в Москве, во время обеда домашних, когда больная (дочь графа Капниста) была с своей няней в своей комнате.

Какая радость! Да будет сие неисчерпаемою радостью для всех искренно-верующих! Или уже и есть. Напишите мне пожалуйста, в каком положении правая и левая ручка Божией Матери, на чем стоит сосуд, как и где лежит лжица, куда обращено личико Спасителя. Как головка Божией Матери наклонена и глазки куда смотрят, тело Божией Матери, или стан как высоко взят, – в пояс или больше. Напишите все, чтоб можно было нарисовать. Я попрошу об этом одного из наших. Лучше бы, если б был снимок. Графу следовало бы снять фотографию и распространить. Если он этого не сделал, накажите ему, чтобы сделал, хоть чрез его родных и знакомых, если сами не знакомы. Мне очень желательно иметь такую икону.

Благослови вас Господи всяким благословением.

Ваш богомолец Е. Феофан.

Письмо 268. Просьба об издании снимков с Козельщанской иконы Б. Матери. О письмах Святителя против Пашкова и об учреждаемом для обличения его Обществе

Милость Божия буди с вами!

Очень вам благодарен за сообщение относительно новоявленной чудотворной иконы «Козельщинской».

Вот приходит время приезда графа в Москву, и мне пришло на мысль повторить свою покорнейшую просьбу. Уговорите его издать икону сию метахромотипически. Какое сильное Бог послал опровержение Пашковских мудрований! Мои письма против него Св. Синод издал в большом количестве и раздает даром. И мне прислали очень довольно для той же цели. Полагаю, что около вас найдутся лица, которым не бесполезно будет прочитать их. Посылаю вам десяток. Раздайте кому найдете пригодным и себе оставьте, если не противны.

В С.-П.Бурге составилось общество духовных и светских для противодействия этому лжеучителю. Не знаю, что они для сего предпринимают; но всяко нельзя не радоваться, что есть такое общество.

Благослови вас Господи всяким благословением! Супругу вашему поклон и полные благожелания.

Ваш усердный богомолец Е. Феофан.

Письмо 269. О той же иконе. Кому писались письма о духовной жизни. Отсоветование замужней поступить в монастырь и наставление ей об отношениях к светскому обществу и его обычаям

Милость Божия буди с вами!

Ныне получил посланную вами фотографию чудотворной иконы Божией Матери «Козельщинской». Премного благодарен.

Наперед благодарю и за книжку, со снимками той же иконы, которую имею получить по вашей доброте. Это нам Бог послал против Пашковщины, на посрамление этого пустого мудрования, которое однако ж, как слышу, находит инде доступ.

Мне очень приятно слышать, что поминаемые вами «письма» не оказываются бесполезными. Особа, к которой писаны письма, очень ретивая и в обитель поступила с искренним желанием стать твердою ногою в монашестве. Там ее облепили сразу эти щепки монастырские, пустые тараторки (две-три) натораторили ей. В ужас пришла. Ушла из монастыря и живет подле. Но жизнь ведет наистрожайшую, и дальше вы увидите, как у нее дело идет исправно. Я ее не видал. Она стала писать ко мне пред монастырем, и продолжает. Благодать Божия осязательно действует в ней.

И вы в монастырь. Вам теперь нет дороги туда. Дома устрояйте монастырь. Вам это очень можно. Ведь и супруг ваш с монашескими задатками. Теперь его поглощают соли, кислоты, газы и проч. Эта часть ничего не дает: слишком земна. Но беспредельная Премудрость Божия, все мерою, весом и числом устроившая, тут осязательнее для очей даже телесных. Он себе пусть в стихиях с Богом беседует, а вы – в молитве и благотворениях пребывайте. И добре будет тещи жизнь ваша.

Только общество – из всяких личностей мудреных. Делать нечего. Терпеть надобно. Поминайте Лота. Кругом Содом, а он своим чередом. Он мучился душою, но это не мешало спасению. Бегайте осуждения, думая о других – нескладных, что это они только на время дали себе льготу и простор. Но вот-вот остепенятся и пойдут добре ко Господу.

От обычаев светских, я думаю, можно от многих безобидно отказываться, уступая по временам только неизбежнейшим. Всяко у Господа просите вразумления и силы. Он Спаситель наш и хощет всем спастися. Просите и все подаст, только все в свое время. Спаси вас Господи! Супругу вашему Божие благословение.

Ваш богомолец Е. Феофан.

Письмо 270. Как заниматься химией, чтобы не погасить в себе духовной жизни

Милость Божия буди с вами!

Христос воскресе!

Виноват. Не отвечал на прежнее письмо ваше, пока не пришло второе. Прошу извинения.

Не мало жалею, что ваши занятия отвлекают вас от молитвенного настроения. Этим погашается духовная жизнь, но она то и есть настоящая жизнь. Вы добре делаете, что боретесь с сим удобообстоятельным (обстоятельствами навязываемым) грехом. И продолжайте. И болезнование сердца о том изъявляйте Господу в молитве, прося Его, чтоб и занятия шли своим чередом, и молитвенный дух не отходил. Поможет Господь. Но надо и самим приложить некий труд в этом роде. Потрудитесь узревать следы Божии в тех явлениях, кои изучаете, и узревши исповедуйте то Господу и мысленно к Нему возноситесь в продолжение самого труда вашего. Тогда занятия ваши будут походить немного на чтение духовной книги. Еще вот что: приобретите навык трудить научными занятиями голову только в определенные часы; по окончании же их, все из головы вон и оставайтесь с одним Господом; землям же, солям и кислотам не позволяйте лезть в голову. Навык такой придет, но надо потрудиться умно.

Это же пойдет и к недопущению до расстройства здоровья. Для последнего дела каждый день не отложно гуляйте на свежем воздухе: или у себя в саду, или за городом. Извольте послушание оказать прописанному и увидите как добре будет. Только не поблажайте и прогоните – нельзя!

Ваша склонность к определенным занятиям – дар Божий. Но Бог ничего не дает, что бы само по себе отклоняло от Него, а все чтоб к Нему приводило. Таков и ваш дар. Если действование по дару отклоняет от Бога, не Бог виновен, давший дар, а человек не право по нему действующий. Тоже и у вас. Вы прописали коротенько результат ваших трудов. Присутствие живой силы под материальными формами существ – это и мое исходное начало. Но у вас оно как-то иначе идет, чего однако ж я не могу взять в толк. Если найдете минутку, потрудитесь попространнее написать весь ход дела, как вы его воображаете.

Благослови вас Господи! Спасайтесь!

Ваш богомолец Е. Феофан.

Письмо 271. О надлежащей постановке воспитательного дела в приюте

Милость Божия буди с вами!

Христос воскресе!

Когда вы писали, были в трудах и хлопотах, по устройству приюта. Теперь верно уже все кончено и приют в ходу.

Благослови Господи дело сие. Потрудитесь, не стыдясь и не боясь мира, дать детям истинно-христианское воспитание, сообщая им одни христианские во всем понятия, приучая к христианским правилам жизни и возгревая любовь к церкви Божией и всем порядкам церковным. Таких уже учителей и учительниц подбирайте и особенно такую начальницу. Ныне многому учат, не соображаясь с христианскими обетами в крещении и не имея в виду страшного Суда.

За приложенную вами книжку о Пашковских глупостях благодарствую. Она идет к делу (по обличению ереси Пашкова).

Благослови вас Господи! Спасайтесь!

Ваш богомолец Еп. Феофан.

Письмо 272. О занятии хозяйством и наукою и о пристройстве детей

Милость Божия буди с вами!

Поздравляю с переменою порядков жизни вашей. Что тут стало лучше, тому радуюсь вместе с вами, а что хуже – жалею. Но уповайте, что Господь поможет все поправить и стать в прежнюю колею. Что вы опять все в своих руках имеете, это крепко хорошо. Труд и терпение, – терпение и труд, и все пойдет добре. Только не борзитесь и зараз все поставить на ноги, как по команде, не помышляйте.

