В.В. Симонов

Глава 5. Очерк истории Армянской апостольской церкви в древности и Средневековье

После изучения данной главы студент должен:

знать

• исторические условия распространения христианства в Армении;

• политические и догматические причины несогласия Армянской церкви с решениями Халкидонского собора;

• значение христианства для формирования национального сознания армянского народа в период внешних инвазий;

• политические условия и конфессиональные особенности развития армяно-латинских церковных отношений;

• особенности институциональной структуры Армянской церкви;

уметь

• выделять общее и особенное при анализе исторического развития религиозных конфессий;

владеть

• навыками сравнительно-исторического и историко-критического анализа конфессиональных особенностей «дохалкидонских» церквей.

§ 1. Основание Армянской церкви

1. Проповедь христианства в Армении в I–III веках

Древнейший период истории Армянской церкви известен очень плохо30 в связи с тем, что армянский алфавит был создан только в начале V в.

Довольно долго история Армянской церкви на ранних этапах ее становления передавалась изустно, как Священное Предание, имеющее историческую основу. Оно было записано в начале V в. и в дальнейшем попало в многочисленные армянские историографические и агиографические сочинения.

В соответствии со Священным Преданием первые упоминания о христианстве в Армении можно отнести ко времени деятельности апостолов. Различные исторические источники на армянском, сирийском, греческом и латинском языках подтверждают факт проповеди христианства в Армении апостолами Фаддеем и Варфоломеем, которые стали основателями церкви в Армении и были преданы мученической смерти по приказу армянского царя Санатру́ка.

Согласно Преданию после вознесения Христа один из его учеников, Фаддей, прибыв в Эдессу, исцелил царя Осроэны Авгаря (Абгара) от проказы, рукоположил Аддая во епископа и отправился в Великую Армению с проповедью Слова Божия. Среди множества обращенных им в христианство была также дочь царя Санатрука Санду́хт. По приказу разгневанного царя апостол вместе с царевной и другими новообращенными приняли мученическую смерть в Шаваршава́не, в гаваре Арта́з31.

Спустя несколько лет, примерно в 29-й год правления Санатрука, в Армению после проповеди в Персии прибыл апостол Варфоломей. Он обратил в христианство сестру царя и многих придворных, после чего по приказу Санатрука принял мученическую смерть в г. Аребанос (Альбан, Албан), расположенном между озерами Ван и Урмия.

Фрагмент одного из исторических сочинений содержит повествование о мученичестве свв. Воскеа́нов32 и Сукиасеа́нов в Армении в конце I – начале II в. Автор ссылается на «Слово» апологета Татиана, который был хорошо знаком с историей апостолов и первых христианских проповедников. Согласно этому фрагменту ученики апостола Фаддея во главе с Хрюсием, бывшие римскими послами, после мученической смерти апостола обосновались у истоков р. Евфрат, в ущельях Цахкеа́ц. Когда на престол взошел Арташе́с, они пришли во дворец и стали проповедовать Евангелие.

Арташес, будучи занят войной на Востоке, просил проповедников отложить беседы до окончания войны. В отсутствие царя Воскеаны обратили в христианство многих придворных, прибывших из страны аланов к царице Сатени́к, за что царские сыновья предали их мученической смерти. Обращенные в христианство аланские князья покинули дворец Арташеса и поселились на склонах горы Джраба́шх, где прожили 44 года и по приказу аланского царя приняли мученическую смерть вместе со своим предводителем Сукиа́сом.

К I в. сложились благоприятные внешние и внутренние предпосылки для принятия христианства в Армении. В сопредельных с Арменией Каппадокии, Осроэне и Адиабене, с которыми страна была связана тесными торговыми, политическими и культурными узами, христианство уже было широко распространено. Кроме того, в I–III вв. Малая Армения политически являлась частью римской провинции Каппадокия, и поэтому христианство могло найти пути в Великую Армению через Малую.

Важной предпосылкой к распространению христианства было существование на территории Армении еврейских политевм, из которых, как правило, первые христианские проповедники обычно и начинали свою деятельность. Так, апостол Фаддей, прибыв в Эдессу, остановился в доме некоего вельможи-еврея. Довольно многочисленные еврейские политевмы существовали в главных городах Армении – Тигранаке́рте, Арташа́те, Вагаршапа́те, Зарехава́не и др.

Тертуллиан в труде «Против иудеев» (197 г.), перечисляя народы, принявшие христианство, называет парфян, лидийцев, фригийцев, каппадокийцев и армян. На это же указывает и блж. Августин в сочинении «Против манихеев».

На рубеже II–III вв. армянские цари Вага́рш II (186–196), Хосро́в I (196–216) и их преемники получили известность как гонители христианства; их деяния описал епископ Кессарии Каппадокийской Фирмилиан (230–269) в «Истории гонений на Церковь».

У Евсевия Кесарийского имеется упоминание о датируемом 251–255 гг. письме Дионисия, епископа Александрийского, «О покаянии к братьям в Армении, где епископом был Меружан». Из него следует, что в Армении в середине III в. существовала организованная и признанная церковью христианская община.

2. Принятие христианства

Принятие христианства в 301 г. – важнейшее в истории армянского народа событие, главную роль в котором сыграли Григо́р Лусавори́ч (Просветитель), ставший первым католико́сом (патриархом) Армянской церкви (302–326), и царь Армении Трдат III (287–330).

Из сочинений армянских историков V в. следует, что в 287 г. Трдат прибыл в Армению в сопровождении римских легионов, чтобы вернуть отцовский престол. В поместье Ериза, гавара Екегеац, он совершил обряд жертвоприношения в капище языческой богини Анаит.

Один из сподвижников царя, Григор, будучи христианином, отказался участвовать в этом жертвоприношении. Когда Трдату стало известно, что Григор – сын Анака, убийцы отца Трдата царя Хосрова II, он повелел за эти «преступления» поместить Григора в темницу в Хор Вира́пе33, предназначенную для смертников. В тот же год царь издал два указа, в одном из которых приказал арестовывать всех находящихся в пределах Армении христиан и лишать их имущества, а во втором – предавать смертной казни укрывающих христиан.

Согласно Преданию, принятие христианства в Армении теснейшим образом связано с деятельностью и мученической смертью свв. девушек-христианок или «дев-рипсимеянок», которые, скрываясь от преследований императора Диоклетиана, бежали из Рима на Восток. Посетив Иерусалим и поклонившись святыням, девы, минуя Эдессу, достигли пределов Армении и обосновались в виноградных давильнях близ Вагаршапа́та. Трдат, очарованный красотой девы Рипсиме́, пожелал взять ее в жены, но, встретив отчаянное сопротивление и неповиновение, приказал предать всех девушек мучительной смерти.

Рипсиме и 32 ее подруги погибли в северо-восточной части Вагаршапата, их наставница Гаяне́ вместе с двумя другими девами – в южной части города, а одна больная дева была замучена прямо в давильне.

Предание относит гибель рипсимеянок к 300/301 гг. Мученическая смерть дев, которую они героически приняли, вызвала у царя сильнейшее душевное потрясение, от которого он тяжело заболел. Β V в. в народе эту болезнь прозвали «свиной», поэтому в последующие времена скульпторы изображали Трдата со свиной головой.

Сестре Трдата Хосроваду́хт приснилось, что Трдата может исцелить чудом выживший в темнице Григор. Он немедленно был освобожден из заключения и торжественно препровожден в Вагаршапат, где собрал и предал земле мощи дев-великомучениц, а затем 66 дней проповедовал христианство царю, после чего исцелил его. Царь и все его придворные приняли крещение, а христианство было провозглашено государственной религией Армении.

Вскоре на местах мученичества святых дев были построены три часовни.

Григор Лусаворич отправился в Кесарию Каппадокийскую, где был рукоположен каппадокийскими епископами во главе с Леонтием Кесарийским. Епископ Себастии Петр совершил обряд возведения Григора на престол в Армении. Церемония состоялась не в столице Вагаршапате, а в Аштиша́те, где уже издавна существовал епископский престол.

По возвращении в Вагаршапат Григор Лусаворич приступил к строительству кафедрального собора. Согласно Преданию, ему было видение: небо отверзлось, и с него сошел луч света, предшествуемый сонмом ангелов. Позади них был виден образ человеческий с золотым молотом в руке. Там, где ударил молот, земля разверзлась, и из глубины ее раздался страшный вопль. Затем на этом месте поднялся золотой пьедестал в виде жертвенника, от него восходил огненный столп с облачным покровом, над которым блистал крест.

Явившийся Григору ангел объяснил, что «образ человеческий – есть Господь; здание, увенчанное крестом, означает Вселенскую Церковь, пребывающую под охраной Креста, ибо на кресте умер Сын Божий. Место это должно сделаться местом молитвы. Повергнись перед благодатью, которую явил тебе Бог, и воздвигни здесь церковь».

Возведенный на указанном месте храм был назван Эчмиадзи́н, что в переводе с армянского означает «сошел Единородный».

Новообращенное армянское государство вынуждено было защищать свою веру. Евсевий Кесарийский писал о том, что император Максимин Даза объявил войну армянам; их, «издавна бывших друзьями и союзниками Рима, притом христиан ревностных, этот богоборец попытался принудить к жертвоприношениям идолам и демонам и этим сделал их вместо друзей врагами и вместо союзников – неприятелями. (...) Сам он вместе со своими войсками терпел неудачи в войне с армянами». Легионы Максимина совершили поход на Армению предположительно в последний год жизни императора (312/3 гг.). Всего лишь за десятилетие христианство в Армении пустило такие глубокие корни, что за свою новую веру армяне подняли оружие против Рима.

Григор Лусаворич организовал Армянскую церковь по принципу армянской государственной административной системы34. Для каждого нахара́рства он рукоположил епископа, подчинявшегося епископу всей Армении, который вскоре стал именоваться католико́сом. Таким образом, иерархическая структура Армянской церкви возникла независимо от структуры, складывавшейся в церквах Римской империи, где на I Вселенском соборе была закреплена митрополичья, а на II Вселенском соборе – патриаршая система управления.

В 325 г. Григор, передав кафедру сыну, удалился в уединение, где умер в 326 г. и был похоронен в Эчмиадзине35. Армянское архиепископство долго оставалось в роде Григора36.

В 353 г. по единодушному согласию армянской знати католикосом был избран внук католикоса Уси́ка (341–347) князь Нерсе́с. Год спустя католикос Нерсес созвал в Аштиша́те собор, который вошел в историю как I Армянский национальный церковный собор.

Собор постановил организовывать в различных регионах Армении приюты для нищих, сиротские дома, больницы, лепрозории и другие благотворительные учреждения. Также было решено основать монастыри, в том числе и женские, и открывать в них школы. Собор запретил хоронить умерших по обычаю язычников – с плачем и воплями, разрывая на себе одежду, поскольку христиане верят в загробную жизнь; запретил брак между близкими родственниками; рекомендовал воздерживаться от пьянства, разврата, убийств, милосердно относиться к слугам, не обременять тяжелыми налогами народ и т.д.

На Аштишатском соборе обсуждался вопрос об арианстве. I Вселенский собор утвердил вероопределение о божественности Христа. Католикос Аристаке́с (326–328/9) привез в Армению Символ веры Никейского собора, который был принят св. Григором Лусаворичем.

Спустя несколько лет с одобрения властей в Римской империи распространились различные течения арианства. Последователи учения Ария были и среди армянских епископов. Аштишатский собор осудил арианство и подтвердил свою приверженность Никейскому Символу веры.

С этого времени предстоятель Армянской церкви стал именоваться католикосом Великой Армении (от греч. καθολικός – всеобщий [епископ]), а в 366 г. Армянская церковь, находившаяся до этого в канонической зависимости от кесарийской кафедры, получила автокефалию.

Католикосу Нерсесу удалось успешно претворить в жизнь решения I Национального церковного собора, за что его стали именовать Великим.

