святитель Филарет Черниговский (Гумилевский)

Отделение III. Уезд Ахтырский

I Округ

ГОРОД АХТЫРКА

В 106 верстах от Харькова, на ровном и частью болотистом месте, при трех озерах и при речках Ахтырке и Гусинице.

Татарское имя Ахтырки, означающее белый яр, само указывает на то, что на месте казацкой Ахтырки был татарский юрт, иначе притон кочевья татарского со стадами.

Население Ахтырки казаками относят к 1641 г.. На этот год населения указывает записка об Ахтырском монастыре 1724 г. Сочинителю географического словаря известна была грамота царя Алексея 1669 г., в которой сказано было, что город построен в августе 1641 г. под надзором королевского урядника Кульчевского и в нем первым урядником был пан Якубовский. В акте размежевания границ 1647 г. сказано, что Ахтырский город передан Польшей московскому царю вследствие бывшего пред тем договора. По Чугуевской переписке Ахтырка является черкасским новопостроенным городом в 1654 г.

Крепость Ахтырская была с 5 башнями и 2 бастионами, с воротами на запад и север. Остатки валов ее на левой стороне р. Ахтырки и поныне еще видны. Внутри ее стояли два храма – Спасский и Николаевский. Площадь ее была необширна. Но ее окружали, как это было и в других городах черкасов, обширные предместья.

Ахтырка была полковым городом, где полковая канцелярия заведывала по военным и гражданским делам, кроме Ахтырки, местечками Красным Кутом, Богодуховом, Мурафой, Рублевкой, Колонтаевым, Коломаком, Боромлей, Хухрой, впоследствии и Котельвой. Здесь же постоянно было и духовное правление, или протопопия, двор духовный для церковных дел полка.

А ныне в Ахтырке 7 храмов: соборный Покровский, Успенский, Николаевский, Преображенский, Петропавловский, Георгиевский и Михайловский, первые три – каменные, остальные – деревянные.

1. В 40 саженях от нынешнего каменного Покровского храма остается доселе памятник бывшего деревянного Покровского храма. Время построения деревянного храма подлинно неизвестно. Но при продаже ахтырского участка земли 30 сентября 1677 г. свидетелем был «Святопокровский поп Димитрий Романов». Две другие купчие крепости 1702 г. говорят, что ахтырский Покровский священник Димитрий Тимофеевич продал пану Ивану Бо-родаю а) две нивы и клин третьей – все три в одной стороне, б) три нивы пахотного поля, одну – близ Царина, другую недалеко от первой, а третью – у Красной могилы. А по акту 12 сентября 1705 г. известен Покровский священник Андрей, сын протоиерея Назарьева. Таким образом, нет сомнения, что еще в 1677 г. существовал в Ахтырке Покровский храм.

С половины 1739 г. Покровский ахтырский храм прославился. Июля 2 сего года священнику Покровского храма суждено было быть орудием славы явленной иконы Богоматери, называющейся по месту явления Ахтырской. Обстоятельства явления сей чудотворной иконы, с которой соединены судьбы не только древнего и нового Покровского храма, но судьбы многих тысяч лиц всего края, были следующие: священник Покровского храма Василий Данилов, купив новую косу, хотел испытать доброту ее на траве, росшей около храма. Когда начал он здесь косить траву, то увидел в траве сияющую икону «стараго великороссийскаго письма». Пораженный удивлением, он благоговейно перенес сию икону в дом свой. Это было 2 июля 1739 г. Здесь последовало несколько опытов чудесной силы, исходившей от сей иконы; священник перенес икону в Покровский храм. В храме дивные исцеления разных больных текли обильным потоком от св. иконы, и слава ее распространилась в места дальние.

По донесению о сем протоиерея Симеона Садовского (от 24 июля), митрополит Антоний приказал указом из консистории от 30 июля 1743 г. произвести следствие о чудесах св. иконы ректору коллегиума и члену консистории архимандриту Афанасию Тапольскому, ахтырскому игумену Иоанну Дамаскину и протоиерею Садовскому. Следователи от 13 августа донесли консистории, что они осмотрели св. икону и что «гор. Ахтырки бригадир Лесовицкий и полковая старшина во свидетельство письменно показали, что от оной иконы ахтырским и приходящим разных мест обывателям в немощах многия исцеления преподаются». Описание чудес вытребовано было в Святейший Синод.

Императрица Елисавета именным повелением от 26 ноября 1744 г. приказала исследовать дело о явленной иконе. Ректор архимандрит Гедеон Антонский и Белогородский архимандрит Авксентий произвели более подробное следствие. Митрополит Антоний от 18 сентября 1745 г. донес Святейшему Синоду, что чудеса, описанные в книжке, присланной из Синода, оказались действительными событиями. Синод для большего удостоверения в истине поручил черниговскому архиепископу Амвросию вместе с архимандритом Киево-Печерской лавры Тимофеем Щербацким, впоследствии митрополитом, произвести на месте точное исследование. Сии следователи, прибыв в Ахтырку в 1746 г., письменными отношениями к полковым начальствам требовали к себе налицо всех тех, которые по книжке о чудесах значились испытавшими на себе чудесную помощь св. иконы. Все таковые должны были под присягою показывать и показывали о случившихся с ними событиях. Историческая верность чудесных событий оказалась несомненной как по обстоятельствам и свидетелям событий, так и по разнообразию чудесных происшествий. Святейший Синод при экстракте следствий докладывал императрице о всем деле и указом от 22 июня 1751 г. предписал: а) «святую оную икону почитать за чудотворную; б) если впредь происходить будут от сей иконы чудеса, – составлять точное и подробное описание тому, а Его Преосвященство имеет присылать каждый год донесения о том», в) священник Василий Данилов должен быть свободен от всякого надзора судебного, так как важнейшие из описанных им чудес оправдались следствиями.

Благочестивая императрица, радуясь о милости Божией, явившейся над ее империей в ее время, положила в благородной душе воздвигнуть достойный храм на самом месте явления чудотворной Ахтырской иконы Божией Матери. По ее повелению от 25 апреля 1753 г. граф Растрелли сочинил план каменного Покровского храма. И храм явился такой, какой мог только предначертать Растрелли, храм чудный по величию и стройности своей. Святитель Иосаф Горленко совершил закладку храма. Императрица пожертвовала от себя для построения храма 2000 р. серебром и записала это своей рукой в сборной книге, доселе целой. Тогда же последовал высочайший указ ее:

«Уведомились Мы, что собираемые в слободских полках и в городе Ахтырке в церкви Покрова Пресвятыя Богородицы, которую Мы повелели устроить каменную, доходы деньгами, привесами серебреными и всякою церковною утварью, учрежденными при той церкви от Белгородскаго архиерея монахами отбираются на Белгородскую Консисторию, не оставляя ничего на потребу оной церкви. Для того повелеваем: отныне те все доходы от подаяния в ту церковь приходящие употреблять на нынешнее каменное церкви строение – и на церковное украшение, а по совершении церковнаго строения, на починку оной, и на исправление церковных надобностей; и при той церкви построить богадельню для больных и престарелых из тех доходов; для сбору доходов определить из Ахтырских знатных граждан ктиторов церкви».

Храм окончен в 1768 г., длина его 24 сажени, ширина 14 сажень, вышина 30 саженей. Он освящен в 1768 г. Порфирием, епископом белгородским, и назван соборным вместо ахтырского Успенского. В нем три престола: главный во имя Покрова Богоматери, южный в честь Ахтырской иконы Божией Матери, северный во имя праведных Захария и Елисаветы – ангела благочестивой императрицы, которая в своем высочайшем повелении сама изволила наименовать себя храмоздательницей нового Покровского храма.

Одним из чудесных событий, усиливших благочестивое усердие императрицы к построению нового храма и способствовавших к украшению его разными благотворениями, было дивное событие с баронессой Фон-Вейдель и ее детьми. В 1748 г. вдова Елисавета Богдановна, урожденная Пассекова, искренно православная и набожная, по дороге в Петербург сильно занемогла в Ахтырке; озабоченная участью юных детей своих, она усердно молилась в храме пред чудотворной иконой об исцелении ее болезни. Во сне является ей Божия Матерь (это было 2 мая и объявляет, что через 5 дней оставит она эту жизнь, почему должна готовиться к смерти, а имение раздать нищим. Больная напомнила Божией Матери о детях (это были две малолетние дочери), которых она должна оставить в малолетстве и без пропитания; на это был следующий ответ: «О детях твоих не заботься, Я буду для них попечительницей». И повторено приказание раздать имение, дабы совершались молитвы. Больная объявила о виденном своему духовнику и другим лицам и через 5 дней действительно умерла . Вскоре после смерти матери обе малолетние ее дочери неожиданно были потребованы к высочайшему двору и там воспитанные впоследствии выданы были в замужество, одна – за графа Чернышева, а другая – за графа Панина. Эти две графини, до самой смерти своей сохраняя живое, благоговейное воспоминание о чудесном устроении судьбы их, делали важные пожертвования для Покровского храма. Графиня Анна Родионовна Чернышева а) построила вблизи Покровского каменный храм во имя Рождества Христова с жилыми по обеим сторонам комнатами, где она потом нередко проживала по месяцам и хотела провести последние дни свои. В этом храме три картины (дар храмоздательницы) принадлежат кисти знаменитого испанского живописца Мурильо и приобретены были за весьма дорогую цену; б) в соборном Покровском храме дары графини: напрестольное Евангелие м. [п.] 1759 г., обложенное серебряными досками весом 2 пуда 22 ф., в 15 000 р. ассигнациями, и серебряный вызлащенный потир с дискосом, бриллиантовое перо, изумруд, бриллиантовые знаки ордена св. великомученицы Екатерины, высочайше пожалованные графине, орденские звезда и крест, по ее желанию возложены на ризу чудотворной иконы. Графиня Марья Родионовна Панина прислала в дар Евангелие м. [п.] 1759 г. в 5 000 р., весом в 1 пуд и 30 ф., на сем Евангелии надпись: «Сие Евангелие Христа Спасителя прислано в Ахтырскую новопостроенную церковь графинею Мариею Родионовною Паниною в 1771 году, ради ежедневнаго за упокой поминовения о душах в Бозе почивших родителей ея, барона Родиона Кондратьевича Вейделя и супруги его, баронессы Елизаветы Богдановны, урожденной Пассековой, коих тела ею же дочерью их перенесены и положены в сию св. церковь 1770 года мая 18 дня». Серебряный вызлащенный потир с дискосом и звездой пожертвован графом Паниным. На дискосе надпись: «1771 года работы сей потир со всей принадлежащею к нему, на приношение безкровной жертвы, утварью поднесен в дар вкладом в храм пресвятыя Богоматери Ахтырския от графа Панина, известнаго по покорению города Бейдер и по низложению им самозванца Пугачева, по Бозе усопшей супруги его графини Марии Родионовной, рожденной Вейделевой и погребенной в храме сем при гробах родителя и родительницы ея, принесенных попечением ея из отдаленных мест». В 1768 г. граф Сергей Борисович Шереметьев принес в дар храму: а) небольшой золотой крест с мощами 13 святых, украшенный бриллиантами в небольшом киоте, б) копию с чудотворной иконы Ахтырской Божией Матери в серебряной вызлащенной ризе с приделанными по краям оной несколькими ковчежцами, в коих под стеклом вложены частицы мощей разных святых.

Вообще Покровский собор время от времени украшался пожертвованиями боголюбивых чтителей его святыни; на эти пожертвования разновременно устроены в нем следующие достопримечательные принадлежности храма: 1) престол в главном храме обложен со всех четырех сторон и сверху бронзовыми досками и украшен серебряными посреди священными изображениями; 2) риза на чудотворной иконе из чистого золота, украшенная драгоценными камнями, дарами богомольцев; 3) в иконостасе 7 икон покрыты серебряными ризами; 4) каменная колокольня с храмом в честь входа Богоматери во храм и колокол в 250 пудов; 5) каменная ограда вокруг храмов и колокольни, а за оградою два каменных дома, в которых с 1819 г. помещается духовное уездное училище, и деревянный дом для богадельни с 10 кроватями для больных.

Обращаемся еще раз к св. чудотворной иконе. Всех чудес, записанных в ркп. Книге о чудесах св. иконы, значится 324, и последнее из них относится к 1774 г.

В 1766 г. сделано было епархиальным начальством распоряжение о праздновании св. иконе в епархии. Передаем это распоряжение в точном виде:«Указ Ея Императорскаго Величества, Святейшаго Правительствующаго Синода Члена, преосвященнаго Порфирия, епископа Белгородскаго и Обоянскаго из Консистории Изюмскаго Святогорскаго монастыря архимандриту Матфею, да Изюмскому Духовному Правлению. Сего 1766 года Мая 22 дня Его Преосвященство рассуждал о имеющихся в епархии Его Преосвященства чудотворных иконах, явившихся Каплуновской в 1689 году Сентября 11, Ахтырской в 739 году июля 2 числа, при которых многие разные чудотворения происходили и ныне притекающим с верою подаются исцеления; но токмо дабы Матери Божией надлежащее церковное празднование было в которые числа положено по ныне о том не обнародовано. А во всей России празднества, установленные в церквах благоговейно исправляются по причине разных явлений в различные времена, якото Тихвинския иконы, Казанския, Владимирския, Смоленския, Гру-зинския, Донския и прочих. Того ради в сходство того по Ея Императорскаго Величества указу Его Преосвященством определено во дни явлений обоих чудотворных икон отныне в Белгороде и во всей Белгородской епархии во всех церквах церковное празднование первое сентября 11, второе июля 2 числа по надлежащему церковному чиноположению без всякаго упущения всем градским и уездным священником объявить с подпискою, что и учинено. И о том Белгородской епархии в монастыри ко властям, а в городе в Духовныя Правления послать указы. И Изюмскаго Святогорскаго монастыря архимандриту Матфею, да Изюм-скому Духовному Правлению чинить о том по сему Ея Императорскаго Величества указу и о получении в Консисторию рапортовить. Июля 2 1766 года».

В 1844 г. с высочайшего соизволения учрежден крестный ход с чудотворной Ахтырской иконой из Покровского собора в возобновленный Ахтырский монастырь. Торжественный ход в Троицкий монастырь совершается накануне Троицына дня, а обратное шествие св. иконы из монастыря в собор бывает в неделю всех святых.

2. Вторым храмом в Ахтырке ныне считается Успенский, бывший до построения каменного Покровского соборным.

«Лета 7174 (1666) года Августа 29 дня по Государеву Цареву и вел. Князя Алексея Михайловича всея России Самодержца указу окольничий и воевода князь Юрий Никитич Борятинской с товарищами дали выпись Ахтырскаго города соборной церкви протопопу Самуилу Федоровичу с отказных книг». Содержание выписки состоит в том, что ахтырской соборной церкви по указу царя отведено пахотной земли 5 дес. и сенокос возле Гусинца. Таким образом, Успенский храм в Ахтырке существовал еще в 1666 г. и, без сомнения, был современен основанию самого города Ахтырки. Упоминаемый в грамоте протоиерей Самуил Федоров известен еще по актам 1681 и 1685 гг., в последнем упоминается «Ахтырская протопопица вдова Пелагея, Самойловская жена, и сын ее Успенский поп Иван Самойлов», по акту 1700 г. поповский староста . С 1691 г. известен «пречестный в Бозе отец Назарий Яковлевич протопоп Ахтырский». Каменный Успенский храм, которого освящение было в 1738 г., построен ахтырским полковником и бригадиром Алексеем Леонтьевичем Лесовицким. Высокие своды храма, опирающиеся на столбах, придают много величия сему храму. В нем три престола в ряд: главный – в честь Успения Богоматери, южный – в честь Воскресения Христова, северный – в честь Рождества Христова. Под нижними сводами храма есть еще престол во имя Алексея человека Божиего, ангела создателя храма. Живопись главного иконостаса – в греческом вкусе и правильная, дышит жизнью и величием, это работа украинского художника, известного в предании под именем Владимира. По бумагам консистории видно, что живописный мастер и сын живописца, урожденец харьковский, Владимир Дмитриев до 1734 г. жил в Харькове, после того до 1744 г. – в Печерской лавре и в Свенском монастыре, а в 1744 г. во время пребывания императрицы в Киеве вызван был ко двору, где оставался до 1747 г. Затем указом 8 января 1747 г., согласно с высочайшей волей, Синод предписал дать ему по его желанию причетническое место при харьковской Рождественской церкви для его покоя и пропитания, но здесь он пробыл недолго, хотя из Петербурга отпущен он был по слабости зрения, но страсть к живописи не давала ему покоя. В начале 1748 г. он по его желанию уволен был в Брянск «для живописного мастерства», где оставался два года. Ныне Успенский храм хотя и требует возобновления, но, к сожалению, недостаток средств не дозволяет исправить в нем все в надлежащем виде.

3. Ахтырский храм Свят. Николая известен еще с 1665 г. В этом году под одним актом подписался вместо ахтырских черкасов ахтырский Николаевский дьячок. Бумаги ахтырско-го Николаевского храма начинаются с 1722 г. В 1805 г. вместо деревянного построен был каменный храм Св. Николая.

Николаевский храм с первых времен своих пользовался особенным уважением. Так, «вдова панна Иванова Бородая Елена» в духовном завещании своем 1726 г. писала: «Тело мое грешное погребсти у храма Николая Чудотворца, где небожчик муж мой и я были вкладчиками». Около того же времени Стефан Негребецкий, бывший в 1710 г.наказным ахтырским полковником, завещая погребсти тело его у храма Свят. Николая, говорит, что он был здесь «укладчиком». В недавнее время коллежский ассесор Моисей Власов завещал, чтобы проценты с 1050 р. ассигнациями употреблялись на покупку просфор и вина для Николаевской церкви. Павел Иванович Хлебников в 1829 г. пожертвовал Николаевскому храму жемчуга на 1160 р. ассигнациями и перстень с алмазом в 76 р. ассигнациями.

Заметим еще одну особенность древнего Николаевского храма: при нем еще по акту 1675 г. видим школу.

4. Существовавший прежде нынешнего Преображенский ахтырский храм сгорел в 1785 г. По документу 1681 г. уже известен ахтырский «Спасский поп Корнилий Микулаев», а в деле 1683 г. подписался священник Преображения Господнего Михаил Матвеев. Существующий деревянный Преображенский храм построен в 1790 г. особенной заботливостью священника Якова Назаревского. Моисей Феодорович Валюхов (умер в 1836 г.) на возобновление иконостаса пожертвовал 280 р. серебром; он же, находясь при смерти, явил дело любви к Господу тем еще, что завещал 1000 р. ассигнациями, чтобы на проценты были покупаемы просфоры и вино для церкви.

Памятниками древнего храма остаются в нынешнем: а) рукописное Евангелие в кожаном переплете с одной верхней политуркой, на коей вытеснено 17 икон; б) «евангелие, сиречь благовестие богодохновенных Евангелистов, благословением святейших четверопрестольных патриархов тщанием и иждивением братства Ставропигиона, храма Успения Пресвятыя Богородицы, опасно вторицею издадеся, во Львове, в лето от Р. Хр. 1644 г. Мая 25 дня»; в) Октоих «сиречь Осмогласник, елински же Паракли тики, творени я преподобнаго отца Иоанна Дамаскина и прочих богодохновенных Отец, Всесильнаго в Троицы Бога благодатию, благословением четверопрестольных патриарх, тщанием братства при храме Успения Пречи-стыя Богоматери, в типографии их совершенне третицею издадеся во Львове, в лето 1644». Предисловие «с всяким опасным исправлением (издано) от среды (братьев Львова) скудоумна и трудолюбива брата».

Из священников сей церкви более других заслужил благодарную память о. Яков Назаревский. По словам признательных старожилов, ни слабое здоровье, ни довольно преклонные лета, ни стужа суровой зимы не ослабляли его рвения, с каким он ездил отыскивать лучший лес для построения храма; по освящении же церкви он целые 8 лет сряду каждый день совершал литургию, пока предал дух свой Господу. По собственной просьбе его, которой он в 1769 г. просил перевести его к Покровской соборной церкви, видно, что он по окончании полного курса учения в Харьковском коллегиуме два года был учителем пиитики, потом в 1764 г. поступил к Преображенской церкви в виде помощника отцу своему, у которого, кроме того, было два сына и две дочери. Прошение его не исполнено только потому, что ученик богословия Михаил Назаревский, просивший в то же время о том же, еще в 1760 г. лишился отца, бывшего священником при Покровском храме и, однако, продолжал учение. По ведомости 1785 г. видно, что о. Яков Аввакумович владел 48 дес. земли, а Николаевский священник Василий Назарев-ский – 30 дес.; в 1792 г. о. Яков просил Харьковское дворянское собрание признать права его на дворянство, и собрание признало его дворянином – вместе с детьми его. Справедливость требует вспомнить при этом, что потомки о. протоиерея соборного Назария Яковлевича (умер в 1723 г.) Назарьевы и Назаревские долго и с честью служили ахтырским храмам. Сыновья его Григорий Назарьев был протоиереем Никольского храма, Андрей – Покровским священником, Яков – Спасским, внук Стефан Григорьевич – Никольским, другой Василий Яковлевич – также Никольским.

5. В 1827 г. Петропавловским священником, а впоследствии протоиереем, Максимом Ливанским случайно отысканы под престолом два древних антиминса с изображением на них Христа Спасителя в цепях, в ризе и терновом венце, привязанного к колонне посреди двора. Один из них, со св. мощами, выдан в царствование польского короля Владислава 1652 г., а другой, без мощей, 1664 г., оба освящены киевским митрополитом; антиминсы сии, которые тогда же отправлены при рапорте высшему начальству, могли бы служить несомненным доказательством тому, что ахтырский Петровский храм построен не позже 1652 г., если бы на них видна была надпись о назначении их для сего храма. Но, к сожалению, сего-то и не видно; могло быть, что эти антиминсы принесены из-за Днепра первыми поселенцами Ахтырки. На одном из них совершалась литургия в первом Петропавловском храме. В 1725 г. прихожане, испрашивая архипастырского благословения на починку глав Петропавловской церкви, писали, что она построена по благословению «пре-освященнейшаго Мисаила митрополита белогородскаго», следовательно, не раньше 1672 г. По надписи на древнем евангелии, о котором скажем ниже, несомненно существование Петропавловского ахтырского храма в 1661 г. Нынешний храм построен в 1768 г. и возобновлен недавно. Новая деревянная колокольня устроена в 1834 г. старанием майора Кирилла Ротовского, который, сверх того, на приобретение утвари пожертвовал до 250 р. серебром.

6. Храм Победоносца Георгия видим в Ахтырке в XVII ст.; так, по акту 1695 г. известен «Ахтырский Юрьевский поп Иван Афанасьев». Сироты, дети Георгиевского священника, в 1756 г. писали: «В ахтырской св. вмч. Георгия церкви прадедов отец, також прадед и дед наш Иоанн Корж были священниками, и дед наш, завдовев, постригся в иеромонаха в ахтырском монастыре, а на место его произведен во священника отец наш Григорий Линицкий». Следовательно, прежде Ивана Афанасьева Коржа, известного в 1695 г. при Георгиевском храме, были еще два священника, и, следовательно, первый храм основался не позже 1660 г.

Из указа консистории от 21 феврал я 1740 г. видно, что Георгиевская церковь города Ахтырки сгорела 22 декабря 1739 г. по небрежности пономаря, оставившего свечу в храме, и что священник успел спасти из горевшего храма только евангелие, служебник и одни ризы. Нынешний Георгиевский храм построен в 1795 г.

Место, где стоит храм Архангела Михаила, поныне народ называет Гусинкой, а храм его – церковью, что на Гусинце; так называется местность по р. Гусинике. В древности здесь была особая слобода Гусинец, ныне же поселение сливается с городом и называется частью его.

По Ахтырским актам известны священники Михайловской церкви Лев Перекрест, бывший свидетелем акта 1675 г., Алексей Федоров, свидетель акта 1700 г. «Ахтырскаго полку села Гусинца Михайловский поп Стефан Алексеев», о котором говорится в акте 1734 г.

Таким образом, нет сомнения, что Михайловский храм Гусинца основался не позже 1670 г.

По местному преданию Архангельский храм Гусинца, существовавший прежде нынешнего, был небольшой и походил на простой дом. На четвертый день праздника Рождества Христова 1771 г. пожар, происшедший от огарков, истребил его до основания. Новый храм в честь Архистратига Михаила освящен в 1775 г.

Памятни ками древнего храма остаются: а) иконостас, устроенный, как говорит надпись, в 1721 г., очень замечательный по искусной резьбе; б) книги: Евангелие л. п. 1644 г., служебные Минеи в 12 кн. м. п. 1741 г., цветная Триодь м. п. 1747 г.

По ведомости 1785 г., священник Михайловской ахтырской церкви Михаил Зинковский владел 52 дес. земли, а Покровский протоиерей Иоанн Щербинский – 74 дес. земли.

Б) Обращаясь к прихожанам ахтырских храмов, при скудости памятников древности, не надеемся сказать многое о казаках ахтырских, но немногие дошедшие до нас сведения не лишены занимательности.

Колонтаевский воевода Григорий Тарбеев в отписке к Чугуевскому воеводе от 4 декабря 1660 г., между прочим, писал: « А которые ахтырские черкасы были в Голтве, и черкасы де вестят: ахтырскаго сотника со сторожею в Лубнах посажали 50 человек; а в листах де то и пишут, чтоб собирались итти войною на Государевы Украинные городы».

Он же к нему же в генваре 1661 г.: «Писал ко мне Андрей Арсеньев с Ахтырки, что окольничий однолично будет в Ахтырке вскоре с Государевыми ратными людьми».

«В нынешнем 169 (1661 г) генв. 20 писал ты ко мне: в Ахтырской из Чугуева посланы для проведывания всяких вестей. И генваря 8.9.10 и 12 числа приходили под Ахтырской изменники Полтавский полковник Феодор Жученко с черкасы и Татары. И ах-тырские черкасы с ними изменники бились... А ныне изменники и Татарове стоят под Ахтырском в 10 верстах; языки говорят, хотят де итти под Государевы Украинные городы черкасские».

В объяснение этих известий, которых не видим у историков Малороссии, заметим.

События, объясняемые Чугуевской перепиской, относятся к тому времени, когда коварный Выговский, долго обманывавший царя, возбудил против себя восстание казаков. Мартин Пушкарь, полтавский полковник, прежде всех понял, кто таков был этот полуполяк и полуказак, клявшийся в верности русскому царю за гетманскую булаву. Пушкарь восстал против Выговского, лишь тот только вступил в тайные сношения с ляхами. Выговский вызвал на помощь своим замыслам и ляхов, и татар. Пушкарь бился с врагами веры и отчизны под Голтвою, бился под Полтавой, но, наконец, пал, подавленный многолюдством врагов. Феодор Жученко стал управлять Полтавским полком. Выговский при его избрании выразил свое неудовольствие, но, как и в других случаях, чтобы обмануть других, Жученко употребил все, чтобы поддержать Выговского. Вот под Ахтыркой он вместе с татарами бьется несколько дней за Выговского.

Вместе с ними увидим его в Котельве и под Колонтаевым. Ахтырка так близка была к Полтаве. Жученко и лестью, и силой домогался склонить ахтырских казаков на сторону Выговского, но все было напрасно. Не только кн. Ромодановскому, но и Севскому воеводе кн. Куракину еще от 27 октября 1658 г. предписано было явиться с войсками русскими в Ахтырку и ее окрестности, но они удержаны были на других пунктах. Ахтырке оставалось защищаться своими средствами. Со слободскими казаками действует против Жученка и татар полковник Иван Донец. Брат ли это харьковского полковника Григория Ерофеевича Донца? Не известно. Но едва ли он не первый полковник Ахтырского полка.

О страдании и отважных подвигах ахтырских казаков во время бунта Брюховецкого говорит нам царская жалованная грамота, которою царь почтил верных казаков. Царь писал:

«Божиею милостию Мы В еликий Государь Цесаревич и Великий Князь Алексей Михайлович, всея вел. и м. и б. России Самодержец. пожаловали есмя белогородска-го полку ахтырскаго полковника Демьяна Зиновьева и его полку старшину и все посольство за их к нам Вел. Государю, к нашему Царскому Величеству, прежния и нынешния службы и заразорение , что им учинилось от изменщиков черкасов и от крымских и от нагайских Татар после измены Ивашки Брюховецкаго и за осадное сиденье велели им вместо нашего Государева денежнаго годоваго жалованья отдать оброки, которые на них довелось взять с промыслов их, с котлов винных и пивных и с шинков, побелогородкому окладу 173 (1665) г. на нынешний на 177 (1669) г. 821 р. с полтиною, да издоимки на прошлые годы по нынешний 177(1669) г. 1319 р. 25 алт., а всего на нынешний 177 и на прошлые годы 2141 р. 8 алт. 2 деньги. А с иных городов того ахтырскаго полка с таких промыслов оброки и по се время были не положены и теми промышляли безоброчно и по сие время. И впредь для нашея вел. Государя полковыя службы пожаловали мы, Вел. Государь, наше Царское Величество, велели им вместо нашего Государеваго годоваго денежнаго жалованья такими промыслы в городех ахтырскаго полка промышлять безоброчно, чтоб им было с чего наши Вел. Государя полковыя службы служить и пр. Писана в Москве л.7177 (1669) мес. мая 5 дня».

После Демьяна Зиновьевича управляли Ахтырским полком Николай Матвеевич, известный по акту 1677 г., при котором наказным полковником был в 1679 г. Влас Андреевич, и полковник Феодор Сагун, известный в 1680 и 1681 гг. Во время Сагуна в 1680 г. поселения Ахтырского полка по р. Мерло – Малижино, Богодухов, Коломак претерпели опустошение от татар, «множество тысяч православных христиан впали в бусурманскую неволю».

И в последующем году полк был в сильной тревоге. Татары были в Переяславском полку, и даже доходили вести в Ахтырку, что они, ограбив Диканку и окрестности Опошни, идут под Ахтырку.

Царская грамота от 30 марта 1686 г. говорит:

«Пожаловали мы черкасскаго ахтырскаго полковника Ивана Иванова сына Перекрестова , велели ему, по выбору того полку урядникови старшины и казаков, быти у того полку полковником попрежнему. а полку своего старшине и урядником и всему посольству в судных и во всяких делах и справу чинить в правду по старым своим казацким обыкностям ».

Другая грамота полковнику Перекрестову 1686 г. замечательна как по отношению к личности сего полковника, так и потому, что из нее видно, какова была населенность земель Ахтырского полка в 1686 г. Грамота говорит:

«Бил нам челом стольник наш и полковник Иван Иванов сын Перекрестов: в прошлых годех служил он Иван отцу нашему блаж. пам. вел. Государю Ц. и В. К. Алексею Михайловичу и брату нашему блаж. пам. Ц. и В. К. Феодору Ивановичу многие годы и ныне служит нам. вел. Государям со всяким рачением; а вотчинных и поместных земель и всяких угодий пред братьею его малое число; а в Ахтырском уезде его полку порозн их земель и диких полей и никаких угодий нигде нет. И для пополнения нашей вел. Государей службы и прожитья ему Ивану к прежним его вотчинам и поместным землям прибавить вновь земли негде. А у Алешенцев и Вольновцев и Хотмыжан, детей боярских, во многих местах есть жеребьи, которые для своей скудости ему Ивану отдают в оброки на урочные годы и без нашего вел. Государей указу тех поместий и вотчинных земель они продавать, а он Иван покупать не смеют. И нам вел. Государям пожаловать бы его Ивана за многия службы, велеть в тех городах Алешне, Вольном и Хотмыжине воеводам дать наши велик. Государей грамоты, чтоб ему Ивану у тех детей боярских поместныя и вотчинныя земли и всякия угодья покупать, а им детям боярским ему Ивану продавать было повольно. И мы вел. Государи пожаловали стольника и полковника ахтырскаго Ивана Перекрестова за м ноги я его службы и для его иноземства, указали ему в тех городах у детей боярских поместныя и вотчинныя их земли и всякия угодья покупать и менять. Писано на Москве л. 7196 (1688) март. 31 д.».

В жалованной грамоте полковнику Перекрестову от 25 января 1685 г. между прочим видим, в чем состояла служба ахтырских казаков того времени. Здесь читаем.

« Пожаловали мы белогородскаго разряда черкасскаго ахтырскаго полковника Ивана Перекрестова, что он в мимошедших летех служил и ныне нам служит верно и над воинскими людьми полку своего с казаками промыслы и поиски чинит и тамошних мест от приходов воинских людей оберегает и для ведомостей о поведении Турскаго Салтана с Цесарем римским и с королем польским в заднепровския места и в польские городы посылает полку своего казаков по часту».

По сей грамоте отличием службы ахтырских казаков от службы других черкасов служило то, что они обязаны были наблюдать за сношениями Австрии и Польши с Турцией и для того имели охранные и наблюдательные посты за Днепром, тогда как вместе с тем для наблюдения за татарами имели наблюдательные посты не только у Коломака, но и на Голой Долине около Изюма.

В 1687 г. Ахтырка была квартирой главнокомандующего Василия Вас. Голицына, шедшего в первый поход свой против Крыма. Казаки Ахтырского полка делили несчастья этого похода вместе с русскими и малорусскими войсками. По возвращении из похода ахтырский полковник Перекрестов получил за поход жалованную грамоту, которой утверждены за ним купленные участки земли и мельницы.

Второй поход Голицына в Крым (1689 г.) особенно был несчастлив для Ахтырского и Сумского полков. Тогда эти слободские полки потерпели страшное истребление: в обоих полках, бывших в бою на Черной долине, едва осталось 150 человек, пушки, знамена, бубны были отняты, сам полковник Перекрестов был тяжело ранен. Вот что писали тогда Чугуевскому воеводе Степану Богдановичу Лачинову:

« Прислана ко мне з войска ведомость июня сего 7 д. от Ивана Артемьевича з Кара-парчака. На письме писано же, по указу вельможнаго его милости пана боярина В. В. Голицына с товарищи, так и Гетмана Ивана Мазепы, отосланы были з войсками полк харьковский и полк лубенский, так теж час полтавскаго полку и миргородскаго полку выборнейшии. И тии войска денно и ночно приступ чинили шанцами, за чим притяснувши Ширим Бей з многими ордами, также з Кафы 3000 Янычар, против наших войск чинили напор великий конных и пеших и бой великий чинили, на котором бою многих бусурман побили и без числа в живых побрали. Наши войска, видячи не меру свою против поганых, мусели отвернуть; они бусурмане на сошествие Св. Духа и сам Ширим Бей з многими ордами шли за ними. А тии войска, которые ходили под Го рбаток , стоят впусте у Карапарчака. А як шел его милость пан боярин Василь-Васильевич Голицын з многими силами войск Московских под Перекоп, встретил его Хан с ордами Крымскими на Черной долине и там сильный бой до килька разов чинили. Потом орда, вибачивши час, в дождевую тучу ударили назад войска, на полк Сумской и на полк Ахтырской . И с тех двоих полков заледво полтриста человек осталось в живых. И самаго полковника ахтырскаго ранено в плечи. И на том бою полковники бубни и пушки, и знамена втратили. Пан боярин з войсками от Перекопа отвернул, учинивши с Ханом Крымским примирение вечное.

Року 1689 года».

Симонич, говоря об этом несчастии Сумского и Ахтырского полков, замечает, что главным начальником этих полков был тогда «некто думный дьяк Емельнов, кой надежно лучше пером умел, нежели шпагою, работать». Он-то, конечно, разумеется в приведенной отписке под именем Ивана Артемьевича.

Нельзя не заметить, что хотя поход 1689 г. в Крым не имел тех последствий для России в отношении к Крыму, каких ожидали от него, и не имел их по неспособности главного военачальника; но мы имеем верные сведения, что он имел важные последствия в отношении к Дону. Там раскольники, соединясь с азовскими татарами, производили в это время страшное волнение, и Крым отказался помочь раскольникам в выполнении всех замыслов их только потому, что занят был войной с кн. Голицыным. Так показывают чугуевские бумаги.

По актам 1691 и 1699 гг. видим ахтырского полковника Романа Герасимовича Кондратьева, сына знаменитого сумского полковника, тогда как и Перекрестов оставался еще с званием полковника. Это, конечно, было следствием того, что Перекрестов, тяжело раненный на Черной долине, долго не мог заниматься делами. Наказными полковниками были есаул Андрей Прокопьевич Не святипасха в 1691 г.

и Александр Иванович в 1697 и 1703 гг. Первый, как видно, столько же известен был храбростью и подвигами отваги против татар, сколько был благочестив: он был с полком у Высокополья на стороже против татар, грабивших Полтавский полк,– и не дремал там. По возвращении из похода видим дело набожности его для собора.

Грамотой 28 февраля 1700 г., данной на имя полковника Перекрестова, постановлено для Ахтырского полка: «быть в конской службе указному числу 820 человек, которые выбраны и написаны» по распоряжению воеводы кн. Долгорукого, и вместе с тем подтверждены древние преимущества полка.

В том же году казаки Ахтырского полка отправлены были в Ингерманландию для дела с Карлом ХИИ. Царь Петр был очень доволен службой казаков и выразил свое удовольствие тем, что сделал сына полковника Ивана Ивановича Перекрестова Даниила Ивановича ахтырским полковником, помощником отцу. В грамоте 1702 г. царь писал: «Пожаловали мы стольника нашего и ахтырскаго полковника Ивана Ивановича Перекрестова и сына его Даниила за многия и верныя его Иванова и сына его Даниила службы и за службу их прошлаго 1701 г. Свей-скаго походу, – повелели ему Даниилу, по челобитью того ахтырскаго полку старшины и казаков, для лучшаго управления наших дел и полковых нарядов и частых по вестям походов, против иных черкасских полков у того полку быть полковником с отцем своим обще и быть отцу своему во всем послушну».

Печальна судьба последних лет Ивана Ивановича Перекрестова. Указом 4 марта 1704 г. Перекрестов неожиданно лишен был звания полковника, огромные имения его отобраны были в казну, и комиссии предоставлено продавать ненужные из имений с торга. Над ним исполнилось слово апостольское: хотящии обогатитися впадают в напасти. В 1714 г. он просил как милости, чтобы не теснили его в Жигай-ловском его хуторе и едва получил эту милость от жигайловского сотника. В 1721 г. потребовали к допросам тех, которые заведовали отобранными имениями Перекрестова, а вслед затем Перекрестова потребовали к суду в Архангельск по каким-то делам Архангельской крепости. Перекрестов, уже маститый старик, лежал на смертном одре, об этом дали знать в ответ начальству. Тем не менее прислано предписание – не взирая ни на что, выслать его в Архангельск. И старец скончался на дороге.. На место Перекрестова с марта 1704 г. ахтырским полковником был Федор Осипович Осипов, с 1711 г. бригадир слободских полков.

Это было время самое важное как для всей России, так и для Слободской Украйны. Ахтырский полковник в письме от 10 февраля 1708 г. передал кн. Меньщикову донос Кочубея и Искры на Мазепу, лично сообщенный ему священником Святайлой, а при письме от 15 февраля препроводил к царевичу АлексеюПетровичу письмо к самому царю. Последствия известны. Осипов в том же году отправлялся с отрядами полка своего на Дон против Булавина, но был столько счастлив, что возвратился даже с некоторыми добычами, тогда как Андрей Герасимович Кондратьев был убитбунтовщиками.

В делах с Карлом Ахтырка занимала довольно важное место. Ригельман пишет: «Когда неприятель расположился по квартирам в Ромнах, Рашевке и Гадяче, тогда и Царь обратился в ту же сторону. Он отправился из Глухова 16 ноября (1708 г.) на Хорунжевку и Комаровку в Лебедин, а отселе к Веприку, где московская конница и 1500 пехоты. Осмотрев все, онвозвратился в Лебедин, а отселе отправился с полками к Гадячу, чтобы атаковать неприятеля, котораго в Гадяче было до 6000. Король из Ромен поспешил на помощь. Но мороз так был лют, что остановил все покушения Карла. Шведы падали на дороге от холода». Хорунжевка – в 4 верстах от Ахтырки, а Комаровка – в 10 верстах, у Хорунжевки находился мост через Ворсклу по дороге в Лебедин. Петр из Глухова в Лебедин ехал не по прямой дороге, когда ехал через Хорунжевку. Для чего же? Конечно для того, чтобы видеть положение Ахтырки и полка Ахтырского, к которым так близок был неприятель. Итак, царь был в Ахтырке еще в ноябре 1708 г., но на короткое время. От 12 декабря 1708 г. он прислал грамоту на имя бригадира полков Ахтырского и Изюмского Федора Шидловского с увещанием действовать против неприятеля твердо и усердно и не слушать обольстительных писем изменника Мазепы. Января 27 дня царь, получив известия о намерениях Карла пробиться в Москву через Ахтырку, приказал кн. Меньщикову немедленно выступить из Сум в Ахтырку с 20 драгунскими полками. Меньщиков, оставив Сумы 28 января, прибыл в Ахтырку 30 января. Сам царь прибыл сюда же 4 февраля. Карл разбил отряд русских драгунов под Опошней и появился в Хухре, партии его являлись даже под Ахтыркой. Царь остался с прежним намерением ослаблять отважного наездника мелкими сшибками, после которых каждая убыль для него, отдаленного от Швеции, была слишком чувствительна. Февраля 7 Петр отправил из Ахтырки в Запорожье грамоту, где разуверял запорожцев в ложных слухах, распространенных Мазепой о насилиях и обидах, наносимых будто бы казакам воеводами и войсками московскими, обещал вскоре прислать кошевому и судье новые милости и приложил к своей грамоте письма Мазепы к Лещинскому и к казакам, которые говорили о намерениях Мазепы отдать казаков ляхам. Отдав приказание Меньщикову строго наблюдать за движениями Карла, царь 8 февраля выехал из Ахтырки в Белгород и оттуда отправился в Воронеж и Азов. Карл в тот же день явился в Котельве и оттуда распоряжениями и слухами давал знать, что идет на корпус Меньшикова. Поныне видны остатки сожженного места на р. Ворскле, бывшего у дер. Хорунжевки по дороге в Лебедин. Местное предание говорит, что мост сожжен был во время шведской войны. Когда же это было? Без сомнения, не в ноябре 1708 г., как видим из слов Ригельмана. Если допустить, что мост сожжен был самими русскими для пресечения пути неприятелю к Ахтырке, то это, конечно, могло быть и 27 января 1709 г., когда наездник Карл так близок был к Ахтырке. Но бригадир Шидловский в своем листе от 4 марта 1709 г. пишет: « А ту деревню Хорунжевку и мельницу в приход короля шведскаго неприятельские люди без остатку разорили и выжгли». Итак, истребление Хорунжевки и всего, что в ней было, мельницы, моста,– дело шведов. В дневнике Крекшина видим, что Карл, слухами и движениями дав знать русским, что идет он на Меньщикова в Ахтырку, на дороге к Ахтырке оставил Круза, а сам пошел на корпус Рена к Красному Куту. По другим сведениям знаем, что Круз предал опустошению Алешню, выдержав сильное сопротивление алешанцев. Без сомнения, он же со своим корпусом уничтожил Хорунжевку и сжег мост ее в предупреждение преследований Меньщикова на пути к Алешне. До какой степени простирались тревоги в Ахтырке во все это время, показывает, между прочим, донесение протоиерея Назария Яковлева от 25 февраля 1709 г. Он доносил м. Иустину, что определенный на время к гусинской Архангельской церкви священник Алексей служил до Рождества Христова, а «ныне оного священника до той церкви нет и в городе Ахтырке нема; от того часу, когда стала в нас великая тревога, оный священник з женою и детьми, неведомо куда, сбежал».

Поселения Ахтырского полка в это время сильно пострадали от раздраженного неудачами неприятеля: храмы их были ограблены, а частью сожжены, многие из жителей лишились всего.

После Федора Осиповича ахтырским полковником был сын его Максим Федорович Осипов, а наказным полковником в 1710 г. был Степан Негребецкий; в 1711 и в 1713 гг. полк отражал крымцев в нападениях их на Харьковский и Ахтырский полки. В 1724–1734 гг. Ахтырским полком заведовал Алексей Леонтьевич Лесовицкий, строитель великолепного Успенского храма и с 1735 г. по 1744 г. бывший бригадиром слободских полков. Жалованная грамота 22 ноября 1743 г. доброй императрицы Елисаветы Ахтырскому полку дана была на имя полковника Ивана Алексеевича Лесовицкого, который в 1735 г. был с полком своим в поисках за Нагайской ордой, а в 1736 и 1739 гг. был в Крымских походах.

Два других сына Алексея Леонтьевича, Константин и Юрий, также были полковниками. Последним полковником слободского ахтырско-го полка был Михаил Иванович Боярский, при реформе полков в 1762 г. поступивший в гусарский полк подполковников.

В новейшее время жители Ахтырки страдали: а) от холеры, от которой в 1831 г. умерло до 190 человек, а в 1848 г. – 299 человек; б) от пожаров, несколько раз бывших 1845–1848 гг., из которых особенно грозен был пожар 22 июня 1845 г.

В консисторском архиве сохранились метрики ахтырских церквей: Успенской, Покровской,

Преображенской, Петропавловской и Архангельской за 1726 г.

Две доли жителей Ахтырки ныне состоят из государственных крестьян, которых считается до 4880 душ муж. пола.

Торговля незначительная, ярмарок в году пять: на всеедной неделе, 17 марта, 9 мая, 8 июля, 26 октября. Оборот капиталов простирается только до 10 950 р. серебром.

Существующее здесь человеколюбивое заведение – окружная лечебница пользуется известностью, 60 больных содержится на счет общественных сборов, за прочих получается плата. Богадельня для нищих содержится городом.

СЛОБОДА БАКИРОВКА

При речке Ворскле и Боровой в 12 верстах от Ахтырки.

С именем села встречается еще в актах 1685 и 1696 гг. и, следовательно, тогда была уже с храмом. В 1712 г. бакировский храм Св. Параскевы был возобновляем. С 1801 г. существует нынешний. В округе прихода ныне состоит замечательная деревня Литовка, расположенная при р. Ворсклице в полуверсте от устья р. Боровой. Вблизи Литовки находится деревня кн. Го­лицыной Боголюбовка. Между Литовкой и Боголюбовкой находятся два городища. Одно в 200 саж. от Боголюбовки, на косогоре, обнесено двойным рядом валов и рвом между валами в 3 саж. глубины. Ров и валы идут на восточной, южной и западной сторонах, на северной же – открытый вход в городище. Площадь внутри валов квадратная, в 96 саж. в окружности. На западной стороне площади, в углу, – высокий холм в 10 саж. вышины. С этого холма взор окидывает далекое пространство. На юго-восточной стороне за валом, в 50 саж. от него, – глубокий ров или, как говорят старожилы, засад в 3 саж. глубины. Жители Литовки и Боголюбовой на­зывают это городище Кукуевым. Известно и другое Кукуево городище, на берегу Псла. Что же это за Кукуй, оставивший имя на этих местах? Это имя вызывает на память известных по летописям Коуев, или Ковуев. Берендеи, торки, коуи и печенеги, называясь общим именем черных клобуков, иначе черкасов, в 1162 г. ходили через Белгород к Чернигову, а в следующем году половцы «взяли вежи многи по Руту», т. е. кочевые станы черных клобуков по р. Роску, которая впадает в Днепр невдали от Переяславля. Черные клобуки тогда же догнали половцев на р. Роси и отняли у них все награбленное. По этому известию одни из коуев жили с прочими черкасами на правом берегу Днепра, там, где ныне г. Черкасы, и ниже, где г. Торческ. Но известны еще коуи черниговские, или коуи, жившие в пределах Черниговского княжества. В 1185 г. с северским князем Игорем ходили против половцев коуи черниговские, дело было проиграно: «наших Руси с 15 муж утекло, а Ковуев менее». Княжество Черниговское заключало в своем округе и нынешние уезды: Сумской, Лебединский и часть Ахтырского. Принимая еще во внимание, что Торчиново городище Богодуховского уезда – памятник живших здесь торков, единоплеменных ковуям, приходим к полной уверенности в том, что Кокуева городища на р. Псле и Ворскле – памятники городов ковуйских; что касается до другого литовского городища, то ему надобно приписать другое происхождение. Это городище находится в полуверсте от первого, ближе к Литовке, но на той же горе, на которой расположено первое. Оно окружено тройным рядом валов и двумя рвами, валы в 1 саж. вышины; рвы в 1 саж. глубины; в окружности городища до 200 саж. На площади его ныне засевается хлеб. По местному преданию здесь был город. И здесь еще и ныне находят обломки глиняной посуды, гвозди, крючки и т.п. Ниже этого городища по прямой линии к Литовке на­ходится яр в 10 саж. глубины; этот яр называют Харцизным, т. е. Запорожским, но невы­годного значения. Без всякого сомнения, здесь находился известный по древним документам городок Лосицы, или Лосицкий острог, кото­рый в 1645 г. взят был кн. Вишневецким, но недолго оставался во власти литовской. В росписи 1571 г. «польским местам», которые надлежало переезжать путивльским сторожевым отрядам, читаем: «Псел перелезши у Липенскаго городища, да в проходы, да на верх Боровни , да Боровнею на низ да к реке Ворсклу, а Ворскл перелести у Буен Борку в Лосицах, а от Лосиц к Казацкой могиле да к Мерлу». По этому описанию Лосицы на устье Борового потока, впадающего в Ворсклу, там, где ныне Литовка. Хотмыжский воевода от 5 октября 1645 г. писал в Белгород: «Прибежали из Лосицкаго острога от сотника Захара Коханова кромские казаки и сказали: посылал их сотник из Лосицкого острога в Литовскую сторону на Ольшанской (в Алешню) для вестей. И 2 окт. сказывал ольшанскаго урядника Яна Козловскаго слуга,– поидить Федька в Лосицкой вскоре; а князь Вишневецкий с большими воинскими людьми и с пушками пошел под Путивль сент. 30 и с ним пошли литовских воинских людей до 15 000 и из Путивля ему идти вниз по Боровой к Лосицкому острогу и Государевых служивых людей кн. Вишневецкий, переграбя до единаго, хочет выслать». Здесь еще яснее видно, что Лосицкий острог находился невдали от устья речки Боровой. По этому известию Лосицкий острог принадлежал тогда Москве, но кн. Вишневецкий хотел отнять его и, имея большое число войска, конечно, отнял его. Нынешнее название места Литовки также подтверждает ту мысль, что здесь был Лосицкий острог, принадлежавший князю Литовской Руси. По ведомости 1785 г. здесь видим еще литовскую мельницу, которою владеют «дворцовые крестьяне» Литовки. Между старыми антиминсами хранится антиминс, на котором едва можно разобрать следующее: «Петра Могилы митрополита Киевскаго и Галицкаго, при державе короля Владислава четвертаго 1646 года положен в храм Архистратига Михаила в крепость. в имении кн. Вишневецкаго ». Полагаем, что антиминс сей принадлежал Лосицкому храму: с одной стороны, усилие кн. Вишневецкого взять Лосицкий острог указывает на то, что в Лосицах были имения князя Иеремии Михаила Вишневецкого, так же как до 1654 г. были имениями его Глинск, Ромны, Лохвица, Пирятин, Прилуки; с другой – известно, что отец и дед сего Вишневецкого были православные. К тому же по одному акту 1734 г. Литвиновка и Бакировка называются селами.

Число прихожан бакировского храма в 1730 г. – 315 муж., 280 жен., в 1750 г. – 480 муж., 463 жен., в 1770 г. – 519 муж., 506 жен., в 1790 г. – 669 муж., 650 жен., в 1810 г. – 605 муж., 641 жен., в 1830 г. – 882 муж., 875 жен., в 1850 г. – 680 муж., 704 жен. пола.

От холеры умерло в 1831 г. 13 человек, в 1848 г. – до 80 человек.

КИРИКОВКА

При реке Ворскле в 16 верстах от Ахтырки.

По местному преданию Кириковка основана отважным казаком Кириком или Кириаком. Это был казачий есаул из шляхтичей Заднепровья. Так как он счастливо и с честью оберегал линию по р. Ворсклу от татар, то за ним осталось название Линилка, и потомки назывались то Линилками, то Линицкими. По актам известно, что сын его Михаил и внук Михаил Линилки были сотниками Кириковки. Первый храм в Кириковке во имя Архангела Михаила, по всей вероятности, основан был самим Кириком. По надписи на евангелии, которую увидим ниже, в 1686 г. храм сей уже существовал и не как храм недавний. В описании чудес Каплуновской иконы Божией Матери Кириковка называется селом в 1695 г., и точно так же называется она и в куп­чем акте 1705 г. По делу 1738 г. видно, что в 1725 г. при кириковском храме были уже два священника, и в 1738 г. определен вторым священником Григорий Линилк, сын кириковского сотника Михаила Линилка, внука основателя Кириковки. Деревянный ветхий храм, вместо которого строится новый, построен в 1786 г. из леса, пожертвованного набожным помещиком Боярским; еще и теперь указывают на пни деревьев, срубленных для храма Божиего.

Древние книги: а) Евангелие м. п. 1677 г. с надписью: « Ахтырскаго уезда с. Кириковки житель Хведько Ярошенко, по прозвику Великий да Демьян Левченко сведомо чиним, иж отменши мы сю книгу – у Курскаго купца, у Михаила Чугусова, дали мы готовых грошей литовской личбы 11 коп., за отпущение грехов своих, до храму Архангела Христова Михаила в с. Кириковку. А при сем подпису були люди добрие и веры годние житель с. Кириковки атаман Иван Сомошенко, да брат старший Церковный Грыцко Арандарь и много братства, притом бывших – Борыс старий, Хведко Кривий, Левко Рева, Хома Мединенко, Демян Кобзаренко и прихожане той церкви Левко Носач, Тимко Новаченко, Микита Худолеенко... Подписася сия книга в с. Кириковке року Божого 1686 , мес. июн. 20 д.». Остановимся на сей подписи. Она говорит нам о прекрасном отличии древнего кириковского храма. При нем существовало братство по тому примеру, как существовали братства за Днепром при знаме­нитых соборных и монастырских церквях. Надпись ясно отличает старшего брата церковного, рядовых членов братства и простых прихожан. Бог да помянет во царствии своем христианскую любовь рабов своих! б) Служебник м. п. 1744 г. с надписью: «С книг преосвященнаго Феодосия архиепископа с.-петербургскаго», другой рукой: «От его преосвященства благо­словлена в Александровском монастыре иеромонаху Варсонофию Скраге, ныне 1761 г. августа 15, посвященному в архимандрита Новоезер-скаго». в) Требник к. п. 1736 г., Октоих к. п. 1739 г., Акафист Вмч. Варваре к. п. 1747 г., Книга благодарного пения м. [п.] 1735 г., постная Триодь м. [п.] 1745 г.

II Округ

КОТЕЛЬВА

Бывший город, ныне слобода, при трех речках и при трех дорогах: из Куземина в Красный Кут, из Опошни в Ахтырку и из Опошни в Куземин, в 30 верстах от Ахтырки и в 50 – от Полтавы, в 2 верстах идут разными направлениями протоки р. Котельвы, которые называются рубижнем, т.е. рубежами полтавских казаков.

Население Котельвы принадлежит ко временам гетманщины, если только не последовало оно прежде того. Еще при гетмане Скалозубе в 1584 г. крымцы нападали на Котельву и увели из нее в плен нескольких жителей . В 1610–1630 гг. она является уже с несколькими храмами, как это увидим ниже. До 1710 г. она входила в состав Гадячского полка и в 1665 г. отдана была вместе с Гадячской волостью гетману Брюховецкому. Все это показывает, что Котельва не принадлежала к поселениям выходцев из-за Днепра, а есть древнее казацкое местечко. Котельва была укреплена глубокими рвами и высокими валами, или, как говорят в Котельве, барканами, на которых расставлены были плетенные из лозы кошели, наполненные землей. Эти кошели, соединяясь один с другими, составляли внизу сжатостью своей амбразуры, в которых безопасно можно было отстреливаться от неприятеля. Кроме того, по четырем сторонам стояли огромные деревянные башни с тяжелыми воротами. На площади, огражденной валом, помещалось до 200 дворов с 2 церквями. Старики помнят еще эту крепость, и остатки валов сами собой обозначают место и пространство ее. В настоящее время Котельва имеет в окружности около 12 верст, и одна улица идет с лишком на 4 версты.

Ныне в Котельве 5 церквей: Преображенская, Троицкая, Вознесенская, Ни колаевская и Покровская, а прежде существовали еще Рождественская, бывшая соборной, и Успенская, но первая сгорела в 1781 г. и с того времени уже не восстановлялась, вторая уничтожилась около того же времени.

А. О начале Преображенской церкви нет никаких письменных свидетельств. Старожилы же, следуя устному преданию предков, говорят, что она существует ныне во втором фасаде. В первом, как они очень помнят ее в последнем ее времени, она была деревянная с одним престолом, с тремя главами, с гонтовой крышей. Небольшая и низенькая, с крытыми переходами вокруг храма и столь ветхая, что когда в 1780 г. разбирали ее, то никто не решался, из опасения за жизнь, влезть наверх, а потому среднюю главу, или кумпол, зацепивши канатом, свалили на землю. По их же рассказу, этот храм существовал более полутораста лет и началом своим древнее Троицкого 10 годами. поелику же старый Троицкий храм построен был около 1620 г., то построение Преображенского надобно отнести к 1610 г. По акту 1700 г. известен «священник Тимофей, наместник Котелевский всемилостиваго Спаса и Василий Евстафьевич Пуковский, священник соборный Пречистой». По старой описи Преображенской церкви видно, что в ней был антиминс на белом холсте, освященный в 1755 г. киевским митрополитом Тимофеем и отличенный надписью: «В храм Преображения Господня протопопии Зиньковской в местечку Котельве неподвижно».

Вторым фасадом Преображенский храм построен был в 1780 г. по благословению киевского митрополита Гавриила на прежнем месте; церковное имущество на время постройки храма перенесено было в Рождество-Богородицкую церковь, находившуюся вблизи ее, а когда в 1781 г. сгорела эта церковь, перенесено было в Николаевскую. В следующем 1782 г. ноября 12 дня церковь окончательно устроена с одним престолом, о пяти главах, покрыта гонтой и 12 числа ноября, по благословению того же митрополита Гавриила, освящена наместником местечка Опошни Кардашевским с котелевским духовенством. Старателями при постройке сего храма были приходские священники: Стефан Пехотинский и Иоанн Леницкий, ктиторы – войсковые обыватели: Леонтий Шевченко, Федор Дешта, он же Пелех, попечители: прапорщик Тимофей Матушинский и казак Пантелеймон Резников. В следующем 1783 г. были устроены в сей церкви еще два предельных престола: первый на северной стороне – во имя Рождества Богородицы вместо сгоревшей соборной Рождество-Богородицкой церкви, а второй в южной стороне – во имя Благовещения Пресвятой Богородицы. Иконостасы сооружены в северной, коштом прихожан сгоревшей Рождество-Богородицкой церкви, а на южной стороне – коштом попечителя, прапорщика Матушинского. С сего времени церковь сия и доныне существует. Наружность ее выказывает старину в щеголеватом вкусе: три залома, в 1-м ярусе 8 окошек, во 2-м и 3-м по 4 небольших, 5 глав с крестами, средняя глава вся вызлащена, а на прочих положены были вызлащенные звезды. Внутренность церкви довольно обширна. Средний иконостас сооружен в 1806 г. с хорошей резьбой и весь вызлащен. В 1833 г. приступлено было к позолочению всех пяти глав, уже средняя глава обложена была риштованьем, но не то было угодно Богу. В 15 день июля месяца по окончании литургии в 11 часов дня с запада поднялся страшный ураган, который сбросил на землю среднюю главу с верхней шейкой кумпола. Паникадило, оторвавшись вверху, упало внутрь церкви, а глава с рештованием при падении своем сбила и главу надпрестольную.

Вследствие сего резолюцией преосвященного Иннокентия велено починить кумпол с уменьшением глав, а до того совершать служение на придельных престолах, прихожан же обязать подпиской к построению каменного храма; подписка была взята протоиереем Иоанном Чудновским. Таким образом, по починке церкви священники и прихожане при всей трудности, с твердым упованием на помощь Всевышнего, приуготовив потребные материалы по выданному 1835 г. плану архитектора Андрея Тона и утвержденному тем же преосвященным Иннокентием, приступили к сооружению каменного храма при существовании второго деревянного, еще довольно крепкого. В 1836 г. месяца июня 14 дня положено основание храму, и он уже построен, но за неустройством иконостасов еще не освящен. На хорах же устроенный придельный, теплый храм во имя Сретенья Господня, по благословению преосвященного Филарета, освящен 1850 г. января в 14 день благочинным протоиереем Василием Лопатиным с приходскими и прочими котелевскими священниками.

Старатели и благотворители при постройке каменного храма: приходские священники Симеон Пехотинский и Порфирий Наумов, церковный староста, коллежский регистратор Корнилий Гнилосыров, попечители: 3-й гильдии купцы, жители Котельвы Симеон Пономаренко и Михаил Пасько. Староста Гнилосыров разновременно пожертвовал более 10 000 р. ассигнациями, инженер, генерал-майор Матушинский – 10 000 р. ассигнациями, подполковник Петр Пехотинский сделал своим коштом на две иконы серебряные шаты.

Б. С какого времени существует в Котель-ве Троицкая церковь? Единственный письменный памятник древнего ее существования есть ее Евангелие. На нем по листам красными буквами написано следующее: «Сия Святая Евангелия напрестольная есть оправлена всем коштом рабом Божиим Иосифом Санкевичем Котляром Чудновским и надал сие к храму Святой Троицы новозиждущейся по святому пожару, от Бога насланном лета Христова 1631 месяца декабря 17, и надал сие к тому храму веспол с подружием своим Анастасией за спасение и отпущение грехов своих и жизни вечныя наследия, которой святое Евангелие тое жадный от повинных моих, и ни жены моей, и никто ниший не мает от того святаго престола отдаляти; в которой той святой церкви был на той час служителем отец Михаил,– при котором и братство ее стало; где и я видевши их старанье, надаю на святое их братство и с женою моей; а кто бы ся важил сию святую книгу от того престола отдалити, на таковом анафема святых отец ; а со мною будет суд мети на Страшном Суде Христов. А подписася в дому моем 1632 года месяца февраля 12 дня ему же имя личбою: осьмый, третий, пятдесятый, первый, триста, десятый, осьмый». Имя писца по численным славянским литерам означает Игнатий. Санкевич, даритель евангелия, говорит нам, что а) в 1631 г. сгорел Троицкий храм; б) после пожара прихожане и священник отец Михаил строят новый храм. Когда же построен был храм, сгоревший в 1631 г. ? При недостатке письменных документов дороги показания старожилов. И двое старожилов Троицкого прихода особенно заслуживают вероятие. Это Антон Пуковский и Роман Коваленко. Первый из них – сын церковника Григория Пуков-ского, исключенного с семейством по разбору 1784 г. из духовного сословия в гражданское ведомство, как это видно из ревизской сказки 1795 г., хранящейся в церкви, а второй – сын Антона Коваленко, бывшего 30 лет в должности церковного ктитора. По единогласному показанию их, первый известный им Троицкий храм, после которого ныне существующий есть уже четвертый, существовал не более 12 лет, был построен в виде небольшой храмины с небольшим куполом, об одной главе, покрыт был соломой и сгорел от последовавшего вблизи его пожара; святыня и все имущество перенесены были в Преображенский храм. Так говорит об этом и помещик Михаил Михайлович Сливицкий, слышавший от своих родных подробные о том рассказы.

Вторым фасадом, как видно из приведенной евангельской надписи, храм основан был в 1632 г. на том же месте. Те же старожилы, которые очень помнят его в последнем времени существования его, говорят о нем так: он был деревянный, небольшой, низенький, с одним престолом, о трех главах, покрыт гонтой и столь ветх, что углы опадали сами собою, во многих местах бревна от древности выдавались концами из стен; материалы, впрочем, были уже приуготовлены для новой церкви деревянной. В этом храме молились 150 лет до 1783 г., когда был он закрыт и имущество его перенесено в Преображенскую церковь. Говорят, что до такой ветхости храм доведен был каким-то воспрещением строить новый и починять старый храм. Замечательно, что около того же времени перестраивались в Котельве и другие церкви, и именно: Трехсвятительская, ныне Вознесенская 1779 г., Николаевская 1779 г., Преображенская 1782 г. и Покровская 1785 г., что указывает на одинаковость обстоятельств, т.е. на какое-то воспрещение починять храмы. Не было ли это следствием того, что котелевские казаки, еще с 1710 г. поставленные в зависимость от ахтырского полкового начальства, по делам церковным упорно хотели оставаться под ведением киевского митрополита. Известно, по крайней мере, что только в 1786 г. дела церквей котелевских, млинской и деревской переданы были в Белогородскую консисторию. В третьем фасаде церковь Троицкая заложена была в мае 1783 г. наместником, священником Иоанном Верцинским и товарищем по церкви, священником Андреем Пуков-ским, по благословению киевского митрополита Гавриила, вблизи первого ее места, несколько к юго-западу. При постройке были приходские священники: наместник Верцинский и Андрей Пуковский, ктиторы: Аким Коваленко, Петр Тимошенко и Кирилл Лучко. Наместник Вер-цинский, происходивший из дворян и имевший очень хорошее состояние, более всех жертвовал на построение храма и более других заботился о его окончании. Храм устроен был с одним престолом, о пяти главах, покрыт гонтой, снабжен новой утварью и освящен тем же наместником Верцинским 1787 г. декабря 9 дня, по благословению преосвященного Феоктиста, епископа бе-лоградского и обоянского. В 1808 г. мая 21 дня в 3 часа пополудни с юго-запада нашла страшная дождевая туча, из которой последовал сильный удар в залом северного притвора, и церковь сгорела до основания. Святыня и имущество ее вынесены и в третий уже раз были перенесены в Преображенскую церковь. Священники благочинный Петр Смаковский и Марк Пантелеев и прихожане решились устроить храм Святой Живоначальной Троицы каменным зданием. С неимоверной деятельностью в один год они приготовили все потребные к тому материалы, и в следующем 1809 г. июля в 25 день, по благословению преосвященного Христофора Сулимы, ахтырским первоприсутствующим протоиереем Максимом Яновским совершено основание четвертого храма на юго-восток от прежнего. Неусыпное старание священников, ктиторов и прихожан через три года с несколькими месяцами увенчалось желанным успехом: каменный храм с одной главой, покрытый листовым железом, с двумя уже престолами, главным – во имя Святой Троицы, а другим – на хорах во имя Входа во Храм Пресвятой Богородицы, 1812 г. октября 13 и 15-го чисел освящен, по благословению того же преосвященного Сулимы протоиереем Феодором Щербинским. Старателями и благотворителями при постройке каменного храма были, кроме священников, церковные старосты Аким Коваленко, Ефим Балановский и Антон Пу ковский. Благочинный Сма ковский неотступно распоряжался постройкой и деятельно побуждал прихожан и других котелевских жителей к пожертвованиям; священник Пантелеев с неусыпным тщанием испрашивал доброхотные пожертвования по всей Харьковской губернии, а диакон Пуковский – по всем донским станицам, в Запорожье и Черноморье, претерпевая большие неприятности, в числе которых было даже содержание под арестом. Староста Пуков-ский пожертвовал от себя до 7000 р. ассигнациями. Прихожане отдавали храму и провиантные деньги, получаемые с проходивших тогда партий рекрут по 200, 300 и 400 р. ассигнациями, а потому, испытуя сердца человеков, Бог и благословил столь усердный труд их, достойный памяти потомков, скорым успехом. Благотворителями храма были Варвара Сливицкая, протоиерейша Татьяна Смаковская, обывателька Анна Запо-розцова, по усердию и благоговейной набожности они пожертвовали разные одеяния. Брат Варвары Сливицкой, инженер, генерал-майор Федор Тимофеевич Матушинский при постройке каменной колокольни в 1835 г. пожертвовал 1000 р. ассигнациями, и он же духовным завещанием 1838 г. отдал 4000 р. на сооружение серебряных риз на четыре местные иконы, которые сделаны в Москве после смерти его; на остаточные из того числа 600 р. куплено евангелие под серебряными и вызлащенными с обеих сторон досками. На вечное же поминовение его и родственников оставил он в Московском опекунском совете 5000 р. ассигнациями, из которых процентные 200 р. ежегодно получают священно- и церковнослужители по выданному из оного совета билету сохранной казны. Церковный староста Феодор Лифарь на разные нужды церкви пожертвовал в разное время до 900 р. серебром.

В архиве храма метрики и исповедные росписи начинаются с 1772 г.