«Не знаете, что делать». Как не знать. Хозяйничать. Вот и все. Уж все увидели! Ну так исправное делайте более исправным, неисправное исправляйте. Как это сделать, думаю, вам нечего ломать голову. Только не всю однако ж душу в одно это влагать. А на первый раз половину, а там и четверть достаточно.

Прочее же все Богу посвящайте. Ухитритесь определить известную частицу дня, когда бы вы, отрезав все, с одним Богом беседовали или молитвою, или размышлением, или чтением, или: то тем, то другим, то третьим, в разные моменты дня.

«Научное бросаете». Распрекрасно. Для духовного дела, оно как вода для огня. И еще лучше будет, если никогда к нему, никогда более не будете ворочаться.

Деток, как Бог устроит, так и будет хорошо. Воспитание на вас, а пристроение – Божие дело. Если то безукоризненно, и в отношении к последнему вы не сделали ничего погрешительного: то мучить себя из-за этого не след, хотя и нельзя не поскорбеть. Но предавайте все Господу, и все покрывайте верующими ко Господу воззваниями: «буди св. воля Твоя, Господи!» И лета жизни – в мире с Господом.

Да, теперь вы должны быть «богатырь»! Извольте же по богатырски действовать.

Благослови вас Господи всяким благословением, и супругу вашу, и деток, и все дела ваши. Супруга ваша вам переписывала (письмо по причине неразборчивости его соб. рукописи), – переписывала, уморилась. И поклон от себя не приписала. Хорошо! А вот у ап. Павла был писец, так он, переписавши послание, и потом все поклоны приписал в конце: поклон шлю вам и я, такой-то, писавший сие послание. Всякого вам утешения желаю.

Ваш богомолец Еп. Феофан.

Письмо 273. По известии о совершившемся чуде. Хозяйство может не препятствовать духовному делу

Милость Божия буди с вами!

Слава Тебе, Боже! Слава Тебе, Боже! Слава Тебе, Боже!

Это Господь утешает верных Своих, а уклоняющихся инуды вразумляет.

Верным говорит Он сими делами Своими: не смотрите на то, что всюду пошла такая шаткость в вере. Есть непреложная истина в вере, – и вот вам доказательство. Как в начале насаждалась вера чрез проповедь, Господу поспешествующу и слово утверждающу последствующими знаменьми: так после того поддерживалась она и доселе поддерживается осязательным присутствием силы Божией среди верующих, в святой церкви, свидетельствуемой знамениями. – Сим говорит Господь: «Се Аз с вами есмь», как и обетовал с нами быть до скончания века.

Если же Господь с нами, кто на нас? Древле обетовал Бог: вселюсь в них (верующих слову Его), и похожду, и буду им Бог, и тии будут Мне людие. И это исполняющимся на нас видим мы ныне. На памяти нашей сколько уже было удостоверений в этом. Слава Тебе, Боже! Слава Тебе, Боже! Слава Тебе, Боже!

А заблуждающимся внушает Господь: «что вдаетесь всяким ветром учения? Вот где столп и утверждение Моей истины. Как перстом указываю Я вам верную и не заблудную дорогу. Держитесь Церкви, в коей Я являю силу Свою, и избавитесь от пагубы, в которую ввергнут вас пустые ваши мудрования».

Очень вам благодарен за сообщение мне такой утешительной вести, – и с нетерпением буду ждать подробного описания этого события, как вы обещали. Девицу Марию благослови Господи! Верую, что Господь хочет явить к ней особую Свою милость.

Муретов – фамилия высокопр. Одесского Димитрия, добрейшего и мудрейшего архипастыря, уроженца Рязанского. Не родня ли?

Мужу вашему поклон. – Желаю ему преуспевать в хозяйственных делах, без ущерба однако ж духовному делу. Какой хозяин был Авраам, Иов, – другие патриархи. А представляются образцами веры, терпения и всех добродетелей.

Спаси Господи его и помилуй! И вы сами, что себя так онеправдовали; каменная и тому подобное? Милостив Господь! Он везде есть, и огнь будучи, все разваряет. Откройте Ему смиренное сердце, и согреетесь!

Благослови вас Господи! Спасайтесь!

Ваш богомолец Е. Феофан.

Письмо 274. Свобода от городской суеты содействует духовной жизни

Милость Божия буди с вами!

Приветствую вас с праздником Рождества Христова и полные вам шлю пожелания благ: и душевных и телесных, и житейских и гражданских. Бог дал вам нынешнюю зиму быть свободною от городской суетности, и пользоваться уединением. Хотя житейская забота всюду сопровождает житейских людей; но и уединение, когда между всем этим улучить свободную минуту и удобный досуг, – даст свое, ввязывая в душе сочувствие к себе, а чрез него, как чрез отверстые уста, влагая в жаждущую душу сродные ему блага. Что вы сказали о молитве, то сущая правда. Но как она сродна духу нашему, то с небольшим вниманием и приготовлением всегда можно ее направлять на должный ход, хотя не в полном совершенстве.

Если есть у вас мой «Сборник о молитве и трезвении», то прочитывайте его; понемножку может настраивать душу на настоящую молитву. Я всегда поминаю вас и супруга вашего в молитвах моих на литургии. Господь да благословит вас! К празднику наверное приедет супруг ваш. Поклон ему и полное благожелание! Спасайтесь!

Ваш богомолец Е. Феофан.

Письмо 275. Хлопоты по хозяйству – всеобщая епитимия. Как поступать, чтобы они не заглушали духовной жизни. Описание воздухов, какие должно сработать для церкви Святителя

Милость Божия буди с вами!

За молчание на письма ваши склоняю пред вами повинную голову со словами: виноват! Простите!

Жалуетесь на хлопоты по хозяйству, что это отбивает от других любимых занятий. Что же делать? Таково уже дело хозяйское. Ничего тут не остается как терпение. На то и обречена настоящая жизнь, чтобы работать в поте лица, а не философствовать. Это наша всеобщая епитимия. Но умудряйтесь как-нибудь облегчать эту тяготу. Чем? Когда умовыми занятиями, когда эстетическими удовольствиями, когда утешениями взаимно-общения братского с другими. Наиболее же удовлетворением религиозных потребностей и стремлений.

Прибавьте к сему навык занимать душу хозяйством, когда какое хозяйское дело на глазах. А когда его нет на глазах, занимайте душу другим чем, паче же чем-либо к Богу относящимся. Если употребить небольшое усилие, то кажется навык такой приобрести можно.

Самая большая опасность от неустанных хлопот есть подавление религиозных чувств. Кажется вы это испытываете. И очень жаль; совсем охладеть, как вы боитесь, очень можно.

Но это не от природы житейских дел, а от нашей оплошности, по которой попускаем себе погрязнуть: и мыслями, и чувствами, и желаниями, и заботами в одно житейское. А ведь этого может и не быть. Начинайте все с молитвою, продолжайте с упованием, кончайте благодарением. Всякое дело и будет окутано Божеским одеянием, а не выбьет Бога из души. Затем, переходя от дела к делу, на переходе выгоняйте из души все житейское, и будьте с Богом вниманием и чувством или повторяйте какой-либо стишок из псалмов. Заглохнутие молитвы очень прискорбное дело. Всякий раз, как оно ощущается, не оставляйте сего без внимания. Берите книгу о молитве и читайте углубляясь. Понемножку и оживет молитвенное к Богу восхождение. Заботу о сем помните и Господа молите, чтобы Он не лишил вас молитвенных утешений. Ничего в человеческих делах без труда не достигается. Духовные же делания требуют напряженнейшего труда и притом непрерывного.

Благослови вас Господи и благопоспеши вам в сем. Детей на лето отчего не брать в свое село? А зимою можно иногда туда сбегать дня на три.

Мне очень жаль, что многое вас тяготит; но как все подобные тяготы не испытаны, то не нахожусь, что сказать. Буду молиться. И вы молитесь, Господь лучше нас исправит как Ему угодно.

Супруга ваша предлагает потрудиться – сработать что-либо для церкви. Очень благодарен. Если усердие к сему еще не погасло, сработайте воздухи – самые воздушные, легонькие. Диаметр моего потира – чаши два вершка три осьмых. Такую и сделайте верхушку. Та же конечно мера и для покрова на дискосе. Большой покров длины три четверти, а ширины меньше соразмерно, но не умею сказать как. Я думаю хорошо будет две четверти с вершком или полтора вершка. Только пожалуйста повоздушнее.