3. Создание армянского алфавита и перевод Библии

В 387 г. Великая Армения была разделена между Византией и Персией. Территории Армении, отошедшие к Византии, включали Высокий Айк, которым вскоре после падения армянского царства стали управлять наместники, назначаемые из Византии, а на территории Восточной Армении, перешедшей под контроль Персии, цари из рода Аршакуни правили в течение еще 40 лет. Только в 428 г. эта территория была присоединена к Персии, Сасаниды безуспешно пытались навязать армянам зороастризм.

Именно этот весьма непростой в политическом отношении период принято считать золотым веком армянской письменности.

Первоначально христианское богослужение в Армении велось на двух языках: греческом и сирийском, а специальные переводчики переводили службу, а также отрывки из Священного Писания на армянский язык. Многое из того, о чем говорилось в храме, верующим было непонятно.

Для того чтобы христианство овладело душой и сознанием народа, необходимо было, чтобы оно зазвучало на родном для верующих языке. Архимандрит Месро́п Машто́ц выдвинул идею создания армянского алфавита, которую поддержали католикос Саа́к Парте́в (387–438) и армянский царь Врамшапу́х (389–417), и после продолжительной работы в 406 г. создал армянский алфавит. Первое предложение, переведенное им на армянский язык, было: Познать мудрость и наставление, понять изречения разума (Притч. 1:1).

При содействии католикоса и царя Месроп Маштоц основал школы в разных уголках Армении; широкое распространение получили не только переводы на армянский язык – в дальнейшем постепенно развилась также оригинальная литература богословского, этического, экзегетического, апологетического, исторического и других жанров.

Переводческую деятельность возглавил католикос Саа́к, который в первую очередь перевел на армянский язык с сирийского и греческого Библию. Одновременно он отправил своих лучших учеников в известные культурные центры того времени: Эдессу, Амид, Александрию, Афины, Константинополь и другие для совершенствования в сирийском и греческом и в переводе произведений отцов церкви.

С сирийского и греческого на армянский язык в кратчайшие сроки были переведены многочисленные богословские труды: сочинения Иринея Лионского , Григория Чудотворца, Афанасия Великого, Епифания Кипрского, Евсевия Кесарийского, Кирилла Иерусалимского, Василия Великого, Григория Богослова, Григория Нисского, Ефрема Сирина, Иоанна Златоуста, Кирилла Александрийского, Исихия Иерусалимского и др., а также произведения греческих философов Аристотеля, Платона, Порфирия и др.

Сохранился сборник из 23 проповедей, приписываемых Григору Лусаворичу, который некоторые ученые датируют первой половиной V в. и приписывают его авторство Месропу Маштоцу.

Особое место среди отцов Армянской церкви V в. занимал Корю́н – один из первых учеников Маштоца, который обучался греческому в Византии. Возвратившись в Армению в 434 г., он переводил труды отцов Церкви, а кроме того, по просьбе католикоса Овсе́па, написал «Житие Маштоца», где подробно описал создание армянского алфавита и пути распространения просвещения в Армении.

Езник Кохбаци, еще один ученик Маштоца, в 427–430 гг. был отправлен сначала в Эдессу, а затем в Византию для совершенствования в сирийском и греческом языках и переводе книг. В 434 г. по возвращении на родину под руководством католикоса Саака он исправил перевод Библии и занялся переводческой деятельностью. Известно, что как епископ Багрева́нда он принимал участие в Арташатском соборе 449 г.

Езником Кохбаци был создан один из самых интересных образцов армянской церковной литературы и первое оригинальное богословское произведение на армянском языке- «Опровержение ересей» (441–449 гг.)37, в котором он выступал против дуалистического зороастрийского понимания добра и зла как двух субстанциальных начал всего существующего, против персидского маздеизма, против греческого политеизма, против стоического пантеизма, против атеизма Эпикура и др., против гностического дуализма (вечное существование материи наряду с Богом), против ереси Маркиона и т.д.

Переводчик Егише́ обучался в Александрии, совершил паломничество к святым местам в Палестине, принимал участие в Шаапива́нском соборе 444 г., автор множества произведений, самыми известными из которых являются повествование «О Вардане и войне армянской» (454–464) – один из шедевров художественной исторической литературы, а также толкования Бытия, Иисуса Навина, Судей, «Явления Господне на горе Фавор», «Учения о Страдании, Распятии, Погребении и Воскресении Христа», «О душе человека» и т.д.

Агатангехо́с создал историю обращения Армении в христианство, в которую включено также обширное «Учение Просветителя».

Павсто́с Буза́нд (Бузандаци́) в 70-х годах V в. создал «Историю Армении», в которой была описана политическая и церковная жизнь Армении в 330–387-х годах. Это произведение является ценным источником сведений по истории Армянской церкви описываемого периода.

Мовсе́с Хоренаци́, ученик Саака и Маштоца, изучив греческий язык и философию в Александрии, Греции и Риме, вернулся в Армению в 440 г. Его главное произведение – «История Армении» вплоть до XIX в. являлось учебником во всех армянских школах и высших учебных заведениях.

Мамбре́ Верцано́х считается младшим братом Мовсеса Хоренаци. Ему приписывается несколько сохранившихся гомилий38: «О воскрешении Лазаря», «О Рождении Спасителя», «О входе Господнем в Иерусалим» и др.

Лаза́р Парпеци́ в V в. написал «Историю Армении», которая явилась продолжением «Истории Армении» Павстоса Бузандаци – от 387 до 485 гг.

Ова́н Мандакуни́, будучи католикосом (478–490), вдохновил спарапета Вана Мамиконя на на борьбу с распространением зороастризма в Армении. Мандакуни считается автором множества молитв, канонов и проповедей.

Вклад переводчиков в армянскую литературу V в. и в национальную культуру настолько велик, что Армянская церковь причислила их к лику святых и каждый год торжественно празднует память Собора свв. переводчиков.

4. Армения: выбор между христианством и зороастризмом

С древности Армения периодически попадала под политическое влияние то Византии, то Персии. Когда в IV в. христианство стало государственной религией Армении, симпатии армян обратились к Западу – христианскому соседу. В связи с этим персидские цари неоднократно предпринимали попытки насильственного отлучения Армении от христианства и насаждения там зороастризма. Небольшая группа нахараров (князей), владения которых располагались в южных областях Армении, граничивших с Персией, из соображений политической выгоды и безопасности разделяли интересы персов. Однако в Армении этого периода сформировались также византофильские политические предпочтения.

Согласно персидским и армянским источникам, в 330–340-х годах в результате гонений на христиан, инициированных Шапухом II, погибли десятки тысяч мучеников. В 337 г. Шапух II направил свои войска в Армению с целью уничтожить новую религию и ее адептов. Щедрыми обещаниями он привлек на свою сторону нахараров Бзнуни́, Агдзни́ и др. Тем не менее армянским войскам под предводительством спарапе́та Ваче́ Мамиконя́на удалось нанести врагу сокрушительный удар.

На следующий год Шапух II двинул в Армению еще большую армию. В кровопролитном сражении с персами погиб спарапет Ваче Мамиконян39.

Вплоть до конца IV в. персидский двор неоднократно предпринимал попытки огнем и мечом обратить Армению в зороастризм, однако спарапеты Васа́к, Муше́г и Манве́л с оружием в руках отстояли право своего народа на исповедание христианства.

В 448 г. персидский двор, отправив в Армению послание с требованием принять зороастризм, предпринял еще одну попытку принудить армян к вероотступничеству. В этой связи в 449 г. в Арташате для подготовки ответа персидскому царю был созван Национальный церковный собор, который постановил, что в государственных вопросах армяне признают власть персидского царя, в вопросах же веры – только Бога. Историк Егише записал: «В этих верованиях нас никто не может поколебать: ни ангелы и ни люди, ни меч и ни огонь, ни вода и ни какие только есть жестокие пытки. (...) Ибо не с человеком у нас обет веры, чтобы, как дети, лгать тебе, а нерасторжимо с Богом, с Которым нет способа порвать и прочь уйти, ни ныне, ни после, ни вовек, ни во веки веков».

Несмотря на то что в результате Авара́йрской битвы (451 г.), ставшей примером первой в истории вооруженной защиты христианства, армянские войска, понеся большие потери, потерпели поражение, летописец Егише писал, что «не было победителей и побежденных»40.

В течение еще почти 30 лет армяне в борьбе с Персией отстаивали свое право исповедовать христианство, и только в 484 г. был подписан Нварса́кский мирный договор между Арменией и Персией, в котором персы признали право армян на свободу исповедания христианства.

Таким образом, ІѴ-Ѵ вв. стали временем становления Армянской церкви: крещение Армении, создание алфавита и Аварайрская битва – религиозная, культурная и политическая основа, на которой впоследствии на протяжении столетий возводилась церковь в Армении. Она предопределила особенности армянского христианства с его богатой литургической жизнью, культурой и героической верой.

Символично, что именно в тот год, когда противостояние христианства в Армении персидскому маздеизму достигло апогея и выплеснулось в открытый вооруженный конфликт, завершившийся Аварайрской битвой, в Византии состоялся Халкидонский собор.

5. Шаапиванские каноны

На заре своей истории Армянская церковь использовала существовавшие в это время греческие и сирийские каноны, которые в армянском каноническом праве именуются «доникейскими», «апостольскими», а также трех Вселенских соборов и отцов Церкви. Перед Халкидонским собором и после него Армянская церковь, в силу исторических обстоятельств принявшая на себя отдельные функции государства, стала активно контролировать политическую жизнь страны.

В Ѵ-ѴШ вв. соборы Армянской церкви приняли ряд канонов – правил и постановлений, которые усилили судебные функции церкви. По мере увеличения числа канонов возникла естественная необходимость их кодификации. Церковная традиция приписывает самую раннюю кодификацию католикосу Оване́су III Одзнеци́ (717–728), составившему свод канонов «Канонаги́рк». Помимо 29 уставов в него вошли также каноны, сочиненные самим Ованесом. В последующие века число уставов, включенных в первоначальный «Канонагирк», увеличилось. В отдельных рукописях, дошедших до наших дней, содержатся почти 100 уставов, охватывающих около 1500 канонов.

Каноны, принятые Шаапиванским собором (444 г.) в области Багреванд, – отражение тяжелейшего положения, в котором страна оказалась под властью персидских марзпа́нов (наместников), чрезвычайно усиливших налоговый и религиозный гнет. В Шаапиванском соборе, основной задачей которого было установление канонов с целью облегчения тяжелого положения армянского населения, принимал участие армянский князь Васа́к Сюни́ – персидский марзпан Армении. Почти тайный созыв собора, участие в нем представителей различных армянских областей, перечень вопросов, которые должен был рассмотреть собор, а также добровольная готовность его участников подчиниться установленным канонам свидетельствуют о выдающейся роли Шаапиванского собора. Несмотря на то что Аштишатский собор 354 г. был созван намного раньше Шаапиванского, только у Павстоса Бузандаци сохранилось изложение содержания его канонов, тогда как каноны Шаапиванского собора в VIII в. вошли в «Канонагирк» Ованеса Одзнеци, а в конце XII в. – в Судебник Мхита́ра Го́ша. Помимо этого некоторые Шаапиванские каноны были включены также в Судебник Смба́та Спарапе́та.

Канонический устав, принятый Шаапиванским собором, состоял из Введения, в котором описывается бедственное положение страны накануне принятия канонов (беззаконие, нравственное опустошение, рост преступности), а также формулы, утверждающей каноны Никейского, Константинопольского и Эфесского Вселенских соборов, каноны Григория Просветителя, Нерсе́са Великого, Саака Партева, Месропа Маштоца, апостольские каноны и все те прибавления, которые собор найдет необходимым. Таким образом, постановлением Шаапиванского собора церковные каноны получили силу гражданского закона.