В. На месте нынешнего Вознесенского котелевского храма существовал храм во имя трех Святителей: Василия Великого, Григория Богослова и Иоанна Златоустого. Памятником его служит крест с надписью: «Отменил сей крест города Котельвы в церковь Трех Святителей 1771 г. марта 30 Шавсуг». Известна и одна купчая крепость 1700 г., в которой свидетелем выставлен Исидор иерей св. Василия» гор Котельвы. В 1779 г. построен был новый храм и освящен во имя Вознесения Господня. О построении его преимущественно заботились священник Алексей Тихоновский и майорша Елисавета Черкасова, последняя внесла еще в приказ призрения 1000 р. ассигнациями с тем, чтобы процентами пользовался причт храма. В 1840 г. июля 19 храм сей сгорел со всем имуществом, вместе с тем сгорело до 400 дворов; прихожане, разоренные погорением, не находили себя в состоянии строить новый храм и уже решились было причислиться к Преображенскому приходу. Но священник Иоанн Пантелеев, представив отдаленность сего храма от прихода и крайнее неудобство сообщения с ним во время половодья, ободрил прихожан упованием на благость Божию, готовую помогать ищущим помощи, и возродил в них ревность к построению храма; таким образом, новый храм на каменном фундаменте заложен был в 1842 г. и освящен в 1845 г.

Г. Когда был построен в первый раз Николаевский храм в Котельве, письменных свидетельств на то не имеется; по устным преданиям старожилов Михаила Чепурного и Кирилла Ма-тюшенка, имеющих от роду по 77 лет, храм сей существует во втором фасаде. О первом, как они помнят в последнем его времени, говорят, что это был храм деревянный с опасаньем вокруг, т. е. с крытой галереей, очень тесный и ветхий, существовавший до 150 лет. По этому отзыву с вероятностью можно полагать, что первоначальное построение сей церкви было около 1630 г.

Вторым фасадом деревянный храм построен в 1779 г. старанием священнослужителей и прихожан о пяти главах и двух престолах: Святителя Христова Николая и первомученика Архидиакона Стефана. Котелевский уроженец, священнический сын, чиновник 8-го класса Павел Николаевич Рейпольский в 1825 г., пожертвовал на икону Святителя Николая ризу серебряную и вызлащенную в 750 р. серебром. Он же в 1839 г. отказал по духовному завещанию и положил в сохранную казну Императорского московского воспитательного дома 1000 р. ассигнациями до того времени, когда будет строиться новая каменная Николаевская церковь. Усердные прихожане, и между ними первый – староста, купец Петр Сластен, уже начали строить и скоро окончат каменный храм.

Д. Покровская церковь в Котельве, по словам старожилов, существует ныне в третьем фасаде. В первом она была домовая вблизи луга на Песках, неподалеку от Ворсклового потока, называемого Рубижне; построена была большей частью из ольхового дерева и покрыта камышом; над алтарем был небольшой шпиль, с малым крестом. Говорят, что это была первая церковь с начала населения Котельвы. Следов, где стоял сей деревянный храм, ныне уже нет.

Во второй постройке Покровский храм также был деревянный, небольшой, из разного непрочного леса, покрыт гонтою, с опасаньем, т. е. с крытыми ходами вокруг церкви, об одном престоле, невдали от существующего храма. Над-престольный памятник его и ныне виден. Между древними антиминсами сохраняется антиминс, выданный в 1758 г. Арсением, митрополитом Киевским и Галицким «в храме Покрова Пресвятыя Богородицы Зиньковской протопопии в местечку Котельве, неподвижно».

В третьем, ныне существующем, фасаде Покровская церковь сооружена в 1785 г. из крепкого уже леса, с одним престолом, о трех главах. Сначала она покрыта была гонтой, а впоследствии времени перекрыта железом; довольно вместительна и благовидна, на каменном фундаменте. В построении ее преимущественно участвовал как заботливостью, так и пожертвованиями дворянин Василий Гнилосыров, а священники М ихаил Смаковский, Иаков и Иоанн Жуковские ездили для собирания подаяний на новый храм в Запорожье.

Жители Котельвы оставили по себе память в истории подвигами мужества и бедствиями своими.

Мы уже упомянули, что в 1583 г. крымские татары увели нескольких жителей Котельвы в плен, ограбив по обыкновению своему все, до чего могла коснуться хищническая рука.

В 1638 г. котелевские казаки являются в войске гетмана Полтора-Кожуха при р. Мерле с решимостью мстить кровопийцам езуитам и их слугам, польским магнатам за ненависть их к св. православной вере, застигнутые врасплох ляхами, они были рассеяны и спаслись в Котельве и ее лесах.

В 1651 г. котелевские казаки под предводительством полковника Мартина Пушкаря участвовали в походе гетмана Хмельницкого против поляков к Берестечку Каменец-Подольской губернии, где постыдное бегство крымского хана, союзника Хмельницкого, было причиной победы ляхов над казаками.

В 1661 г. двоедушный преемник Пушкаря Жученко думал помощью котелевцев поддержать власть низложенного гетмана Выговского и приводил в Котельву татар. Змиевской воевода писал в Чугуев: «Нынешнего 169 (1661) г. генваря 22 пришел на Змиев из полону выходец Змиевский Черкашенин и сказал: был я в городе Котельве генваря 18, и в Котельве полковник Жученко разбирается о воинском деле, а из рады он полковник Жученко побежал к орде; а орда стоит пятидесятник; а скоро орда скупится в Котельве и, скупившись, хотят итти под государевы города под Харьков и Змиев и под Чугуев».

В 1668 г., тогда как гетман Брюховецкий взволновал казаков ложью, будто царь отдает казаков ляхам, верные казаки просили кн. Ромодановского немедленно занять Котельву, так как в ней хранились все запасы Брюховец-кого, и в ней же засели мятежные запорожцы. Ромодановский осадил Котельву. В Чугуевской переписке сохранилась одна память Ромодановского, посланная из-под Котельвы в Чугуев. «В нынешнем 176 (1668) г. по указу вел. Государя посланы из обоза из под Котельвы в Запорогу к запорожским казакам вел. Государя с милостивою граматою и для проведыва-ния краснокутские черкасы Ивашко Потрика с товарищи 3 человеками, но по се число не были. И мая 25 вышел из полону из Плотавы крас-нокутский черкашенин Андрюшка Жученко и в распросе пред ними сказал, что в Запорогах на люди учинилось моровое поветрие и многие казаки померли, а остальные с кошу от моро-ваго поветрия все выбежали в поле». Ромодановский предписывает Чугуевскому воеводе принять все меры осторожности против моровой заразы. Касалась ли зараза Котельвы, неизвестно. Известно, что тогда как Ромодановский стоял под Котельвой, а Брюховецкий под Диканькой на Сербиновом поле, Дорошенко с войском явился у Опошни и с 1000 казаков, прибыв на Сербинову могилу, послал Браслав-ского сотника привести к нему Брюховецкого, как уже лишенного власти. Казаки самого Брю-ховецкого помогли сотнику взять его, несмотря на сопротивление запорожского полковника Чугуя, и Брюховецкий был убит в глазах Дорошенко. Так еще раз обагрилась Сербинова могила кровью после того, как полк сербов, вызванный Виговским весь был изрублен здесь войском Пушкаря, оставив свое имя полю и могиле. Вслед за Брюховецким умерщвлены были многие его советники. Тело Брюховецкого по повелению Дорошенка было отвезено в Га-дяч; тела старшин его и запорожцев похоронены в Крупицком лесу в 12 верстах от Котельвы. Здесь на вершине могилы возвышаются восемь небольших дубов, как бы нарочно кем кругообразно насажденные для осенения над прахом жертв легкомыслия. Покончив дело с Брюховецким, Дорошенко тайно дал знать Ромода-новскому, чтобы он в избежание бесполезного кровопролития оставил Котельву и удалился. Ромодановский с благодарностью принял совет. Дорошенко и поспешно отошел к Ахтырке. Котельвяне «вышли из Котельвы, оставив место пустым», страшась тех же татар, от которых предостережен Ромодановский. Дорошенко, чтобы не попасть самому в беду, поспешно шел вслед за Ромодановским до Хухры, но, не застав его ни в Котельве, ни в Хухре, 15 июня возвратился к Котельве и потом в Чиги-рин. Наказный гетман Демьян Многогрешный не замедлил успокоить взволнованную Малороссию, передав ее под покровительство кроткого царя Алексея. При Петре Карл ХИИ по присоединении к нему изменника Мазепы расположился на зимних квартирах в Ромнах и в окрестностях сего города. При всей жестокости тогдашней зимы, быв повсеместно тревожим русскими войсками, в феврале месяце выступил он с зимних квартир и, овладев Ве-прином и Куземином, двинулся к Котельве. Уже передовые его войска начали опустошать сей город, слабо защищавшийся, или почти без защиты оставшийся. Котелевские старшины Белецкий, Довгополый, Матюша, Гнилосыр с товарищами просили его о пощаде жилищ и св. церквей. Карл с половиной войска стал в Котельве. Затем с 5000 драгунов, 8 хоругвями волохов и поляков, с казаками Мазепы и с запорожцами двинулся из Котельвы к Ахтырке, а другой дорогой туда же направил генерала Круза, разглашая, что идет против Меньщикова, стоявшего в Ахтырке; он скоро обратился против корпуса генерала Рена, стоявшего между Красным Кутом и Городенкой, в полной надежде, что возьмет в плен весь этот слабый корпус. Надежды слишком обманули его, так же как он сам обманул надежды жителей Котельвы.

После Полтавской победы гетман Скоропадский 17 июля 1709 г. представил царю Петру просительные статьи о Малороссии и здесь между прочим писал: «Просим, чтобы Котельва, всегда принадлежавшая к полку гадячскому, ныне опять была причислена». На это последовал ответ: «Котельва, которой жители сами докучали Его Царскому Величеству просьбою причислить их по близости и удобству к ахтырскому полку, не может быть причислена к Гадячскому полку; на то был указ, и этого указа отменить нельзя». То же писано гетману в 1710 г. В 1728 г. гетман Апостол снова просил о причислении Котельвы в ведомство гетмана, и в это время так объясняем был переход Котельвы в Ахтырский полк: «Во время нашествия шведов на малую Россию ахтырский полковник и бригадир слободских полков Феодор Осипов стоял в гадячском полку в Котельве. Вступив в дружбу с городовым атаманом Котельвы Белецким, без ведения котелевского сотника Довгополова, находившегося тогда с гадячским полковником в походе, подложною просьбою, написанною от имени всех котелевских жителей, будто желают они быть в полку ахтырском, выправил ордер у кн. Менщикова, предписавший присоединить г. Котельву с уездными ее селами из полку гадячскаго к ахтырскому». На просьбу гетмана Апостола последовал такой ответ: «О городе Котельве и ее уезде сделана будет справка, и тогда последует решение». Но нового решения, сколько известно, не было. Соображая объяснение Даниила Апостола с обстоятельствами времени, думаем, что это объяснение не вполне показывает ход дела. По всей вероятности, дело происходило так: смысленные котелевские старшины понимали, что за прием Карла придется Котельве отвечать пред царем, почему поспешили показать залог будущей верности своей – отдались надзору кн. Меньщикова. Правительство со своей стороны имело причины и в прошедшем Котельвы – в событиях времени царя Алексея Михайловича не освобождать более Котельвы от надзора ахтырского полковника для ее же покоя и не выполнять корыстных желаний гетмана.

Оставляя на время новые времена Котельвы, обращаемся еще раз к старине, осмотрим вещественные памятники ее – насыпи.

а) На северо-запад от Котельвы в 7 верстах, в лесу находится высокий круглый холм, называемый жителями Городищем. Холм с запада омывается Ворсклой. Высота его простирается от поверхности воды до 30 саж. Вершина плоская, саженей 40 в ширину и 112 в длину, вся покрыта вековыми дубами и окаймлена двумя рвами в 2 саж. глубины. Въезд в Городище с юго-запада, по сторонам въезда насыпи в 30 саж. вышины. На восточной стороне городища в 6 саж. от него идет сперва прямой линией ров в 1,5 саж. глубины, а потом окружает городище, оканчиваясь у высокого бугра в 6 саж. вышины, на котором растут огромные 3 дуба, современники дубам Городища. В 6 верстах от Городища находятся развалины Скельского монастыря. По прямому направлению от развалин монастырских к городищу, вблизи крайнего рва, окружающего городище с 3 сторон, находятся три глубокие ямы, в расстоянии одна от другой на 3 саж. Котелевские старшины говорят, что это Городище служило укреплением против татар и потом здесь же спасались от польской инквизиции. Скельские иноки сюда же уходили от преследований папистов. Все это вполне вероятно. В описании пограничной линии между Россией и Польшей 1647 г. читаем: «на Скельской горевал от леса Стараго Городища в том Городище по конец горы, над Ворсклом 11 сосен». В 1642 г. польские послы предлагали: «рубеж идет до р. Ворскла, а Ворсклом вниз до Скельскаго Городища, которое в царскую сторону останется, а рубеж от него в версте меж Бельским городищем и оттуль через р. Вор-склу Бельское городище разделит пополам». По этим словам видно, что Котелевское, или Скельское, городище еще в 1642 и 1647 гг. называлось Старым Городищем, а это дает право думать, что укрепленный городок существовал здесь еще до нашествия татар.

б) Современны этому Городищу два другихГородища, еще более замечательные, особеннопо огромному валу, соединяющему их между со-бой. Одно из них находится в 3 верстах от Котельвы на юге ее, на правом высоком берегу Ворскла; вал сего городища длиной в 399 саж.; как вал, так и площадь заросли лесом. В 5 верстах от сего городища на северо-западе расположено другое, более обширное городище, оно имеет вид параллелограмма с круглыми углами, длина внутри крепости от севера к югу полторы версты, ширина 450 саж. По валу его 1450 саж., выши- на вала до дна рва 10 саж. В версте от сего городища на севере с. Бельское Полтавскойгубернии. От рва сей крепости идет к северу высокий вал, в Куземине поднимается на гору и горой по правому берегу Ворсклы идет к востоку, достигая первой крепости, поворачивает на юг и южной линией проходит вблизи с. Зайчинцев, Глинска и Лавков, оставляя их слева. Сей вал тянется всего на 26 верст, с. Бельск и несколько хуторов находятся внутри сего вала. Рядом с валом идет ров, от подошвы сего рва до вершины вала до 10 саж. Это Бельское городище.

в) В конце поселения Троицкого прихода Котельвы, по Деревской дороге, на возвышенном песчаном месте, смежно с лугом возвышается холм. При подошве этой возвышенности на западе ее находится колодезь, называемый жителями Бордюговою Криницею, Бурдюжскою. Живущий близ колодезя 86 -летний старик Карп Здоровец и другие старожилы говорят, что тут постоянно находился холостой казак бурдюг, определявшийся котелевским обществом для наблюдения за набегами татар, при появлении коих немедленно давал знать жителям. По извещению бурдюга все поспешно собирались в крепость, где, запершись, готовились к обороне от неприятеля. Бурдюгова Криница каждый год освящается собором священников двух или трех церквей котелевских.

г) На северо-востоке в пяти, на востоке в семи, а на юго-востоке в трех верстах от Котель-вы находятся на возвышенных местах насыпи, простолюдинами называемые робленицы, т. е. сделанные, а не природные возвышения. Те, которые расположены на востоке, сделаны в 4 ряда, и в расстоянии одна от другой на 4 и на 5 саж. Расположенные ближе к Опошнянской дороге идут в один ряд полукругом, а на оконечностях полукружия защищены курганами и глубокими ямами. А у круглых насыпей, которые находятся близ Крутицкого леса, в 7 верстах от Котельвы, называюся поныне пикетными насыпями кн. Ромодановского. Нет сомнения, что все эти насыпи устроены в 1668 г. во время осады Котельвы князем Ромодановским, который должен был брать предосторожности как против Брюховецкого по Куземинской дороге, так и против Дорошенко по Опошнянской дороге. Менее вероятности в том, что эти могилы принадлежали времени шведской войны. Весной 1709 г. не было времени делать эти окопы, да и не было нужды, Карл после Городянской битвы только на время разлива Ворсклы остановлен был у Опошни, а потом пошел к Полтаве.

Обратимся к новым временам Котельвы. В новые времена обыватели Котельвы страдали то от пожаров, то от болезней.

После пожара 1779 г. пожар 1781 г. истребил храм соборный Рождества Богородицы и много домов. В 1788 г. был столько же сильный пожар. Далее следовали пожары 1808, 1839, 1840 и 1848 гг. А в 1848 г. один за другим были два пожара. Июля 21 в сильную засуху, при юго-восточном ветре, пожар начался в Троицком приходе, за полторы версты от Преображенского храма и прошел весь базар в Преображенском приходе до речки Котельвы. Волны огня обхватывали Преображенскую церковь, народ кричал: «Матерь Божия, спаси дом Божий,– пусть гибнет все наше». И молитва горячей набожности была услышана, храм остался цел. Пламя истребило более 150 дворов. Спустя 6 дней 27 июля пожар повторился, в Троицком приходе сгорело до 60 дворов. От холеры умерло в 1831 г. до 250, в 1848 г. – до 350 человек.

По ведомости генерального межевания в Котельве 4388 муж., 4422 жен. войсковых обывателей при 2019 дес. земли.

При скудном количестве земли котелевцы вынуждены приобретать средства к жизни торговлей и ремеслами. И они давно умеют пользоваться этими источниками продовольствия. Еженедельный торг бывает у них по средам и пятницам, и, кроме того, четыре раза в году бывает ярмарка: в день сошествия св. духа, 1 генваря, 1 октября и 6 декабря. Самое же главное занятие их чумачество – извозничество на волах. Котелевский чумак ходит на юг по всему пространству от Волги до Кавказа, Азовского и Черного морей и до границ Австрии. Он беззаботно отправляется в какую угодно степь, через какой угодно народ. При благоприятной погоде с весны до зимы совершает он от 1000 до 3000 верст, вырабатывая до 100 р. серебром. Многие другие из котелевцев занимаются скорняжеством – выделкою овечьих кож и шитьем тулупов, чеботарством – выделкой кож рогатого скота и шитьем сапог; те и другие соединяют в руках своих двойной промысел и от того получают значительные выгоды.

СЛОБОДА ХУХРА

При речке Хухре и при дороге из Ахтырки в Опошню, в 10 верстах от первой.

Население Хухры надобно считать за современное населению Ахтырки. По описанию чудес Каплуновской иконы «село Хухра» упоминается в 1696 и 1699 гг., а в грамоте 1704 г. августа 14 читаем: «Мельницею с дворовым строением и усадьбою в Полковом селе Хухре поступился ему Федору (Осипову полковнику) полюбовно Хухрянский атаман Яков Довбянка». По последнему документу видно и то, что Хухра была сотенным местечком.

Покровский храм Хухры является уже в истории войны Петра И с Карлом и Мазепой. Карл, лично командуя тремя кавалерийскими полками, разбил 27 января 1709 г. русских у Опошни и отсюда неожиданно бросился на Хухру, где стоял отряд драгунский. Жители Хухры, так говорит хухрянское предание, рассеялись кто куда мог. Покровский священник Димитрий окончил с причтом литургию и по окончании вышел с св. крестом к неприятелям, прося пощадить для св. креста храм и жилища христиан. Шведы не коснулись храма и после того, как возвратились из погони за драгунами, которых преследовали до самых укреплений Ахтырки. Храм, спасшийся от шведов, построен был «лет за 40», так писал хухрянский атаман с товарищами в 1726 г.; и, следовательно, он построен был около 1686 г. поелику же священник Димитрий в своей просьбе 1726 г. писал: «В том селе на перед сего бывало по 800 дворов», то такое число дворов заставляет верить, что первый Покровский храм в Хухре построен был не позже 1655 г.

Храм, построенный в 1706 г., перестроен был в 1803 г. Он покрыт тогда железом, глава и крест позлащены.

В 1825 г. священником Александром Полниц-ким внесен в храм серебряный крест со св. мощами, доставшийся ему от деда его, капитана Григория Ферликовского, жившего в Змиеве.

Другой храм в Хухре во имя Святителя Николая построен был после шведской войны в 1726 г. О построении его просили дозволения атаман Филипп Сафьянов и другие хухряне. Покровский священник Димитрий восстал против сего; он писал, что будто прихожане не желают другого храма, и атаман солгал. Следствие, произведенное ахтырским игуменом Корнилием, показало, что половина хухрян – те, которые живут за версту и более от Покровского храма, действительно просят другого храма. Священник Димитрий и после того вошел с протестом, и архипастырь написал: «Сего попа взять в цепь до нашего решения, за упрямство денежный штраф взять всеконечно и за труд посильщикам вдвое; а мы за спор строения церковнаго знати будем, что делать». По местному преданию, к построению Николаевского храма особенно побуждал хухрян священник Николай Снесаревский, бывший полковым священником во время шведской войны, и по его убеждению черкашенин Филип Богатырь пожертвовал для храма дом свой, который по некоторой поправке и был освящен. Этот храм существовал до 1812 г. в своем виде, в виде дома, с крестом над алтарем.

Новый храм, уже каменный , начали строить в 1809 г. На его постройку употреблен был кирпич из зданий упраздненного Ахтырского монастыря, кирпич продавался и куплен был по 50 к. за тысячу. При перевозке его много помогал бывший в должности исправника Иван Боярский. Храм окончен и освящен в 1812 г.

Метрические книги Покровского прихода начинаются с 1751 г., а Николаевского – с 1759 г., исповедные росписи обоих приходов – с 1764 г.

ЖУРАВНОЕ

При заливе из реки Ворсклы, на правой стороне ее, в 10 верстах от Ахтырки.

В грамоте от 12 марта 1707 г. читаем: «161 (1652) г. сент. 10 за рукою воеводы Данилы Коптева написано: от реки Ворсклы, от Литовскаго рубежа; чрез лес на Журавную поляну, от Литовской границы подле концев большаго Букреевскаго лесу, чрез ахтырскую дорогу, подле ахтырскаго лесу, что ездят от Ахтырскаго на Журавину, до граней, пока мест грани стали Оксома до Андрея Хоцких; от тех граней вниз по Журавной поляне последняя грань до верховья Царева Колодезя, по правой стороне до реки Ворскла, вниз по Ворскле до Литовскаго рубежа». В таком виде земли Журавного отданы были в 1652 г. боярским детям, служившим в Алешенском укреплении. В 1689 г. алешан-цы продали эти земли ахтырскому полковнику Ивану Перекрестову, который лет за 5 пред тем увеличил население соседнего села Лутищ. В Журавном оказалось земли на 350 дес., и межевая линия шла «вверх по Ворсклу до Немеровскаго городища и до устья Царева Колодезя рыботынской и буймеровской дач».

Прежде всего обращаем внимание на городище как на памятник древнейшего быта. Вблизи Журавного поныне видно огромное городище. Литовская граница, упоминаемая в акте 1689 г., в другом акте 1691 г. называется малороссийской границей, эта черта служит границей и нынешней Полтавской губернии. В акте 1689 г. городище называется Немеровским. В росписи русских станиц 1572 г. называется оно Кубенскою могилою в Немери: «да Кубенскую могилу в Немери да Ворскле перелезши на Усть Буймера». Название Немиря поныне остается за городищем. Это городище расположено на правом берегу Ворсклы, как и Котелевское, и на такой же отлогой горе, как и то. Оно окружено дремучим лесом, и само заросло огромными дубами. Глубокий ров, начинаясь от р. Ворсклы, окаймляет обширное пространство с востока, юга и запада; ров тянется около 2-х верст; площадь, окруженная рвом, изрыта рвами и валами. На севере гора с городищем оканчивается довольно круто, и от подошвы ее идет равнина с заливами и сагами. На западной стороне городища глубокая яма. Как по такому положению своему, так по письменным показаниям, Немеровское городище, без сомнения, служит памятником русского города, существовавшего еще прежде татар. Этот город не был городом Литовской Руси, потому что в акте 1572 г. видим уже не город, а городище, да и потому, что городище находится за границей Литовской Руси, не в области Литовской. Городище называется Кубенской могилой. Кубенские князья являются по истории во время татар и исчезают в XVI ст., а между тем в этот период времени русские не могли строить городов на Ворскле. Это опять говорит, что самый город принадлежит периоду дотатарскому, и кубенский князь потерпел несчастие уже на городище.

Обращаемся к новому московскому населению Журавной поляны. Оно началось не ранее 1655 г., но прежде того времени, как поляна перешла во владение Перекрестова; в межевой 1689 г. уже упоминается о журавских помещиках как жильцах села Журавного.

Первый храм в Журавном во имя Архангела Михаила по поселении в краю черкасов построен, по всей вероятности, не позже 1660 г. После того как имение куплено было у Гречаного, новый храм построен в 1722 г. Осипом Тимофеевичем Надаржинским, и исправленный два раза остается тот же поныне.

В Лущицах первый храм Трех Святителей основан не позже 1685 г., так показывает время населения Лутищ, то же видно и по другим об-стоятельствам. Но после того как Лутищи отобраны были у Перекрестова, лутищанский храм оставался в самом жалком положении; набожный майор Димитрий Райкович в 1799 г. возобновил его, сыновья его украсили щедрой рукой. Корсунская икона Божией Матери писана в 1721 г. Книги: Триодь к. п. 1648 г., Апостол м. [п.] 1698 г.

Метрики Журавинского и Лутищанского приходов начинаются с 1751 г., а исповедные росписи – с 1763 г.

ТРОСТЯНЕЦ И РАДОМЛЯ

На правой стороне речек Боромли и Тростянца, в 16 верстах от Ахтырки расположено большое Тростянец.

Земли Тростянца в 1676 и 1682 гг. даны были в поместье ахтырскому полковнику Ивану Ивановичу Перекрестову, а царской грамотой января 25, 1685 г. отданы ему же в отчину как награда за его верную службу царям Алексею Михайловичу, Федору Алексеевичу и царям братьям Иоанну и Петру.

В 1696 г. примежеваны к Тростянцу купленные полковником земли у боярских детей с. Люджи, у радомлян и бороменцев, где «пострен хутор Криничный», а «вольные черкасы пришли и населили 50 дворов».

В 1704 г. Тростянец вместе с другими имениями отобран был у полковника Перекрестова в казну и около 1720 г. подарен был царскому духовнику о. протоиерею Тимофею Васильевичу Надаржинскому, урожденцу Тростянца. У княгини Софьи Алексеевны Голицыной, коей о. Тимофей был предком, поныне цела следующая записка Петра I к о. Тимофею: «Пришли, не медля, ко мне своего свояка, если есть у него крайняя нужда меня видеть. Petrus». Эта записка нигде не издана. В числе изданных писем царевича Алексея Петровича одно есть следующее: « Милостивейший Государь Батюшка! Сего дня под вечер приехал ко мне отец наш духовный Тимофей и просил меня, чтоб мне послать его письмо к тебе Государю с нарочным курьером тайно, не мешкав ни часу. А сказал, что письмо о самых нужных делах. И я то письмо послал к тебе Государю в сем пакете с нарочным курьером; а его письмо не подписано. Сын твой Алексей. Из Преображенского села, 24 д. в вечеру 1708». Одно письмо объясняется другим, и оба объясняют одно из самых важных дел. Свояк, о котором говорит царь, есть Петр Яковлев, или Яценко, усердный агент Кочубея в доносе на Мазепу. Кочубей, решась донесть царю об изменнических замыслах Мазепы, открыл предприятие свое полтавскому полковнику Искре и родственнику Искры спасскому священнику Святайле. Сей последний дал совет отправить с доносом Петра Яценка, крестившегося еврея, как человека умного и добросовестного, и притом родственника царскому духовнику. Последнее обстоятельство важно было потому, что посланный мог употребить царского духовника посредником при докладе дела царю. Записка царя показывает, что расчет малороссов был верен. К сожалению, Петр не совсем поверил доносу и поручил произвесть следствие покупным друзьям Мазепы Головкину и Шафирову. О Яковлеве сказано было в решении их: «Яценка освободить, но с тем, чтобы он никогда не возвращался в Малороссию». Царской грамотой 1710 г. Петру Яковлеву дана была в отчину Радомля, и она поныне находится во владении потомков его Якубинских. Прекрасный каменный храм во имя Архангела Михаила построен здесь в 1805 г. отцом нынешнего владельца Радомли. Тростянец подарен был о. Тимофею, конечно, по уважению к его долгой и верной службе и, в частности, за искренность его по делу Мазепы. Надобно только прибавить, что о. Тимофей много покупал участков земли в 1719 и 1720 гг. у вольковских боярских детей и присоединил к тро-стянецкому имению.

Что касается до первого храма в Тростянце, то он посвящен был славе Вознесения Господня и построен был, по всей вероятности, около 1660 г. и возобновлен полковником Перекрестовым. Поныне цел в тростянецкой церкви крест с такою надписью: «199 (1691) г. апреля 20 д. сей крест построил Царскаго Величества стольник Иван Иванович Перекрестов, в свою отчину село Тростенец, ко храму Вознесения Господня. В нем весу 161 золотник». Ныне в Тростянце каменный храм с тремя престолами, из которых главный во имя Благовещения Божией Матери, а придельные один – во имя Апостолов Петра и Павла, другой – великомученицы Екатерины. Он построен Иосифом Надаржинским, сыном протоиерея Тимофея Васильевича. Каменный тро-стянецкий храм заложен был по грамоте 1744 г. и освящен в 1750 г. Набожный храмоздатель и такой же почтительный сын Осип Тимофеевич в 1742 г. писал к преосвященному: «В маетности нашей, в селе Тростенце, при храме Вознесения Господня для ежедневного литургиса-ния как в прежних годех было два священника, так и ныне состоит; а покойной родитель наш, бывший Их Императорских Величеств, Государя Императора Петра Великаго и Государыни Императрицы Екатерины Алексеевны, духовник протопресвитер Тимофей Васильевич, духовным своим тестаментом завещал, для неоставления повседневнаго служения и для великости парохии (в которой жилых дворов имеется до трехсот) быть при том храме Вознесения Господня троим священникам. Желая исполнить завет родителя нашего, Вашего Преосвященства всепокорно прошу в показанную нашу маетность до вышепомянутаго храма (дабы безпрерывно по вся дни жертва Госпо-деви была приносима) произвесть во священника, чтоб был третей Тростянецкаго диякона Дионисия Иванова, а жить ему на той парохии, кроме доходов, по особливому от нас учиненному определению будет на чем довольно». Благочестивая просьба была исполнена.

БЕЛКА

При реках Белке и Боромле, в 23 верстах от Ахтырки.

Слобода Белка – одна из древних слобод Ахтырского полка. Название ее произошло от зверьков белок, которые и доселе водятся в лесах ее. В старое время слобода Белка находилась среди дремучего леса, которого и ныне при слободе считается до 1200 дес.

В 1732 г. священник белчанской Николаевской церкви, испрашивая архипастырское благословение на перестройку и распространение белчанской церкви, писал, что эта церковь построена в 1675 г.

По местной памяти древний храм сгорел со всем его имуществом. Ныне существующий храм построен в 1774 г.

В указе консистории от 15 января 1740 г. видим характеристическую черту того времени, выразившуюся в белчанском священнике. «Ахтырскаго полка села Белков Николаевской церкви священник Василий Афанасьев

Скрага» жалуется, что тогда как при белковском храме имеется прихожан 350 дворов и он, проситель, посвящен в викарного священника, – дядя его не дает ему доходов на том основании, что дед просителя, а отец дяди будто бы пред смертью разделил приход пятерым сыновьям своим, из которых трое умерли, четвертый в военной службе, почему и наследником остается он один – дядя. Консистория удовлетворила жалобу просителя, хотя дядя его указывал еще и на то, что он сам строил церковь.

Память доброго священника оставил по себе Иоанн Губский, служивший храму и приходу с 1795 по 1839 гг., т.е. 43 года.

Приход по новому штату 2-го класса.

По описи 1704 г. в белчанской сотне «сотник Панас Пештич», и у него 250 казаков, но это только казаки.

III Округ

По начальному населению заключает в себе поселения двух родов, одни казацкие, каковы: Боромля, Жигаловка, Рясное, Криничное, Бранцовка, Семереньки, Никитовка; другие, принадлежности к московским поселениям военной линии, таковы: Славгородок, Пожня, Дерновая, Люджа, Поляное.

БОРОМЛЯ

По обеим сторонам речек Боромли и Крупиной, в 32 верстах от Ахтырки.

«По указу нашему, так говорит царская грамота от 19 декабря 1659 г., по Белогородской черте, меж Вольным и Олешны, на р. Боровне, поселились вновь Черкасы, атаман Корней Васильев с товарищами 425 чел. и устроили в том месте город; а пашенной земли, и всяких угодий по се время не отведено». Предписывается переписать черкас и отвесть землю каждому из рядовых «по осьми четьи в поле, а в дву по томуж», атаману «десять четий», есаулам «по девяти» . В 1660 г. доставлена была в Москву опись «городу Боромле и черкасам полковой службы». Таким образом, Боромля основалась в 1658 г. Название города, которое долго носила Боромля, принадлежало ей не только по укреплению, бывшему в ней, как и во многих других слободах, но и по значительному числу жителей. Население ее было так значительно, что уже в первых годах XVIII ст. видим в ней 6 храмов, а с 1761 г. было в ней духовное правление. Ныне в ней остается 4 храма: в честь Рождества Богородицы, Троицкий, Христорождественский и Честного Креста, а в прежнее время были еще храмы Никольский и Воскресенский. Соборным храмом Боромли был храм во имя Рождества Богородицы. Так, по актам 1689– 1703 гг. уже известны «города Боромли соборной церкви Рождества Богородицы» протопоп Василий Иванович Новосельский и два священника. В 1725 г. прихожане в просьбе о дозволении построить новый соборный храм писали: «Тому лет с 80 и больше, в оном городе Боромли построена оная соборная церковь». Следовательно, первый соборный храм Рождества Богородицы построен в Боромле не позже 1650 г., а второй освящен в 1725 г. В 1803 г. начали строить каменный Рождественский храм, и тогда, как еще не совсем окончен был сей последний, в 1811 г. деревянный храм сгорел с его утварью и церковными бумагами. Главным распорядителем при постройке нового храма был протоиерей Семен Белицкий, потомок котелевского старшины Белицкого, известного при Карле XII, владевший участками земли; более других оказывал пособий поручик Николай Иванович Карпов, один из потомков поповского старосты Степана Карпова; должность попечителя принимали на себя Степан Алексеевич Микулаев и Павел Яковлевич Сухачев.

В одно время с Богородияным в 1811 г. сгорел боромлянский Воскресенский храм, которого метрики начинаются с 1775 г. Теплый храм в честь Воскресения Христова предположено устроить в колокольне Богородичного храма, которой каменная постройка недавно окончена.

Точное время основания Троицкого храма в Боромле неизвестно. По акту 1689 г. известен боромлянский Троицкий священник Иван Андреев. Потом видим священников того же храма в 1714–1717 гг. Василия Иванова, в 1721–1731 гг. Онисима Игнатьева. В 1775 г. при священнике Андрее Белицком Троицкий деревянный храм сгорел за исключением одного придела, из остатков его на время построили и освятили храм. С 1810 г. начали приготовлять средства к построению каменного храма; в 1818 г. совершили закладку его, в 1828 г. он был вчерне построен, но для совершенной отделки испрашивали и получили в пособие от комиссии духовных училищ 2000 р. ассигнациями; храм освящен был в 1833 г.

Храм во имя Рождества Христова по первой постройке его относят к 1680 г. По акту 1696 г. известен боромлянский Рождественский священник Иоанн. Каменный Рождественский храм, начатый постройкой на место деревянного с 1814 г., освящен в 1844 г.

Рождественский храм привлекает к себе внимание особенно древнею иконою святителя Николая, которая поступила сюда из упраздненного Николаевского боромлянского храма. Икона Святителя издавна служила предметом общего благоговения боромлянцев. На киоте ее означен 1680 г., икона покрыта серебряной ризой. Николаевский храм, которому принадлежала она, известный по бумагам с 1696 г., без сомнения, существовал прежде того времени. В новом Рождественском храме устраивается престол в честь Святителя Николая.

Боромлянский храм Воздвижения креста Господня упоминается в актах 1696 и 1726 гг. В указе консистории от 29 марта 1742 г. видны уже два священника Воздвиженской боромлянской церкви.

Уменьшение жителей Боромли после 1800 г. произошло оттого, что по малоземелью боромлянцев значительная часть их переселилась в Екатеринославскую губернию.

Средства к жизни получаются здесь после хлебопашества от ремесел гончарного, сапожного, портного, плотничного, ткацкого и кузнечного. В слободе бывают четыре ярмарки: в первый день Фоминой недели, июня 29, сентября 14 и декабря 9.

Существующая ныне в Боромле сельская школа, где обучает детей соборный священник со своим причетником, по справедливости славится особенными успехами воспитанников своих. Мы со своей стороны должны сказать, что при боромлянском соборном храме существует школа с давних времен, и это заведение старого времени не принадлежит одной Боромле.

Один из урожденцев Боромли, сумской иеродиакон Марк Мушенко пред посвящением своим в иеромонаха в 1744 г. давал такое показание о себе: «По смерти отца своего остался он 5 лет и в 709 г. пошел в училище, в том же гор. Боромле, церкви Рождества Богородицы в школу, к бывшему в то время дьячку Ивану Евченку, своею волею». Другой черкашенин, урожденец с. Криничного, монах Сумского монастыря Дорофей в 1749 г. показывал: «От роду ему 30 лет; книжному чтению и пению обучен он ахтырскаго полку с. Тростенца Вознесенской церкви дьячком Петром, что ныне священник; а по изучении русской граматы бывал он при церковных школах дьячком». Эти два показания очень важны; они говорят, что как в Боромле при соборном храме, так при других церквах значительных черкасских местечек уже около 1700 г. были школы, и учителями школ были дьячки. Отселе несомненно, что выражение, так часто встречающееся в делах о посвящении диаконов и священников черкасских старого времени «обучен дьячком» означает то же, что обучен в церковной школе. А это подает довольно приятные мысли об образованности духовенства Слободской Украйны старого времени. По справке с документами оказывается, что заведение школ при церквах Слободской Украйны современно самому населению Слободской Украйны, и что это прекрасное учреждение принесено черкасами из-за Днепра, где уния вынудила рано приняться за книги, чтоб быть в состоянии бороться с проповедниками унии – езуитами. Вот три примера тому, что заведение школ при церквах принадлежит страдальцам унии. Монах Аркадиевой пустыни Иоанникий пред посвящением своим в иеромонаха Покровского училищного монастыря в 1740 г. показывал о себе: «Родом он Малороссиянин, родился в Гадяцком полку в с. Рябутовке; отец его Сидор в том же селе при Петропавловской церкви был дьяком; он Иоанникий по изучении славянской грамоты ходил по разным местам лет с 27 в дьяковском звании; русскаго письма чтению и пению обучен он мандрованным дьяком Павлом». Святогорский монах Паисий при таковом же случае давал показание: «Родился он в Лубенском полку, в с. Биевцах; обучен чтению и пению по разным школам дьяками; а по изучении был полтавскаго полку в маетности г. полковника в с. Жуках при Георгиевской церкви дьяком, по черкасскому обыкновению, в школе, 9 лет». Дьячок с. Грунки Алексей Куликов пред посвящением своим в священника в 1743 г. показывал о себе: «Родился он в с. Капустянце Киевской (ныне Полтавской) епархии; отец его Семен в с. Капустянце при Воздвиженской церкви по черкасскому обыкновению был дьячком; а он Алексей жительство имеет в с. Грунке при церкви пр. Михаила в школе; по изучении русской грамоты в киевских славено-латинских школах не был, понеже в той епархии – обучаются в школе, кто пожелает из доброй воли».

Из бедствий боромлянцев XVII ст. известно только одно, которое претерпели они от татар в 1668 г.

ЖИГАЛОВКА

При речке Боромле и ее заливе, в 42 верстах от Ахтырки.

Жигаловка, одна из древних слобод, была некогда сотенным местечком.

Жигаловка называется селом по акту 1681 г., а по актам 1714–1716 гг., при жигаловском хра­ме Покрова Пресвятой Богородицы оказыва­ются два священника Парфений Яковлев и Да­вид Игнатьев. Ныне в Жигайловке каменный храм, который освящен в 1836 г. Попечителем при его постройке был казенный крестьянин Климент Игнатенко; церковный староста Андрей Лесняк устроил иконостас, и им же пожертвовано несколько других вещей.

От холеры умерло в 1847 г. 35 человек, в 1848 г. – 51 человек.

Число прихожан в 1750 г. – 821 муж., 753 жен., в 1770 г. – 1180 муж., 1136 жен., в 1790 г. – 1283 муж., 1248 жен., в 1810 г. – 1331 муж., 1449 жен., в 1820 г. – 1421 муж., 1530 жен., в 1830 г. – 1437 муж., 1609 жен., в 1840 г. – 1350 муж., 1458 жен., в 1850 г. – 1339 муж., 1540 жен. пола.

В том числе в хуторе Чернецком экономических черкасов 78 душ муж. пола, в двух хуторах черкасов подданных 67 душ муж. пола.

РЯСНОЕ

Одно из лучших сел благодатной Украйны. Оно расположено на полугоре, с трех сторон окружено водою и прекрасными рощами; во всех дачах почва земли – чистый чернозем, самый плодородный; в каждой равнине можно найти источник чистой воды; лес большей частью строевой.

По ревизской описи 1732 г. черкасы, подданные г. Кондратьева, поселены в Рясном на жалованной земле в 1670 г.; к тому же времени относится построение в Рясном первого училища доброй нравственности – храма Божиего.

В описи 1804 г. сказано, что существовавшая прежде нынешней каменной деревянная церковь построена была в 1732 г. В 1732 г. действительно выдан был антиминс, освященный архиепископом Досифеем, с таким надписани-ем: «Краснопольскаго уезда села Ряснаго в храм Великомученика Димитрия». Эта церковь была с тремя престолами. Главный, или средний, был посвящен имени святого великомученика Димитрия Мироточивого; южный придел был во имя Апостола Андрея Первозванного, а северный – во имя Равноапостольных царей Константина и Елены. Памятником сего трехпрестольного храма служат три каменные каплицы и указ консистории 5 июля 1736 г. с надписью: «В село Рясное Димитриевской церкви попу». Но храм 1732 г. не был первым храмом в селе Рясном, или точнее 1732 г. не был годом основания храма, а временем возобновления его.

а) В церковном архиве хранятся: манифест о смерти Петра I и восшествии на Всероссийский престол супруги его Екатерины Алексеевны, напечатанный 1725 г. генваря 28 дня; манифест о смерти императрицы Екатерины Алексеевны, присланный 1727 г. мая 12 дня; манифест о присяге Петру II, печатанный 1727 г. мая 7 дня.

б) В самой описи 1804 г. написано: «Антиминсов три, тонкаго холста, первый данный в оную церковь от Преосвященнаго архиепископа Досифея в 1732 году, во всем крепкий, вторый и третий – от Преосвященнаго епископа Епифания в 1694 году». Следовательно, ясно, что придельные престолы освящены никак не позже 1694 г.

в) На то же указывает находящаяся в церковной библиотеке постная Триодь м. п. 1693 г., на которой надпись говорит: «В Димитриевскую церковь села Ряснаго, в отчину стольника и полковника сумскаго полка Андрея Герасимовича Кондратьева», т. е. того самого, который в 1708 г. был умерщвлен раскольничьеюшайкою бунтовщика Булавина па Дону.

Кроме помянутой Триоди в нынешнем храме сохраняются древние книги: Евангелие в лист м. п. 1697 г. , другое м. п. 1748 г., цветная Триодь м. п. 1692 г., Служебник ч. п. 1747 г.

В 1814–1815 гг. в Рясном построен каменный храм с тремя прежними престолами усердием владельцев Димитрия Андреевича и сына его Константина Димитриевича Хрущовых. Новый великолепный храм освящен был ахтырским протопопом Феодором Щербинским в октябре 1816 г.

В настоящее время богослужение совершается на одном только среднем престоле, посвященном чествованию святого великомученика Димитрия (Мироточивого); престолы же, находящиеся в южной и северной стороне храма, по усердию благодетельного помещика Константина Хрущова, обновляются и приводятся в благолепное состояние.

Храм отличается богатою утварью.

Исповедные росписи и метрики Димитриев-ской церкви с. Рясного начинаются с 1739 г.

По переписи 1732 г. в Рясном 412 душ муж. пола. По ведомостям число прихожан, жителей Рясного, Александровки и Таратуты,

в 1730 г. – 578 муж., 558 жен., в 1750 г. – 619 муж., 603 жен., в 1770 г. – 660 муж., 674 жен., в 1790 г. – 700 муж., 708 жен., в 1810 г. – 744 муж., 772 жен., в 1820 г. – 673 муж., 732 жен., в 1830 г. – 673 муж., 655 жен., в 1840 г. – 688 муж., 773 жен., в 1850 г. – 903 муж., 1007 жен. пола.

От холеры 1848 г. умерло 44 человека. Всего же в приходе ныне состоит 903 души муж., 1005 жен. пола.

В разных дачах сего имения есть несколько могил, имеющих вид продолговатой насыпи, называемой курганом. Из них примечательны три, издавна называемые Голубовыми могилами. Полагают, что они носят на себе имя Голубя, знаменитого сотника краснопольских казаков.

Один из хуторов, принадлежащих к Рясному, называется Сагайдачным, и здесь же идет старинная дорога, известная под именем шляха Сагайдачного.

Старики со страхом вспоминают о дремучем лесе, бывшем вблизи Рясного. В роще еще целой, известной под именем Келембетовой, в 1831 г. после сильного дождя, оказалась пещера довольно чистой работы, в длину 6 саж., в вышину 11/2 саж. В конце ее на стене вырезаны три креста. Эта пещера была, конечно, притоном шайки татарина Келембета, а после здесь же укрывались бродяги из черкасов, известные в краю под именем бурлаков. Вот что писал в 1550 г. Михалон о пути восточных купцов в Россию и Польшу: «Когда купцы, чтобы избежать двойной переправы чрез Днепр и платы пошлины королю, оставив старую дорогу, идущую чрез владения короля, спускаются от ворот Тавриды (Перекопа) вниз и направляются прямо в Московию на Путивль, или возвращаются оттуда непроходимыми степями: то часто случается, что их грабят, кому они попадутся в руки, и между прочим шатающиеся в тех местах разбойники».

СЛАВГОРОДОК

С самого начала и поныне не напрасно носит имя Славгородка. В первое время это было укрепленное местечко с боярскими детьми, с пушкарями и стрельцами.

Ахтырский полковник Иван Перекрестов по царской грамоте 1686 г. купил у боярских детей Вольковской службы земли Славгородка и населил их черкасами. В 1705 г. земли сии были отобраны на царя.

Было время, когда в Славгородке было четыре храма. В Ахтырском правлении хранятся метрики слободы Славгородка: а) за 1753 г. церквей Николаевской, Троицкой, Архангельской и Введенской; б) за 1760 г. первых трех церквей.

В 1730 г. выдан был антиминс в храм Святителя Николая слоб. Славгородка. Николаевский храм, поврежденный пожаром 1760 г., разобран был в 1788 г. вследствие того, что помещик майор Тимофей Надаржинский, имея другой храм, отказался перестраивать ветхий храм; указом предписано было «годный лес продать на церковное строение, неспособный к строению употребить на церковную ограду или печение просфор, бывший внутри св. алтаря сжечь и пепел всыпать в реку, на месте же престола поставить сруб, и на нем водрузить крест; священника и причетника причислить к оставшейся церкви».

Архангельский храм, по местной памяти, стоял там, где стоит теперь мраморный памятник над прахом генерал-майора Алексея Ивановича Корсакова. По ведомости 1764 г. он построен был в 1744 г.

По делам 1756 г. известен священник Введенской церкви слоб. Славгородка Дамиан Власов.

Тот и другой храм давно закрыты и разобраны. К 1789 г. в Славгородке оставался уже один Троицкий храм. В 1764 г. священник сего храма Елисей Федоров показывал, что храм сей построен в 1732 г. подданными черкасами помещицы Софьи Матюшкиной и что при нем и прежде был и ныне состоит один священник с одним дьячком; «дьячка и пономаря рукоположенных не имеется, понеже за мало-приходством рукоположения никто не желает, а священник отправляет по малороссийскому обыкновению с простолюдином из найма».

В 1807 г. помещицею Варварою Надаржинской построен здесь каменный храм во имя Св. Троицы с такою же колокольнею. В 1843 г. Софьею Алексеевною, княгинею Голицыной, урожденной Корсаковой и правнучкой Надаржинских, храм сей возобновлен: устроены новый иконостас, два киота в притворе, паркетный пол в алтаре, в нишах наружной стены поставлены алебастровые изображения Архангелов Гавриила и Михаила, святителя Алексея, мучениц Софии и Александры, вмч. Варвары и Екатерины, Ап. Петра, св. Василия и мученика Виктора. Это ангелы членов семейства доброй княгини. В нынешнем виде славгород-ский храм – весьма красивый храм.

Число всех прихожан: в 1730 г. – 604 муж., 580 жен., в 1750 г. – 774 муж., 742 жен., в 1770 г. – 968 муж., 992 жен., в 1790 г. – 981 муж., 1087 жен., в 1810 г. – 1318 муж., 1328 жен., в 1830 г. – 1373 муж., 1517 жен. в 1850 г. – 1168 муж., 1200 жен., в том числе дворовых 68 муж., 70 жен. пола.

От холеры умерло в 1831 г. до 20 человек, в 1848 г. – 68 человек.

СЕЛО ПОЖНЯ

На речке Ворсклице.

Первое заселение земель Пожни надобно относить ко времени царствования Алексея Михайловича: выписи из отказных книг на пожалование землями предков теперешнего поколения за разные заслуги, например, за то, что иной служил на своем коне и со своим саможаром, относятся ко времени царя Алексея Михайловича. Основание в Пожне прихода и церкви во имя Покрова Пресвятой Богородицы восходит к 1660 г., как это видно из отысканной в архиве бывшего Богодуховского духовного правления официальной сказки, данной по указу консистории в присутствии вольновского духовного правления в 1764 г. мая 2 дня пожнянским священником Алексеем Поповым. Здесь священник по священству показал: «Оная Покровская церковь построена в 1660 году коштом и старанием того села Пожни и деревень Верхопожни и Порозка разными помещиками, обывателями однодворцами, той же церкви приходскими людьми». За сорок лет пред сим старожилы видели деревянный ветхий памятник – обыкновенное напоминание о существовавшем храме. Храм, предшествовавший нынешнему, был деревянный с пятью главами и с крестом на луне; старожилы, которые за 40 лет видели ветхий памятник первого храма, уже не помнили времени постройки второго храма; обгорелые стены его говорили только о том, что его касался огонь. В 1823 г. по благословению блаженной памяти преосвященного Павла епископа старанием приходских священников Луки Маляревского и Петра Ходского и на иждивение прихожан заложена была на место старой деревянной каменная, ныне существующая церковь; десять лет продолжалась постройка, и в 1833 г., по благословению преосвященного Иннокентия I, священнодействием первоприсутствующего члена ахтырского духовного правления протоиерея Иоанна Чудновского открыто в ней богослужение; от начала до окончания постройки, кроме помянутых приходских священников, немало споспешествовал делу трудами своими, присмотром за рабочими и материалами и отчасти собственностью своею бывший тогда старостою церковным однодворец села Пожни Михаил Ларионов Рагулин, скончавшийся вскоре по освящении новой церкви. Бывший на то время земским исправником, приходский помещик ротмистр Андрей Васильевич Белогрудов много помогал успеху построения храма влиянием своим на прихожан; он же пожертвовал до 2000 р. ассигнациями на устройство нового иконостаса.

Как построение существующей ныне в сем приходе каменной церкви, так и приличное украшение внутренности и внешности оной в следующее время, большею частью зависело не от частных лиц, а от взаимного согласия прихожан. Так, когда железная кровля и внешняя штукатурка новой каменной церкви потребовали на возобновление свое около 1000 р. ассигнациями, то прихожане, движимые сколько усердием своим к благолепию храма Божиего, столько же и необходимостью предохранить церковь свою от дальнейшего повреждения, не прибегая ни к чьей сторонней помощи, сами собою изобрели средства, ни для кого не обременительные, возобновить храм.

Метрики Покровской церкви села Пожни начинаются с 1753 г.

В приходе села Пожни ныне считается 1170 душ муж., 1206 жен. пола, в том числе в с. Пожни казенных крестьян – 457 муж., 452 жен., владельческих – 47 муж., 46 жен., в дер. Порозке – 233 муж., 240 жен. казенных крестьян; 5 муж., 12 жен. подданных черкасов; в дер. Демяновке – 112 муж., 134 жен. подданных черкасов; в дер. Верхопожне – 270 муж., 266 жен. казенных крестьян. Прежде было:

в 1730 г. – 789 муж., 763 жен., в 1750 г. – 878 муж., 864 жен., в 1770 г. – 960 муж., 925 жен., в 1790 г. – 1065 муж., 1075 жен., в 1810 г. без Порозка – 920 муж., 936 жен., в 1820 г. – 1008 муж., 1010 жен., в 1830 г. – 1084 муж., 1085 жен., в 1840 г. с Порозком – 1264 муж., 1380 жен. пола. От холеры умерло в 1831 г. 43, в 1848 г. – 80 человек.

Кроме вседневных благодеяний Божиих, прихожане видели на себе особенное милосердие Божие в то время, когда они с 1823 по 1833 гг. подвизались в сооружении каменного храма. В неурожайные 1824 и 1830 гг. они имели не только безнуждное пропитание для себя, но и продавали хлеб другим по ценам выгодным; в 1830 и 1831 гг., когда край в первый раз постигла холера и когда в окрестных приходах падало по нескольку жертв ежедневно, в здешнем приходе знали холеру только по слуху, а смертоносного действия не испытал никто. Даже в 1847 и 1848 гг., когда эпидемия свирепствовала повсеместно, приход сей потерпел в сравнении с другими меньшую потерю и именно: из 2400 душ обоего пола померло в два года от эпидемии 106 человек.

Заметным образом явил себя Промысл Божий лет сорок тому назад над жителями казенной деревни Порозка, состоящими ныне приходом при сей церкви. Жители Порозка в числе 250 душ мужеского пола, предвидя скорую необходимость помогать по долгу прихожан при постройке в селе Пожне новой каменной церкви, в 1806 г. уклонились из Пожнянского Покровского в Славгородский Троицкий приход, где церковь была новая каменная. Господь не потерпел лукавства: вслед за тем, как обыватели Порозка из корыстных видов перечислились из своего родного прихода в чужой, грозная туча с проливным дождем, сильною бурею и градом, минуя смежные поля, разразилась над полем сих жителей и не только истребила посеянный хлеб, но даже в толочном клину по системе трехпольского хлебопашества, где была свежая пахать, смыла верхний плодоносный слой земли (чернозем) и оставила на месте одну глину, так что и теперь, по истечении уже более 40 лет от времени сего происшествия, следы опустошения не совсем изгладились: поле, постигнутое тучею, бывши до того времени самым плодоносным, сделалось тощим. Это очень помнят все жители Порозка, которые в 1833 г., когда в селе Пожне освящена новая каменная церковь, опять перешли в приход Покровской церкви.

СЕЛО ДЕРНОВОЕ

На речке Дерновой, образовалось в одно время с Пожнею.

В выписке из межевой книги, данной 5 ноября 1700 г. священнику и однодворцам с. Дернового, читаем: «По указу В. Г. Иван Лаврентьевич Петров дал выпись с книг письма своего и меры и межеванья Вольновскаго уезду с. Дер-новаго Георгиевскому попу Ивану Васильеву да того ж села помещикам... А в писцовых книгах написано: в селе Дерновне церковь Вмч. Георгия; у той церкви поп Иван Васильев; на жеребей двор его попов; за ним попом церковной поместной земли, пашни пахатныя двадцать четвертей в поле, а в дву по томуж; сенных покосов сорок копен; писано за ним то поместье по выписи 188 (1680) году». По переписи 1732 г. в Дерновом подданные черкасы Ивана М ихал. Куколевского, 73 души муж., поселены в 186 (1678) г.

Отселе видим, что в Дерновне существовал храм еще в 1680 г. По делам видно, что в 1721 г. здесь существовал уже другой храм во имя Вмч. Варвары. В этом году землевладелец Даниил Перекрестов просил и получил разрешение на место обветшавшей церкви Вмч. Варвары построить новую в честь той же в. мученицы. Ныне существующий деревянный храм Вмч. Георгия построен в 1795 г. и освящен в 1797 г. В 1806 г. устроен новый иконостас с резьбой старанием священника Никифора Крамарева, и им же заменены оловянные сосуды серебренными, а выбойчатые ризы – парчовыми.

Нынешний причт владеет 20 дес. земли по приведенной выписке 1700 г. и 15 дес. нового положения. Так как старая четверть заключала в себе 11/2 нынешних десятины, а четверть в поле и в дву потомуж значила три полудесятины или по полудесятине в каждом из трех полей, то писцовой пахотной земли при дерновской церкви должно быть 30 дес. и, кроме того, покосов на 40 копен.

Но вот и еще документ, по которому церковная собственность еще не возвращена дерновской церкви.

«1721 г. Вольновскаго уезду села Дерновны Егорьевский поп Михаил принес для записки в Вольном к крепостным делам незаписанную запись, которая писана до состояния крепостных дел в 1709 г., а у крепостных дел была за утягательством не записана, и бил челом Им Императорскому Величеству, чтоб оную запись записать в Вольном у крепостных дел в книги и пошлины взять по указу. В оной записи написано таково:

«Вольнаго города деревни Нещахи помещики Аверьян Кучинин, Купреян Никонов, Микита Белокопытов, Кодрат да Иван Толмачевы, с товарищи 30 человек, дали есмы мы приходскому своему попу Георгиевскому попу, Михайле, для поминовения родителей своих,– запрудить на р. Нищахе, ниже нашей старой собратской мельницы, или где угодно, мельницу со всяким строеньем, и построя ту мельницу ему попу и жене его и детям и внучатам владеть вечно; а впредь нам помещикам и женам нашим и детям и внучатам на него попа в ту мельницу не вступаться и ничем не изгонять и никому не уступать и не продавать и о повороте не бить челом и в том харчей ему не доставать. А буде мы помещики или жены наши и дети и внучата против сей записи не устоим, в ту мельницу учнем вступаться, или кому продадим или о повороте учнем бить челом: и ему попу и детям взять на нас помещиков, которых имена записаны и не записаны, за неустойку, кто из нас неустоит, по 20 рублей... А рыбу ловить в ставу нам помещикам с ним попом по полам. И на ту мельницу ему попу и детям и работникам для строенья лес и хворост сечь в наших дачах Нищахских. А при сей записи были сидельцы гор. Алешни дети боярские Антон Титов, Мартин Збитнев, Игнат Мерошник; а на то послух Хотмыжский Дмитровский дьячок Алексей Попов. А сию запись писал села Бран-цовки церковный дьячок, Илья Иванович, лета 1709 Февр. 11 д. К сей записи Вольновский Николаевский поп Прохор вместо Аверьяна Кучи-нина, Куприяна Никонова, Кодрата Толмачева с товарищи, по их прошению. Послух Алексей Попов руку приложил».

Число прихожан: в 1730 г. – 439 муж., 417 жен., в 1750 г. – 688 муж., 663 жен., в 1770 г. – 735 муж., 714 жен. (в Дерновне 120 муж., 113 жен. однодворцев, 230 муж., 231 жен. владельческих крестьян; в дер. Поляной – 385 муж., 370 жен. однодворцев), в 1790 г. – 760 муж., 750 жен., в 1810 г. – 962 муж., 976 жен., в 1830 г. – 1089 муж., 1102 жен., в 1850 г. – 531 муж., 577 жен. пола. Дерновский приход уменьшился от того, что образовался особый Полевской приход.

От холеры умерло в 1831 г. до 70 человек, в 1848 г. – 45 человек.

ЛЮДЖА

На р. Людже, в 26 верстах от Ахтырки.

В межевой выписке 1699 г. часть земель «села старой Люджи вольновскаго уезда» показана между купленными полковником Перекрестовым у служивых людей вольновской службы. В акте 1686 г. старая Люджа также называется селом. По ведомости 1764 г. храм Св. Козмы и Дамиана в с. Людже построен в 7183 (1675) г. и тогда же отведено для церкви земли на 40 четвертей в поле, т. е. 60 дес., но эта земля перешла потом в руки прихожан; в 7188 (1680) г. выдана была Люджанской церкви выпись из межевых книг кн. Петра Хованского на 30 четвертей земли, т. е. на 45 дес. с сенными покосами.

По делу 1759 г. видно, что в том году определением преосвященного Иоасафа Миткевича три однодворца с. Люджи отлучены были от причастия св. тайн «за побой Люджанскаго священника Иоанна Ходскаго».

Число прихожан: в 1750 г. – 778 муж., 768 жен., в 1770 г. – 825 муж., 840 жен., в 1790 г. – 863 муж., 920 жен., в 1810 г. – 878 муж., 944 жен., в 1830 г. – 926 муж., 1010 жен., в 1840 г. – 799 муж., 860 жен., в 1850 г. – 774 муж., 830 жен. пола.

IV Округ

Поселения IV округа состоят частью из поселений Московской военной линии и из поселений заднепровских выходцев. К первым относятся по первоначальному населению Краснополъе, Пушкарное, Мезиновка, к последним – Злодеевка, Угроед, Туръе, Самотпоевка, Гречаниковка, Успенское (Ефремовка), Видневка, Ясенок.

КРАСНОПОЛЬЕ

На р. Сыровытке и Закобылье, в 76 верстах от Ахтырки.

Боярские дети Краснополья, так часто упоминаемые в старинных актах, сами по себе говорят, что Краснополье первоначально было поселением московским и основалось, вероятно, в одно время с Вольным при царе Михаиле Федоровиче. Впоследствии времени основались здесь черкасы. Боярские же дети мало-помалу распродали свои участки и разошлись в разные места, так что уже в 1706 г. в Краснополье не было боярских детей, и население состояло из черкасов. Краснополье в старое время было значительным местечком Сумского полка. Это был город как по бывшей здесь крепости, так и по правлению, заведывавшему уездом; здесь было и духовное правление.

Соборным храмом Краснополья был храм Успения Богородицы. По актам Сумского Успенского монастыря еще в 1668 г. известен «пречестный господин отец Иоанн Иванович протопоп Краснопольской», бывший свидетелем при продаже участков земли и мельницы «в гор. Краснополье честному отцу Авраму Григорьевичу» сумским полковником Герасимом Кондратьевым. Краснопольский священник соборной Успенской церкви Кирилл Мартинов, сын сумского протоиерея Мартина Максимова, известен в 1726–1730 гг. как один из самых усердных благотворителей Сумского Успенского монастыря.

В нынешнем Успенском храме, который построен старанием священника Строевского, хранятся три Евангелия м. п., одно 1677 г., другое 1685 г. , третье 1748 г.; Анфологион л. п. 1693 г. Послесловие сего анфология: «Напечатана третицею уже всеконечно изследована, распространена и исправлена с еллинскими истинными изводы. Молим с умилением, аще кая не благоискусна словеса и не благопристойна, или поползновенна некая прегрешения в книзе сей обрящутся, не посуждати, ни поносити люботруждшимся»; Триодь цветная м. п. 1680 г., Триодь постная м. п. 1684 г.; Служебник к. п. 1737 г., м. п. 1744 г., ч. п. 1747 г.; Осмогласник м. п. 1746 г.; Правильник ч. п. 1747 г.; Акафист Вмч. Варваре ч. [п.] 1749 г.; Апостол м. [п.] 1748 г.

Кроме Успенского храма в Краснополье в старое время были еще храмы Михайловский, Воскресенский и Николаевский.

«Сумскаго полку гор. Краснополья церкви Архангела Ми хаила о. Павел Абрамович Строевский» в 1722 и 1727 гг. продал Сумскому монастырю за умеренную цену те самые угодья, которые отец его священник Аврам в 1668 г. купил у полковника Кондратьева.

Таким образом, несомненно, что Ми хайловский храм существовал еще в 1668 г.

Воскресенский священник Василий известен по акту 1685 г., а священник Иван Семенович Треповской в 1730 и 1744 гг. пожертвовал земли Сумскому монастырю.

Оба храма М ихайловский и Воскресенский давно упразднены.

Церковной земли при Николаевском храме 66 дес., при Успенском – 33 дес., а по ведомости 1799 г. краснопольскому Успенскому протоиерею принадлежали хутор Ступовский с 32 душами муж., 25 жен., хут. Гребенский с 15 душами муж., 10 жен., хут. Ярковский и Петровский с 16 душами муж., 16 жен.

По исповедным росписям в Краснопольских приходах значится: в 1739 г. в соборном Успенском – 262 муж., 252 жен., в Николаевском – 407 муж., 376 жен., в 1745 г. в первом – 197 муж., 195 жен., во втором – 249 муж., 228 жен., в том числе подданных черкасов – 157 муж., 140 жен. пола, в Архангельском – 215 муж., 210 жен., в том числе подданных черкасов – 69 муж., 67 жен. пола, в Воскресенском – 87 муж., 82 жен., а всего – 748 муж., 715 жен. пола.

ПУШКАРНОЕ

В 65 верстах от Ахтырки, на Суходоле.

Пушкарное, коего нынешние жители принадлежат графу Шереметьеву, получило свое название от старых артиллеристов-пушкарей.

Пушкарное называется селом Краснопольского уезда в царских грамотах 1688 и 1700 гг.; в последней говорится, что разные боярские дети продали свои участки в селе Пушкарном полковнику Андрею Кондратьеву. Таким образом, несомненно как то, что Пушкарное сперва было поселением боярских детей и потом уже поселением подданных черкасов, так и то, что в Пушкарном существовал храм прежде 1682 г.

Ныне существующий храм с двумя престолами, из которых главный во имя Ап. Петра и Павла, а предельный – в честь Рождества Богородицы, построен в 1735 г., тогда как метрики Петропавловской церкви начинаются с 1730 г., а Богородичной – с 1749 г.

ЗЛОДЕЕВКА – ВЕРХНЯЯ СЫРОВИЦА

При вершине р. Сыроватки, или Сыровицы.

Царским указом 9 октября 1716 г. «село Злодеевка и в нем со сто дворов» подпомощных черкасов Сумского полка отданы волосскому полковнику Апостолу-Кигичеву за службу его и его хоругвей в турецкую войну 1711 г. По переписи 1732 г. Злодеевка и Угроед населены «тому лет больше 80», следовательно, в одно время с Сумами. Название Злодеевки дает видеть, что первые поселенцы ее перешли из Злодеевки правой стороны Днепра, что близ Триполья и Со-зеевки3. Первый храм в честь Покрова Богородицы построен был в Злодеевке, иначе Верхней Сыровице, вероятно, в 1660 г. Ныне существующий Покровский храм построен в 1801 г.

Здесь есть Евангелие л. п. 1670 г. , пожертвованное, как говорит надпись, атаманом Семеном Зиченком; Акафист вмч. Варваре ч. п. 1740 г., Служебник ч. п. 1747 г., плащаница, писанная на шелковой материи в 1729 г., дар полковника Филиппа Апостола-Кигичева.

С 1822 г. утварь и все принадлежности закрытого в Закобылье храма пр. Сергия, которого метрики начинаются с 1760 г., перенесены в сыровицкий храм.

По ведомости 1732 г. в Злодеевке 203 души муж., в хуторах – 143 муж., да в дер. Семенове (иначе Поповке) «пана Василия Семенова, поселенной лет тому с 50» (следовательно, 1682 г.) – 32 души муж.

По исповедным росписям Покровской церкви с. Сыровицы показывалось в 1739 г. духовных – 11 муж., 6 жен., посполитых черкасов – 182 муж., 196 жен., подданных черкасов – 235 муж., 187 жен., а всего – 428 муж., 389 жен. пола. В 1745 г. было: духовных – 5 муж., 3 жен., подданных черкасов – 277 муж., 250 жен., а всего – 282 муж., 254 жен. В 1755 г. – 366 муж., 360 жен. пола.

СЛОБОДА САМОТОЕВКА

На р. Сыроватке и на старой дороге из Сум в Харьков.

Это одна из слобод Сумского полка не старого времени.

Метрики самотоевской Николаевской церкви начинаются с 1745 г., а исповедные росписи – с 1767 г. В 1784 г. построен был новый деревянный храм, но он сгорел в 1824 г. Тимофей Романович Подольский, которому принадлежит до 100 душ муж. пола в Самотоевке, вместо сгоревшего храма решился строить каменный храм в своей деревне Гречаниковке, принадлежавшей к Самотоевскому приходу. В Самотоевке построена была только часовня, но и та сгорела со всею утварью прежнего храма в 1839 г. Священник Иоанн Борисенков получил разрешение строить каменный храм в Самотоевке. Но средства были очень скудны. Надобно было иметь много усердия и веры, чтобы приблизить дело к концу. Но Господь близок ко всем призывающим Его искренно; Он готов подать помощь вере и подает, когда и откуда не ожидали. Самото-евский храм окончен и освящен во имя Святителя Николая в 1845 г. Помощь делу святому послана была особенным образом. Московский купец Бабашев умер в Самотоевке проездом из Сум в Москву. По просьбе священника Бори-сенкова родственники умершего пожертвовали на Самотоевский храм 1000 р. ассигнациями, железа на 2000 р. ассигнациями, на устроение иконостаса 2500 р. ассигнациями. Вот как вере подается помощь!