Простите же меня Господа ради! Благослови вас Господи всяким благословением! Спасайтесь!

Ваш богомолец Е. Феофан.

Посылаю вам книжку Аввы Исаии.

Письмо 276. Намеревающейся посетить Вышу делается предупреждение о непринимании Святителем никаких посетителей

Милость Божия буди с вами!

Вы N.N. собираетесь на Вышу. Добре! Наша обитель не худа. Матерь Божия да утешит вас за труд посещения Ее обители. Но я боюсь, не обманулись бы вы в некотором ожидании. Скажу прямо, не думаете ли вы меня видеть? Меня видеть никому не полезно. Потому я наотрез всем отказываю, хотя иногда бывает это очень горько. Горько будет и вам отказать. А все-таки я откажу вам.

Пиша это, я никак не стесняю вашего действования. Но одно имею в виду, предупредить вас от допущения ожиданий, которым нельзя исполниться.

Супругу вашему желаю всякого преуспеяния в устроении своих житейских дел, без ущерба однако ж, по крайней мере, существенного для жизни духовной.

Взывайте о всем к Богу с болезнованием сердца, и Той все сотворит.

Благослови Господи всех вас! Спасайтесь.

Ваш богомолец Е. Феофан.

Письмо 277. Наука холодит; как поддержать молитвенное настроение

Милость Божия буди с вами!

Благослови Господи ваше новое занятие должностью и даруй успеха научиться сыну вашему. А что ваше молитвенное настроение не в порядке, об этом очень жалею и не умею, что вам посоветывать.

Научность всякая есть холодило. Не исключается из сего даже и богословская наука, хотя тут предмет, холодя образом трактования предмета, самым предметом может иной раз и невзначай падать на сердце. Научность душевного свойства, а молитва духовного. Потому они не в ладах. А про житейские дела и говорить нечего, особенно у кого по несчастию заботливый нрав.

Не можете ли вы определить, хоть по полчасу утром и вечером, на отрешенное богомыслие и молитву? Силою себя заставлять стоять пред Богом неразвлеченно, хоть не читая молитв, а с одним воплем: «Господи Милостивый, пощади душу мою!» И поклоны хорошо класть. Господь да умудрит вас!

Благослови Господи вас, супругу вашу и деток ваших и все дела ваши.

Ваш усердный доброхот Е. Феофан.

Письмо 278. Благодарение за воздухи. Доброе слово об умершем священнике Хлопоты да не устраняют молитву

Милость Божия буди с вами!

Получил воздухи. Очень хороши. Благодарствую. Одни остались. Но, думаю, поскучать некогда. Если есть нужда и охота присматривать за делами, то конечно не много свободного времени имеете вы в своем распоряжении. Помоги вам Господи все вести как следует. Супруга вашего С.П.Б. утешает или тиранит? Даруй ему Господи терпение. Там ему не обойтись без нужды в терпении.

Да упокоит Господь душу раба Своего, вашего хорошего священника. Это все старого покроя люди. Таковых не мало еще есть. Что-то дадут нынешнего покроя иереи?

Молиться теперь вам конечно труднее. Хлопоты! Но как это обязательно, то всячески надобно так устроиться, чтобы молитва не давала устранять себя из круга дел. Блаженны люди, которые с молитвою засыпают и встают и среди всех дел не расстаются с нею. Живот их сокровен есть со Христом в Боге. Всеусердно молю Господа, да сохранить Он вас всегда в благонастроении Ему угодном. Спасайтесь!

Ваш богомолец Е. Феофан.

Письмо 279. О памятовании Господа при всех житейских хлопотах

Милость Божия буди с вами!

Благодарствую за поздравления. Поздравляю и вас с Новым годом. Да обогатит Господь вас в это лето всяким добром!

Вы жалуетесь на хлопоты, развлекающие и не дающие помнить о Господе. Попробуйте так понять все дела свои по хозяйству и по другим отношениям, как бы они прямо от Самого Господа были вам назначаемы; не вообще только, а частно всякое дело таковым понять. Тогда, приступая к делу и совершая его, можно содержать в мысли и то, что вам следует исполнить его, как было бы приятно Господу. Чрез это при делании мысль будет с Господом. Если в конце, сознав помощь Божию, возблагодарите Господа, то вот и в конце Господь. Если затем, в том же порядке исполните второе – третие и так далее до конца дня; то вот вы весь день с мыслию о Господе. А это ведь и есть то, что требуется, то есть ходить в присутствии Божием. Отсюда будет чувство к Господу, чувство страха, благоговеинства, преданности, благодарения. Чувства и есть молитвы без слов.

Супругу вашему даруй Господи в добром здоровьи потрудиться в возложенном на него деле, и в том, к которому он сам себя чувствует призванным.

Благослови вас Господи!

Ваш богомолец Е. Феофан.

Письмо 280. При посылке назидательной книжки. Желание Святителя написать опровержение бредней Толстого

Милость Божия буди с вами!

Благодарю вас за поздравление и благожелания. Прошу извинить, что запоздал ответом. Хотелось вместе с ответом послать вам и книжку; а на это только на днях открылась возможность. Итак прошу принять. – Тут найдете, если захотите искать, все. Да даст вам Господь время и охоту поискать и найти, и в дело употребить, хоть как видится у вас мало времени.

Супруга вашего благодарю за письмо и особенно за книгу или тетрадь, какую он посылает: разумею бредни суемудрого N… Толстого, врага Божия, сына диавола. Пишет ваш муж, чтобы написать заметки на эту пустейшую из пустых тетрадь. Если найду возможность сказать что-либо, непременно напишу. Переберу всю ее, из строки в строку, на все сделаю заметки, а потом общий вывод – похвалу Толстому. Я не утверждаю, что непременно это сделаю; но желаю сделать. И сделаю, если можно руки приложить.

Благослови вас Господи и с супругом вашим и с детками и все ваше житье-бытье. Спасайтесь!

Ваш богомолец Еп. Феофан.

Письмо 281. Труды Святителя по ознакомление с лжеучением гр. Толстого для изобличения сего Льва, рыкающего на Церковь Божию

Милость Божия буди с вами!

Спешу переслать вам обратно рукопись. Я очень спешил переписать ее. И только ныне кончил. Супруг ваш не писал. Верно ему не до того. Да теперь уже нечего писать. А вот что ему передайте: мою усердную просьбу, чтобы он достал и прислал этого же Т-ого критику, или обследование догматов церкви. Она очень нужна, чтобы добре понять рукопись, только что списанную. Тут видно только, что он ни во что не верит, хуже татарина. Но почему – не видно. Это у него известно в помянутом обследовании или критике догматов. Пожалуйста умолите и вы его достать эту вещь. Или может быть С. достанет. Тогда у меня будут все бредни Т-ого. Приходила к концу переписка, как прислали мне из Москвы евангелие этого Льва, рыкающего на церковь Божию. Тут цитаты берутся из евангелия и что против них пишется свое – есть. Вот списываю и эти бредни. Потом, что-нибудь надо написать.

Благослови вас Господи всяким благословением! Спасайтесь!

Ваш богомолец Е Феофан.

Письмо 282. Продолжаются хлопоты по ознакомлению с сочинениями Толстого для изобличения его нелепых лжеучений

Милость Божия буди с вами!

Получил воздухи и уже употребляю. Благодарствую. Но еще более благодарствую за хлопоты достать писания N.N. Т-ого. Без его критики догматов многое в его статье, – в чем моя вера – голословно, как повторение. И обличать это, не зная оснований, почему он так думает, очень неудобно.

Вот почему крайне нужно иметь под руками его критику догматов Он очень не любит этих догматов, ибо не любит церкви. А почему церковь ему не по сердцу, – не видно. Одно видно, что она против его учения. Но в этом не укор, а хвала, Ибо его ученье самое фантастическое. Мне представляется, что он близок к помешательству. Так у него все нелепо. И я дивлюсь словам вашего супруга, что многие соблазняются. Я думаю написать что-нибудь против, но никак не разберу, кто он по своей системе. Пожалуйста похлопочите достать означенную критику и последнее: что нам делать.