Каноны поделены на 20 глав. 1-й и 2-й каноны посвящены духовным лицам и членам их семей, находящимся в скверне или в блуде; из установленных за это наказаний следует, что в отношении монашествующих и женатых духовных лиц, уличенных в этих преступлениях, проявляется особая нетерпимость.

3, 4, 5, 6 и 7-й каноны относятся к мирянам и устанавливают наказания за допущенные ими преступления сексуального характера, а также регулируют взаимоотношения между супругами в случае развода и раздела их общего имущества.

8-й канон вводит смертную казнь (побиение камнями) за колдовство и вероотступничество41.

Борьбе с языческими суевериями и обычаями среди духовенства посвящены 9, 10 и 11-й каноны.

12, 13 и 14-й каноны устанавливают запрет на браки между близкими родственниками и наказания за кровосмешение, а также запрет духовным лицам, во избежание соблазна, держать хозяйку.

16-й канон посвящен предводителям, «народоначальникам» и законодателям, выборы которых должны производиться беспристрастно, а не за взятки.

19-й и 20-й каноны упоминают о наказаниях, которым следует подвергать еретиков-мессалиан (борборитов).

§ 2. Армянская церковь и вероопределение Халкидонского собора

1. Армянская церковь и греческие богословские споры

Примерно с 484 г. персы перестали испытывать прочность христианских устоев в Армении. Хотя опасность поглощения Армянской церкви продолжала существовать, исходила она теперь в основном от византийцев и латинян, неоднократно заставлявших армян признать определения Халкидонского собора и подчиниться им.

Ha I и II Вселенских соборах были уточнены догматы о Божественности Христа и о Св. Троице. Представители Армянской церкви были участниками этих соборов.

Следующая богословская проблема, которая долго и серьезно занимала церковь, – вопрос о соединении человеческого и Божественного во Христе. III Вселенский собор, в котором представители Армянской церкви также участвовали, осудил учение Нестория о двух естествах и двух ипостасях Христа.

После III Вселенского собора сторонники Нестория нашли прибежище в Персии и начали переводить и распространять сочинения Диодора Тарсского и Феодора Мопсуестийского, которые не были осуждены на Эфесском соборе. Акакий, епископ Мелитинский, и патриарх Константинопольский Прокл в посланиях предостерегли на этот счет армянского католикоса Саака. В ответных посланиях Саак писал, что проповедники подобной ереси в Армении пока не появлялись. В этой переписке закладывался фундамент армянской христологии на основе учения Александрийской школы. Письмо Саака, адресованное патриарху Проклу, как образец православия было зачитано в 553 г. на V Вселенском соборе в Константинополе.

Тем временем на всей территории Византийской империи монофизитство получило широкое распространение. Его адепты, абсолютизируя некоторые утверждения Кирилла Александрийского и противопоставляя их учению Нестория, в определении божественной природы Христа полагали, что Его человечество растворялось в Его Божественности, «как капля меда в океане». На «разбойничьем» соборе в Эфесе (latrocinium Ephesinum) монофизитство под давлением властей было признано официальной доктриной церкви. Собор также сместил православного Константинопольского патриарха Флавиана. Все эти события привели к тому, что в дальнейшем определения собора были отвергнуты.

2. Армянская церковь и Халкидонский собор

Автор жития Месропа Маштоца Корюн свидетельствует, что «в Армении появились привезенные лживые книги, пустословные предания некоего ромея по имени Феодорос» (речь шла о сочинениях Феодора Мопсуестийского). Узнав об этом, свв. Саак и Месроп осудили поборников этого еретического учения и уничтожили их писания.

IV Вселенский собор, принявший новое вероопределение о «двух естествах» Христа, прошел без участия армянских епископов. Причиной тому стала обострившаяся в середине V в. политическая обстановка, приведшая к жесточайшей в армянской истории Аварайрской битве с персами. Некоторые исследователи высказывали предположение, что Армянская церковь не была даже приглашена на собор из-за того, что император Маркиан незадолго до этого отказал армянскому посольству в помощи в борьбе с персами.

Собор отверг монофизитство и учение Нестория, признал две природы Христа, соединенные в одно лицо (ипостась) «неслиянно, неизменно, нераздельно, неразлучно», и утвердил, что обе природы Христа сохраняют в этом соединении свои свойства. Иисус Христос есть истинный Бог и истинный человек, «единосущный Отцу по Божеству» и «единосущный нам по человечеству», «подобный нам во всем, кроме греха».

Представители некоторых конфессий полагают, что это было повторное утверждение учения Нестория, опровергнутого Кириллом Александрийским и осужденного Эфесским собором.

По окончании Халкидонского собора его догматические определения неоднократно ставились под сомнение, пересматривались и даже отвергались некоторыми Поместными церквами (египетской, палестинской, каппадокийской, сирийской). Таким образом, провозглашение Халкидонского догмата привело к отделению указанных церквей, которое сохраняется по настоящее время.

Было бы неправильно считать, что Армянская церковь сразу отвергла решения Халкидонского собора: свою позицию по этому вопросу она обозначила только в VI в., а окончательно сформировала в первые десятилетия VIII в.

Предполагается, что определения Халкидонского собора дошли до Армянской церкви в неточном переводе томоса папы Льва епископу Константинопольскому Флавиану. Скорее всего, это письмо было интерпретировано в несторианском смысле, подразумевающем под различием двух природ Христа их разделение.

«Итак, следуя святым Отцам, все мы единогласно учим, что Господь наш Иисус Христос есть один и тот же Сын, один и тот же совершенный по Божеству и совершенный по человечеству, истинный Бог и истинный Человек, один и тот же, состоящий из словесной (разумной) души и тела, единосущный Отцу по Божеству и тот же единосущный нам по человечеству, подобный нам во всем, кроме греха; рожденный от Отца прежде веков по Божеству, но Он же рожденный в последние дни ради нас и нашего спасения от Марии Девы и Богородицы по человечеству; один и тот же Христос, Сын, Господь, Единородный, познаваемый в двух природах (έν δύο φύσεσιν) неслиянно, неизменно, нераздельно, неразлучно; различие Его природ никогда не исчезает от их соединения, но свойства каждой из двух природ соединяются в одном лице и одной ипостаси (είς έν πρόσωπον καί μίαν υπόστασιν συντρεχούση) так, что Он не рассекается и не разделяется на два лица, но Он один и тот же Сын Единородный, Бог Слово, Господь Иисус Христос; такой именно, как говорили о Нем пророки древних времен и как Сам Иисус Христос научил нас, и как передал нам Символ Отцов».

3. Армянская церковь и Энотикон

До конца V в. Армянская церковь находилась в состоянии напряженной политической и религиозной борьбы с Персией, а когда угроза со стороны последней исчезла, она оказалась перед выбором – принять или нет халкидонские определения веры. Именно тогда в истории Армянской церкви наступил довольно длительный период богословской путаницы, которая была предопределена также появлением Энотикона (482 г.), изданного византийским императором Зеноном, в котором осуждались как учения Нестория, Евтихия, так и определения Халкидонского собора.

Энотикон стал одной из первых попыток восстановления единства церкви. На протяжении довольно продолжительного исторического периода Энотикон считался официальной доктриной Константинополя, которая в дальнейшем привела его к разрыву с Римом.

В 506 г. состоялся Двинский собор – первый собор, в котором участвовали церкви Армении, Грузии и Агва́нка (Кавказской Албании).

Мировое христианство к этому времени было разделено на три ветви с тремя различными вероопределениями: в Риме и на всем Западе господствовало халкидонитство, в Византии – монофизитство в духе императорского Энотикона, а на территории Персии – несторианство.

Собор принял позицию Зенона и его Энотикон, повторил Эфесский Символ веры, предал анафеме Нестория, Ария, Македония и Евтиха, а также Халкидонский собор с его вероопределением – как фактор, способствующий развитию несторианства.

Однако в 518 г. император Юстин I ради примирения Восточной церкви с Римом отверг Энотикон Зенона, принял халкидонское вероопределение и провозгласил его святым и вселенским.

Это никоим образом не повлияло на Армянскую церковь, которая географически находилась вне границ Византийской империи и, таким образом, за пределами влияния Константинополя, куда теперь из древних Антиохии и Александрии переместились центры светской и духовной власти.

Поэтому Армянская церковь, будучи свободной от давления со стороны Византии, не восприняла распространяемое в Византии халкидонское вероопределение. Окончательный отказ принять определения и правила Халкидонского собора вполне вписывался в общие оппозиционные настроения армян и Армянской церкви по отношению к политике императора Юстиниана I, последовательно стремившегося придать Армении статус римской провинции. На пути к этой цели Юстиниан не останавливался ни перед физическим истреблением армянской аристократии, ни перед законодательным упразднением институтов нахараров и нахарарства. В довершение вся подвластная империи Западная Армения была поделена на четыре провинции.

4. II Двинский собор и его последствия

Ответом на эти притеснения со стороны Византии стали решительное неприятие II Двинским собором (554 г.) определений Халкидонского собора, исповедание православной веры святителя Льва Великого и в связи с этим намеренная конфронтация с Константинополем.

Возможно, отказ Армянской и других древневосточных церквей от определений Халкидонского собора был следствием отсутствия в этот временной период единого богословского языка, поскольку для четкого определения общего церковного учения о двух природах Христа (христологии) необходимо было существование единой богословской терминологии, которая в это время по объективным причинам еще отсутствовала. Лишь последующее развитие богословской мысли, возникновение и упрочение отношений между церквами привели к пониманию христологии дохалкидонских церквей другими церквами.

Вся последующая история Армянской церкви – стремление (правда, не всегда понятое) объяснить особенности своего вероучения представителям Византийской и Римской церквей. Например, в XII в., который стал временем продолжительного и весьма продуктивного сотрудничества армянских и греческих богословов, католикос Нерсес Шнорали́ написал «Изложение веры Армянской церкви», адресованное греческим иерархам и византийскому императору Мануилу I Комнину, в котором, рассуждая о двух природах Христа – Божественной и человеческой, – утверждал, что, «если говорят одна природа, в смысле их единства неразлучного и нераздельного, а не в смысле их слияния, и если говорят две природы как неслитные и неизменные, а не в смысле их разделения, тогда обе позиции находятся в русле православия».

Аналогичные объяснения впоследствии давали также другие армянские богословы. В начале XVII в. католикос Мовсес IV Татеваци́ писал папе Римскому Урбану VIII, что армяне «не еретики и не схизматики, как утверждаете Вы, а православные по исповеданию наших духовных отцов, и поименно предаем анафеме всех еретиков: Ария, Македония, Нестория, Евтиха и всех, кто мыслит, как они. Ведь мы называем единой природу Христа, что вам кажется по Евтиху, но добавляем – неслитно. Если бы мы не говорили неслитно, это было бы ужасной ересью. Так же как вы говорите две природы, что по Несторию, но добавляете – нераздельно. Если бы не добавляли нераздельно, говоря о двух природах, то и это было бы ересью ужасной. Итак, мы говорим о единой природе неслитной, вы говорите о двух природах нераздельных. А смысл обоих выражений один и тот же и одинаково правильный».

Исследования, проведенные в XIX в. видными русскими и европейскими теологами, православными и католиками (В. Болотов, И. Троицкий, А. фон Гарнак и др.), показали, что вероучение нехалкидонских церквей и, в частности, христология Армянской церкви, не имеет ничего общего с монофизитской ересью Евтиха и едина по существу с учением халкидонских церквей.

Об этом же свидетельствует совместная декларация, подписанная в 1996 г. католикосом всех армян Гарегином I и папой Римским Иоанном Павлом II, в которой иерархи констатируют, что две церкви, имея различные формулировки, всегда исповедовали одну и ту же христологию.

На этот же факт указывал один из крупнейших отечественных философов XX в. С.С. Аверинцев, утверждая, что «историческое и лингвистическое недоразумение» вокруг халкидонской формулировки в течение долгих столетий во многом определяло предвзятое отношение католиков и православных к Армянской церкви и что стремлению церквей к объединению мешали не только политические обстоятельства, но и исторически сложившиеся разные церковные и литургические традиции.