В 1730 г. было в приходе 290 муж., 245 жен., в 1750 г. – 604 муж., 580 жен. В 1757 г. значилось кроме духовных и военных (или дворян), служащих казаков – 146 муж., 110 жен., под-помощников казачьих – 247 муж., 224 жен., подданных черкасов – 260 муж., 223 жен. душ, а всего – 662 муж., 581 жен. Затем было всех прихожан в 1770 г. – 880 муж., 860 жен., в 1790 г. – 973 муж., 956 жен., в 1810 г. – 1075 муж., 1076 жен., в 1820 г. – 1022 муж., 1011 жен., в 1830 г. – 1123 муж., 1202 жен. пола.

После образования особого Гречаниковско-го прихода в 1850 г. оставалось 727 муж., 780 жен., в том числе казенных крестьян 511 муж.,

524 жен.

В составе прихода ныне считается Грязная, где был храм Свят. Николая, и при нем прихожан в 1730 г. – 260 муж., 240 жен., в 1750 г. – 148 муж., 125 жен. Храм давно закрыт.

От холеры в Самотоевском приходе умерло 30 человек, в 1848 г. – 45 человек и в Гречани-ковском – 35 человек.

Уезд Богодуховский. I Округ

Первый Богодуховский округ заключает в себе поселения двоякого рода –черкасские и русские. Черкасские поселения: гор. Богодухов, Большая Писаревка, Ямная, Козеевка, Матвеевка, Старая и Новая Рабины, Яблочное, Лесковка, Иваны. Русские или московские поселения: гор. Вольный, Солдатское, Станичное, Тарасовка, Гниловка,

ГОРОД БОГОДУХОВ

На р. Мерло в 58 верстах от Харькова.

В описании пограничных сторожевых постов 1571 г. читаем: «1-я сторожа на верх Олешанки Удские, а переезжати сторожем на право (по направению к юго-востоку). Мурафский шлях до Мерла до Диакова острога верст 20. А на лево им переезжати вниз по Удам, до Оленья броду, верст 20» В 20 верстах от вершины речки Ольшанки, на которой ныне расположена слоб. Ольшаная, на р. Мерло ныне расположен гор. Богодухов. И так на этом самом месте в 1571 г. оказывается Дьяков острог; было ли это место в 1571 г. жилым местом пограничной военной стражи, или оно оставалось только воспоминанием о бывшей здесь крепости, из росписи 1571 г. не видно.

Основание черкасского города на этом месте, или как прежде говорили, на Богодуховской гати, относят к 1667 г., но по Чугуевской переписке увидим, что черкасы поселились здесь гораздо прежде 1667 г.

Поныне видны остатки вала, составлявшего вместе со рвом и деревянным полисадом крепость Богодухова. В 1785 г. так описывали эту крепость: «в том городе земляной вал в окружности на 481 сажень, вышиною от горизонта в одну сажень, шириною в заложении в три сажени; вокруг его сухой ров глубиною в три сажени, шириною на пять саж. сделанный в давних годах, стоит на ровном месте; в нем церковь деревянная соборная во имя Успения Пресв. Богородицы».

В 1716 г. богодуховцы в своей просьбе к преосвященному писали: «служили в нашей соборной церкви Успения Пресвятой Богородицы лет 30 и больше, а в прошлом 713 г. изволением Божим она сгорела. На то место взяли церковь из села, но та мала; лет 7 тому назад построена на посаде церковь большая во имя Св. Троицы». Богодуховцы просили дозволения перенести большую Троицкую на место малой Успенской, а малую на место Троицкой, с освящением той и другой. И разрешение было дано. Таким образом первый соборный храм Богородичный в Богодухове построен около 1670 г. По актам Ахтырского полка известны Богодуховские протоиереи: Сергий по акту 1679 г., Косьма Иванов 1698–1712 и Герасим Степанов 1715–1729, а после того были Антоний Волкевич 1733–1736; Автоном Захаржевский 1750–1760 гг. и Димитрий Захаржевский 1770 г. В построении соборного храма 1716 г. принимала особенное участие жена обозного Павла Гавриловича Павлова, спасшаяся от татарского плена помощью Богоматери. Портрет Павлова долго стоял в соборном храме с замечательною надписью, которую увидим ниже. Ныне существующий каменный храм построен в 1793 г.

В колокольне соборного храма в 1802 г. устроен храм во имя свят. Николая сотником Иваном Нахимовым. Этим храмом заменен деревянный Николаевский храм Богод?хова, которого протоиерей Сергий известен еще по акту 1679 г. и при котором в 1710 г. видим двух священников.

По местному преданию первый храм во имя Св. Троицы в Богодухове построен был прежде первого Успенского храма. Полагают, что самое имя Богодухова город получил от начального храма своего во имя Бога Духа Св. По актам 1705 г. известен Богодуховский Троицкий священник Максим Леонтьевич. Каменный храм во имя Св. Троицы освящен в 1810 г.;

Храм Архангела существовал еще в 1785 г., когда священники его Иван и Федор Кременецкие по ведомости генерального межевания показывались владельцам двух участков земли в 76 дес., но потом он закрыт. Ныне заменяет его кладбищный храм Лазарева воскресения, освященный в 1773 г.

Первый Покровский храм построен в Богодухове не позже 1685 г., в котором видим священника его Герасима Стефанова, бывшего потом соборным протоиереем.

По числу храмов древнего Богодухова нельзя сомневаться, что в старые времена в Богодухове было очень значительное число жителей. Даже нынешние старожилы помнят довольно цветущее состояние Богодухова, изменявшееся на худшее после 1820г.

О временах татарских Богодухова известно не многое.

а.) По Чугуевской переписке видим, что во время смут, возбужденных Брюховецким, богодуховцы, оставаясь верными царю, терпели разорение: князь Ромодановский в 1668 г. писал в Чугуев: «писал ко мне из Богодуховской гати приказный: сент. 2 пришел в Красный Кут выходец Богодуховский черкашенин Павлик Семенов из полону от Татар из под Голтвы и сказывал он, Павлик: пришел хан крымский с ордою на Орел авг. 30 и присылал в Полтаву Мурз для стад авг. 31 и он, Павлик тех Мурз видел».

б.) В посольском журнале 1681 г. сказано: «Мурафским шляхом крымский хан шел на войну и с войны из Украинных городов, из под Богодухова и иных (городов) в прошлом 7188 (1680) г.» Орновский пишет, что крымский хан зимою 1680 г. стоял под Богодуховым и отсюда рассылал партии.

в.) В феврале и марте 1709 г., когда шведы опустошали Красный Кут и другие места, в Богодухове стоял Меньшиков и здесь же был царевич Алексей Петрович. Это спасло Богодухов от шведов.

г.) Под портретом есаула Павлова, стоявшем некогда в соборном храме, читаются стихи:

«Тысяча семьсот первого надесять года,

Егда Слово плоть бысть человеча для рода,

Июня в день двадесять пятый

Ударил под слободы Исмаил проклятый

Волкохищно на христиан нападаше,

Села их огнем пожигаше.

Павел ахтырский полковый обозный

Трафил в той час ужасно грозный

Близ могил Харьковских от Татар плененный

С женою своею в Крым отведенный.

В миле за Карасев живет Мурза главный,

Кара-Картечи Ширишский, всему Крыму славный.

В оного Мурзы в неволе был храненный;

Там и живот имел доконченный,

Октября в девятый день с светом прощался,

Телом земли, душею Богу предался.

Там и тело его погребенно,

Лица же зрак зде изображенный,

Да всяк зряй его сердцем умилися,

По Бозе ко Пресвятей Деве о нем помолися!

По злоключениях, скорбех Бог его успокоит,

Со святыми жити вечно удостоит.

Так и Ияков Апостол нам повествует,

Да всяк друг за друга Бога молитствует.»

В 1711 г.. татары по желаниям Орлика (товарища Мазепы), оставили себе память на многих слободах. Харьковские могилы, близ которых наблюдал за татарами Ахтырский обозный и где схвачен он был в плен, находятся в 45 верстах от Харькова и в 4 от Богодухова, и следовательно получили название свое не по гор. Харькову, а разве по печальной судьбе харьковцев, совершившейся прежде 1710 г. В Бакчи-Сарае поныне один фонтан называется Павловским: близь него стоит памятник, под которым погребен обозный Павел Гаврилович Павлов. Супруга его, попавшаяся вместе с ним в плен, получила свободу за дорогой выкуп.

В пяти верстах от Богодухова есть село Павловка, на р. Мерло, – наследственное небольшое имение г. Павловых, где видим священника с 1694 г. и где Павел Гаврилович в 1683 и в 1685 г. приобрел себе имения. В 1838 г. в Павловке найден был скарб в черепках горшка, это 1083 серебрянные польские монеты, все 1551 г. короля Сигизмунда. Не зарыты ли они были от татар несчастным владельцем Павловки – обозным Павловым пред его пленом? Но от чего жена его, которая возвратилась из плена, не могла найти их, тогда как могла получить сведения о них от мужа? Остается положить, что этот скарб скрыт был в земле гораздо прежде обозного Павлова каким-либо Котелевским торговцем, который, был застигнут татарами, поспешил вверить сокровище свое земле, и уже не видался с ним более.

БОЛЬШАЯ ПИСАРЕВКА

При р. Ворскле и заливах её, в 88 верстах от гор. Харькова и в 37 от Богодухова.

Часть земель нынешней Писаревки, находящейся в 5 верстах от гор. Вольного, отдавалась начальством гор. Вольного воеводским писарям, и они имели здесь свои хозяйственные заведения. После Полтавской битвы Петр I подарил земли нынешней Писаревки знаменитому фельдмаршалу Голицыну. Вскоре после того по призыву доброго и сильного пана явилось в Писаровку множество жителей – подданных черкасов.

Ныне в Писаревке три храма: Успенский, Покровский и Николаевский.

Каменный храм Успения Богоматери в 1819 г. заменил собою два деревянные храма Писаревки, из которых один был во имя Архистратига Михаила, а другой во имя св. Царевича Димитрия – памятники молитв о знаменитом владельце Писаревки фельдмаршале князе Михаиле Михайловиче Голицыне и его брате Дмитрии. По ведомости 1764 г. храм во имя св. Царевича построен был в 1715 г., а храм Архангела в 1726 г.

Основание каменному храму положено было в 1805 г., когда слобода принадлежала князю Николаю Алексеевичу Голицыну. Храм доведен был до купола, когда слобода перешла к князю Николаю Борисовичу Юсупову. Переходом слободы от одного владельца к другому замедлился ход постройки храма. Наконец храм вместе с колокольнею окончен был в 1819 г.

… «в слоб. Писаровке церковь во имя Николая Чудотворца построена в 1709 г.» Нынешний каменный храм снабжен хорошею утварью. В нем евангелие М. п. 1711 г.

При Успенском храме ныне 66 десятин земли.

По ведомости генерального межевания в Большой Писаревке показано 2156 душ муж. 2188 жен. пола, при 9246 дес. земли; торги по понедельникам и субботам; ярмарки в, день преполовения, июля 29, сентября 8, ноября 23, декабря 9 и на масленнице; кроме того в Братенице, иначе Александровке, 261 муж. 245 жен. пола, при 862 дес. земли. По исповедной росписи 1751 г. при Николаевском храме Александровки 162 муж. 161 жен. пола. По ведомости 1764 г. при четырех церквях Писаревки показывалось прихожан 432 двора, следовательно до 7000 душ муж. пола; в Братенице 32 двора.

МАТВЕЕВКА

На р. Рабыне, в 9 верстах от Богодухова, в 13 от Старой Рабыни, в 10 от Новой Рабыни и в 4 от Яблочного, с прекрасным каменным храмом Покрова Пр. Богородицы, который построен владельцем Матвеевки Данилом Лесницким в 1840 г.

В царской грамоте от 18 декабря 1699 г. читаем: «июля 10 1699 г. отказано (отдано) ему стольнику и полковнику Перекрестову в Ахтырском уезде село (Новая) Рабынь на р. Рабыни с пришлыми черкасы, которым селом наперед сего владели бывшие ахтырские полковники Демьян Зиновьев да Николай Матвеев, а ныне владеет он Иван и о том селе ахтырского полку от старшины и казаков спору и челобитья нет и впредь не будет; а то село Рабынь против его полковникова Яблочного хутора и покупной Добреньской дачи (ныне Гниловки) и примежовано то село Рабынь к вотчинному его полковничьему Яблочному хутору, а по мере, в том селе распашной земли и сенных покосов, и всяких угодий 120 четв. в поле, а в дву по томуж; жилых людей черкас в том селе 128 дворов. Да июня 3 того 207 (1699) г. смуж Ивану отказаны купленные земли, что он купил у Богодуховского протопопа Косьмы Иванова и богодуховских жителей у Матвея Крамаря с товарищи в богодуховском уезде, на р. Рабыне, в разных урочищах пашенные земли и мельницы со всяким строением и рыбныя ловли и лес и всякие угодья, а по мере тех купленных земель 120 четв. в поле, а в дву по томуж; да июня 9 тогож 207 (1699) г. емуж Ивану отказано в Ахтырском уезде купленные его земли и леса и рыбные ловли и сенножатые луки и пахотные поля на р. Купьевахе, – что он купил у стольника Федора Осипова и у иных ахтырского полку жителей и, что он Иван занял по своей Черкасской обыклости дикого поля и построилг хутор, а по смете тех угодий 130 четв, в поле, а в дву потомуж». Далее говорится еще, что полковник купил землю у богодуховцев, «в селе Старой Рабыне на р. Ворсклу», мельничный завод, дворы, пахатную и сенокосную землю, а «у попа села старой Рабыни Кирила разные угодья в урочище прозываемом Янковом рогу». Все эти земли и несколько других (всего пахати 1125 четвертей в поле, а в дву по томуж; сенных покосов 5000 копен) царскою грамотою пожалованы полковнику в отчинное владение:

Итак а.) полковое, а потом владельческое, село Новая Рабынь населено не позже 1670 г. и с того времени был в нем храм. б.) Село Старая Рабынь, как старое, населено без сомнения еще прежде Новой Рабыни и вероятно не позже 1660 г. основался здесь первый храм. в.) Яблочное в 1699 г. было еще хутором, так же как Купьеваха и Добреньское, ныне Гниловка; в последней по ведомости 1769 г. храм св. Николая построен в 1722 г. подданными черкасами князя Алексея Дмитриева Голицина. Для Купьевахского храма пр. Феодосия полковник Перекрестов испросил священника в июле 1702 г. Вероятно около того же времени построен храм и в с. Яблочном. В Васильевской церкви с. Яблочного евангелие М. п. 1697 г. г.) Земли Матвеевские, купленные в 1699 г. у Матвея Крамаря и у других Богодуховцев, стал населяться немного прежде 1695 г. По царской грамоте Федору Осипову в 1699 г. Матвеевка уже называлась селом и в нем жили «вольные люди черкасы»; в 1704 г. она отобрана у Перекрестова и в 1705 г. отдана новому Ахтырскому полковнику.

Таким образом первый храм в Матвеевке построен был около 1699 г. В 1712 г. Матвеевская церковь Введения Пр. Богородицы во храм считалась между окладными церквами.

По ведомости генер. межевания в Матвеевке с деревнею Лесковкою, в поместьях Авдотьи Семеновны Перекрестовой, значится 850 муж. 850 жен. пола, при 8518 дес. земли.

По церковным ведомостям число прихожан: в 1730 г. 595 муж. 590 жен., в 1760 г. 750 муж. 740 жен., в 1770 г. 824 муж. 823 жен., в 1780 г. 600 муж. 700 жен., в 1790 г. 750 муж. 682 жен., 1800 г. 712 муж. 653 жен., в 1810 г. 667 муж. 712 жен., 1830 г. 783 муж. 767 жен., 1850 г. 783 муж. 857 жен. пола.

КОЗЕЕВКА

Черкаская казенная слобода в 22 верстах от Богодухова и 80 от Харькова.

По описанию чудес Каплуновской иконы Божией Матери 1693 года, «житель села Козеевки», отец больного сына, сделав обещание сходить на поклонение к чудотворвому образу, увидел исцелевшим сына вслед за тем, как сделал обещание. По тому ж описанию казачка «села Козеевки» Мария в 1697 г. в праздник Вознесения Господня неожиданно начала мучиться тоскою и чувствовать упорное влечение в самоубийству. В тяжкой борьбе с собою она обратилась с молитвою к Божией Матери и почувствовала покой в душе. В том и другом случае видим и то, что в 1693 г. в Козеевке был уже храм. По делам видим, а.) что храм Покрова Богородицы в Козеевке построен был в 1682 г. при м. Мисаиле; б.) с самого начала XVIII столетия видим при нем уже двух священников и в числе их в 1731 г. о. Ефима из дворян Мокренских, вероятно родителя благочестивому архимандриту Рафаилу Мокренскому.

По делу 1717 г. Козеевский приход пострадал в 1709 г. от шведов.

Число прихожан в 1730 г. 918 муж. 886 жен., в 1750 г. 1040 муж. 993 жен., в 1770 г. 1109 муж. 1081 жен., в 1790 г. 1172 муж. 1182 жен., в 1800 г. 1399 муж. 1400 жен., 1810 г. 1012 муж. 1026 жен., в 1830 г. 1081 муж. 1099 жен., в 1850 г. 1109 муж. 1174 жен.

ЯМНАЯ

В двух верстах от Вольного, на левом берегу Ворскла, в 30 верстах от Богодухова и в 90 от Харькова.

Ямная называется селом в делах 1694 г., в 1721 г. умер Покровский священник с. Ямного Иоанн Павлов и преемником его был сын, его Григорий Павлов. В нынешнем Покровском храме, который освяшен в 1792 г., находятся: евангелие М. п. 1701 г. евангелие учительное Кирилла Транквилиона неизвестного издания с надписями: «1713 г. июня 21 иерей Николай купил сию книгу: Кирилл, у тещи своей Феодосии, бывшей попадье попа Богоявленского о. Стефана, а купил – за свои гроши, а не за церковные, и не за якии, но за свои притяжения и дал коп 9 иеромонаху Иосифу монас. Хотмыжского, который своею рукою и записал». Далее другая рука: «сия книга Кирилловское евангелие учительное власне есть Богоявленского попа Стефана Петрова Райковича Золочевского». Триодь цветная К. п. 1734 г.

В сснтябре 1754 г. сотник с. Ямного Николай Павлов донес преосвященному: «в с. Ямном у приходской церкви бывають доходы от доброхотных дателей, особо же в день храма Покрова Пресв. Богородицы прихожане, по обычаю, ставят мед, из которого мед, воск и денег по части в прибыли бывает повсегодно и другие подаяния случаются; токмо у сборов церковных сборщика при церкви священники Иван и Григорий Павловы не допускают никого и пономаря не держат и записной тетради и скрынки при церкви не имеют, а всякие церковные доходы берут в дом свой; особливо же жены их, из воску поделав свечи, до несколько крат из церквн свечи отбирают и перепродают и теми деньгами корыстуются, за которым непорядком при церкви ныне в сборе денег ничего нет, а церковь приходская в строении к обветшалости пришла». Архипастырь приказал немедленно произвесть строгое следствие, о чем и предписано было двумя указами Вольновскому духовному правлению. Что оказалось по следствию, неизвестно. По самому же доносу при сличени его с другими делами видим, что а.) в Ямной, как и в некоторых других местах в храмовый праздник выставлялся братский мед по заднепровскому обычаю. Вырученные деньги за проданный мед братство обращало в пользу церкви, и оно же заведывало всем этим делом: так обыкновенно бывало. Но в Ямной, как видно, заведывали продажею меда и деньгами священники, и это оскорбляло сотника. б.) В Ямной не было при храме цервовного старосты не только для заведывания продажею меда в храмовый праздник, но и по другим делам. Это и по тогдашнему порядку дел было беспорядком. в.) Что же касается до устроения свечей из воска и продажи их женами священничесикими, то по делам видно, что в других церквях предоставляли это занятие преимущественно вдовым попадьям, хотя и в храме продавались свечи.

По ведомости генерального межевания 1785 г. в Ямной 849 муж. 853 жен. пола войсковых обывателей при 2177 дес. земли. По церковным ведомостям число прихожан: в 1830 г. 709 муж. 685 жен., в 1750 г. 763 муж. 750 жен., в 1770 г. 816 муж. 850 жен., в 1780 г. 865 муж. 902 жен., 1790 г. 955 муж. 996 жен., 1800 г. 1231 муж. 1326 жен., 1810 г. 1114 муж. 1225 жен., в 1830 г. 1263 муж. 1436 жен., 1850 г. 1294 муж. 1345 жен.

ВОЛЬНЫЙ КУРГАН

Некогда важный город в ряду городов московской сторожевой лини на юге, ныне слобода, омываемая заливом Ворскла и самым Ворсклом. В 1640 г., в одно и тоже время, как воевода Василий Толстый занимался построением города Хотмыжска, товарищ его Гаврило Бокин строил гор. на Вольном Кургане, и вооружил его 9-ю пушками. На построение того и другого города отпущено было из казны 13532 руб., сумма огромная по тогдашнему времени. Вольный Курган после того был центральным местом для селившихся близ него военных поселений. В 1764 г. в официальной бумаге писали: «в гор. Вольном церковь соборная Успения Пр. Богородицы построена и давних годах государевым коштом. Она была прежде на руге его с 169 (1661.) г.; по грамате вел. Государя Царя и Вел. Кн. Алексея Михайловича определено было тоя церкви священнику Герасиму Андрееву жалованья по 5 р., по 7 четв. ржи, овса тож, из государевых житниц. Приходских дворов в то время при той церкви не было. Жалованье денежное и хлебное в котором году от Вольновской Воеводной Канцелярии дачею отставлено и по кавому указу, никто не припомнит».

«Тому лет со 100 как построена в Вольном за городом на полугоре церковь Божия Знамения Пресв. Богородицы; ныне она ветха и водою подмыта и похилилась». Так писали Вольновцы в своей просьбе 1736 г., когда испрашивали и получили разрешение перестроить храм на другом месте.

В ведомости о церквах 1764 г. сказано, что первый храм Знамения построен в Вольном в 1646 г. на иждивении прихожан-одводворцев, что в тоже время воевода князь Никифор Белосельский отвел в пользу причта, который был тогда один, дикое поле, и что против выписи князя Белосельского причт ныне пользуется только половинною частию земли, а другую присвоили себе прихожане. Знаменский храм по ветхости давно закрыт.

Закрыты и другие храмы, бывшие в Вольном. Под крепостными актами гор. Вольного 1721 г. видим подписи Вольновского Николаевского священника Прохора, вольновского Ильинского священника Порфирия, вольновского Дмитриевского священника Сильвестра, и вольновского Космо-Демьяновского священника Иоанна.

О Николаевском храме г. Вольного находим в делах сведение, что он сперва был придельным Знаменского храма, потом построен отдельно вместо храма Пр. Илии. В храме Успенском доселе хранится евангелие М. п. 1711 г. с надписью: «1713 г. окт. 18 сие св. евангелие подал по обещанию для поминовения родителей своих в церковь Знамения Пр. Богородицы да Николая Чудотворца вольновский казак Семен Андреев сын Козаринов; куплено за его деньги 5 р. и 20 алтын в слоб. Пнсаровке в ярмарку сент. 8 713 г.» Впрочем по ведомости генерального межевания 1785 г. в с. Стрелецкой (ныне дер.) храм св. Николая с 217 муж. 169 жен., однодворцев.

С 1671 г. первым священником храма Пр. Илии, по желанию вольновских стрельцов, был священник Антпоний – в последстви основатель вольновского Троицкого монастыря.

Вольновский Дмитриевский священник 1721 г., по всей вероятности, был священником Дмитриевского храма Тарасовки.

По ведомости генерального межевания в слоб. Пушкарной (ныне дер. писар. прихода) храм св. Василия с 77 муж. 75 жен., душ однодворцев. Последним вероятно заменен вольновский Косьмо-Демьяновский храм.

Ныне при Успенской церкви 3 класса 66 дес. земли.

По числу храмов, бывших в г. Вольном, можем видеть, что нынешнее население Вольного далеко меньше населения давних времен. По ведомости о числе лиц муж. пола, живших в Вольновском уезде с 1719 г. можем видеть, что вообще население русских в бывшем Вольвовском уезде было в 1719 г. гораздо значительнее, чем оно ныне есть. Это произошло от того, что русские боярские дети, иначе однодворцы, получив дозволение продавать из участков своих лишнее, продавали и необходимое, так что оставались сами без земли и потому должны были искать себе средств к жизни в других местах.

Представляем любопытную ведомость о населении Вольновского уезда 1719 г. и для сравнения ставим ее в ряд с населением 1850 г.

Число душ муж. п. 1719 г.

Число душ муж. п. 1850 г.

Город Вольный

273

2219

Казацкая Стрелецкое

1218

Казацкая Пушкарное

Станичное

230

412

Тарасовка

782

797

Дерновая

293

411

Славгородок

465

Пожня

209

468

Печины

429

573

Ницаха

509

318

Люджа

584

416

Верхолюджа

752

425

Каменецкая

549

412

Катанская

444

312

Рябовка

6

26

Добреньское

159

561

Порозок

413

250

Верхопожня

277

Солдатское

581

1173

Мезиновка

1

374

Крамское

146

364

Обратеница (Александровка)

25

302

По ведомости генерального межевания в Казачей (Вольном) 1133 муж. 1161 жен., 4345 дес.земли. Кроме того в Стрелецкой и Пушкарной 4385 дес. земли.

Вольновцы старого времени обязаны были постоянно стоять на стороже против татар и поляков. Особенно в начале освования г. Вольного татары сильно домогались прогнать русских с Вольного кургана. В 1640 г. они три раза подступали под город. О последующем времени кое что находим в Чугуевской перешиске. Так 24 апреля 1647 г. воевода Никифор Леонтьев писал с Вольного в Чугуев: «прибежали сторожи с Мокрой Прости; на утренней заре за р. Ворсклом объявились огни и люди и в 3 часу дни оказались в степи люди, человек до 100 и больше». Июня 3 Леонтьев извещал, что посланные им станичники «на сагайдачный шлях, за р. Боровою», июня 1 за час до вечера встретились с татарами, которые «гонялись за ними». В 1646 г. августа 11 «в ночи прибежали в город на Вольное сторожи с мельницы и сказали: были, они на карауле у надолоб; в 1 часу ночи приезжали к надолбам воинские люди татары. Харьковский полковник Лаврентий Шидловский писал: «в 711 г. с полком был я. на приступе под Вольным городом, в котором сидели воры и изменники Запорожские казаки, и оный город взят штурмом».

В 1810 г. в овраге Вольновского кургана, на правом берегу р. Ворскла, после сильных дождей, найдено массивное кольцо чистого золота, весом в 3 1/2 фунта. Оно представляло круглый, по краям расплющенный жезл, который свит в два кольца, расплющенные и в виде змеиных головок изваянные оконечности сходятся под внутренним кольцом. Назади головок на плоском месте вытеснены изображения оленя, рыси и вепря, а за ними чешуя. На нижней стороне против этих изображений начертаны какие-то буквы, но которых никто не разобрал. По всей вероятности это памятник язычества – принадлежность идольского жреца.

СЕЛО СОЛДАТСКОЕ

Представляет памятник другого рода, здесь на левом берегу Ворсклицы есть большое городище. Эта земляная насыпь примыкает к горам и имеет вид эллипсса, протянутого с севера на юг, высота городища: на западе 12 саж. 2 аршина, на востоке 13 саж. 2 аршина, на севере 8 саж., на юге 19 саж. 1 аршин. В поперечнике с востока на запад 24 саж. с юга на север 32 саж. 2 аршина, окружность 56 саж. 2 аршина, посреди площади глубокая яма, в других местах погреба, теперь заваленные. Поле, примыкающее к городищу по дороге из Солдатского в Ницаху, усеяно костями человеческими, угольями и черепками; проезжая зтою дорогою легко слышите подземный гул, обличающий подземную пустоту, скрытую слоем зеили. Вероятно здесь кроются каменные склепы покойников. Кости покойников попадаются и на поверхности земли, выброшенные из недр земли разными случаями. С городища открывается вид на несколько десятков верст в разные стороны. По народному рассказу здесь жил разбойник Кучеяр. Но если народный Кучеар не был предводителем собственно шайки крымских грабителей, то вещественные памятники, находимые здесь, говорят совсем о другом деле. Не говорим о том, что самое название местности городище говорит о существовании здес города. Здесь в разное время находили татарские серебряные монеты, чугунные оконечности стрел, клинки. По множеству остатков жилого быта видно, что городище и северная окрестность его густо были населены.

Храм в Солдатском во имя Василия Великого построен в 1794 г., и иконостас его куплен тогда же в упраздненном Вольновском монастыре. До того времени Солдатское поселение московских солдат, – известное уже в 1719 г., было частью Катанского михайловского прихода, где в 1790 г. было 826 муж., 832 жен.

По ведомости 1785 г. в Солдатском 351 душ муж. 369 жен. однодворцев; 13 муж.18 жен. подданных черкасов при 2847 дес. земли. Число прихожан в 1800 г. 1099 муж. 1127 жен. пола; в 1810 г. 924 муж. 908 жен.; в 1830 г. 1118 муж. 1097 жен.; 1850 г. 1109 муж. 1173 жен. пола.

ТАРАСОВКА

На берегу р. Ворсклицы в 100 верстах от Харькова.

Население ее образовалось из поколений первых двух поселенцев местности – однодворца Тараса Танцова и жителя гор. Кром Орловской губернии. От них произошло название Тарасовки и Кромчатки, составляющих ныне один Тарасовский приход церкви вмч. Димитрия Мироточивого; первый местный храм великомученику построен был в 1663 г., так показывает ведомость 1764 г. Нынешний построен в 1790 г.

По ведомости 1764 г. при Тарасовском храме прихожан 240 дворов, следовательно 960 душ муж. пола. В ведомости генерального межевания 1786 г. в Тарасовке 737 муж. 530 жен. пола однодворцев, при 2844 дес. земли; в Кромчатке 239 муж. при 1473 дес. По исповедным росписям число прихожан в 1730 г. 665 муж. 640 жен.; в 1750 г. 708 муж. 693 жен.; в 1770 г. 770 муж. 780 жен.; 1780 г. 782 муж. 791 жен.; 1790 г. 739 муж. 781 жен., 1800 г. 961 муж. 977 жен.; 1810 г. 987 муж. 1701 жен., 1830 г. 1119 муж. 1142 жен.; 1850 г. 1126 муж. 1168 жен.

II Округ (чисто малорусский)

МУРАФА

На р. Мурафа и Мерчике в 11 верстах от Краснокутска, и 70 от Харькова.

В ней была земляная крепость: вал вышиною в 2 саж., вокруг вала ров глубиною в одну саж., шириною в 1 1/2 саж. В крепости храм Чудотв. Николая; за валом 3 другие храма: Преображенский, Покровский и Михайловский. Так писали о Мурафе в 1785 г.

В 1676 г. Белгородский наместник кн. Григорий Ромодановский писал:

«В нынешнем 184 (1676) г. июня в 3 д. бил челом Вел. Госуд. Его Царскому Вел., а в курской разрядной избе нам боярину и воеводе и подал челобитную Уманский и иных Заднепровских городов черкасов полковник Никита Сененко, а в челобитной их написано: в нынешнем-де 184 (1676) г. пришли мы Вел. Госуд. Его Царского В-ва в новоопостроенный город Мурафу на слободу с женами и детьми под Его В-ва Государя руку 260 человек на вечное житье, и строиться дворами и вечно служить В. Государю хотят они; – и В. Государь Его Царское В-во пожаловал бы их, велел их своею государскою милостию обнадежить, и льготы, дать, на сколько он В. Государь укажет, чтоб у них с старыми Мураховскими жителями о льготе споров не было. И по указу В. Гос. Его Царского В-ва его полковника Никиту сына Кондратъева и которые с ним из за Днепра пришли и которые впредь учнут приходити, воеводе ведать невелено, а велено ведать и расправы чинить меж ними ему Никите по своим правам, да им же дать на дворы места и пашни земли против прежнего отводу, что было у Мурафе дано льготы до указу В. Государя. Писал в Курске в лето от созд. мира 7184 июня 3 д.».

«Царского В-ва боярин и воевода и наместник Курский й Белгородский князь Григорий Григорьевич Ромодановский Стародубский печать свою приложили».

По сему листу:

а) в 1676 г. Мурафа называлась новопостроенным городом, но в ней были уже старые жители; известна и опись гор. МураФе 1673 г.;

б) в 1676 г. население ее умножил уманский полковник Никита Кондратьевич Сененко, который привел с собою в Мурафу 260 человек и которому предоставлено теперь вызывать из-за Днепра и других черкасов.

Прекрасный каменный храм св. Николая построен в Мурафе преимущественно усердием двух лиц. Константин Христиненко, неболее как коллежский регистратор, но человек с высокими порывами души, вызвался быть попечителем о построении храма и на первый раз пожертвовал от себя 2857 руб. серебром; храм возведен был до окон, но Христиненко умер от холеры в 1831 г., и постройка остановилась. В 1842 г. новый ревнитель славы Божией, капитан Александр Моисеевич Ковальчинский принял на себя заботы о новом храме, и его попечением храм окончен в 1842–1847 гг.

Первый храм св. Николая построен был в Мурафе около 1675 г. Николаевский мураховский священник Фома Михайлов известен по купчим Хрущовой Никитовки 1677 и 1693 гг. На западной двери прежнего храма вырезаны слова: «за благословением Бога Отца, за совознесением Сына и споспешением Св. Духа создася храм сей во имя Св. Христова Николая 1733 г.» Это был уже второй деревянный храм святителя.

Храм Архистратига Михаила по ныне существующий в Мурафе, существует на нынешнем месте с 1755 г. В 1742 г. Архангельский священник Михаил Иванов умер, а отец его, священник Иоанн Васильев «за старостию и дряхлостию» не в состоянии отправлять служение, так писали прихожане, и по их прошению посвящен тогда во священшика Фома Иванов, другой сын священника Ивана. Итак более, чем вероятно, что Архангельский храм основан в Мурафе прежде 1700 г.

Книги его: евангелие Л. п., но без показания года, с надписью: «сие св. евангелие

Под одною из купчих записей Хрущовой Никитовки 1716 г. после Николаевского мураховского священника Иоанна подписался Покровский священник так: «к сему запису и купчей я поп Максим Федоров поп Покровский Мураховский вместо Ивана Назаренка и Ивана Разуменка дядьков своих, по их велению руку приложил; также и за Назаря Слюсаря я поп руку приложил». Тот же священник известен и по Ахтырским актам 1701 и 1730 гг. Покровский храм сгорел около 1800 г., и приход его причислен к Михайловскому.

По Ахтырским актам Преображенский храм видим в Мурафе в 1708 г. Надпись на постной триоди М. п. 1682 г., хранящейся в Николаевской церкви, показывает, что Преображенский храм существовал и в 1684 г. Надпись говорит: «р. 1684 мес. февр. 3 д. сию книгу куплену до церквн Преображения Господня Мураховския дали денегь коп сем Литовских и записали до храму Преображения Господня и ктоб имел отдалить ее от церкви, буде клят и проклят. Преображенский храм давно закрыт. Церковной земли при Николаев-ской церкви 66 десятин.

Мы уже видели, что население Мурафы увеличилось в 1676 г. 260-ю человеками, перешедшими из Умани; за то не раз Мурафа терпела и разорение. В 1669 г. января 5 «приходили Татарове к Мурафе и многих людей побили и в полон поимали; а от Мурафы те Татарове пошли вверх по Мерчику к Богодуховской гати». Татары нападали на Мурафу и в 1679 г. В 1709 г. в одно время с Городною, Рублевкою и другими слободами Мурафа, состоявшая тогда под ведением сотника Ивана Буймеренка, пострадала от шведов.

В 1712 г. указано было жить бывшему белоцерковскому полковнику Танскому и полковнику Кигичу, с офицерами Бедрягою, Жияном и несколькими из рядовых, частию казаков белоцерковских, а частию поляков. Тогда в Мурафе считалось до 350 дворов. Танскому поручено было тогда устроить в Мурафе конные заводы. Но эти новые поселенцы Мурафы, или по крайней мере некоторые из них, отличались непохвальными делами. В 1720 г. ротмистр Жиян избил мураховского Покровского священника Максима Федоровича и сына его Илариона. По жалобе священника назначено было произвесть следствие поручику Рогозину – «смотрителю государева табаку в Ахтырке». Но Жиян и полковник Танский уклонялись от ответов по сему делу. Бригадир Осипов, которому поручено было розыскать дело, писал в Киев губернатору Голицыну, что «от Волохов Жияна, Бедряги и других не токмо одному попу и тамошним (Мураховским) обывателям, но и ему бригадиру и полчанам его грабительствами чинятся великие обиды и разорения» – и что в следствие наглых обид Танского и его товарищей – «из города Мурафы разошлось обывателей дворов 70, а поп Максим Федоровичь от побоев болен и церковь Божия стоит без служения». Дело на сей раз окончилось тем, что в пользу священника взыскано с виновных 56 руб. Но в 1724 г. последовала новая жалоба на Танского и его товарищей. Ахтырский полковник Лесевицкий от имени обывателей Мурафы и других полчан доносил начальству, что полковник Танский завладел многими их землями, лесами и людьми, наносит побои и обиды ненаказанно и нагло, разорил и сжег новопостроенную слободу Шаровку. Сенат определил взыскать с Танского в казну 500 руб. В 1743 и 1749 гг. полковое начальство снова просило защитить Мураховцев и их соседей от грабежей и насилий Танского и усмирить шайку гайдамаков его, которая, превосходя числом и средствами данную от начальства команду, грозила истребить мураховскую сотню, и между прочим снова разорила Шаровку и избила краснокутского атамана Леонтия Овсянникова. Но дело кончилось почти ничем. Шайка не усмирена, пойманы только пять человек, которые показали, что полковннк Танский с своими дворовыми людьми разграбил Шаровку; но не сознавались в участии своем в его делах. Танского не отыскали, несмотря на все распоряжения следственной коммиссии и полиций Московской и Петербургской. Впрочем имение Танского велено взять под казенный присмотр до окончания дела.

СЕННАЯ

На р. Мерле в 58 верстах от Харькова.

Назад тому лет 60 подле Троицкого храма Сенной стояла чугунная пушка – памятник существовавшей здесь военной крепости, по которой Сенная называлась городом Сенным.

Ныне, в Сенной два храма – один каменный во имп Св. Троицы, другой деревянный во имя Рождества Богородицы.

Весьма любопытна запись Троицкого священника Сенной Степана Андрусского 1704 г., внесенная в книгу купчих крепостей Ахтырского полка. Помещаем ее зедесь в точном ее виде:

«1704 р. января 30 я священник Степан Андрусский, в прошлых годах бывший города Сенного Троицкой церкви, отдаю зятеви моему Еремею Михайловичу Поготовце свое дворище и с садом в гор. Сенном на ринку от пробитой улицы до двора Степана Кирича, на которой моей земле построен был и шпиталь для убогих сирот, теж и лес, – стрижов байрак в огороже з левадою и на первой Братенице сеножать; а то в такой мере: иж я Степан от ахтырского полковника Ивана Перекрестова был в великом разорении и гоненьи, так теж и от сеннянского сотника Василия Душеченка, без важной моей вины, терпелен сидячи в неволе целое лето в Курску в тюрьме, при боярнну Алексею Шеину. После теж по их ахтырского бывшаго полковника Ивана Перекрестова и бывшаго сеннянского сотника Василия, по их составному ложному челобитью, – в Белгороде у митроп. Авраамия целый год терпелем неволю и от того разорен в сем своем маетку в конец. Да в тоеж время церковь Живонач. Тройцы со всем украшением спалена, не ведомо чьим умышлением. А тая церковь построена была мною Степаном и сеннянскими жителями в 180 (1672) г. по благословению блаж. памяти Преосв. Мисаила митрополита, моим Степановым укладом. А по спалению оной церкви он полковник и сеннянский сотник не дали мне на том месце церкви строить, но нзгоном изгоняют мене из города безвинно, чинячи надо мною наибольшие досады и убытки, от котораго гонения и многия полковника и сотника неправды устрашившися и обедневши муселем изыти, покидавши свои грунта в Сенном, непродаючи никому, и в Киевскую митрополию от их разорения и гневу зашолем, ожидаючи времени на их полковника плачучи пред Богом. По их изгону на мое место он же сотник сеннянский поставил в попы сына своего Василия, а другого попа Петра сестреница своего, в моем приходе. А на двор свой, землю и многолюдье поскуповалем; а на лес и леваду и сеножати мелем крепость от кн. Григория Григорьев. Ромодановскаго, и тую крепость полковник отнял от меня, – а тот лес ценою в 1000 золотых. Тим лесом, левадою и сеножатью, двором моим с садом и погребами, в которых было господарского посудку золотых на 100, Василий поп владел для своей корысти. А я не ходячи от изгону вручилем был оный лес ктитором под церковь для обороны, жебы небыл опустошен. И тот лес ныне весь опустошен изрубан зостает. В том я Степан, будучи при старости лет близко смерти, позволяю моему зятеви Еремею Поготовце доправити судом праведным на нем попу Василию. А про то мое изгнание и терпение безвинно сеннянские жители ведают вси и Савва Ольховский, который жив зостает; а иние старожилы позмирали и от изгону, налогь, и обид многие люди врозь в чужим сторонам розбиглеся».

В 1745 г. священник Петр писал к Преосвященному:

«Ахтырского слобод. полку в местечке Сенном при цер. Живоначальныя Троицы с прошлых з давних времен по 709 г. было по два попа; а с оного года от разных расходов в слободи обывателей бувший поп Захарий в слободу сойшол, за малолюдством в приходи, а другой поп дед мой Василий остался и по нем сын его отец Василий же при означенной церкви по смерть свою священнодействовал; а по смерти отца моего, за малолетством детей, по прошению прихожан, поп Иоанн Думский в викария принят в 741 и жил один же. По наследию отца своего я нижайший по црошению прихожан сего 745 г. Апр. 26 Вашего Преосвященства рукоположением священнический сан удостоился принять и к оной церкви ставленная грамата видана, а оному попу Думскому велено другой парохии себе искать; которой искал от мая м. по сие число. А ныне неведомо, с какого умыслу, согласясь, сотник Иван Шарий да Уманец Александр Подпрапорний, без ведома старинних людей, приняли к означенной церкви оного викария ко мне на половинную часть на Захариино место: а место весьма малолюдно, не токмо двом, но и единому мне, не имущему другого какого пропитания, не без скудости жить». Потому сей священник «местечка Сенного церкви Живонач. Тройцы Петр» просил не определять Думского на половинную часть Троицкого прихода.

По ведомости генерального межевания в Сенной показано 1673 душ муж. 1655 жен;. войсковых обывателей при 41066 десятин земли.

В описании чудес Каплуновской иконы Божией Матери читаем: «1693 г. города Сенного житель, именем Савва, живя в Каплуновке, плененну сущу от Татар на Тору брату жены его, вельми печаловаше о пленении сродника, притек в храм Пресв. Богородицы и прилежную с верою мольбу сотворил пред образом Преч. Богородицы о освобождении сродника своего. И о чудо! Не токмо заступлением Преч. Богородицы оной сродник из плену скоро свободися, но и с ним человек бывый в пленении 10 лет такожде свободися. И приидоша оба в Каплуновку, благодаряще Благодетельнице своей». По этом? известию татары делали нападение на Сенное в 1683 г.

По приведенной просьбе священника Петра видим, что жители Сенной потерпели разорение и во время шведской войны 1709 г.

ХРУЩОВАЯ НИКИТОВКА и ПОЛКОВАЯ НИКИТОВКА

Первая при вершине р. Мерчика, на скатах холмов – в 7 верстах от Богодухова и в 50 верстах от Харькова, вторая в 8 верстах от Богодухова и в 75 от Харькова, на берегу Мерла.

Полковая Никитовка и Хрущова Никитовка Ахтырского полка носят на себе имя одного тогоже основателя – Уманского полковника Никиты Кондратьевича Сененка, которому дан был приведенный нами жалованный лист в 1676 г.

В архиве экономической конторы Хрущовой Никитовки по ныне целы: а) купчая 1677 г. октября 15, по которой мураховские жители Иван Романенко с товарищами продали мураховскому жителю Никите Кондратьевичу Уманцу сенные покосы, пахатные поля и лес над рекою Мерчиком, составляющие часть нынешнего Никитовского поместья; б.) купчая 1691 г. апреля 1, которою мураховский житель Михаил Кондратьев продал «ахтырскому эсаулу Никите Кондратьевичу» луку смежную с Никитовскою дорогою; в.) обменный лист 1693 г., которым Мурафский Николаевский священник Фома Михайлов променял «ахтырского полка полковому эсаулу Никите Кондратьевичу Уманцу» свою землю с лесом, смежную с отчинною Никитовскою, г.) царская жалованная грамота 1684 г. января 5, которою поместная дача по обе стороны р. Ольшанки, бывшая во владении 3 мурафских казаков и в 1681 г. отданная кн. Хованским Никите Кондратьевичу Уманцу в поместье, жалуется ему Уманцу в отчину за его отличную службу не в пример других. Он, говорит грамота, «в ахтырском полку всякие государския службы служил, нещадя головы и из полков бояр наших ныне посылан для проведывания в Заднепровские городы и в Волосскую и в Мутьянскую земли и в Польшу... а иным его братьи та вотчинная дача – не образец, потому, что много явных его служеб и посылок». В делах 1787 г. видим как то, что по актам и отзывам старых людей Никита Кондратьевичь Уманец признан за одно и тоже лицо с уманским полковником Никитою Сененком; равно видим, что Никита Кондратьевич полковой есаул и наказной Ахтырский полковник в 1691 и 1693 гг. был с Ахтырским полком в походах. Таким образом Никиту Кондратьевича Сененка стали называть в Украйне Уманцем по прежнему полковничеству его в Умани. Это не первый пример награждения выходцев из за Днепра новыми прозваниями. Полковник Григорий Ерофеевич в Слободской Украине назывался Донцем, тогда как Заднепровская фамилия его – Захаржевский.

Итак население Хрущовой Никитовки происходило около 1677 г., т. е. около того времени, как часть земель нынешней Никитовки дана была уманскому полковнику Никите Кондратьевичу в поместье. К тому же времени относилось и население Полковой Никитовки. Это было после того страшного разгрома, который в 1674 г.нанесли турки казакам правой сторони Днепра, и когда особенно пострадали поселения полков Уманского и Ладыжинского. «Оставшийся народ, говорит Величко, ни от кого не надеясь ни милости, ни обороны себе, многими таборами и толпами собрался со всех поветов и с скорбию сердечною, с слезами на глазах прощался на всегда с прекрасными местами своими, перебрался на сию сторону Днепра.... Многие удалились в московские слободские полки и наполнили их собою, как и вся Украина левой стороны, пред тем малолюдная, с того времени наполнилась и умножилась жителями Украйны за-днепровской».

.

Относительно первого храма в Полковой Никитовке можем указать на акт. «Ахтырского полку с. Ннкитовки поп Леонтий Емельянов объявил запись: року 1705 авг. 2 продал я о. Павел Васильев священник Губаровский мельницу на р. Мерле о. Емельяну Матвеевичу священнику Никитовскому за 300 золотых». В консисторском архиве сохранилась метрика Полковой Никитовки Успенской церкви священников Василия и Леонтия за 1720 г. По делу 1750 г. последний подписался: Леонтий Буцкий. По документам же видно, что в Полколой Никитовке был и другой храм – храм Покрова Богоматери.

Около 70 лет назад тому в Хрущовой Никитовке существовали два храма, – один во имя Успения Пресв. Богородицы, другой во имя Свят. Николая.

Первый храм Успения построен был здесь первым основателем Никитовки Никитою Кондратьевичем и при нем были свящешиками зятья его: Федор Стафиевичь и о. Марк. Первый из них в 1703 г. отдал Михаилу Никитичу Дорошевскому лес в обмен на мельницу с лесом и как при этом случае, так и в актах 1705 г. называется Успенским священником Никитовки, равно и сын его Осип Федорович Стафиевич, продавший в 1710 г. наслед-ственный дорошевский лес богодуховскому сотнику Федору Павловичу Павлову, в акте 1727 г. называется также священником Никитовским. В 1738 г. новый владелец Никитовки, Нежинский полковник Иван Семенович Хрущов просил и получил разрешение освятить новый храм в Никитовке во имя Чуд. Николая и в приделе престол во имя Алексея Митрополита. А в 1745 г. он же полковник получил грамоту с благословением перестроить старый Успенский храм владельческой Никитовкн.

Ныне в Хрущовой Никитовке – прекрасный каменный храм Успения Богоматери. Построение его начато было Димитрием Андреевичем Хрущовым, и окончание и образцовое украшение принадлежит набожному сыну его Николаю Дмитриевичу Хрущову.

По ведомости 1785 г. в Хрущовой Никитовке 821 душ муж. 703 жен., при 5309 дес.

ШАРОВКА

На речках Штормовой и Шаровке, в 10 верстах от Богодухова и в 55 от Харькова.

В числе крепостей на земле Ахтырского полка читаем следующий акт «В 1709 марта 20 д. бил челом вел. Государю Царю и В. К. Петру Алексеевичу, а в Ахтырке стольнику и полковнику ахтырскому Федору Осиповичу Осипову подал суплику ахтырского полку полковой есаул Матфей Осипов сын Шарий и в той его суплике написано: служил он Государю в ахтыр. полку в сотниках и в полковых есаулах многие годы и впредь служить рад, а не имеючи за собою для пополнения своего не яких подданных купил в Мураховском уезде лес, прозываемый Штормови, з полем и с всякими угодьями и построил хутор и для сбережения хутора на той своей купленной земле хочет против своей братии посадить пришлых людей черкас,– а без указу В. Гос. и без ведома нашего полковничого несмеет и чтоб ему позволить у того леса на купленной его земле сколько десять человек людей посадить и для того по нашей, черкасской обыкности дать ему позволительный лист, чтоб было ему прочно в то место людей призвать и поселить, с чего былоб ему впредь против своей братьи В. Гос. службу служить. За чем рескриптуючи на его суплику и ведаючи тое, же он Матфей з давних лет в ахтыр. полку В. Гос. в старшинском чине служит и во всяких походах бывает, понеже по именному Вел. Гос. указу и по граматам велено и рядовым компанейцам подмогу давать, же да уважаючи. Матфею Шарому на многие его эссаульские услуги и всегдашние подлуге звания его труды, по Его В. Гос. указу, для пополнения Его Государевой службы, позволяем ему эссаулу Матфею Шарому призвать против своей братьи вольных не служивых людей черкасс и поселить у того своего хутора на купленной земле 20 дворов и никому-бы теми людьми в лесах, полях и в сенных покосах посторонним людям ни когда обид неучинять, подовольствоваться своими купленными угодьи, а о справке и об отказе той своей купленной земли и всяких угодий о поселении людей бить челом В. Государю на Москве в Разряде. А ныне для свободного ему эссаулу того своего хутора вольных людей населения по нашей обыкности дан сей лист за моею полковничьею рукою и печатъю в Ахтырке року и дня вышеписанного. Его Царского Пресвет. В-ва стольник и полковник ахтырский. Федор Осипов. Сей лист в книгу вписал Ахтырской полковой Канцелярии писарь Иван Бородаевский.

Там же находим купчую крепость 1770 г. февраля 10 по которой есаул Матвей Осипов Шарой приобрел за 4 руб. «луг и пахатную ниву посю сторону Мерчика Шаровки».

Таким образом первый храм в Шаровке построен около 1705 г. Ныне существующий каменный храм Благовещения построен в 1836 г. старанием помещика Петра Ольховского. Храм красивой постройки, порядочной живописи и с достаточной утварью.

Мы уже видели, как много терпели Шаровцы от гайдамацкой шайки Танского.

По ведомостям число прихожан: в 1750 г. 165 муж. 160 жен., в 1770 г. 183 муж. 192 жен., 1780 г. 228 муж. 230 жен., 1790 г. 270 муж. 279 жен., 1800 г. 370 муж. 368 жен., 1810 г. 368 муж. 376 жен., 1830 г. 949 муж. 945 жен., 1850 г. 948 муж. 1020 жен.

МАЛЫЖИНА

На р. Малыжине, в 16 верстах от Богодухова и в 50 от Харькова.

В числе церковных книг, находящихся в Малыжинском храме имеются: а.) евангелие М. п. 1694 г. с надписью: «року 1708 взята сия книга, глоголемая евангелие стольником и полковником ахтырским Федором Иосифовичем Осиповым в Донских городках з бунта изменника вора Булавина и его единомышленников и отдана в село Малыжино в церковь св. Архистр. Михаила

Таким образом первый храм в Малыжине построен не позже 1708 г. Ахтырским полковником Федором Иосифовичем Осиповым и конечно им же населено было Малыжино.

Нынешний каменный храм построен помещиком Карпом Павловым, и освящен во имя Успения Богоматери в 1823 г., а в 1833 г. устроена и каменная колокольня.

По ведомости генерального межевания 1785 г. в Малыжине 237 муж. 240 жен. подданных черкас и в деревве Братенице 68 муж. 70 жен. душ, при 6065 десятин земли.

По исповедной росписи за 1737 г. при Малыжинской Архангельской церкви всех прихоан 710 муж. 618 жен., в том числе рядовых казаков 184 муж. 154 жен., подданных черкасов 470 муж. 426 жен. За тем было прихожан в 1750 г. 184 муж. 171 жен., 1770 г. 307 муж. 318 жен., в 1790 г. 608 муж. 586 жен., 1810 г. 661 муж. 642 жен., 1830 г. 641 муж. 609 жен., 1850 г. 424 муж. 430 жен. Ныне все прихожане владельческие черкасы.

III Округ (Краснокутский с черкасскими поселениями)

КРАСНОКУТСК или КРАСНЫЙ КУТ

Бывший уездный город, в 80 верстах от Харькова и 45 от Богодухова.

Название его вполне прилично местности его, самой живописной. Он расположен над р. Мерлом на равнине, при подошве довольно значительной возвышенности, осененной садами грушевыми и сливовыми. На юго-востоке его дремучий сосновый лес.

В 1651 г. выходцы из Корсуня поселились по оврагам краснокутским, под защитой лесов; в 1654 г. устроены окопы, а в 1666 г. основано укрепление на возвышенном месте, между двух глубоких дефилей, с двором для воеводы; это в 60 саженях от той крепости, которая устроена позже. Остатки древнейшей еще видны были в 1780 г. Между бумагами 1667 г. видим опись гор. Красному Куту и его черкасам. Поздняя крепость так описана в ведомости 1785 г. «иррегулярная крепость, окруженная с четырех сторон валом, вышиною от горизонта в одну, а шириною в 2 саж. ; вокруг вала сухой ров, глубиною в одну, а шириною в 3 сажени; в крепости соборный храм чудотворца Николая».

До 1765 г. Красный Кут был сотенным городом; с 1780 г. был уездным, но потом, (1796 г.) уступил это значение Богодухову. В Куте было и Духовное Правление.

Ныне в Краснокутске кроме Николаевского, три приходских храма: Успенский, Преображенский, Михайловский и четвертый кладбищный всех Святых; а в прежнее время были еще храмы Покровский и Вознесенский.

Николаевский храм, как храм соборный, основав был в одно время с крепостью Красного Кута. т. е. около 1660 г. Нынешний храм перенесен в 1793 г. из упраздненного Краснокутского монастыря, иконостас его замечателен по резьбе, а еще более по живописи икон, которая и поныне сохраняет свежесть красок и отличается необыкновенной живостью лиц святых; иконы писаны в золотом поле маслянными красками.

Краснокутская Николаевская церковь постоянно называлась соборною церковью гор. Краснкутска, например в просьбе 1751 г.» Ахтырского полка Красного Кута соборной Николаевской церкви ктиторы и прихожане просят о посвящении во священника диакона Никифора, сына протоиерея Карпа Игнатьевича. «К сей челобитной ахтырского полку судья Матвей Боярский руку приложил».

Из протоиереев собора известен протоиерей Карп Игнатьевич, которого внук Иакинф Карпинский – был префектом коллегиума и разных семинарий, и другой внук протоиерей Андрей Васильевич Карпинский около 40 лет управлял духовными делами Краснокутского ведомства. В 1748 г. он писал в Консисторию, что под 20 ч. марта 1748 г. разбойники ночью ворвались в дом вдовы Боярской, мучили вдову за деньги и имущество, и ограбили все, что могли, но на третий день были пойманы, отправлены в Ахтырскую полковую канцелярию, где между прочим показали, что намерены были напасть и на дом его протоиерея, чтобы воспользоваться казенными деньгами, хранящимися у него; из этих воров двое убежали из под караула; потому протоиерей просил дозволить ему брать по очередно двух пречетников его ведомства, дабы те оберегали дом его в ночное время. и Консистория предписала быть причетникам по очереди у протоиерея, «как и у прочих духовных Управителей обыкновенно то водится».

Краснокутской Николаевской церкви протопоп Карп Игнатьевич известен по Ахтырским купчим 1710 г. (№ 109, 906). По ведомости генерального межевания 1785 г. за Краснокутским протоиереем Андреем Васильевичем Карпинским т.е. внуком о. Карпа, известным по делам с 1748 г. показано 182 десятин земли. В Святогорском акте 1687 г. Краснокутский протопоп о. Петр Еремеев и Спасский поп Карп Игнатъевич. Первый в 1699 г. продал полковнику Перекрестову «луку по ниже Пархомовского ставу с пахатным полем, урочище Княжой баярок с пахатным полем и сенные покосы», – так сказано в царской грамоте 18 декабря 1699 г. Ныне церковная земля имеется только при Успенской церкви, в числе 40 десятин; при прочих же нет и десятины. После Карпа Игнатьевича был протоиерей Леонтий Ильин.

В 169З г. построен был на посаде деревянный храм Успения Богоматери по делу 1719 г. первый храм построен «в давних годах и освящен митрополитом Мисаилом». Следовательно прежде 1684 г. В 1778 г. помещики Максима Штепа и Василий Савицкий построили новыи Успенский храм. В 1838 г. построен каменный храм с такою же колокольнею, – храм весьма красивый, легкий и стройный во всех частях своих. Главными строителями его были Краснокутские жители – купец Петр Овсянников и брат его Григорий; – последним пожертвована на построение храма до 3000 руб. серебром.

Нынешний деревянный храм Преображения Господня построен в 1762 г. и возобновлен в 1830 г. Спасский Краснокутский священник известен еще по акту 1687 г. По делу 1717 г. к сему храму в 702 г. перешел священник Павел, в 1696 г. посвященный к Краснокутской Вознесенской церкви, которой давно уже не видно и следов в Краснокутске.

В 1714 г. разрешено было вместо сгоревшего Покровского храма построить новый храм Покрова Богоматери; в 1816 г. быв перенесен на кладбище, он освящен во имя всех Святых.

Храм Вознесения Господня в Красном Куте видим по бумагам 1696 г.

Из древних событий с черкасами Красного Кута сохранилось кое что в памятнках относительно происшествий 1668 г. Волнение, поднятое Брюховецким, отозвалось тогда смятением в Краснокутске. Белгородский воевода писал в марте того года, что «краснок. черкасы В. Государю изменили». По другой Чугуевской бумаге видно, что взволнованные черкасы выдали тогда татарам бывшего в Краснокутске царского приказного Трофима Авдеева, и этот бедняга томился после того в плену по ноябрь 1681 г., когда выкуплен был сыном своим. Житель Васищевский, бывший на царской службе в Краснокутске, был тогда же убит. Однако Краснокутцы скоро образумились и стали действовать, как надлежало действовать верным слугам Царя русского. Это видим по следующей отписке кн. Ромодановского: «в нынешнем 176 (1668) г. по указу В. Государя посланы из обоза из под Котельвы в Запороги к запорожским казакам с милостивою В. Государя граматою и для проведывания всяких вестей, – краснокутские черкасы Ивашка Папушка с товарищи тремя человеками и из Запорожья по се число не были. И мая 25 вышел из полону пз Полтави краснокутский черкашенин Андрей Жученко и сказал, что в Запорогах учинилось на люди моровое поветрие и многие казаки померли».

По отписке Харьковского полковника в Чугуев в июне 1679 г. «Татари одни пошли Мурафским шляхом и били под Мурафу и под Красный Кут и под Колонтаев». Гетман Самойлович от 14 января 1680 г. доносил, что татары стоят обозом между р. Мерлой и Ворсклой.

В одной из Чугуевских бумаг 1688 г. читаем: «авг. 29 1688 г. пришли в Соленый (Славянск) из полону из Азова краснокутские казаки Тимофей Бутко и Семен Калачник». Когда эти казаки захвачены в плен? По всей вероятности во время первой крымской войны князя Голицына (1687 г.). Возвратившиеся из этого похода войска стояли под Краснокутском, а в начале похода в Краснокутске стоял корпус Неплюева, который во время войны имел дело преимущественно с азовцами . Вместе с тем известно, что и в июне 1688 г. Краснокутск был в опасности от татар, входивших массами в слободские поселения, так что полковник Перекрестов поспешно отправлялся в Красный Кут с полком своим.

В шведскую войну Краснокутск был местом славной битвы русских с шведами и страдал за эту славу. Карл надеялся напасть в расплох на корпус Рена, расположенный от Краснокутска до Городеньки и раздавить его своими массами. Но калмыки, рыская по пятам Карла, дали знать Рену о движении Карла на Красный Кут. Тем не менее Карл застал несовсем готовых два полка драгунов у Краснокутска, так что те едва спаслись поспешным удалением к Городеньке. В замен того рейтары Карла неожиданно наткнулись на гренадеров и драгунов, ожидавших неприятеля «в прикрытии за стеною во рву»; давшиеся в обман шведы были разбиты и прогнаны до самого Краснокутска. Разбитый на голову под Городенькою Карл излил месть свою над Краснокутском и его окрестностями, когда шел к Опошне. В одной из краснокутских записей 1710 г. читаем: «а внуку моему Осипу Андрееву що отказовалем напред, тое все под час Шведской руини пропало». Ригельман говорит, что Краснокутск в это время был разграблен голодными шведами. По делу 1717 г. видим, что Краснокутские храмы Преображенский, Успенский и Архангельский, с 1709 по 1717 г. оставались неположенными в оклад собственно потому, что после разорения нанесенного Краснокутску в этим храмам в 1709 г., храмы и приходы оставались «в крайней скудости»; здесь же сказано, что Краснокутск грабили тогда вместе с шведами шайки татар; последние были призваны Мазепою. По письму Меньшикова неприятели платили за свои неудачи делами разбойническими. «Неприятель, место Красный Кут, Коломак и другие попаля, пошел назад к Опошне и вышепомянутых месть жителей мужеска и женска пола в снег и в воду побросал и иныя многия злы чинил».

Прим. Путешественник Зуев в 1781 г. считал в Краснокутске обывательских домов больше 800 и 2406 душ жителей, наиболее войсковых обывателей. В исповедных ведомостях за 1790 г. без сомнения показаны и жители хуторов. Спустя 20 лет на иных хуторах построены храмы и от того в 1810 в Краснокутских приходах оказывается почти тоже число прихожан, что было в 1790 г.

КАПЛУНОВКА

В 86 верстах от Харькова и в 35 от Богодухова, на р. Хухре.

Один из самых величественных храмов в епархии есть храм Каплуновский, и это же место ознаменовано любовию Богоматери. Ныне существующий каменный храм Рождества Богоматери основан в 1788 и освящен в 1798 г. Храм по первоначальной постройке его вполне достойный благодеяний Богоматери, но ныне к сожалению довольно много утративший из своей прежней славы. Представьте себе храм с 20 окнами в главном куполе: размер громадный! Четыре малые купола стоят как бы на страже по сторонам большого купола; храм такой обширности, что в нем свободно могут помещаться до 2000 человек. В нем ньне, кроме главного престола, два придельные: южный во имя Петра митрополита Киевского; северный в честь Пр. Иеремии и прав. Елисаветы; а прежде был еще престол во имя свят. Николая в верхней галерее, которая уничтожена по случаю оказавшейся трещины в боковых стенах храма. Построение сего храма происходило под особенным наблюдением Св. Синода, который выдавал от себя книгу для сбора подаяний. Ахтырский протоиерей Максим Яновский определен был в попечители построения храма. Тогдашний владелец Каплуновкн Еремей Васильевич Перекрестов-Осипов, а по смерти его супруга Елисавета Степановна, урожденная Коновницына, употребили звачительный капитал на этот храм.

Первый храм в Каплуновке в честь Рождества Пресвятой Богородицы построен был в 1688 г. Строителем был Ахтырский полковник Иван Иванович Перекрестов, получивший пред тем по жалованной грамоте землю в 20 верстах от Ахтырки в вершине р. Хухры и назвавший образовавшееся здесь поселение черкасов по имени Осадчого Каплуна – Каплуновкой. За год до построения храма явился к полковнику на службу из Польши Иван Ильич Уманов,– едва ли не выходец из Умани. В следующем году Иван Ильич просил полковника исходатайствовать ему сан священства, и в 1688 г. посвящен он был во священника Каплуновской церкви Рождества Богородицы митрополитом Авраамием.

Сему то священнику Богоматерь указала на свой чудотворный образ. Это было так: «Сент. 8 1689 г. священник Иоанн видел во сне благолепного и украшенного сединами мужа, который сказал ему: на третий день после сего придут к тебе из Москвы три иконописца, один лет 60, другой 80, третий 90 лет; у старшего из них сними сверху связки семь икон, и осьмую -Казанскую икону Богоматери возьми себе с благоговением, и узришь благодать. Уманов, пораженный сновидением три дня постился, служил литургию и по окончании литургии на третий день, возвращаясь домой из храма, увидел иконописцев тех лет старости, как ему сказано было во сне. Он пригласил их к себе в дом и взял у старшего связку икон, и осьмая из икон связки действительно была Казанская икона Божией Матери. Он оставил эту икону у себя за 15 коп., которых однако иконописец не взял. Две недели икона находилась в доме священника, а на третьей неделе, ночью с субботы на воскресенье явилась священнику дева необыкновенной красоты и, пробуждая его перстом, сказала: «Иерей Иоанн! не держи Меня в твоей храмине, отнеси в храм Божий». Священник, пробудясь в ужасе, увидел в комнате свет подобный блеску молнии, потом собравшись с мыслями собрал почтенных из прихожан и, объявив о видении, отслужил молебен и перенес икону в храм.

Все эти сведения помещены в описании явления и чудес св. иконы Каплуновской, составленном в 1744 г. «в Харьковской Академии», где притом сказано, что описание явления св. иконы взято со свидетельства данного священником Иоанном Умановым. В рукопись внесены и чудеса бывшие после 1741 г., и иные из них засвидетельствованы собственноручной подписью испытавших на себе милость Богоматери, другие записаны рукой самих облагодетельствованных; между ними приложено в копии письмо Ивана Паскевича, писанное к настоятелю Каплуновского храма, иеромонаху Герману с Извещением о исцелении жены его Паскевича, совершившемся в 1760 г. по милости Богоматери.

Здесь же описано и следующее событие. В 1709 г. во время войны шведский король Карл и гетман Мазепа были в Каплуновке и стояли в доме священника Уманова; сам священник был тогда с чудотворной иконой в Харькове для представления к Царю Петру и оставался там 2 ведели; дерзкие лютеране армии Карловой 3 раза. пытались зажечь храм Каплуновский и немогли зажечь. Карл видел в окно, как зажигали храм, и изумленный неудачей, спрашивал Мазепу: что это значит? От чего не горит храм? Мазепа сказал: гово-рят, что храм славится чудесами иконы. Карл велел поймать кого либо из жителей Каплуновки, и в лесу пойман Григорий Журавель. Король спросил его: «где Царь Петръ»? Журавель отвечал: по слухам, в Харькове. «А где ваша икона?». – По приказу начальства взята священником в Харьков. – Карл, обратился к Мазепе, сказал: смотри, там, где будет эта икона, мало нам надежд на успех. Св. икона была на поле под Полтавой, и Петр три раза обращался с молитвой к св. иконе.

В просьбе своей от 4 июля 1767 г. Каплуновские священники Иоанн и Прокопий Умановы писали: «Дед его Иоанна, и Прокопия прадед, Иоанн Ильич был священником в Каплуновке до 30 лет, которому ишеющаяся ныне Каплуновская икона Пресвятой Богородицы явилась; с сею иконою во время с российскою армиею шведской войны был он под Полтавою, – а оттуда взят был в Москву и тамо прожил не малое время и с оным образом отпущен паки в Каплуновку. Отец его Иоаннов и дед Прокопиев Андрей и Демьян, Прокопия отец, были также при оной церкви священниками».

В Каплуновском храме находятся самые верные памятники благоговения Царя Петра к чудотворной иконе.

а.) Для чудотворной иконы Царем Петром устроена серебрянная вызлощенная риза с дорогими камнями и с серебрянным киотом. Это было после Полтавской битвы. В последствии на чудотворную икону возложена была золотая риза с драгеценными камнями, дар благодарности Матроны Гамалеевой, принесенный в 1804 г.; а риза царская возложена на копию чудотворной иконы, стоящую в храме за левым клиросом.