Супругу вашему полные благожелания. Да благословит Господь его путешествие! Прошу его и с своей стороны употребить все зависящее от него к достанию сказанных сочинений Т-ого.

Благослови вас Господи! Спасайтесь!

Ваш богомолец Е. Феофан.

Письмо 283. Такие же хлопоты для изобличения прочих новых лжеучителей. Наставление о занятии наукою без повреждения духовного благонастроения

Милость Божия буди с вами!

За ваше доброе расположение благодарствую. Вы поминаете о своих беседах с Г.Б. Я собираю сведения о том, каких мыслей держатся эти наши новшаки. Потому обращаюсь к вам с покорнейшей просьбой сообщить мне все, что у вас удержалось в памяти от вашего разговора, особенно если сохранилось и помните то, на чем они опираются, чтоб отстать от церкви, тогда как то, что они трактуют наисовершеннейшим образом и проповедуется и действуется во св. нашей церкви. Это особенно мне нужно знать. Тогда скорее можно подвесть под них мину и взорвать на воздух их крепость. А теперь идет стрельба издали.

В другой раз, если встретитесь с этим говоруном (он, по Пашкове, первый и лучше его, речистее и умнее), заведите нарочно речь о том же, и все выпытайте, чего ради они отстают от церкви.

В Москве вишь появился какой-то Нечаев с сестрой и держит дурацкие свои собрания. И с ним заведите речь. Выпытайте их пожалуйста и дайте мне знать. Еще надо писать. Но за тем больше и остановка, что наверное неизвестны именно эти пункты.

Пишете, что князь мира подсаливает вам в Москве. Он никого не оставляешь из нелюбых. Никто не может пожаловаться, что забыт им в сем отношении.

Ваши ученые занятия, говорите, и отвлекают от молитвы и охлаждают ее. Это в порядке вещей. Все душевные занятия такого рода и предприятия деловые всех родов, и научная кропотня, и художнические работы – все такого же свойства. А о тех, кои еще ниже, о них и говорить нечего. Есть один способ избегать сего, это заниматься всем от лица Божия, по началам открытых Им истин, не позволяя себе никаких наведений, противных им, а напротив, все обращая в подтверждение их. Попробуйте приходить в свою «Лабораторию» с мыслию о Боге, что идете дело рук Его рассмотреть подробнее, чтобы, увидев дело, прославить премудрость Его. В этом настроении будьте во все время занятий. Может быть в таком случае, думаю, не так много охладится душа.

Благослови вас Господи всяким благословением и супругу вашу и всю семью вашу

Ваш богомолец Е. Феофан.

Письмо 284. Попытки Святителя писать в опровержение бредней Толстого, характеристика его лжеучения. Хозяйство и память о Боге

Милость Божия буди с вами!

Поздравляю и вас взаимно с праздниками и с Новым годом. Посылаю вам два экземпляра «Евангельской истории». Одну вам, а другую потрудитесь послать вашему супругу.

Прошу передать ему, что, как обещал ему писать против Т-ого, брался за это несколько раз и бросил и теперь хотя не совсем бросил, но едва ли скоро возьмусь, потому что есть дело на руках иного рода и к иной области относящееся, которое мне очень по душе. Против Т-ого я не силен, потому что он слишком лукав или глуп, в его речах всюду страшная путаница, то одно говорит, то совсем другое об одном и том же. Бесы его учат лукавству. Взялся кто-то разоблачать его плутни, кажется удачно. Это будет N. Т-стой вывороченный на лицо, ибо в писаниях его имеется только его изнанка. Статьи эти против него печатаются в журнале: «Вера и Разум», издаваемом в Харькове. Передайте все это.

Вы погружены в хозяйство. И слава Богу! Некогда скучать. Для дела же Божия всегда можно найти минутку. Хозяйство не грешное дело. Не много осуечат; но, привыкши, можно все исправлять со спокойным духом и с памятью о Господе и о смерти, ибо кто знает, как она подступит.

Благослови вас Господи! Желаю быть вам здоровою и веселою. Супругу вашему желаю среди С.П.Б. жить как в пустыне. Да будет здоров и покоен.

Ваш богомолец Еп. Феофан.

Письмо 285. Какова критика догматов гр. Толстого. Опровержение его в наших журналах. Благословение на удаление от молвы житейской

Милость Божия буди с вами!

Критику догматов N. Т-ого мне прислали наконец. Она есть критика «Догматики пр. Макария» и разбирает догматы, как их изображает этот владыка. Но все же в виду имеется показать несостоятельность учения православной церкви. Из всех статей Т-ого эта самая ничтожная. Он бежит по Догматике, как вагоны по чугунке, и заметки его самые беглые и неверные от быстроты полета. Я даже заподозрил, что он нарочно наболтал пустяков, чтобы только отделаться от настояний, с какими нападала на него особа, доставившая мне эту статью.

Я собирался было написать против, и не собрался. Вон начали его тузить, в «Православном Обозрении» и в журнале «Вера и Разум», и в Киевском Философском Трехмесячнике. Однако же в наше время неверия и распущенности умственной и нравственной статьи его, при всей несостоятельности, могут иметь пагубные последствия, особенно для учащейся молодежи. Что говорите вы о своем внутреннем, поверяйте все то Господу. Он близ есть и всем хощет спастися и никому не отказывает в помощи Своей.

Вы находите лучшим удалиться от среды молвы житейския. Бог благословит! Есть крепкие души, которые и дела свои житейские добре ведут и в том, что ко спасению потребно, не отстают от других. Но это не для всех. Господь да умудрит вас в устроении своей жизни.

Благослови вас Господи и все семейство ваше и все житейские дела ваши.

Ваш богомолец Е. Феофан.

Письмо 286. О посылаемой «Невидимой брани» и о своем здоровье

Милость Божия буди с вами!

Да не снимается с вас никогда внимательный Покров Божий!

Посылаю вам «Невидимую брань». Хоть это заглавие пахнет монашеством; но вы встретите здесь все почти так представленным, что от советов сих никому отказываться не следует. Желаю вам назидания от духа Афонской св. горы, движущегося в книге сей.

Желаю вам всего хорошего и в здоровье и в довольстве всем.

Здоровье мое исправно; а глаз последний хиреет заметно.

Спасайтесь! Благослови вас Господи!

Ваш богомолец Е. Феофан.

Письмо 287. Одобрение опытов религиозного писательства адресатки и поощрение к составлению молитв на разные случаи. Как совмещать необходимые житейские заботы с Евангельскою беспопечительностью. Наставление о воздействии на неверующего сына

Милость Божия буди с вами!

Получил ваши книжки. Благодарствую. Они очень хороши. Се – дар Божий! Не оставляйте его без употребления. Не придет ли вам охота составлять молитвы на всякую житейскую потребу и на всякую духовную потребность? Если придет, потрудитесь. Это будет великое благодеяние для благочестивых.

Пишете, что вас тяготит забота житейская до того, что и молиться не дает. Это вражье наважденье. Как нам нужны: кров, одежда, пища и др. вещи, то нужно и добывать их; нужно потому и думать об этом и стараться. И в этом ничего нет грешного. Так Бог благоволил устроить нашу жизнь. Но к этому безгрешному враг, подкравшись, прививает грешное, это непрестанную заботу, которою и голову тяготит и сердце гложет. Против этой болезни направлены все наставления Спасителя о непопечении: не пецытеся на утрей: утренний бо собою печется и т.д. (Мф.6:34). Не то сие значит, чтоб ничего не делать, а то, чтоб, все делая, не томились излишнею заботою, которая ничего не придает, а только томит. Многозаботливость грешна тем, что все хочет сама устроить и добыть без Бога, – тем, что после того научает опираться надеждою на добытое и на прочие способы свои исключительно без Божия промышления, а чрез то и другое настраивает житейския блага почитать главною целию и настоящую жизнь конечною, не простирая помышлений о будущей жизни. Видите, какой дух богоборный движется в этой многозаботливости! Возьмите же из сего побуждение к тому, чтоб бороться с сим злом, как вы боролись бы, если б враг подошедши внушал вам душегубство. Если не станете бороться, забота совсем вас съест, а станете бороться, она отойдет как и всякая другая немочь душевная, когда с нею борются.