§ 3. Армяно-византийские отношения и монофелитство

В 591 г. Армения подверглась новому политическому разделу. Большая часть страны вошла в состав Византийской империи, а в г. Аван (в северо-восточной части совр. Еревана) был образован православный Католикосат42, которому противостоял монофизитский Католикосат, находившийся в г. Двин на персидской территории, где, впрочем, было немало православных армян.

Во вспыхнувшей в начале VII в. войне между Византией и Персией (602–609) успех сопутствовал сначала Персии. Уже в 610 г. вся Армения отошла к Персии, которой удалось завоевать также Сирию, Палестину и некоторые другие территории Ближнего Востока. Однако в конце этой войны император Ираклий вновь присоединил к Империи свои бывшие восточные владения: Сирию, Палестину, часть Армении и др., где в основном проживали монофизиты. Преследуя политические цели, император стремился поддержать их, чтобы прочнее привязать Сирию, Палестину, Египет и Армению к Византии. Ираклий назначил патриархом Константинопольским монофизита Сергия. Патриархом Антиохии, при молчаливой поддержке императора, желавшего таким образом соединить сирийцев с Патриархатом Антиохии, пытается стать в 620 г. сиро-яковитский патриарх Афанасий I Ямала, а патриархом Александрийским был назначен ярый антихалкидонит Кир. Для установления согласия в церкви, находившейся в волнении уже более полутора столетий, патриарх Константинопольский Сергий выдвинул основную идею монофелитского вероучения: Христос имеет две природы, одно лицо, одну волю и одно воздействие. Император Ираклий, одобрив это учение, предложил церквам империи принять его. Кир Александрийский в одном из своих писем к патриарху Константинополя указывал, что, основываясь на идее монофелитского вероучения, выдвинутой императором и патриархом Сергием, ему удалось примирить противоборствующие стороны в Египте.

Монофелитское вероучение было благосклонно принято как в Византии, так на Западе Римским папой Гонорием. Тем не менее наиболее радикальные представители двух сторон отвергли это учение.

С предложением принять монофелитское вероучение император Ираклий обратился также к Армянской церкви. Католикос Езр (Ездра) (630–641) попросил императора прислать ему текст согласительного вероучения, который иерархи Армянской церкви во главе с епископом Сюника Матусага́ Керто́хом обсудили и пришли к выводу, что в основном он соответствует принципам православия и приемлем, но в нем отсутствует осуждение Халкидонского собора и Окружного послания папы Льва.

В 631/2 г. в Карине был созван собор, на котором император, католикос Езр и их последователи пришли к соглашению, а Армянская церковь официально вернулась в православие. В Империи и в Армении были как сторонники, так и противники монофелитства.

§ 4. Арабское вторжение в христианский мир Закавказья

1. Арабское завоевание как время культурно-политического упадка

К середине VIII в. на историческом горизонте обосновалась новая мощная сила, перекроившая политическую карту Средиземноморья, – арабы, которые завоевали Персию, отвоевали у Византии Египет и Сирию, затем завладели всей Северной Африкой и Испанией и создали государство (Арабский халифат), простиравшееся от Атлантического океана до р. Инд.

В результате этих геополитических преобразований в 661 г. граница между Арменией, по-прежнему входившей в состав Византийской империи, и ее частью, некогда находившейся в составе Персии и перешедшей под бдительный контроль арабов, переместилась далеко на запад. Значительная часть армянских земель вместе с Грузией и Кавказской Албанией вошла в состав Арминийской провинции халифата.

В ответ на это в землях, оставшихся под владычеством византийских императоров, было произведено новое административное деление на военные провинции – фемы, с которыми совпадало и новое церковное деление. На западных армян – «армяникийцев», населявших земли, граничившие с арабами, была возложена обязанность охраны границы.

VIII в. и первая половина IX в. – время арабского владычества – стали для Армении эпохой застоя, когда относительная терпимость халифов к армянам внезапно сменялась жестокими карательными акциями.

К концу VII в. страна была раздроблена на многочисленные княжества, многие из которых к середине VIII в. стали использоваться арабами в качестве плацдарма для подготовки войн с Византией. Арабские правители пытались заручиться поддержкой возродившейся местной знати и духовенства, подкупая их привилегиями и получая взамен согласие размещать на территории этих армянских княжеств свои военные подразделения.

Таким образом, пережив страшные гонения в начале арабского нашествия, армяне получили от арабов своеобразные гарантии религиозной терпимости и свободы, что, тем не менее, не помешало некоторым церковным деятелям принимать деятельное участие в сопротивлении арабскому засилью. Например, католикос Ованес Одзнеци (около 650–728) сочетал неутомимую церковную деятельность с сочинительством, был известен современникам как талантливый писатель, автор богословских трактатов в прозе и прекрасных религиозных гимнов в стихах. Вместе с тем он стал инициатором созыва Двинского и Маназке́ртского соборов, был известен как борец с различными ересями, реформатор литургической жизни и календаря, составитель канонического права и поборник восстановления связей с Сирийской церковью. Современники считали Ованеса Одзнеци одним из самых активных вдохновителей борьбы за освобождение от арабского владычества и вместе с тем справедливо полагали, что благодаря обаянию этого незаурядного во всех отношениях пастыря Армянская церковь получила привилегии, а армяне халифата – возможность свободно исповедовать свою веру.

Благодаря особым отношениям, сложившимся у некоторых нахараров и иерархов с халифатом, Армянской церкви удалось избежать насильственного присоединения к Греческой церкви, на чем многократно настаивал Константинополь.

После арабских вторжений на Маназкертском соборе 726 г. Армянская церковь вновь отделилась от Вселенской и восстановила монофизитство. Православные армяне стали переселяться на территорию Византии, под омофор патриарха Константинопольского, а те, кто остался в пограничных с Грузией районах Армении, оказались под юрисдикцией Грузинской церкви. Β IX в. православными были население и князья области Таро́н и большинство населения областей Та́о и Клардже́ти.

На арабское владычество народ и церковь ответили чередой мучеников и святых, что было связано с тем, что арабы истребляли армян не только по политическим соображениям или из корыстных побуждений: многие были преданы смерти по религиозным мотивам. Такова, например, история братьев Амаза́спа и Саака Арцруни́, убитых по приказу халифа в 786 г. Братья были известны не только как участники многочисленных восстаний против халифата и владели спрятанными от арабов сокровищами, но и своей приверженностью христианской вере, что подтверждается историей младшего брата Меружа́на: когда он все же стал вероотступником, арабы его не только пощадили, но и поставили во главе Васпурака́на (Васпураканского царства).

«Плач о бедах, которые в 152 г.43 [703 г.] причинил нашей стране Армянской южный народ исмаильтян пожарами и пленением, а также мученичество сына Гохтанского владетеля Хосрова св. Ваа́на, преставившегося в 185 г. [736 г.], через 33 года после угона армян в [арабский] плен» повествует о частых случаях, когда армянские князья добровольно шли на мученичество, рассматривая его как награду за веру.

Ваана, сына богатого феодала из Гохтна (Сюни́к), четырехлетним ребенком арабы увезли в Дамаск, где он жил при дворе халифа, принял ислам, стал секретарем канцелярии и советником халифа. Спустя годы халиф по ходатайству католикоса Ованеса Одзнеци позволил пленным армянским детям, достигшим совершеннолетия, вернуться на родину. Ваан отправился в Армению, обещав халифу вернуться, но на родине узнал о смерти халифа и решил, что свободен от своего обещания. Он вернулся к христианству, женился и стал править землями своего погибшего отца. Однако новый халиф потребовал возвращения Ваана и начал повсеместно разыскивать его. Несколько лет Ваан, оставив семью и дом, вынужден был скрываться в монастырях, но всюду, куда бы он ни приходил, приютившие его оказывались в опасности. Тогда Ваан решил сдаться, выразив при этом желание жить на родине и следовать своей вере. Его немедленно заключили в тюрьму и подвергли пыткам, предлагая отречься от Христа и принять ислам. Однако Ваан «предпочел смерть за Христа преходящей жизни». Халиф приговорил Ваана к казни, которая состоялась в понедельник перед Пасхой 737 г.

Именно на этот период духовного застоя пришлась деятельность св. Степано́са Сюнеци́ (около 688–735) – ученого, философа, богослова, переводчика и музыканта.

Степанос, происходивший из семьи двинского священнослужителя, получил прекрасное для своего времени образование: он воспитывался в доме армянского патриарха, затем в монастыре и, наконец, оказался в знаменитом Сюникском монастыре. Образование он продолжил в Афинах, Константинополе и Риме. Овладев в совершенстве греческим и латинским языками, он, по свидетельству одного из житий, усвоил «всю философскую науку иноземных мудрецов». По возвращении в Армению Степанос был рукоположен во епископа Сюникского. He дожив до пятидесяти лет, он трагически погиб, как утверждает предание, приняв смерть от руки женщины, которую отлучил от церкви за прелюбодейство.

На протяжении всей своей жизни Степанос Сюнеци плодотворно занимался переводами с греческого, составлением многочисленных толкований книг Ветхого и Нового завета. Он сыграл важную роль в развитии армянской литургической музыки.

В VIII в. армянские князья, несмотря на существовавшие между ними разногласия, не раз предпринимали попытки поднять восстание против арабского владычества. Так, в начале VIII в. род Багратуни́ возглавил повстанческое движение (однако в 744 г., получив от арабов титул правителей Армении, представители этого древнего рода стали поддерживать завоевателей в борьбе против других нахараров и повстанцев). В 747–750 гг. восстание против халифата возглавили Мамиконя́ны. В 762 г. восстали князья Арцруни́, которые стали совершать регулярные набеги на арабов. В 774 г. восстание приобрело всеобщий характер и объединило представителей родов Багратуни, Мамиконянов, Арцруни, Камсарака́нов, Аматуни́, которым удалось одержать верх над четырехтысячным войском халифа и осадить арабские цитадели Кари́н и Арче́ш. Однако успехи восставших были временными, весной следующего года тридцатитысячная арабская армия разбила объединенные отряды восставших. Князья Муше́г Мамиконян, Саак и Смбат Багратуни погибли в сражении, а братья Амаза́сп и Саак Арцруни через несколько лет приняли мученическую смерть от арабов. После разгрома восстания Мамиконяны и Камсараканы навсегда покинули политическую арену армянской истории, а их владения вскоре отошли к роду Багратуни, вернувшемуся под власть халифата.

Покаяние Багратуни было щедро вознаграждено привилегиями, которые привели к тому, что к концу столетия этот род стал контролировать весь север и большую часть остальной территории страны: за пределами их владений остался только расположенный на юге Васпуракан, где продолжали править князья Арцруни.

С середины IX в. халифат утратил былое могущество и начал распадаться на отдельные эмираты. Возвышение двух княжеских родов позволило Армении воспользоваться распадом халифата, с одной стороны, и ослаблением Византии – с другой, чтобы добиться относительной независимости как от арабов, так и от византийцев.

В 862 г. Ашот I Багратуни, получив от халифа титул «князя князей», стал править государством как царь, поскольку в 885 г. халиф пожаловал ему царскую корону, что было признано даже византийским императором Василием I. Ашот состоял в переписке с патриархом Константинопольским Фотием, который поддерживал отношения с двинским католикосом Захарией (855­-876), созвавшим в 862 г. в Ширакава́не собор, утвердивший 15 канонов Армянской церкви. Усилиями Фотия Константинопольского, а также харранского епископа Феодора Абу Курры на Ширакаванском соборе Армянская церковь вновь вернулась в православие, однако спустя тридцать лет по решению нового католикоса Ованеса VI Историка (898–929) опять склонилась к монофизитству.