б.) Святое евангелис М. п. 1699 г., в серебрянной вызлощенной оправе, с такой надписью по краям оклада: «1705 г. февр. 25 д. по указу В. Государя построено сие св. евангелие Ингерманландской канцелярии на Государевы деньги Ахтырского уезда в с. Каплуновку в церковь Пресв. Богородицы весом серебра 15 фунт. 4 золотн., а на позолоту 35 червонцев».

Чило прихожан: в 1730 г. 890 муж. 879 жен., в 1750 г. 935 муж. 910 жен., в 1770 г. 986 муж. 943 жен., 1780 г. 1007 муж. 992 жен., в 1790 г. 1130 муж. 1172 жен., 1810 г. 1140 муж. 1202 жен., в 1830 г. 967 муж. 1022 жен., в 1850 г. 1036 муж. 1098 жен. пола.

Из указа Консистории 1767 г. видно, что а.) 1738–1767 г. были в Каплуновке три священника, а в 1767 г. третий священник «за неимением указного числа приходских дворов» отменен; б.) «подцерковной и собственной земли не имеется», писали тогда священники; в) «в продаже свечей попадьям священников препятствие не чинить», предписывала Консистория.

ГОРОДНАЯ

На р. Мерле в 6 верстах от Краснокутска, 30 от Богодухова и в 35 от Ахтырки.

В одной из Чугуевских бумаг местность Городного еще в 1647 г., при основании здесь военного городка, называется городищем, городищем Городного. Межевая ведомость 1785 г. указывать кроме слоб. Городной еще Старое Городище, именно на правой стороне отвершья р. Городнянки, верстах в 4 от Городного. Итак здесь на старом городище или на городище Городного был когда-то, во времена очень давние, город, город исчезнувший за долго до 1647 г. В описании Донецких сторожей 1571 г. это самое место называется Торчиновым Городищем; а ближе к Ворсклу ставится казацкая могила. «А Ворскле перелезти у Буен Борку в лосицах; а от лосиц (ехать) к Казацкой могиле да к Мерлу, а Мерле перелезти ниже Торчинова Городища». На дороге из Каплуновки в Ахтырку поныне видны валы со рвами, которые народ называет казацкими могилами. Когда здесь лили кровь свою казаки? Никто не знает. Что звачигь Торчиново городище? Без сомнения то, что здесь был город князя торков, так часто встречающиеся в истории России до-монгольского времени. Хотя торки, как и единоплеменные им берендеи и печенеги, были народ кочевой, но известен за Днепром город Торческ, принадлежавший торкам. Князья или начальники колен торских без сомнений избирали для себя и постоянное местопребывание и приводили его в такое положение, чтобы можно быдо жить в нем спокойно, особено в холодное время. Одна часть торков жила за Днепром и состояла в услужении князей Киевских, другая же пребывала в степях нынешней Харьковской губернии и служила князьям Чернговским вместе с Черниговскими Коуями. Это были казаки – вольные наемники русских князей. После того, как не раз испытали они жестокое поражение то от русских князей, то от половцев, они принуждены были отдаться в полную подчиненность русским князьям. Торки, печенеги, берендеи были наездники по ремеслу, и могли быть хорошим, легким конным войском. Еще св. Владимир пользовался конной службой торков в войне с Волжскими болгарами. Торки, берендеи, печенеги называются в летописях общим именем черкасов или черных клобуков. Полагают, и весьма основательно, что эти черкасы в первый раз покорены были власти русской Тмутараканскими русскими князьями и ими переселены были с Черноморских берегов Кавказа к Дону и Донцу, отсюда же перешли они на правый берег Днепра. Донские черкасы оставили следы своего имени на яру Черкасском и на речке Черкасской, вливающейся в Дон против Рыковой станицы – части нынешнего Черкасска старого. Точно так Днепровские черкасы оставили свое имя на Днепровском городе Черкассах, который с 1321 г. нередко упоминается в истории и особенно в истории гетманской Украйны. Этим вполне объясняется, почему во время царя Иоанна Васильевича называли Кабардинских черкесов исконными подданными России, бежавшими в горы из Рязанского княжества, или, что тоже, из владений князей Чернигово-Рязанских. Припомним и то, что по акту 1647 г. Путивльская граница или граница бывшего Путивльского княжества, – части княжества Черниговского, идет от Путивля чрез Недригайлов и Каменное до Калантаева. Так отзывами XVI в. об исконном подданстве черкасов черниговских квязьям снова подтверждается та мысль, что торки жили в степях нынешней Харьковской губернии, входивших в округ Черниговского княжества. Черкесы русские или что тоже торки, берендеи и печенеги, первоначальные родичи Кавказа, вступая в брачные союзы с русскими и находясь в постоянных тесных сношениях с русскими, мало по малу теряли свою народную личность в массах сильного русского народа, а после татарского разгрома, после того, как большая часть черкасов ушла в горы Кавказкие, оказались в истории только черкасы малоруссы и черкасы донские, с характером древних наездников степей, но с пламенною любовию к православию и русской святыне. Само собою понятно, что при тесной связи русских с черкасами, русские по горячей набожности своей прежде всего старались передавать им внушения св. веры, и нет сомнения, что в городах торческих христианство господствовало между торками.

О населении Городного в XVII стол. находим в письменных памятниках следующее: Белгородский воевода Тимофей Бутурлин писал в Чугуев: «в нынешнем 155 (1647) г. июля 5 писал ко мне в Белгород с Вольного стольник и воевода Иван Савин, июля 2 писал к нему из Городного городища, на котором городище по государеву указу велено устроить острог на р. Мерле, станичный голова Нехороший Санин, что июня 30 приходил на то Городное Городище из Литовской стороны из гор. Платавы торговый человек Федька» и пр. Из этой отписки видно, что_Городнянский острог построен в 1647 г. одним из начальников московской пограничной стражи, а при сличении этой отписки с росписью станиц 1571 г. видим и то, что это место выбрано было для города и потому, что здесь в течении целого столетия раньше появления острога, станичники, разъезжавшие для наблюдения за татарами, останавливались при переправе чрез Мерло.

В 1661 г. здесь уже жили черкасы, и хотя в 1678 г. вместе с черкасами здесь был воевода, но еще пред тем, в 1672 г., Городное поставлено было в число городов «без служивых людей и земель» (поместий). Около 1700 г. Городное уже было сотенным местечком Ахтырского полка.

По Чугуевской переписке 1661 г. «приходил под Городний Острожок Федор Жученко (полковник полтавский и друг Виговского) с изменники черкасы. И городенские черкасы их изменников многих побили». В 1709 г. Городная была местом битвы Карла XII с русским генералом Реном. Поныне видны здесь шведские и русские укрепления того времени. Городное теперь находится на возвышенном холме, и окружено с восточной и северной сторон частыми лесами, с западной р. Мерлом, а с южной, от Краснокутска, земляным высоким валом и глубоким рвом, которые тянутся оть р. Мерла до леса на 300 саженей. Вал вышиною 3 саженей, а ров шириною до 4 саженей. На левой стороне вала стояло 3 батареи шведов, каждая длиною до 8, шириною до 5, и вышиною до 2 Ѕ сажени; они обращены закрытой стороной к Городному. Напротив этих батарей к северу, чрез долину, русские батареи, в полуверсте от шведских. У Карла было 500 конницы, 8 польских хоругвей, полк Мазепина друга Андреенка и значительное число пехоты. Карл был столько уверен в себе, или точнее, столько был горд, что и тогда, как вопреки прежним надеждам, увидел русских готовыми принять бой, приказывал своим стоять на флангах русского корпуса, чтобы никто из русских не убежал, когда разобьет он их. Эта мечтательная гордость на первых же шагах была наказана. На правой стороне Городеньки шведы напали на засаду, и разбитые были прогнаны до Кута. На левой сторове, сделав залп из ружей, русские ударили на палашах против шведов и разорвали линию. Под Карлом убита была лошадь; шесть драбантов, окружавших его, пали, и Карл едва убежал в стоявшую не вдали Городнянскую мельницу. Шведы были разбиты на голову по всей лини. Карл сидел запертый в мельнице – волнуемый страхом за жизвь свою, он боялся и выйти из мельницы, чтобы не попасться в руки неприятеля, опасался и оставаться в ней, так как ожидал, что могут сжечь его вместе с мельницею. Ночь укрыла неприятелей от глаз руссих, и Карл поспешил убраться из мельницы. В этой битве Карл потерял до 500 человек убитыми и 50 пленными, а со стороны русских пало 42 человека и ранено 27 человек.

Состояние прихожан новых времен: По ведомости 1785 г. в Городном войсковых обывателей 280 муж. 246 жен., подданных черкасов 39 муж. 37 жен. По исповедным росписям: в 1730 г. 266 муж. 217 жен. в 1750 г. 285 муж. 260 жен., в 1770 г. 335 муж. 318 жен., в 1790 г. 378 муж. 351 жен., в 1810 г. 458 муж. 471 жен., в 1830 г. 487 муж. 506 жен., 1850 г. 358 муж. 374 жен.

КОЛОНТАЕВ

На р. Мерле, в 30 верстах от Богодухова и в 100 от Харькова.

Это один из самых древних городов Слободской Украины и известен по актам еще с 1658 г. Одна из описей «гор. Колонтаеву», его черкасам, служивым и мещанам, относятся к 1660 году. И в первое его время он был весьма значителен, так что известен колонтаевский полковник того времени. Крепость его в 1785 г. имела следующий вид: «земляной насыпной вал выштиною в 1 сажень, шириною в заложении 3 саж., вокруг сухой ровь глубиною в 1 Ѕ саж., шириною в 3 сажени. В крепости соборный храм Успения Богоматери». Остатки укреплепия и поныне еще довольно значительны. Площадь укрепления – квадратная, в длину и ширину 70 саженей. Открытый вход с юга. С севера и востока оно защищено еще р. Мерлом, а с юга и запада в соответствие сему природному укреплению проведен другой ряд вала со рвом, в 10 саженях от первого. По валам стояли кошели, набитые землею, в виде амбразур.

Соборный Успенский храм по актам известен с 1700 г. Но в 1713 г. Построен был уже новый Успенский храм. Нынешний деревянный храм построен в 1761 г.

Другой храм в Колонтаевке – храм свят. Николая известен по актам еще с 1687 г. и вероятно основался в одно время с населением Колонтаева.

В одном акте 1699 г. читаем: «я Андрей Иванович поп Михайловский Колонтаевский со всем церковным братством ведомо чиним сею нашею купчею, продали мы отказанный на церковь Божию Архангела Михаила от Давида Пасечка луг с пасекою на р. Мерле пану Феодору Боярскому, оже бы купил он на церковь св. Михаила евангелие ценою в 5 коп. Под актом 1702 г. подписались в виде свидетелей колонтаевские священники «Архангельский поп Андрей Иванович, Николаевской поп Яков Самойловичь, Покровский поп Михаил Фоминичь». Итак в Колонтаеве кроме Успенского и Николаевского храмов был еще храм Архангела Михаила, и при нем было еще братство. Ныне в Колонтаеве нет Архангельского храма. Нет и храма Покровского, который по делу 1717 г. совершенно разорен шведами в 1709 г., так что священнику его Михаилу, посвященному м. Аврамием, велено было служить в Успенской церкви.

В том же деле 1717 г. Колонтаевской Преображенской церкви священник Феодор Жуковский пишеть, что церковь его «с 1709 от разорения шведского пуста и весьма согнилая зостает, того ради, что ныне прихожан нет». Нынешний храм построен в 1761 г. при священнике Иоанне Жуковском. В нем книги: служебник К. п. 1662 г., триодь цветная и октоих М. п. 1742 г., евангелие М. п. 1748 г., часослов К. п. 1751 г. В консисторском архиве сохранились метрики за 1726 г. Колонтаевского Преображенского прихода за подписом священника Феодора и Успенского прихода за подписом священника Михаила.

На место Феодора посвящен был в 1743 г. сын его Игнатий Жуковский по просьбе прихожан, под которою подписались колонтаевский сотник Василий Боярский и атаман Семен Кубаш. При производствте его во священника ахтырский игумен, по распоряжению архипастыря, осматривал самый храм и донес, что храм в 727 г. перестроен был из старого храма и на другом месте, старанием полкового обозного ахтырского полка Григория Боярского; иконостас «прежнего храма ветхий, риза шелковая одна, эпитрахиль выбойчатая, подризник полотняный; потир и звезда серебрянные, но лжица оловянная; евангелий двое, одно Л. п. бархатом без серебра обложено, среднестарое, другое писанное среднестарое; апостол К. п. новой, служебник М. п. годится, октоих четвертковый ветхий – за нужду годится; община служб за нужду годится; триодь постная и цветная писанныя, ветхия, часослов могилевской печати; требник ветхий». Ставленник показал о себе: «Русского письма чтению и пению обучен он бывым при Успенской Колонтаевской церкви дьячком Григорием; кроме того иных наук и мастерства незнает; книжицу катихизис, букварь и прочия правила ко священству приличныя уметь и иметь долженствует».

Колонтаев занимал важное место в тревожных событиях 1658–1661 г. во время волнений Виговского. В январе 1658 г. Виговский послал Гадячского наместника Тимошу убеждать Пушкаря оставить вражду против него, Виговского. Пушкарь отвечал: «не так ли Виговский хочет помирить меня с собою, как помирил в Гадяче братьев наших, лишив их головы?» и заковав в цепи Тимошу, отослал его к колантаевскому воеводе, которому напоминал и то о Тимоше, что тот разбил на голову Донца Подолок. Виговский отправил свой сербский полк против союзника Пушкарева Барабаша; но ловкий Барабаш 27 января напал под Диканькою на беспечный сербский полк и до того разгромил его, что только немногие спаслись бегством, прочие же легли на месте, оставив для памяти потомству огромную сербскую могилу.

По летописи Велички «казацкий полковник Иван Донец», а по чугуевским бумагам колонтаевский полковник, в начале сентября 1658 г. послан Ромадановским с пехотным Московским полком к Чернухам, городу Любенского полка, чтобы наказать здесь друзей Виговского – разными поборами и Донец счастливо возвратился в Пирятин к грозному князю.

Зиевской воевода писал Чугуевскому: «в нынешнем 169 (1б60) г. посланы были в Ахтырской Змиевские черкасы Ивашко Серой с товарищи для государева дела и в распросе, сказали: как де они приехали в Колонтаев, колонтаевские черкасы сидят все в городе и дожидаются к себе, войною из Опошни, да нояб. 27 пригонялись к Колонтаеву Татары от Полтавы и присылали в Колонтаев из Опошни, чтобы клякались королю, а слушались бы Чигиринского Гетмана, а В. Государю кланялись бы на хлебе, и на соли». Это было после несчастноой Чудновской битвы, когда Юлий с казаками правой стороны Днепра предался на сторону короля.

Отписка в Чугуев из Калантаева: «милостивому государю Абакуму Феодоровичу Григорий Тарбеев д колонтевский полковник Иван Донец. Ведомо чиним, что изменники, который указывал гетману в Зинькове, от войск государевых побить и посрамлен»; (это полковник Березецкий пойманный и повешенный Ромодановским); «а который изменник Феодор Жученко (Полтавский полковник) стоит на Котельве, говорят, хочет бежать к Днепру. А мне по государеву указу велено с войском Его Царского Пресветлого Величества идти на изменника и промышлять над ним. Пожалуй, Абакум Федоровичь, помоги ради праведного Государя, чтоб изменник не тешился; хоть людей пришли, или будет изволить, сам приди. Казаки говорят, хочет биться под Колонтаевым, а приход его чается под Колонтаев. Пожалуй, Абакум Федоровичь, змилуйся, змилуйся для милости Божией. Отписка Тарбеева: «по отписке окольничого кн. Григория Григор. Ромодановского велено полковнику Ивану Донцу с вольными людьми идти в Ахтырской; а мне велено оставить для осадного времени чугуваских печенегских черкас 100 человек в Колонтаеве. И чугуевских печенегских черкас осталось 150 человек, а иные бежали; а которые остались, меж себя товарищов в Чугуеве послали бить челом, чтоб переменить в Колонтаеве запасными людьми».

Тарнеев Чугуевскому воеводе в январе 1661 г. «Ты, господине, прислал в Колонтаев черкас на службу государеву, и они меня не слушают. А Печенежский Ивашко, что было учинился полковником, бежал к окольничему и в Колонтаевке не бывал; а они смотря на то хотят все бежать. Да писал ко мне с Ахтырки Андрей Арсеньев, что окольничий однолично будет в Ахтырке скоро с государевыми ратными людьми».

Это было тогда, как Юрий в январе 1661 г. отправил несколько полков на левый берег Днепра, а в сентябре явился здесь и сам с поляками и татарами «на крайнее разорение, хотячи сего-боские полки ку себе наклонити».

Во время волнений, поднятых Брюховецким, Колонтаев опять отличался прекрасной известностью. Вот что писал тогда Чугуевский воевода Герасим Рогозин: «мая 5 (1668) изменник Ивашко Брюховецкий посылал из Гадячи с изменники черкасы под Колонтаев город войною и промыслом боярина и воеводы кн. Григория Григ. под Колонтиаевым тех посыльных изменников черкасы побили и Бунчукового товарища поймали. Да он же Иван Брюховецкий во многих причинных местах вниз по р. Донцу поставил караулы – изменников черкас стеречь». В начале августа Чугуевский воевода Иовлев лично доносил царю, что верность колонтаевских черкасов царю вполне дознана им на месте.

В июле 1679 г. многочисленная орда Нагайская прошла с грабежом весь Чугуевский и Харьковский уезды, и одни пошли мурафским шляхом и были под Мурафою и под Красным Кутом и под Колонтаевым. Едва ли спасся Колонтаев от татар и в январе 1680 г., когда они опустошали край по р. Мерло и увели тысячи в плен.

Из истори храмов мы уже видели, что в 1709 г. во время шведской войны Колонтаев пострадал так сильно, что иные приходы его совсем опустели, и два храма навсегда закрыты. «Прихожан ныне нет» сказало прямо о Преображенском храме. А по описи 1704 г. в сотне сотника «города Колонтаева Григория Марковского» показано 292 казака, кроме подпомощных, мещан и подданых.

РУБЛЕВКА

Прежде бывший город и сотенное местечко Ахтырского полка, на берегах р. Мерла, в 70 верстах от Богодухова, в 40 от Ахтырки и в 120 от Харькова.

Каменный Успенский храм в Рублевке освящен в 1829 г. Он строился с 1823 г., когда сгорел деревянный Успенский храм. На внутреннюю отделку его Коммисия Духовных училищ отпустила 1000 руб. ассигнациями, Лебединская помещица Евдокия Ломаковская пожертвовала серебряный крест, гробницу и киот с Ахтырскою иконою Божией Матери – всего на 428 руб. серебром. Когда построен был в Рублевке первый Успенский храм неизвестно. Священник Семен Игнатьевичь служил при Рублевском Успенском храме 20 лет, а умер в 1717 г., так писала вдова его, жалуясь, что брат его, священник Марк, в 1717–1724 г. давал ей с сиротами ее третью часть доходов, а с 1724–1729 г. не дает и четвертой части. Преосвященный Епифаний, столько же ревновавший об образовании духовенства, сколько и о защите сирот, написал: «написать указ к протопопу Краснокутскому, чтоб он разобрал, какових лет ее сыни? Когда годни в школу, а не отдала: то и доходу не должна брать; когда же отдает в школу, то пополам будет брать на учащихся, когда в великом возрасте, то быть ее сынови дьчком и доход дьячковский брать, она з нынешним попом пополам доходом владеть имать, о чем указ написать; когда же поп станет, презрев указ, обежать: то не токмо прихода, но и священства, чуждь будетъ».

Другой храм в Рублевке храм Архистратига Михаила. По делу 1717 г. Известен Рублевский Михайловский священник Максим Михайлов, посвященный в 1685 г. Нынешний деревянный храм построен с 1793 г. старанием священника Василия Гонтаревского и его же усердием, в течении 20 лет служения храму, приобретены два сосуда, два евангелия и приличная ризница; за его заботливость по должности он в 1801 г. почтен был саном протоиерея.

С давних времен в Рублевке бывает две ярмарки: в деиь свят. Николая и в день Покрова Богородицы.

По межевой ведомости 1785 г. в Рублевке 1415 муж. 1421 жен. войсковых обывателей при 15983 десятинах земли, общей же с лихачевскими жителями; земля песковатая, а частью и чернозем.

Мы еще не сказали ни о Рублевской крепости, ни об участии Рублевки во время шведской войны, но с тем, чтобы говорить о целом ряде укреплений, расположенных по р. Мерле, из которых иные имеют связь со шведско. Войною, все же не без отношения к Рублевке.

а.) По правому, возвышенному берегу р. Мерла от самого Краснокутского идет за Рублевку до Лихачевки ряд курганов, в расстоянии один от другого не менее 50 и не более 100 саженей. Иные из этих курганов имеют вид круглый с верхом остроконечным и с окружностию при подошве до 50 саженей, а другие имеют фигуру продолговатую с запавшей, или выкопанной, внутри срединою, и окружность до 60 саженей. Цепь этих курганов теряется в лесах за Лихачевкою при р. Ворскле. Не трудно понять, что это цепь наблюдательных постов черкасов Ахтырского полка; другая передовая цепь полка шла по р. Коломаку.

б.) В полуторе версты от Рублевки к северозападу от слободы, на возвышенной равнине, при дорогах, идущих из Рублевки в Опошню, Котельву и Краснокутск, стоит очень высокий курган, отличаемый в говоре народа то именем разрытой могилы, то шведского городка. Курган круглый и в окружности при подошве 170 саженей, вышиною от подошвы по косогору его 11 саженей; с вершины его простой глаз легко различает предметы на 10 верст в окружности. В средине его – глубокая пустота и на дне плоскость до 40 саж. в окружности, с приметными внутрь горы прокопами. В эту пустоту ведут сверху кургана 5 канав или ходов. В 8 саженях от кургана идет кругом его ров в 4 саж. глубиною и за рвом вал в 3 саж. вышиною, с тремя входами к кургану. 3 входа защищены еще небольшими курганами и ямами. В 30 саженях от вала расположена батарея, закрытою стороною обращенная к Рублевке, она 10 саж. в длину, 4 в вышину, с заметными местами для орудий. От Разрытой Могилы одна цепь курганов идет к Котельве, другая к Краснокутску, а третья к Опошне, две последние – те самые, о которых сказано выше. Курганы по направлению к Котельве расположены один от другого на 50 саж. и имеют фигуру продолговатую, до 60 саж. в окружности. Народное предание говорит, что в Разрытой Могиле квартировали шведы на пути своем из Городеньки, в зтой могиле, говорят, хранили они артиллерию и фураж и квартирование их продолжалось довольно долго. Это предание оправдывается, и письменными документами, которые говорят, что Карл за весеннею оттепелью и разливом р. Ворскла долго стоял под Опошнею. Таким образом шведской войной 1709 г. объясняется нынешнее положение разрытого кургана с его принадлежностями. Но нельзя сказать, чтобы тем же положением объяснилось самое происхождение высокого кургана и 3 рядов других курганов. Шведы воспользовались курганами и особенно высоким курганом для своих целей, но ряды курганов уже существовали прежде того. По всей вероятности некоторые из этих курганов наметаны Ахтырским полком, но нельзя утверждать без документов, что все они современны этому полку.

в.) Рублевская крепость длиною 120 саж., шириною 60 саженей, а в окружности 149 саж.; защищена валом в 4 саж. вышиною и рвом в 3 саж. шириною. На валу ее стояли пушки, из которых одна, чугунная, по ныне уцелела. Ров ее, когда настояла опасность, наполнялся водою р. Мерла, протекающего в 20 саж. от укрепления, и тогда крепость становилась недоступною.

После сего легко понять, что жители Рублевки в 1709 г. во время квартирования в такой близости от них голодных и раздраженных неудачей шведов, не могли оставаться в покое. Ригельман говорит, что Рублевка разорена была шведами. Но при том, что сказали мы о положении Рублевской крепости, надобно положить, что это разорение относилось тогда преимущественно к посадам и хуторам, окружавшим Рублевку, но не к крепости. По описи 1704 г. в сотне рублевского сотника Прокопа Семенова было собственно «казаков» 287.

ЛЮБОВКА

На правом берегу р. Мерла, в 90 верстах от Харькова, сперва поселение подпомошников колонтаевских казаков.

В 1726 г. священник Покровской церкви села Любовки Петр Андриевский писал к Преосвященному: «оная Покровская церковь построена лет тому 50 и за давним временем обветшала», почему просил и получил разрешение построить новый храм. В деле 1717 г. сказано, что Любовский Покровский храм существует с 1678 г. Нынешний же освящен в 1786 г.

В 1717 г. священник Любовки Иоанн Андриевский писал, что Любовка пострадала от шведов в 1709 г.; о себе же показывал, что он был тогда в гор. Смелом при Успенской церкви, а по разорении Смелого татарами в 1712 г. вышел в 1713 г. в полк Ахтырский и с 1714 г. стал жить в Любовке.

Число прихожан в 1730 г. 230 муж., 215 жен., в 1750 г. 261 муж.. 246 жен., в 1770 г. 459 муж., 420 жен., 1790 г. 570 муж., 570 жен., 1810 г. 675 муж., 686 жен., 1830 г. 669 муж., 729 жен., 1850 г. 537 муж., 612 жен.

ПАРХОМОВКА

На р. Котельве, в 10 верстах от Краснокутска и в 90 верстах от Ахтырки, в 90 от Харькова.

Населено полковником Перекрестовым, но отобрано от него в казну марта 8 1704 г. и императрицей Екатериной подарено графу Ивану Подгоричани.

В 1700 г. Пархомовка была еще деревней: по по акту 1707 г. уже известна «отписного Перекрестовского села Пархомовки Покровский священник Григорий Андреев Ганзеевский – и несомненно известно, что первый храм Покрова Богородицы осващян здесь в 1704 г. Граф Подгоричани вместо бедного покрытого соломою храма построил обширный храм с 5 куполами и с 3 престолами. После его смерти супруга его, Варвара Подгоричани, построила каменный храм, который освящен в честь Покрова Богоматери в 1808 г. Нынешним владельцем имения Лукою Петровичем Вучичевичем в память дяди его Ивана Вукотича, завещавшего ему свое имение, пожертвована храму ризница в 1000 руб. серебром.

Прим. По царской грамоте 1699 г. полковник Перекрестов купил в 1699 г. «у Матвея Манковского на долине Котелевки Пархомовский хутор и греблю и пахатное поле и сеннные покосы». См. примечания о Красном Куте.

Число прихожан 1730 г. 925 муж., 857 жен., в 1750 г. 1060 муж., 1008 жен., в 1770 г. 1128 муж., 1091 жен., в 1790 г. 1190 муж., 1130 жен., в 1810 г. 1236 муж. 1145 жен., в 1830 г. 1465 муж. 1631 жен., в 1850 г. 1318 муж. 1476 жен.

ПИСАРОВКА-МАРЬИНСКОЕ

На р. Мерле.

«Отцу моему духовному, – так писал Рублевский сотник Иван Кобеляцкий в 1734 г., – иерею села моего Писаровки Феодору за его в молении о мне и о всем нашем доме труды брать во всю свою жизнь с Писаровской мельницы от дву камней всякой размерной хлеб по субботам, что в тыя дни на его счастье Бог пошлет и тогож снабдевать просфорами на божественную литургию без опущения. Да емуж о. Феодору дать денег 10 р. купить себе лес, где сам сыщет для потребления дров на его вынницы».

В феврале 1747 г. священник Григорий Зиновьев писал к архипастырю: «1728 г. янв. 9 рукоположением первыя Далматии и св. горы Афонския Преосвященного Хрисанфа епископа, посвящен я в Белоцерковский уезд в маетность пана Станислава Яблоновского в село Кагальник к церкви св. Мученицы Параскевы и служил я до 9 дек. 1745 г. и от нестерпимого гонения от тамошних униатов, что учали принуждать меня к своей уницкой вере, которой принять я не пожелал,– за что они униаты, отобрав все мои пожитки, хотели меня убить до смерти, а попадю и детей позабирать в Польшу; я видя таковую похвальбу принужден оставя ту Пятницкую церковь и дом свой, в ночи тайно с попадею и детьми бежал в Россию, где господин караульный капитан дал мне билет ахтыр. полку села Писаровки в маетности Бунчукового товарища Василия Ивановича Кобеляцкого, обыватели атаман Семен с прочими просят меня к их церкви св. Иоанна Воина для служения, а священник их Феодор Гавеловский перешел в с. Пархомовку.

На построение каменного храма Св. Троицы майор Михаил Васильев назначил 5270 руб. серебром. Храм окончен.

Число прихожан: в 1730 г. 210 муж. 197 жен., в 1750 г. 267 муж. 278 жен., в 1770 г. 420 муж. 422 жен., в 1790 г. 423 муж. 425 жен., в 1810 г. 528 муж. 507 жен., в 1830 г. 422 муж. 408 жен., в 1850 г. 342 муж. 386 жен.

Сумской Уезд. Сумское благочиние

ГОРОД СУМЫ

I Начало и значение города

В 2 верстах от нынешнего города Сум есть место ныне называемое городищем. Это крутая гора, при подошве которой течёт река Псел, разделяющаяся здесь на несколько рукавов, весною ныне богатых дичью. С восточной стороны, с другого берега Псла, с трудом можно добраться до городища, тем более, что сторона горы, обращённая к Пслу, обрывиста и крута. В 1785 г. эта местность принадлежала полковнику Степану Кондратьеву, и тогда значительная часть его занята была садами. В переписи русских сторожей 1571 г. читаем: «А Псел перелезти у Липецкого городища, да на верх Боровни». Итак городище, соседнее с нынешним городом Сумами, в ХVI столетии называлось Липецким городищем и тогда уже было только городищем ведомства Московского. Посему понятно, что город, памятником которого осталось городище, существовал до времён татарских; это конечно один из городов Черниговского княжества. То самое, что Липецкое городище долго было потомственным имением Кондратьевых, показывает, что первый Сумской полковник, умный Герасим Кондратьевич, обратил внимание на это место, считал его важным и для времён поселения черкасов на Псле. Но черкасский город основался в 2 верстах ниже городища.

Город Сумы или по древнему названию Сумин, расположен на возвышенной, узкой плоскости между р. Псел и речками Сумы и Сумки, соединяющихся в самом городе. Древний герб сего города – в серебряном поле три черные охотничьи сумы с перевязями и золотыми пуговками, – указывает на предание о происхождении названия местности. По этому преданию, у речки Сумы найдены были три охотничьи сумы, и по ним дано название местности с ее речками. Предание может быть признано справедливым в отношении к речкам, но не в отношении к названию или происхождению города, который назвался Суминым очевидно по р. Суме.

Поселение и устройство города Сум начато с 1652 года, пришедшими из-за Днепра казаками. Как в военном городе, в Сумах была крепость. По ведомости 1780 года «в том городе ветхий земляной вал, сделанный в 1658 году, вышиною от горизонта в 4 аршина, шириною в заложении в 3 сажени, с одной стороны оного сухой ров глубиною в 5 аршин, шириною в 5 сажень, стоит на горе по течению р. Псла на правой стороне; в нем земляной замок (цитадель) вышиною в 4 аршина, – полковые казармы; церкви соборная Преображения Господня, приходские Апостола Матфия, Николая чудотворца – деревянные и каменная Воскресения Господня. За валом в предместии церкви деревянные и проч.» Ныне еще заметны остатки вала, упиравшегося концами в р. Псел; по рву часть города получила название Перекопа.

Как и в каждом полковом городе, в Сумах было главное правительство поселенного полка, или полковая канцелярия, где заведывали всеми воинскими, и гражданскими делами слобожан того полка. Главные местечки, входившие в округ заведывания канцелярии, были: Лебедин, Недригайлов, Белополье, Межирич, Ворожба, Сыроватки нижняя и верхняя, Краснополье, Мирополье, Суджа.

Для духовных дел в Сумах было духовное Правление, называвшееся иногда приказом духовных дел и первоначально состоявшее из одного Сумского протоиерея; оно и ныне остается здесь.

II Храмы города Сумы

Ныне всех приходских храмов в Сумах – 7: Соборный, Воскресенский, Покровский, Николаевский, Богородичный, Троицкий и Ильинский, и один на кладбище Петропавловский.

Соборный храм.

По записке священника Федора Славинского 1802 г. древняя надпись говорила: «освятися олтарь Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа к церкви соборной святого Алексея человека Божия, в городе Сумине, в лето от создания мира 7169-е индикта четырнадцатого, а от воплощения Слова Божия 1661-е марта в 17 день, при Благоверном Государе Царе и Великом Князе Алексее всея великие и малые и белые России, и при Великом Государе Святейшем Никоне Патриархе Московском, и всея великие и малые и белые России». Если соборный храм и не был истреблен во время нападения татар в феврале 1659 года, которое увидим мы ниже; во всяком случае надобно принять за несомненное, что престол Алексея человека Божия был в пределе соборного храма для молитв за Ц. Алексея Михайловича. Точно так в первом Чугуевском соборе 1639 года был придел Михаила Палеина. По актам Сумской соборный храм всегда был храмом Преображения Господня; так видим в царской грамоте 1684 года «стольник и полковник Герасим Кондратьев, «по пожару», как писали прихожане в 1728 г., построил в 1694 году вновь соборный храм Преображения Господня. Имя сего благотворителя вырезано было при входе на дверях. На кресте храмозданном была следующая надпись: «освятися жертвенник в храме Преображения Господа и Бога и Спаса нашего Иисуса Христа. При державе Благочестивейших Государей наших Царей и Великих Князей Иоанна Алексеевича и Петра Алексеевича, всея великия, малыя и белыя России Самодержцев, за бытность тогда Преосвященного Авраамия митрополита белоградского и обоянского, в лето от рождества Христова 1694-е мая в 18 день, на память святых мучеников Петра, дионисия и иже с ними». Эта Преображенская церковь существовала 60 лет и в 1754 г. вновь перестроена при протопопе Матфее Гресовском.

Когда решились построить каменный соборный храм, то надлежало приготовить для него место. И деревянный храм был продан, служение же стали совершать в теплой церкви Св. апостола Матфея, устроенной с северной стороны в 5 саженях от соборной Преображенской протопопом Матфеем Гресовским на собственную сумму.

В 1776 г. при протопопе Иоанне Иоанновиче Словинском, и при священниках Федоре Славинском и Стефане Куликовском, и ктиторе подпрапорном Матфее Гордиенкове, начали строить каменный соборный храм, который заложен был июля 13 дня по благословению Преосвященного Аггея, архимандритом Товиею Кремновским, жившим на уединении в Сумском Успенском монастыре. Строение и внутреннее украшение храма производилось 12 лет. Преображенский храм освящен Преосвященным Феоктистом, епископом Белгородским октября 12 дня 1788 г. на поздней литургии, а верхний Благовещенский на ранней – того же дня игуменом Белгородского Николаевского монастыря Иосифом Лазаревым.

Кирпичный завод устроен был от церкви; деревом для выжига кирпича и подводами довольствовались от города и уезда. Тысяча кирпича в то время стоила 3 руб. 50 коп., известь получаема была по подряду из Белгорода, четверь ее стоила 40 коп., кирпича на устройство храма с погребами употреблено более миллиона.

Для построения храма на первый случай было церковных денег 150 руб., потом получено за деревянную церковь 400 руб. По добровольному согласию граждан и сельских старшин положено дать на церковь от каждого по 10 коп., какового сбору получено 400 рублей. Главными благотворителями были три лица: Яков Алексеевич Шубский пожертвовал до 7000 рублей; вдова коллежская асессорша Евдокия Парафиевская (бывшая прежде в замужестве за протопопом Матфеем Гресовским), будучи бездетна распределила свое имущество на церкви и монастыри, в том числе 3000 руб. на устройство соборной церкви, кроме того ею же устроен иконостас в верхней Благовещенской церкви, за который с живописью и золотарной работой уплачено 800 руб.; сумской житель Федор Кондратьевич Филоненко, неженатый до гроба, распределил при жизни все имение свое на церкви; в том числе и на устройство соборной 3000 руб., кроме сего пожертвовано им: большой потир серебряный вызолоченный под чернью с финифтями и стразами, дискос, звезда и лжица такой же работы; – риза золотой парчи с епитрахилью.

Гробница серебряная пестрозолоченная, с финифтями, куплена сумскою жителькой вдовою Еленою Крамаренко за 325 руб. Ею же на строение колокольни пожертвовано 300 рублей.

По счету, на устройство церкви с окончательной отделкой, с иконостасами, киотами и прочими украшениями употреблено 20000 руб.

Каменная колокольня заложена была 1797 годя июня 15 дня и окончена 1801 года. По огромности ли здания, или по непрочному устройству, в этой колокольне оказались большие трещины, почему для безопасности и разобрана она в 1812 году, на место ее из того же кирпича устроено четыре номера лавок, со входом посредине в ограду церкви. Остальной кирпич употреблен на колокольню вновь устроенную 1821 года и на ограду церкви. Колокол большой взят из Сумского Успенского монастыря. Надпись его говорит, что он устроен статским советником Яковом Алексеевичем Шубским, весу в колоколе 60 пудов. Другой колокол меньший пожертвован сумским жителем Даниилом Ивановичем Забродским, весу в колоколе 44 пуда.

Благотворители храма в последующее время:

Сумской купец Филипп Акимович Сидоренко, бывший церковный староста. Его старанием приобретена плащаница в 1825 году по малиновому бархату шитая золотом и серебром, ценою в 2000 руб. ассигнациями, на которую собственно им Сидоренко пожертвовано 1500 руб. ассигнациями, а прочие деньги взнесены другими благотворителями.

Сумской цеховой Матфей Павлович Алейников, церковный староста, и сумской купец Андрей Григорьевич Копылов, тоже церковный староста, сделали пожертвование в 1827 году для приобретения серебряных вызлощенных риз на местные иконы Спасителя и Божией Матери (в коих весу 30 фунтов и 58 золотников, а цена 3177 рублей); первый т.е. Алейников пожертвовал 800 руб., а Копылов 700 руб. ассигнациями, остальная же сумма пополнена разными сумскими гражданами и иногородними купцами.

Сумской купец Федор Иванович Стоянов, бывший церковным старостой с 1836 года по 1839 и с 1846 по 1849 годы сделал разных пожертвований церкви на 2000 руб. ассигнациями.

Каменный Воскресенский храм в городе Сумах – дело благочестивого усердия стольника и полковника Андрея Герасимовича Кондратьева, соорудившего великолепный по тогдашнему храм сей на собственное иждивение. Храм построен в два яруса – в верхнем престол во имя Воскресения Христова, в нижнем во имя св. Апостола Андрея Первозванного – Ангела строителю храма; Воскресенский престол освящен был в 1702 году, а Андреевский позже того, по благословению Иустина Базилевича митрополита Белгородского. Храм сей построен с очевидными намерениями на случаи нападений татарских. В верхней части его безопасно можно было выдержать долговременную осаду: стены храма толстые, ход в верхний храм внутри стен, с земли до окошек верхнего храма – далеко, – нельзя достать без длинных лестниц и след. без встречи с вооруженным сопротивлением.

Во время пожара 1791 года храм сей лишился всех украшений и крыши. После того в нижней церкви служение началось не скоро; надпись на иконостасе показывает, что он вызлащен иждивением Петра Кроквы и жены его Наталии 1801 года, а старожилы помнят, что иконостас довольно долго стоял без позолоты, хотя и совершалось служение. Окончательное возобновление храма совершилось спустя 16 лет; ибо престол верхней церкви Воскресения Христова, по благословению Преосвященного Христофора, епископа харьковского, освящен в 1808 году марта 15 числа, – на это имеется грамота. В 1811 году построена была ограда, на счет помещика Кондратьева.

После главного благотворителя своего полковника Андрея Герасимовича Кондратьева Воскресенский храм благодарно воспоминает имя другого благотворителя своего Ивана Александровича Кирилова. Он в ноябре 1793 года завещал Воскресенскому храму навсегда дворовое место, и на оном построенный им совместно с матерью своею, монахинею Сусанною, каменный дом с тем, дабы в сем доме под распоряжением священников церкви, градского главы и ктиторов обитали престарелые, бедные и немощные; кроме сего, если возможно , приобретался бы из оного доход в пользу церкви и в необходимом случае там же имели бы жительство священно-церковно-служители. При надлежащем устройстве находящийся в сем дворе постройки, как завещанный Кириловым, так и в последствии прибавленной, здесь помещалась в одной половине богадельня, а другая половина нанимаема была в пользу церкви; таковое распоряжение и точное соблюдение воли завещателя продолжалось до 4 мая 1840 года. Случившийся в сие время пожар истребил всю внутреннюю постройку, и самые каменные стены дома во многих местах разрушились. По недостатку в церкви наличной суммы затруднительно было возобновить на сем дворе постройку. Но нынешние священнослужители, староста и прихожане, ревнуя о пользе храма и полагаясь на усердие и доверие благодетелей, решились произвести приличную постройку в доме с тем, чтобы деньги уплачивать в последствии из экономической и благотворительной суммы; и в сем намерении просили Преосвященного Смарагда о дозволении устроить вновь каменный дом с тем, чтобы все сие место осталось неотъемлемою принадлежностью одной церкви; а бывшую там до пожара богадельню навсегда из сего места вывести: а дабы и немощные не лишились вовсе приюта, обязались по выстройке дома, из доходов оного делать по назначению начальства в пользу богадельни пожертвования; на что Его Преосвященство повелел испросить мнение и согласие градской Думы; Дума за неимением у себя способов произвести на сем месте приличную постройку, уступила оное навсегда церкви с тем, чтобы по окончании всей постройки, из получаемых доходов взносимо было ежегодно в пользу богадельни по 50 руб. серебром и сверх того отданы бы были оной пожертвованные Григоровичем 200 руб. ассигнациями деньги; в такой силе 1843 г. мая 13 дня градская Дума обще с Духовным Правлением заключила условие, и акт хранится ныне в церкви. По получении сего акта и по утверждении начальством плана, 1848 г. выстроен на сем дворовом месте из церковной суммы, старанием старосты купца Никифора Галкина, каменный о двух этажах дом, коего нижний этаж уже окончен и приносит пользы в год 135 р. серебром, а верхний этаж еще не отделан; постройка стоила 2700 р. серебром.

1829 года с разрешения начальства в ограде сей церкви старанием старосты Саввы Ильченка на кошельковую сумму устроены 12 небольших каменных железом покрытых лавок; – 1840 года декабря 16 дня от пожара эти лавки погорели: но как стены и железо с крыши остались в целости, то в 1841 году старанием старосты Ильченка возобновлены и ныне приносят церкви пользы 200 р. серебром. На построение сих лавок употреблено 1800 р. серебром.

Метрические книги начинаются с 1735 г., исповедные с 1791 года.

Ныне существующая в Сумах каменная церковь Покрова Пресвятой Богородицы заложена в 1783 году, а освящена в 1790 году. Она построена на иждивение Феофана Федоровского, архимандрита Святогорского монастыря, а прежде того, священника и протоиерея сей церкви, впрочем с пособием почетнейших сумских граждан.

До построения сей церкви, были преемственно две церкви Покрова Богородицы, обе деревянные. Первая существовала до 1732 года; так говорит указ 1732 года о построении нового храма. Но когда построен был первый храм? Не известно. По переписи 1732 года видим при Покровском храме священника, школу и госпиталь и кроме того священника церкви Введения Богоматери во храм с школою и богадельнею. Введенской храм был, как кажется , придельным Покровского. В 1808 году разрешено было прихожанам его разобрать каменный архангельский храм в упраздненном Сумском мужеском монастыре. А в 1821 году, дозволено построить из оного колокольню с теплым храмом в честь Введения Пресвятой Богородицы во храм.

Метрические книги начинаются с 1735 г., а исповедные с 1790 года.

Первый храм во имя Святителя Николая построен был в г. Сумах конечно не позже 1652 года, как находившийся в самой крепости. В царской грамоте собору видим Сумского Николаевского священника Гурия в 1661 году, а по актам Сумского монастыря известны в 1664 году Сумской Николаевский священник Емельян Яковлевич, а в 1689 году Николаевский причетник Сазон Григорьевич.

В 1694 году построен был новый деревянный храм во имя Святителя Николая стольником и полковником Герасимом Кондратьевым. Храм сей сгорел 1803 года от неосторожности членов причта. Памятник, устроенный на месте, где стоял престол сей церкви, по ныне находится в дворе купчихи Евдокии Медведевой. Новое же место для храма Николаевского назначено по требованию генерал-губернатора Андрея Леванидова, назначившего на месте храма купеческие лавки, о чем происходило дело в 1796 году.

3-й гильдии Сумские купцы Солодкие в 1804 году своим иждивением при помощи других прихожан построили вместо сгоревшей каменную церковь Святителя Николая; церковь сия спустя два года по освящении (в апреле 1806 года) разрушилась, по той причине, что колонны, поддерживающие своды здания, были вынуты.

Церковный староста Сумской 3-й гильдии купец Марко Евсеев Медведев на месте и на фундаменте разрушившегося прежнего храма, построил настоящий храм, причем употребил собственного своего капитала до 3000 рублей серебром.

Церковный староста 3-й гильдии купец Иван Авакумов Ткаченков и брат его Аввакум пожертвовали икону Варвары великомученицы в серебряной вызлощенной ризе и паникадила пред местными иконами; от первого поступила еще богатая плащаница.

1-й гильдии купец Иван Киктенков пожертвовал икону Иоанна Крестителя в серебряной вызлощенной ризе. Он же при смерти завещал на вечные времена 1500 рублей серебром с тем, чтобы процентами капитала пользовались священно и церковно служители Сумской Николаевской церкви, обязанные за то молиться о упокоении души усопшего благодетеля.

Старанием старосты купца Александра Духанина сделаны: каменная сторожка, две лавки покрытые листовым железом, устроены железная решетка и ворота.

Прежде существующей каменной церкви Рождества Богородицы, была в городе Сумах «на посаде» деревянная, – которая по актам, хранящимся в соборной церковной ризнице, освящена была в 1681 году. В 1702 году к освящению сумской Воскресенской церкви, по просьбе полковника Андрея Кондратьева, брата была из Рождественской церкви некоторая утварь, как это известно из указа Консистории 1732 года. В царской грамоте от 26 апреля 1703 года, данной полковнику Андрею Герасимовичу Кондратьеву, между имениями сего полковника упоминается: «на посаде города Сумина у церкви Рождества Пресвятой Богородицы двор, что куплен у Тимка, да подворок на новом месте на косогоре подле Семеновской Солодовни Мельникова». То и другое дает право думать, что старому храму Рождества Богородицы был благотворителем полковник Андрей Кондратьев. По переписи 1732 года видим при этом храме школу.

В 1807 году священник Димитрий Ольховский, движимый любовью к Богу и усердием к храму Божьему, стал понуждать прихожан к основанию нового храма; по прошению его и прихожан, Преосвященный Христофор Сулима в 1808 году благословил заложить каменную церковь. Постройка сей церкви продолжалась, при преемнике Димитрия священнике (с 1813 года) Иоанне Ольховском, 8 лет, и могла бы продлиться очень долго, если бы купец Федор Ишунин не приложил особенного старания об окончании. Сей достопамятный муж был в то время церковным старостою, и очень много способствовал к построению храма, так что в одно трехлетие по его старанию собрано более 4000 рублей серебром. Быв 12 лет в должности церковного старосты, неутомимыми трудами своими и усердием к церкви Божьей Ишунин более всех оставил по себе память и доброе имя в народе.

Купец Алексей Ишунин, церковный староста, сын бывшего строителя и благодетеля сей церкви, – вполне наследовал добрые качества отца. Он всю жизнь свою посвятил собственно на служение Богу и храму, и избытки трудов своих отдает в пользу храма. Со времени вступления его в должность старосты, тщанием его церковь украшена и снабжена разною утварью и богатою плащаницею; везде видно благолепие, в сосудах, в ризнице, в иконах. Нет ни одной вещи принадлежавшей церкви, которая не была бы сделана или от его собственности или по его старанию. Он служит храму уже 22 года и в это время приобретено в церковь разной утвари на собственный его капитал на 2168 рублей 32 ? копейки серебром. За таковое усердное старание по церкви получил он в 1846 году серебряную медаль на Аннинской ленте.

Метрические книги и исповедные росписи начинаются с 1743 года по 1829 год были из фамилии Ольховских, следовавшие один за другим непрерывно. Они владели участком земли – пустынью Ольховскою. Из них особенное усердие оказывал к храму Димитрий Ольховский, храмоздатель нынешнего храма.

Храм во имя Святой Троицы, как показывают метрики, существовал в Сумах в 1735 году, но с какого именно времени, неизвестно. Его видим по акту 1730 года. В 1732 году при нем школа с двумя учителями и богадельня (шпиталь) для мещан.

Михаил Лаврентьевич и племянник его Павел Михайлович Линтваревы, по ревности своей к богоугодным делам, в 1827 году окончили постройкою новую каменную церковь о двух престолах с таковою же колокольнею и оградою; главный престол во имя Святой Троицы, а на хорах во имя святых страстотерпцев благоверного князя Михаила и боярина его Феодора Черниговских чудотворцев; сверх того церковь эту, как видно из описи церковной, украсил и достаточно снабдил церковною утварью, тот же помещик Павел Линтварев; за эти пожертвования, по представлению епархиального начальства, изъявлено ему Линтвареву Монаршее благоволение. На построение храма употреблено Линтваревыми до 17,200 рублей серебром.

Метрические книги хранятся с 1735 года.

В 1705 году Сумской Ильинский храм уже существовал, так как в этом году посвящен был во священника к Сумской церкви св. Пророка Ильи Антоний Словинский, бывший с 1721 года протоиереем Сумского собора. По переписи 1732 года видим при Ильинском храме двух священников и школу. Указом консистории 1792 года разрешено было, вместо сгоревшей в 1791 году построить новую, также деревянную церковь. Этот храм сгорел 1839 года августа 23 дня во время пожара, опустошившего большую часть города; с тем вместе подверглись разрушению колокольня и колокола. В июле 1836 года заложен каменный храм, по благословению архиепископа Мелетия; по случаю разорения города и прихожан пожаром, постройка храма, возведенного до окошек, остановилась; да и не предвиделось надежды на окончание постройки, потому что приход составляют почти одни казенные крестьяне, которых бедность доведена была до крайности пожаром; они не раз избирали из себя попечителя о храме: но никто не решался принять на себя окончание постройки храма. В 1844 году Богу угодно было вдохнуть благую мысль, Сумскому жителю купцу Степану Игнатьевичу Тихонову принять на себя попечение о сем храме. Тихонов с полным усердием начал приводить храм к окончанию. В 1845 году освящен придельный престол святого Митрофана на хорах; в 1851 году освящен и главный храм. Купец Тихонов употребил до 1500 рублей серебром своего капитала на дом Божий.

Из прежнего храма спасены от огня: евангелие в серебряном окладе вызлощенное, и четыре иконы бывшие местными: Спасителя, Божьей Матери, Иоанна Предтечи и Пророка Ильи в серебряных ризах, в коих весу 39 фунтов. Эти ризы пожертвованы в 1786 году секретарем Иваном Емельяновичем Стрельченком.

Каменный храм Апостолов Петра и Павла на кладбище – новый дар добрых жителей города Сум. Он освящен в октябре 1851 года Преосвященным Филаретом. Помещаем здесь

III Прихожане

Немного осталось памятников для нашего времени о старом житье сумских черкасов. Архивы города истреблены пожарами 1840–1843 г. Не оставим без внимания того, что могли отыскать. Царская грамота к Чугуевскому воеводе от 23 февраля 1659 года говорит: «писал к Нам Великому Государю, из Сумы Наум Ашаматов, что приходили под Сумы Татарове многие люди, и бой с ними был. И Татарове, отшед от Сумина, стали в Суминском уезде, и села и деревни воюют и людей в полон емлют; а дожидаются больших людей, и дождався хотят приходить на наши украинские городы вскоре». Воевод предписывается собрать из уезда людей в городе с женами и детьми и сидеть в Чугуеве «укрепляясь осадным береженьем». Грамотою от 18 мая 167 (1659 г.) Царь извежал того же воеводу, что крымский хан идет «большим собранием на украинные городы».

Эти действия татар против Сум и Сумского полка, доселе неизвестные истории, последовали в следствие того, что Герасим Кондратьев, теперь еще только сотник Сумской, выгнал посланцев Виговского, предлагавших Кондратьеву разослать универсал Виговского по слободам.

Князь Ромодановский 171 (1663) г. августа 20 писал к нам из Обоянского «Тихон Львов, что августа 17 прибежал к нему из Сум Обоянин Тимофей Афанасьев, а в расспросе ему сказал, что Татарове стоят от Сум в 10 верстах на Озерках, и по Рыльской дороге многих русских торговых людей в полон поймали, а хан Крымский перешел по Сю сторону Днепра. И тебе, господине, печенежских черкас полковые службы со всею службою и запасы выслать в Белгород».

В 1668 году Брюховецкий, подняв пламя бунта в Малороссии, старался поднять волнение между слобожанами. Татары опять явились. Около 20 сентября Ромодановский писал в Чугуев: «Из Сум в Боромлю писал полковник Герасим Кондратьев: ведомо де ему полковнику учинилось, что с двух сторон конечно изменники черкасы хотят быть на двое под Сумы и под Боромлю и под иные государевы Украинские городы на проселки шляхов вскоре. Да в отписке Ивана Скурихина (из Боромли) написано, что сентября 14 боровенские сторожи видели на конях 4 человек у Высокого боярака и, постояв, побежали к бояраку, а конечно те люди неприятельские. Да сентября 17 писал ко мне из Харькова Лев Сытин: сентября 15 пришел в Харьков из полону харьковский черкашенник Ивашко Кушнер, а в расспросе сказал: был он в Зинкове, а из Зинкова отпустил его в Харьков к жене и детям Зинковский городовой Левка в нынешнем 177 (1668) сентября 12 и сказывал ему, Ивашке, что из Крыма салтан с Татары вышел, а Татар с салтаном вышло 10 000 и тех Татар он, Ивашко, видел под Зинковым и пошел тот салтан с Татары под Нежин, а Дарошенко с изменники черкасы под Нежин же. Да ему же Ивашке Зинковский атаман сказывал, что крымский хан конечно и сам вышел с Ордою и хочет идти войною в Белгород и под иные государевы украинные городы мурафским шляхом вскоре и Дорошенко в Зинкове прислал лист при нем Ивашке; а стада де в Зинкове и Плотаве и в иных городах хану выбирали».

В половине октября князь Ромодановский писал Чугуевскому воеводе: «Крымский Калга сантан со всеми силами и изменники черкасы от Недригайлова идут к Сумам, а от Сум пойдут войною к Белгороду и под иные государевы украинные городы». По другим источникам известно, что после позорной смерти Брюховецкого, татары, соединясь с запорожцами и частью войск Петра Дорошенко, шли к границам русским; молодой князь Ромодановский Андрей самонадеянно вступил с ними в бой под Грайвороном и был разбит на голову. Понятно, что татары, проходя к Грайворону и из Грайворона, прошли с грабежом и огнем по слободам Украйны.

Как вели себя Сумские казаки с своим полковником во время бунта Брюховецкого и что вытерпели они в это страшное время, показывают нам царские грамоты Сумскому полку.

В грамоте от 16 февраля 1668 года царь хвалит и обещает царские милости за то, что полковник Кондратьев и старшины его, тогда как к ним присланы были возмутительные письма от гетмана Брюховецкого, с твердостью отвергли эти письма, как вредную ложь, и остались верными присяги; Царь остается столько уверенным в верности полковника и его старшины, что поручает им убеждать на словах и на бумаге прочих черкасов, дабы не слушали обольстительных внушений коварного изменника Брюховецкого.

В похвальной грамоте от 28 июня 1668 года царь пишет, что и казаки и мещане сумского полку служат Государю верно, бьются с изменниками черкасами и татарами, не щадя своей головы, и не обольщаются их обманчивыми внушениями, чем заслуживают полную царскую похвалу; б.) в полной уверенности в верности полка Царь поручает полковнику и казакам убеждать малороссийских казаков, дабы они без всякого опасения возвратились к верной службе Царю, – так как Царю известно, что они совращались с пути долга «по неволе, по прелестным письмам изменника и вора Ивашки Брюховецкого и его советников»; вместе предписывается посылать, как можно чаще, «в Киев, Переяславль, Нежин, Чернигов, и в другие города, куда мочно, проведывать, что делается», и нет ли притеснений войскам царским.

В грамоте от 5 мая 1669 года Царь в награду за верность сумского полковника и его старшины: а) прощает пошлины за продажу вина и пива, следовавшие за прошлые годы, – всего 6091 руб.; б.) дозволяет на будущее время беспошлинно курить и продавать вино и пиво; в.) прощает недоимку сбора за право иметь пасеки. Надобно притом заметить, что тогда же – 5 мая 1669 года даны были похвальные грамоты полкам Харьковскому и Ахтырскому. Но в них Царь менее щедр в похвалах верности полков и хотя жалует эти полки на будущее время правом беспошлинной продажи вина, но им далее менее прощено денег за прежние годы, чем Сумскому полку. Эта разность основывалась на том, что в полках Харьковском и Ахтырском некоторые местечки увлекались на время внушениями изменников и изменяли долгу присяги, тогда как полковник Кондратьев в своем полку умел удержать всех в неизменной покорности царю.

Грамота от 21 февраля 1659 года, подтверждая преимущества, данные Сумскому полку Царем Алексеем Михайловичем, сообщает нам еще важные сведения о том, за что даны были эти преимущества; – она говорит нам о том, чего стоила Сумскому полку его верность во время бунта Брюховецкого. По ее известию Царь Алексей Михайлович жаловал полк преимуществами за службы и за разорение, что им учинилось от изменников и от крымских и от ногайских татар после измены Ивашки Брюховецкого и за осадное сидение. Казаки городов Сум и Лебедина в той же грамоте говорят, что они в показанное время несли трудную службу, вытерпели кровь и раны, полонное терпение и сидение в осаде.

Мы сообщим эти грамоты в полном и точном их виде в приложении. Здесь же помещаем выписку из жалованной грамоты от 23 октября 1688 года, где видим сведения о предметах деятельности сумского полка.

Цари Иоанн и Петр пишут: «пожаловали белогородского Разряду Российских городов стольника нашего и полковника сумского Андрея Герасимовича Кондратьева за многую его верную и радетельную и знатную службу, что он в мимошедших летех отцу нашему блаж. и вечнодостойной памяти В. Г. Ц. и В.К. Алексею Михайловичу и брату нашему Гос. Ц. и В. К. Феодору Алексеевичу служил и ныне нам вел. Государям служит и над воинскими людьми полку своего с казаками промыслы и поиски чинит и тамошних мест от приходов воинских людей оберегает и для ведомостей о поведении войны Турского султана с цесарем Римским и с королем Польским в Заднепрские места и в Польские городы посылает полку своего казаков по часту и прошлого 195 (1678) года в Крымском походе был и во всем наше Государское повеление исполнял"…

По всем этим грамотам главным действующим лицом в славных делах сумского полка является стольник и полковник сумского полка Герасим Кондратьевич Кондратьев. Он был, как видно по грамотам, главным лицом полка не только по званию своему, как полковник, но и по личным качествам и делам своим. По другим документам знаем, что был самым усердным строителем храмов Божьих, и он же был строителем двух Сумских монастырей – мужского и женского. Герасим Кондратьевич был искренний слуга Царя земного и небесного и человек с характером энергическим. Предание, вот что говорит о поступке его с родною сестрою. Сестра его была отважная женщина, но жила нечестно; она набрала себе ватагу сорванцов и на большой торговой дороге обирала с ними московских купцов. Брат Герасим Кондратьевич, узнав о том наверное, приказал сказать ей, чтоб унялась. Она не слушалась. В другой раз он сам строго говорил ей о ее худой жизни и требовал с угрозами, чтобы бросила она свои привычки. Сестра не преставала жить по – прежнему. Тогда Герасим Кондратьевич, поймав ее на деле ее, засадил в каменную стену и замуровал. – Не беремся защищать верность события: но рассказ народный заключает, по крайней мере, отзыв о том, каким представлял себе народ Герасима Кондратьевича. Жалованная грамота Царя Феодора Алексеевича, данная Герасиму Кондратьевичу в 1678 году, говорит, что Герасим Кондратьевич всегда отличался примерною службою, как при Царе Алексее, так и при Царе Феодоре, зорко смотрел за замыслами врагов святой Руси, был неутомим в разысканиях козней измены и о каждом шаге неприятельском давал известия Царю и его воеводам; дети его, а их было четыре сына – Иван, Григорий, Андрей и Роман, – делили с ним труды и подвиги его; в долгой боевой службе украсился он множеством ран. Сообщаем любопытную грамоту в полном ее виде, тем более, что она касается и всего Сумского полка.

«Божьею милостию, мы великий Государь Царь и В. К. Феодор Алексеевич и пр. пожаловали Белогородскому полку города Сумина полковника Герасима Кондратьевича и детей его, Григория, Андрея и Романа за его Герасимову многую службу ко отцу нашему блаж. памяти к Царю и В.К. Алексею Михайловичу и к нам вел. Государю, нашему Царскому Величеству, как он полковник и дети его, полку его со всем поспольством, служил верно, без всякой шатости и ослушания и над изменниками и над воинскими людьми промыслы и поиски чинил и в полки к боярам и воеводам про неприятельские про всякие замыслы и про приходы их всякую ведомость чинил же и во всем наше Государское повеление исполнял по нашему Государеву указу со всяким усердством, и на многих боях он полковник и сын его Иван ранены и тот сын его от ран и умре. И ныне нам, В.Г. нашему Цар. Вел-ву, служит он полковник и дети его, Григорий, Андрей и Роман, верно, вместо нашего Государева годового денежного жалованья, выслуженные его полковниковы поместья и вотчинные земли и всякие угодья, которыми они владели по указным грамотам отца нашего Государя блаж. памяти Царя и В. К. Алексея Михайловича, всея вел. и мал. и бел. России Самодержца, и по нашим, вел. Г. Ц. и В.К. Феодора Алексеевича грамотам. И что им дано в поместья земли и всяких угодий по отпискам из полку боярина и воеводы князя Григория Григорьевича Ромодановского с товарищами и по отделу сумских приказных людей и что они, полковник с детьми, надеясь на нашу Государеву милость и жалованье, заняли из диких полей в поместьях земли и всяких угодий вновь и на тех землях всякое строение построили и покупные их дворы и хутора и пасеки и рыбные ставы и мельницы и к тем мельницам землю и сенные покосы и всякие угодья и строения, что в переписных и мерных книгах Афанасия Тютчева 185 (1677) года написано, велели ему, полковнику, с детьми тем всем владеть, из поместья в отчину безоброчно и о том дать сию вел. Государя жалованную грамоту за нашею Государевою отворчатою печатью и для подлинного ведома той вотчиной даче и всяким угодьям дать с переписных и с мерных книг выпись за дьячьею приписью… пис. в Государствия нашего двора в Цар. граде Москве л. 7187 ноября 1 дня».

Эта грамота, говоря о славной смерти Ивана Герасимовича, не говорит, когда и в каком бою он украсился ранами положившими его во гроб. Но вероятно это было в славной Чигиринской битве 1677 года, где по известию Велички были и «казаки слободские».

Григорий Герасимович, другой достойный сын великого отца, деливший военные труды с отцом своим, был полковником сумского полка, помощником отцу своему в трудах управления полком. Известна отписка его 1680 года важная по содержанию: «Григорию Ивановичу (генералу Косагову) Григорий Герасимович, полковник войска Его Царского Пресветлого Величества Сумского. По верным вестям два салтана со многими ордами разделились на три части, едны пошлы в полк Переяславский, другие к Пирятину и Прилущине, а третьи Сулою, не малыми купами, силою великою». Последний отряд по всей вероятности опустошал западный край Сумского полка.

В мае 1681 года Сумы и Сумской полк торжествовали двойную милость Божью. По царской грамоте совершалось торжественное благодарение Господу Богу за перемирие с турками и татарами, несколько лет сряду лившими кровь христианскую в Малороссии и Украйне. И в той же грамоте царь объявлял благодарность свою Сумскому полку за верную службу его. Царское внимание к службе казаков выражалось в грамоте самыми отрадными чертами. Царь называл службу их честью для всего царского имени, славою для всего государства. По этой же грамоте видно, что казаки сумского полка бились с турками и татарами под Чигирином в 1677 и 1768 годах и в продолжении всей турецко-татарской войны, начиная с 1673 года были в разных нарядах и битвах. По фамильным сведениям Григорий Герасимович умер в 1683 году.

В первый Крымский поход (1678 г.) Сумы были одним из сборных мест русского войска, отправлявшегося с князем Голицыным против татар. Отряды Сумского полка участвовали в самом походе, под начальством полковников Герасима и Андрея Кондратьевых, которые по возвращении из похода получили похвальную грамоту. А во второй Крымский поход, в котором под начальством дьяка командовал слободскими войсками Ахтырский полковник Перекрестов, Сумской и Ахтырский полки потерпели страшное истребление. Вероятно в этом походе был и Роман Герасимович, который считался полковником Ахтырского полка и умер в 1700 году.

Петр I грамотой 18 февраля 1700 года на имя полковников Сумского полка Герасима Кондратьевича и Андрея Герасимовича, подтвердив сумским казакам права беспошлинной продажи вина и свободного владения занятыми землями, постановил: «Сумского Черкасского полка быть в конной службе казакам указному числу 1230 человек, которые выбраны и написаны из казаков и мещан в книгах, какие прислал в Разряд из Белгорода боярин и воевода кн. Яков Федорович Долгорукий ген. 16 д. нынешнего 1700 г.».

В следствие такой царской воли Андрей Герасимович в начале шведской войны был с полком своим в Ингерманландии, где пробыл до 1702 года, а между тем старец – отец его, изнуренный летами и боевою жизнью, скончался в 1701 году.

В 1706 году Андрей Герасимович принял от бывших по городам русских воевод все города сумского полка с их артиллериею и службою в полное свое заведывание. И в след за тем должен был отправиться в поход.

Полковником остался набожный сын его Иван Андреевич Кондратьев. При нем одним из самых достопамятных событий для Сум в церковном и гражданском отношении было пребывание Петра вел. в Сумах. Это было во время славной борьбы Петра с Карлом ХII, когда к последнему уже присоединился Мазепа. По журналу самого Петра, по запискам Крекшина и по истории Ригельмана Царь Петр 26 декабря 1708 года прибыл из Лебедина в Сумы. За ним в след прибыла вся гвардия. Первый день нового 1709 года Царь великолепно праздновал в Сумах. Молебствие совершено в Преображенском соборе. «При чем, говорит Крекшин, били из пушек и от гвардии из ружья пальба; генералитет и штаб-офицеры обедали в доме Царского Величества, веселились до двух по полуночи». Царь готовил свое войско к кровавым битвам. 6 января, день Богоявления, Царь праздновал в Сумах. Но в тот же день держал военный совет, вступить ли немедленно всему войску в Малороссию для защиты ее от разорения, которому подвергал ее Карл? Карл манифестами объявил, что пришел защитить Малороссию от насилий царя, и что за каждый фунт хлеба, отпускаемого войску его, будет он платить; а на деле жег города и грабил доверчивых жителей. Сострадание к бедствиям казаков вызывало к немедленной помощи. Но жестокие морозы поставляли в невозможность скоро собрать все войска и весть войну. Потому положено весть войска «в слободские городки», чтобы не допустить неприятеля разорять их или прорваться в самую глубь России к Москве. Самонадеянный Карл в гордых мечтах своих доходил до смешного. Тогда как войска его гибли от морозов и голода, он дал генерал-майору Шпару патент на звание коменданта Москвы и приказал расписать квартиры в Москве. Петр, узнав об этом (18 февраля) в Сумах, сказал: «Уповаю на Бога, что Шведское войско будет в Москве, только не на тех квартирах стоять будет». Здесь же прочтена была депеша Карла, в которой он писал сенату о разбитии войск русского царя под Добрым и Лесным; Царь с улыбкою сказал: «желаю таких счастливых побед и впредь его Королевскому Величеству». От 21 января в Сумах выдан был царем манифест, с объявлением письма Мазепы к Лещинскому, где Мазепа отдавал Малороссию Польской короне. В то же время («в сих числах», прежде 3 февраля) царю доставлен был манифест Карла к казакам (от 16 декабря 1708 года) с клеветами на царя и с ложными обещаниями казакам. Царь от 3 февраля издал в Сумах манифест в ответ манифесту Карла; здесь между прочим царь писал: «что же принадлежит до лживой клеветы его, короля Шведского, где он прикрывая свою ненависть к благочестивой нашей церкви и православной вере, очевидно по злобному и богоотступному совету Мазепы, напоминает, будто мы, Великий Государь, договариваемся с Папою о соединении веры: то это больше достойно смеха, чем какого-либо доверия; да сохранит нас Всевышний от того, чтобы мы, защитник благочестия, когда-нибудь имели в мысли что-нибудь подобное». 3 февраля был последний день пребывания царя в Сумах. Гвардия выступила из Сум 28 января в Ахтырку. Царь удержан был на время в Сумах болезнью сына, царевича Алексея, который прибытием своим с тремя новыми полками в Сумы весьма обрадовал царя, а болезнью своею сильно опечалил отца. Лейб-медик Дупель ослабил действие простудной лихорадки в больном, и царь выехал из Сум, но царевич удержан был болезнью в Сумах еще до 12 февраля. По письму Шереметьева от 13 апреля 1709 года видим, что Сумской полковник с полком своим был тогда в Гадяче. Известен и именной список казаков сумского полка, участвовавших в борьбе Петра великого с Карлом.