Как бороться? Начинайте и научитесь. Начните прежде всего молитву очищать от сей заботы, а потом очистите и все дела свои, так что и дела будут у вас идти своим чередом, и заботы притом не будет.

Как молитву очищать от заботы? Как только придет забота во время молитвы, гоните ее; опять придет, опять гоните. И так всегда. Никогда не держите заботы при молитве, как только сознаете, что она пришла. В этом борьба! И увидите плод. Еще пред молитвою положите не поддаваться заботе, если придет во время молитвы, и оградите сим, утвердите такое намерение разными помышлениями. Увидите плод, только рук не опускайте, а боритесь!

Больше ничего не скажу, да и не нужно. Дело потом всему научит. Однако ж, если угодно вам будет потолковать – потолкуем. Другая у вас забота – сын. Что делать? Сатана все полчища свои напустил на Россию, потому что одна только она и есть держава содержащая истину. И вот видим, какие шибкие имеет он среди нас успехи. Видим, и как действовать против сего, не знаем, и взяться за сие дело не умеем и даже охоты не чувствуем. Головка – горькая. В этом однако ж для вас нет утешения! Хоть наряду с другими гибнет сын, а все же нельзя матери не болеть о нем. – Болите и молитесь! Вот все, что могу вам сказать. Можно бы рассуждать с ним. Попробуйте. Только наедине, чтоб никого не было и прямо к сердцу его обратитесь. Затем попытайте, какие основания он имеет к неверию? И тут же потихоньку разрушайте сии основания. – Выпытывайте одно за другим и все раззоряйте. У них ничего нет солидно – твердого, а так ветер навеял, и держится дух такой, (лукавый)! Когда по разорении непрочных оснований неверия останется он не причем, тогда и свои основания предложите, а дотоле не выставляйте их, а только его разоряйте. И все молитесь. Бог поможет и просветится душа его. Он прятал иконку, чтоб не видели. В этом нет укорного. Скажите ему, что и все может прятать, т.е. и Богу молиться и в церковь ходить, пряча сие от других. А когда не удастся, пусть все внутренне делает, пусть в душе к Богу обращается и молится. И это настоящее будет Богу угодное дело. И веру пусть блюдет. Пусть каждое утро и вечер символ веры просматривает, восставляя в сердце все догматы св. веры нашей. Впрочем ваше, любящее сына и верующее искренно, сердце лучше меня научит вас всему.

Благослови вас Господи! Спасайтесь!

Ваш богомолец Е. Феофан.

Письмо 288. Новое одобрение составленных акафистов и поощрение к составление молитв с указанием про граммы. Совет относительно неверующего сына

Милость Божия буди с вами!

Получил ваши книжки. Приношу благодарность. Я мимоходом помянул о писании молитв. И если у вас душа лежит больше к акафистам, то и трудитесь над ними. Однако ж попробуйте слагать и молитвы. Тут больше свободы духу. Определенная форма внешняя не стесняет. Вы спрашиваете: какие молитвы? По поводу всех разнообразных обстоятельствах жизни: и духовной и семейной и гражданской. Дитя родилось, дитя заболело, умерло. Дитя хорошие подает надежды. Вдова, над могилою мужа, – одна или с детьми, после него оставленными. Молитва бедного. Молитва обиженного, теснимого и не находящего исхода. Молитва приходящего в сокрушение после нехорошей жизни. Решающегося работать Господу искушаемого внутри. Врагами невидимыми тревожимого, и подобные. Входите в чувства таких лиц, и сердце скажет вам, что воззвать к Богу!

Вот вам первое, о сыне своем. Супруг ваш возвращается. Добре! Поклон ему. Благослови Господи его с вами мирное пребывание вдали от С.П.Б. суетни.

О сыне же молитесь! Ангела своего просите, чтобы он ангела сына вашего расположил удерживать (на пути веры спасительной). А то и прямое есть влияние души на душу. Только с болезнию сердца молитесь.

Благослови вас Господи!

Ваш доброхот Е. Феофан.

Письмо 289. Святитель предлагает ознаменовать 900-летний юбилей крещения Руси новым переводом богослужебных книг и указывает неотложную в сем нужду и ожидаемую пользу. Отзыв на добрые вести о сыне

Милость Божия буди с вами!

Нужда была и есть сказать одно слово по случаю предполагаемого юбилея (900-летия крещения Руси) в следующем году, или не его самого, а того, что готовят для ознаменования его. Такой большой юбилей, и что же в ознаменование его готовится? Жизнь св. Владимира и акафист ему с картинками. И то и другое хорошо: только не соответствует великости торжества. Тут надо что-нибудь на всю церковную жизнь влияющее сделать. И есть вещь такого именно свойства, вещь крайне нужная. Разумею – новый, упрощенный уясненный перевод церковных богослужебных книг. Наши богослужебные песнопения все назидательны, глубокомысленны и возвышенны. В них вся наука богословская и все нравоучение христианское и все утешения и все устрашения. Внимающий им может обойтись без всяких других учительных христианских книг. А между тем большая часть из сих песнопений непонятны совсем. А это лишает наши церковные книги плода, который они могли бы производить и не дает им послужить тем целям, для коих они назначены и имеются. Вследствие чего новый перевод книг богослужебных неотложно необходим. Ныне, завтра, надо же к нему приступить, если не хотим нести укора за эту неисправность и быть причиною вреда, который от сего происходит. Одна из причин, склонивших православных к штунде, есть именно непонятность церковных песнопений. Немчура – пастор, заведший штунду, выбрал несколько песнопений и спрашивает православных будто из любопытства, что говорят сии песни? Те отозвались непониманием. Он сказал: сходите, спросите у священника; но и священник не мог указать смысла. Это очень поколебало православных. И тот немчура потом легко уже сбил их с толку. Подобное же нечто рассказывает некто из своих разговоров с молоканами, которые говорили: «что мы там будем делать в вашей церкви? Дьячек бормочет, ничего не разберешь; да хоть бы и разобрали, ничего не поймешь». И вы видите, что ни у молокан, ни у штундистов ни одной церковной песни нет, а все новые, часто с пустым содержанием. От чего? От того, что понятны.

Так вот было бы достойное ознаменование юбилея, если б решили к тому времени положить начало новому переводу богослужебных книг. Положат пусть, теперь же положат перевесть все книги заново; а к юбилею приготовят одну какую книгу, например – Осмигласник – Октоих. Перевесть не на русский, а на славянский язык. Опыты уже деланы были. В «Душеполезном Чтении», несколько служб, так переведенных, уже напечатано. И благоговейно и понятно. Так пусть и всю книгу какую-либо переведут.

Передайте пожалуйста эти мысли N.N. и убедите его. Нет, что убеждать. Умолите непременно сейчас же начать хлопоты, испросить разрешение у Св. Синода устроить перевод и отпечатать его.

Вот было бы с его стороны ознаменование и своего заведывания типографиею. А жизнь св. Владимира с акафистом пошла бы, как десерт и конфеты, трапеза же праздничная была бы книга.

Сопровождаю свою речь желанием, чтобы вам удалось расположить к сделанию этого дела вашего знакомого. Помози вам в сем Господи.

То, что вы писали о сыне, очень приятно слышать. Авось, Бог даст, молодежь наша воротится на должный путь, и вольница между ними, теперь преобладающая, сделается редким исключением. Передайте поклон и полные благожелания супругу вашему. Благослови Господи и благоустрой дела его всякие. Всех вам благ от Господа желаю! Спасайтесь!

Ваш доброхот Еп. Феофан.

Письмо 290. По делу о переводе богослужебных книг

Милость Божия буди с вами!

Приношу благодарность за поздравления и благожелания, а паче за изящнейшие воздухи. Спаси Господи!