Наследником Ашота I стал Смбат Багратуни (890–914). В 908 г. арабский эмир Атропатены Юсуф именем халифа пожаловал правителю Васпуракана Гаги́ку Арцруни корону «царя Армении», а после вторгся в земли Багратуни, убил Смбата и, разорив область, на протяжении ряда лет держал в страхе ее жителей. Однако, потерпев в 922 г. поражение от Ашота II Багратуни Железного (сына Смбата I и внука Ашота I), халиф был вынужден послать ему в дар корону и присвоить титул «царя царей».

Таким образом, в X в. Армения, будучи разделенной на два основных царства44, получила относительную независимость от халифата и с 30-х годов вступила в столетие мира и процветания, ознаменовавшееся подъемом и Армянского царства Багратуни, и Васпуракана. Начался период нового возвышения древнеармянских городов Двина, Карса, Нахичевана, Вана и др., были основаны монастыри Санахи́н и Ахпа́т, сыгравшие впоследствии важную роль в духовном и культурном развитии армянского народа.

Тем не менее сохранявшееся соперничество между двумя основными династиями Багратуни и Арцруни нашло отражение и в церковной жизни. В 969 г., обеспокоенный прохалкидонскими симпатиями католикоса Ваана (968–969), «заключившего с иверами союз о вероисповедании», Ашот III собрал в Ани епископов и монахов, которые, «доподлинно убедившись в пагубных еретических намерениях его [католикоса] (поскольку он распорядился привезти иконы, чтобы восстановить секту халкидонитов)», сместили Ваана с престола и избрали вместо него Степано́са III (969–972).

Смещенный Ваан, опираясь на поддержку рода Арцруни, переехал на о. Ахтама́р, расположенный на оз. Ван в Васпуракане, где до него уже жили другие католикосы. Духовенство впало в смятение, однако конфликт разрешился сам собой кончиной обоих католикосов.

2. Новый культурно-религиозный рост и раннесредневековые ереси

Расцвет династии Багратуни и северной Армении приходится на царствование Га́гика I Багратуни (989–1020). При нем в столичном г. Ани был возведен великолепный собор45, а сам город, преобразившийся в результате строительства многочисленных храмов, стал именоваться «городом тысячи и одной церкви».

На территории Васпуракана таким же ярким проявлением процветания стал храм св. Креста, воздвигнутый по приказу Гагика Арцруни на о. Ахтамар между 915 и 921 гг. и ставший настоящим шедевром армянского зодчества, благодаря богатым фрескам внутри и великолепным барельефам снаружи.

Указанный исторический период имел непреходящее значение для армянской культуры, поскольку стал временем интенсивного взаимопроникновения различных культур: армянской, византийской, грузинской, сирийской и арабской, что привело к культурному расцвету общества, происходившему на фоне некоторого экономического роста, инициировавшего изменения в церковной жизни.

X в. ознаменовался возникновением многочисленных монастырей – центров религиозного и культурного возрождения страны. Монахи возобновили переписывание рукописей, появилось множество новых переводов и оригинальных армянских сочинений.

Оборотной стороной столь бурной религиозной жизни времен арабского владычества являются сектантские движения павликиан и тондраки́йцев, отрицавших существование вечной жизни и отвергавших не только богослужение, но также церковную иерархию как институт. Инакомыслие павликиан и тондракийцев, имея религиозные корни, время от времени принимало формы социального противостояния и перерастало в народное движение, направленное против церкви и местных князей.

Павликианство пустило корни в Восточной Армении в конце VII – начале VIII в. Особо яростная борьба с ним развернулась при католикосе Ованесе Одзнеци, сочинившем трактат, опровергавший учение павликиан, и созвавшем в 719 г. собор в Двине, который принял решение покарать сектантов в том числе и с помощью халифа. Столь энергичные действия церкви, нетерпение ею инакомыслия привели к тому, что к середине столетия павликиане были истреблены почти на всей территории Восточной Армении, но при этом, однако, сохранили влияние в Западной Армении вплоть до конца IX в. Впоследствии центры движения постепенно переместились в Анатолию и на Балканы.

Секта тондракийцев, созданная Смба́том Зарехванци́, в первой половине IX в., быстро распространила свое влияние на различные области страны. Это движение пользовалось широкой популярностью как в X, так и в XI в. Против тондракийцев выступили многие представители духовенства и среди них Анания из Наре́ка, основатель известного Нарекского монастыря.

Движение тондракийцев периодически перерастало в локальные народные восстания, сопровождавшиеся захватом монастырей, разорением церквей, бывших местом паломничества верующих. Последствиями этого стало вторжение в середине XI в. византийских войск, которые разрушили центр движения – деревню Тондрак и начали преследовать его наиболее активных участников. В результате гонений движение тондракийцев вскоре угасло.

3. Армянская культура на рубеже тысячелетий

Показателем высокого уровня культурного возрождения Армении на пороге нового тысячелетия стало творчество богослова, философа и поэта Григо́ра Нарекаци́. С.С. Аверинцев писал, что армянам Нарекаци представлялся способным понять, пожалеть и помочь в житейской беде, совсем «своим». Гений и святой в одном лице, про заступничество которого рассказывали бы в народе такие легенды, какие связывает армянская агиография с именем Григора, – это единственный в своем роде случай.

Жизнь Нарекаци почти целиком протекала в тиши монастыря в молитве и в духовных размышлениях, в преподавании и в поэтическом творчестве.

Многочисленные Славословия Богородице и святым и некоторые места из Книги скорбных песнопений (где, в частности, он упоминает св. миро) говорят не только о его полной правоверности, но и о приверженности формам народного благочестия, поставленным под сомнение тондракийцами.

Еще при жизни Григор пользовался известностью не только как святой, но и как необыкновенно одаренный поэт. По преданию, двор Васпуракана поручил ему составить толкование на Песнь Песней46.

Книге скорбных песнопений Григор Нарекаци посвятил последние годы своей жизни. Это сочинение состоит из 95 бан (песен, речей, диалогов). Сюжет поэмы – трагический конфликт между стремлением человека к Богу и сознанием собственной греховности. Вдохновляясь поэтическими образами Библии (в особенности книг Иова, Притчей, Экклезиаста, Иисуса, сына Сирахова, Премудрости Соломоновой, Псалтири и Песни Песней, а также некоторыми Книгами пророков), Нарекаци адресует Богу вопль души, свою любовь, свою тоску, восхищается творениями, трудами и милосердием Всевышнего и одновременно сокрушается о своих грехах.

К первой половине XI в. относится деятельность одного из величайших интеллектуалов Средневековья, знатока греческой культуры, арабского и сирийского языков Григора Магистроса (990–1058), происходившего из знатного рода Пахлавуни́.

После него на протяжении почти столетия (XII в.) все армянские католикосы были из семьи Пахлавуни и, являясь потомками Магистроса, отличались высочайшей образованностью, открытостью и склонностью к диалогу с Константинопольской и Римской церквами. После взятия сельджуками Ани (1064 г.), столицы и резиденции католикоса, католикосом стал сын Григора Магистроса Григор II Мартирофил (1065–1105). Византия дала согласие на его избрание лишь благодаря явно грекофильским настроениям, господствовавшим в роде Пахлавуни. Несмотря на то, что пребывание Григора II на патриаршем престоле пришлось на сложный период византийской и сельджукской оккупации, когда армянский католикос не имел даже постоянного местопребывания, ему удалось организовать жизнь Армянской церкви в тех поселениях, где находились национальные общины. Известно, что Григор Мартирофил обменялся несколькими письмами с папой Римским Григорием VII. Григор добровольно отказался от своего высокого сана, чтобы посвятить себя собиранию и переводу житий святых и мучеников, из-за чего и получил прозвище Мартирофил.

4. Армяно-византийские отношения

В середине XI в. вследствие ряда внутренних (междоусобица) и внешних причин (ослабление халифата и подъем Византии в результате присоединения к ней в X в. части южных территорий Армении) начинается упадок страны. На границах армянских княжеств появились мусульмане-кочевники – турки-сельджуки, и Армения вновь оказалась между исламским Востоком и христианским Западом.

XI в. ознаменовался многообразными попытками Византии (обмен территорий, политическое давление, военная сила) вернуть себе земли, некогда принадлежавшие Риму, в том числе и Армению. Это происходило именно тогда, когда над Арменией нависла угроза вторжения сельджуков. Византийские императоры в обмен на родовые земли предлагали многим княжеским семьям, в том числе Арцруни (Васпуракан) и Багратуни (Северная Армения), области в Малой Армении и Каппадокии, расположенные на правом берегу Евфрата.

В 1021 г. царь Васпуракана уступил свое царство Византии в обмен на земельные владения в Каппадокии. В 1045 г. императору Мономаху, выманив предварительно шестнадцатилетнего царя Гагика II в Константинополь, с большим трудом удалось взять Ани. В 1065 г. византийская армия овладела г. Карс. Государство Багратуни, а вместе с ним и почти независимая княжеская Армения надолго прекратили свое существование.

В 1062 г. резиденцию в Ани покинул также католикос.

Падение царства Багратуни и византийский экспансионизм способствовали переселению армян в Каппадокию, Сирию и Киликию. Утвердившиеся в исторических областях Армении турки-сельджуки ускоряли этот исход. Продвижение сельджуков к областям, расположенным западнее Евфрата, сопровождалось опустошением таких густонаселенных армянами городов, как Кесария, Мелитина и Севастия, жители которых вынуждены были перебираться из Каппадокии в более безопасную Киликию.

Эти события наряду с началом крестовых походов в конце XI в., появлением на Ближнем Востоке Латинской церкви, возникновением на сопредельных территориях франкских государств определили круг обстоятельств, которые привели к зарождению и укреплению Киликийского армянского государства.

Княжеские семьи, переселившиеся из исторических областей Армении в Каппадокию, положили начало довольно крупным общинам и дворам: Арцруни поселились в Севастии, Багратуни из Ани – в Кесарии, Багратуни из Карса – в Цамандосе. Вдоль берегов Евфрата стали появляться армянские города, монастыри и церкви. Эти перемещения населения в рамках Византийской империи привели к тому, что накануне вторжения турок-сельджуков на их пути исчез щит, который так надежно оборонял Византию, – войска армянских князей.

Византийцы, которые в результате переселений оказались жителями исторических областей Армении, всячески насаждали халкидонские догматы и стремились включить Армянскую церковь в состав греческой. Все эти меры вызывали неприятие со стороны армян, способствовали зарождению и росту неприязни к Константинополю, усиливали антихалкидонские настроения, выразившиеся в запрете на любые священные изображения и фрески, а также в лишении сана духовенства, замеченного в поклонении иконам.

Византийское засилье в Армении продлилось недолго: пока армяне по привычке сражались с греками, стремясь защитить свои города, в страну вторглись орды турок-сельджуков. Несмотря на то что историческая память армян еще хранила воспоминания о безжалостных арабах, летописи называют турок-сельджуков «зверями-людоедами» и повествуют о чрезвычайной жестокости новых завоевателей.

§ 5. Две Армении

1. Великая Армения и Киликия

Киликия – Новая Армения имела важную географическую особенность, отличавшую ее от исторической Армении: здесь был выход к морю, а следовательно, возможность развивать торговлю и тесно контактировать со всем миром, а не только с сопредельными странами.

Несмотря на то что армяне появились в Киликии давно, основная их масса прибыла с двумя волнами миграции в конце X и в конце XI в. Армянское государство в Киликии было сформировано в 1080 г. родственником последнего царя Армении Гагика II Рубеном I, основателем династии Рубенидов, который объединил Горную и Равнинную Киликию и на северо-восточном побережье Средиземного моря основал Киликийское армянское княжество. В 1198 г. это княжество стало царством и просуществовало до 1375 г. Вместе с царским престолом в Киликию переместился также патриарший престол Армении (1062–1441).