При полковнике Василии Даниловиче Осипове-Перекрестове, внук несчастного Ахтырского полковника Перекрестова, Сумской полк в составе дивизии Дугласа отправлялся на войну с Турцией, а между тем в Сумах с 1732 года находилась Комиссия учреждения слободских полков; она ввела разные преобразования в быте слобожан, не всегда соображаясь с их духом; лучшее ее было то, что она указала полковым чинам на способы несть тяжести службы военной, но к сожалению не совсем удобные в исполнении. В 1738 году в Сумах как и в других местах Сумского полка, открывалась моровая язва. По этому случаю вследствие отношения Белгородского губернатора Грекова к Преосвященному Петру указом Консистории 7 сентября 1738 года на имя Сумского игумена Иллариона и Сумского протопопа Антония Словинского предписано было совершать на литургии ектений и после литургии крестные ходы с молитвами об избавлении от губительной заразы.

Внук Герасима Кондратьевича Димитрий Григорьевич Кондратьев в 1743 году имел счастье получить на свое имя жалованную грамоту сумскому полку, c подтверждением всех преимуществ, данных царями Алексеем, Федором и Петром и с отменением тягостей, возложенных правлением Бирона.

Последние полковники Сумского полка – Михаил Михайлович Захаржевский и Роман Иванович Романов.

В новейших временах Сумских обывателей прежде всего следует заметить необыкновенное событие 1806 года. Каменный Николаевский храм, построенный в 1804 году, неожиданно рушился до основания. Это было в первый день Светлого Воскресения Христова, спустя какой-нибудь час после литургии. Чья сила удержала массивные своды храма, пока падение их не могло быть так ужасно для множества людей и семей? Он Всесильный и Благий отец сохранил детей своих, славивших тогда дивные дела любви и силы Его.

В 1813 году крещены были в Сумской Воскресенской церкви три пленные турка – Али Мустафа, Магмет и Али Гуссейн.

В 1839 – 1840 г. сильные пожары испепелили большую и лучшую половину Сум; к тому же великолепная ярмарка, доставлявшая большие доходы жителям города, тогда же переведена была в Ромны. То и другое обстоятельство имело последствием своим упадок благосостояния жителей Сум. Впрочем на Введенской ярмарке бывает оборотного капитала на 16000000 рублей серебром.

Ныне в числе жителей Сум считается:

Почетных граждан 2 душ муж. 2 жен. пола.

Купцов 2 и 3 гильдий 195 душ муж. 198 жен.

Мещан до 900 душ муж. 750 жен.

Большинство же остается за казенными крестьянами.

ПРИЛОЖЕНИЯ

1. МЕЖЕВАЯ ВЫПИСКА 20 октября 1657 года на землю г. Сумы.

«Лета 7166 октября в 20 день По Государеву Цареву и В.К. Алексея Михайловича, всея в. и м. и б. России Самодержца указу и по грамоте с Приказа большого Дворца за приписью дьяка Игнатья Мокеева и по наказу Окольничего и воеводы князя Семена Петровича Львова за приписью дьяка Ивана Мамалихова капитан Мирон Иванович Золоторев да Хотмышенин сын боярский Алексей Катенин дали с своих межевых книг выпись Сумина города черкасам атаману Герасиму Кондратьеву с товарищами, что им Сумину городу отмеряли вверх и вниз по реке Пслу и по сторонам по десяти верст; а межу учинили Сумскому уезду с Путивльским уездом от г.Сумина вверх р. Пслом по устье Озерка подцерковного, а у Озерка станы Путивльских бортников: черниговца Кондратия Вышневского да Богдана Малушина от р. Псла и от Озерка подцерковного от Кондратьева стану Вышневского, едучи дорогою в лесе возле дороги с левой стороны дуб бортной Путивльца Юрки Пешкова… а что дуб между болотом, от того дуба дорогою едучи через речку Бетицу на полугоре на правой стороне дороги дуб толст… дорогою по большому черному лесу… дубровою через дорогу прямо на Курган, а на Кургане крест, возле кургана яма с угольем; от того кургана прямо к р. Алешенке, а у р. Алешенки над болотом дуб выше устья логу черного… через Алешенку степью к Синякову шляху на Вываренный Курган – а тем шляхом ездят в Рылеск и в Курск и во Обоянской. – а от того кургана Синяковым шляхом спорным гребнем степью меж вершин р. Сумы и р. Виров на вываренной на Синякове Кургане. Едучи от р. Псла и от Озерка подцерковного Кондратьева стану Вишневского межею по гранем через р. Бетицу и через большой черный лес и через р. Алешенку и Синяковым шляхом на вываренный курган и от кургана шляхом к вываренному Синякову кургану на левой стороне земли и сенные покосы и леса и воды и всякие угодья Сумина города, а на правой стороне земля и леса и воды и всякие угодья Путивля города. Да за р. Пслом от г. Сум вниз речка Любань от Бакаева и от Сагайдачного шляху течет устье в р. Псел; а ниже устья той речки в луговом лесу меж вод Стрелица, а против той Стрелицы за р. Пслом на правой стороне вниз в большом черном лесу Курган, – от кургана черным лесом прямо на гору на дуброву, … дубровою в черный лес на Стрелицу, … на боярак, … через боярак прудки на дуброву,… через вершину речки Прудков, – к большой дороге, что ездят из Каменного и из черкасских городов в Русские города, … на вершины р. Сулы, … степью на Курган, а тот курган меж верхов р. Сулы и речки Ильмов на спорном гребени, а на кургане крест, подле кургана яма с угольем, а мимо того кургана из Сумина г. дорога в Путивль и в Недригайлов; – от того кургана Путивльского дорогою меж вершин р. Сулы и р. Ильмов и мимо вершин р. Сумы прямо чрез Синяков шлях на Синяков на вываренный курган. Едучи от реки Псла межею по граням черным лесом и дубровою и степью через шлях к Синякову кургану на правой стороне земля и сенные покосы и леса и воды и всякие угодья Сумина города, а на левой стороне по сказкам Ворожбинских черкас атамана Амеляшки Якимова с товарищами земля и леса и всякие угодья их черкасские Ворожбинские слободы. А по другую сторону Псла луговым лесом на Стрельницу, что меж вод ниже устья реки Любани, от той Стрельницы прямо дубровою проехав дехтярную варницу дуб… дубровою вверх по реке Любани степью прямо на Курган. Едучи от реки Псла межею по граням вверх реки Любани к кургану налево земля и леса и воды и всякие угодья Сумина города, а направо Ворожбинские слободы черкасов. Да от кургана – степью прямо на Частые Курганы, что близко вершины речки Крупца к Бакаеву и Сагайдачному шляху на вываренный Курган, … шляхом на верх речки Бобрика, … на верх глубокого лога и вниз глубоким логом к речке Суровице, … через реку Суровицу на устье речки Черторыя, а за рекой Черторыем меж ложков на Стрелице дуб. – Едучи от кургана межею на частые Курганья и от Курганья и от Бакаева и Сагайдачного шляху к вываренному кургану и от кургана шляхом на верховье реки Бобрика и на верх глубокого лога и логом до реки Суровицы и через Суровицу на устье реки Черторыя и вверх по Черторыю налево земля и всякие угодья Сумина города, а направо Путивля города.

По отказной книге города Суджи 1664 года Сагайдачный шлях идет по хотмыжской, то есть по левой стороне реки Псла, в 15 верстах от города Суджи. Новый город Суджа, сказано здесь, стоит на среднем Татарском шляху, от Залокшанского шляху в 8 верстах «от Солокшанского шляху» в 15 верстах, от Сумина города в 30 верстах. О залокшанской дороге здесь же сказано: «от Сумина вверх река Пороза и ровного леса взялася Татарская сакма, а пошла под Курск и против верховья реки Локни разошлася надвое: одна пошла через город Суджу, а другая через реку Ивицу под Курск, от города Суджи в 8 верстах.

С верхней стороны города Сум против Кондратьева стана Вышневского, а устья Озерка подцерковного за рекой Пслом и за луговым лесом на дуброве возле лугового леса дуб, – к большому черномуГнилицкому лесу, … большим черным Гнилицким лесом на поляну серед леса,… на верх речки Бездрика, … тем же лесом на Стрелицу, …тем же Гнилицким лесом на верх речки Черторыя, к граням. – Едучи от реки Псла межею через большой Гнилицкий лес и вниз по реке Черторыю и реке Суровице направо земля и леса и всякие угодья Сумина города, а налево Путивля города. – И по Государеву Цареву и В. К. Алексея Михайловича всея в. и м. и б. Р. Самодержца указу и по сей выписи сумским черкасам атаману Герасиму Кондратьеву с товарищами землею и сенными покосами и лесами и всякими угодьями в своих межах и урочижах владеть и Государеву Цареву В. К. Алексея Михайловича службу служить; а бортные деревья с пчелами и без пчел не сечь и не владеть до Государева указа.

К сей выписи капитан Мирон Иванович Золотарев печать свою приложил.»

2. ГРАМОТА от 28 июня 1668 года.

От Царя и В. К. Алексея Михайловича всея, в. и м. и б., России Самодержца города Сумина полковнику Кондратьеву и сотникам и атаманам и всему казацкому поспольству и мещанам. Ведомо нам В. Г. по отпискам из полков бояр и воевод, что ты полковник и сотники и атаман и казаки и мещане нам В. Г. служите верно и с изменниками черкасами и с Татарами бьетесь, не щадя голов своих, и на их ни на какие воровские затейливые прелести не склоняетесь и для проведывания всяких вестей и про их изменничьи замыслы ты полковник посылаешь товарищей своих по-часту и о тех вестях и о изменничьих замыслах в полки и в города к боярам нашим и воеводам пишешь ты полковник почастуж. И мы В. Г. тебя полковника и сотников и атаманов и всех черкас и мещан за вашу службу жалуем, милостиво похваляем. – И как к вам ся наша В. Г. грамота придет, и вы б впредь нам В. Г. служили и свыше прежнего, а у нас В. Г. служба ваша неколи забвена не будет; а в Малороссийские города к черкасам, в которые и к кому мочно посылали и с ними писали и словесно приказывали, чтоб они, памятуя Господа Бога и нам В. Г. обещание от измены обратились и были под нашею В. Г. самодержавною высокою рукою по-прежнему и впредь нынешние их вины воспоминовены не будут, потому что они то учинили поневоле, по прелесным письмам изменника и вора Ивашки Брюховецкого и его советников. – про то нам В. Г. ныне ведомо подлинно; да в малороссийские города в Киев, в Переяславль, в Нежин, в Чернигов и в иные, куда мочно, посылали б проведывать по часту. Что в тех городах делается и нашим В. Г. ратным людям от изменников и от Татар утеснения какого нет ли и про всякие вести; а что у вас от кого каких вестей объявится, – и ты б полковник писал к нам В. Г. вскоре, а отписку велел подать в Разряд дьякам нашим: думному Дементию Башмакову да Федору Грибоедову да василию Семенову, да и в полки и в города к боярам и воеводам о том для ведома писал же. – Писано на Москве лета 7176 июня в 28 день (ЧЕРНАЯ ПЕЧАТЬ).

3. ГРАМОТА от 5 мая 1669 года в Сумской полк

«Божьею милостию от великого Государя Царя и Великого Князя Алексея Михайловича, всея великой и малой и белой России Самодержца и многих государств и земель, восточных и западных м северных отчича и дедича наследника и Государя и Обладателя нашего величества Белгородского полка города Сумина черкасскому полковнику Герасиму Кондратьеву и всем того полку старшинам и всему поспольству наше Великого Государя милостивое слово.

Ведомо нам, великому Государю и наш. цар. Величеству, что в прошлых годах до измены Ивашки Брюховецкого и после того в нынешнюю черкасскую смуту ты полковник со всем посполством полку своего нам великому Государю, нашему Царск. Вел – ву, служили верно, безо всякой шатости и измены, и на изменничьи никакие прелести не прельщались и к изменникам не приставали, а над ними изменники и над Татарами чинили промыслы и поиски и в полки и в города к боярам нашим и воеводам про неприятелей всякую ведомость чинили и во всем наше великого Государя нашего Цар. Вел-ва повеление исполняли по нашему великого Государя указу, со всяким усердством. Також иныне нам великому Государю, нашему Царск. Вел-ву служите верно. – И мы, великий Государь, наше Цар. Вел-во, за те ваши к нам, велик. Государю, нашему Царскому Величеству, службы тебя полковника Герасима и полку твоего старшину и все поспольство жалуем, милостиво похваляем. И пожаловали мы вел. Государь, наше Цар. Величество, за те ваши прежние и нынешние к нам Великому Государю службы вместо нашего Государева годового денежного жалованья оброчными деньгами, которые были на вас в Белгороде с 173 (1665) года с винных и пивных котлов, и с шинков сумского полку в городах Сумине и в Лебедине и в Судже, а по окладу тех оброков довелось было в нашу вел. Государя казну в Белгороде взять на вас на нынешний 177 (1669) год тысячу четыреста сорок девять рублей с полтиною, да из доимки на прошлые годы по нынешний 177 год тысячу четыреста сорок два рубля, а всего на нынешний 177 и на прошлые годы 6091 рубль. А в иных городах того же сумского полку с таких же промыслов оброки и по се время были не положены, а теми промыслами тех городов жители промышляли безоброчно и по се время. И впредь для нашей Государевой полковой службы пожаловали мы, вел. Государь, наше Царское Вел-во, велели нам вместо нашего Государева годового денежного жалованья такие промыслы в городах Сумского полку промышлять безоброчно, чтоб вам было с чего наши вел. Государя полковые службы служить. А что в прошлом в 176 (1698) году пожаловали мы великий Государь, наше Царское Величество тебя ж полковника Герасима, и всех сумских жителей, не велели с вас иметь половины оброчных денег Путивльского уезду с Биринской волости за медвенный оброк 200 рублей, а другую половину по 200 рублей велено было вам платить в нашу великого Государя казну на Москве в приказе большого Дворца по-прежнему: и ныне пожаловали мы великий Государь наше Царское Вел-во тебя полковника и сумских черкас за ваши к нам великому Государю службы, тех оброчных денег и другую половину 200 рублей иметь с вас не велели.

И тебе полковнику и полку твоего всей старшине и поспольству, которые ныне и впредь в том полку будут, видя к себе нашу великого Государя, нашего Царского Величества премногую и превысокую милость и жалованье, нам великому Государю нашему Царскому Величеству и нашим Государским благородным детям, благоверному царевичу и Великому Князю Алексею Алексеевичу всея великой и малой и белой России, и благоверному царевичу и великому Князю Федору Алексеевичу всея великой и малой и белой России, и благоверному царевичу и великому Князю Симеону Алексеевичу всея великой и малой и белой России, и благоверному царевичу и великому Князю Иоанну Алексеевичу всея великой и малой и белой России, и нашим Государским наследникам впредь потому ж служить верно и над изменниками черкасами и над Татарами промыслы и поиски чинить со всяким усердством и радением, и в полки и в города к боярам нашим и воеводам про неприятельские замыслы и приход и про все чинить ведомости подлинные, и во всем нам великому Государю, нашему царскому Величеству и нашим Государским благородным детям и наследникам всякого добра хотеть и искать лучшего и службу свою соверщать свыше прежнего. А служба ваша у нас, великого Государя у нашего Царского Величества забвенна не будет.

Писано в нашем царствующем великом граде Москве, лета от создания мира 7177 (1669) месяца мая 5 дня. (Печать).

4. ЦАРСКАЯ ГРАМОТА полку от 11 мая 1681 года с похвалою полку за службу и с предписанием – совершить благодарное молебствие за перемирие с турками

От Царя и В.К. Феодора Алексеевича всея в. и м. и б. России Самодержца сумским полковникам Герасиму да Григорию Кондратьевым. С прошлого 181 (1673) года при державе отца нашего блаж. памяти В. Г. Ц. и В.К. Алексея Михайловича, всея в. и м. б. Р. Самодержца, Турской султан всчал войну и при нашем В. Г. Ц. и В.К. Федора Алексеевича всея в. и м. и б. Р. Самодержца, державе присылал войною под Чигирин, и к иным тамошним малороссийским городам везиря своего и пашей розных владенья своего земель со многочисленными ратьми и Крымского хана с ордами. – И по вашему В. Г. указу против тех Турского салтана везиря и пашей с войском и Крымского хана с ордами посыланы с поками бояре наши и воеводы, а в полках с ними наши В.Г. ратные люди московских чинов и городовые и вы полковники полков ваших с урядниками и со всеми казаками. И будучи вы на нашей В. Г. службе в тех годах в полках с боярами нашими и воеводами, исполняя наше Государское повеление и поборая предкам своим и показав природную свою храбрость не устрашась бусурманских многочисленных сил наступления, на боях и на приступах и во отводах с ними бились крепко и мужественно и всякие воинские промыслы и поиски над ними чинили. – И в нынешнем во 189 (1681) году по нашему В. Г. указу, по присылке Крымского хана, посыланы в Крым посланники: стольник наш и полковник Василий Тяпкин да дьяк Микита Зотов для договора с ним Турским салтаном и с ним Крымским ханом. – И апреля 29 числа писали к нам В. Г. посланники Василий Тяпкин и дьяк Микита, что милостью всещедрого Бога и предстательством и помощью и заступлением христианской Заступницы Пресвятой Богородицы и Московских и Киевопечерских Чудотворцев и всех святых молитвами, а нашим В. Г. Ц. и В.К. Федора Алексеевича счастьем они посланники, будучи в Крыму у Мурата Гирея хана учинили по нашему В. Г. указу с салтаном Турским и с ним ханом Крымским перемирие с генваря м. нынешнего 189 (1681) года впредь на двадцать лет. А в те перемирные годы содержать ему салтану ихану тот договор крепко и нерушимо и на Украинные наши Царского Величества города и земли войною им не ходить и ратей своих не посылать и обещались от сего времени с нами В.Г. с нашим Царским Величеством, салтан Турской и хан Крымской быть в твердом соединении и нашего Царского Величества другу быть и им другом, а недругу недругом и с нами В. Г. с нашим Царским Величеством иметь им любительные пересылки через послов и посланников, а войны и зла никакого никаким образом не мыслить и не чинить; а богоспасаемому граду Киеву нашей Царского Величества прародительской отчине с городами и землями и станами к нему принадлежащими и от Киева до Запорожья и Запорогом быть в нашей В. Г. нашего Царского Величества державе; а которые пустые земли за Днепром во владении Турского салтана, и на тех землях ему салтану и хану городов и городков не делать; а буде которые Турские и Крымские люди самовольством придут на наши Государевы города войною, и таких людей обещали они сыскивать и, переймав, казнить смертью, а и взятое все назад отдавать; а боярина нашего Василия Борисовича Шереметьева и стольника нашего князя Андрея Ромодановского и их полоняников всех по их посланниковым договором отпустить на откуп и на размену нынешнего года. – И впредь в те перемирные лета розмене быть по-прежнему, как бывало напредь сего. – И на тот договор для крепкого утвержения прислали к нам В. Г. к нашему Царскому Величеству, с теми нашего Царского Величества посланниками салтан Турской и хан Крымской шертные свои грамоты с золотыми печатьми, на которых грамотах хан Крымской и Калга и Нарадын салтан за салтана Турского и за себя и за весь Крым шертовал и для обновления дружбы с теми нащими Царского Величества посланниками хан Крымской прислал послов своих честного и ближнего человека Кемана Мурзу Сулешова с товарищами. – И мая в 3 числе мы В. Г. наше Царское Величество о той всемирной радости с отцом нашим Государевым и богомольцем с великим Господином Святейшим Иоакимом Патриархом московским и всея Руси и с митрополитом и со все освященным собором в нашем царствующем граде Москве молебствовали и тую всемирную радость, что милостивый Господь Бог кровь христианскую утолил, всем народам объявили. – А вас полковников и старшину и сотников и урядников и полков ваших всех казаков за вышеписанные их храбрые и явные службы и крепкое и мужественное против бусурманских ратей стоянье и над ними промыслы и поиски, которые вы храбростью своею и мужеством нашему В. Г. имени к чести и всему Московскому Государству на хвалу по всем окрестным государствам славно показали, жалуем, милостиво похваляем. – И как к вам ся нашего В. Г. милость, впредь нам В. Г. служили со всяким усердием и полку вашего старшине и сотником и урядником и казаком сказали и сию вашу В. Г. грамоту велели им вслух вычесть всем чтоб они, видя таковое милосердие Божье, что Его святою милостью христианская кровь утолилась и учинился нынешним перемирием покой, и нашу В. Г. к тебе премногую милость и жалованье, воздали хвалу и благодарение Господу Богу и Его Матери Пресвятой Богородице и Угодникам Его святым; и над В. Г. впредь по тому ж служили и радели со всяким усердием и за те свои службы и за усердное радение ожидали вашей В. Г. милости свыше прежнего. Писана на Москве лета 7189 (1681) мая в 11 день.

5. ЦАРСКАЯ ГРАМОТА ОТ 21 февраля 1695 С ПОДТВЕРЖДЕНИЕМ ПРИВИЛЕГИЙ СУМСКОМУ ПОЛКУ.

(После царского титула.)

Наше Царское величество пожаловали белогородскому разряду черкасских полковников сумского полку Герасима Кондратьева да Андрея Герасимовича Кондратьевых и того полку старшину и казаков и все поспольство, велели им дать сию нашу В. Г. нашего Царского Величества грамоту жалованную, что им в Сумах и сумского полку во всех городах мельницами и всякими промыслами, шинками, котлами и кузницами и лавками и рыбными ловлями и всякими заводами владеть и промышлять до нашего В. Государей нашего Царского Величества указу безоброчно. Понеже прошлого 7177 (1669) года апреля в 12 день бил челом отцу нашему В. Г. блаж. памяти В. Г. Ц. и В. К. Алексею Михайловичу, всея в. и м. и б. России Самодержцу, он Герасим и того же сумского полка старшина и все черкасы: в прошлом де в 173 (1665) году велено с их промыслов оброчных дененг иметь на год с винного котла по рублю, с пивного котла по четыре рубля: и на 176 год взято с тех их промыслов двести тридцать один рубль; а на 177 год тех оброчных денег за разорением от воинских людей платить им нечем: и чтоб великий Государь пожаловал их за их службы, с тех их промыслов оброки велел сложить. И того ж 177 года апреля в 23 день отец наш Великих Государей, блаженной памяти Великий Государь, Его Царское Величество, слушав того их челобитья и выписки, пожаловал его сумского полковника, Герасима Кондратьева, и того ж полку начальных людей, и все поспольство, за их к нему Великому Государю службы, и за разорение, что им учинилось от изменников, и от Крымских и от Нагайских, Татар, после измены Ивашки Брюховецкого, и за осадное сиденье, и что они Ему Великому Государю служили, и над изменниками, и над Татарами чинили воинские промыслы и поиски, и в полки и в города к боярам и воеводам про неприятелей всякую ведомость чинили, и во всем его Великого Государя повеление исполняли, со всяким усердием, велел им вместо Государева годового денежного жалованья отдать оброки, которые на них довелось взять с промыслов их, с котлов, и с шинков, по Белгородскому окладу, 173 году на 177 год тысячу четыреста сорок девять рублей с полтиною, да из доимки на прошлые годы по 177 год четыре тысячи шестьсот сорок два рубля, всего на 177 год и на прошлые годы шесть тысяч девяносто один рубль, и впредь для своей Великого Государя полковые службы велел им вместо своего Государева годового денежного жалованья, такими промыслами в городах сумского полку промышлять безоброчно, чтоб им было с чего Его Великого Государя полковые службы служить. Да он же Великий Государь пожаловал его сумского полковника, и того полку всех черкас, за их службы не велел с них имать оброчных денег Путивльского уезду с Биринской волости, за медовый оброк четырехсот рублей, которые деньги довелись было им платить во все годы в приказе Большого Дворца; и о том о всем дана им Его Величества Государя жалованная грамота, в том же во 177 году мая в 5 числе. Да в прошлом во 187 году били челом брату нашему Великих Государей, блаженной памяти Великому Государю Царю и великому Князю Феодору Алексеевичу всея великой и малой и белой России Самодержцу, города Лебедина черкасы сотник Софрон Васильев: В прошлом в 177 году, отец наш Государев блаженной памяти великий Государь пожаловал их вместо своего Государева годового денежного жалованья, за их многие службы, с винных и с пивных котлов и с шинков и со всяких их промыслов оброчных денег имать повелел; а велел промышлять всякими промыслами безоброчно; и о том де дана им Его Государева жалованная грамота; а в прошлом в 186 году прислана Его Великого Государя грамота в Лебедин к воеводе, велено в Лебединском уезде, с лавок и с котлов и с кузниц и с мельниц, и с рыбных ловель и со всяких угодий на 186 год собрать оброчные деньги и прислать в разряд: и чтоб Государь пожаловал их службы; за кровь и за раны и за осадное сидение, не велел с лавок, и с котлов, и с кузниц, и с мельниц и с рыбных ловель, и со всяких угодий оброчных денег имать. И октября в 24 день тогож 187 году брат наш Великих Государей блаженныя памяти Великий Государь, пожаловал их, сумского полку, Лебединского сотника Софрона Васильева и рядовых черкас всего города за их многия службы, что они наперед сего отцу нашему Государеву, блаженныя памяти Великому Государю, и Ему брату нашему Великому Государю служили, и служить в сумском полку с полковником Герасимом Кондратьевым верно, и над воинскими людьми промыслы и поиски чинят, велел им по прежнему указу отца нашего Государева, блаженныя памяти великаго Государя, и по жалованной грамоте, какова дана из разряду в 177 году, полковнику их Герасиму Кондратьеву, и им старшине и казакам, вместо своего Государева годового денежного жалованья, те их мельницы, которые по Белгородскому окладу со 173 года по 187 год в разрядных книгах написаны на оброке, из оклада выложить, и оброчных денег на прошлые годы из доимки, и на 187 год по окладу с шинков и с котлов и со всяких промыслов, оброчных денег, до своего Государева указа, имать с них не велел. А велел им теми вышеписанными заводами владеть, и всякими промыслами промышлять безоброчно, и с тех промыслов служить полковые службы в Сумском полку без жалованья. Да в прошлом в 196 году января в 31 день били челом нам великим Государям, нашему Царскому Величеству: того ж Сумского полка городов, Сумина, да Лебедина казаки, Степан Мартынов с товарищами. В прошлых де годах пришли они на наших Великих Государей имя из разных Заднепровских и малороссийских городов, и построили город Сумы и себе дворы. Да они же, надеясь на нащу Великих Государей милость, построили на реке Псле, и по иным речкам мельницы, – и иные многие мельницы со всем строением покупили; и те мельники на боях и на приступах побиты, а иные померли, а они де остались после отцов своих в малых летах; и ныне они служат нам великим Государям в Сумском полку беспрестанно. А в прошлых де годах, по указу отца нашего Великих Государей, блаженной памяти великого Государя, за многие их службы и за кровь, и за раны и за полонное терпение, отцов и родственников их, с тех их мельниц оброку имать не велено; а велено им теми мельницами владеть, и промыслы промышлять вместо нашего великих Государей годового денежного жалованья, безоброчно. В нынешнем де во 196 году прислана наша великих Государей грамота, из приказа великой России, в Сумин и в Лебедин к воеводам, велено с тех их мельниц править оброчные деньги: и по той де нашей Великих Государей грамоте те воеводы оброчные деньги правят, и в тех оброчных деньгах стоят они на праве же: и чтоб мы великие Государи пожаловали их за многие их службы, за кровь и за раны и за полонное терпение не велели с тех их мельниц оброчных денег на них править. И по нашему великих Государей, нашего Царского Величества, указу, и потому их челобитью, велено им сумского полка казакам Степану Мартинову с товарищами, по вышеписанным указам отца нашего великих Государей, блаженной памяти великого Государя и по жалованной грамоте прошлого 177 года, какова дана им из разряда, всякими заводами владеть, и промыслы промышлять безоброчно, вместо нашего Великих Государей годового денежного жалованья, а оброчные деньги с мельниц их, которые по Белгородскому окладу, выложить и тех оброчных денег на прошлые годы и впредь не имать. Да в нынешнем в 203 году, ноября 10 дня, да января в 30 числе били челом нам Великим Государям, нашему Царскому Величеству, сумского полка полковники, Герасим, да Андрей Кондратьевы, и всего того полка полковая старшина, и рядовые казаки. В прошлых де годах пришли они под нашу Царского Величества высокодержавную руку из разных Малороссийских и Заднепровских городов, и надеясь на нашу Великих Государей премногую милость, построились дворами в Сумине и того полка в городах; и по своему черкасскому обыкновению, на реке на Псле, и по иным речкам заняли плотины и построили мельницы; так же и в городах лавки и шинковые дворы и кузнецы и по речкам рыбные ловли; и те де мельницы и кузницы, и шинки и лавки, из Белагорода были оброчены; и в прошлых де годах, по указу отца нашего Великих Государей, блаженной памяти Великого Государя, за их многие и верные службы, и за кровь и за раны, и за полонное терпение, и за осадное сидение, что им учинилось в измену Ивашки Брюховецкого те оброчные деньги из оклада выложены и впредь имать не велено и дана им о том отца нашего Великих Государей блаженной памяти великого Государя жалованная грамота. Да и по нашему де великих Государей нашего Царского Величества указу, те ж оброчные деньги со всяких из промыслов велено им из оклада выложить, и впредь с тех промыслов служить наши Великих Государей годового денежного жалованья. А в нынешнем де 203 году, в разных месяцах и числах присланы наши Великих Государей грамоты из разряда в Сумы, и Сумского полка в города, в Лебедин и в Недригайлов к воеводам, велено на них за прошлые и на нынешний 203 годы, с мельниц, и со всяких оброчных статей оброчные деньги по Белгородскому окладу доправить всё сполна, и вновь, которые построили они полковники, и сумского полка казаки, лавки и анбары, и кузницы; так же и рыбными и иными статьями, кто чем владел безоброчно, велено положить оброк, применяясь к таким же статьям; и те оброчные деньги, с того года, с которого кто чем владеет за все годы велено доправить и прислать к Москве в розряд. И чтоб мы, Великие Государи, пожаловали их, за их многие верные службы, и за кровь, и за раны, и за полонное терпение, и за осадное сидение, не велели б прежнего отца нашего блаженной памяти великого Государя указу и жалованных грамот нарушать, и с тех их мельниц, и со всяких оброчных статей, оброчных денег ныне и впредь имать, и за прошлые годы править, и на новопостроенные лавки, и кузницы и анбары, и рыбные ловли оброк класть, чтоб им от того вечно не разориться, и нашей великих Государей службы не отбыть: и о том дать им нашу Великих Государей жалованную грамоту.

И мы, пресветлейшие, и державнейшие Великие Государи Цари и великие Князья, Иоанн Алексеевич, Пётр Алексеевич, всея великой и малой и белой России Самодержцы, наше Царское Величество, слушать того их челобытья и выписки, пожаловали их, сумского полка полковников, Герасима и Андрея Кондратьевых и того полка начальных людей, и всех казаков, велели им по прежним вышеписанным указам отца нашего, великих Государей, блаженной памяти, великого Государя, Царя и великого Князя Алексея Михайловича, всея великой и малой и белой России Самодержца, и брата нашего, великих Государей, блаженной памяти великого Государя, Царя и великого Князя, Феодора Алексеевича, всея великой и малой и белой России Самодержца, и по нашему великих Государей, нашего Царского Величества указу, и по их челобитью, прошлых 177 и 187 и 196 годов, и по жалованной грамоте, какова им дана из розряду, во 177 году, в Сумах и сумского полка во всех городах, мельницами и всякими промыслами, шинками, и кузницами, и лавками, и рыбными ловлями, и всякими заводами и котлами владеть и промышлять безоброчно, вместо нашего Великих Государей нашего Царского Величества годового денежного жалованья, впредь до нашего Царского Величества указу, и на прошлые годы и на нынешний 203 год, с того со всего, тех вышеписанных оброчных денег с них имать, и править на них, и вновь оброчить не указали, для того, что по указу отца нашего великих Государей блаженной памяти великого Государя и брата нашего великих Государей, блаженной памяти великого Государя, и по нашему великих Государей нашего царского Величества указу, с тех их промыслов и на перед сего оброчных денег имать не велено, и из оклада выложены. А велено им теми вышеписанными заводами владеть, и всякими промыслами промышлять безоброчно, и с тех промыслов служить полковые службы без нашего царского Величества денежного жалованья. А из розряда, так же и из иных ни из которых приказов, о праве же доимок, иных податей, и о делах (кроме полковых служб и скорых воинских походов, на которые службы и посылки в воинские скорые походы наряд бывает из разряда) наших, великих Государей, нашего Царского Величества грамот того Сумского полка в города к воеводам и приказным людям, мы, Великие Государи, наше Царское Величество, посылать не указали, для того, что доимка и всякие с них подати сложены, как о том писано выше сего. А судными и всякими расправными делами они сумского полка полковники и начальные люди и казаки и с пригородки того ж полка ведомы на Москве в Приказе великой России. И они б сумского полка полковники Герасим и Андрей, и того ж полка старшина и казаки, видя к себе сию нашу Великих Государей, нашего Царского Величества премногую и превысокую милость, и жалованье, нам, Великим Государям, нашему Царскому Величеству, и нашим Государским наследникам служили потому ж верно, и над всякими нашими Государскими неприятелями промыслы и поиски, со всяким усердием и радением, и в полки, и в города к боярам нашим и воеводам про их неприятельские замыслы и про приходы, и про всё чинили ведомости скорые подлинно; и во всём нам великим Государям, нашему Царскому величеству, и нашим Государским наследникам всякого добра хотели, и лучшего искали, и службу свою совершали свыше прежнего; а служба их у нас, Великих Государей, у нашего Царского Величества не забвенна; и милость наша Государская за те их службы и в наших Государских делах верное и усердное радение, отъемлема не будет. В том бы они на нашу Государскую милость были надёжны. А для вящего утверждения нашей Государской милости сию нашу великих Государей, нашего Царского Величества, жалованную грамоту, нашею Государственною большою печатью утвердить повелели. Писано Государствия нашего в Дворе, в Царствующем великом граде Москве, лета от создания мира 7203 месяца февраля 21 дня государствования нашего 13 год».

Великих Государей, их Царского Величества

Дьяк Василий Позняков.

6. ЦАРСКАЯ ГРАМОТА ОТ МАРТА 7200 (1692) г. СУМСКОМУ СОБОРУ НА ЗЕМЛЮ.

От Великих Государей Царей и Великих Князей Иоанна Алексеевича и Петра Алексеевича, всея великой и малой и белой России Самодержцев в Сумине воеводе нашему Димитрию Васильевичу Родичеву. В прошлом во 7192 году марта в 1-м числе, в нашей Великих Государей грамоте в Курск к боярину нашему и воеводе к Алексею Семёновичу Шеину с товарищами писано: велено дать нашего Великих Государей жалованья, города Сумина соборные церкви Преображения Господня протопопу Тихону с братией и с причетниками денежные годовые руги на 7192 год десять рублей и впредь давать погодно по тому ж на год из Курских оброчных доходов без московской волокиты; да им дать к той соборной церкви вместо нашего Великих Государей годового хлебного жалованья пашенные земли в Сумском уезде ближе к городу из порозжих земель, из диких, по пятьдесят чети в поле, а в двух по тому ж со всеми угодьями; да в том же во 7192 году марта в 10 числе в нашей Великих Государей грамоте в Сумине к воеводе к Фоме Иванову писано: велено той же соборной церкви попу Фёдору купленною мельницею отца его Фёдорова протопопа Мартина в Сумском уезде на речке Суровице, что он купил у Никольского попа Гурия, да у Сумского черкашенина по купчей их, владеть ему Фёдору, а пашенною землёю и сенными покосами и всякими угодьями, что дано отцу его протопопу Мартину с церковными причетниками по выписи Якова Яцына 7169 года владеть ему попу Фёдору с причетниками против того ж, как владел отец его. И ныне били челом на Великих Государей города Сумина соборной церкви Преображения Господня протопоп Тихон с братиею и с причетниками, с прошлого де 7192 года по 7198 год давано им в Курске нашего Великих Государей ружного денежного жалованья по десяти рублей на год, а на 7198 и на 7199 и на нынешнее 7200 годы, того нашего Великих Государей жалованья в Сумском уезде приискивать из порозжих земель пятьдесят четь в пол, а в двух по тому ж, и они де той земли не приискивали для того, что прежнему бывшему Сумскому прототипу Мартину к его купленной мельнице дана земля для нашего Великих Государей богомолья, и тою землёю после его Мартиновой смерти владел той же соборной церкви сын его поп Фёдор с причетниками, и ныне де он Фёдор умре, а землёю и всякими угодьями и людьми владеет его Фёдорова жена, и чтоб мы, Великие Государи, пожаловать их велели по-прежнему, наше Великих Государей ружное денежное годовое жалованье давать в Сумах с кружечных и из таможенных доходов, также и землю, которою владеет попа Фёдора жена, вдова Анна, владеть им по-прежнему. И мы, великие Государи, пожаловали города Сумина соборные церкви Преображения Господня протопопа Тихона с братией и с причетниками, велели им наше Великих Государей ружное годовое денежное жалованье на нынешний 7200 год десять рублей выдавать и впредь давать по все годы потому ж на год без московской волокиты в Сумине, с таможенного сбора и из питейной прибыли чехами, а вместо нашего ж Великих Государей указу владеть им землёю и лесами и сенными покосами и всякими угодьями по отказу Якова Яцына прошлого 7169 года декабря 14 числа, которая земля и леса и сенные покосы и всякие угодья даны к той же церкви при бытности протопопа Мартина с братиею на реке Суровице к его ж протопоповой купленой мельнице, а после смерти его протопопа теми всеми угодьями владел сын его, той же соборной церкви поп Фёдор с причетниками, и ту землю со всеми угодьями к той церкви от иных дачь отмежевать, а бывшего попа Фёдора жене, вдове Анне владеть и довольствоваться купленною мельницею, которую купил в 7169 году марта в 8 числе мужа её попа Фёдора отец вышеименованной соборной церкви протопоп Мартин у Никольского попа Гурия и у казака у Никифора Иванова, а вышеименованною землёю владеть её Анне Мы, Великие Государи, не указали, для того, что оная земля со всеми принадлежащими угодьями дана к той соборной церкви, как о том выше сего изображено, вместо нашего Великих Государей годового хлебного жалованья протопопу с братиею и тою землёю и со всеми угодьями муж её Фёдор владел, будучи у той церкви попом вместе с причетниками. И как к тебе ся наша Великих Государей грамота принадлежит, и ты бы о том наш Великих Государей указ ведал и о даче нашего Великих Государей денежного годового жалованья на нынешний двусотый год и впредь по вся годы по десяти рублей на год из Сумских таможенных и кабацких доходов соборной церкви Преображения Господня протопопу Тихону с братиею и причетники и впредь по них будущим к той же соборной церкви протопопам с братиею чинить по сему нашему Великих Государей вышеписанному указу, а церковную землю, которая дана вместо нашего Великих Государей хлебного жалованья к той же соборной церкви при бывшем протопопе Мартине с братиею к его протопоповой купленной мельнице, а после того протопопа тою землёю владел сын его той же соборной церкви поп Фёдор с причетниками, взяв с собою тутошних и сторонних людей и при тех людях ту землю измерял во десятины, а десятину велел мерять вдоль по осьмидесяти, а поперёк по тридцать сажень, и, измеряв, положил в чети, а от оных сторонних земель отмежевал вкруг особ статьею и межи и грани учинил с признаками и тою землёю и всякими угодьями велел владеть вышеписанному протопопу с братиею и причетниками, а что по тем мерным и межевым книгам явится пашенной земли и лесов и сенных покосов и всяких угодий и то написать в тех мерных и межевых книгах именно; да о том к нам, Великим Государям, писал, а отпуску межевые книги вышеписанной церковной земле за своею и посторонних людей за руками, которые в той мере и межеванье будут, прислал, и велел подать в приказ Великой России думному нашему дьяку Емельяну Игнатьевичу Украинцову с товарищами и таковые же межевые книги за руками тех же людей оставил в Сумине в приказной избе, впредь для ведома, а сию нашу Великих Государей грамоту прочесть, и оставя с нею впредь для ведома в приказной избе за своею рукою список, отдал тому протопопу Тихону с братиею и с причетниками с роспискою. Писана на Москве лета 7200-го марта.

7. УКАЗ АПРЕЛЯ 1706 ГОДА С РАСПОРЯЖЕНИЕМ О ПОРОХЕ И ЛОШАДЯХ.

От В. Г. Ц. и В. К. Петра Алексеевича, всея в. и м. и б. Р. Самодержца стольнику и сумского полка полковнику Андрею Герасимовичу Кондратьеву. В нынешнем 706 году марта 26 числа к нам В. Г. Писал ты, что по нашему В. Г. указу и по грамоте, какова послана к тебе из розряду февраля 5 числа, велено тебе полка твоего города, в которых русских людей нет, Сумы, Лебедин, Краснополье, Белополье, Межиричи, С. Иену, выдать тебе одному, а воеводам в тех городах не быть; а те города и в тех городах в приказных избах всякие наше В. Г. и челобитчиковы дела и полатные наши Государевы указы, которые посыланы в прошлых годах к воеводам и к приказным людям, и полковой наряд пушечную и зелейную и свинцовую, также и денежную казну и хлебные запасы и всякие полковые припасы принять и во всём росписаться по противням. И по тому нашему В. Г. указу ты вышеписанные города и в тех городах в приказных избах всякие наши В. Г. дела и посланные указы и полковой наряд пушечную и зелейную и свинцовую казну и хлебные запасы и всякие полковые припасы, что в тех городах было, по росписям у воевод принял; а каковы те города крепостьми и что чего полкового наряда пушечной и зелейной и свинцовой казны и хлебных запасов и всяких полковых припасов и в которых числах те города и у кого имяны у воевод приняты, тому всему прислал ты книги. А по книгам, каковы присланы в розряд написано: сумского полка в городах – в Сумине зелья пушечного и ручного полчетверти бочки, весом сорок четыре пуда девять гривенок с деревом, да тридцать восемь бочек, весом в них с деревом и с рогожами и с верёвками пять сот семьдесят семь пудов двенадцать гривенок, – 75 пудов 7 гривенок ручного с деревом, 32 пуда 10 гривенок зелья пушечного с деревом, – и того 728 пудов 38 фунтов. В Лебедине зелья 31 пуд; в Краснополье 10 пудов, в Белополье ручного 8 пудов 30 фунтов, пушечного 5 пудов 30 фунтов, в Межиричах 8 пудов 16 фунтов. Всего 793 пуда 14 фунтов. Да полковых подъёмных лошадей в Сумине 11, в Лебедине 14, и того 25 лошадей, а те лошади устарели вельми и к походу впредь не годятся. – А то де зелье в бочках и в рогожках увязано, а к стрельбе то зелье годится ли или нет, того неведомо; а доведётся то зелье перевесить вновь, а которое негодное переделать; а лошадей доведётся продать, а вместо их на те деньги купить иных лошадей для полковых походов. А ныне по вашему В. Г. указу велено тебе с полком и с старшиною и с выборными казаками итить на нашу В. Г. службу, по письмам адмиральтейца нашего Фёдора Матвеевича Опраксина на указное место, на скоро. – И тех подъёмных лошадей с собою в поход под полковые припасы взять и всего того без нашего Государева указа чинить не смеешь. И о том бы тебе наш В. Г. указ учинить. И по нашему В. Г. указу велено тебе тот порох перевесить вновь, а которое негодное переделать и с собою в поход взять, смотря по тамошнему делу, и лошадей, сколько возможно, взять же, а лишнего не имать. И как к тебе ся наша В. Г. грамота придёт; и ты б о том учинил по вышеписанному нашему В. Г. указу; а что того зелья по весу и по досмотру явится и что переделано будет и лошадей сколько в поход взято и сколько где оставлео будет, о том к нам В. Г. писать, а отписку велеть подать в розряд боярину нашему Тихону Никитичу Стрешневу с товарищами. Писан на Москве лета 1706 апреля в день.

Справил Иван Матвеев.

Сыроватский Округ

СЛОБОДА НИЖНЯЯ СЫРОВАТКА

На реке Нижней Сыроватке и Крупце, в 14 верстах от города Сум.

Это одно из замечательнейших мест по памятникам древности.

а) Одна улица в нынешней Сыроватке, расположенная на горе вдоль речки Сыроватки, поныне называется Нагаевкой, что подаёт мысль о бывших здесь кочевьях Нагайских татар.

б) Недавно найдены здесь же памятники старины ещё более глубокой и очень отдалённой.

В 1847 году на правой стороне реки Сыроватки на Сыроватском лугу Сыроватский крестьянин нашел в кувшине, зарытом в земле, 206 монет. Академик Френ, рассматривавший их, признал часть их исключительною собственностью Азии, другая же, по его дознанию, чеканена в северной Африке, а одна монета принадлежит Арабам Андалузии. Немногие из этих монет говорит г. Френ, относятся к VII веку, большая же часть – к VIII и началу IX века. Эти монеты, полагает почтенный академик, перенесены в Россию не с востока, а привезены варягами чрез Балтийское море или с Чёрного моря.

При всём уважении к обширным познаниям Г. Френа, последнее заключение его позволяем себе признать не только сомнительным, но странным. К чему тут варяги? Несомненная история указывает нам в здешнем краю не варягов, а хазар: их памятников довольно на здешней почве. Торговая промышленность их также очень известна; они имели сношения и с Испаниею и с Африкою и с Азиею. Итак, гораздо проще и ближе к истории будет, если признаем в сыроватских монетах памятник торговой деятельности хазар. Кстати заметим, что г. учёные напрасно так далеко простирают страсть свою к Варягам, что забывают и хазар, половцев и печенегов. Этим они только обличают слабость своей гипотезы о значении Варягов Норманнов в истории России. А между тем народы, которые имели несомненное и обширное значение в истории России, остаются без исследования.

О начальном населении Низшей Сыроватки выходцами из-за Днепра имеем мы несомненный и любопытный документ. Это – инструкция, подписанная сумским городовым атаманом Герасимом Кондратьевым и писарем Иваном Григорьевым 2 декабря 1659 года. «Инструкция из Сумской городовой ратуши Сумскому жителю Матвею Иванову сыну Малишевскому. Приняв сию инструкцию, ехать тебе в Сумскую округу, по ту сторону реки Псла, в хутора сумских жителей на устье речек Сыроватки и Крупца, где велено по указу Его Царского Величества, по Лебединскому пути, новое поселение населять, для учреждения слободского сумского полка войсковой службы казаков; а приехав взять тамошних жителей, или самих хозяев, коих в хуторах застать можешь, для отвода по общему приговору всех ворожбянских и Лебединских казаков, то ж и сумских граждан с товарищами, что единогласно приговорили, при которых по живым урочищам отвесть земли и лесов и сенокосов и во всяких угодьях к тому новому поселению, а село оное назвать по речке Низшою Сыроваткою. А именно начав от города Сум, от двойных плёсов Олдижа и речки Псла, и речкою Пслом от Сумской стороны и от Ворожбянской до устья речки Исторопа, правая сторона реки Псла, земли и леса и всякие угодья Сумских и Ворожбянских жителей с товарищами, а левая сторона новопоселённых села Низшей Сыроватки, земли и леса и всякие угодья, а в речке Псле рыбы ловить с обоих сторон обще невозбранно, только сговищь не городить никому, кроме одних мельниц кто пожелает держать, и тем держателям охотников рыбалок, как выше, так и низшее гребель не изгонять и ни в чем не заборонять».

«А от реки Псла, по устье реки Исторопа, тою же речкою Исторопом поворотя в круте налево в гору по Ворожбянского жителя Игната Барабашева лесной отвершок и по Сагайдачный шлях, а от того места отворотя налево Сагайдачным шляхом по другую вершину реки Бобрка, а от того места, от Сагадачного поворотя в круте налево полем и чрез яр до дороги, что ездят из Сум до Ахтырки, и тою дорогою прошед до четырёх вёрст, а от той дороги прямо полем до большой круглой ямы, что по над тою ямою проложена дорога с Лебедина в город Сумы чрез речку Сыроватку, и тою речкою вниз до устья плёсов Олдижа и тем плёсом от речки Сыроватки в гору, до первочинного урочища двойных плёсов Олдижа ж, где новопоселенных села Низшей Сыроватки и округа кончить. А по окончании той округи ехать тебе в тие ж хутора, и отмерить те хуторские места для поселения под сады и огороды и под выгон для выпуска скотов, и пастьбу с довольным простором, а именно: начав от речки Сыроватки протоком Молочаем и чрез дорогу тем же протоком до Виловатого Ярка, а от Виловатого Ярка, поворотя в круте направо, прямо на Лебединскую дорогу и той дорогой прямо до речки Крупца, вниз речкой Крупцем по великой Луге, по великую сагу, что идёт из речки Сыроватки в речку Крупец, по р. Сыроватку, и р. Сыроваткой в гору, до первоначального урочища – протока Малочая, где и окончить того селения выгона округу, а в одной округе приказать тому же старику Тишку Годаевскому, чтобы он велел чьи ни есть в одной округе, под поселение живые дворы,сады и огороды по ровным частям , луговые и лесные места для прибывших по высылке в оное село Низшую Сыроватку на жилище, а тем людям, чьи на тех местах прежние были хуторы, оставлять те места, где их жилые дворы и хоромное строение находится, против прихожих мерою земли под дворы, сады и огороды в две части, а последнее всё велеть тем, кому по частям достанутся; те ж луга и леса, на огорожу и на строение, рубить и вычищать, сколько кому надобно будет. А по окончании всей округи, и по отдаче Тишку Годаевскому приказа, ехать тебе в село Сумскую Ворожбу, а приехав, сыскать тамошнего атамана Омеляшка и тамошних самых лучших сторожил человек до десяти ж, истребовав себе двунедельную квартиру, и испросив там самолучше знающих по ту сторону р. Псла; чьё есть заёмочное самовольно владение, пашенные земли и леса и всякие угодья, смежные между Сумскою и Лебединскою округами, от Сумской р. Псла по Сагайдачный шлях, с тем взять людей вместе с собой человек до шести, и объехать с ними и осмотреть, насколько будет семей тех вышеписанных угодий, состоящих в отдалении за водами, селу Ворожбе владеть за неспособность, и за утоплением многих людей и скота в каждую весну, а по осмотру с теми вышеписанными людьми, возвратясь в оное ж село Ворожбу, сискав увесь тамошний народ, и чие по ту сторону владение перекликав там, атаману означить каждого человека; ежели там людей достаточно, то только тех людей выслать на новое поселение в Сумскую округу, по ту сторону реки Псла к их владениям за способность; а ежели ж будет недостаточно, то ещё из самоскуднейших Ворожбянских жителей причислить к тем вышеписанным семьям, чтоб не меньше было людей, как семьдесят шесть семей тобою выслано из оной Ворожбы; а им Ворожбянским отаману Омеляшку, с товарищами по ту сторону реки Псла от владения отказать по устье реки Исторопа по Лебединское владение, а вручить оставшееся от выланных на новое поселение, по сю сторону реки Псла, пашенные земли, и сенные покосы, и леса, и всякие угодья, кроме хоромного строения и огорожей во вечное владение безденежно, а хоромное строение, и огорожу дозволять тем, кто построил, кто пожелает, продать или себе забрать или кому подарить, отдать на их волю. Того ради накрепко тебе сим подтверждается, непременно в самой скорости высилку учинить, чтоб заблаговременно зимней дороги о Ворожбянских исполнение учинено было сего года августа по 1 число, не взирая на их никакие отговорки и невозможности. Сим же образом из города Сум, сумского рядового атамана Стелька Копейку, сискав в Сумскую городскую Ратушу вновь и сумских людей тож число, как в сей инструкции выше написано, чьё владение в Сумской Округе по ту сторону реки Псла и реки Сыроватки есть от речки Сыроватки по Сагайдачный шлях, объехать же и осмотреть, и к тем их владениям за способность выслать же, примечая по пространству угодий, на сколько людей будет, чтоб не меньше, как сто девять десят сем семей из города Сум, тобою на новое поселение в Сыроватку вышеписанную выслано было, сего ж года мая по 20 число неотменно: а сумским Атаману Стецку с товарищами от того владения отказать, а вручить новопоселённым по ту сторону речки Псла и реки Сыроватки по вышеписанным урочищам во вечное владение; а Сумским вручить по Сю сторону реки Псла оставшиеся ж земли и леса и всякие угодья, кроме одних жилых дворов с хоромным строением и огорожею оставить во владение для приезда в город Сумы; а ежели кто оную самовольно пожелает продать, – то оным велеть невозбранно продавать, для чего ты и послан. А в другие места о таковом же деле посланы другие, для чего вы от всяких дел, кроме сего, уволены впредь на год. Будучи тебе у сего дела поступать добропорядочно по вышеписанному, а обид и озлоблений никому не чинить, и в непорученные дела ни в чём не касаться; за нескорое тобою исполнение и непорядочные поступки, опасаясь штрафа и жестокого наказания по вине преступления. От сотворения мира 7167 года, декабря 2 дня. От Рождества Христова 1659 года.

«В подлинной подписано так: Сумской Городовой атаман Герасим Кондратьев. Писарь Иван Григорьев».

Затем продолжается обозначение границ земель Сыроватских и потом предписывается выселить для составления слободы низшей Сыроватки – из Ворожбы не меньше 87 семей, а из Сум – не меньше 197 семей.

Таким образом начальное население Нижней Сыроватки заключало в себе не менее 284 семей. Понятно, что это – такое число жителей, для которого надлежало немедленно построить особый храм, и следовательно первый храм в Низшей Сыроватке во имя Аристратига Михаила построен был не позже 1660 года. В 1741 году прихожане писали: «в прошлых давних годах в селе Низшей Сыроватке при церкви Аристратига Михаила имелось по три попа, а именно Иоанн Каменской, Андрей и сын его Ияков, которые волею Божьею померли; а ныне имеется токмо один поп Иоанн Войчеховский». Потому согласно с их желанием посвящён во священника диакон сумской Воскресенской церкви Иван Карпов. В 1815 году, по разрешению начальства, заложен был вместо обветшавшего деревянного каменный храм в честь Покрова Пресвятой Богородицы с двумя приделами. Главный храм освящён был в 1822 году. – Построение его совершилось преимущественным старанием священника (с 1803 года), потом (с 1820 года) протоиерея Иоанна Томашевского, который для сбора подаяний на храм отправлялся в губернии Курскую, Черниговскую, и Полтавскую. Самое значительное пожертвование сделано было помещиком села Луки Михаилом Косьменком, который на устроение и украшение нового храма пожертвовал до 3425 рублей серебром. С Томашевским разделял заботы о новом храме священник (с 1806 года) и благочинный (с 1818 года) Стефан Македонский. На окончание храма в 1820 году отпущено было из Святого Синода 10000 рублей ассигнациями. Придельный храм во имя Архистратига Михаила освящён в 1826 году. Книги храма: Октоих печатанный Братством Богоявления Господня в Могилёве 1700 года, оправдание поливательного крещения М. п. 1724 года, служебник киевской печати 1737 года, московской 1739 года, требник К. п. 1737 года, Камень веры киев. 1730 года, Деяния церковные и гражданские Кедрина м. 1734 года, минеи служ. в 12 книг. М. п. 1741 г., триодь М. п. 1745 года, триодь цветная М. п. 1746 года, дар монаха Забродского; устав М. п. 1745 года, дар его же; октоих М. п. 1746 года, дар его же; молебные пения М. п. 1749 года, дар протоиерея Самборского.

При храме Нижней Сыроватки многие были священниками Прожанские, из них Яков Прожанский с 1785 до 1810 года был священником и благочинным.

Приход Нижней Сыроватки, по последнему штату, состоит во 2-м классе.

По переписи 1732 года в Нижней Сыроватке школярей 7, два священника, казаков, подпомощников и работников 1447, да в хуторе Босых, которые поселены «лет 70», следовательно в 1662 году 93 душ муж.; по ведомости генерального межевания 1784 года в Сыроватке показано 2315 душ муж., 2247 жен. пола, при 9910 дес. земли, которая почти вся была пахотною. Число прихожан: в 1730 году 1530 муж., 1470 жен.; в 1750 году 1667 муж., 1543 жен.; в 1770 году 2071 муж., 2086 жен.; в 1790 году 2329 душ муж., 2380 жен.; в 1810 году 2338 муж., 2452 жен.; в 1830 году 2440 муж., 2591 жен.; в 1850 году 2502 муж., 2737 жен.

От холеры умерло в 1831 году 100, в 1848 году 160 человек.

Метрические книги прихода начинаются с 1735 года, исповедные – с 1798 года.

СЛОБОДА ВЕРХНЯЯ СЫРОВАТКА

На реке верхней Сыроватке, в 8 верстах от города Сумы.

По преданию верхняя Сыроватка начала населяться в половине XVII столетия выходцами из за Днепра.

Первый храм в верхней Сыроватке построен не позже 1660 года. В 1805 году начат постройкою и в 1812 году освящён каменный храм во имя Успения Божьей Матери. Строителем и попечителем сего храма был подпоручик Николай Власовский, который на собранную от прихожан сумму купил в бывшем Сумском монастыре старой церкви кирпич и иконостас. Сей иконостас существует и поныне, только в 1841 году он поновлён живописью и позолотою.

Ахтырский купец Иоанн Грицаенко пожертвовал плащаницу на малиновом бархате с шитыми золотом изображениями 4-х евангелистов, ценою 200 рублей серебром; слободы Высшей Сыроватки казённый крестьянин Игнатий Грицаенко в 1840 году пожертвовал храмовую икону Успения Божьей Матери под серебряной вызлощенной шатой

Cела Бездрика помещик Николай Альферов в 1848 году построил вокруг церкви каменную ограду на свой кошт. Чего стоит эта ограда, положительно нельзя определить, а сам благотворитель говорит: Богу известно и Пречистой Матери Его. Побуждение к устроению сей ограды было следующее: упомянутый помещик, занимаясь охотою, нечаянно прострелил себе ногу. Пользуясь немалое время пособием земных врачей, и не имея в виду совершенно никакой надежды на излечение тяжкой раны, он обратился в Сыроватку к образу Божьей Матери Ченстоховской, и по чистосердечной молитве, скоро получил исцеление от раны. В благодарность за избавление от сей болезни он соорудил сию ограду.

Благодетельное действие Промысла Божьего по храму было следующее: в 1844 году электрическая сила разразилась на колокольне храма; оттуда прошла во внутренность самого храма, и обожгла всю позолоту на иконостасе; но сила Божья и молитва Царицы небесной сохранили храм от истребления.

Находящаяся в храме Ченстоховская икона Божьей Матери, весьма древняя. Она ныне в киоте, который устроен г. Альферовым, под серебряною и вызлощенной шатой с посадкой разных камней. Откуда эта икона, достоверных сведений нет никаких. Некоторые из старожилов говорят, что она принесена одним польским шляхтичем в бывшую старую деревянную церковь, по имени и фамилии неизвестным, из Ченстохова.

При Успенском Сыроватском храме до 1812 года было три причта, а с того времени определены два; причт 3-го класса.

По переписи 1732 года в слободке Сыроватке 1132 душ муж., в деревне Поповке 153 (последние «поселены на жалованной церковной земле тому лет 70» следовательно в 1662 году), – в хуторе сотника Павла Михайловича Виднева 26 душ муж., в деревне Железнянке 249, а всего 1559 душ муж пола.

По ведомости генерального межевания в Верхней Сыроватке 1237 душ муж., 5205 десятин земли. По исповедным записям прихожан: в 1730 году 1550 муж., 1497 жен., в 1750 году 1600 муж., 1549 жен., в 1770 году 1655 муж., 1625 жен., в 1790 году 1710 муж., 1795 жен., в 1810 году 1763 муж., 1972 жен., в 1830 году 1677 муж., 1788 жен., в 1850 году 1828 муж., 1940 жен. пола.

От холеры 1831 года умерло до 40 человек, а в 1848 году до 120 человек.

Метрики начинаются с 1735 года, а исповедные росписи с 1739 года.

СЛОБОДА БОБРИК

На реке Бобрике в 22 верстах от города Сумы, называемая в отличие от деревни Бобрика Великим Бобриком.

По царской вотчинной грамоте 1701 года февраля 10 видно, что в 1700 году полковник Андрей Герасимович Кондратьев купил у сумского жителя Фёдора Бондаря дикое поле 365 четей, чёрного леса 67 десятин и сенные покосы по речкам Бобрику и Бобричку. В переписи 1732 года сказано, что Бобрик населён на земле жалованной в 1699 году.

По делам видно, что в 1743 году при Бобрицкой Николаевской церкви были уже два священника. В мае 1702 года овдовевшему священнику Бобринской Николаевской церкви выдана была м. Аврамием епитрахильная грамота на право совершать священнослужение в той же церкви. По словам местной памяти, первый Бобринский храм существовал в Бобрике 50 лет, второй 56 лет и по ветхости обращён в кладбищенский, но стоит ещё и поныне, – уже 32 года. По этому народному счислению основание первого Бобрицкого храма падало бы на 1712 год: но известен Бобрицкий священник 1702 года. Итак первый храм построен здесь в 1699 году, когда совершён акт покупки Бобрицкой земли.

Каменный храм в Бобрике с тремя престолами заложен в 1822 году генерал-поручицей Елизаветой и сыном её, тайным советником, Рахмановыми; великолепный храм с массивными колоннами и с дорогими иконами, из которых некоторые писаны в Италии, освящён в 1851 году преосвященным Филаретом.

В приходе Бобрицкой церкви, принадлежащей по новому штату к 3 классу, состоит 1781 муж. душ, 1815 жен. Прежде было: в 1730 году 770 муж., 737 жен., в 1750 году 890 муж., 850 жен., в 1770 году 1210 муж., 1135 жен., в 1790 году 1360 муж., 1371 жен., в 1810 году 1429 муж., 1428 жен., в 1830 году 1621 муж., 1642 жен. душ. По переписи 1732 года в селе Бобрике школа и 228 душ муж., в деревне Бобрике 246 душ муж., в деревне Гребенникове (поселённой «лет тому 70», следовательно в 1662 году) – 186 душ муж., в деревне Юсуповке 128 душ муж., а всего 778 душ муж. По ведомости генерального межевания 1785 года в великом Бобрике с его деревнями показано 1421 душ муж., 1345 жен. при 9127 десятинах земли Андрея Андреевича Кондратьева.

CЕЛО СТАРОЕ И НИЗЫ

Одно на правой, другое на левой или лесной стороне реки Псла, ниже Старого по течению Псла в 3 верстах.

Перепись 1732 года говорит, что Старое поселено «назад тому лет 90», следовательно в 1642 году. Таким образом Старое отвечает своему имени. Она самое старое из всех поселений сумского полка, и здесь то впервые жил Герасим Кондратьевич Кондратьев, впоследствии знаменитый сумской полковник. По набожности Кондратьева и по ходу дел не можем сомневаться, что первый храм в Старом построен не позже 1643 года. Ныне существующий здесь каменный храм Святого Николая построен в 1753 году полковником Степаном Ивановичем Кондратьевым, а существовавший до того времени деревянный храм был посвящён славе Рождества Пресвятой Богородицы.

По переписи 1732 года Низ населён «назад тому лет 70», следовательно в 1662 году, и конечно тогда же основан был первый храм Низа в честь Иоанна Богослова, с молитвою набожного полковника за сына своего Ивана Герасимовича, впоследствии в 1678 году славно павшего в битве с Татарами. Нынешний освящён в 1841 году.

По переписи 1732 года в селе Старом сотника Ивана Ивановича Кондратьева 427 душ муж., в селе Низе 303 душ муж., да в хуторе Дехтярном 32 душ муж.

Царская грамота 1700 года о селе Низе.

«… Наше Царское пресветлое Величество пожаловали белогородского разряда стольника нашего и полковника сумского Андрея Герасимовича Кондратьева за прежние многие и знатные и радетельные службы отца его, полковника же сумского Герасима Кондратьевича Кондратьева, также и за его многие ж, верные и радетельные и знатные, службы, повелели ему дать сию нашу, В. Г. нашего Царского Величества, жалованную вотчинную милостивую грамоту на поступные его и вымененные земли с лесов и дубров и с сенными покосами, и на мельницы и рыбные ловли и всякие угодья, что по нашему В. Г. нашего Царского Величества, указу и по грамотам из приказа В. Р. и по отпискам и по наказам бояр наших и воевод Бориса Петровича Шереметьева, князя Якова Фёдоровича Долгорукого и по поступкам и по менам отца его Андреева, полковника нашего, Герасима Кондратьева Краснопольцам и Хотмыжским детям боярским отказаны и отмежеваны ему стольнику нашему и полковнику в 204, 206 и 207 (1696 – 1699) годах и в нынешнем 1700 году. – По тем вышеписанным дачам написано за ним, стольником нашим и полковником, поступных и выменных земель и сенных покосов и всяких угодий: поступное отца его в Сумском уезде в отчину его на реке Псле прозываемое село Нижнее с пашенною землёю и лесом и сенными покосами… да что поступились по менам земли с лесами ж и сенными покосами и всякими угодьями. Краснопольцы дети боярские в Краснопольском уезде в селе Пушкарном… (всего 175 четвертей в поле), … деревни Солдатской 15 четв…. да что поступились хотмыжские дети боярские в деревне Задней (60 четв.), – в селе Теребреном 40 четв…. Всего за ним 460 четв. в поле, а в дву по тому ж. И мы, пресветлейший державнейший В. Г. Царь и В. К. Пётр Алексеевич, всея в. и м. и б. Р. Самодержец… повелели… на память предбудущего рода его те вышеписанные земли… справить ему стольнику нашему и полковнику сумскому Андрею Герасимовичу из поместья… владеть ему стольнику нашему и жене его и детям вечно и в роды их неподвижно, и вольно им ту вотчину продать и заложить и в приданое дать и во всякие крепости укрепить, а в монастыри и в церкви после смерти своей тех… земель и лесов и хуторов и всяких заводов – ему полковнику и жене его и детям и родственникам не отдавать и не заложить… Писана сия… жалованная вотчинная грамота в нашем царствующем граде Москве, в лето от создания мира 7209, а от Р. Х. 1700 октября в 16 день, государствования нашего 19 г.»

Изумительно как много милостей излито было на дом Герасима Кондратьевича!

Сведения об имениях фамилии Кондратьевых по Харьковской губернии доставляют ведомости генерального межевания 1785 года; здесь находим:

а) В имениях полковника Степана Ивановича Кондратьева (потомка Андрея Герасимовича) Низы и Старом – 10033 десятин земли, в Вырах, Ульяновке, Терешкове, Степановке, с деревнею Николаевкой 44385 десятин; в деревне Пушкаревке, Новоселице и пустоше Городнице – 3580 десятин; в селе Толстом – 11047 десятин, в селе Рясном – 3872 десятины итого 73528 десятин.

б) У вахмистра Андрея Кондратьева (потомка Андрея Герасимовича) в Великом Бобрике с деревней 9383 десятины, в слободе Хотени 7640 десятин, в деревне Песчаной 2242 десятины, в хуторе Иволжине и в двух других 3182 десятины, в Ястребенном 11100 десятин, в деревне Зеленковке и Камышинской 3318 десятин, в хуторе Гнилицком и двух пустошах 300 десятин. А всего 37165 десятин. В слободе Ильмах с 3 хуторами 1411 десятин и Окопе 380 десятин.

г) У потомков Григория Герасимовича, у Романа Ивановича Кондратьева 205 десятин и в Исторопе 3500 десятин, у Василия Ивановича 200 десятин.

Общий итог землям Кондратьевых 119083 десятин, кроме того были и ещё имения, например в уездах Суджанском и Хотмыжском, а другие после Герасима Кондратьевича к 1785 году перешли уже к другим владельцам, например Локня, Беловод и другие.

ТЕРЕШКОВКА

В 20 верстах от города Сумы, на реке Гуске.