Дело о переводе богослужебных книг (речь), пронеслось с В. до С., а оттуда до М-вы, и рассеялось в воздухе. Верно не время! Придет когда-нибудь.

Родственник ваш N.N. беспокоится о затруднениях выполнить это дело? Зачем беспокоиться? Это все рассудят в Синоде и все рассмотрят и все позаботятся уладить. Богослужебные книги могут быть не только поновляемы переводом, но изменяемы и в содержании. Греки так и делают. В С-де завалены делами и им некогда думать о богослужебных книгах; это надо подсказать им со стороны. А там уже дело пойдет само собою.

Супругу вашему поклон и благословение. Верно он уже воротился. Благослови Господи его домоседство, если оно суждено ему. Благослови Господи вас и все семейство ваше.

Ваш доброхот Е. Феофан.

Письмо 291. Поздравление с семейными радостями. Московская жизнь. Разъяснение о сладостных чувствованиях при молитве. Телесный труд. Жизнь деятельная и созерцательная. Пища. Сон. Роскошная обстановка. Очищение душевно-телесности от страстей. Расслабление после молитвы недолжное. Отзыв о сообщаемом чуде

Милость Божия буди с вами!

Поздравляю вас с семейными вашими радостями и желаю чтоб они и еще, и еще повторялись поскорее, чтоб поскорее достигнуть вам и желаемого успокоения от житейских хлопот. Впереди Москва, страшащая вас своими беспорядочными порядками. Но молитесь Господу, Он устроит все так, что эти беспорядки меньше будут вас обеспорядочивать. Сами же на подобного рода случайности не напрашивайтесь, и которые сами навяжутся, перебывайте их с терпением, храня внимание к Господу и блюдя сердце от приложения к чему либо; и все необходимое делайте более телом, чем душою.

Что касается до внутреннего вашего состояния, то я не вижу в нем ничего не должного. Что тут есть сладость и теплота, и желание от всего устраниться, и боязнь за могущее прервать такое состояние, все сие в порядке вещей. Боитесь впасть в духовное сластолюбие? Как оно сюда попадет?! Ведь не для сласти творится молитва, а для того, что долг есть служить сим образом Богу; сласть же необходимая принадлежность истинного служения. К тому же, в молитве – главное умом в сердце предстояние Богу с благоговеинством и страхом, отрезвляющим и прогоняющим всякую блажь и насаждающим в сердце болезнование пред Богом Эти чувства: страх Божий и болезнование, или сердце сокрушенно и смиренно, суть главные черты настоящей внутренней молитвы и проба всякой молитвы, по коим надо судить, должным ли порядком идет наша молитва, или не должным. Когда они есть – молитва в порядке. Когда их нет, – не в порядке, и надобно вставлять ее в свой чин. С отсутствием их сласть и теплота могут породить самомнение, а это гордыня духовная, и се будет прелесть пагубная. Тогда сласть и теплота отойдут; останется одна память о них, а душа все же будет думать, что имеет их. – Сего бойтесь, и больше возгревайте страх Божий, смирение и болезненное к Богу припадение, ходя всегда в присутствии Божием. Се – главное!

Правило молитвенное возьмите сами, какое хотите: для утра, для вечера, иной раз и для дня. Положите его все в поклонах, со своеличною молитвою, т.е. своими словами простыми излагайте пред Богом нужды сердца вашего. И числа поклонов лучше не определять, и времени. Молитесь, кладя поклоны, пока сердце требует, и не перечьте ему; ибо враг будет подходить, толкуя: будет, уже много молился.

Труд телесный смиряет, промежутки наполняет, а мыслям бродить не дает. Заменить его поклонами хорошо; – это лучший труд. Но всегда ли это можно? Египетские старцы с утра до вечера за работою сиживали, в молитве умной и богомыслии. Правило молитвенное справляли ночью. А св. Исаак Сирианин не благоволит к труду: отклоняет, говорит, от Бога. Это правда, когда мудреный труд, а простенький – ничего.

Деятельная и созерцательная жизнь так идут: устанавливаются в делах и деланиях, и вырабатывают в себе созерцание. Но деятельность и после сего не прекращается, только уступает первенство созерцанию. В вашем положении, кажется, то и другое. И пусть идет. Когда устроите детей, тогда дадите полную волю созерцанию. Созерцание выше: ибо оно есть предначатие будущего блаженства, а мы и живем здесь для того, чтобы приготовиться к будущей жизни. Боитесь, что, усилясь, оно заставит вас порвать с миром? Жалеть нечего, если и случится так. Но пока дети на руках, они вам не позволят сего; а когда они пристроены будут, кто вас заставит возиться с миром и мирскими отношениями? Разве потеряете то, что имеете? Да избавит вас Господь от сего! Берегитесь, остерегайтесь и болезненно к Господу припадайте, моля Его спасти вас, имиже весть судьбами. Осуждение точно есть трудно отвыкаемая привычка. Сознавши вину, всякой раз себя осуждайте и кайтесь пред Господом; о грешащих же жалеть навыкайте и Богу о них молиться; Бог даст и привыкните не осуждать.

Много спите и много кушаете. Да как мерять это много? Не часами и весом, а так: чтоб пища не обременяла и сон не расслаблял. Да пристрастия к ним не иметь, да не угождать плоти, а нужды ее удовлетворять. Плоть – сию рабу, чем-нибудь да надо бить, хоть понемногу, а все бить.

Что у вас роскошная обстановка? Что делать? Уже такие житейские порядки. И пусть. – Сердца только не прилагайте; постарайтесь так его расположить, что если бы Богу угодно было все отобрать, то вы спокойно согласитесь ходить в зипуне и лаптях и жить в убогой хижине. Вот и будете отшельник среди роскоши и богатства. Апостол для христиан написал, чтобы требующие мира жили как не требующие. Телом в мире, а духом в Боге.

Коли вы знаете, что есть духовное, то все другое: или душевно, или телесно. Есть естественная душевность и телесность, и есть не естественная. Последняя вся выражается в страстях. Погашая и искореняя страсти, будете очищать душевно – телесность и возвращать ее в естественный чин. Она тогда одухотворится. Все сие строит Божия благодать, при усилиях и наших. Главное: себя не жалеть. И пойдет все, понемногу, переочищаться. То, что у вас действие внутренней молитвы оставляет расслабление в теле, я отношу к тому, чему не следует быть. Потрудитесь во время сие, как и всегда, отрезвлять свое сердце страхом Божиим, смирением и сокрушением. Может быть это и прекратится. И вместе Господа молите, чтоб Сам прекратил. В Сибири был старец Зосима, который в обморок падал и конвульсиям подвергался. А молитва его была настоящая. Это, думаю, от того, что сначала он не поостерегся.

Очень утешительно слышать о помощи Божией, являемой и ныне. Это на вразумление суемудрых. Чудо тут духовное: вложена мысль – выдернуть зубы, а далее – пресечение болезни уже само собою пошло.

Благослови вас Господи! Молите Бога о мне грешном – суемудреннике и пустослове.

Ваш доброхот Еп. Феофан.

Письмо 292. Об акафистах

Милость Божия буди с вами!

Вы меня поздравляли с светлым Христовым Воскресением; а мне приходится поздравить вас с преславным Вознесением Господа! И поздравляю, прилагая желание, да будут ваши ум и сердце всегда вознесены к Престолу Бога Живаго! Вы и пребываете в таком состоянии, как заключаю по вашему занятию составлением акафистов. – Благослови Господи труд ваш! Вы правду говорите, что в акафисте должна последовательно светиться вся жизнь славимого святого, равно как и в каноне ему. Но мне всегда приходит на ум, что форму или образ акафистов следовало бы разнообразить. Инде радуйся, инде хвала тебе, инде хвалим тя, или молимся, прямо молитву и подобное. И на каждое воззвание или целый икос и кондак отрядить, или в каждом икосе и кондаке повторять их подряд, чтоб весь акафист преобразовать в хвалебную и молебную песнь восхваляемому. Сколько у нас новых акафистов, а молитв новых невидно. С благодарностью принимаю обещание ваше прислать мне экземпляр вновь составленного вами акафиста св. благоверному князю Владимирскому Георгию. Буду ждать.