Видную роль в укреплении армянского государства в Киликии сыграл князь Млех (1169–1175) из династии Рубенидов, которому современники приписывали неординарные дипломатические способности. Пика своего расцвета уже не княжество, а царство Киликия достигло при Лево́не (Льве) I Великолепном (1187–1219).

Таким образом, на протяжении длительного времени существовали две Армении: историческая и киликийская, что не могло не отразиться на истории народа и его церкви.

В то время как историческая Великая Армения, попеременно переходившая от сельджуков к монголам и Тамерлану, от них – к туркменским племенам и, наконец, к османам, была разграблена и обезлюдела, Новая Армения – армянское государство в Киликии – гармонично развивалась, сообщаясь с христианским Западом через крестоносцев и франкские государства Востока.

Одновременное существование двух Армений, жизнь которых протекала в разных политических условиях, привело к постепенному формированию двух относительно самостоятельных типов армянского мировоззрения. Один – героический, который характеризуется верностью собственным корням и традициям и поэтому замкнутостью. Другой тип мировоззрения – открытость внешним влияниям – связан с геополитическим положением Киликии, которая в данном регионе была единственным христианским государством, в связи с чем до и после прихода крестоносцев могла существовать, лишь опираясь на поддержку Запада. И если в Великой Армении преобладали изоляционизм и консерватизм, Киликия, благодаря своей открытости, была вполне готова к диалогу культур.

Эти особенности развития двух центров не могли не найти отражения в жизни Армянской церкви. Князья и цари Киликии в поисках опоры на Западе начинали подталкивать церковь уступить завышенным ожиданиям Рима, однако духовенство исторической Армении выступало против таких уступок.

Балансируя между двумя противоположными политическими направлениями, Армянская церковь, подойдя к необходимому для своего времени внутреннему обновлению, стремилась сохранить в неприкосновенности свойственную ей самобытность.

На протяжении столетий Армянская церковь, оказавшись в сложнейших, по сравнению с другими восточными церквами, исторических условиях постепенно накапливала и совершенствовала опыт существования, как на исторической родине, так и в диаспоре47.

2. Сельджуки и Армения

Первое появление турок-сельджуков на территориях исторической Армении относится к 1048 г., когда им удалось разграбить несколько областей страны. В следующем году, уже с большей армией, сельджуки стали опустошать и уничтожать многочисленные города и деревни, истреблять их жителей. В 1054 г. они, под предводительством султана Тугрил-Бека (1030–1063), захватив Персию и сопредельные территории, повторили свой набег на армянские земли, разграбив и разрушив почти всю страну, кроме городов Маназке́рт48 и Карс, которые оказали им сопротивление, выдержав длительную осаду.

Повторяющиеся набеги сельджуков заставили армян искать убежища в горных областях исторической Армении и за пределами страны.

В 1064 г. султан Алп-Арслан Мухаммед ибн Дауд (1029/30–1072/3) захватил и разграбил весь север страны с городами Ани и Карс, Араратскую долину, Агванк и часть Грузии, а в 1071 г. в кровопролитнейшей битве при Маназкерте сельджуки, разбив византийское войско императора Романа Диогена, заставили Константинополь уступить им Южную Армению. Тем временем армяне, разделенные на враждующие княжества и истощенные войной с греками, были не в силах сопротивляться захватчикам, и в конце столетия вся страна оказалась под турецким игом.

Таким образом, к середине XI в. на протяжении более девяти веков армянская история тесно переплеталась с историей различных турецких племен и народностей, попеременно господствовавших над армянами: сельджуков, татар, мамелюков, войск Тамерлана, различных туркменских орд, османов, современных турок.

Во времена сельджуков резко ухудшилась демографическая ситуация. Из обескровленной и обезлюдевшей Армении начался исход армян в Крым, Польшу, Молдавию, Трансильванию, Венгрию, на Кипр, в Египет и другие крупные средиземноморские центры. Непродолжительный период относительного благополучия при Мелик-шахе I (1072–1092), который явно симпатизировал христианам, сменился упадком Армении в конце XI в.

Разрушенные и разграбленные города были оставлены жителями, традиционные торговые пути нарушены, армянские феодалы почитали за великое благо возможность отдать Византии свои владения в обмен на земли в далекой Киликии, которая постепенно превращалась в центр культурной и религиозной жизни армян.

3. Связи Великой Армении и Грузии в ХІІ-ХІѴ веках

Β XII в. небольшой очаг независимой жизни армян на Кавказе находился под покровительством грузинских царей Багратидов, которые, выплачивая дань сельджукам, сохраняли целостность своего государства. В частности, князья Захарэ и Иванэ из армянской феодальной семьи занимали весьма важные посты: один командовал кавалерией, другой стоял во главе царской администрации. В 1122 г. армяно-грузинские войска царя Давида Строителя (1089–1125) отвоевали Тифлис у мусульман, которые до этого владели городом на протяжении почти четырехсот лет. В период правления царицы Тамары (1184–1213) были освобождены древняя столица Ани и все северные и центральные области Армении. В Ани утвердились потомки Захарэ, которым удалось расширить подвластные им территории до оз. Ван.

Грузия при Давиде Строителе и царице Тамаре достигла пика своего расцвета. Армения в это время переживала культурное возрождение вместе с Грузией. В ХІІ-ХІѴ вв. Ани вновь превратился в процветающий густонаселенный город с восстановленными храмами, находившийся под защитой новой крепостной стены. На это же время приходится новый расцвет крупных монастырей.

По инициативе братьев Захарэ и Иванэ, один из которых остался в Армянской церкви, а другой перешел в халкидонитскую Грузинскую, были созваны два собора Армянской церкви (в Лори́ и в Ани), целью которых было устранение разногласий, вызванных нежеланием некоторых армянских монастырей принять халкидонские вероопределения.

Антихалкидонитов возглавлял вардапе́т с поистине энциклопедическими знаниями Ованнес Саркава́г (1045–1129), руководивший школой в монастыре Ахпат. Самый известный из его многочисленных учеников и последователей – Мхитар Гош (около 1130–1213), основатель монастыря Hop Гети́к (Гошава́нк), автор первого армянского Судебника, который долгое время использовался не только в Закавказье, но и далеко за его пределами в диаспоре.

Столь же значительным для этого периода было творчество вардапета Кирако́са Гандзакеци́ (около 1200–1271), который известен тем, что учился в школе, основанной Гошем, попал в плен к монголам, составил Минеи и написал «Историю», содержащую множество сведений о событиях той эпохи.

4. Армяно-византийские церковные отношения во второй половине XII века

В истории Армении XI век ознаменован миграцией армян на территории восточных провинций Византии и увеличением числа приходов, признающих над собой власть Константинополя, из чего следует, что в этот период среди армян стало преобладать православие. Византийское присутствие в Армении перестало ощущаться лишь после вторжения турок-сельджуков во второй половине XI в. Православные армяне оказались под юрисдикцией Грузинского патриархата, и через полтора века их епископы уже именовались грузинскими и воспринимались как грузинские.

На протяжении многих веков Армянская и Византийская церкви неоднократно предпринимали попытки объединения: впервые в 654 г. в Двине при католикосе Нерсесе III (641–661) и византийском императоре Констанции II, затем в VIII в. при патриархе Константинопольском Германе и армянском католикосе Давиде I (728–741), в IX в. при патриархе Константинопольском Фотии и армянском католикосе Захарии I.

Одна из самых серьезных попыток объединения церквей была предпринята в XII в. В начале 1165 г. состоялась беседа о различиях между Армянской и Византийской церквами между епископом Нерсесом Шнорали, братом католикоса Григора III, и зятем императора Мануила Комнина; последний попросил Нерсеса записать их разговор и ответить на вопросы, которые ему передали греческие архимандриты. Нерсес Шнорали подготовил состоящее из двух частей «Изложение веры Армянской церкви». В первой части он подробно рассмотрел вопросы о Св. Троице и воплощении Иисуса Христа, a во второй – обрядовые особенности Армянской церкви. В том же 1165 г., незадолго до своего избрания католикосом, Шнорали вступил в переписку с византийским императором Мануилом Комнином и патриархами Константинопольскими Лукой и Михаилом III. Император и патриарх Константинопольский Лука, обсудив «Изложение веры», пришли к выводу, что оно может послужить основой для объединения Армянской и Византийской церквей. Нерсес Шнорали, ставший к этому времени католикосом (1166–1173), отправил императору еще одно послание, уточнив, что объединение должно происходить не по примеру хозяина и слуги, а как равного с равным, на основе Библии и Священного Предания. Где бы ни обнаружились богословские и обрядовые отклонения, будь то у армян или у византийцев, они должны быть исправлены.

На это послание Нерсеса Шнорали император и патриарх Михаил III ответили в 1172 г., предлагая армянам для объединения принять следующие 9 условий:

– предать анафеме исповедующих одну природу Христа: Евтиха, Диоскора, Севериана и Тимофея;

– исповедовать, что во Христе – одно лицо, две природы, две воли и два воздействия;

– Рождество Христово, Сретение, Благовещение и другие праздники отмечать совместно с византийцами;

– Трисвятую песнь петь без прибавления слов «Распныйся за ны»;

– св. миро готовить на оливковом масле;

– при совершении Таинства Евхаристии использовать квасной хлеб и разбавленное водой вино;

– установить, что во время литургии народ должен находиться в церкви, а не в притворе, за исключением кающихся;

– принять определения IV, V, VI и VII Вселенских соборов;

– утверждать избрание католикоса у византийского императора.

Разочарованный Нерсес, будучи апологетом церковного объединения, ответил посланцу императора и патриарха, что сам он не вправе решать столь серьезные вопросы и сможет ответить на них только после созыва Национального церковного собора, однако в разгаре приготовлений к этому собору умер.

Обещанный собор в 1179 г. в г. Румкла созвал уже католикос Григор IV (1173–1193). В письме к духовенству исторической Армении он наставлял не относиться к грекам как еретикам – среди них были выдающиеся отцы церкви и «не следует их презирать, а иметь с ними дружеские отношения и, если они в заблуждении, укорять их и наставлять на путь истины, или хотя бы показать им, что мы здравомыслящие, чем окажем большую услугу тем армянам, которых по религиозным причинам притесняют греки».

Собор в Румкле, в котором участвовали епископы исторических областей Армении, Киликии с прилегающими землями, католикос Агванка и представитель патриарха Сирийской яковитской церкви, с одной стороны, осудили крайности монофизитства, с другой – отвергли учение о двух естествах, двух волях, двух воздействиях, утвердив толкование Армянской церкви о единой природе Бога Воплощенного.

Еще до того, как в Константинополе узнали о решении собора, умер император Мануил (1180). Его наследники заинтересованности в объединении с Армянской церковью не проявили49.

Нетерпимость Константинополя по отношению к Армянской церкви вынуждала армян ориентироваться в большей степени на Западную (Римскую) церковь.

Таким образом, в XI в. и затем на протяжении многих столетий Римская и Константинопольская церкви готовы были признать армян православными лишь при условии принятия ими определений Халкидонского и последующих Вселенских соборов, а также отказа от некоторых литургических традиций: использования пресного хлеба и неразбавленного водой вина при Евхаристии50, празднования Рождества Христова в один день с Крещением 6 января и добавления «Распныся за ны» при пении Трисвятого после слов «Святый Боже, Святый Крепкий, Святый Бессмертный»51.

Таким образом, византийцы требовали, чтобы армяне употребляли при Евхаристии квасной хлеб, а католики, со своей стороны, попытались навязать Армянской церкви дискуссию о Filioque.

В дальнейшем идеи Нерсеса Шнорали развивал продолжатель его дела – внучатый племянник Нерсес Ламбронаци́ (1153–1198), архиепископ Тарса. Собору 1179 г. в Румкле Нерсес Ламбронаци представил Синодальное слово, ставшее призывом к преодолению препятствий на пути к единению церквей, в котором, по мнению Нерсеса, состоит долг всех христиан.