Там, где ныне расположено село Терешковка был двор сумского казака Терешки или Терентия Семененка с хуторами и с большим количеством десятин земли, что было дано ему за заслуги сумским полковником Герасимом Кондратьевым. – Это был сосед другого более значительного казака, сотника Василия Подлесного, за которым по распоряжению князя Григория Григорьевича Ромодановского воевода Афанасий Чубаров укрепил земли на реке Гуске, где образовалась Подлесовка. В 1695 году Терентий Семененко продал своё имение полковнику Андрею Кондратьеву, но имя Смышленого Терешки осталось за поселением. Точно также казак Тимофей Загорулька оставил своё имя Тимофеевке, где первый поселился он с семьёю в 1662 году, между тем как Иван Герасимович Кондратьев в то же время населил деревню Глыбень на земле пожалованной царём.

Первый храм в Терешкове построен был, вероятно, полковником Андреем Кондратьевым и следовательно не прежде 1700 года. В 1726 году рукоположен был в священника «к Екатерининской церкви села Терешковки» дьячок Иосиф. Ныне существующий каменный храм, освящённый в честь рождества святого Иоанна Предтечи в 1819 году, построен Иваном Степановичем Кондратьевым. Два стихаря в сём храме замечательны по старому шитью.

Число прихожан: в 1730 году 500 муж., 468 жен., в 1750 году 567 муж., 522 жен., в 1770 году 698 муж., 714 жен., в 1790 году 998 муж., 965 жен., в 1810 году 1147 муж., 1053 жен., в 1830 году 1015 муж., 1065 жен., в 1850 году 962 муж., 1039 жен. душ.

От холеры 1848 года больных было очень довольно, но умерло 19 человек.

В 1849 году прихожанин Терешковского храма, дворянин Даниил Шияновский, своею смертью дал урок, как недалека смерть от каждого из нас: нечаянный выстрел из ружья положил его во гроб, впрочем раб Божий успел исповедоваться и причаститься святой тайне.

ШПИЛЁВКА

В 13 верстах от Сум, на горе, в версте от реки Псла.

По переписи 1732 года Шлилёвка – имение Кондратьевой, населённое в 205 (1697) году. Первый Покровский храм построен здесь в то же время. Нынешний каменный храм освящён в 1850 году. В построении его участвовали приношениями Варвара Михайловна Римская-Корсакова и князь Пётр Оболенский, а священник Александр Сильванский испросил у набожных жителей города Сум до 1704 рублей серебром.

В сём храме есть икона Божьей Матери Корсунская, издавна чтимая всею окрестностью. Эта икона написана искусною рукою на белом железе и украшена серебряною ризою с дорогими камнями.

Метрики прихода начинаются с 1735 года.

По переписи 1732 года в Шпилёвке школа и 225 душ муж.; затем было здесь: в 1750 году 280 муж., 261 жен., в 1770 году 316 муж., 290 жен., в 1790 году 346 муж., 345 жен., в 1810 году 380 муж., 375 жен., в 1830 году 500 муж., 546 жен., в 1850 году 574 муж., 605 жен.

Юноковский Округ

ЮНОКОВКА

На реке Локне, на северо-западной границе губернии.

В семи верстах от нынешней Юноковки, по правую сторону большой дороги в город Суджу, в 23 саженях от дороги, стоят 4 высокие кургана, окружённые валом как кольцом. Вал вышиною в 4? сажени. Вход во внутренность пространства, ограждённого валом – в 2 сажени. На площади, окружённой валом, при самом входе, по правую и левую сторону, стоят два кургана, длиною в 45 саженей, шириною в 4 сажени. Не вдали от этих курганов ещё два кургана, один от другого в 10 саженях. Между ними две ямы, по народному отзыву, бывшие погребами. По левую сторону дороги ещё пять курганов, но вышиною только в 3 сажени, шириною в 4 сажени, а в окружности 26 сажень Местные жители знают об этих курганах только то, что на них стояли караулы, наблюдавшие за Татарами. Но самое расположение их показывает, что они первоначально имели другое назначение и происхождением своим одолжены отдалённой древности. Если не ошибаемся, место, окружённое валом, было городом, где жили посадники черниговского князя, собиравшие дань с живших по реке Сейму, и откуда наблюдали они за Половцами и другими подобными неприятелями. Здесь-то, как думаем, посадники Ярополка, овладевшего Посемьем, в 1125 году остановили послов половецких, возвращавшихся от Всеволода черниговского.

Лаврентьевский список, стр. 130. «Сташа (Половцы) у Ратьмире дубравы за Вырем, послали бо бяхуть послы к Всеволоду и не пропустиша их опять, Ярополчи бо бяхуть посадницы по всей Семи, – и изымаша послы их на Локне».

О населении и названии черкасской Юноковки по документам юноковского Отчинного Правления и по преданию народному известно, что прежде на этом месте поселился сумского полка сотник Семён Андреевич Юнок; на земли, занятые им, по его приглашению, скоро поселились «вольные черкасы» – выходцы из-за Днепра. Так составилось поселение, по сотнику Юноку названное Юноковкою. Сотник Семён Андреевич продал Юноковские земли Михаилу Голицыну, знаменитому фельдмаршалу Петра Великого. Молва говорит ещё, что большие пространства земли, смежные с участками Юнока, полковник Кондратьев вынужден был подарить Голицыну, чтобы избавиться от беды за казацкую расправу с каким-то русским чиновником. Как бы то ни было, – при Голицыне совершилось самое сильное население Юноковки. Тогда же населилось соседнее село Битицы на реке Бытице. Роменские казаки, с одной стороны, обманутые Мазепой и Карлом, с другой, подвергаемые царской опале не мягким Меньшиковым, бежали под защиту князя Голицына в Юноковку и Михайловку.

Ныне в слободе Юноковке две церкви – Богородичная и Преображенская.

В каком году построен был первый храм в Юноковке, – неизвестно. Известно только, что он был во имя святого Николая, однопрестольный. По истории умножения населения Юноковки при Петре несомненно, что около 1709 года уже был храм в Юноковке. По делу 1748 года в Юноковке Суджанского уезда при храме святого Николая два священника, один – Григорий Подольский. Нынешний каменный огромный и великолепный храм разрешено строить в 1793 году. Построение его совершалось попечением священника и благочинного Кирилла Мошлянского и церковного старосты Михаила Уланского на пожертвования благотворительных юноковских жителей, без всяких других пособий. Оно окончено в 1806 году и по благословению блаженной памяти Преосвященного Христофора престол в приделе Святителя и Чудотворца Николая освящён в том же 1806 году, а главный во имя Рождества Богородицы и другой в приделе освящены после.

По смерти священника Мошлянского (1806 год) товарищ его, священник (с 1790 г.) Корнилий Краснокутский, заботясь об устройстве каменной колокольни и ограды, в 1823 году пожертвовал 10000 рублей ассигнациями; колокольня была окончена строением в том же году.

От древней Николаевской Юноковской церкви, при которой до 1798 года было три причта, сохранилось в нынешней: святое евангелие, печатанное в 1735 году в Москве, служба пр. Никандру М. п. 1709 г., апостол М. п. 1748 г., триоди постная М. п. 1745 г., цветная М. п. 1746 г., минеи служебная в 12 книгах М. п. 1747 г.

В архиве храма хранятся метрические книги с 1774 года, исповедные с 1786 года.

Другой храм в слободе Юноковке посвящён славе Преображения Господня. В 1784 году старый Преображенский храм был продан в село Белку Суджанского уезда. А вместо его построена ныне существующая каменная церковь в честь Преображения Господня. По документам церковного архива видно, что строение сего храма совершалось при священнике Назарии Рыжевском, доброхотным подаянием прихожан, при участии владельца слободы князя Голицына; на построение его употреблено 11429 рублей серебром.

В последующее время юноковским жителем Петром Котенком на местные иконы Спасителя и Божьей Матери сделаны ризы серебряные вызолоченные весом в 19 фунтов 14 золотников ценою в 696 рублей 80 копеек серебром. Другой обыватель Василий Плужников а) устроил серебряную ризу с киотом и крестом серебряным на икону Свят. Николая, на что употреблено серебра 10 фунтов 71 золотник, а денег уплачено 422 рубля 80 копеек серебром; б) пожертвовал евангелие издание московское 1759 года в серебряной оправе весом в 1 пуд и 30 фунтов, ценою 1428 рублей 50 копеек серебром; в) он же пожертвовал св. потир со всем прибором весом 6 фунтов 80 золотников в 185 рублей 14 копеек серебром.

В архиве Преображенской церкви хранятся метрические книги с 1774 года, исповедные с 1790 года. Богослужебные книги: Триодь цветная М. п. 1722 года, служебник М. п. 1723 года, другой 1737 года.

По праведному суду Божьему холера 1831 года похитила в Богородичном приходе Юноковки около 80 человек, а в Преображенском 50 человек; от холеры 1848 года умерло в первом приходе до 150 человек, во втором – 93 человека; кроме того в 1834, 1839 и 1840 годах Юноковцы страдали от голода, а в 1811 году в приходе Преображенской церкви сгорело много дворов.

СЕЛО МОГРИЦА

Старожилы говорят, что в давнее время на землях Могрицы, покрытых тогда на большое пространство непроходимыми лесами, жил разбойник Кулик с шайкою товарищей, отчего и место называлось прежде Куликовщиной. Когда Кулик был пойман и по решению суда казнён с женою и другими участниками за богопротивные его дела; то менее виновные товарищи его, быв освобождены от равного с ним наказания, – собравшись с друзьями и родными в Куликовщине, дали друг другу клятву оставить прежнее своё занятие; они устроили могорич, или; и когда кончили могорич, то бросив в реку посуду, из которой пили, сказали друг другу: «перестанем зваться Куликовцами, будем братами святого Могрица». Так по преданию Могриц стал именем поселения прежних худых людей. В этом предании можем признать за верное то, что место нынешней Могрицы было притоном шайки разбойничьей: но река Могрица с лесами и болотами непроходимыми известна ещё по межевой выписке 1672 года, когда не видно было поселения Могрицы.

В этой же выписке выше города Мирополья и ниже села Улы (Уланка) на левой стороне реки Псла в верстах 20 от Мокрицы, показаны два городища – Девичье и Большое.

Как бы то ни было, – но и предание со своим основанием поселения Могрицы не поставляет в связи обширного городища и курганов, находящихся в 2 верстах от Могрицы. Этим памятникам древности оно усвояет отдалённую давность, хотя и не выставляет точных сведений о их происхождении. Оно соединяет с их существованием времени набегов татарских, но оставляет при них и более глубокую древность. Могрицкое городище занимает более 100 десятин земли на правом берегу Псла. Курган его вышиною в 36 сажень окружён глубоким рвом; площадь – длиною в 24 сажени. На юго-восточной стороне кургана, обращенной к реке Пслу и расположенной у самого берега, была, по преданию, дверь с железною решеткою. Площадь городища покрыта значительным числом могилок; в одной из них при разрытии найдены человеческие кости. Крестьяне при распахивании земли городища отыскивали копья и другие военные орудия, – равно черепа и другие части человеческого остова.

В 1738 году прихожане могрицкого храма уже просили открыть при их храме второй причт: «в том селе Могрицах, писали они, при церкви Николая Чудотворца вдовой поп Иосиф за болезнью как в священнослужении, так и в исправлении треб исправиться не может… приходских дворов имеется довольное число, и можно быть двум священникам, которые в пропитании могут быть довольны». Они просили посвятить им в священника Фёдора Прожанского, который в Консистории показал о себе: «родом он польской области, городка Прожжены… был в киевских латинских школах 5 лет, в харьковских 2 года и, окончив философию, уволился, жил потом 8 лет в городе Сумах у полкового судьи Ивана Романова для обучения детей его латинской науке». Таким образом первый храм Святителя Николая в Могрицах основался около 1700 года. По надписи на кресте в 1766 году построен был уже новый храм Святителя.

В 1844 году заложен каменный храм. На построение его владелец села князь Андрей Михайлович Голицын пожертвовал кирпич, известь, дерево и железо, а сумма для уплаты мастеровым собирается прихожанами.

В архиве Правления исповедные росписи начинаются с 1752 года, а метрические книги с 1758 года.

Число прихожан в 1730 году 740 муж., 710 жен., в 1750 году 780 муж., 751 жен., в 1770 году 830 муж., 840 жен., в 1790 году 880 муж., 896 жен., в 1810 году 929 муж., 979 жен., в 1830 году 1177 муж., 1265 жен., в 1850 году 924 муж., 1019 жен. пола.

От холеры умерло в 1831 году 56, а в 1848 году 67 человек.

СТЕЦКОВКА

На реке Алешенке в 13 верстах от Сум.

По словах столетних стецковских стариков, основание слободе Стецковке положено назад тому около 200 лет, и основателями местечка были черкасы: Стецко, Переяславец, Рудень, Чайкин и Чугаев; так как между этими казаками Стецко был старше летами и почетнее по службе казацкой: то и основанный им хутор стали называть Стецковым. Этот Стецко, оставивший своё имя Стецковке, без сомнения никто другой, как известный по акту 1659 года сумской атаман Стецко. Набожные казаки, не имея в своём хуторе освящённого человека или священника, вынуждены были относиться с духовными нуждами к священнику, жившему где-то очень далеко от Стецкова хутора. Наконец, утомлённые трудностями сношения с чужим священником и скукою жить без храма Божьего, они соорудили, как говорит то же предание, небольшую деревянную церковь во имя святого великомученика Димитрия Мироточивого. В каком это было году, неизвестно. В 1738 году уже писали: « в давних годах сумского полка в селе Алешне, Стецковка тож, при церкви великомученика Димитрия имелось всегда два священника. В 1729 году священники Семён Заводовский и Иван Замятич померли». В 1835 году по благословению Преосвященного Иннокентия заложен был каменный Димитриевский храм заботливостью священника Афанасия Василевского; храм окончен и освящён в сентябре 1846 года.

Метрические книги храма начинаются с 1735 года, а исповедные с 1798 года.

Другой каменный храм в Стецковке заложен по благословению Аполлоса, епископа харьковского, в 1818 году и окончен в 1822 году. Придельный престол его на хорах освящён во имя Пророка Ильи в 1822 году, а главный во имя Вознесения Господня в 1829 году.

По переписи 1732 года в Стецкове 200 казаков, 733 подпомощника, 17 работников, 60 подданых сотника Андрея Васильевича Савича, 88 подданных полкового писаря Евстафия Кияницына и 40 других подданных, в школе два школяра – учителя, всего 1124 душ мужских.

ХОТЕНЬ И НИКОЛАЕВКА

Прежде всего заметим географические памятники древности.

В 3 верстах от Хотении идёт из Суджи старинная дорога Ромодань. Менее чем в пол версте от неё круглая земляная насыпь в 3 сажени вышиною, 15 шириною и 65 саженей в окружности. В версте от этой насыпи ещё 6 насыпей, называемых в народе могилами. Эти другого вида, продолговатые, в 30 сажень ширины, в 4 ширины и 123 сажени в окружности. О чем говорят эти памятники? Князь Ромодановский оставил своё имя на дороге, конечно, с того времени, как в 1658 году шёл в Малороссию против Виговского, и потом не раз ходил усмирять волнения Брюховецкого и Дорошенко. Ромодановский не был человеком мягким; он заставил помнить шаги его, а дорогу готовили ему, без сомнения, черкасы. Насыпи же, конечно, помнят ещё Половцев, которые, обыкновенно, когда решались вторгнуться в Россию, кочевали в этих местах. Видные теперь могилы самою громадностью своею показывают, что они служили памятниками над погребёнными здесь князьями, над такими князьями, которые заставляли лить слёзы наших предков и препроводили во гроб очень многих исповедников Христова имени. Известно, как мир грешный приобретает себе славу. Только вера Христова, без оружия, одною кротостью и благодеяниями своими умеет побеждать мир.

По тому самому, что сказали мы о дороге Ромодан, уже, вероятно, что полковник Кондратьев не рано стал населять Хотынь и Кровное с деревнею Николаевкой. А что эти земли заняты были полковником Герасимом Кондратьевым, показывают документы.

В царской отчиной грамоте 24 апреля 1703 года, данной полковнику Андрею Герасимовичу, слобода Хотень с храмом Апостолов Петра и Павла упоминается между имениями. Полученными в наследство после полковника Герасима Кондратьевича Кондратьева. Грамота говорит: «на кринице Хочуне село Новая слобода, а в нём церковь верховных Апостолов Петра и Павла, да двор его полковников, да мельница, черкас вольных людей 50 человек, а земля по урочищам».

В ревизской сказке 1732 года показано, что черкасы «слободы Хочуна поселены во 197 (1689) году», и здесь же при храме Хотенском показана школа.

По таким памятникам нет сомнения, что первый храм в слободе «на крынице Хочуне» построен в 1689 году. Ныне в Хотении каменный храм Успения Богоматери с приделом верховных Апостолов; он построен Андреем Андреевичем Кондратьевым и освящён в 1786 году.

Метрические книги хранятся с 1735 года, исповедные с 1797 года.

До построения храма в Николаевке жители Николаевки были прихожанами Благовещенской церкви села Кровного, которой метрики начинаются с 1735 года и которая упоминается уже в приведенной нами грамоте 1703 года.

Царская вотчинная грамота 24 апреля 1703 года «на реке Алешенке, на устье речки Кровной, село Кровное, а в нём церковь Благовещение Пресвятой Богородицы, двор его полковников (Андрея Герасимовича Кондратьева), подле двора мельница, да черкас 38 человек, да к тому ж селу земли 302 десятины в поле, а в двух по тому ж, сенных покосов 305 десятин. На реке Алешенке его полковникова купленная земля и мельница, что куплена у сумского черкашенина у Игнатья Рудня, деревня Рудневка, в ней двор его полковника, земли 20 четьи в поле, а в двух по тому ж, вольных Черкасов 28 человек. На Татариновой Луке, на реке Псле, на устье речки Алешенки, пасека и мельница, – а ныне деревня Песчаная, да вольных Черкасов 10 человек; да к той же деревне на дороге из Сум в Стецковку, пахатная земля и сенные покосы; на вершине реки Рогозной кыпленый рыбный став и хутор и борной ухожей, что куплен у Козмы Сенецкого; на реке Лосятине, что впала в реку Вир, да на кринице Бакине пасечные места и сенные покосы по урочищам 100 десятин в поле, а в двух по тому ж».

Первый храм в Кровном построен, конечно, в одно время с хотенским, в 1689 году. Но так как к 1820 году храм Кровного весьма обветшал: то он по распоряжению Духовного начальства упразднён, а на место его разрешено строить каменную церковь в Николаевке во имя Рождества Богородицы. Церковь эта окончена постройкою в 1824 году, храмоздательницей была Варвара Николаевна Тимченкова, она же снабдила храм и всеми принадлежностями.

Здесь есть ещё весьма красивый кладбищенский каменный храм, который построен был в 1837 году, но по случаю оказавшихся трещин в 1849 году с разрешения епархиального начальства перестроен по прежнему плану и фасаду генерал-лейтенантшей Софиею Ивановною Куприяновой. Церковь сия устроена над прахом родителей Куприяновой с разрешения Святейшего Синода; на содержание её положено владелицею села в приказ Общественного Призрения 500 рублей ассигнациями для приращения.

От холеры умерло в Хотени в 1831 году 68, в 1848 году 282 человека.

ЛОКНЯ И БЕЛОВОДА

Первая на реке Локне в 38 верстах от Сум, Беловода на реке Беловоде в 42 верстах. Первая населена Кондратьевыми и Беловод отчасти ими же.

В 1739 году по просьбе обозного Михаила Андреевича Кондратьева рукоположен был священник в село Локню ко храму Похвалы Пресвятой Богородицы. Первый храм в Локне построен около 1662 года, так как в этом году населены Локня и Басовка. И по тому преданию Юноковцев, что прежде построения своего храма обращались они для молитв в храм Локнянский (Локня от Юноковки в 4 верстах) видно, что в Локне был храм уже около 1685 года. Нынешний деревянный храм Успения Богоматери освящён в 1842 году.

Метрические книги и исповедные тетради начинаются с 1740 года.

В Беловоде первый храм построен не позже 1680 года. В грамоте 1688 года Беловода называется селом. В 1743 году Богодуховский священник Григорий Волкевич писал, что его принимает к Георгиевской церкви села Беловода на вакантное место сотник Василий Савич. А архипастырская грамота 1746 года показывает, что прежде Георгиевского храма в Беловоде был храм святых чудотворцев Космы и Дамиана. Два напрестольные памятника также свидетели двух былых храмов давнего времени.

Нынешний каменный храм заложен в 1774 году и освящён во имя Великомученика Георгия января 22 дня 1794 года.

Построение храма совершалось иждевением помещика Василия Яковлевича Савича и после смерти его усердием сыновей его, поручика Ильи и капитана Василия Васильевичей; они, окончив храм, украсили его благовидным иконостасом и снабдили приличною утварью.

Помещик Николай Савич, бывший церковным старостою, кроме других пожертвований, покрыл храм новым железом, а главы и крест – золотом.

Метрические книги начинаются с 1735 года.

Умерших от холеры было в Локне в 1831 году – 80 человек, в 1848 году 33 человека, в Беловоде – в 1848 году умерло до 300 человек.

ПИСАРЕВКА

На реке Алешенке, в 22 верстах от города Сум.

В ревизской сказке 1732 года сказано, что «черкасы деревни Писаровки», поселены «тому лет 70», следовательно в 1662 году. В отчинное владение земли на реке Алешенке пожалованы были писарю Сумского полка Андрею Мартынову царскою грамотою от 3 октября 1688 года. Это была награда полковому писарю за службы его царям Алексею Михайловичу и Феодору Алексеевичу. Существующая ныне в селе Писаревке однопрестольная каменная церковь во имя Покрова Пресвятой Богородицы заложена по благословению епископа Луки Белоградского в 1756 году, построена на иждивение помещика Андрея Савича и освящена в 1775 году. Она заменила собою деревянную церковь во имя святого великомученика Иоанна Воина, которая освящена была в 1735 году.

Метрические тетради хранятся с 1735 года.

От холеры умерло в 1831 году 42, а в 1848 году 108 человек.

Приход по штату 2 класса. По переписи 1732 года в деревне Писаревке 457 душ мужских. По ведомости генерального межевания здесь показано с деревнею Александровкою 5625 десятин земли, при 1450 душах мужских, 1485 женских. По ведомостям церковным число прихожан: в 1750 году 818 душ мужских, 780 женских, в 1770 году 1295 мужских, 1243 женских, в 1790 1480 мужских, 1535 женских, в 1810 году 1589 мужских, 1601 женская, в 1830 году 1868 мужских, 1873 женских, в 1850 году 2173 мужских, 2157 женских.

Белопольский Округ

БЕЛОПОЛЬЕ

Заштатный город в 224 верстах от города Харькова.

В царской грамоте 25 января 1704 года читаем: «в 180 (1672) году по указу Царя и В.К. Алексея Михайловича боярин и воевода князь Григорий Ромодановский в Путивльском уезде, в 30 верстах от Путивля, на реке на Виру да на устье реки Крыги в угодьях Путивльцов построил город Белополье на старом Вирском городище, а в том городе поселились из-за Днепра сотник с черкасами – на Татарской сакме». Итак там, где ныне расположен заштатный город Белополье, прежде 1670 года была татарская сакма – кочевье татар, и здесь же было старое городище – памятник городу Выря, тем более дорогой для нас, что вызывает собою воспоминание о других городах, бывших вблизи его и о русской жизни до татарского времени.

Вырь – известен ещё в 1111 году по подвигу славного Мономаха против Половцев.

Мономах в завещании, говоря о походе на реку Дон, пишет: «и к Выреви бяху пришли Аепа и Боняк, хотеша взятии и, к Ромну идох с Олегом и с детьми нань и они очутивше бежали». Сл. Воскр. Л. 1, 254

Посемье, Вырь и всё пространство за Вырем до Донца принадлежало Черниговскому княжеству. Только на короткое время, 1125 – 1148 годы, эта страна переходила к Мономаховичам.

Лаврентьевский список, стр. 130. «Сташа (Половцы) у Ратьмире дубравы за Вырем; послали бо бяхуть послы ко Всеволоду (Черниговскому) и не пропустиша их опять (на возвратном пути), Ярополчи бо бяхуть посадницы по всей Семи и Мстиславича Изяслава посадил Курске, и изымаша послы их на Локне». Киев. Лет. стр. 13, под 1136 год. «И пакы Ольговичи начаша просити у Ярополка: что ны отец держал при вашем отце, того же и мы хощем». Стр. 45 под 1145 год. «Святослав Ольгович нача ему (Владимиру Черниговскому, двоюродному брату) молвити: держиши отчину мою, и тогда взя Куреск с Посемьем и Словскую тысячу у Изяслава». Еще Киев. Л. стр. 17. Новгор. 1. стр. 7. С 1136 г. Курск без Посемья был у Святослава.

В это то время Вырь и соседние города Въехань и Папаш должны были страдать от борьбы властолюбивого Георгия Суздальского с великим князем Изяславом: но с честью прожили это тяжёлое время. В 1147 году Глеб, сын Георгия, соединясь с Половцами, посадил посадников своих в Курске и в Посемье и велел сказать Вырянам: «отдадим вас Половцам, если не покоритесь». Выряне отвечали, что у них князь Изяслав, и не сдались. Глеб обратился к Въеханю, но и тут не имел успеха: подступил под Папаш. Папашцы вступили в бой, но принуждены были уступить силе.

Новые историки не знают места этих городов. Место города Выря после слов Терентовского надобно считать несомненным. О селе Вырях нечего и думать: там нет никаких признаков древнего города. Старые и новые Выри расположены на южном берегу реки Сейма и разделяются меж собою большими могилами, а не вдали от них на той же реке Сейм есть городище. – Это городище показывает собою, что старые Выри, несмотря на то, что они старые, не есть старый город Вырь, или Вырь летописей, так как старше их городище. Какой же город был на месте этого городища? Не здесь ли был город Зарытый, который по летописям находился не вдали от Выря (Киевская Летопись 87), а не в Смоленской губернии, где Карамзин указывает на село Разрытое (Карамзин 2, пр. 393))? По летописи Въехан и Папаш представляются в недальнем расстоянии от Выря и от реки Сулы. В 30 верстах от Белополья на юго-востоке, в 5 верстах от слободы Тернов есть городище на берегу речки Терна; в акте 1638 года называется оно то Лехановским, то Дехановским городищем; а в другом памятнике – просто городищем. Разность наименования в акте 1638 года указывает на неуверенность в точном старинном имени старинного города, оставившего после себя городище; близость же названий 1638 года (Лехановское, Дехановское) к летописному имени: Въехань, при местной близости городища к Белополью – Вырю, даёт право признавать за несомненное, что Терновское городище есть остаток горда Въеханя. На место древнего Попаша могут указывать две речки, одна Попадь, другая Попадья; первая в 7 верстах от Белополья (на восток) впадает в реку Вырь, а в 9 верстах, на дороге от Белополья к Тернам, вблизи Попади, есть степное место Попас, и тут же находится местность, похожая на городище: валы вышиною в сажень, а длиною до 20 сажень, окаймляют пространство шириною в 8 саженей; за четверть версты – два кургана, называемые близнецы. Говорим, что это место похоже на городище, но оно не называется городищем, да и по внешнему виду скорее можно принять его за временный редут, какие делали казаки в своих схватках с Татарами, чем за городище. Речка Попадья впадает в Сулу с левой стороны, в 4 верстах выше Недригайлова и в версте ниже Ольшаной, от Белополья – Выря в 40 верстах и от Терновского городища в 10 верстах. В акте 1647 года видим Острог и слободу Ольшаную. Не скажем, что Ольшанский острог есть летописный Попаш: но признаем более, чем за вероятное, что летописный Попаш находился на речке Попадье, протекающей близ нынешней Ольшаной. Это место на дороге от Белополья и Терновского городища для Половцев, бывших в войске князя Глеба и оно же не далеко от Выря – Белополья. И если Лехановское городище есть город Въехань: то летопись потребует для Папаша местности на реке Попадье, а не той , что на реке Попади: иначе князю Глебу надлежало бы от Въеханя опять идти назад, чтобы быть на речке Попади.

Взглянем на последующую судьбу летописного Выря. Изяслав Давидович, один из князей Черниговского княжества, и не на долгое время великий князь киевский (1157 – 1159), лишась Киева, в 1159 году обратился с местью против Вятичской земли – удела брата своего, князя Святослава, которого считал он виновным против себя. В 1160 году Изяслав осаждал Путивль целые три дня; но без успеха. И затем, когда пришёл к Вырю, «Выревци затворишася от него» и не пустили его к себе, опасаясь Святослава. Он пошёл в Зарытый, и, там пробыв некоторое время, «опять возвратися у Вырь». Здесь явилось к нему множество Половцев; с ними пошёл он к Чернигову против Святослава Ольговича и остановился у Десны; Черниговцы не пустили его переправиться через Десну; зато Половцы беспощадно жгли сёла черниговские и хватали людей в плен. Великий князь Ростислав прислал сильную помощь князю черниговскому; Изяслав с Половцами отступил. Когда же союзники удалились, а Святослав лежал больной: Изяслав снова подступил к Чернигову. К Святославу снова явились сильные союзники; они живо преследовали Изяслава, сожгли Острог города Выря, где князь Иван Ростиславич заперся с супругою Изяслава, и точно также поступили с Зарытым, оставив Изяслава скитаться в степи. В следующем году Изяславу удалось взять Киев: но с Ростиславом соединилось так много князей против Изяслава, что Святослав советовал брату возвратиться за Днепр и ожидать всего от любви и справедливости. Изяслав отвечал послам брата: «Князья, союзники мои, отступив, пойдут каждый в волость свою; мне же куда возвратиться? В половецкую землю не могу идти, а в Выре не хочу умирать с голоду; хочу лучше здесь окончить жизнь свою». Этот отзыв Изяслава относительно Выря говорит нам, что Вырь не был богатым городом, и особенно для князя Изяслава после Киева, а, находясь вблизи кочевьев половецких, не был безопасным местом, так, что по той и другой причине Изяславу трудно было жить в нём, ещё труднее содержать в нём дружину, столько необходимую для него. В последующее время Вырь уже не встречается по летописям.

О Черкасском Выре – Белополье вот что писал в 1774 году комиссар его Терентовский

1) «Белополье – город слободской Украинской губернии, Сумской провинции. По указу Великого Государя Царя и Великого Князя Алексея Михайловича построен над речками Выром и Крыгою, по рассмотрению боярина и воеводы, князя Григория Григорьевича Ромодановского в 180 (1672) году фигурою квадратною, с четырьмя баштами (башнями), кои от долговременного стояния развалились, а ныне уже и основания оных не приметно.

2) «Город же осыпан валом, окружностью в 1730 саженей, вышиною со рвом в 4 сажени, на диких землях, на старом Вырском городище, которые земли заняты были Татарами, и называлось оное место Татарскою сакмою или кочевьем, на которых землях поселились вышедшие из заднепровских мест с сотником Степаном Фоменком из Польши разного звания черкасы и селились под смотрением сумского полковника Герасима Кондратьева. От вышедших разного звания с Польского Варшавского повету, называемого Белополья, людей назван сей город Белопольем, а с начала построения оный город, по текущей мимо его реки Крыги именовался Крыгою; в 180 (1672) году для лучшего оного города устроения поручен был сей город вышеписанному сотнику Фоменку, и потом сотнику, вышедшему с Волосского города Ясс, Степану Куколю, которые в 182 (1674) году великого Государя Царя и Великого Князя Феодора Алексеевича просили с Белопольцами о обмежевании сего города с уездом от Путивля, почему присланным от Великого Государя стольником и полковником, князем Михаилом Жировым Засекиным в 191 (1683) году и обмежеван Афанасием Остафьевым. Мера окружной межи в 1700 году переосвидетельствована и утверждён сей город с уездом данною в 1704 году от Великого Государя Царя и Великого Князя Петра Алексеевича грамотою».

3) «В нём большой артиллерии нет, а только пушка одна, мелкого ружья 12, патронов с пулями 3224, пороху 2 пуда 22 фунта, сабли, копья и ладунки».

4) «Вышепрописанное городище состоит внутри сего города к северной стороне, с которой досягает валом в самую речку Крыгу, и называется оное ныне Замком, окопано прежде глубоким рвом и осыпано большим земляным валом; оно было с четырьмя бастионами и одною въездною башнею, а сверх вала укреплено было палисадником. Окружностью оно в 210 сажень, а ров оного с валом вышины имеет 6 сажень. В оном же Замке или Городище с 185 (1677) года имелось 6 пушек, казённый погреб, в котором содержались пули, порох и прочие припасы, и в оном же выстроен был дом деревянный, в котором тогда жил воевода Бахтеев лет до 20, которому определена была в Белопольском округе, за селом войсковым Ворожбою, над рекой Вырем, сенокосная лука на скос: оная и поныне именуется Воеводскою. В 1737 году, во время нападения Турецкой войны, с упомянутого городища пушки с разными припасами взяты в поход… В 1766 и 1769 годах в прописанном городище построены соляной и для содержания общенародного хлеба магазейны».

5) «Возле оного городища или называемого Замка старинная редута или батарея, состоящая к западу; оная окружена рвом двусаженным; длиннику на оном месте 75, поперечнику 30 саженей. В оной с 1772 года старанием комиссара с приговором Белопольского общества построен комиссарский деревянный дом, лицом на южную сторону, со всею к нему принадлежностью"10 (10 – За несколько лет пред сим казённые крестьяне города Белополья, исправляя ров с тем, чтобы скот не подходил к магазейнам, отрыли небольшую чугунную пушку. Вероятно она тогда, как ров от времени обрушивался, сама упала и засыпалась землёю. Эта пушка и поныне стоит на городище. «Памятная выпись, составленная Белопольским комиссаром Андреем Терентовским в 1774 году о построении города Белополья» хранится в Белопольской градской полиции).

Присоединим к сему, что по грамоте 1704 года при основании черкасского Белополья (в 1681 году) приписаны к Белополью «село Крига в Белопольском посаде, село Ворожба от Белополья 2 версты, деревня Павловка в 5 верстах», но «Путивльцы из тех сёл и деревень высланы и дворы их снесены и крестьяне выведены на реку Снагость».

Как по записке Терентовского, так и по другим памятникам видно, что Белополье и округ его по духовным делам приняты были в ведение патриаршего правления, почему впоследствии они состояли в заведывании московской канцелярии Синодального Правления, а потом севского епископа, к которому перешла часть церквей патриаршей епархии.

В 1702 году по распоряжению Стефана, митрополита рязанского, управлявшего делами патриаршими, учреждено было Белопольское управление духовных дел. Кроме церквей города Белополья подчинены были сему последнему церкви а) Белопольского округа: аа) войсковых свободных поселений – Ворожбы, Климовки, Проруба и Речек, бб) помещичьих сёл черкасских – Искрисковщины, Павловки, Вырей, Ульяновки, Куяновки, б) Путивльского уезда 32 церкви в 25 сёлах, в том числе в Тернах.

По записке Терентовского в Белополье показаны церкви: внутри крепости соборная Рождества Богородицы, Покровская, Архидиакона Стефана и Николаевская; «да на предместье оного города» – Преображенская, Ильинская, Михайловская и Петропавловская, – всего восемь церквей и «все восемь деревянные», но «устроены изрядным манером».

Ныне в Белополье 6 церквей. – Первый соборный храм Рождества Богородицы построен в Белопольской крепости без сомнения никак не позже построения крепости, то есть не позже 1672 года. Церковная опись 1818 года, показывая построение соборной церкви в 1733 году, без сомнения показывает построение той, которая тогда ещё существовала; существование же соборного храма с 1672 года оправдывается уже и тем, что с 1702 года в Белополье существовало духовное Правление, где первым членом был протопоп соборной Белопольской церкви.

Каменный соборный храм основан в 1817 году, а окончен в 1827 году; в нём три престола: главный в честь рождества Пресвятой Богородицы, южный в честь Святителя Николая, а северный в честь Богоявления Господня. На построение сего храма отпущено было, по воле Императора Александра Благословенного, 20000 рублей ассигнациями из городовых доходов; попечителями были о построении его: купец Михаил Кононенков и протоиерей Александр Виноградский. Храм освящён был Преосвященным Виталием, епископом харьковским. При устроении иконостаса и ризницы Кононенков пожертвовал 532 рубля серебром, украсил серебряными ризами иконы – Спасителя и Богоматери, одну на свой счет, употребив до 1000 рублей серебром, другую на счет собранных им пожертвований. Кроме того, устроил на свой счёт чугунный пол во храме. Таким образом ныне соборный Белопольский храм есть один из великолепных и по богатству, и по наружному виду его.

В недавнее время, 19 апреля 1849 года, в Белополье был страшный пожар: целый ураган огня несся прямо с запада на храм; волны огня окружали потом храм с трёх сторон: но храм уцелел; даже сторожка его, покрытая деревом и бывшая от горевших зданий менее чем в 4 саженях, осталась нетронутою огнём. Это было чудо милости Божьей.

По ревизии 1732 года при соборном Белопольском храме показаны школа с двумя учителями и братерский двор.

Метрики Рождество-Богородицкой церкви в Правлении начинаются с 1751 года, а исповедные росписи с 1753 года.

Показанные в записке Терентовского церкви Стефановская и Николаевская упразднены, первая в 1797 году, а вторая 1827 года Стефановская церковь была домовою церковью сотника Степана Куколя. Она стояла близ его дома, целого и теперь, и недавно находившегося во владении внуков его Куколь-Яснопольских, помещиков села Искрисковщины. Утварь и все вещи обеих церквей перенесены в соборный храм. Метрические книги Николаевской церкви в архиве Правления начинаются с 1750 года, а исповедные росписи с 1755 года.

Покровский храм показан в ревизской переписи 1732 года, а с 1750 года начинаются метрики его. В 1819 году она сгорела. – Ныне существующая каменная церковь освящена в 1827 году протоиереем сумского уезда Иоанном Цитовичем. Попечителями при её построении были купцы Григорий Сердюков и Стефан Балаценков. Сердюков много употребил своего при построении иконостаса, который стоил 2800 рублей и на утварь пожертвовал 1500 рублей.

В 1849 году Покровский храм был в большой опасности во время пожара: но под покровом Богоматери остался цел.

В архиве метрические книги начинаются с 1823 года, а исповедные росписи с 1821 года.

При сём храме есть сельское училище, содержимое обществом крестьян.

Первый Преображенский храм на посаде Белополья существовал до 1746 года. Памятник его уже обветшал. Ныне существующая церковь построена, как показывает надпись на южной двери, в 1747 году, а иконостас, по показанию надписи на нём, устроен 1752 года.

В переписи 1732 года видим при Преображенском храме двор церковный, школу и двух священников.

Колокол по надписи вылит в городе Глухове в 1619 году; по описи, он куплен прихожанами, но когда, – неизвестно.

Метрические книги начинаются с 1751 года, а исповедные с 1752 года.

Храм Пророка Илии на посаде, построенный в 1767 году, без сомнения не первый местный храм, потому что метрики Ильинской белопольской церкви начинаются с 1751 года, а исповедные росписи с 1752 года.

Храм 1767 года построен усердием сотника Куколь-Яснопольского. В 1814 году старанием и иждивением церковного старосты Желтобрюхова он поставлен на каменный фундамент и покрыт железом.

Терентовский в 1774 году показывает при Ильинской церкви «школу», где учились грамматике, читать и писать и церковному пению. Эта школа показана и в переписи 1732 года и здесь показаны в ней два учителя.

Ныне существующая церковь Архангела Михаила, деревянная, построена в 1779 году по благословению Кирилла, епископа севского. Место, где стоит эта церковь, и где живут прихожане, называется в народе Старосельем, потому что преимущественно на этом месте селились первые выходцы из-за Днепра; а это показывает, что прежде ныне существующего храма существовал здесь другой. Тоже самое видно и потому, что метрические книги Белопольской Михайловской церкви начинаются с 1750 года, а исповедные с 1753 года.

Петропавловский храм стоит за рекою Крыгою. Первый черкасский храм сего имени построен здесь около 1672 года. Это храм села Крыги, с 1681 года ставшего посадом города Белополья. Так как и тогда, как жили здесь путивльские боярские дети, Крыга называлась селом: то очевидно, что в Крыге был храм и прежде 1670 года. – В ревизской переписи 1732 года на место Петропавловского храма поставлен храм святой Троицы. Первый храм во имя Апостолов Петра и Павла построен Иваном Зарецким, атаманом Зарецких поселенцев Крыги. Память сего строителя почтена памятником, сделанным из дикого камня, который и доселе цел. Нынешний храм построен на новом месте в 1798 году и возобновлён с 1834 года. На возобновление его староста Осип Зарецкий от себя пожертвовал до 300 рублей серебром и собрал подаяний до 2438 рублей серебром.

Метрики храма начинаются с 1751 года, а исповедные росписи – с 1754 года.

По грамоте 1672 года в Белополье при самом основании его было 1352 человека, выходцев из-за Днепра; а в 1686 году по причислению к Белополью сел Крыги и Ворожбы и деревни Павловки считалось 1931 человек – лиц духовных, сотников, казаков и мещан и 3304 свойственников, подпомощников и работников, а всего 5255 человек12 (12 – Грамота 25 января 1704 года). В этом числе, без сомнения, разумеются и прихожане Троицкой церкви Проруба, – слободы, расположенной в 2 верстах от Белополья и получившей своё название от того, что выходцы из-за Днепра должны были для поселения своего прорубать густой лес; здесь ещё и ныне в огородах слободы много есть толстых строевых деревьев.

В царской грамоте 1704 года описывается довольно грозное возмущение, происходившее в Белополье и его окрестностях в 1696 – 1697 годах. В мае 1696 года черкасы сёл Глушца, Карижа, Глушкова, Теткина и Кобылок жаловались Белгородскому воеводе, что тогда, как служили и служат они казаками в сумском полку, Путивльские помещики заключили их в число крестьян своих и обременяют их работами и насилиями. По справке с сумскою полковою канцеляриею оказалось, что действительно 403 человека из тех сёл записаны в реестры казаков и бывали на службе в полку Белгородском. Воевода Борис Петрович определил оставаться им в числе казаков. Путивльские помещики бросились в Москву и там принесли жалобу, что крестьяне их взбунтовались и, перейдя к казакам, производят разные беспорядки. Разряд, не вытребовав сведений от белгородского воеводы, предписал Путивльскому воеводе привести крестьян в повиновение и заводчиков возмущения, одного из 20, наказать плетьми, а остальных – батогами. Путивльский воевода Клокачев, хотя дело шло о черкасах, – считавших себя в числе сумских казаков, не сообщив царского указа сумскому полковнику или Белопольским сотникам, с громадою слуг и помещиков, в 1697 году явился в помянутые сёла и начал производить бессмысленные своеволия и жестокости. Черкасы бросились в Белополье, или кто куда мог уйти: их ловили и били без пощады. Весь край пришёл в грозное волнение. Целые сёла поднялись против сёл; в схватках убито несколько человек. Сумской полковник Кондратьев не знал, как остановить тревогу; он донёс о происходившем белгородскому воеводе и просил наставлений, что ему делать? Борис Петрович Шереметьев приказал, чтобы сам полковник с старшинами и казаками поспешил в Белополье, и, если помещики, явясь в Белополье и его уезды, не предъявят воли царской, то схватить их и представить в Белгород. Клокачев и тогда не объявил указа сотнику Степану Куколю. По жалобам обеих сторон послан был из Москвы Сукачев с наказом для исследования дела на месте; а новый воевода, князь Яков Фёдорович Долгорукий отправил Чугуевского воеводу Астафьева для разбора прав помещиков и казаков и дело кончилось в том виде, в каком признавал его справедливым Долгорукий. Черкасов причислили к сумским казакам, а земли, на которые представлены были документы, отданы были помещикам.

По переписи 1732 года в Белополье: казаков с сотником 497, подпомощников 2122 человека, шинкарей, мельников и работников 154 человека, духовных 29; а всего 2802 души мужских, кроме того в Кухновке, где тогда ещё не было храма, 261 подданый сотника Куколя.

По записке комиссара Терентовского 1714 года показано в Белополье 787 дворов, где «платящих войсковой оклад 3700 душ».

Ныне в числе прихожан: купцов 3 гильдии – 54 мужчины, 43 женщины, мещан и цеховых – 1165 мужчин, 1195 женщин.

Главные предметы торговли: хлеб, соль и лес.

Ярмарки: крещенская, ивановская, воздвиженская и на 4-й неделе великого поста; самая значительная – ивановская. – Оборотного капитала бывает на них 38500 рублей серебром.

По записке Терентовского в 1748 году зима в Белопольском округе была необыкновенно снежна: снег заносил жилья, и на дорогах людей с обозами и скот. Вслед за такою зимою налетели тучи саранчи: «пешая» съедала разный хлеб на корне, а «летучая» пожирала на деревьях листья и в садах овощи. Вследствие того был «не малый голод».

В 1774 году подобное бедствие угрожало для плодовых деревьев: на них весною напали хрущи и ели цвет. Но по распоряжению комиссара хрущи по ночам собраны были народом в кучи и зарыты в глубокие ямы; массы их были так велики, что, по словам комиссара, собрано было более 50 четвертей.

От холеры 1831 года в Белополье умерло всего 112 человек, а в 1848 году – 256 человек. Но страшное бедствие поразило жителей Белополья в 1849 году, когда 19 апреля истреблено пожаром 204 двора и 89 лавок.

ВОРОЖБА

Ворожба, принадлежащая к Белопольскому округу, находится в 2 верстах от Белополья; почему и называется подгородней слободой, а в отличие от другой Ворожбы, Ворожбой Белопольской. Мы уже видели, что черкасская Ворожба образовалась на месте русской в одно время с Белопольем, то есть в 1672 году. Русские, при своём переселении из Ворожбы на устье реки Скагости, конечно вместе с домами перевезли и храм свой. По грамотам 1691 и 1696 годов Ворожба называется селом, и здесь же видим её атамана Фёдора Чернявского.

«Их Царского Пресветлого Величества стольник и полковник сумской Андрей Герасимов.

Всем в обещ и каждому зособна, кому ведать о том належить, а особливе старшине Белопольской, знайдущимся, яко впредь будучим, ознаймуим. Иж за просьбою ворожбянского жителя Фёдора Чернявского, поволили есми владеть ему гайком, о котором в него был спор с сотником белопольским, потому ж сотник упирался в то не належно, хотячи его оттоль витиснуть з злости, который в Белопольском уезде в урочищах, едучи от гребли Григорьевой, на горе против луки Роспустнова, по правой стороне, до Човпилова леса и по лес же Лазаров до Костьева и Хрущова лесков и до Роспустнова луки. А тот гайок он, Чернявский, занял за ведомом нашим, по своей черкасской обычности; а що сотник упирался в том гайок, и в розыске объявилось, же – он упирался напрасно. По его просьбе и, по прислуге его войсковой, наибарзей же яко никому то не в даче, ему, Чернявскому, тем гайком владеть и к пожитку своему уписать поволилисма. В чем для певности письмо се наше с притеснением печати нашей войсковой ему Чернявскому видать рассказали смо. В року ниженастоящем 1691. Августа в 8 день

Вышеписанный стольник и

Полковник сумский».

Таким образом надобно положить, что и первый храм в Белопольской Ворожбе построен около 1676 года.

В церковном архиве сохраняется следующий документ 1739 года.

«Указ Её Императорского Величества Самодержицы Всероссийской из московской Синодального Правления Канцелярии города Белополья духовных дел управителям. По Её Императорского Величества указу и по определению Московского Синодального Правления Канцелярии, а по челобитью сумского полка Белопольской десятины села Ворожбы Покровской церкви попов Петра да Ивана Степановых с приходскими людьми, которые просили о позволении, чтоб в построенной ими на место той Покровской церкви часовне, до построения настоящей церкви, для служения литургии сделать престол и по положению на оный выдать священный антиминс, а о строении настоящей вместо сгоревшей дать указ, велено вам духовным управителем, справясь: ежели в оном селе означенная церковь до сего имелась и сгорела, то вместо той сгоревшей во имя Покрова Пресвятой Богородицы, церковь построить позволить и святыми иконами и прочим подобающим благолепием убрать, как святые правила и уставы позволяют, против других церквей исправно, а в алтаре престол устроить в вышину 6 вершков и с доскою, в длину 1 аршин 8 вершков, в ширину 1 аршин 4 вершка. – Когда же построено и ко освящению изготовлено будет, то о освящении оной церкви и о даче священного антиминса бить челом в Московскую Синодального Правления Канцелярию особливо. А дóндеже настоящая церковь построится, велеть оной часовне быть и для обстоящей нужды часы, утрени и вечерни и молебны, кроме литургии, в ней исправлять позволить. А за то, что тую часовню означенные попы допустили построить без благословения и указа, собою, хотя они и немалому штрафу и наказанию достойны, но оное им за невежество, по снисхождению Синодальной Канцелярии, оставляется. И о том города Белополья духовных дел управителем послать указ, о чем се и посылается; города Белополья духовным управителем о вышеписанном чинить по сему Её Императорского Величества указу.

Герасим, Архимандрит Богоявленский,

Секретарь Алексей Васильев».

Октября 8 1739 года.

По сему указу видно, что а) в Ворожбе существовала Покровская церковь, но сгорела в 1739 году, причем видно и то, что в 1739 году ворожбянский приход был уже так велик, что при ворожбянской церкви были два священника.

Б) Вместо сгоревшего храма священники и прихожане поспешили сами собою построить часовню и просили разрешения, как на построение нового храма, так и на совершение богослужения на престоле часовни с антиминсом. Храм разрешено построить, дозволено совершать до времени и богослужение в часовне, кроме святой литургии. Самовольное же построение часовни в виде церкви прощено «по снисхождению к невежеству». Памятником сей часовни служит каплица, построенная на каменном фундаменте.

В 1769 году согласно с просьбою прихожан разрешено было Севским архипастырем Кириллом обветшавший деревянный храм, перестроить и поставить на каменном фундаменте. Но вместо того, чтобы перестраивать обветшавший храм, прихожане построили каменный храм, который и освящён в 1778 году.

По последнему штату причт получает жалованье третьего класса 366 рублей серебром.

По переписи 1732 года а) в слободе Ворожбе два священника и школа, старшины и казаков 223, подпомощников 436, работников 48, подданых сотника Куколя 106, сотника Скрыцкого 47, сотника Алексея Даценка 17, священника Петра Степанова 9, а всего 896 душ мужских; б) в слободах ворожбянской сотни – в Климовке, где при храме школа, 421 душа мужская, в Прорубе, где при храме гошпиталь, казаков 122, подпомощников и работников 508, подданых Куколя 49, священника Данилова 12, итого 691 душа мужская пприхожан.

За тем число прихожан ворожбянского храма по ведомостям: в 1750 году 1488 душ мужских, 1403 женских, в 1770 году 1629 мужских, 1440 женских, в 1790 году – 1279 мужских, 1292 женских, в 1810 году 1599 мужских, 1623 женских, в 1830 году – 1702 мужских, 1697 женских, в 1850 году 1714 мужских, 1839 женских прихожан.

От холеры 1831 года умерло 15 человек, а в 1848 году до 95 человек. Кроме того в 1845 году в приходе сгорело до 200 дворов, а в 1849 году было три пожара, причинившие также довольно ущерба и бедности прихожанам.

Метрики и исповедные росписи Ворожбянской Покровской церкви в архиве Правления начинаются с 1751 года.

CЕЛО ВЫРИ

На речке Вире в 32 верстах от Сум и в 16 от Белополья.

Земли села Вырей принадлежали стольнику и полковнику Герасиму Кондратьеву, а по нем наследникам той же фамилии; в недавние же времена по родству перешли во владение полковника Николая Зборомирского.

По памятникам прежних храмов прежде ныне существующего храма были в Вырях два храма. Первый был посвящён славе Трёх Святителей – и построен был, по всей вероятности, около 1672 года. Вторый храм – во имя Иоакима и Анны с приделом трёх Святителей сгорел ноября 13, 1732 года. Настоящий храм с тремя престолами, из которых главный во имя всех Святых, южный – во имя Архистратига Михаила, северный – во имя Иоакима и Анны, начал строить в 1738 году полковник Степан Иванов Кондратьев, но окончил помещик Михаил Кондратьев. Иконостах, ризница и утварь – дар храмоздателя Михаила Кондратьева.

Помещик Михаил Кондратьев и в последующее время, по усердию к храму Божьему и к благолепию его, не преставал благотворить храму. Благотворения его, кроме окончания постройки храма и украшения его иконостасом, простираются до 1500 рублей серебром.

Метрики начинаются с 1735 года, а исповедные росписи – с 1739 года. В последних прихожане – подданые черкасы полкового эсаула Ивана Ивановича Кондратьева.

По последнему штату причт Вырейской церкви состоит во 2 классе, с жалованьем 402 рубля серебром.

По переписи 1732 года в селе Вырах сотника Ивана Кондратьева 891 душа мужская, затем было: в 1750 году 1165 мужских, 1075 женских, в 1770 году 1560 мужских, 1555 женских, в 1790 году 1630 мужских, 1620 женских, в 1810 году 1785 мужских, 1762 женские, в 1830 году 2031 мужская, 2145 женских, в 1850 году в двух приходах 2112 душ мужских, 2332 женских души.

СЛОБОДА РЕЧКИ

Получила своё название от трёх речек (Крыги, Мороча и Безъимянной), протекающих посредине её.

В отписке князя Ромодановского можно видеть, что в 1663 году в Речках уже существовал храм, так как сей Белгородский воевода называет Речки селом. поелику же Речки были тогда разграблены Татарами: то едва ли уцелел тогда и храм их. В 1761 году Речанский храм сгорел со всем имуществом – от молнии. Ныне существующий каменный храм основан в 1821 году и освящён в 1832 году. Строителем сего храма был протоиерей Пётр Назарьев, поступивший на место отца своего в 1806 году и ныне ещё служащий храму. Получив доверенность от общества как на ходатайство и построение храма, так и на заготовление материалов и заключение контрактов с мастеровыми, он совершил постройку его с совестью чистою, достойною служителя храма Божьего.

Метрики и исповедные росписи начинаются с 1751 года.

Приход – 2 класса. По переписи 1732 года в Речках старшины и казаков 158, подпомощников 708 душ мужских, школа и сотник Афанасий Иванов Высоцкий. Затем было: в 1750 году 1070 мужских, 1025 женских, в 1770 году 1461 мужская душа, 1447 женских; в 1790 году 1645 мужских, 1672 женских; в 1810 году 2475 мужских, 2563 женских; в 1830 году 2220 мужских, 2303 женских; в 1850 году 2422 мужских, 2589 женских душ.

О древних событиях с черкасами Речек нашлось одно известие. Белгородский воевода писал в Чугуев: «в нынешнем 171 (1663) году марта 4 писал к вам в Белгород из Ахтырки Яков Шишков: писал к нему в Грунь из Гадяча кошевой атаман Иван Ореховский, что около Гадяча Татары села и деревни повоевали и людей побили и в полон поимали, а села Речки совсем взяли и под Гадяч подгоняют; а под Плотавою Татарове стояли многие люди, а в Кременчуке стоит полк Чигиринский; а приход их чают под Государевы Украйны. Белгородского, Яблоновского, Карновского полков солдат выслать к нам в Белгород без мотчания. – А марта 7 писали к нам из городов воеводы и черкасских городов полковники, что однолично Татар 6000 и изменники черкасы с заднепровскими полками пошли под Государевы украинские города войною».

От холеры умерло в Речках в 1831 году 120 человек, а в 1848 году – 65 человек.

Лебединский уезд. I Округ

ГОРОД ЛЕБЕДИН

При речках Ольшанке и Труханке, в 153 вер. от Харькова.

В инструкции сумской городовой ратуши от 2 дек. 1659 г. видим уже не только город Лебедин, но и Лебединский округ. Население его происходило, по всей вероятности, в одно время с населением гор. Сум, т.е. ок.1652 г. Черкасам города Лебедина отведены были весьма обширные дачи земли, так что на этих дачах в последствии образовались не только хутора, но и целые слободы – Бишкин, Бережки, Рябушки, Будняка. Это указывает на то, что первые поселенцы Лебедина явились на берега оз. Лебедина в больших массах. С самого начала своего Лебедин был укрепленным сотенным местечком сумского полка; с 1765 г. был он комисарским городом, а с 1782 г. остается уездным городом. Вот как описывали крепость Лебедина в 1785 г.: «город имеет укрепление: с 3 сторон окружен земляным валом, вышиною от горизонта от 2 до 3 сажень, шириною также от 2 до 3 сажень; по углам 4 батареи; для закрытия же их насыпной земляной вал, вышиною в 1 сажень; въезд в крепость с 4 сторон; от востока и запада протекает речка Ольшанка, которой берег вместе с валом возвышается до 4 сажень; в крепости соборный храм Успения Богородицы еще недостроенный, и храм Преображения Господня».

В 1785 г. в Лебедине было 13 церквей и духовное Правление; ныне остаются церкви: соборная Успенская, Николаевская, Троицкая, Ильинская, Покровская, Георгиевская, Трехсвятительская и Воскресенская.

Первый Успенский храм в крепости построен без сомнения в то самое время, как Лебедин стал городом т.е. около 1652 г. По червленскому акту 1667 г. известен «Лебединской Успенской церкви протопоп Иван». Один из актов, хранящихся в нынешнем соборном храме, данных собору, дан в 1678 году. Кроме того в нынешнем храме сохраняются древние св. вещи, принадлежавшие древнему соборному Успенскому храму: а.) св. крест серебряный, на котором вырезана следующая надпись: «лета 7205(1697г.) февраля в 1 день сей животворящий крест выменян в город Лебедин в соборную церковь Успения Пресв. Богородицы; а промену стал и с позолотою 26 рублей, 15 алтын, весу в нем без подножия 2 фунта и 7 золотников».

Ныне существующая каменная соборная Успенская церковь начата постройкою в 1774 г., и главный престол ее освящен 7 ноября 1797 г. Кроме главного престола в ней два придельные: на правой стороне во имя Рождества Христова, заменивший собою существовавшую до того времени Рождественскую церковь, которой метрики в Ахтырском правлении начинаются с 1742 г. и которая в 1808 г. перенесена на кладбище; а другим придельным престолом заменен Преображенский храм, которого священник Алексей известен по червленскому акту 1667 г., а метрики начинаются с 1742 г.; и который в 1800 г. перенесен в с. Марковку.

Более же других делал для украшения и поддержки церкви протоиерей Михаил Залесский. Он поступил в собор священником в 1810 г. В это время храм был весьма беден, он покрыт был гонтом, но гонт до того худо защищал церковь, что в дожди вода протекала в храм на иконостасы, полы пришли в ветхость; придельные иконостасы стояли неосвященными, не было ни ограды, ни колокольни. Первым делом священника Залесского было ходатайствовать у высшего начальства о вспомоществовании соборному храму, и в 1812 г. высочайше назначено пособие собору в 30000 руб. ассигнациями, каковую сумму велено отпускать из городского сбора. При этом пособии и при других пожертвованиях: а.) храм покрыт железом, и в окна вставлены железные решетки; б.) вокруг церкви сделана каменная ограда; в.) построена каменная колокольня и при ней каменные лавки. Все это окончено до 1842 г.

К древним храмам Лебедина относят существующий храм Свят. Николая. Он построен из колотого, а не распиленного, леса, как видно еще и ныне на стенах храма, хотя он в 1761 г. был перестроен. Первые прихожане его привезли с собою из за Днепра священника Чижевского, который в последствии оканчивал жизнь иноком в Предтеченской пустыни, находившейся между Михайловкою и Межиричом. Колокол Николаевский лит в 1660 г.

Метрики начинаются с 1742 г.

Каменный храм живоначальной Троицы с такою же колокольнею окончен постройкою и освящен в 1831 году.

Эта каменная, довольно величественная, римского стиля, церковь, тремя престолами своими заменила собою три храма, издавна существовавшие в Лебедине: Троицкий, Михайловский и Петропавловский.

Первый Троицкий храм построен был прежде 1667 г., в котором по акту Червленской церкви известен священник ее Андрей.

По тому же акту 1667 г. известен Григорий священник церкви Архангела Михаила.

Первый Петро-Павловский храм вероятно основался ок. 1701 г. во время Петра 1. Метрическая книга Петропавловской церкви 1742 г. ведена была священником Герасимом Ромнецким.

Об этом священнике и об отце его была любопытная переписка Сумской полковой канцелярии с Консисториею.

«Промемория из сумской полковой канцелярии в Консисторию Уго Преосвященства Антония митропол. белгород. и обоянского. Минувшого мая 4 д. сего 1744 г. в донесении из лебединской сотенной ратуши в сумскую полковую канцелярию объявлено: с прошлого 1732 г. написан в лебединской сотне казаком лебединской житель Роман Горелчаник, с которого году и поныне платил казачий оклад. – И оный казак Горелчаник, укрываясь от полковой службы, в прошлом 738 (1746 г.) сына своего Герасима послал в Белгород тайно и происком его тот бывшим Преосвящ. Петром архиепископом в городе Лебедине к Петропавловской церкви посвящен в попа, о чем из сумской полковой канцелярии в Консисторию было сообщено, точию тот казачий сын невзирая на то пострижен в попы. – А по ревизии прошлого 741 г. он Горелчаник написан же казаком и казачий оклад платил с прочими казаками в ряду. А ныне Горелчаник, убегая ее Императорского Величества службы казачей, поехал в Белгород и в Консисторию подал прошение, чтоб ему Горелчанику быть под духовною протекциею надзирателем, чтобы при церквах никто не говорил, или в другое какое церковное послушание, а в светской команде не быть. А по имянному блаж. памяти Государыни Императрицы Анны Иоанновны указу, состоявшемуся 1734 г. июля 31 д. за подписанием ее Величества собственной руки церковных ктиторов определять с свидетельства от полков; а кто, нежелая в службе быть, в священнический и монашеский чин пойдет тайно, у таковых отобрав грунты, отдавать служащим, ежели у них детей в казацкой службе не останется, и оным ктиторам службу и городовую повинность отправлять и судимым быть с причими при полках. Да по всемилостивейшему ее Величества указу, состоявшемуся 1743 г. сент. 28 д. в Высочайшее ее присутствие в Сенате за подписанием ее Величества повелено в слободских полках казаков содержать 5000 человек и по равномерному с прочими слободскими полками росписанию положено в сумском полку 1300 человек, которых за недостатком достойных к тому людей набрать трудно. А Горелчаник имеет довольные казачьи грунта, которые при поселении полка по жалованным грамотам даны для службы, а не для довольствия состоящих в духовном Правлении; да и кроме того имеет достаточные пожитки и торговыя лавки и убегая от службы ее Императорского Величества ищет случая быть в духовном Правлении. – Того ради по указу ее Импер. Величества в сумской полковой канцелярии определено: в Консисторию Его Преосвященства послать промеморию и требовать, чтоб оная благоволила помянутое поданное от казака Горелчаника прошение по силе Именного указа 734 г. июля 31 д. отменить и в действие не производить и для правления ее Императ. Величества казачей службы прислать в сумскую полковую канцелярию: ибо ежели Горелчаник, по его намерениям может исполнить желание свое, то и прочие сумского полка казаки ко отбывательству от службы могут изыскивать таковые же способы, от чего в казачей службе может последовать умаление. Консистория Его Преосвящ. Антония митр. белгор. и обоян. да благоволить сообщить в сумскую полковую канцелярию, что учинено будет. Июн. 6 1744 г.

Полковник Андрей Кондратьев.

Полковой писарь Василий Протопопов.

Заметим при сем, что Герасим Ромнецкий пред посвящением своим в показании своем назвал себя незаписанным ни в какой оклад. После сего просьбы о посвящении избранного прихожанами в священника стали подписывать сотники и по иным просьбам делались сношения с полковою канцеляриею. Между тем до какой степени были разборчивы при посвящении кого-либо во священника, показывает между прочим пример диакона Троицкой церкви Якова Иванова, зятя протоиерея Семена Стефанова. Ему велено было непременно выучить наизусть катехизис и тогда чрез год явиться к посвящению во священника. А он в декабре 737 г. показывал о себе: «родом он Яков малороссиянин, родился Вольновского уезду в с. Семеренках; отец его Иоанн с. Семеренек при Николаевской церкви попом. Чтению и пению изучен он в с. Семеренках при Николаевской церкви в школе дьячком Иваном Алексеевым; взят был по указу в славенолатинския школы и учен в аналогии и инфиме профессором Петром Венсовичем, в грамматике Пелчинским, в синтаксиме, и поэтике Корабановичем, в Харькове в риторике Тапольским два года и по окончании реторики дан ему отпускной патент за рукою префекта помянутого Афанасия Тапольскаго; в учении был семь лет». В священника посвящен он уже в 1741 г.

Церковь св. Пророка Илии первою своею постройкою принадлежит ХYII стол.

Метрики Ильинской церкви за 1742 г. надписаны так: «книга гор. Лебедина церкви Пр. Илии попов Андрея Андреева, да Прокопия Андреева.»

Два же священника сей церкви давали сказку о причетниках в 1748 г., когда писали: «по указу против прежнего быть надлежало священникам двом, дьячку единому и пономарю единому; – а действительных дьячков и пономаря не имеется и не бывало, отправляют должность черкашены по найму прихожан».

По переписи 1732 г. при Ильинском храме школа.

К сей церкви приписана деревянная Вознесенская церковь, по ветхости уничтоженная. Она построена, как видно из описи, в 1692 году.

Метрика за 1742 г. «гор. Лебедина посадской церкви Покрова Пр. Богородицы» самая старая из уцелевших; ведена была двумя священниками.

Храм вмуч. Георгия в первый раз построен в Лебедине вероятно около 1700 г. В 1765 году построена ныне существующая деревянная церковь. В библиотеке храма: октоих М. п. 1727 г. и служебник 1734 г. Метрики начинаются с 1742 года.

По одному делу 1740 г. видно, что Трехсвятительский храм существовал в Лебедине на посаде еще в 1709 г. Метрики сей церкви начинаются с 1742 года. Иконостас нынешнего храма, построенного в 1795 г., обновлен в 1828 г.

Воскресенская деревянная церковь построена старанием священника Григория Шкурского в 1789 г. Но это не первый храм сего имени в Лебедине. Метрики Воскресенской церкви начинаются с 1742 г., и самая первая из уцелевших писана священником Иваном Ивановым Шкуркою; в 1725 г.

Замечателен благочестивый обычай, исстари соблюдающийся Лебединскими церквами: – на озеро Лебедино за 2 версты от города, из храмов с иконами и хоругвями, а граждане с цеховыми значками, выходят для общественного моления, особенно во время бездождия и других бед.

По переписи 1732 г. в г. Лебедине старшины и казаков 672, подпомощников 3022, работников и подданных 308, духовных 135, а всего 1087 душ муж. пола.

В сказках, поданных Лебединскими священниками в 1748 г. приходские дворы делились на два класса – на дворы казачьи и на дворы посполитые; число же показано следующее: при Георгиевской 18 казачьих, 54 посполитых, при Ильинской – 12 и 52, при Николаевской – 11 и 50, при Воскресенской 120 дворов.

Ныне к приходу Воскресенской Лебединской церкви принадлежит сельцо Кудиновка, где был храм св. Троицы, при котором было прихожан в 1750 году 150 муж.,141 жен., в 1770 г. 163 муж. 162 жен., в 1790 г. 172 муж. 202 жен., в 1810 г. 189 муж. 194 жен.

Если бы прихожане лебединских храмов не переходили из Лебедина в другие места, то после 1790 г. по естественному ходу размножения людей, число жителей Лебедина чрез 60 л. возросло бы по крайней мере до 18000 душ обоего пола.

По давнему обычаю в г. бывают четыре ярмарки в году: 1 января, в Вербную неделю, в десятую пятницу по пасхе и 20 сентября: но торг их не обогащает жителей; оборотного капитала бывает на них до 25000 руб. сер.; кроме того бывают торги два раза в неделю.

На пяти красильных заводах красятся шерстяные вязаные кушаки, на сумму 5720 руб. серебром. Кушаки продаются преимущественно в Ромнах и на Коренной ярмарке.

Существующая богадельня содержится на проценты капитала, положенного в банк майором Джунковским; в городской больнице пользуются больные на счет города.

Бедствия недавнего времени открывались в Лебедине в следующем виде: от холеры 1848 года умерло в Успенском приходе – 80 человек; в Николаевском из 728 – 18; в Троицком 103; в Ильинском и Вознесенском из числа 1843 человек – 65; в Георгиевском, где 1287 лиц, 63 человек; в Трехсвятительском из числа 883 – 32; в Покровском из числа 774 – 27; в Воскресенском из 1099 – 80 человек. А всего в Лебедине умерших от холеры было 468 человек. В 1831 г. смертность была менее значительна; тогда во всех приходах умерло от холеры до 240 человек.

Из царской грамоты февраля 21 1695 г. видно, что Лебединские черкасы во время бунта Брюховецкого (в 1666 г.) много пострадали за верность свою царю, вытерпели сильную осаду, во время которой многие умерли от ран, другие лишились всего, быв ограблены на пасеках и хуторах; потому царь жаловал их вместе с прочими казаками сумского полка привилегиями.

В Чугуевской переписке сохранилось следующее любопытное донесение лебединского сотника от 26 сент. 1681 г. «с табора под Бишкиным» (Змиевским) к генералу Касогову.