Супруг ваш вероятно теперь дома. Поклон ему и благожелания. Обоих вас поздравляю с окончанием учения в артиллерийском училище сыном вашим. Помоги ему, Господи, сохраниться здоровым и непорочным, – да воинствует добре во славу Божию. Благослови вас Господи! Спасайтесь!

Ваш доброхот Еп. Феофан.

Письмо 293. Наставление о возгревании молитвенных чувств

Милость Божия буди с вами!

Виноват, запоздал ответом. И пришлось поздравлять вас не с светлыми праздниками, а с постом.

Даруй вам Господи сообразоваться с уставом св. Церкви, не в пище только и питии, но и в душевном устроении.

Напоминаете об охлаждении духовном в деле молитвы. Это большой ущерб. Потрудитесь встрепенуться. Хозяйственные дела могут извинять только не долгое стояние на молитве, а оскудение внутренней молитвы извинять не могут. Господу немногое угодно, но хоть немногое, но от сердца. Вознестись умом к Нему и с сокрушением сказать: «Господи помилуй! Господи благослови! Господи помоги!» – есть молитвенный вопль. А если возродится и будет в сердце чувство к Богу, то это будет непрестанная молитва без слов и без стояния на молитве.

У вас, конечно, есть книга: «О трезвении и молитве». Сборник. Возьмитесь прочитывать ее понемногу. Молитва будет приходить в движение.

В молитвенное свое правило вставляйте краткие молитовки св. Златоуста: Господи, не лиши мене небесных Твоих благ! и проч.

Можете какую либо из положенных молитв пропустить, а эти проговорить по 3, 5 и 10 раз. Как душа лежит.

Можно ими иной раз и все правило заместить. Хорошо и днем прочитывать их между делом. Обдумать их надо и прочувствовать. И тогда они будут, как рычаг.

Посылаю вам 3-й т. «Добротолюбия». И тут найдете что прочитать для согреяния молитвы. Благослови вас Господи! Мужу и деткам вашим Божие благословение.

Ваш доброхот Еп. Феофан.

Письмо 294. Благословение искательнице акафистов. Отзыв на известие о больных глазах и о неурожае

Милость Божия буди с вами!

Искреннюю приношу вам благодарность за акафист, хорошо и с теплым чувством составленный. Божие за то да пребудет на вас благословение!

Посылаю вам 4 т. Добротолюбия. Поимейте терпение принять его и просмотреть, если будет охота. Еще будет 5-й и потом покой.

Очень жалею о катарактах супруга вашего. Товарищ мне по этой части. У меня правый глаз давно не служит. Левый начал только хромать.

Но есть два сорта катарактов: один не допускает операцию, а другой допускает. У меня первый, и мне – впереди слепота. От души желаю, чтобы у супруга вашего был второй. Операция же ныне, как она ни мудрена, делается без ощущения пациентом боли.

Неурожай – Божие дело. Ныне нет, завтра будет. Даруй вам Господи сие! Господь да утешит вас, как ведает. С постом поздравляю. Помоги Господи вам и супругу провести его душеспасительно по силам. Благослови вас Господи!

Ваш доброхот Е. Феофан.

Письмо 295. О посылаемом 5 томе Добротолюбия

Милость Божия буди с вами!

Посылаю вам 5-й том Добротолюбия. Если потрудитесь прочитать, увидите не только то, что бывает на последних степенях христианского строгого жития, но и то, как того достигнуть. Тут есть изображения всего пути к Богу, написанные лицами и ранга высокого и жизни отрешенной и совершенной. Что из сего к вам при житейских порядках приложимо, сами увидите.

Только не думайте, что ничего нет приложимого. Ибо цель у всех христиан одна – быть в живом единении с Богом. И все такие единое составляют тело и вне сего тела нет людей живых духом. И всем один труд сей: победить страсти и стать чистыми, житейски ли кто живет, или удалившись от житейских порядков.

Благослови Господи вас и супруга вашего и деток и все дела ваши. Спасайтесь!

Ваш доброхот Е. Феофан.

Письмо 296. Хлопоты по хозяйству не мешают благоугождать Богу. Руководство для расположения к молитве сына. Напоминание о своем затворе собирающемуся на Вышу, и о его глазной болезни

Милость Божия буди с вами!

Жалуетесь на хлопоты по хозяйству, что мешают внутреннему благонастроению. Вы, может быть, слишком строго смотрите на сии хлопоты. На вас лежит все хозяйство. Как хозяйство дело необходимое в семейной жизни, жизнь же сия Богом учреждена; то все труды по сему делу Богом благословенные труды. Богу неугодно только совершенное погрязновение в сих трудах без нужды и по пристрастию к любоиманию, – также забвение Бога и надежда только на свои труды, без чувства нужды в помощи Божией. Потрудиться можно по хозяйству, помня Бога, помощи от Него чая и прося тут же при трудах и неся труды, как долг Им положенный. Я думаю, что, так действуя, можно и при хлопотах благоугождать Богу.

Вы говорите, что сын мало молится, т.е. мало и редко стоит на молитве и читает молитвы? Может быть это неудобно по службе. Скажите ему, что можно молиться не стоячи на молитве, а внутри, в сердце обращаясь к Богу, как к отцу, хранителю, помощнику и всестороннему попечителю, и то просить, то благодарить. Это же можно делать на всяком месте и во всякое время, и наедине и в сообществе. Да слышит, что говорит Господь: «сыне, даждь Ми сердце!» И пусть отдаст. Да хранит его Господь!

Говорите, что супруг ваш хочет побывать на Выше. Не забыл ли он, что я продолжаю никого не принимать. И имею на то сильные резоны – не внутренние, а внешние и в пользу не свою, а других. Ослабленис зрения у супруга вашего, не от читания и писания, а от его лаборатории. Просите его, чтоб бросил, а то и приказ давайте.

Снять катаракт. Не снимают, а совсем вынимают хрусталик. Боли бояться нечего. Ныне нашли какой-то кокаин, который заглушает чувство, и оперируемый не чувствует совсем боли.

Благослови вас Господи всяким благословением! Спасайтесь!

Ваш доброхот Е. Феофан.

Письмо 297. О своей перенесенной болезни и о болезни глаз – своих и адресата. Оставлять ли службу. О ежедневном чтении Писания

Милость Божия буди с вами!

Вы небось бранили меня за долгое неотвечание. Исповедуюсь, что часто бываю я в этом деле большим грешником; но в настоящем случае не грешен. Ваше письмо от 15 ноября дошло до Выши к 20; а в конце того месяца, недели за 4 до праздника, я простудился сильно. Ответить вам тотчас помешала простуда. И вот 7 неделя доходит, как я хвораю. Простуда скоро преодолена; но в самом начале поражен был желудок и совсем отказался от своей службы: ни аппетита, ни вкуса. В начале дня три-четыре было отвращение от всякой пищи, потом заставили меня садиться за стол и хоть чрез силу что-нибудь съедать. Так длилось недели три и слабость была такая, что я говорил шепотом. Взялся доктор за дело и вступил в борьбу с желудком. При всем том, однако ж, только дня три-четыре, как показался позыв на пищу. И я стал на дорогу поправления здоровьем и крепну. Вскрикивали вы когда-нибудь: «слава Тебе, Господи! Есть захотелось!» А я вскрикнул.

Но и вы имеете свою тяготу – закрытие зрения. Мы товарищи по этой части. У меня правый глаз уж не служит; а у вас левый близок к тому. Мой левый еще работает, хоть и прихрамывает немного, а у вас правый остается верным вам. Собственно у нас не боль зрения, а вражеское нападение на зрение. Кто-то понемножку засаривает хрусталики и пресекает дорогу лучам, и способ зрения отнимает.

Я показывал глаза д-ру в Москве; а он милостиво решил, что у меня такой катаракт, который не допускает операции. Милостиво потому, что я пред операциею трушу крепко. Но ныне слышу, что нашли способ уничтожать чувствительность в оперируемых частях и резать не боясь. Вы бы спросили у д-ра, возможна ли для ваших глаз операция? Это он может сказать раньше созрения катаракта. Будете иметь уверенность, чего ожидать впереди, и соответственно с тем, распоряжаться собою.