Стремление Нерсеса Ламбронаци к единению церквей стало причиной недовольства духовенства исторической Армении, которое высказывало в его адрес обвинения в неверности традициям Армянской церкви. Защищаясь от этих клеветнических измышлений, Ламбронаци изложил свою позицию в письме к Левону Великолепному, в котором принципиально настаивал на равенстве всех церквей. В знак доверия к его идеям Левон направил Ламбронаци в Константинополь для продолжения переговоров с императором Алексеем III Ангелом о возможном объединении Армянской и Константинопольской церквей. Однако там, столкнувшись с провинциальностью и закрытостью греческого духовенства, Ламбронаци пережил сильнейшее разочарование, сопоставимое с тем, которое в конце жизни испытал Нерсес Шнорали. В своем повествовании о поездке в Константинополь, адресованном князю Левону, Ламбронаци писал, что, «переговорив с ними, мы нашли их невежественными, грубыми и неотесанными. (...) Уязвленные в своей доброй духовной воле, мы вернулись в смущении и разочаровании».

5. Крестоносцы и Киликийское царство

Многочисленные религиозные поводы: освобождение Гроба Господня и других святых мест являлись прикрытием для реализации экономических и политических интересов европейских правителей, государства которых в условиях экономического роста нуждались в новых рынках и территориях. Наряду с этими очевидными причинами крестовые походы стали также отражением усиления прозелитических устремлений Римской церкви, которая, пережив в середине XI в. раскол, сосредоточила усилия на утверждении своего влияния на Востоке.

В результате I Крестового похода, завершившегося взятием Иерусалима вслед за Никеей и Антиохией, на Востоке образовались латинские государства: Иерусалимское королевство, Антиохийское княжество, Триполитанское и Эдесское графства и др.

Путь крестоносцев на Восток пролегал через Киликию. Армяне, видя в крестоносцах христианских собратьев, возлагали на них большие надежды, думая, что они могут положить конец вынужденному изоляционизму Киликии. Армянский летописец Матео́с Урхаеци́ писал, что «они [крестоносцы] приходили разорвать цепи христиан, избавить от ига неверных святой град Иерусалим, вырвать из рук мусульман Священный Гроб, хранивший в себе Бога».

Киликийские армяне не только восторгались приходом крестоносцев, но оказывали им действенную помощь, вплоть до военной, что способствовало установлению отношений Киликии с государствами Западной Европы. Известно, что правители Киликии поддерживали государства крестоносцев провиантом, оружием и вооруженными отрядами. Широкое распространение получили дипломатические браки, которыми армянские правители Киликии через своих сестер и дочерей роднились с франкскими правителями Востока.

II Крестовый поход, начавшийся после взятия Эдессы турками в 1144 г., не принес ожидаемых результатов. В середине XII в. пала Антиохия, а в 1187 г. Саладин захватил Иерусалим.

Перед лицом серьезной угрозы европейские правители (Ричард Львиное Сердце, Филипп II Август и Фридрих Барбаросса) в 1189 г. объявили о начале III Крестового похода. Барбаросса решил добираться до Святой земли через Киликию, в которой тогда правил князь Левон.

Несмотря на откровенно враждебные отношения с папой Римским и итальянскими городами, стремившимися к самостоятельности, Барбаросса принимал деятельное участие в походе, поскольку мечтал присоединить к Священной Римской империи часть Ближнего Востока, что и было главной причиной его участия в походе. В осуществлении своих планов он рассчитывал на поддержку Киликии – единственного христианского государства в этом регионе, и поэтому с готовностью откликнулся на просьбу местного князя Левона II о его коронации. Однако Барбаросса утонул, купаясь в р. Салеф, а князь Левон II все же получил царскую корону уже от нового императора, став царем Левоном I Киликийским.

Корона и царский штандарт Левону были пожалованы также византийским императором Алексеем III, который свои дары сопроводил посланием: «Не возлагай на главу свою диадему, дарованную тебе римлянами, ибо ты гораздо ближе к нам, чем к Риму». Действительно, на протяжении всей своей истории Киликия и Армения всегда больше были связаны с Константинополем, чем с латинским Западом. Поэтому для укрепления своего политического влияния Левон на протяжении всего времени пребывания на престоле активно искал контакты не только и не столько в Европе, сколько с византийским двором.

Поиски политического компромисса, попытки сближения как с Византией, так и с Западом могли привести к примирению Армянской церкви и последующему ее сближению с Константинопольской или с Римской. Влиятельное армянское духовенство продолжительное время поддерживало тесные отношения с византийским Патриархатом, однако разочарование, возникшее в результате богословского диалога Нерсеса Шнорали и Нерсеса Ламбронаци с греческими богословами, связанное со сформулированными последними условиями присоединения, подталкивало армян в сторону Латинской церкви.

К теологическим проблемам прибавились политические. С середины XI в. начали появляться отдельные признаки ослабления Византийской империи, что было обусловлено в значительной степени внешнеполитическими факторами: постепенным усилением норманнов в Средиземноморье, турецким наступлением и крестовыми походами. Это способствовало укреплению в Киликии мнения, что помощь Запада и крестоносцев, находившихся к этому времени на Востоке уже почти столетие, важнее для небольшого царства, чем зависимость от слабеющего Константинополя. Поэтому, оставив себе корону, пожалованную Алексеем III, Левон послал императору не менее богатые дары, что должно было продемонстрировать независимость киликийского правителя от Византии.

Политические прогнозы Левона оказались довольно точными: в 1204 г. Константинополь был взят крестоносцами, а сам Левон Армянский, обратив в поисках поддержки взоры на Запад, еще в конце XII в. начал попытки добиться расположения папы Римского. В результате продолжительных переговоров представителям понтифика удалось склонить армянских епископов, принимавших в них участие, к подписанию документа о присоединении к Риму. После этого 6 января 1198 г. (по латинским источникам – 1199 г.) в соборе г. Тарса, на родине апостола Павла, кардинал-легат папы Целестина III Конрад фон Виттельсбах короновал Левона, а армянский католикос помазал его на царство. Так, спустя примерно полтора столетия после гибели последнего царства, армянская монархия была восстановлена в Киликии.

6. Киликия между Западом и Востоком

Реформируя административную структуру своего царства, Левон стремился соединить в ней юридическую законченность латинского Запада с древнеармянскими традициями.

При Левоне и его преемниках Киликийская Армения впервые открылась навстречу европейскому Западу. Наследовавшая Рубенидам в Киликии династия Хетумидов сохранила основные направления внешней политики и продолжала дружественно относиться к франкам.

Эпоха Левона Великолепного ознаменовалась упрочением отношений с франками, что позволило заключить важные политические и военные союзы, а также способствовало возникновению и развитию экономических связей. Расцвет торговли с генуэзцами, венецианцами, флорентинцами, французами, испанцами, пользовавшимися многочисленными местными привилегиями, привел к образованию в киликийских портовых городах отдельных купеческих кварталов.

Позднее, особенно после падения последних франкских королевств на Востоке (1291 г.), почти вся торговля пряностями, тканями и металлами между Востоком и Западом стала осуществляться через киликийские порты, превратившиеся в центры транзитной торговли, через которые товары направлялись дальше на Восток.

Тем не менее отношения между армянами и крестоносцами не были бесконфликтными. Весьма сложные отношения Левона Великолепного со Святым престолом были обусловлены тем, что, будучи незаурядным дипломатом, Левон II уверял папу Иннокентия III в том, что намерен привести Армянскую церковь в лоно Римской, а армянское духовенство убеждал в том, что речь идет лишь о политической акции. Последующее ухудшение отношений с Римом было вызвано соперничеством на Востоке с католическим военно-монашеским орденом тамплиеров и войной с латинским государством в Антиохии во главе с норманнами.

После того как Саладин, отвоевав у тамплиеров замок Баграс на границе Киликии и Антиохийского государства, покинул его, замком поспешили овладеть армяне. Это привело к конфликту с норманнами, который к 1201 г. перерос в открытую войну из-за смерти в Антиохии князя Боэмунда III, поскольку претендентами на антиохийский трон стали Боэмунд IV Триполитанский, пользовавшийся поддержкой тамплиеров, и Раймунд-Рубен (Раймунд-Рупен) – племянник и фаворит Левона.

Для разрешения конфликта в Киликию в 1203 г. прибыла папская делегация. Левон получил от папского легата первое отлучение, после чего обратился за помощью к императору Оттону IV Брауншвейгскому. Тот предварительно отдал царскую корону Раймунду-Рубену и назначил его наследником престола. 18 мая 1211 г. папа Иннокентий III вновь отлучил Левона от церкви. В ответ правитель Киликии упразднил несколько католических епископских кафедр.

В 1216 г. под предлогом защиты Антиохии от мусульманской угрозы Левон поставил там правителем своего племянника Раймунда-Рубена, которого помазал на княжеское правление латинский патриарх. Достигнув своей цели, Левон восстановил латинские церковные учреждения и возвратил тамплиерам замок Баграс.

Вскоре Раймунд-Рубен попытался избавиться от назойливой опеки дяди-покровителя и в связи с этим лишился поддержки своих подданных, в результате чего в 1219 г. Боэмунду IV удалось утвердиться в Антиохии. Это событие совпало со смертью Левона, успевшего к тому времени лишить племянника права на киликийский престол.

7. Падение Киликийского царства

У Левона Великолепного не было наследников мужского пола, в связи с чем на престол должна была взойти его семилетняя дочь Забел (Изабелла), которую выдали замуж за Филиппа Антиохийского, одного из сыновей правителя Антиохии Боэмунда IV, с условием, что жених примет армянское вероисповедание и будет с уважением относиться к армянским традициям. Однако Филипп не сдержал обещания. Задевая религиозные и национальные чувства армян, он пренебрегал армянскими традициями и большую часть своего времени проводил в Антиохии. Действия Филиппа вызвали недовольство киликийского двора и народа. Поэтому спустя три года он был заключен в тюрьму, где и закончил свои дни.

Несмотря на несогласие Забел, с благословения нового католикоса Константина I (1221–1267) ее выдали замуж за Хету́ма I (1226–1269), заключив тем самым союз между могущественным семейством последнего и династией Рубенидов. Хетум I оказался весьма дальновидным государем и вскоре стал одним из лучших полководцев своего времени на христианском Востоке.

В середине XIII в., когда на Ближнем Востоке появились монголы, киликийские армяне вступили с ними в союз. В 1253 г. Хетум I отправился в Каракорум для заключения договора с Великим ханом Монгком (1251–1259), внуком Чингисхана. В дальнейшем войска монголов, армян и восточных франков под предводительством Хулагу-хана, брата Великого хана, овладели Багдадом (1258 г.), а затем городами Анатолии и Сирии (1260 г.).

В 1260 г. в связи с кончиной брата Хулагу, оставив свои орды на Ближнем Востоке без предводителя, вернулся в Каракорум. Движение его войск, лишившихся единого командования, было остановлено египетскими мамелюками52. Мамелюки совершили несколько набегов на Киликию, в 1291 г. овладели Сирией, положив конец государствам крестоносцев и франкскому присутствию на Востоке. В результате Киликия оказалась в изоляции и стала одним из двух, помимо Кипрского53, христианских царств в этом регионе.

После принятия ислама монголами в 1294 г. Киликия могла рассчитывать на военную помощь только со стороны Запада. Новый крестовый поход, на необходимости которого настаивали правители Киликии и к которому призывали европейские проповедники и папы, не состоялся, поскольку Европу поглотила Столетняя война. В правление Хетума II (1289–1305) Киликийское царство вступило в пору своего заката. В 1307 г. Хетум и его племянник, наследник Левона III, были убиты одним из монгольских военачальников.

В последнее тридцатилетие существования Киликийского государства им правила династия Лузиньянов, которая на протяжении длительного времени управляла Кипром и была породнена с киликийским армянским двором.