«По указу великого Государя и по вашему милостливому приказу о построеньи надолоб под Бишкиным (Змиевским) от озера до болота надолобы годно построили и еще звыше того. Една же, добротью нам милостивый и то ознайменуем, же теперь товариство наше, казаки наши сумского полка в запасах оскудали дуже, же на силу в которых есть що и исти. И от такого голода з табора уходят, же не могут и запинати их. В приходе мало казаков. Наступает время зимнее. А они бедные наги и больны и исти нечого и конем корму нет. А из домов прислати нечого за убожством. В прошлом году в нас в Лебедине гневом Божиим посад выгорел и в том пожаре хлебом оскудали дуже. И теперь ту ж стояти на заставе нам стало неможно».

Самым замечательным временем для Лебедина был конец 1708 и начало 1709 г. Около 20 ноября прибыл в Лебедин Великий Петр с войском. Здесь он пробыл до 26 декабря, временно отлучаясь для обозрения войска и мест. По местной памяти, Петр квартировал в доме сотника Татарчука, предка по женскому колену нынешней дворянской фамилии Джунковских; этот двор находился в средине города, на берегу Боровка, вблизи соборной Успенской церкви и бывшей Преображенской церкви; в сей последней, на стене южной, была вырезана и надпись: «1708 г. ноября был в сей церкви Царь Петр и читал апостол». В Лебедине вместе с Петром были полководцы его – Меньшиков и другие. Отсюда гетман Скоропадский разсылал тогда универсалы свои в опровержение универсалов изменника Мазепы. В универсале от 8 декабря, писанном в Лебедине, говорил он между прочим казакам о Карле: «Саксония, Шлионско (Силезия) с ним единоверны суть: однакож целиком от него порабованы (приведены в рабство) и вольности их нарушены, костелы зась римские в Шлионскую на Лютерские обернены и всякия им утиски и неволя учинена.Чегож мы, православные христиане, от него, яко иноверного и иноязычного, з которым а не народ наш, а не границы и малой близкости и склонности немают, ожидати себе может... З того и инного всего может каждый верный сын отчизны Малороссийской видети, иж целый помянутый универсал, альбо пашквиль, Мазепин, наполнен неправды и яду смертоносного,... побуждаючи за згубу нашу, и ж бы – поддались в неволю тяжкую, иноверную, еретницкую, шведскую, альбо теж Лядскую». Петр объявлял в Лебедине прощение раскаявшимся пред ним во временном увлечении на сторону Мазепы. Прежде всех явился к царю Даниил Апостол, полковник Миргородский. Петр оставил за ним чин, полк и имения его. За ним явился генеральный хорунжий Иван Сулима, – потом компанейский полковник Игнатий Галаган и оба приняты были Петром милостиво. Так как Апостолу и Галагану Мазепа, закрывая свои намерения, не раз объявлял условия, на которых он Мазепа готов покорится Царю: то по воле Царя Апостол и гр. Головкин писали из Лебедина к Мазепе о согласии Царя на эти условия, приглашая его и главных его товарищей в Веприк или Лебедин. Мазепа был хитр, чтобы дать поймать себя в сети: но те, которых он дотоле обманывал мнимыми заботами своими о благе Малороссии, также увидели, что не отчизна на душе у него. Конисский в число прощенных Петром включает еще Ивана Максимовича, Дмитрия Горленка, Михайлу Ломиковского, Кандибу. Но вместе с тем указывает в Лебедине на обширную могилу Гетьманцев, как на памятник безчеловечной жестокости кн. Меньшикова. Он говорит, что Меньшиков разными пытками, – батожьями, кнутом, раскаленным железом допытывался у несчастных жертв Мазепина обмана сознания в участии их в деле Мазепы, что кто не выдерживал второй или третьей пытки пытки, того, как виновного, приказывал казнить. Число погребенных Гетьманцев простиралось, по словам его, до 900; впрочем число это, прибавляет он, может быть преувеличено. По местным сведениям, могила Гетьманцев ныне находится в саду одного из прихожан Вознесенской церкви, в 300 саженях от бывшего городского вала; возвышенная насыпь простирается более, чем на 10 саженей в длину и ширину; местами на этой насыпи оказываются провалины и по временам во время построек выкапывались человеческие кости. Нынешнее городское кладбище отведено, как и в других местах, не прежде 1771 года. С 1808 г. стоит на новом кладбище деревянная Христорождественская церковь, перенесенная сюда из города, на возобновление которой Алексей Демьянович и Петр Алексеевич Добросельские, отец и сын, употребили 2500 руб. серебром. Храм на новом месте освящен во имя св. жен Мироносиц. Могила же Гетманцев, по прежнему, стоит вдали от храма.

СЛОБОДА БИШКИН

В 12 верстах от Лебедина, по ведомости 1786 г. в дачах Лебединских черкасов.

В духовном завещании 1678 г. видим уже местечко Бишкин, а в завещании 1710 г. Бишкин не раз прямо называется селом. Посему надпись, сохранившаяся на старом жертвеннике, которая говорит об устроении жертвенника в 1735 г., должна быть принята за указание на то, что в 1735 г. построен был уже второй храм в Бишкине.

Ныне существующая церковь великомученика Димитрия построена в 1753 г.

В 1805 г. устроены новый иконостас и два киота на клиросах. Эту работу производил сумского уезда сл. Низшей Сыроватки житель Андрей Яковлев частью безмездно.

Причт владеет 33 десятин пахатной земли и 12 десятин сенокосной.

По переписи 1732 г. в Бишкине 560 душ муж. 534 жен., школа и богадельня. За тем было: в 1750 г. 628 муж. 582 жен., в 1770 г. 776 муж. 770 жен., в 1790 г. 818 муж. 909 жен., в 1810 г. 910 муж. 960 жен., в 1830 г. 991 муж. 1008 жен., в 1850 г. 957 муж. 1034 жен.

В старшей метрике (1742 г.) показано родившихся 28 муж. 21 жен., умерших 17 муж. 11 жен. пола.

В 1831 г. холера унесла во гроб из прихода 12 душ обоего пола.

В 1848 г. таже болезнь с большею силою обнаружилась в Бишкине: тогда умерло от неё до 128 человек.

БОЛЬШОЙ ИСТОРОП

В 26 верстах от Лебедина, при р. Исторопе и при дороге из Лебедина в Сумы.

Ныне существующий храм св. великомученицы Параскевы, нареченной Пятницы, построен в 1780 г. иждивением помещика Кондратьева. Но храм в Великом Исторопе существовал уже в ХVII столетии. В межевой выписке 1675 г. данной полковнику Герасиму Кондратьеву сказано: «на р. Истороп – двор его полковника Герасима Кондратьева со всяким заводом, да к тому двору село, а в том селе церковь пр. матере нашея Параскевии». Сотник Григорий Кондратьев и ктитор Исторопского храма Петр Кондратьев в мае 1733 г. испрашивали дозволение, соответственно обещанию их, починить обветшавший Пятницкий храм с тем, чтобы устроить в нем придел во имя свят. Николая, и это им дозволено.

Приход страдал от холеры: в 1831 г. похитила она до 40 чел., в 1848 г. до 70 чел.

По переписи 1732 г. в Исторопе 735 душ муж., за тем было в 1750 г. 781 муж. 754 жен., в 1770 г. 878 муж. 841 жен., в 1790 г. 938 муж. 1015 жен., в 1810 г. 1053 муж. 1141 жен., в 1830 г. 977 муж. 1070 жен., в 1850 г. 942 муж. 1064 жен. пола.

В ведомости о владениях 1784 г. показаны между дачами вел. Исторопа владения: хутор Кондратовский (104дес.) вдовой попадьи Мелании Евстафьевой и священника Семена Яковлевича Джунковских; попова долина (41 десятин) – владение священнической жены Елены Ефимовой Антоновой; хутор Головщина (74 десятин населен.) протопопа Ивана, священников Федора и Ивана Ивановых Прокоповичей; хутор Груньской (87 десятин) священников Матвея Александрова Леницкого и Ивана Иванова Прокоповича; хутор Ключинский (20 десятин) попадьи Татьяны Васильевой Крамаренковой.

СЛОБОДА РЯБУШКИ

В 5 верстах от Лебедина.

Первый храм в честь рождества св. славного Пророка Предтечи и Крестителя Господня Иоанна построен здесь в 1770 г. помещиком Иваном Тимофеевичем Красовским. На месте, где ныне стоит слобода Рябушки и самая церковь, так рассказывают старожилы, жил когда-то хутором один только крестьянин по фамилии Рябушка и на всем пространстве, где стоят ныне слобода и церковь, рос огромный дубовый и березовый лес, а внизу по течению реки Ольшаной был луг. Остатки всего этого видны еще и ныне.

Иван Тимофеевич Красовский, живший до 1770 г. в Лебединском уезде в деревне Тимофеевке полюбил местоположение Рябушек, где большая часть леса и земли принадлежала ему, и движимый благочестием, по благословению Преосвященного Самуила, епископа Белгородского и Обоянского, в 1770 г. прежде нежели построил для себя дом, заложил дом Божий, и с того времени постоянно уже жил в Рябушках, куда переселил и часть людей своих. В 1771 г. сентября 11 д. церковь освящена Лебединским протопопом Иоанном Шкурским. Первым священником в ней был Афанасий Яковлев, рукоположенный Преосвященным Самуилом в 1771 г. 4 декабря.

Подцерковная земля 33 десятины, пять колоколов, весь круг церковных книг, в том числе минея за январь месяц издания 1710 г., потир с дискосом, плащаница, подсвечники, лампады, большая часть риз и разных других вещей поступили от Ивана Тимофеевича Красовского. Он так усерден был к св. храму, что ни одного служения не опускал, сам читал и пел на клиросе и подавал кадило; так говорят об нем все старожилы.

За такую благочестивую жизнь, за такое усердное служение св. храму Бог благословил его еще в этой жизни, что особенно видно на детях его. Шесть сыновей его, были воспитаны в страхе Божием, были добрыми слугами Государя и отечества и примерными христианами; преимущественно же благословение Божие почило на среднем из них.

Пять сыновей Ивана Тимофеевича воспитывались в кадетских корпусах, а средний Афанасий Иванович учился читать и писать в Рябушках у пономарки Февронии Ивановой Ушинской, и прямо от неё, 16 лет, поступил в военную службу, где заслугами своими стяжал себе славу героя, Почти 50 лет он украшал собою воинское звание и ровно 30 лет носил и украшал звание генерала; в 23 сражениях он посредственно или непосредственно был предводителем к победам и славе. Смерть его постигла в г. Киеве 1843 г. командиром 1-го пехотного корпуса в чине генерал-адъютанта и генерала от инфантерии. Св. храм сей, построенный отцом его, неоднократно видел его смиренно молящегося Богу всемогущему. В 1813 г. в чине генерал-майора, он прислал в церковь серебряные ризы для местных образов, в коих весу двадцать два фунта, а в 1818 г. сам привез на белом атласе плащаницу.

В приходе, состоящем по штату в 3 классе, было: в 1770 г. 1065 муж., 1075 жен., в 1790 г. 1106 муж., 1125 жен., в 1800 г. 1292 муж., 1350 жен., в 1810 г. 1431 муж., 1600 жен., в 1830 г., 1685 муж., 1738 жен., в 1840 г. 1763 муж., 1774 жен.

В 1831 г. карающая десница Вышнего посещала слободу Рябушки: но из числа 3423 лиц умерло только 33 человека; замечательнее всего было то, что в деревне Ольшаной сего прихода, где жили тогда во всяком довольстве и изобилии, из числа 133 душ умерло 15 человек. В 1848 г. умерло от холеры 170 человек.

Метрики прихода начинаются с 1772 г., а исповедные росписи – с 1782 г.­

II Округ Алешинский

Заключает в себе частью старые казацкие, частью новые черкасские поселения. К первым относятся Алешня, Бобрик, Будылка, Боровенька, где после 1646 г. поселены бы

ГОРОД АЛЕШНЯ

В 25 верстах от Лебедина и в 14 от Ахтырки.

В архиве алешинской Преображенской церкви сохранился список со строенной грамоты от 20 ноября 1649 года. Помещаем ее прежде всего.

«Лета 1758 ноября в 20 день по Государеву Цареву и Великого Князя Алексея Михайловича всея Руси указу, стольник и воевода князь Роман Никитич Борятинский дал выпись с строенных книг соборному Преображенскому Алешенскому попу Феодору Борисову и диакону и всем церковным причетникам, на дворы и огородные и гуменные места и в поле на пашню и на степные покосы и на всякие угодья. Ниже городового моста, – подле реки Олешни, по левую сторону с огородом литовского строения попа Феодора Борисова, диакона Семена Иванова, по дворовому месту, пустых земель церковным причетником дьячку и пономарю и просфорнице. Смежна с сынами боярскими с Григорием Кузьминым, да с казаком Гаврилком Головачевым. Длина тем их дворовым местом по осьми сажень, поперек по шести сажень. За рекою Олешнею, ниже города от Олешни вверх по колодезю по Буймеру по левую сторону, от устья колодезя Буймера на гору по Олешне до устья крутого верха, с устья верха от реки от Олешни на гору прямо к лесу через большую Буймерскую дорогу; под лесом на дубу грань; от того дуба к реке Олешне на дубу грань же. К колодезю Буймеру церковная соборная земля пахотной пашни доброй земли, попу Феодору Борисову – двадцать четвертей в поле, да в дву по тому ж, диакону пятнадцать четвертей, дьячку и пономарю и просфирнице по осьми четвертей в поле, да в дву по тому ж. Степных покосов попу и диакону и всем церковным причетникам в тех же урочищах вверх по колодезю Буймеру по левой стороне и берег колодезя Буймера и реки Олешни против земляной дачи в полы. Да соборному ж попу Феодору и диакону и всем церковным причетникам для дровяного и хоромного леса и всякого угодья въезжать в большой Буймерский лес. Против церковной земляной соборной дачи, ниже города, подле речки Олеши, смежно с прудником с Иваном Миргородом под огороды и под гумянники порожние места попу и диакону и причетникам церковным; длину попу Феодору гумяннику двадцать сажень, поперек пятнадцать сажень; диакону двадцать же сажень, поперек пятнадцать сажень; дьячку и пономарю и просфирнице длины пятнадцать сажень, поперек по десяти сажень. И попу Феодору и диакону Семену и всем причетникам церковными дворами и усадебными пустыми местами и огородами и гумянники и пашнею и степокосные покосы и берегом и лесом и всякими угодьями, по сей выписи владеть. К сей выписи стольник и воевода князь Роман Никитич Борятинский печать и руку свою приложил».

На обороте столбца: “к сей выписи князь Роман Борятинский руку приложил”.

Сперва остановимся на словах грамоты, указывающих на поселение Алешни. Боярские дети – несомненный знак, что в 1649 г. в Алешне жили люди московской службы и московского происхождения. Но слова “ниже городового моста подле р. Олешни, по левую сторону с огородом литовского строения”, во всяком случае указывают на литовскую власть, на литовские распоряжения, предшествовавшие в Алешне московской власти. И точно, не далее, как за 4 года до 1649 г., Алешня была еще литовским городом. По отпискам Хотмыжского воеводы князя Белосельского в Белгород 8 января 1645 года Ольшанской – порубежный литовский городок – литовскими людьми выдерживает бой против татарской партии. По его же отписке от 28 января послан был нарочный “в Литовскую сторону в порубежный город Алешню для подлинного ведома о татарах, и января 27 от алешенского урядника Яна Козловского подан лист”. В начале мая “в Лосицкий острог из литовской стороны из Ольшанского городка” тот же урядник Ян Козловский опять прислал письменное известие о татарах. В июне тот же воевода князь Белосельский писал в Белгород: “июня 22 прибыл с вольной из литовской стороны казак Федька Гнилокоз и сказал, что “сказывал ему в литовском городке Алешне мещанин Ивашка, что князь Еремей Вишневецкий хочет идти войною под Путивль большим собраньем и хочет прийти изгоном, а с ним Вишневецким многие люди и в Новгороде Северском гайдуки в сборе”. А тот мещанин убоялся литовских людей, ему прозвища своего не сказал; а он де, Ивашка, подлинно ведает, что князю Вишневецкому идти под Путивль большим собраньем и взять Путивль изгоном и засесть. А межевые литовские судьи его Вишневецкого трижды ворочали, чтоб под Путивль не ходил. И он им сказал: “Хотя горлом орать, а на своем поставить, Путивль взять и засесть”. А сказывал тот мещанин ему Федьке, “помнячи православную христианскую веру, потому что он христианин, взять мал в полон; а слышал он про то у самих панов”. По отписке от 3 октября сотник лосицкого острога посылал казаков для вестей в Ольшанской и 2 октября узнали они от слуги державца Яна Козловского, что князь Вишневецкий с 15000 войска и с пушками отправился 30 сентября под Путивль и на возвратном пути оттуда намерен выгнать русских из Литовского острога. Таким образом, нет сомнения, что Ольшанской, Алешня, в 1645 году был литовским городом, и слова московской грамоты “огородь литовского строенья” – сами по себе не совсем ясные, при чугуевской переписке получают точный смысл, – означая городовое укрепление литовской постройки. В постановлении о границах 1647 года читаем: возвратить России “Городище Олешанское на речке Ольшане, а на нем два острога, с землями и с лесами, и с водами, и с мельницами, и со всякими угодьями”. Царскою грамотою от 2 июня 1652 года починить “в Олешне острог, – а башни перевесть из черкасского острожку”. Принимая после сего во внимание, что Алешня стоит на границе Полтавской губернии, или, что тоже, на границе поселения казаков левой стороны Днепра, не можем сомневаться, что Алешня литовская была населена казаками и державец Ян Козловский, представитель польской власти в Алешне, был такой же поляк, как и князь Вишневецкий – недостойный потомок равноапостольного Владимира. В уплату Вишневецкому за нападение его на Путивль Царь велел взять на себя Алешню с Бобриком и каменным пригородом. И Польша должна была уступить. Царь Алексей, для большей безопасности московской власти, прислал в Алешню и в Каменный боярских детей, которым за службу царю раздавались земли в округах Алешенском и Каменном. Естественно, что масса черкасов, как оставшихся после литовской власти, так и вновь прибывших в уезды Алешенский и Каменский, в последствии превозмогла здесь русское поселение, особенно когда многие алешанские боярские дети продали свои земли сперва полковнику Перекрестову, потом и другим, а затем разошлись, кто куда хотел.

Царь Алексей Михайлович построил для поселенных в Алешне боярских детей соборный Преображенский храм. Грамота 1649 года ясно говорит, что в этом году были уже священник и дьякон, но другие причетники еще не названы по имени. Видно также, что как состоящим на лицо священнику и дьякону, так и другим членам, только теперь отводится земля пахотная, сенокосная и огородная. Священник и дьякон имеют, как видно, дворовые места, но для дворовых мест прочим членам отводится земля дикая. Но все это относится только к московскому алешанскому собору: в литовское же время, без сомнения, был храм в Алешне еще прежде 1638 года.

Ныне существующая Преображенская церковь построена в 1780 году старанием священника Иосифа Бобина и избранных на то лиц от прихода. Ахтырское духовное Правление в 1776 году выдавало “книгу на постройку новой церкви пригородка Алешни соборной Преображенской” и именно на имя священника и “старост Осипа Роспопина и Семена Бакранева”.

Старанием того же священника Иосифа Бобина, который по наследству владел населенными землями, храм покрыт железом.

Причт храма владеет 137 десятинами земли.

Другой храм в Алешне посвящен Покрову Пресвятой Богородицы. Первоначально он был основан черкасами. В Ахтырских крепостных актах к одной духовной записи 1706 года “Алешанский Покровский викарий поп Иван Федоров руку приложил”; в акте 1712 года “гор. Алешни Покровский поп Василий Петров” подписался “вместо алешанских казаков”; по акту 1715 года “я, поп Василий Петров,... долину свою сенокосную, а на долине распашное поле, которая долина зостает за рекою Грунькою, что прозывается Лавренева Медведка, – продалем сотникови алешанскому Степану Ефимовичу”.

Нынешний Покровский храм деревянный построен в 1771 году.

Каждый год февраля 10 Алешанцы собираются на площади с крестным ходом их двух нынешних храмов своих. Здесь совершается панихида за убитых на сем самом месте во время осады шведов в 1709 году. Здесь была некогда Алешанская крепость, следы коей видны ещё поныне. Февраля 10 было днём осады и разорения крепости, а вместе днем славной смерти защитников её. Каждый согласится, что панихида Алешенцев – лучший памятник великому подвигу предков, лучшая дань благодарных сердец христолюбивым воинам, побитым на брани. Алешенская битва происходила на другой день, после городненского сражения, в котором шведы разбиты были на голову, и сам король едва не попал в плен. Без сомнения против Алешни действовали отряды 2 корпуса, оставленного Карлом у Ахтырки, чтобы обмануть Меньшикова на счет своих намерений. Сам король не мог из Городны на другой день поспеть в Алешню. Ригельман говорит, что после городненской битвы «король сжег многие места, сёла и деревни». По другим сведениям сожжены были: Опошня, Котельва, Алешня и несколько других мест. 1722 года января 1 дня Алешенец Григорий Михайлов Звятик, с ведома отца своего, закладывая своё поместье под г. Алешнею Алешенцу Савве Харитонову в обеспечение занятых в 1710 году денег, одного рубля, пишет: «в прошлом 1710 году занял я, Григорий, у него денег рубль, ради скудости своей и построения сожжённого нашего дома от разорения Шведского».

Холера похитила в Алешне в 1831 году 124 человека, в 1847 году 80 человек и в 1848 году до 220 человек.

По межевой ведомомости 1786 года в Алешне показано 1166 муж., 1265 жен. Войсковых обывателей, при 5956 десятинах земли; в Преображенском приходе 789 душ муж., 622 жен. однодворцев, 66 муж., 61жен однодворческих крестьян и 47 муж., 40 жен. подданых черкасов, всего 902 души муж, 723 жен.; за однодворцами показывалось 996 десятин земли: так было вследствие того, что многие боярские дети алешенской службы продали свои участки панам и казакам и сами разошлись в разные стороны.

По ведомости 1719 года в городе Алешне показано 204 двора. Остаток давности – три ярмарки: июля 27, сентября 6 и декабря 4.

В 4 верстах от Алешни находится местечко Комаровка, чрез которое прежде шла большая дорога из Ахтырки в Лебедин. Здесь был Богородичный храм, при котором было прихожан в 1770 году 144 муж., 127 жен. пола, в 1790 270 муж, 244 жен., в 1800 году 226 муж., 227 жен. пола. Храм закрыт и прихожане причислены к Преображенской церкви города Алешни. Ещё был храм в Ландратовке, – храм Богородичный, при котором в 1770 году было прихожан 211 муж., 216 жен.

СЕЛО ЧУПАХОВКА

На правом берегу реки Груньки и образуемого ею озера.

На левом берегу реки Груньки, насупротив черкасской Чупаховки, поныне живут, но не в большом числе, и уже много потерявшие из своего характера, вольные крестьяне. Это потомки боярских детей, которые высланы были сюда для царской службы на границе литовской. Их храмом был храм Воздвижения Креста Господня, почему и слобода их называлась Воздвиженской.

В 1712 году черкасы Феодор Кашеба и Тимофей Ермоленко с товарищами писали в своей просьбе к Преосвященному: «пришли мы, и в слободе Воздвиженской вновь построились, всего дворов с 200, а церкви Божьей и священника у нас нет. И ныне обещались мы построить церковь во имя Казанской Богородицы». На благое предприятие просили и получили они архипастырское благословение.

Ныне существующий Казанский храм построен 1762 года генералом Александром Неплюевым, а храм Креста пред тем закрыт был по ветхости.

О храмовой Казанской иконе Божьей Матери, на которую помещица Неплюева устроила серебряную вызлащенную ризу, сохраняется предание, будто тогда, как в Москве устоялась на неё шата, что было во время моровой язвы, в том доме, где стояла икона, и в соседних местах, язва не оказывала губительного своего действия.

Приход страдал от холеры, которая в 1831 году похитила 76 человек, в 1848 году 53 человека.

В 1802 году умер прихожанин Даниил Олейник 110 лет.

Об уменьшении прихожан Чупаховки вот что писала Ахтырская полковница Наталья Лесевицкая в просьбе своей от 10 сентября 1738 года к архиепископу Петру:

«Алешенского уезда слободы Чупаховки подданства сумского полкового обозного Герасима Надаржинского поп Иоанн в 1724 году посвящён к церкви Воздвижения честного Креста; по сей 1738 священствовал и доходами с той парохии користовался обще с тестем своим тамошним попом Никифором Емельяновым. А сего 1738 года той слободы Чупаховки подданые многим числом разошлись в рознь и за расходом токмо осталось партикулярных 18 дворов… Потому поп Иоанн являлся в Ахтырке, просил мене, чтоб его, яко нечим ему кормиться, принять в крестовые, почему на учинённом контракте и принять». За тем просить утвердить священника Иоанна в звании крестового, с тем, чтобы он по распоряжению Ахтырского протоиерея помогал и прочим Ахтырским священникам, особенно же в Успенском соборе. Это и утверждено.

БОБРИК

На реке Бобрике, в 18 верстах от Лебедина.

По Чугуевской переписке 1645 года называется литовским местечком, также как Алешня. Хотмыжанин, возвратившийся «из литовского городка Олешанского» (Алешни) доносит своему воеводе: «был он в порубежном литовском городке Ольшанском, и при нём января 8 приходили под Олешанский город и под Бобрик Татарове человек 250 и у Литовских людей с теми Татарами был бой». По выписке о размежевании границ между Россиею и Польшею 1647 года видно, что Бобрик был тогда очень значительным местечком, так что в нём было два острога или крепости: «против каменной слободы на речке на Бобрику два острога». В акте размежевания границ 1647 года сказано: «а город Бобрик в стороне Царского Величества», то есть вследствие последнего договора передаётся московскому царю.

Нет сомнения, что и тогда, как Бобрик был литовским городом, в нём был православный храм, если только не два: здесь посреди казаков не так удобно было распоряжаться иезуитам, как это было, например, в Белоруссии и около Вильны. По передаче Бобрика царю, Бобрик с его обывателями поступил в заведывание русского Каменского начальника. Самая старая Бобрицкая метрика, какая только дошла до нас, именно 1742 года, надписана так: «Лебединской протопопии Каменского уезда села Бобрика церкви Святой Троицы попа Гаврила Миронова». По делу 1748 года видно, что сей Бобрицкий священник посвящён в 1711 году. Впрочем, заметно, что число жителей уменьшилось в Бобрике против литовского времени. По ведомостям видно следующее число прихожан Бобрицкой церкви: в 1730 году 394 муж., 390 жен., в 1750 году 418 муж., 402 жен., в 1770 году 426 муж., 415 жен., в 1790 году 451 муж., 481 жен., в 1810 году 475 муж., 490 жен., в 1830 году 535 муж., 573 жен., в 1850 году 514 муж., 562 жен. души.

БУДЫЛКА и БОРОВЕНЬКА

Первая на ручье Будилке, в 10 верстах от Лебедина, вторая в 13 верстах на речке Боровеньке.

«Деревня Буделовка» принята в ведение московского царя от Польши по мирному постановлению в 1647 году. Итак это старинное черкасское поселение: но до 1647 года ещё без храма. Первый храм Рождества Богородицы в Будылке освящён вероятно около 1660 года.

В 1686 году полковник Перекрестов купил у боярских детей Каменской службы землю «села Боровеньки в гору от Кукуева городища вверх по Боровому колодезю. Следовательно, в 1686 году был уже здесь храм, который по метрикам 1742 года называется храмом Святого Николая. Замечательно, что Консистория, предписывая в 1781 году освятить поныне существующий храм в Будылке, предписывала употребить дерево старого храма на построение школы, за исключением алтарного леса, который предписывалось сжечь на берегу реки и пепел бросить в воду.

В 5 верстах от Боровеньки находится местечко Селище, где был храм Креста Господня, которого метрики начинаются с 1742 года; храм недавно закрыт и прихожане его причислены частью к Боровеньской, частью к Будыльской церкви.

Нет сомнения, что это – то самое место, которое по старинным бумагам называется Кукуевым городищем, то есть местом, где жили некогда ковуи Черниговского княжества, о которых скажем в другом месте.

Боровеньский причт владеет 68 десятинами земли, а Будыльский – 49? десятин.

Метрики Боровеньского и Будыльского приходов начинаются с 1742 года.

По переписи 1732 года в Будыльках 342 души казаков и подпомощников, подданных 206 душ муж., в Селище 88 душ муж., в Боровеньках 76 душ муж. пола.

СЕЛО МАРТЫНОВКА

При реке Алешне, в 18 верстах от Лебедина.

Большая часть земель Мартыновки, как и села Ясенового, приобретена была покупкой у боярских детей алешанской службы полковником Перекрестовым в 1685 году и им же заселена, тогда как остальная часть занята была казаками черкасами Ахтырского полка. Но в 1704 году у несчастного Перекрестова отобраны были имения, и Мартыновка вместе с Ясеновым отдана была князю Меньшикову, а потом князю Юсупову.

Николаевский храм села Мартыновки, известный по надписи 1708 года, по всей вероятности, был первым храмом Мартыновки. Ныне существующий храм построен был в 1817 году, но очень неудачно; – года через два уже открылись в нём порча и течь; священник Александр Попов (с 1819 года) два раза просил письмами князя Юсупова, проживавшего в Москве, просил и прихожан подать пособия для починки храма. По второму письму помещик Юсупов в 1831 году подарил экономического хлеба 200 четвертей с тем, чтобы продать хлеб и деньги употребить на починку храма. Хлеб был продан за 2200 рублей ассигнациями, и деньги употреблены по назначению их; сверх того по просьбе священника приказчик князя Юсупова Николай Скляренко по усердию своему к храму пожертвовал 400 рублей ассигнациями. Таким образом в 1832 году храм подкреплён каменным фундаментом, покрыт железною крышею, шары и кресты вызолочены.

Достойны памяти следующие события: а) 1756 года октября 14 дня, в полдень, среди ясного дня, жители Мартыновки услышали гул и треск в облаках; за тем упал с неба среди селения треугольный камень, вошедший на аршин в землю; он тогда же выкопан был из земли очевидцами падения и взят был священником в храм; а вскоре отослали его в Ахтырское духовное Правление, о чём ныне удостоверяют прихожане Григорий Перепелица, Николай Шостак и Даниил Кривцун. В память сего события, столько устрашившего прихожан, и по сие время в 14 день октября совершается благодарное празднование.

б) В 1821 году совершилась милость Божья над прихожанами, крестьянами Пименом и Фёклой Лукьяновыми, кои одержимы были беснованием; по отправлении в церкви молебнов и по прочтении молитв, установленных святыми отцами, над главами их, они исцелены благодатью Божьею и до сего времени находятся в полном смысле и здравии.

в) В 1831 году от холеры умерло 42 человека, в 1848 году 26 человек.

Число прихожан: в 1730 году 524 муж., 510 жен., в 1750 году 558 муж., 540 жен., в 1770 году 591 муж., 561 жен., в 1790 году 753 муж., 749 жен., в 1800 году 669 муж., 704 жен., в 1810 году 780 муж., 795 жен., в 1830 году 816 муж., 868 жен., в 1850 году 651 муж., 713 жен., в том числе казённых 236 муж., 228 жен.

III Округ Межиреческий

Заключает в себе частью черкасские, частью русские, или дочеркасские поселения; к последним относятся города Каменный, Курган, Пристайлово, Боровое.

МЕЖИРИЧ

Бывший город, ныне слобода, в 22 верстах от Лебедина, на дороге из Гадяча в Сумы; название своё получил от того, что лежит между рек и гор: на юге его – река Псел, на востоке река Ольшанка, на севере – горы. При такой местности, естественно, что преследуемые униею казаки рано поселились здесь; – а чтобы ещё более обезопасить себя, устроили своими руками крепость. Вот как описывали Межиричь в 1784 году. «В той слободе насыпной земляной вал, сделанный с 1642 года, вышиною от горизонта в 2 сажени, шириною в заложении на 4 сажени; с одной стороны сухой ров, глубиною в 2, шириною в 4 сажени; с другой стороны на высокой горе стоит старинный земляной замок, вышиною в 1 сажень, а вокруг его обведён сухой ров, глубиною в сажень, шириною в 2 сажени; в нём не имеется никакого строения». До 1642 года здесь было Городецкое городище. Слобода Межиричь до 1765 года была сотенным местечком сумского полка, – а с 1765 года до 1781 года Комиссарским городком. По делам видно, что здесь было и духовное Правление.

В плане Межерича, выданном 1777 года июля 27 дня, в Межириче показано 8 церквей: соборная Успенская, Николаевская и Троицкая внутри вала городского; за валом – Покровская, Крестовоздвиженская, Архангельская, Преображенская и Воскресенская.

Церкви Николаевская, Троицкая, Воскресенская и Михайловская давно упразднены; ныне существуют: Успенская, Покровская, Преображенская и Крестовоздвиженская.

Первый соборный Успенский храм построен был в Межириче в одно время с крепостью.

Каменный храм Успения Богоматери – плод благочестивой памяти о родных киевского архимандрита Луки Белоусова, который был родом из Межирича, сын мещанина Ивана Белоусова, жившего в приходе Успенской церкви. В 1759 году по благословению преосвященного Иоасафа Миткевича, архимандрит сам положил основание храму; это было 15 августа; в основание храму положены архимандритом частицы святых мощей – Симона, епископа Суздальского, Иоанна многострадального, священномучеников Кукши и Лукиана, преподобного Моисея Угрина, Феодора, Василия, Пимена, Тита пресвитера и Луки эконома. Архимандрит из самого Киева доставлял материалы для храма: но смерть не допустила его окончить построение храма. Постройка храма окончена в 1775 году на пожертвования других лиц, преимущественно же полкового судьи Ивана Степановича Пустовойтова и надворного советника Феодосия Козьмича Яцына. Содействовавший архимандриту в построении храма заботами о материалах и прочности строения дворянин Николай Пестриченко, по просьбе архимандрита, посвящён был во священника Успенского храма. Его попечением устроен придел во имя святого Евангелиста Иоанна Богослова, об освящении коего подавал он в 1775 году прошение в межерическое духовное Правление; придел освящён управителем межирического духовного правления протоиереем Димитрием Кремновским.

Много красоты придаёт сему храму самая местность, – храм стоит на взгорье, около его сады.

Преображенская деревянная церковь, писали прихожане её в 1741 году, «построена тому лет 70»; следовательно около 1670 года.

Нынешний храм, освящённый в 1760 году, возобновлён в 1828 году попечением священника Феодора Туранского; на что употреблено до 1300 рублей серебром.

По переписи 1732 года при Преображенском храме школа и шпиталь.

В 1721 году по просьбе прихожан посвящён к Крестовоздвиженской церкви на место умершего в 1719 году священника Гавриила, зять его дьячок Назарий Антонов. Потому, очевидно, что храм Креста существовал в Межириче прежде 1700 года. По переписи 1732 года при храме святого Креста два священника и школа.

Нынешние старожилы Межирича твёрдо помнят, что отцы и деды их хаживали вооружённые на раскинутые в степях курганы для поисков над татарами. Помнят рассказы стариков, что межиричские казаки участвовали в войне Петра Великого с Карлом XII. Более же точных и подробных сведений о давних временах Межирича не отыскано.

Посещения Божьи нового времени: холера 1848 года похитила в четырёх приходах межиричских 226 человек; а в 1831 году было умерших от неё до 100 человек.

По переписи 1732 года в Межириче: – старшины 28 человек, казаков 494, подпомощников 1744, работников и подданных 335, духовных 65, а всего 2669 душ мужского пола.

Способы жизни у межиричских казённых поселян, кроме хлебопашества, торговля и довольно значительная: в Межириче есть торговые лавки, где продаются мелочные товары; торг бывает по понедельникам и пятницам, и кроме того 3 годовых ярмарки – августа 15, декабря 6 и в девятую пятницу по пасхе.

ВОРОЖБА

По обе стороны речки Ворожбы, в 22 верстах от Лебедина, – в отличие другой Ворожбы называющаяся Сумскою. Она населилась без сомнения в одно время с Сумами. В 1659 году сумская ратуша, в следствие царской воли, уже выселила, как из Сум до 197 семей, так из Ворожбы до 76 семей для составления слободы нижней Сыроваты.

При такой древности Ворожбы нет сомнения, что первый храм в Ворожбе построен около 1650 года. В 1736 году воспитанник богословия Пётр Авдеев Галич в просьбе своей о предоставлении ему священнического места в Ворожбе, писал: «Сумской протопопии в селе Ворожбе в церкви Николая чудотворца отец его служил многие годы да с ним племянник его родной в товарищах поп Василий, и в прошлом 1734 году отец его Авдей волею Божьею умре». По этой просьбе видно как то, что древний храм в Сумской Ворожбе посвящён был имени Святого Николая, так и то, что храм сей существовал ещё в XVII столетии.

На брусе нынешнего храма, бывшем в прежнем храме над западною церковною дверью, читается надпись: «Во имя Отца и Сына и Святого Духа создася храм сей Покрова Пресвятой Богородицы и Святителя Христова чудотворца Николая при благочестивейшей великой Государыне Елизавете Петровне». Окончания не достаёт. Между тем по делам сумского Правления видно, что в 1752 году предписывалось освятить новый храм в Сумской Ворожбе во имя Покрова Богородицы с приделом Святого Николая.

Нынешний деревянный храм, с тремя престолами, может быть признан лучшим из деревянных храмов епархии. Он очень величествен. О построении его сохранился любопытный документ. В 1769 году священник, староста и прихожане заключили с сумским плотником контракт о построении нового храма с двумя приделами; контрактом предоставлено мастеру употребить старый храм при постройке нового. По описи видно, что в дополнение к материалу старой церкви сосновый лес пожертвован хорунжим Игнатием Никитенком; храм начали строить с весны 1770 года и, вероятно, в том же году он окончен и освящён во имя Преображения Господня, Покрова Богородицы и Святого Николая.

По переписи 1732 года в Сумской Ворожбе старшины и казаков 313, подпомощников 1085, подданных обозного Романова 96, других 16, школа с 4 наставниками и шпиталь, 32 духовных, всего 2270 душ мужского пола. По той же переписи подданные судьи Ивана Романова как в Ворожбе (10 душ мужских), так в селе Гринцоце (374 души мужских и при храме школа) и в селе Голубовке (361 душа мужская со школой) поселены на земле купленной «лет тому с 50», следовательно в 1682 году.

По ведомостям в Ворожбе в 1750 году 1160 муж., 1138 жен., в 1770 году 1198 муж., 1190 жен., в 1790 году 1249 муж., 1305 жен., в 1810 году 2262 муж., 2458 жен., в 1830 году 2508 муж., 2627 жен., в 1850 году 2459 муж., 2474 жен. пола.

От холеры умерло в 1831 году 87 человек, в 1848 году – 420 человек.

В Ворожбе и вблизи Ворожбы замечательны две местности: а) в Ворожбе одна улица, отдельная от самой слободы и расположенная на обрывистой горе, издавна называется городищем. Потому ли называется она так, что здесь был городок первых черкасов Ворожбы, или здесь же было укрепление ещё прежде того, во времена незапамятные, не известно. б) в 4 верстах от Ворожбы, в лесных дачах, называемых горами, в даче принадлежащей г. Момотовым и вблизи луговых дач ворожбянских казаков, есть урочище, называемое городок. Это круглая гора, с южной стороны утесистая, как скала, а с трёх других сторон окружённая холмами. Ныне она покрыта густым полустроевым лесом. Открытая сторона обращена на юг, и отсюда – прекрасный вид на значительную даль. Высота горы простирается до 40 саженей. Внутреннее пространство городка заключает не менее 3 десятин земли. На севере и западе плоскости идёт вал, поныне в вышину 2 аршин и в ширину 3 аршин; на середине плоскости, там и здесь, разбросаны насыпи, от которых прямо на юг, к лугу, был тайный выход, следы коего заметны поныне; в самом вале была, говорят, пещера, ныне засыпанная землёю. Народ по преданию говорит, что здесь живали шайки разбойников. Это вероятно: но несомненно и то, что гораздо прежде того живали здесь добрые люди, верные защитники отечества.

МИХАЙЛОВКА

На правом берегу реки Псла в 9 верстах от Лебедина, весьма замечательная и по красоте местности и по историческим воспоминаниям и по нынешнему храму.

Местность Михайловки – прелестная. Смотря с хребта гор, под которыми расположена Михайловка, вы видите амфитеатр гор и при подошве их долину, покрытую бархатною зеленью лугов: вблизи хребтов лентою вьётся Псёл, который, орошая в весеннее время долину водою, оплодотворяет её роскошною растительностью.

Михайловка носит на себе имя знаменитого храбростью и несчастиями племянника Самойловичева, гадяцкого полковника Михаила Васильевича. – «1675 года дано лебединскому жителю Михаилу Васильеву поместье в Лебединском уезде из дикого поля на реке Псле в урочище Бесищеве, до речки Груньки и за речку Груньку, и дуброву от реки Псла и по реке Пслу, от города Междуречья в поляне, ниже большого кургана». В 1680 году присоединено к тому ещё несколько соседних участков, как то земля лебединских пушкарей с населёнными черкасами, поныне известная под именем Пушкаревки, земля «от Азакова городища по азацкую вершину», на 5 вёрст в длину и ширину, «до Ромодановского шляху и Ромодановским шляхом до дачи межерицких черкас», наконец на реке Псле место для мельницы; – Михаил Васильевич «новоприхожих людей из-за-Днепра призвав населил село Михайловское». Так говорит царская грамота от 16 марта 1681 года, которую село Михайловка дано было гадяцкому полковнику в отчину. За тем хозяин и воин приобрёл покупкою несколько участков, между прочим у Алешанцев леса и луга по Сагайдачному шляху до Частых курганов, и Михайловка с новыми, купленными, землями царскою грамотою от 5 июня 1685 года снова утверждена за Михаилом Васильевичем «за его верные, говорил Царь, службы и мужественное и храброе по воинскому делу стояние и за крымские посольские размены», в которых он был и служил в 1684 году с окольничим Кирилою Хлоповым, в 1685 году с окольничим Неплюевым. Когда по козням Мазепы погибли гетман Самойлович и его племянник: Михайловка попала во владение племянника Мазепина Ободовского; а когда узнали, кто таков Мазепа, богатая Михайловка отдана была петром Великим полковнику Павлу Полуботку, предку по женской линии нынешнего владельца г. Иваненка.

В приведенных грамотах Михайловка в 1681 году уже называется селом и следовательно была тогда с храмом, который построен был без сомнения набожным Михайлом Васильовичем. Старики говорят, что деревянная церковь Михайловки во имя Рождества Богородицы, сломанная в 1806 году, была очень стара, снабжена переходами вокруг её наружных стен, и существовала более 120 лет. Следовательно и по народной памяти первый храм в Михайлове построен около 1680 года.

Что касается до ныне существующего, каменного храма Михайловского: то его начала строить княгиня Александра Александрова Голицина, по первому мужу Иваненкова, а продолжали и окончили статский советник Александр Андреевич Иваненко и майор Пётр Иванович Миклашевский. Внутреннее украшение храма всё принадлежит усердию Александра Андреевича. Как по наружному виду, так по внутреннему благолепию, Михайловский храм – один из лучших в епархии. В нём три престола, из которых главный в честь Рождества Пресвятой Богородицы.

Земли при храме 70 десятин.

Приход новым штатом отнесён к 4 классу.

Для прихожан при храме есть школа, – учреждение весьма давнее: её видим в переписи 1732 года. В делах правления 1754 года есть просьба Даниила Чепиринцова, который пишет: «1741 года имел я учительство Лебединского уезду в селе Михайловке в церковной школе».

По переписи в 1732 году в Михайловке 787 душ мужского пола. По ведомостям число прихожан: в 1730 году 785 муж., 760 жен., в 1750 году 884 муж., 870 жен., в 1770 году 1070 муж., 1065 жен., в 1790 году 1127 муж., 1150 жен., в 1810 году 1243 муж., 1269 жен., в 1830 году 1335 муж., 1482 жен., в 1850 году 1476 муж., 1596 жен. пола.

В Михайловке – три ярмарки: февраля 2, сентября 8 и в день преполовения.

В саду г. Иваненки, расположенном на горе над Пслом, поныне цел дуб, под которым сидел Пётр I, когда решались судьбы России и Швеции при Карле.

В версте от Михайловки есть городище. Это тот курган, о котором упоминается в жалованных грамотах на Михайловку 1681 и 1685 годов; курган возвышается саженей на 45 и примыкает к хребту гор одною западною стороною своею и при том не совсем соединяясь с ним, а отделяясь природною лощиною. Поверхность кургана, продолговатая от востока к западу, простирается в длину на 80 сажень. Окопа и насыпи ныне не видно. Вид с кургана – на восток и северо-восток – прелестный: пред вами Лебедин, Межирич, Бинскин. Народ говорит, что здесь, как и в Азацком городище, был притон удальцев – гайдамаков. И здесь же, – прибавим, жили защитники Руси против половцев.

ВАСИЛЕВКА

На реке Груне в 30 верстах от Лебедина, на границе с Полтавскою губерниею.

Земли Василевки, как и соседней слободы Груни, расположенной на той же речке Груне, выше в 8 верстах, принадлежали тому же Михаилу Васильевичу, которому принадлежала и Михайловка. Васильевский хутор был хутором казака Василия, имевшего главный надзор за табунами лошадей богатого Гадяцкого полковника. Когда пал Самойлович, Василевка взята была в казну; таким образом в версте от Василевки находился царский конный завод: плотина, бывшая при этом заводе чрез реку Грунь, которой остатки ещё целы, поныне называются царскою. Потом это имение вместе с другими отдано было черниговскому полковнику Павлу Полуботку. Им построен был здесь первый храм в честь Святой Троицы. Памятниками сего храма остаются книги, хранящиеся в нынешнем храме: триодион пятдесятницы черниговской печати 1685 года с надписью: «року 1722 октября 17 я иерей Тихон обменил сию книгу светлую триодь за деньги, щоб на тот час ктитор Алексей Лигорьевич за отпущение грехов за сию книгу пшеницы четверик отдал ко святой живоначальной Троице». Евангелие московской печати 1735 года. Нынешний каменный храм построен потомком Полуботка Иваном Миклашевским и освящён 1782 года.

По переписи 1732 года в Василевке 234 души мужские. За тем было в 1750 году 361 муж., 337 жен., в 1770 году 425 муж., 403 жен., 1790 году 667 муж., 668 жен., в 1810 году 717 муж., 717 жен., в 1830 году 820 муж., 794 жен., в 1850 году 777 муж., 828 жен. душ.

Бедствия: в 1830 году умерло от кори 33 младенца; в 1831 году холера похитила 28 человек; мая 14 1838 года пожар истребил почти всю средину селения, и храм был в опасности; в 1845 году от оспы умерло 63 человека, и от холеры в 1848 году – 46 человек.

Памятниками прежней местной жизни служат: курганы, простирающиеся на юге Васильевки с запада на восток. Это сторожевые места казаков, наблюдавших за Татарами. Иные из них были свидетелями и кровавых битв: в недавнее время хлебопашцы находили в них и близ них заржавленные пули, обломки ружей и пистолетов. В числе курганов один носит название Побиванки, без сомнения потому, что здесь много побито было казаков. По межевой описи границ Путивльского уезда 1647 года: «за рекою Грунью (по направлению от Путивля к востоку) два конца; а от тех концов (идёт межа) на старый курган», отселе «через Красную долину и через буерак… чрез овраг и чрез болото на старый курган против вываренного кургана,… а от того кургана чрез дорогу, которою ездят из Гадяча в Азак… и перешед дорогу (из Цепков в каменное Городище) против Старых курганов». Вот несколько курганов на пограничной линии между Малороссиею и Россиею 1647 года, когда ещё Малороссия находилась под властью Польши. Название курганов старыми в межевой описи 1647 года даёт видеть, что эти курганы построены были далеко прежде 1647 года и следовательно не слободскими казаками. Положение их на пограничной линии между Москвою и Польшею конечно подаёт мысль о том, что ими пользовалось литовско-польское правительство и против Москвы. Но направление их от запада к востоку, или точнее к юго-востоку, то есть к Крыму, не оставляет никакого сомнения в том, что это были пункты, где стояли сторожевые, наблюдавшие за движениями Крымцев и передававшие вести один другому знаками – маяками; а может быть те же курганы выполняли то же назначение ещё и до Татар, против подобных им Половцев, кочевавших в степях за Осколом.

ЧЕРВЛЕНАЯ СЛОБОДА

На правом берегу Псла в 8 верстах от Лебедина и Михайловки

В архиве нынешней Николаевской Червленской церкви хранятся следующие древние документы:

а) Духовная запись Вассы Иванихи, писанная в 1667 году, которою она отказывает червленской Николаевской церкви для вечного поминовения её и её рода два мукомольных постава на реке Псле, с тем, чтобы половина доходов употреблялась на церковь, а другая шла священно- и церковнослужителям. В сем акте упоминаются два причта Червленской Николаевской церкви.

б) Выписка из межевой книги, где сказано: «лета 7189 (1681) июня 27 дня по Государеву Цареву и Великого Князя Феодора Алексеевича указу, по наказу из разряду за приписью дьячка Любима Домнина», предписывается по челобитью «Лебединских черкас сёл Пристайлова да Червленого да деревни Азака ехать на спорную землю, которая в споре у Каменцев с Лебединцами» – и размежевать земли по строенным книгам Фёдора Арсеньева 1650 года и по отдельным книгам 1652 года о землях Каменцев.

в) хранятся также: манифест о смерти Петра I, указы от имени императриц Анны и Елизаветы и также распоряжения Белгородских архипастырей: епископа Епифания 1723 года, архиепископа Петра 1733 года, епископа Иосафа 1754 года, Луки 1756 года и прочее.

Таким образом, нет сомнения, что первая Николаевская церковь в Червленой построена не позже 1652 года, тем более, что и в переписи 1732 года о черкасах Червленого, подданных сотника Татарчукова, сказано, что они поселены «лет с 80», следовательно в 1652 году.

Причт владеет 33 десятинами земли пахотной, 20 десятинами леса, 1547 саженями усадебной земли, половиною доходов с мельницы; четыре акта на эту мельницу помещаем ниже.

По переписи 1732 года, в Червленом 240 вольных черкасов, 122 подданных. За тем было: в 1750 году 398 муж., 389 жен., в 1770 году 632 муж., 610 жен., в 1790 году 668 муж., 668 жен., в 1810 году 625 муж., 665 жен., в 1830 году 635 муж., 696 жен., в 1850 году 523 муж., 529 жен. пола.

В метрике за 1742 год, самой старой из сохранившихся, показано родившихся 23 муж., 20 жен. пола, умерших 20 муж., 13 жен. пола, – это такие числа, которые показывают на значительное число прихожан того времени.

Умерших от холеры 1848 года было до 100 человек.

По межевой червленской книге видно, что в 1669 году Червленая пострадала от татар, а некоторые из боярских детей, живших тогда в ней, были взяты в плен.

ПРИГОРОД КАМЕННЫЙ

На правом берегу Псла, в 15 верстах от Лебедина.

Полномочные России и Польши в окончательном определении путивльской границы 1647 года постановили: возвратить России «Городище Каменное на реке Псле, от Путивля едучи до Псла, на Путивльской стороне, да к тому Городищу слободу Каменную, повыше того Городища полторы версты, и с землями и с лесами и с водами и с мельницею и со всякими угодьи».

Городище при Каменном Пригороде ныне остаётся пограничным между Харьковскою и Полтавскою губерниями. Это небольшой хутор помещика Бурова, расположенный на скате горы, обращённом к юго-востоку; от Пригорода Каменного он в полуторе версте. Ни валов, ни рвов уже нет и следа на нём. Вблизи этого хутора, в 250 саженях, есть местечко, называемое Городок, очень интересное по нынешнему положению. К Пригороду оно ближе Городища и стоит также на Псле, ниже Пригорода. Вид Городка такой: в надесельском кряже гор видите выпуклость; с одной стороны (с юго-востока) эта выпуклость представляет вид высокого и крутобережного кургана, а другою (с северо-запада) она примыкает к горе, но так, что вершина кургана ниже вершины горы. Высота кургана на юго-восток около 20 саженей. Поверхность вершины его – плоская, несколько наклонная к югу и имеет вид правильного круга, в диаметре коего до 20 саженей. Северо-западная половина, примыкающая к горе, обложена насыпным валом в один ряд и обрезана рвом довольно глубоким. – Открытая сторона Городка – на юго-восток, где на значительной дали видны окрестности. Сличая такое положение Городыща, Городка и Каменного Пригорода с делами 1642 и 1647 годов видим, что:

а) Городище Каменское было населено далеко прежде 1642 года и, называясь тогда городищем, оставалось памятником бывшего здесь когда-то города, то есть города дотатарских времён.

б) Нынешний Каменный Пригород в 1647 году уже был слободою казаков, подвластных Польше, которые без сомнения остались здесь же и по передаче места Москве: к чему же было лишаться им обработанных земель, мельниц и прочее?

в) Так как Городок не упоминается в межевом акте 1647 года: то более, чем вероятно, что он построен московскими боярскими детьми, высланными сюда Царём для наблюдения за Татарами и Поляками, – то есть около 1648 года. По межевой выписке 1681 года видно, что в 1650 году составлены были строенные книги, а в 1652 году – отдельные книги на земли и угодья Каменцев.

По старым церковным актам в Каменном, как и в Алешне, показываютя два храма – соборный храм Преображения и другой – Покрова Богородицы. Первый находился собственно в Городке и построен был Царём для детей боярских. Второй же без сомнения существовал и прежде 1647 года. Ныне, после 1790 года, остаётся один Покровский храм, построенный в 1774 году, то есть храм черкасский. В нём потир с дискосом в 130 рублей серебром – дар помещика Гавриила Влезкова, принесённый в память брата его майора Петра, убитого на войне; священническая риза – приношение помещицы Параскевы Бурой, в память двух сестёр её, утопших в реке Псле 17 мая 1828 года.

В Чугуевской переписке 1650 года читаем: «пошли из Гадяча и из иных городов многие черкасы в Каменный, собираются в Полтаву к гетману Богдану Хмельницкому». Эта заметка говорит, что черкасы Каменного и по передаче Каменного Москве не прекращали связей своих с гетманом, не изменяя впрочем верности своей Царю.

Во время изменника Выговского жители Каменного отличились геройскою стойкостью против Выговского. Выговский в 1658 году писал Царю, что он ходил к Каменному только для того, чтобы взять там булаву свою, отнятую полковником Пушкарём. – На деле же он отдал на разграбление Татарам и сжег Зеньков, Веприк, Миргород и другие верные Царю города казацкие, хотел овладеть Каменным, чтобы оставить в пограничном городе надёжную защиту против Царя: но это не удалось. «Ходил, говорит хроника, с казацким и татарским войском под Гадяч, а оттуда пошедши обложил пограничное место, которого он однако не взял». Это пограничное место был город Каменный. И во время бунта Брюховецкого Каменный город не оставлен был в покое. По Чугуевской переписке видим, что Каменцы ожидали тогда к себе Татар – союзников Брюховецкого, злодействовавших по слободам, и что «Каменский черкашенин Савка Михайлов» попался было в плен Татарам, но успел скрыться от них тайным бегством.

Число прихожан: в 1730 году 480 муж., 390 жен., в 1750 году 436 муж., 416 жен., в 1770 году при Преображенской церкви 242 муж., 232 жен., при Покровской 226 муж., 201 жен., в 1790 году при первой 308 муж., 310 жен. однодворцев, то есть прежних боярских детей, при Покровской 270 муж., 271 жен. помещичьих черкасов, 135 муж., 136 жен. однодворческих подданных черкасов, в 1800 году при одной Покровской 605 муж., 603 жен. души, в 1810 году 653 муж., 641 жен., в 1830 году 796 муж., 819 жен., в 1850 году 863 муж., 870 жен. душ.

Холера, посещавшая Каменский приход только в 1848 году, взяла в этот раз большую подать: 125 человек.

ПРИСТАЙЛОВО

На реке Псле, в 7 верстах от Каменного и от Лебедина.

По межевой червленской выписке 1681 года видно, что Пристайлово населено в одно время с Каменным, в 1650 году; первые поселенцы были боярские дети Каменской службы. Таким образом и первый храм в Пристайлове построен около 1651 года.

Священническая грамота 1722 года Петру Павлову, посвящённому преосвященным Епифанием, епископом Белгородским, «во иерея церкви Успения Богоматери села Пристайлова округа Каменного пригородка», показывает, что древний храм Пристайлова был храм Успения Богоматери. Нынешний деревянный храм построен в 1791 году.

В округе Пристайловского прихода был храм святой Троицы в Новотроицком, которого прихожане в 1737 году писали: «церковь в селе Новотроецком Каменского уезда построена лет за 30 пред сим», следовательно в 1707 году; храм сей по малому числу прихожан, которые назывались дворцовыми крестьянами, давно закрыт.

Число прихожан в 1730 году при Пристайловском храме 304 муж., 282 жен., при Новотроицком 170 муж., 161 жен., в 1750 году при первом 322 муж., 307 жен., при втором 183 муж., 170 жен., в 1770 году при первом 350 муж., 323 жен., при Троицком 216 муж., 222 жен., в 1790 году при первом 594 муж., 626 жен., при втором 195 муж., 216 жен., в 1800 году при одном Успенском 610 муж., 678 жен., в 1810 году 680 муж., 698 жен., в 1830 году 774 муж., 794 жен., в 1850 году 848 муж., 859 жен. душ.

По червленской межевой книге 1681 года видно, что в 1669 году Пристайловцы сильно пострадали от Татар, боярские дети Иван Щербинин и 4 других взяты были «в полон», а «Тимофей Татаринков – убит на службе великого Государя».

По той же книге видно, что в 1681 году переселены из Пристайлова в Червленое 69 семей казаков и 84 семьи мещан черкасских, а на место их к 19 семьям боярских детей переведены боярские дети из Червленого 15 семей и из деревни Азака – 9 семей.

КУРГАН

На реке Псле, в 11 верстах от Лебедина.

В 2 верстах от Кургана, в округе Курганского прихода, находится ныне скудно населённая деревня Азак; а в версте от этой деревни и в 4 верстах от Михайловки, между Азаком и Михайловкою, есть Азацкое городище, известное уже по актам 1647 и 1681 годов. Деревня Азак населилась черкасами вскоре после того, как основался город Лебедин, так как жители её в акте 1681 года называюся лебединскими черкасами. Здесь был и храм Успения Богоматери, построенный в первый раз не прежде 1685 года, так как в акте 1681 года поселение Азацкое называется ещё деревнею. Уцелевшие метрики азацкого Успенского храма начинаются с 1742 года и оканчиваются 1810 годом. Азацкое городище – памятник существовавшего здесь города времён дотатарских. Нынешний вид Городища – такой: от Псельского кряжа гор отделён неглубокою лощиною обширный холм, к северо-востоку выдавшийся округленным углом; с востока, к реке он обрывист, к северу отлог, но довольно крут, с запада и юга примыкает к кряжу гор, отделяясь помянутою лощиною. Середина холма – выпукла. Со сторон, которыми холм примыкает к горам, городище обрезано рвом, и по краям рва ещё видны остатки бывшего вала. Почва на средине холма состоит из огромных камней. Внутреннее пространство Городища – в 50 саженей ширины. – Открытый вид на восток и северо-восток, где видны с городища Лебедин, Межирич, Михайловка. Поныне ещё есть в народе пословица: «кто перейдёт Курган и Азак, тот добрый казак». Это значит, что Азацкое Городище было некогда пристанищем шайки удальцов, промышлявших грабежами и разбоями. Невдали от городища в глубоком яру, который и теперь покрыт лесом, есть место, известное поныне под именем погреба; здесь по народному известию удальцы скрывали добычи грабежа. Окрестности Городища горы над Пслом и нынешние луга по берегу Псла некогда были покрыты самыми дремучими лесами, что составляло безопасность для удальцев. Такою невыгодною известностью Азацкое Городище пользовалось, конечно, в тот промежуточный период времени, когда страна, опустошённая Татарами, оставалась недоступною для правильного населения по причине рыскавших по ней по временам татарских шаек. Названием своим Азак указывает на связь с историею Половцев: известен половецкий князь Асуп, убитый Русскими в 1103 году.

В нынешнем курганском храме хранятся: общая минея Московской печати 1680 года, евангелие Московской печати 1697 года, с надписью: «сия книга престольное евангелие попа Данилия Лебединского уезду села Кургана, а дал цены коп 10 с подзолотым, 1704 года». По этим памятникам можно быть уверенным, что в 1700 году был храм в Кургане. По поелику с одной стороны в червленском акте 1667 года видим не только курганский храм Архангела Михаила, но и священника его Григория Фёдорова, а с другой, в 1739 году на место обветшалого храма построен и освящён был в Кургане новый храм Архангела Михаила: то без сомнения первый храм в Кургане построен прежде 1667 года. Ныне существующий здесь деревянный храм Архистратига построен в 1783 году.

Земли при курганском храме 66 десятин.

По переписи 1732 года в Азаке 179 вольных Черкасов, 121 подданных; в Кургане 333 души мужских.

IV Округ Недригайловский

НЕДРИГАЙЛОВ

Заштатный город в 190 верстах от Харькова, в 50 от Лебедина и в 62 от Сум.

По акту 1647 года размежевания границ между Россиею и Польшею несомненно, что Недригайлов ещё до Татар был русским городом. Здесь старое Недригайловское городище, расположенное на Путивльской стороне Сулы, отличено от острога и деревень его, построенных литовскими людьми. Показывая, какие места Польша возвращает России, акт говорит: «Городище Недригайловское на реке Суле – старое городище на Путивльской стороне, а Новый Острог и земляной вал за рекою Сулою, и посад Слободы по обе стороны реки Суллы, да в уезде на той же реке Суле, на той стороне, на которой Острог стоит, выше Недригайлова в двух верстах, деревню Кармышевку да деревню Цыбулину выше Недригайлова у пяти верстах на реке Суле на Путивльской стороне, и с землями и лесами и с водами и с мельницами и со всякими угодьями» отдаются Царю.

Местность Недригайлова самая счастливая, самая полезная для тех, которых с одной стороны преследовал фанатизм латинский, с другой так часто тревожили хищные Татары. Кроме того, что почва окрестных мест самая плодородная, а на левом берегу реки Сумы покрыта была лесом, речки Дрыгайловка, Березовка, Тванька и река Сулла составляли природное укрепление для Недригайловцев. Этою местностью воспользовалось и московское правительство. По самому акту размежевания границ уже видно, что казаки Недригайлова остались в Недригайлове и по передаче города Царю. Царь поспешил в их утешение поставить православный собор в крепости, где может быть стоял костёл для польских чиновников. По времени построения собора, который, как увидим из царской грамоты, построен в 1644 году, видно, что ещё прежде, чем последовало окончательное размежевание границ, Царь занял Недригайлов своею стражею в 1648 году Недригайлов уже назывался русским городом. По царской грамоте видим, что крепость Недригайловскую составляли острог, валы и четыре башни: в таком ли виде принята эта крепость от польского правительства, не видно. Известно только, что в 1656 году путивльский воевода Никифор Юрьевич Плещеев, по указу Царя прислал в Недригайлов пушкарей; вместе с тем видим в Недригайлове, кроме казаков или черкасов, дворян и детей боярских как между пушкарями, так и числе прочей военной стражи. В последствии Недригайлов был сотенным местечком сумского полка.

В царской грамоте от 30 марта 1674 года читаем: «бил челом нам, великому Государю, города Недригайлова соборной церкви Покрова Пресвятой Богородицы поп Леонтий Алексеев: в прошлых годах по нашему великого Государя указу отец его Алексей из Брянска переведен в город Недригайлов к соборной церкви на вечное житье и служил лет с двадцать и больше; а он де после отца своего у той же церкви служил лет с десять и больше». По этой грамоте видно, что первый Покровский священник прибыл из Брянска в Недригайлов никак не позже 1644 года. А определение священника указывает на существование храма. По другой грамоте видно, что в 1648 году в Недригайлове был храм в честь Покрова Пресвятой Богородицы с приделом во имя Василия, архиепископа Кессарийского: но храм сей не имел многого для своего благолепия и даже многих нужных книг. Это зависело, конечно, от того, что новые поселенцы, расстроенные в своём домашнем быту переселением, ещё не успели обзавестись на новом месте. Потому уверенные в милости к ним царя Алексея Михайловича отправили в Москву священника своего Алексея Васильева с просьбою о пожаловании храму их необходимой утвари. И царь в 1648 году прислал с этим священником святые вещи. Вот список святых вещей, присланных в 1648 году в Недригайловскую Покровскую церковь, который приложен был к царской грамоте от 25 октября 1677 года.

«Роспись что в прошлом 156 году, по указу великого Государя, послано с Москвы в Недригайлов в Покровскую церковь образов и церковные утвари всякие: одиннадцать икон, двери царские, святые евангелия листы, образ местной Покрова Пресвятой Богородицы на престоле, двери северные, крест осеняльный, хоругв и образов различных праздников святых, две свечи поставные деревянные с насвечниками, писаны золотом, сосуды церковные оловянные, чаша водосвятная, кадило медное, укропник, два колокола весом в два пуда семнадцать гривенок, книг печатных, евангелие напрестольное, обложенное бархатом, апостол, потребник, служебник, триоди постная и цветная, шестероднев, минея общая, псалтирь следованная и меньшая, часовник, ризы миткальные, стихарь полотняный, поручи, на сосуды церковные воздух, индития, срачица, литон, антиминс, на жертвенник срачица, царских дверей запона, 5 фунтов ладану, вино вина церковного, для миропомазания масло деревянное».

Нет сомнения, что тогда же священник Алексей Васильев испросил у Царя для себя и причетника Димитрия Алексеева, (который мог быть его сыном) пахатную землю, на которую царская грамота последовала 5 октября 1648 года и которая отведена была 28 июля 1649 года недригайловским головою Димитрием Киреевым, «по Государеву Цареву и великого Князя указу и по памяти путивльского воеводы Никифора Юрьева Плещеева».

После того, как в 1668 году Недригайловский храм ограблен был шайками изменников гетмана Брюховецкого, Царь Алексей Михайлович предписывал грамотою от 25 октября 1669 года воеводе, князю Григорию Ромодановскому отыскать, если возможно, разграбленную утварь, и чего нельзя отыскать, то вновь купить для храма Недригайловского на счёт Севских таможенных доходов. Вероятно, вследствие сей царской воли поступило в Покровский храм евангелие, обложенное бархатом и печатанное в Москве 1657 года, которое сохраняется и ныне в Покровском храме.

После заключённого царевною и великою княжною Софиею Алексеевною (26 апреля 1686 года) мирного трактата с Польшею, пришли из-за Днепра в Недригайлов новые переселенцы и постоили около 1688 года другую деревянную церковь вблизи первой во имя Свят. Христова Николая; они привели с собою священника Максима Миронова, – родом Грека, уроженца Македонского, который был родоначальником фамилии священников Македонских. При Николаевском храме были один за другим священниками сын, внук и правнук – Феодор, Пётр и Григорий Македонские.

Так как и Николаевский храм, перестроенный в 1776 году, с течением времени становился очень ветхим, и с Покровским, построенным на месте сгоревшего в 1787 году из старого ольшанского становилось то же самое: то надлежало приступать к построению нового, прочного храма. В 1834 году, по предложению настоятеля собора протоиерея Василия Васильковского, Недригайловский купец Григорий Фёдорович Ельфимов изъявил готовность доставить на свой счёт весь кирпич на сооружение каменной трёхпрестольной церкви; общество с своей стороны было убеждено, что из городской Недригайловской суммы, обращавшейся в харьковском Приказе общественного призрения, может быть отпущено пособие на построение нового храма. Таким образом начато дело по епархиальному начальству о построении каменной церкви, а по гражданскому – об отпуске 25 тысяч ассигнований из помянутой суммы. Храм заложен в 1838 году во имя Покрова Пресвятой Богородицы, с двумя придельными престолами: во имя святой живоначальной Троицы и Свят. Христова Николая. Вспомогательная сумма из Недригайловской городовой суммы, обращавшейся в харьковском Приказе общественного призрения, отпущена была только в 1842 году и храм, наконец, окончен и освящён в 1851 году.

По ведомости 1785 года в Недригайлове показывалось: 1475 муж., 1495 жен. войсковых обывателей, 167 муж., 162 жен. однодворцев, или потомков детей боярских недригайловской службы, 372 муж. подданных черкас и 27 цыган. Последних ныне уже не видно в Недригайлове, потому ли что откочевали они в другое место, или потому, что переродились. Земли за Недригайловцами и Ольшанцами 21303 десятины. В гербе Недригайлова, когда он был городом, изображалось восемь слив на золотом поле, что указывало на обилие садов с сливовыми деревьями в Недригайлове и его окрестностях.

Недригайловцы много видели над собою милости Божьей, много испытали и бед.