Распоряжаться, разумею, оставить или не оставить службы. По ходу дела, ваша служба неисканная и непрошенная. Так само собою пришлось взять ее предложенную. Смысл сего тот, что службу вашу Бог возложил на вас. А следует из сего, что вам отказываться от нее нельзя. Если нельзя делать операции глазам вашим, потеря зрения будет Божие разрешение отказаться от службы; а если можно, то извольте узреть в сем Божие повеление продолжать службу. Вы, как будто, загадываете принять операцию зараз для обоих глаз. Но можно и раздельно. Когда созреет катаракт левого глаза примите операцию, и можете продолжать службу почти без перерыва; даже остаться с одним этим глазом, не оперируя правого. Я думаю, что ваш катаракт от ваших лабораторий, и что если вы бросите их, зрение не так скоро будет тускнуть и не потускнет.

Поздравляю со «Станиславом и со звездою», и с обещанием пенсии. За пресечение чтений из святого Писания вам следует епитимию. Но ее можно отложить, принимая во внимание ваше желание исправиться. Ведь не нужно много читать. Довольно (для вас) прочитывать то, что положено в св. Церкви, т.е. Евангелие и Апостол на каждый день. Чтение этого возьмет не более пяти минут. Столько же возьмет, если пожелаете обдумать что-либо из прочитанного или заучить какой текст. В синодальных лавках продается Новый Завет, с указанием чтений на каждый день. Есть маленького формата. Достаньте. Желаю вам всего хорошего.

Благослови вас Господи всяким благословением. Спасайтесь!

Ваш доброхот Еп. Феофан. 1891 г.

Письмо 298. О посылаемых новых книгах и о здоровье – своем и мужа адресатки

Милость Божия буди с вами!

Виноват я пред вами, что так долго не писал. Прошу извинить и простить. Между тем отпечатано несколько книжек не новых, но в новом виде. Прежние «Письма о христианской жизни» в 4-х выпусках, теперь превратились в три книжки: 1) «Начертание христианского нравоучения», 2) «Собственно письма с прибавлением», 3) «Сборник отеческих наставлений». А еще две: Душа и ангел не тело, а дух и Митерикон – прятались в журналах. Теперь извлечены и будут гулять по свету.

Посылаю их к вам и прошу принять. Если придет охота читать, начинайте с последней – «Митерикон», это собрание наставлений монахиням и отчасти изреченных свв. старцами. Затем обратите внимание на Душа и ангел не тело. Это (духовный) револьвер – игрушечка. Что ни страница, то выстрел. Можете поупражняться в стрелянии и навыкнуть стрелять.

Как ваше здоровье и как дела? – Супруг ваш, кажется, загадывал воротиться в деревню и тут засесть за подходящие занятия. Исполнил ли? Если да, благослови Господи его пребывание с вами. Вдвоем успешнее и легче будет управляться и с житейскими и с духовными делами. Помоги вам Господи! Мое здоровье – нешто. Головокружения часто беспокоят. Глаз же все еще служит, хоть очевидны его замыслы отказаться от своей должности. Придется покориться его воле.

Супруг ваш загадывал об операции. Делана ли? И удачно ли? У нас одна с ним напасть – катаракт. Но у меня такой, который не допускает операции. А у N.N. какой? Если допускающий, но неиспытанный еще, желаю подвергнуть его этому и при этом с полным успехом. Благослови вас Господи всяким благословением! Спасайтесь!

Ваш доброхот Е. Феофан.

Письмо 299. Об акафисте св. Игнатию Богоносцу и рукодельной работе для церкви на Выше

Милость Божия буди с вами!

Спешу сказать вам потребное, по поводу предпринимаемого вами труда составления акафиста священномученику Игнатию Богоносцу. О том, что имя Господа Иисуса оказалось написанным в сердце сего святителя, древнейшие сказания не упоминают. Св. Димитрий Ростовский не вставил сказания о сем в тексте жизнеописания св. Игнатия; но в конце его особым шрифтом присовокупил: нецыи повествуют, и проч. Так обыкновенно он поступает, когда достоверность каких-либо сказаний сознается им не вполне обоснованною. И в церковной службе св. Игнатия не поминается о сем. Потому, как ни желательно, чтоб было так, не упоминание о сем в акафисте не будет грехом. Взамен того умудритесь раза два-три вставить выражение, что у него в сердце обитал Христос, что он ощущал Его сущим в себе и носил Его в сердце. Для обогащения ума мыслями, кроме жития св. Игнатия в Четь-Минее, прочитайте церковную ему службу в Минее месячной и, если найдете, послания его. Они были изданы отдельно давно уже.

Итак благослови Господи потрудиться в сем деле. Помоги вам Господи благодушно провести предлежащую зиму в одиночестве спасительном. Однако же вы очень не воздержны. Мало разве труда составить акафист? Нет, вот еще подай труд. Не хочу быть безжалостным. Но если бы и оказался таким, не нахожу что указать вам сработать для моей церковки, как ни восхищаюсь вашею работою: и по законченности отделки и по изяществу ее. Да и довольно для меня вашей работы: трое воздухов прекрасных. К тому же совсем нет других вещей около престола и жертвенника и вообще при служении, к которым бы шла вышивательная работа. Разве вот что! На престоле у меня лежит крест со свв. мощами, под ним малая пелена, которая уже потерлась. Так прошу сработать и вышивкою украсить такую пелену: величина пол-аршина квадрат, с подкладкою и позументиками или бахромкою. Но вместе жалею, что отягощаю вас.

Благослови вас Господи! Супругу вашему поклон и Божие благословение. Помоги ему Господи без вреда протянуть зиму в душном С.П.Б. Спасайтесь!

Ваш доброхот Еп. Феофан.

Письмо 300. Поздравление с праздником. Об оконченном акафисте св. Игнатию Богоносцу. Труды по благотворению. Матери – причастницы мученичества

Милость Божия буди с вами!

Поздравляю вас с светлым праздником нашим. В начале это была воистину главизна нашего спасения! Теперь зрится все дело домостроительство спасения со всеми обильными и необъятными плодами. Какая голова может вместить все в одном обзоре и не быть пораженною изумлением?!

Поздравляю с окончанием акафиста святому Игнатию Богоносцу. – Цензурных мытарств чего бояться? Ныне у нее двери очень широки. Прежде были очень тесноваты. Впрочем, что идет в церковное употребление, строже рассматривается и кажется в Синод препровождается.

У вас труды по благотворению. Помоги вам Господи. Это самый тяжелый труд и тревожный, хоть всегда сопровождается глубоким утешением. Про какую-то краску говорят, что она так глубоко и цепко входит в окрашиваемое вещество, что остается на веки. Так окрашивает душу благотворительность! В ней больше всего отражается свет богоподобия. Помоги вам Господи!

О сыне горе! Болен. Я всегда твержу матерям заботливым о чадах. Вы причастницы мученического подвига, ждите и венца такого. Да узрит Господь сие горе ваше и да отвратит причину его, даровав сыну вашему крепость и полноту здравия.

Благослови Господи вас всяким благословением и супруга вашего и всех деток и все дела ваши. Спасайтесь!

Ваш доброхот Е. Феофан.


Вам может быть интересно:

1. Письма – Выпуск 2 святитель Феофан Затворник

2. Письма святитель Филарет Московский (Дроздов)

3. Письма святитель Иннокентий (Смирнов) Пензенский

4. Письма к разным лицам – Письмо 8. К кесарийским монахам святитель Василий Великий

5. Письма преподобный Нектарий Оптинский (Тихонов)

6. Письма к духовной дочери святитель Макарий (Невский), митрополит Московский и Коломенский

7. Письма преподобный Антоний Великий

8. Письма о смирении, самоукорении и терпении скорбей преподобный Макарий Оптинский (Иванов)

9. Письма священномученик Серафим (Звездинский), епископ Дмитровский

10. Письма к С.И. Снессоревой святитель Игнатий (Брянчанинов)

Комментарии для сайта Cackle