а) В 1668 году малороссийский гетман Брюховецкий, возмутив Малороссию, употребил меры и обольщения и насилия, чтобы возмутить и слободскую Украйну; Недригайловцы, по близости своей к Ромнам, где свирепствовал Брюховецкий, были в сильном страхе и скоро увидели под своей крепостью кровожадные шайки Брюховецкого, действовавшие вместе с грабителями Татарами. В царской грамоте, от 25 октября 1669 года к воеводе, князю Ромодановскому, читаем:

«Бил челом, нам, великому Государю, Недригайловский поп Леонтий: в прошлом де 176 году (1668 году), как изменник нам, великому Государю, Ивашка Брюховецкий с черкасами, изменя писал из Гадячья прелестные листы в Недригайлов и в Недригайловский и Путивльский уезд, в Терновскую слободу к черкасам, – и те черкасы, которые по городу и по острогу и по башням в сотнях и на караулах стояли, по его Иванова прелести, нам, великому Государю, изменили ж. И, изменяя, наших Государевых русских людей посекли и иных в полон поимали; а ево-де, попа Левонтия, в то число раненова взяли в полон и держали его в полону в городе Ромне, в тюрме скованного, по 177 (1669 год). А из полону де выбрел он собою. И ныне де по нашему великого Государя указу велеть ему жить в Недригайлове по прежнему. И в Недригайлове де соборную церковь в измену Ивашки Брюховецкого разорили, книги и ризы и всякую де церковную утварь разграбили все без остатку. И нам великому Государю пожаловать бы его велеть к нашему Государеву богомолью дать книги и ризы и колоколы и всякую церковную утварь, чтоб наше церковное богомолье без пения не было. А напредь сего в прошлом 156 году (1648 году) по нашему великого Государя указу послано с Москвы в Недригайловскую соборную церковь той соборной церкви c попом Алексеем всякие церковные утвари, а сколько чего послано, о том для ведома тебе, боярину нашему и воеводе, послана роспись под сею нашего великого Государя грамотою, за дьячьею приписью. И как к вам ся наша великого Государя грамота придет: и ты бы боярин наш и воевода князь Григорий Григорьевич, в Недригайлов послал, кого пригоже, и велел ту соборную церковь и в ней всякое строение описать и осмотреть, – и которые церковные утвари из той церкви поиманы и против росписи, которая под сею нашею Государевою грамотою, не объяснится, и про то велеть порасспросить. И будет что в сыску, и то в ту соборную церковь взять по прежнему, а чего буде не сыщется к той церкви, что надобно: и вы бы то все велели построить из севских таможенных доходов, без чего по самой нужде быть не можно. И что по росписи не объявится и что вновь построено будет, и вы бы о том к нам, великому Государю, писали и тому роспись в тетратех за дьячьею приписью прислали б и велели подать в розряд дьякам нашим думным Дементью Башмакову да Фёдору Грибоедову да Василью Семёнову. Пис. на Москве лета 7178 октября 25 дня». Затем следут роспись священных вещей, помещённая нами выше. По этой грамоте видно, что между Недригайловцами были малодушные, которые, при приближении неприятеля, передались на его сторону, и за одно с ним злодействовали. В Чугуевской переписке сохранились две отписки 1668 года. Сумской воевода писал в Чугуев: «октября 28 177 (1668) года приехал из Каменского в Сумы Бельский шляхтич Иван Куликовский и сказал: был он в Каменном с шляхтичем Бобровичем для Государева дела. И в ночи из Гадяча учинилась ведомость, отпустили сына боярского Каменца с тем, что из изменничьих городов перебираются через Пселл под Гадячем по многие дни и ударить хотят на Государевы города. Да того же числа выходцы из Недригайлова сумской черкашенин села Сыровец Ивашка Марков да Каменский черкашенин Савко Михайлов в расспросе сказали: взяли их Татарове октября 20 и привели в Недригайлов и в Недригайлове они от Татар ушли, недригайловский сотник и атаман выпроводили их за село Алешенку (Ольшану); а как де они были у Татар в полону, и Татарове хотят приходить под Государевы города войною вскоре». Князь Ромодановский тогда же писал в Чугуев: «Крымский Калга султан со всеми силами и изменники черкасы от Недригайлова идут к Сумам». Очевидно, что в этих отписках Недригайлов – не главный предмет. И однако из них ясно видно, что а) в Недригайлове тогда хозяйничали Татары и агенты Брюховецкого; б) между недригайловскими черкасами самые главные начальники, их сотник и атаман, оставались верными Царю и с явною опасностью для себя действовали за Царя тайным образом; – а примеру сотника и атамана без сомнения следовали все лучшие из Недригайловцев. Наконец известна царская грамота от 19 февраля 1669 года, в которой Царь по просьбе Недригайловцев объявляет им прощение. Царь писал: «били нам челом Недригайловцы сотник Павел Семёнов со всеми Недригайловскими и Ольшанскими и с Терновскими и с Хоружевскими (Хоружевка в 15 верстах от Недригайлова, ныне Полтавской губернии) жители… вины их отдать и принять… в подданство по прежнему. И ты б велел сказать, что мы…в подданство принять их велели и привести их к вере». Приняв во внимание время этой грамоты и содержание чугуевских известий о Недригайлове, снова убеждаемся, что Недригайловцы силою вынуждены были к тому, что пустили к себе Татар и изменников и потому лишь только удалились те от них; они поспешили объявить о вероподданстве своем Царю.

в) Во время войны Петра I с Карлом ХII Недригайлов не мог не потерпеть бед войны. Зимою 1708 года войска Карла расположены были в округах Лохвицком, Гадяцком, Роменском, и главная квартира Карла была в Ромнах; войска Карла грабили везде и всё, что только могли, особенно в декабре 1708 и январе 1709 года, когда запасы несчастных обывателей, принявших волею или неволею дорогого гостя, истощились. От этих грабежей не уцелели Недригайловцы. «Грицько сотник роменский с Шведами непрестанно набеги чинили и городы разоряли, а именно местечко Смелое Печерского монастыря, и город Недригайлов и два села сумского полку разорили»: так писал князь Дмитрий Голицын в 1710 году. Мало и того. За рекою Сулою, на горе, в расстоянии немного больше одной версты от Недригайлова, сохраняются остатки укрепления или городка бывшего малороссийского гетмана Ивана Мазепы. Этот город в своё время укреплён был глубоким рвом и содержал в себе артиллерийский снаряд; а ныне в средине его стоит красивая беседка, устроенная покойным графом Юрием Александровичем Головкиным, владельцем местечка Константинова, так как место городка составляет часть земель Константиновских; Константинов тоже принадлежал Мазепе и им подарен другу его Зеленскому. Таким образом Недригайловцы были под выстрелами Шведов и их союзника Мазепы. Местное предание говорит, что Царь Пётр был в Недригайлове в ноябре и по обыкновению своему читал Апостол на литургии, и что Недригайловцы не раз дрались с неприятелем и мужественно отражали нападение его.

в) После того, как 22 июля 1787 года сгорела недригайловская Покровская церковь, в 22-й день, память святой равноапостоьной Марии Магдалины, для недригайловских жителей остался особенно замечательным и потому ещё, что в 1793 году, через год по освящении новой церкви деревянной, в то же 22 число июля, во время вечерни, отпрвлявшейся священником Феодором Яскевичем, разразился над церковью сильный громовой удар, от которого во всех трёх ярусах крыши вырвано было по одной гонтине, церковь наполнилась серным запахом и как бы дымом, – хотя пожара и не случилось. С этого времени доныне 22 день июля чтут в Недригайлове с особенным благоговением.

г) С 1799 года по 1811 год Недригайловцы много страдали от саранчи, истреблявшей все хлебные произрастания.

д) В 1831 и 1848 годах Недригайлов посещён был эпидемическою болезнью – холерою; от неё умерло: в первом случае 119, а во втором 122 человека. В 1829 и 1841 годах был сильный падёж рогатого скота: в первый раз погибло почти две трети всего количества скота, а во второй – число погибших простиралось до половины. В 1834, 1835 и 1839 годах были неурожаи хлеба, и от того – голод. Тоже следствие неурожая испытали и в 1849 году, хотя не видели не цинги, ни падежа скота, как это испытывали обыватели юго-восточных уездов губернии.

При храме имеется 302 десятины земли, жалованной царями.

Грамоты и акты времён Царя Алексея Михайловича и соцарствия Петра, Иоанна и Софии, хранящиеся в Покровском храме. Помещаем здесь замечательнейшие из них в целом их виде, другие же в излечении.

№ 1. Грамота 28 июля 1649 года.

«Лета 7157 июля в 28 день. По Государеву Цареву и великого князя всея Руссии указу голова Димитрий Иванович Киреев дал выпись с отдельных книг отделу и сыску Недригайловскому соборному Покровскому попу Алексею Васильеву, что он отделил ему попу Алексею по Государеву, Цареву и великого князя Алексея Михайловича всея Руссии указу и по памяти воеводы Никифора Юрьевича Плещеева в нынешнем во 157 году октября в 5 день Недригайловского городского поля пашни пахатной и перелогу пятнадцать частей в поле, а в дву по томуж, да тойже соборной Недригайловской церкви отделил же Димитрий Киреев дьячку Димитрию Алексееву восемь частей в поле, а в дву потомуж. А межа той их церковной земли по Гадяцкой дороге от ложка, что вышел с поля с левой стороны против озерка, едучи к Недригайлову по левую сторону по Роменской и по Константиновской дороге, что ездят с Ромна к Ольшанцу, и от дороги Роменской ложок по левую сторону до болота, что вытекло под тую Гадяцкую дорогу меж подворков, а от устья того ложка по левой стороне болота до болота, что вышло с под Берестовской на Роменскую и Константиновскую дорогу, по левой стороне болота и с вершиною по Берестовскую дорогу, а дорогою Берестовскою едучи от Недригайлова к Берестовке по левую сторону до столба и до ямы, и на столбе грань. А от Берестовской дороги и от столба по пригорью по левой стороне на столбы и по ямы до Гадяцкой же дороги, и до лужка, что вышел к тойже Гадяцкой дороге против озерка. А сено ему, попу, косить с дьячком Димитрием за своею межею по Недригайловскому дикому полю и по лугам и по дубравам угодья им рыбная ловля и бобровыя гони, а в спуды и перевесьи и лес хоромный и дровяной по реке по Суле и по Терну и по яругам и в Кореневском, и в Козельском, и в Гриневском лесах сечь им с Недригайловцы детьми боярскими и с казаками вообще». Печать маленькая чернаго воска. На обороте написано: «к сей отдельной выписи Димитрий Киреев руку приложил».

№ 2. Грамота 6 февраля 1656 года.

«По Государеву Цареву и великого Князя Алексея Михайловича, всея великия, и малыя, и белыя России Самодержца, указу Недригайловскому Покрова Пресвятыя Богородицы попу Алексею владети церковною землёю по отдельным книгам Димитрия Киреева 157 года; а в отдельных книгах, каковые книги прислал в разряд из Путивля воевода Никифор Плещеев в 158 году в июле, написано: отмерено и отделено Недригайловскому соборному попу Алексею на Недригайловском на городском поле пашни пахатной и перелогу пятнадцать четей в поле, а в дву по томуж, да той же соборной церкви Покрова Пресвятыя Богородицы дьячку Димитрию Алексееву отделено восемь частей в поле, а в дву по томуж; а межа той их церковной земли по Гадяцкой дороге от ложка, что ложок вышел с поля с левой стороны против озерка, едучи к Недригайлову по левую сторону до Роменской и Константиновской дороги, что ездят с Ромна в Ольшанцу». Далее тоже, что в выписке Киреева. Конец: «и в Кореневском и в Козельском и в Гриневском лесу сечь им с Недригайловцы детьми боярскими и с казаки вообще». – Сия выпись на ту их землю дана им на Москве лета 7164 февраля в 6 день». На обороте написано: «дьячек Иван. Справил Васька Семёнов».

№ 3. Грамота на имя князя Ромодановского от 25 октября 1669 года, помещённая нами выше, как и присоединённая к ней роспись жалованной Царём Алексеем утвари.

№ 4. Грамота Царя Алексея от 30 марта 1674 года, в Недригайлов Семёну Акимовичу Анненкову по жалобе Недригайловского священника Леонтия Алексеева, с предписанием – разыскать, точно ли часть жалованной земли отнята черкасами недригайловскими, и в случае, если это окажется справедливым, равно и то, что урочище Яблонская лука останется ни в чьём владении, отвесть это урочище в пользу причта недригайловской Покровской церкви.

№ 5. Розыск о церковной земле и Яблонской луке, произведенный в следствие царской грамоты Иваном Васильевым Должиковым 30 ноября 1675 года, подтвердивший донесение священника Леонтия Алексеева. В розыске допрашиваемы были и показали «по святой, непорочной, евангельской заповеди Господней: ей, ей, в правду» – а) «Недригайловцы дворяне и дети боярские Степан Филимонов Анненков, Фёдор Володимеров сын Голиков» и другие; б) «недригайловские пушкари» и дети боярские, между последними «Сухотины».

№ 6. Выпись из межевой книги, данная декабря 1 1675 года Должиковым священнику Леонтию об отведенной причту Яблонской луке.

«Лета 7184 декабря в первый день по Государя Царя и великого князя Алексея Михайловича всея великия и малые и белые России Самодержца грамате из розряду за приписью дьяка Василия Семёнова и по наказной памяти воеводы Семёна Акимовича Анненкова Недригайловец Иван Васильев сын Должиков дал выпись с мерных и отказных книг отказу своего и меры города Недригайлова соборной церкви Покрова Пресвятыя Богородицы попу Леонтию Алексееву, что в нынешнем 184 году ноября в 30 день мерял и отказал в Недригайловском уезде урочище Яблонскую луку от устья речки Попадьи вверх к реке Суле с езовищи с лесом и сенными покосы до сухой долины, и по мере в том урочище в Яблонской луке лесу семь десятин, сенных покосов шесть десятин, обоего лесу и сенных покосов тринадцать десятин к соборной церкве на строение» и прочее.

№ 7. Просьба от 17 июля, недригайловского священника Ивана Михайлова к Царям Иоанну и Петру об укреплении за ним огородного места «в урочище на посаде к реке Берёзовке», отдаваемого ему по завещанию и допрос завещательнице вдове, подтвердившей слова священника.

№ 8. Грамота Царей Иоанна и Петра и Царевны Софии от 15 апреля 1688 года на имя Никифора Васильева Коренева, последовавшая по просьбе недригайловского священника Ивана Фёдорова об утверждении за ним всех жалованных земель и мельницы на реке Ольшанке.

№ 9. Грамота Царей Иоанна и Петра и Царевны Софии от 1 июля 1688 года на имя того же Коренева, по жалобе священника Ивана Фёдорова с предписанием разыскать, точно ли часть церковной земли отнята у недригайловского Покровского причта, и если это окажется справедливым, отдать ему урочище от речки Торкмышевки по реке Суле до речки Попадьи.

№ 10. Розыск Любима Тимофеева Коженовского в ноябре 1688 года о церковной земле, сделанной в следствие указа, по жалобе священника Ивана Фёдорова.

№ 11. Отведение земли недригайловскому причту Кореневым в ноябре 1688 года, в следствие царского указа и по просьбе священника Фёдорова.

«Лета 7197 ноября в день по указу Великих Государей Царей и великих Князей Иоанна Алексеевича, Петра Алексеевича и великие Государыни благоверныя Царевны и великия Княжны Софии Алексеевны, всея великия и малыя и белыя России Самодержцев, и по грамоте из розряду за приписью дьяка Любима Домнина и сыску Флора Васильевича Коренева учинена отказная книга, по отказу и отделу и сыску Недригайловца Любима Тимофеева сына Коженовского, да приказной избы подьячего Епифана Золочева против челобытьев недригайловского Покровского попа Ивана Фёдорова про отнятую церковную землю и против отнятой церковной земли, что от речки Торкмышевки по речку Попадью церковная земля и до сухой долины едучи из Недригайлова в село Ольшану к реке с левой стороны и против отнятой церковной земли Недригайловцы, дворяне и дети боярские и пушкари: Лука Афанасиев сын Котельников, Василий Анисимов сын Пашков, Козьма Тихонов сын Коженовский, и прочие да пушкари: Степан Борисов, Семён Драгонин, да Михайла Плесканов, Евдоким Недоростов, Ларион Пошутилин, Евфим Пошутилин, Илия Лебедев сказали по святой непорочной евангельской заповеди Господней, еже ей! ей! в правду, в том, что в прошлом во 157 году отдачи и против отдельных книг Димитрия отмерено и отделено недригайловского поля соборной церкви Покрова Пресвятой Богородицы, да в приделе Василия Кессарийского попу Алексею Васильеву, да дьячку Димитрию Алексееву и та земля отнята и отдана черкасам, а против церковной земли под церковь ничего не дано, и мы про то ведаем подлинно, а на которую землю против отнятой, что от речки Торкмышевки и по речку Попадью до церковной земли и через речку Попадью до сухой долины едучи из города в село Ольшану в левой стороне к реке Суле и вниз рекою Сулою левый берег до речки Торкмышевки и та земля порозжая прежде сего никому не отдана и в дачах ни за кем не записана, лежит в пустее, а по смете и по мере той земли будет шесть четей. И по указу великих Государей и великих Князей Иоанна Алексеевича, Петра Алексеевича и великия Государыни благоверныя Царевны и великия Княжны Софии Алексеевны, всея великия и малыя, белыя России Самодержцев и по грамоте из розряду и по сыску и по отделу и по мере Недригайловца Любима Тимофеева сына Коженовского, да приказной избы подьячего Епифана Золотарёва тую землю, что от речки Торкмышевки через речку Попадью по сухую долину едучи из Недригайлова к селу Ольшане Ольшанскою нижнею дорогою, к реке Суле с левой стороны и от сухой долины вниз Сулою рекою до речки Торкмышевки, Сулы реки левой берег и вверх речкою Торкмышевкою до Ольшанской нижней дороги и ему попу Ивану Фёдорову тою землёю владеть и лес хоромный и дровяной сечь, и сено косить, и по Суле реке левою стороною рыбу ловить и всякими угодьями владеть по указу великих Государей, и с той в церкви Покрова Пресвятой Богородицы служить и за их великих Государей Бога молить». А по листам скрепа: «к сим отказным книгам Никифор Коренев руку приложил».

№ 12. Донесение Коренева Царям и Царевне об окончательном отводе земли Покровскому причту по их указу о том.

№ 13. Выпись с книг межевых межевщика стольника Его Царского Пресветлого Величества Замятни-Леонтьева, да Фёдора Мякинина, да дьяка Григория пятово, в Москве с посольного приказу, – о меже Путивльской, и иных городов Украинских.

«Всяко дело благо начинается, и совершается о имени Пресвятыя Единосущныя и нераздельныя Троицы, еже есть Бог наш, о Нём же живём и движемся, Его же благословением хощет и сие дело продолжатися.

Божиею милостию Великого Государя Царя и Великого Князя Алексея Михайловича всея России Самодержца, Владимерскаго, Московского, Новгородскаго, Царя Казанскаго, Царя Астраханскаго, Царя Сибирскаго, Царя Псковскаго и великаго Князя Тверскаго и горскаго, Пермскаго, Вятскаго, Болгарскаго, и иных Государя и великого князя Нова города низовские земли, Резанскаго, Ростовскаго, Ярославскаго, Белоозёрскаго, Удорскаго, Обдорскаго, Кондинскаго, и всея северныя страны повелителя и Государя Иверския земли карталинских и грузинских Царей, и Кабардинские земли черкасских и горских князей, и иных многих Государств Государя и обладателя Его Царскаго величества межевые судьи и Его Царскаго величества столник и наместник Кащанской и города Севска и Комарицких волостей драгунскаго строю воевода Замятня Фёдорович Леонтиев, я Царскаго величества дьяк Григорий пятово что по договору Царскаго величества отца, блаженныя памяти великаго Государя Царя и великаго Князя Михаила Феодоровича всея России Самодержца, Его Царскаго Величества великих послов боярина и наместника суздалскаго, князя Алексея Михайловича Львова ярославскаго, да думскаго дворянина и наместника алатырскаго, Григория Гавриловича Пушкина, да дьяка Михаила Дмитриева сына Волощенкова; как они договорилися, будучи в Польше и в Литве, у наияснейшаго и великаго Государя Владислава четвертаго, Божиею милостиею короля польскаго, и великаго князя литовскаго, русскаго, прусскаго, хомонтскаго, мазоветскаго, киевскаго, волынскаго, подольскаго, смоленскаго, подляцкаго, черниговскаго, полоцкаго, витепскаго, мстиславскаго, лифляндскаго, елтинскаго, и иных, а шведскаго, кгдскаго, вондалскаго, дудичнаго, король княжита Лифляндскаго, и иных Его королевскаго величества спани ради коруны польския, и великаго княжества литовскаго, с ксендзом с Андреем Шондринским, бискупом познанским, с клеппером денгофом, воеводою Сирадским, ляским, болеславским, родомским, сакальским, старостою с Яковом совежским, и воеводою русским краснославским и ярославским, старостою стимошем Сапегою на ольшанех, воеводою новгородским с Николаем Аврамовичем на ворнях, воеводою мстиславским, стародубским и мединским, старостою с Юрьем с Тончиною осолинским, со князем цесарства римскаго с канцлером великим корунным бытловским, любочевским, любовским, ридцким, адзелским. Старостою с Адамом сказанова казановским, маршалом надворным корунным борисовским, козеневским, солопетским, новотарским, руменским, белским. Старостою с ксендзом Франциском дольматом и Сапковским, рефарендаром и Писаром великаго княжества литовскаго, пробощем веленским и краковским, и городским с Яном куновским, секретарем и дворянином Его королевскаго величества, съезжалися есмы меж Царскаго величества города Путивля, и Городищ; и королевскаго величества Чернигова и Черкас, и иных польских городов. Его королевскаго величества яснее вельможным паном родным; и с великим послом и комиссаром коруны полской, и с Адамом Свентолдичем, Кисилем Каштеляном, енералом киевским, житомирским, овруцким; старостою носовским, который по вечному докончанию прежде сего был комиссаром корунным, и иные Его величества и всея речи посполитой коруны польской, и великаго княжества литовскаго, учинен совершити межевое дело, рубежа коруннаго и отданье городищ в сторону Царскаго величества и то все межевое дело до верши, и городища отдав, пойти ему к Царскому величеству к Москве в великих послех, и съезжався за прежним крестным целованием, и говорили есмы в отдаче городищ Царскаго величества в сторону из стороны королевскаго величества в сторону из стороны королевскаго величества, имянно: о недригаиловом, о городецком, о каменном, о ахтырском, о алешанском, на котором были польские и литовские люди вновь поселились. И о заседалых местах, и о довершении межеваго дела, изыскивали порубежи меж Путивля и Новгородка северскаго, и Чернигова и черкас и иных польских городов, обеих великих Государей, подокончательною граматою. И по договору Царского величества великих послов, и панов рады коруны польской и великого княжества литовского, приняли есмы Царского величества в сторону королевского величества из стороны, от рук Его королевского величества велможного пана радного и великого посла коруны польской, Адама Свентольдича Киселя Каштеляна, енерала киевскаго, житомирскаго, овруцкаго, старосты носовскаго, городище недригайловское на реки Суле, старое городище на путивльской стороне, а новой острог, и земляной вал за рекою за Сулою, и посад слободы по обе стороны реки Суллы; да в уезде на той же реке Суле, на той стороне, на которой острог стоит, выше Недригайлова в дву верстах, деревню Кармышевку, да деревню Цыбулину, выше Недригайлова у пяти верстах на реке на Суле на путивльской стороне, и с землями и лесами, и с водами, и с мельницами, и со всякими угодьи; Городище Каменное на реке Псле, от Путивля едучи, до Пслу на Путивльской стороне. Да к тому городищу слободу каменную повыше того городища у полторы версты и з землями, и с лесами, и с водами, и с мельницами, и со всякими угодьи; Городище Ахтырское, острог на реке Ворскле, от Путивля едучи на Путивльской стороне и с землями, и с лесами, и с водами и со всякими угодьи; Городище Олешанское на речке Ольшане, а на нём два острога и с землями и с лесами, и с водами, и с мельницами и со всякими угодьи. Да сверх договоренных посольских записей, заседалых мест приняли есмы Царскаго Величества в сторону из стороны королевскаго Величества по межевому разводу, на реке на Суле на усть речки Олешенки, выше Недригайлова у пяти верстах, острог и слободу Ольшаную и з землями, и с лесами, и с водами, и с мельницею и со всякими угодьи. Да за рекою за Пслом против Каменнаго городища и против Каменной слободы на речке на Бобрику два острога Бобровских и с посадом, и с слободами, с землями, и с лесами, и с водами, и з мельницею, и со всякими угодии; да выше Каменнаго городища у пяти верстах за рекою за Пслом на реке на Псле усть речки, деревню Буделевку с землями, с лесами, с водами, с мельницею и со всякими угодии. А приняв городища, и новозаседалые места Царскаго Величества в сторону, из стороны королевскаго Величества, и говорили есмы с ним же велможею с паном радным, и с межевыми судьями королевскаго величества, Станиславом Пенчинским судиею земским черниговским, да с Яном Пенчинским подчишим новагорода северскаго и з ротмистром королевскаго величества о довершении межеваго дела, и расположили есьмы темы месты, которые именно в договорных записях описаны, а Инде по сыску с обе стороны старожильцов, рубежи от прежняго межеванья 154 году, от Прилуцкой дороги, от копцов, по меж едучи прямо степью с версту до копцов, на левой стороне копец Царскаго Величества, а на правой стороне копец королевскаго величества. А от тех двох копцов едучи прямо версты с полторы копец Царскаго Величества, а на правой стороне копец королевскаго величества. А от тех копцов сверсту возле, колок осиновой большой, а околок осиновой королевскаго величества в стороне. А от того копца едучи две версты, два копца близко дороги, что ездят и с Путивля в литовский город Красной. А от тех копцов едучи версты с четыре прямо степью, что ездят из Путивля за рубеж в город Ромен два копца. А от тех копцов едучи чрез тую дорогу версты с три над лугом два копца; против тех дву копцов в стороне Царскаго Величества в перестрел, две берёзки. А от тех копцов едучи версты с две, переехав лог, в перестрел, два копца. А от тех копцов едучи версты с две два копца. А от тех копцов едучи под гору с версту, верх сухаго ромна, внизу на долине против Терновых Верхов, два копца, а Терновые Верхи и речка Терн, в стороне Царскаго величества. А от тех дву копцов, едучи с пол версты чрез лог, два копца, во одном копце в стороне королевскаго величества, поставлен крест деревянный. А от тех копцов едучи версты з две, два копца, а против копцов в стороне Царскаго Величества берёзовой кол, да курган Вываренной в перестрел. А от тех копцов едучи версты с две, промеж Белаго березья на дву курганах, два копца. А от тех копцов, едучи версты с три на Большом кургане, копец общей. А от того общаго копца, едучи версты с две чрез вершину Бежевскую, на дороге два копца. А от тех копцов от вершины болота Бехавскаго, едучи сверсту, на степи два копца. А от тех копцов, с полверсты до логу и до болота, а логом и болотом у верх сверсту. А от верху болота и лога с полверсты курган большой старой, на нём копец большой общей. А от того общаго копца до верху Малые Уси, с полверсты, а вверх Малые Уси, с полверсты, а вверх Малые уси, два копца. А от тех копцов от верху уси малой, на низ речкою Усою малою вёрст с пять, до мельницы. А на той мельницы жорнови да шесть ступ. А от мельницы малою Усою вниз, до реки Суллы вёрст здве, где впала в реку Сулу. А от прилуцкой дороги, до верху сухаго Ромна, и через вершину сухаго Ромна, и до вершины Уси малыя, и речкою Усою малою до мельницы. А от мельницы вниз Усою малою до речки Суллы, где впала Ус малая в речку в Сулу, по левую сторону земля и угодия Великаго Государя Царя, и Великаго Князя Алексея Михайловича всея России Самодержца, и многих государств Государя и обладателя, Его Царскаго Величества Путивльская; а на правой стороне земля, наияснейшаго и Великаго Государя Владислава четвертаго, Божиею милостию короля Польскаго, и великаго князя Литовскаго, и иных Его Королевскаго Величества Черниговскаго и Черкаскаго уезду. И речка Ус, и на ней мельница пополам, половина речки и мельницы Царскаго Величества, а другая половина той речки и мельницы, королевскаго величества. – А от всех копцов и от мельницы, против устья Уси речки малой, перешедши реку Сулу, и от реки Суллы долиною и ржавцом. А на том ржавце по левую сторону копец Царскаго Величества, а во оном бересты; а по правую сторону копец королевскаго величества, а до тех копцев от речки Сулы, что против устья Уси речки малыя, сажень состо. А от тех копцев прямо на дуб, а на нём грань, а подле дуба на левой стороне, копец общей, Царскаго Величества и королевскаго величества, а в нём кладено черепья и кости. А от того дуба и копца, у берега речки Недригайловки, копец общой Царскаго Величества и королевскаго величества, а в нём сыпано уголье, и берест, и кости, и черепья. А от того копца перешедши речку Недригайловку, на старой курган, а на нём насыпан новой копец. А от того кургана полем на два копца, а от того копца, на копец общей, что у долинки, а от того копца, на копец что над ложком, а в нём сыпано уголье. А от того копца долиною через дорогу, что дорога из Недригайлова в Берестовку, на левой стороне копец Царскаго Величества, а на правой стороне дороги копец королевскаго величества. А от тех копцов меж в ширь долиною, изъехав всю долину, поверх той долины копец общей. А от того копца через дорогу, что ездят из Недригайлова в Берестовку, и переехав тую дорогу, и у той дороги копец. А от того копца полем у долине, которая идёт к Суле, два копца. А от тех копцов на леве два копца. А от тех копцов полем же против дубровки, два копца, а та дубровка отошла Царскаго Величества в сторону. А от тех копцов чрез болото на виварненной курган. А от того Виварненнаго кургана на меньшой курган. А от того меньшаго кургана, переехав чрез дорогу гадяцкую, два копца. А от тех копцов перешедши вершину Хорольскую, два копца. А от тех копцов перешедши другую вершину Хорольскую, два копца. А от тех копцов и от вершины полем, на два копца. А от тех копцов, не доезжая долины, два копца. А от тех копцов, переехав лог на курган, два копца. А от того кургана на глибокий лог, а литовские люди называют крутый яр. А от того логу на два дуба, на дубу две грани Царскаго Величества; а около того дуба насыпан копец, а тот дуб Царскаго Величества в стороне, а на другом дубу грань королевскаго величества; а около того дуба насыпан копец же, и тот дуб королевскаго величества в стороне. А от тех двух дубов, идучи глибым логом, и вышедши из глибокого логу два копца. А от тех копцов, идучи подле глибокого логу по левой стороне, и перешедши ложок, два копца. А от тех копцов, идучи к реке Груни, оставя старые подолки Царскаго Величества в сторону, два копца. А от тех копцов прямо чрез реку Грунь, а за рекою Грунью два копца. А от тех копцов на старой курган, а на том кургане учинены в новь два копца. А от тех копцов чрез Красную дубровку, и чрез буирак, на дуб выловатой, а на дубу грань, и около дуба осыпан копец. А от того дуба и от копца, чрез овраг и чрез болото на Старый курган против Вивареннаго кургана, оставя тот Выворенный курган Царскаго Величества в сторону, на нём два копца; а от того кургана и от копца чрез лог два копца, а от тех копцов, приехав к болоту, два копцаж, а то болото идёт в реку Грунь, и переехав то болото у дороги, которою ездят из Гадяча в Азак, и до Борка Жилиповки, оставя его весь в королевскаго величества сторону, два копца. А от тех копцов, перешедши дорогу, которою ездят из Борку в Каменное городище, и у той дороги два копца. А от тех копцов дорогу переехав, которою ездят из Цепков в Каменное городище, и у той дороги два копца, а от тех копцов чрез дорогу, которою ездят из Гадяча в Каменное городище, и перешед тую дорогу против старых курганов, два копца, а от тех копцов два дуба, а от тех дубов и от копцов до реки Псла, у реки Псла на берегу, два копца, а промеж копцов на дубу насечены грани. И от реки Суллы до реки Псла, на левую сторону земля и угодия, Великаго Государя Царя, и великаго Князя Алексея Михайловича всея России Самодержца и многих государств Государя и обладателя, Его Царскаго Величества Путивльская; а по правую сторону земли и угодия наияснейшаго и великаго Государя Владислава четвертаго Божиею милостию короля Польского и великаго князя Литовскаго, и иных Его королевскаго величества Черниговскаго и Черкаскаго уезду; – а переехав реку Псиол мимо сечь Подолькову, над Пслом два копца. А от тех копцов поехав на вяз, по левой стороне слово русское: Цы, и на правой стороне на вольхе, королевскаго величества веди. А от тех копцов, и от вяза и от вольхи, поехавши чрез реку Бобрик малой до сельца Бобрика, а город Бобрик в стороне Царскаго Величества, и от тех граней в шерсти верстах. От тех копцов поехав прямо у дубровку с полверсты два копца. А от тех копцов поехав дубровою с полверсты, до дуба, а на нём на левой стороне грань, и на правой стороне польские веди. А от того дубу, поехав на дорогу, которая дорога лежит из Гадяча в Бобрик, меж дубов два копца. А от тех копцов поехав дубровою не много на дубу две грани, на левой стороне грань М., а на правой польские веди. А от того поехавши прямо дубровою, минувши сосновый борок в сторону Царскаго Величества до другой дороги Гадяцкой, что из Бобрика близко берёзки до дуба, два копца. А от тех копцов выехав из дубровки меж берёзами, два копца. А от тех копцов, поехав чрез поле, бобрика малаго меж полями, два копца. А от тех копцов, поехав прямо чрез посеянное поле дороги степью, чрез Мотинскую дорогу, что ездят из Лютенки в Бобрик, идучи дорогою, и выехав с подолу на гору, в степе выше лесу по правой стороне, два копца. А от тех копцов чрез долину, оставя от той долинки дубровку в королевскую сторону, и выехав на гору из степи, два копца. А от тех копцов чрез две дороги, на верховину леска, что едучи по выше того леска в Бобрик же, переехавши чрез долину, и верх леска и долины, два копца. А от тех копцов, переехав Гадяцкую дорогу, что ездят в Бобрик, на степе не доезжаючи Грунскую вершину два копца. А от тех копцов, переехав Грунскую вершину ниже леска, и, переехав долину, два копца на горе. А от тех копцов на грунской лес, Тишенскою степью прямо вверх вершины Грунской, два конца. А от тех копцов, до речки Груни Тишинской, а в реке Груне два копца. Перешедши чрез болото и чрез гору, вверх по вершине, и, минувши два баирачка, и, вышедши из вершины, на горе, на левой стороне, два копца. А от тех копцов по вершинам речки Груне, и переехав долину ниже леска, от двох курганов не дошед другой долины, два копца. А от тех копцов чрез дорогу и долину, и от долины меж лесами на гору от дуба, два копца. А от тех копцов, оставя осиновой баирак в стороне Царскаго Величества; и, переехав дорогу, что ездят из Зенькова в Хоменское и в Белгород, и в иные места, королевскаго величества люде, и подле дороги меж лесками, два копца. А от тех копцов, переехав чрез долину, по левой стороне леска на поле, близко кургана и дуба, два копца. А от тех копцов меж тремя могилами до речки Груне Черкаской, и не дошед речки, два копца. А от тех копцов чрез реку Грунь, ниже Богданевой сечи, два копца. А от тех копцов с полянки, прямо чрез Букреевский лес, и перешед к лесу, на дву дубах две грани, на левой стороне Царскаго Величества, а на правой стороне королевскаго величества польские веди. А от тех граней выехав у лес, на левой стороне на липе грань, а на правой стороне на клену грань, а меж липы и клену, пень дубовой сухой. А от тех граней, приехавши до дорожки, которая пришла с левой стороны, недоезжаючи Журавной поляны, на левой стороне на липе грань, а на правой стороне польские веди. А от тех граней, идучи Букримовским лесом против Журавной поляны, на левой стороне на липе грань, а на правой стороне польские веди. А от тех граней, идучи на вершины лесом, которые пошли у Ворскле и в Грунь, на левой стороне на липе грань, а на правой стороне на клену грань. А от тех граней спорным грабенем, меж вершину вершину которые идут у Ворск, а другие на Грунь, на левой стороне на клену грань, а на правой на дубу грань. А от тех граней, идучи лесом на вершину, которая взялась с правой стороны, на двух липах две грани. А от тех лип идучи лесом, и взъехав на дорожку, которая пришла с лева по обоим сторонам дорожки, на левой стороне на конце грань, а на правой стороне на липе грань. А от тех граней идучи лесом, оставя дорожку в правую сторону, перешедши долину малую, на дву липах две грани, а против тех лип с левой стороны долина, а поехав долиною по левой стороне, на берёзе грань, а на правой стороне на клену грань, а от тех граней, идучи лесом подле того же долу, на левой стороне на дубу грань, а на правой стороне на клену грань. А от тех граней съехав на дорожку, которая пришла в правую сторону, по обоим сторонам той дорожки, на левой стороне на липе грань, а на правой стороне на клену грань. А от тех граней идучи дорожкою прямо, на двух дубах грань. А от тех дубов, идучи лесом у верх скельских вершин, около берёзки на двух старых дубах грани, на левой стороне Цы:, а на правой стороне веди. А от тех дубов дорожкою под горку криница, и в той кринице на двух осинах две грани. А от тех осин на низ тою криницею до речки Ворскла и до Скельских гор, а на Скельской горе вал от леса Стараго городища, и в том же городищу, по конец горы над Ворсклом, одинатцать сосен, а над соснами и над рекою Ворсклом два каменя самородные великие, по конец горы на левой стороне камень в сторону Царскаго Величества, а на правой стороне камень плоской королевскаго величества, а в Букрымовском лесу поляна Журавна, и буды, где попел жгуть, в стороне Царскаго Величества. А перешедши Ворск от Скельских гор, как в договоре Варшавском писано, прямым путём к Муравскому шляху на речку Котелёвку, и на курган Вываренный, до Калатаевой гатки, которая на реке Мерле. А за тою гаткою и Мерлом, Муравский шлях; и по тую Калантаеву гатку, как в докончательных записях написано, старожидьцы, за крестным своим целованием, Путивльской уезд скончали, по записям вечнаго докончания, и тут скончился рубеж корунный, да будет имя Господне благословенно, от ныне и довека.Доведены межи, за крестным целованием , от устья Усы малыя, чрез Сулу до реки Псла, старожилцы за крестным целованием королевскаго величества; а от Псла до Ворскла, и до Муравскаго шляху старожилцы Царскаго Величества так же за крестным целованием. На левой стороне земля и угодья Великого Государя Царя, и великаго Князя Алексея Михайловича, всея Россия Самодержца, и многих государств Государя и обладателя, Его Царскаго Величества Путивльскаго уезду; а по праве земля и угодия наияснейшаго и великаго Государя Владислава четвертаго, Божиею Милостию короля Польскаго и великаго князя Литовскаго и иных Его Королевскаго Величества Черниговскаго и Черкаскаго уезду. – И грани есмы потому рубежу поклали, и копцы покопали, и урочища всякия, реки и речки, и всякия признаки по тому рубежу учинили, как в сей записи выше всего описано, по тому разводу Великаго Государянашего Царя, и великаго Князя Алексея Михайловича всея России Самодержца, и многих государств Государя и обладателя, Его Царскаго величества Путивльским воеводам, и всяким людям, держать крепко, нерушимо, и чрез те рубежи и межи, как в сем записе описаны, непреступити; и новогородка северскаго, черниговских и иных польских и литовских городов земель, к Путивлю, и к иным Царскаго Величества городов уездам, чрез тот рубеж неосвоивать, и невступатись; и насильства никотораго, королевскаго величества людям, не чинить; и земель пахотных и непахотных; сенных покосов, и рыбных ловель, и вод, и лесов, и бортных ухожьев, и бобровых и иных звериных гонов, и всяких угодий, чрез рубеж, не принимати, и невладети никакими угодии. Так же наняснейшаго и великаго Государя Владислава четвертаго, Божиею милостию короля Польскаго, и великаго князя Литовскаго и иных Его королевскаго величества новгородка северскаго и черниговским и иных городов воеводам и приказным людям, чрез те рубежи и межи, как в сей записи описаны, непреступовати: и великаго Государя нашего Царя, и великаго Князя Алексея Михаиловича всея России Самодержца, и многих государств Государя и обладателя, Его Царскаго Величества земли Путивльской, и иных городов и уездов; и городищь Недригайловскаго, Городецкаго, Каменнаго, Ахтырскаго, Ольшанскаго; и тех городищь, и иных Царскаго Величества земель, к Новогородку Северскому и Чернигову, и к иным городам чрез тот описанный рубеж, как в сей записи написано, не переходити; и земель не освоивати, и невступатись; и насильства никотораго нечинити; и земель пахотных и непахотных, и сенных покосов, и рыбных ловель и вод, и лесов и бортных ухожьев, и бобровых и иных звериных гонов, и всяких угодий чрез рубеж, не принимати, и не владети никакими угодии; а ведати рубеж обе стороны по томуже, как мы об их великих Государств судьи, меж себя в сих договорных межевых записях написали и постановили. – А будет с которой стороны, кто – нибудь, чрез рубеж перейдёт, пашнями пахотными, или бортными ухожьи, и сенными покосы, и рыбными ловлями, и иными какими-нибудь угодии, учнуть владети, или рубеж кто почнет портить, и великаго Государя Царя, и Великаго Князя Алексея Михаиловича всея России Самодержца, и многих государств Государя и обладателя, Его Царскаго Величества Украинским воеводам, и всяким приказным людем, которые будут у Путивле и в иных городах. Так же наияснейшаго и Великаго Государя Владислава четвертаго, Божиею милостию Короля Польскаго и великаго князя Литовскаго и иных Его Королевскаго величества Украинским Новгородко Северскаго и Черниговским и иных городов воеводам и старостам, и державцам, и всяким приказным людям, которые в тех городах будуть; меж себя согласиться: и на те места от себя послати добрых людей, и велеть о тех обидах и неправдах, сыскивати, и с которой стороны нибудь виноватаго сыщуть, и виноватому мсотря по вине, наказание учинять, и в великих винах казнити; чтоб промеж порубежских мест, воровства и неправды не было; а темиб неправдами, Государскаговечнаго докончания, которое вечное докончание, оне обои Великие Государи, учинили; и чрез обоих великих послов,– Царскаго Величества боярина и наместника Польскаго. Теодора Ивановича шереметова да бояринаж и наместника Суздальскаго, князя Алексея Михайловича Львова Ярославскаго, с товарищи; и великих послов по договору бояринаж и наместника Суздальскаго, князя Алексея Михайловича Львова Ярославскаго с товарищи, королевскаго величества с великими послы, с Якубом Жадином, быскупом Хеминским и Познанским, с товарищи; и после того и те, с паны рады коруны польской и великаго княжества литовскаго с ксендзом Андреем Шолдринским Бискупом Познанским, с товарищи; и нынешнее обоих великих Государей, Царскаго Величества и королевскаго величества на прежнее вечное докончание, подтверждаем: которое учинено Царскаго Величества чрез великиз послов, боярина и наместника Вологодскаго василия Ивановича Стрешнева, с товарищи; не нарушивать и не разрывать.– А где, в которых местах земли, и угодия всякие, мы обои межевые судьи, размежевали и розвели; и на тех местах и межах, велели есьмы, признаки учинить; а где какая признака по меже учинена, и то описано всё в записе, выше сего именно. А которые старожильцы с паны, на межевании были, и тем старожильцам имена всем в межевании записали есьмы». Следуют имена старожилов. Далее: «А к сей межевой записи, для большаго утверждения, что тому, как в наших договорных записях написано крепку, и стоятельну и нерушиму без всякой хитрости и обману задержану ести, мы Великаго Государя Царя, и великаго Князя Алексея Михаиловича всея России Самодержца, и многих государств Государя и обладателя, Его Царскаго Величества межевые судьи, стольник и наместник Кашинский, и города Севска и Комаринских волостей драгунскагострою воевода Замятня Теодоров Леотьев, да я Государскаго величества дворянин Теодор Михаилович Макинин, да я Государскаго величества дьяк Григорий пятой; наияснейшаго великаго Государя Владислава четвертаго; Божиею милостию короля Польскаго и великаго князя Литовскаго, и иных Его королевскаго величества с вельможным паном Радным, и великим послом коруны польской, с Адамом Свентолничем кисилем каштеляном, генералом Киевским Житомирским Оврутским старостою носовским; да с межевыми судьями Станиславом Пенчевским судиею земским Черниговским, с Яном Пенчинским, подчашим Новгородским ротмистром королевскаго величества, по сему нашему договору, и сей записи, руки свои приписали, и печати приложили, чтоб то в предь было крепко и нерушимо. Писан лета от создания мира семь тысячь, сто пятьдесят пятого году, месяца июля третьего надесять дня.»

СЛОБОДА ОЛЬШАНА

На р. Алешне, в 55 верстах от гор. Сум и в 40 от Лебедина.

В кратких заметках, писанных на одной книге иеромонахом Иоасафом (в мире Иваном Семёновичем) игуменом Михайловского монастыря, читаем: «Року 1609 ольшанские казаки с казаками приселков Городища да Бобрика, рушились в Веприке збуйно з старшинами Кислым, Манилом и Сычем, а иншие до рушенья того з полковником Самойловичем пребували у Гадяча и мусили бути при Коломаце». Таким образом Ольшанская сотня существовала ещё при гетмане Петре Сагайдачном. По размежевании границ между Россиею и Польшею в 1647 году из Польши принято во владение московского Царя «на усть речки Ольшанки, выше Недригайлова у пяти верстах, острог и слобода Ольшаная». Следовательно в 1647 году на реке Ольшаной существовали и острог и слобода и следовательно эта местность населена была далеко прежде того, как черкасы стали переходить с берегов Днепра под власть и на земли московского Царя. В версте от нынешней слободы Ольшаной впадает в реку Сулу речка Попадья. В другом месте объясняем мы, что здесь надобно полагать известный по летописи ещё в 1147 году город Попаш, старинный русский, православный город.

О черкасской Ольшаной известно, что когда страдальцы унии перешли на покойные земли московского Царя: то ольшанская сотня, увеличившаяся тогда, вошла в состав сумского слободского полка. В последствии часть Ольшанки с значительным количеством дикопорожних земель (где ныне хутор Козельское, в 8 верстах от Ольшаной) пожаловано в вечное потомственное владение сотнику Степану Пустовойтову, которого наследники, генерал-майорша Шатова и титулярная советница Терновская, поныне владеют жалованным имением.

По выставленным нами памятникам о древней Ольшане нет сомнения, что храм в Ольшаной существовал ещё прежде 1609 года. Есть известие, что один из старшин казацких, в благодарность за то, что Бог избавил Ольшанцев в день Апостолов Петра и Павла от разорения Татар, построил в Ольшаной, близ дороги, небольшую деревянную церковь во имя святых Апостолов Петра и Павла. Эта церковь, говорит тоже предание, была разграблена униатами и потому осталась в запустении, а священника взяли в другое место. Когда это было? – известие не показывает.

По преданию сотник ольшанской сотни Михаил Шульга соорудил другую церковь, во имя св. Архистратига Михаила с приделом во имя Апостолов Петра и Павла, а Петропавловскую разобрал. Эта двухпрестольная церковь простояла не более десяти лет и была сожжена громовым ударом.

После этого несчастия, невдалеке от преждебывшей, выстроена новая церковь во имя Святителя Николая. В этом храме слушал богослужение Царь Пётр I, а после обедал в доме полкового судьи Ивана пустовойтова.

С течением времени эта Николаевская церковь пришла в ветхость. Жители слободы Ольшаной, не уничтожая старой, выстроили новую во имя св. Архистратига Михаила с приделом Петра и Павла. При сооружении и украшении Михайловской церкви главным попечителем был Шульгин, потомок Шульги, выстроившего в слободе Ольшаной первую Михайловскую церковь.

Ныне существующая Михайловская церковь деревянная, на каменном фундаменте, вновь переделана из старой деревянной с таковою же колокольнею в 1781 году.

В 1827 году помещица Анастасия Пустовойтова, в ограде Михайловской церкви устроила на собственный кошт каменную небольшую церковь во имя св. мученик Сергия и Анастасии, над гробами родственников своих.

Крестьянин Иерофей Подоляка, благодарный к благодеющему Промыслу Божию, сделал разные приношения храму Божию на 2000 рублей серебром. Он купил евангелие в серебряной оправе превосходной работы и колокол в 104 пуда, который по отлично хорошему звону считается редкостью края.

Замечательные книги храма: евангелие московской печати 1641 года, евангелие «со стихами и главами первое издадеся» московской печати 1657 года, триодь постная московской печати 1710, 1724 годов, акафист киевской печати 1748 года, служебник черниговской печати 1746 года.

В 1668 году Ольшанцы вместе с Недригайловцами и Терновцами были вовлечены в обман хитростями изменника гетмана; но, уступив насилию, скоро принесли повинную Царю, и Царь простил их.

«Року 1708 Шведы конные и пешие всю слободу Ольшану разогнали, а казаки батал чинили з Шведами до самого Городища, и пощады не було од Шведов никому».

В 1774 году в следствие засухи был большой недород хлеба; а кроме того были в Ольшанской пожары. В 1783 году слобода Ольшаная горела почти целые сутки, с июля 21 до полудня 22 числа.. В память этого грозного бедствия день Марии Магдалины и ныне чествуется в Ольшаной с особенным благоговением. Вся часть слободы Ольшанской, называемая Загребелье, выгорела тогда до основания.

1831 год памятен холерою, истребившею в Ольшаной в один месяц мужеска пола 93, женска 106, а всего 199 человек. 1835 и 1839 годы заметны недородом хлеба, – от чего происходила дороговизна на хлеб, и многие принуждены были питаться желудями, листьями и корою.

В 1848 году от холеры умерло в слободе Ольшаной 110 человек муж., 117 жен.; а от засухи произошёл неурожай хлеба и большой недостаток в корм для скота, в следствие того в 1849 году в Ольшаной пало почти две трети скота.

По исповедной записи за 1755 год при Ольшанском храме значится прихожан 780 муж., 815 жен., в том числе служащих казаков 318 муж., 287 жен., посполитых 457 муж., 527 жен. пола, за тем было прихожан: в 1770 1589 муж., 1697 жен., в 1790 году 1985 муж., 2111 жен., в 1810 году 2057 муж., 2267 жен., в 1830 году 2459 муж., 2637 жен., в 1850 году 2333 муж., 2641 жен. пола.

В приходе слободы Ольшаной находятся значительные памятники древности: а) Не подалёку от слободы Ольшаной на юге стоят на полях курганы, расположенные почти по прямой линии от запада на восток; иные из них имеют правильную фигуру редутов, а другие образованы из небольших насыпей. О значении последних думают, что они в первые времена населения Украйны, когда крымские татары и нагайцы набегами своими так часто тревожили казаков и нередко грабили и убивали, служили сторожевыми местами, с которых казаки наблюдали приближение неприятелей. На насыпях ставили шесты с соломою, с тем, чтобы зажигать солому в случае приближения неприятеля и тем давать знать о нём. О курганах первого рода думают, что это были в собственном смысле военные укрепления, сделанные на случай нападения неприятеля. б) В 10 верстах от Ольшаной на юго-восток пролегает дорога, называемая Рудоман или Ромодан. Эта дорога идёт из Путивля на Терны, Низшую Верхосулку и в Гадяч. Вероятно она проложена князем Ромодановским в 1663 году или в 1667 году, когда он отряжался для отражения крымцев и поляков, а потом против турок и крымцев, домогавшихся ввести власть султана в Малороссию.

СЛОБОДА ТЕРНЫ

При реке Терне, впадающей в реку Сулу, на северо-западе от уездного города Лебедина и неподалёку от границ Курской и Полтавской губерний. Название сей слободы производят старожилы от названия речки, протекающей чрез эту слободу, а речка получила своё название от того, что выходит из тернового куста, в 20 верстах от города Путивля (Курской губернии), и в 25 от сей слободы, и что при берегах этой речки был некогда густой лес с частыми терновыми кустарниками.

По официальному документу земли Тернов в 1651 году отданы были Путивльцу Якову Шулешкину, и сын его Иван Шулешкин около 1655 года населил на речке Терне слободку. Из сохранившейся при Недригайловской соборной Покровской церкви выписке из грамоты Царя и великого Князя Алексея Михайловича видно, что в 1668 году Терны уже пользовались большою известностью, как слобода многолюдная. Изменник гетман Иван Брюховецкий «писал прелестные листы из Гадячья в Недригайлов и в Недригайловский и Путивльский уезд и в Терновскую слободу к черкасам». Кажется в это время, или как говорит документ, при сотнике Подольском, слобода Терны взята была в казну и состояла после того в ведении придворного правления.

По устному преданию известно, что первая церковь в слободе Тернах была деревянная однопрестольная, церковь во имя Покрова Пресвятой Богородицы, и что она устроена была в скорости по населении слободы. В 1709 году Государь Император Пётр I, возвращаясь с знаменитой Полтавской битвы, из благодарности своей к Промыслу Божьему, даровавшему победу над Карлом XII, королём Шведским, в память своего пребывания в слободе Тернах, заложил новую деревянную же трёхпрестольную церковь, в честь Покрова Пресвятой Богородицы, святых и праведных Захария и Елизаветы и Святителя Христова Николая. Эта церковь, при Монаршем пособии, выстроена была, украшена и снабжена всем нужным от усердия прихожан, заботливостью бывшего в то время протоиерея Симеона Давидова.

Графиня Анна Алексеевна Скавронская, младшая сестра Императрицы Екатерины I, была замужем за Симоном Гендриком, который, по возшествии Елизаветы Петровны на престол, 25 апреля 1742 года, возведен в графское достоинство и назван графом Гендриковым.

Дочь их графиня Марфа Симоновна Гендрикова была выдана Императрицею Елизаветою Петровною за генерал-поручика Михаила Ивановича Сафонова.

Императрица Екатерина в 1727 году пожаловала слободу Терны зятю своему Гендрикову, а Императрица Елизавета в 1749 году утвердила это имение за дочерью Гендрикова Марфою Симоновною, при рождении ею сына Петра, в потомственное владение ( – Января 11 1750 чиновником вотчинной Коллегии Терновская вотчина отказана была графу в таком виде: «в слободе Тернах двор господской со всяким дворовым и хоромным строением и с садом яблоновым и вышневым, да недвижимого имения пашни 82? десятины, сенных покосов 400 копен, а четверьми 165 четвертей, и в той же слободе Терновой 850 дворов, в них малороссиян мужского пола 2502 души, да построенные от Терновских обывателей хутора: на Кринице один, в верховье Бобрика четыре, да рекою Лопнею на ярку, смежно с Ворожбенским курганом близ Ворожбенского шляху, два; да в верховье Бежи, ниже устья яра, два хутора, да мельницы на речке на Терну при, в них 9 каменей, на реке Бежи семь, в них 14 камней, на реке Бобрику – три, в них четыре камня». Выписка из определения Недригайловского уездного суда 1793 года июня 15 дня). Императрица вскоре после того сама изволила посещать свою двоюродную сестру (Марфу Симоновну Сафонову) в Тернах, где к приезду её был выстроен деревянный дворец и при нём Воскресенская церковь, которая и по днесь существует.

Дети Марфы Симоновны Сафоновой: сын Пётр Михайлович Сафонов умер бездетным, а дочери: Елизавета вышла замуж за князя Александра Петровича Щербатова, а Марфа за Сергея Алексеевича Дмитриева-Мамонова, которые в 1777 году разделили между собою Терновское имение на две равные части, выделив на седьмую часть жене покойного брата их Александре, по второму мужу Шидловской, слободку Тучное.

Сын княгини Елизаветы Михайловны Щербатовой, камергер князь Александр Александрович Щербатов выстроил в слободе Тернах, вместо ветхой Покровской церкви, новую каменную во имя святителя Чудотворца Николая; а сын Марфы Михайловны Дмитриевой-Мамоновой прапорщик Николай Сергеевич Дмитриев-Мамонов на новом месте соорудил церковь каменную во имя Покрова Богородицы.

Деревянный дворец, находившийся в той части слободы Тернов, которая досталась Мамоновым, был сломан; все придворные экипажи, как то: золотые кареты, линейки, одноколки и прочее проданы в лом, и из картин домашнего убранства и посуды, почти ничего не уцелело.

Деревянная же придворная Воскресенская церковь, находящаяся в той части Тернов, которая досталась князьям Щербатовым, поддерживалась усердием владельцев до настоящего времени, и теперь возобновляется, с сохранением иконостаса в древнем его виде.

В 1844 году в новой Покровской церкви, устроены ещё два тёплые придела: один с правой стороны во имя Святителя Христова и Чудотворца Николая, другой с левой во имя Равноапостольной Марии Магдалины, помещицею девицею Екатериною Николаевною Дмитриевой-Мамонтовой.

Во время возмущения гетмана Брюховецкого Терновцы вместе с Недригайловцами на время уступали насилиям изменника гетмана: но скоро раскаялись и получили прощение.

К памятникам древности, находящимся в округе прихода, можно отнести следующее: а) Почти в самой средине Тернов, в северо-восточной стороне, есть земляной вал, начинающийся с северо-западной стороны и по прямой линии (около 500 шагов) простирающийся на восток, оканчивающийся неподалеку от реки Терна. Предание говорит, что это остатки того укрепления, которым Терновские жители ограждали себя против неприятельских нападений, во время войны Императора Петра I с Карлом XII, королём шведским, – что при приближении неприятелей, жители слободы Тернов и соседственных деревень собирались сюда и отбивались от нападений неприятеля. б) В пяти верстах на юго-восток от Тернов есть слободка Городище, (ныне владения княгини Параскевы Щербатовой), на самой границе Полтавской губернии; в этой слободке доныне сохранилась земляная крепость, обнесённая с трёх сторон земляным валом (и теперь высоты довольно порядочной), а с четвёртой, восточной, защищённая рекою Терном. Предание говорит, что здесь стояла русская батарея, во время кампании Петра I с Карлом XII, – счастливо работавшая ядрами и пулями против Шведов; в недавнее время находили здесь конские военные уборы, мундштуки, подковы, – пушечные ядра и прочее. Эта крепость и теперь называется городком, откуда и название слободки Городища. Тем не менее основание этого городка не принадлежит временам Петра. Ещё в 1609 году видим отважных казаков Городища и Бобрика, тогда приселков слободы Ольшаной, а ныне хуторов. В переговорах 1638 года между Россиею и Польшею это городище называется то Лехановским, то Дехановским Городищем. Последнее название очень близко к встречающемуся в летописях городу Въехани, который показывается не в дальнем расстоянии от города Виря (Белополья). И сходство названий и местность Терновского Городища дают право на уверенность, что Терновское Городище есть памятник дотатарского города Въеханя.

СЕЛО МАРКОВКА

При реке Суле, вытекающей с юго-восточной стороны, верстах в 20 от Марковки и в таком же расстоянии от города Сум.

О начале заселения Марковки и устроения местной церкви, устные предания сохранились cледующие: Марк Альферов, бывший старшиною сумского полка (1660 – 1670 годы), в награду за службу получил от полковника Герасима Григорьевича Кондратьева дикопорожние земли от истока реки Сулы, по течению её до нынешних границ, принадлежащих к этому селению земель; эти земли утверждены были за Альферовым и Высочайшими грамотами. Марк Альферов не замедлил заселить земли свои черкасами, выходцами из-за Днепра, и таким образом образовалась Марковка. Первый храм построен здесь в 1671 году во имя Апост. и Еванг. Марка – Ангела основателю Марковки; спустя 50 лет храм сей сгорел от молнии. В 1801 году устроен был третий деревянный храм, в конце Марковки на южной стороне, из купленного в Лебедине Преображенского храма. В этой церкви, на стене южной стороны, были вырезаны слова: «1708 года месяца ноября был в сей церкви Царь Пётр I и читал Апостол», то есть, когда она была в Лебедине. Эта церковь в 1834 году ноября 30 числа от происшедшего в ней пожара сгорела со всем имуществом и архивом. В 1836 году выстроена существующая ныне церковь каменная с таковою же колокольнею, на том месте, где существовали первые две, и освящена во имя Преображения Господня; строителем её был помещик, полковой эсаул, Игнатий Саввич Заславский.

Приход много терпел испытаний. После пожара 1720 года, саранча не раз истребляла хлеб на полях; с 1800 по 1811 год она почти каждый год заставляла Марковцев терпеть голод. В 1829 году был падёж на рогатый скот; в 1831 и 1848 годах – холера; в последний раз умерло от неё 70 человек, в 1835 и 1839 годах страдали жители от неурожаев хлеба; в 1840 году был сильный падёж на скот.

Число прихожан: в 1730 году 772 муж., 761 жен., в 1750 году 850 муж., 836 жен., в 1770 году 985 муж., 960 жен., в 1790 году 1167 муж., 1176 жен., в 1810 году 1275 муж., 1298 жен., в 1830 году 1345 муж., 1410 жен., в 1850 году 1441 муж., 1521 жен.

Местные памятники древних исторических событий заключаются в следующем: на берегах реки Сулы, в даче сельца Миловидова, находятся обширные насыпи. Часть этих насыпей, по близости их к саду помещика, обращены в садовое украшение; при обделке их находимы были на довольной глубине различные воинские принадлежности, между прочим конские сбруи и большой длинный меч, с обоих сторон острый, на коем изображены были какие-то знаки, которых не могли разобрать. Сверх того на правом возвышенном берегу реки Сулы заметны здесь же остатки бывших землянок, имеющие вид больших печей, по коим и находящееся вблизи поселение получило название Печищ, – по последним ревизиям называемое сельцо Миловидово. Насыпи находятся и на смежной с сельцом даче, принадлежащей к селу Марковке, на правой стороне реки Сулы; оне встречаются и далее в Лебединском и Сумском уездах и по рекам Суле, Сейму и Десне доходят до Путивля и Конотопа.

СЛОБОДА ДЕРКАЧЕВКА

При реке Терне, впадающей в реку Сулу

По делам видим Деркачёвский храм Святителя Николая с начала XVIII столетия21 (21 – Сл. о Межириче); а по местному преданию Николаевскому храму предшествовал храм Рождества Богоматери.

В 1780 году построен ныне существующий храм Святителя Николая.

Число прихожан: в 1730 году 610 муж., 585 жен., в 1750 году 650 муж., 640 жен., в 1770 году 686 муж., 670 жен., в 1790 году 703 муж., 708 жен. пола войсковых обывателей при 2730 десятинах земли, в 1810 году 741 муж., 751 жен. пола, в 1830 году 793 муж., 835 жен., в 1850 году 832 муж., 876 женского пола.

Дела промысла Божия: а) от свирепствовавшей эпидемической болезни – холеры в 1831 году умерло 39, а в 1848 году 30 человек; б) в 1848 году был падёж на скот, которого пало до 60 штук; в) приходская церковь в том же 1848 году была в большой опасности от пожара, случившегося в доме крестьянина. Храм спасён от опасности преимущественно старанием крестьянина генерала Стрекалова Феодора Сеньки, подоспевшего на пожар с пожарною трубою.

СЕЛО БУДКИ

На реке Терне

Когда из принадлежавших полковнику сумского полка Герасиму Кондратьеву обширных земель в Сумском и Лебединском уездах, иные заселены были черкасами, другие назначены были для хлебопашества, на третьих паслись стада его: то возвышенные пустопорожние земли, прилегающие к нынешнему селу Будкам, некоторое время нанимаемы были под бакши; на них же были и пасеки. Для наблюдателей за этими хозяйственными заведениями устрояемы были шалаши – будки, от чего и урочище это получило название Будок. Образовавшееся за тем поселение внизу возвышенностей по ближайшему урочищу названо также Будками. В 1697 году Будки назывались деревнею стольника Романа Герасимовича Кондратьева.

Выпись из межевых книг августа 10 1697 года здесь между прочим: «вниз по Суле реке к столбу и от столба вкруте на право на Старое городище,… к реке Терну и к столбу, что стоит на кургане у реки Терну;… лес на горе от Старого городища его ж стольника Романа». А земли соседней Верхосулки по вводной 1697 года января 10 дня куплены «у Недригайловцев беломесных казаков… за сто рублей» полковником Андреем Кондратьевым

В 1733 году ктитор и прихожане «Николаевской церкви вотчины сумского полкового есаула Ивана Кондратьева слободки Будок», испрашивая дозволения возобновить храм свой, писали: «в прошлых годах, тому будет лет с сорок и больше, в той его вотчине, слободке Будках, построена церковь Божия во имя Николая Чудотворца». По этому известию первый храм в Будках построен около 1692 года. Ныне существующий храм Святителя Николая построен в 1773 году.

По устному преданию известно, что в этом приходе в старину соблюдалось следующее обыкновение: пред храмовым праздником и пред праздниками рождества Христова, святой пасхи и сошествия Святого Духа, церковный староста собирал от прихожан доброхотные подаяния, готовил мёд и, в праздник готовился так называвшийся братский стол, к которому приглашались священник, церковнослужители и прихожане; при этом для всего села производилась продажа мёда, и выручаемые деньги обращались в пользу церкви, с отделением некоторой части для нищих. Отсюда также открывается, что в Будках было церковное братство – учреждение Заднепровское.

Дела правосудия Божия: а) в 1831 году от эпидемической болезни – холеры умерло 65, а в 1848 году 47 человек; в 1830 году от кори умерло 20 младенцев, б) в 1847 году в осеннее время свирепствовала гнилая горячка, от коей умерло 19 человек. Сверх того страдали жители сего села от неурожаев хлеба в 1830, 1835 и 1840 годах.

Число прихожан: в 1730 году 448 муж., 420 жен., в 1750 году 622 муж., 620 жен., в 1770 году 535 муж., 510 жен., в 1790 году 385 муж., 477 жен., в 1810 году 432 муж., 569 жен., в 1830 году 576 муж., 647 жен., в 1850 году 484 муж., 574 жен. пола.

СЕЛО ШТЕПОВКА

При реке Сулке, впадающей в Сулу, и при дороге из Киева в Москву.

Штеповка получила своё название от основателя её, бывшего сотника сумского полка, Ивана Юрьевича Штепи, которому Царь Алексей Михайлович, около 1670 года жаловал земли между реками Сулою и Пслом. По переписи 1732 года Штеповка населена в 196 (1688) году.

Первый храм в Штеповке построен был в 1700 году, во имя Рождества Иоанна Предтечи в память Ангела основателю Штеповки.

Сл. о Межириче прим. По Царской грамоте 1705 года а) Штеповка называется селом; б) Штеповка с 40 дворами передана межеричскому сотнику Василию Святогоренку материею его Анною, бывшею за другим мужем, Святогором, тогда как первый муж её Иван Штепа прожил было это наследственное имение лет за 20 до того времени. Отселе началась фамилия Святогор-Штепиных. Сотник сумского полку Иван Штепа известен и по червленскому межевому акту 1681 года, где он подписался вместе с полковым писарем Андреем Мартыновым и с другими сотниками полка.

Помещица, генерал-майорша Прасковья Михайловна Стеричева соорудила каменный, ныне существующий, храм святителя Иоанна Предтечи, который освящён в 1811 году. Построение этой церкви продолжалось девять лет, – под распоряжением архитектора Палицына; иконостас устроен Стеричевою, – а утварь, ризница и богослужебные книги поступили из прежней церкви. Здание это стоило 35 000 рублей серебром; по огромности своей, это одна из первых в западной части харьковской епархии: фасад её представляет огромную цилиндрическую фигуру с величественными с трёх сторон портиками, украшенными колонадою, над коими возвышается обширный купол с четырмя по углам башнями. Будучи устроена на возвышенном месте, она видна со всех сторон на далёком расстоянии.

Метрические книги начинаются с 1774 года, а исповедные с 1785 года. Причт получает жалованье 4 класса и пользуется 66 десятинами земли.

По переписи 1732 года в Штеповке 281 душа мужского пола подданых подпрапорного Павла Штепенка, 86 душ мужских лебединского сотника Петра Штепы, 159 подданых Григория Штепы, 52 души вдовы Штепиной, 16 работников, школа с тремя наставниками, а всего 597 душ мужского пола.

За тем было: в 1750 году 621 муж., 588 жен., в 1770 году 670 муж., 635 жен., в 1790 году 651 муж., 639 жен., в 1810 году 749 муж., 760 жен., в 1830 году 900 муж., 957 жен., в 1850 году 1025 муж., 1145 жен. пола.

В 1831 году умерло от холеры 16 человек, а в 1848 году 30 человек.

В округе нынешнего Штеповского прихода, в 4 верстах от Штеповки на запад, близ дороги, идущей из Москвы на Киев, имеются обширные насыпи. Простонародие называет их робленными могилами; название их означает то, что оне насыпаны уже слободскими казаками для наблюдения за Татарами.


Комментарии для сайта Cackle

Открыта запись на православный интернет-курс