Открытость Киликийской Армении Западу и, следовательно, католическому миру, будучи отличительной чертой Новой Армении, стала одной из главных причин ее конца. Бесчисленные привилегии, которыми Лузиньяны жаловали своих франкских придворных, давление, оказываемое двором на церковь с целью принудить ее к более серьезным уступкам папству, привели к возникновению разногласий между киликийским клиром и духовенством исторической Армении. Жесткие требования папской курии уточнить теологические вопросы Армянской церкви, католический прозелитизм, принявший в Киликии весьма агрессивные формы, подрывали единство нации и веры, привели к расколу общества на сторонников и противников усиления латинского влияния на Армянскую церковь. Постепенно придворная жизнь Киликии превратилась в чреду интриг, заговоров и кровавых мятежей, которые продолжались вплоть до гибели царства под натиском египетских мамелюков в 1375 г.

В течение XIV в. мамелюки неоднократно вторгались на территорию Киликии, опустошали ее, приближая таким образом гибель Киликийского армянского царства, последовавшую за взятием Сиса54.

§ 6. Армяно-латинские церковные отношения в ХІІ-ХІѴ веках

1. Католический унионизм

После походов крестоносцев на Востоке возник ряд латинских княжеств, что привело к установлению контактов между Армянской и Римской церквами.

На Иерусалимском соборе Римской церкви, участие в котором принимал также армянский католикос Григор III Пахлавуни (1113–1166), обсуждались богословские и обрядовые различия между двумя церквами. После собора легат папы Иннокентия II епископ Алперик весьма благожелательно характеризовал в Риме армянского католикоса и его брата Нерсеса Шнорали.

Продолжая межцерковный диалог, папа направил письмо армянскому католикосу, в котором признал православие Армянской церкви и предложил армянам для совершенного единства двух церквей в Святую Чашу подмешивать воду и праздновать Рождество Христово 25 декабря. Помимо этого папа Иннокентий послал в дар армянскому католикосу архиерейский жезл55.

В 1145 г. католикос Григор III просил о политической помощи папу Евгения III, позже Григор IV обратился с той же просьбой к папе Луцию III. Вместо помощи папы вновь увещевали армян касательно Святой Чаши и воды, празднования Рождества Христова и т.д.

В ходе III Крестового похода уже папа Климент III (1187–1191) в 1189 г. вынужден был обратиться за помощью к правителю Киликии Левону и к армянскому католикосу; армяне Киликии стали оказывать содействие крестоносцам.

Несмотря на то что в 1195 г. император Священной Римской империи Генрих IV признал князя Левона королем Киликии, а в 1196 г. византийский император Алексей III направил князю корону, его коронация откладывалась из-за отсутствия папского благословения. Прибывший, наконец, в Киликию кардинал Конрад сообщил, что папа не может короновать или благословлять кого-либо, принадлежащего иному вероисповеданию. Поэтому кардинал выразил идею объединения Армянской и Латинской церквей, предлагая армянам принять некоторые условия:

– господские праздники и память святых отмечать в строго установленные числа, тогда как у армян была принята подвижная система праздничного календаря, основанная на семидневном цикле;

– все богослужения проводить в церкви: армяне обычно проводили их в притворе, а в самой церкви – только св. литургию;

– в Рождественский сочельник и в канун Пасхи употреблять только рыбу и растительное масло, а от молочной пищи и яиц воздерживаться.

Несмотря на то, что созванный Левоном церковный собор отклонил предложения Рима, между представителем Рима и 12 епископами-поборниками государственных интересов Киликии была заключена уния (1198 г.)56 и приняты некоторые литургические требования Римской церкви, что позволило устранить препятствия для коронации Левона. Рим воспринял это как присоединение всей Армянской церкви к престолу св. Петра.

6 января 1198 г. кардинал Конрад совершил обряд коронации Левона, армянский католикос – помазание на царство по канонам Латинской церкви, a Нерсес Ламбронаци, архиепископ Тарса, по такому случаю перевел с латинского языка на армянский текст обряда помазания, который должен был совершить католикос.

В 1244 г. папа Иннокентий IV в письме католикосу Константину I предложил совершать елеопомазание больных по обычаям Латинской церкви.

В 1243 г. состоялся II Сисский собор, который утвердил 24 канона, упорядочивающих быт верующих. В 1246 г. эти каноны вместе с энцикликой католикоса, в которой предлагалось принять помазание больных елеем, были отправлены в Восточную, историческую Армению для утверждения. Однако папа Иннокентий IV, не удовлетворившись этим, в 1248 г. направил в Киликию легата с посланием, в котором разъяснялись политические выгоды, которые могли бы получить армяне от объединения церквей.

Царь Хетум переадресовал послание папы католикосу Константину с просьбой ответить. В ответном послании из 15 пунктов католикос отвергал вероучение Римской церкви и просил царя Хетума остерегаться Запада. Римский престол был вынужден ограничить свои предложения и в письме 1250 г. предложил принять только Filioque.

В связи с необходимостью обсудить вопрос о Filioque, католикос Константин в 1251 г. созвал III Сисский собор. He выработав окончательного решения, собор обратился к духовенству Восточной Армении. Поскольку проблема для Армянской церкви была новой, возникли разногласия среди духовенства различных армянских областей, но единого мнения в результате дискуссий сформировано не было.

В 1262 г. на Восток прибыл и обосновался в Ахайе один из легатов папы Урбана IV. На встречу с ним царь Хетум отправил делегацию из светских и духовных лиц. Прибывший епископ утверждал, что Главою Церкви является папа Римский, киликийцы же, ссылаясь на Библию, доказывали, что Глава Церкви – Христос.

В 1292 г. патриаршая резиденция в Румкле была захвачена мамелюками, a католикос Степанос IV (1290–1293) был выслан в Египет. Вскоре резиденцией главы Армянской церкви стал Сис. Новый армянский католикос Григор VII Анаварзеци́ (1293–1306) был готов пожертвовать некоторыми обычаями Армянской церкви ради объединения всех христианских церквей. Побуждаемый такими благими намерениями, он начал проводить литургические преобразования, преследовавшие цель сближения Армянской церкви с Византийской и Латинской. Первым делом католикос привел армянские Четьи-Минеи в соответствие с греческими и латинскими и по просьбе царя Хетума ввел день Всех святых, который следовало отмечать вместе с латинянами 1 ноября. Помимо этого он пытался раз и навсегда устранить разногласия в вопросах обрядового характера, которые всегда препятствовали объединению церквей. Эти литургические изменения пришлись на период царствования в Киликии поборника объединения церквей царя Хетума II (1289–1301).

Нововведения в Киликии вызвали серьезное недовольство среди духовенства Восточной Армении, где под председательством митрополита Сюникского был созван собор, который направил письмо-предупреждение католикосу о недопустимости подобных новшеств. Вскоре и сам Григор усомнился в правильности своих начинаний.

В 1295/6 г. по требованию Византийской церкви над невестой греческого царя армянкой Мариам и ее сестрой во второй раз, как над обратившимися к истинной вере из ереси, было совершено таинство Миропомазания. Этот факт и реакция на него духовенства Восточной Армении заставили Григора Анаварзеци вновь обратить взоры на Запад в надежде получить политическую поддержку для Киликии. Намереваясь внести новые изменения в обряды Армянской церкви, он сочинил ряд шарака́нов (духовных песнопений) для празднования Рождества Христова и Крещения, планируя отмечать их раздельно.

Убедившись, что латиняне, как и византийцы, не спешат оказать Киликии военную и политическую помощь, в дальнейшем католикос перестал заниматься делом объединения церквей, чтобы не сеять смуту внутри собственной церкви. Однако царь Хетум II и его племянник Левон III, надеясь на помощь Запада, продолжали требовать от католикоса полного объединения церквей. Когда католикос отказался им подчиняться, они низложили его и отправили в ссылку, где Григор VII скончался в 1306 г. со словами: «Я армянин, армянином и умираю».

В 1306 г. Хетум II с племянником намеревались созвать собор в Сисе, но в ходе подготовки к нему оба были убиты по приказу монгольского правителя.

2. VII Сисский собор и уния

В 1307 г. царь Левон созвал в Сисе VII Сисский собор, в котором участвовали 43 епископа и киликийских князя. Он предъявил собору письмо, приписываемое Григору Анаварзеци, в котором содержались предложения внести некоторые богословские и обрядовые изменения:

– в Св. Чашу примешивать воду;

– признать решения семи Вселенских соборов;

– признать во Христе два естества, две воли и два действия;

– господские и богородичные праздники отмечать, как греки и латиняне: Рождество – 25 декабря, Сретение – 2 февраля, Благовещение – 25 марта и т.д.;

– в Рождественский сочельник и в канун Пасхи употреблять в пищу только рыбу и растительное масло;

– Трисвятую песнь петь с прибавлением имени Христа: «Христос, распныйся за ны».

Все участники собора, за исключением пяти епископов, выразили согласие принять эти изменения, а также определения Халкидонского и всех семи Вселенских соборов, внести изменения в календарь и привести литургическую традицию Армянской церкви в соответствие с западной.

Это лишь усилило недовольство духовенства «литургическими нововведениями». Самве́л Анеци́ писал о соборе 1307 г.: «произошло объединение с Римской церковью и было уничтожено устроение Просветителя нашего [св. Григора Лусаворича]». Духовенство Великой Армении выступило против решений Сисского собора, заявляя, что «лучше в ад с нашими Отцами, чем в рай с латинянами».

На этом же соборе новым католикосом был избран сторонник объединения церквей и один из организаторов собора Константин III Кесараци́ (1307– 1322). .

Решения VII Сисского собора встретили серьезное сопротивление не только со стороны духовенства Восточной Армении, но и среди части киликийского духовенства. Тем не менее преемник царя Левона Ошин (1307/8–1320) приложил все усилия, чтобы реализовать решения собора.

Новый царь Ошин, брат Хетума, и новый католикос Константин III (1307­-1322) настаивали на соблюдении духовенством и народом нововведений, принятых Сисским собором, однако никто не спешил этого делать. Как писал Самвел Анеци, «собрались в Сисе, столице царства, монахи, священники и диаконы, а также вардапеты и епископы и много народа, мужчин и женщин, которые отказывались принять обычай употреблять воду в Чаше при совершении литургии и другие новшества. Царь Ошин вместе с патриархом заключил ученых мужей в крепость и предал смерти толпу мужчин и женщин, a также некоторых монахов и диаконов. Затем заставил монахов взойти на корабль, выслал их на Кипр, где большинство погибли».

Царь и католикос решили никого не принуждать к принятию нововведений, которые фактически стали практикой лишь в Сисе и в нескольких киликийских епархиях.

Для прекращения внезапно возникшей смуты в 1316 г. царь Ошин созвал в г. Адана собор с участием 13 епископов, 7 архимандритов и 10 князей, на котором обсуждались возражения на решения VII Сисского собора. Однако духовенство, присутствовавшее на соборе, отвергло все возражения, объявив их противоречащими истине, и, таким образом, вновь утвердило решения Сисского собора.

После собора в Адане в 1318 г. царь Ошин обратился к папе Иоанну XXII и королю Франции Филиппу V Длинному (1316–1322) с просьбой оказать, наконец, помощь, обещанную за объединение церквей, но ответа не получил. Сын и преемник Ошина Левон IV (1320–1342) также не дождался обещанной помощи.

Следствием пролатинской ориентации киликийских царей стала враждебность соседей-мусульман, особенно египетских мамелюков. Опасаясь нового крестового похода, султан мамелюков Мухаммад I (1294–1295, 1299–1309, 1309–1340) в 1322 г. вторгся в Киликию, но католикосу Константину IV (1323–1326) удалось заключить с ним перемирие сроком на 15 лет.

Разгневанный тем, что папа и король Филипп не выполнили своих обещаний, католикос Месроп I Артазеци (1359–1372) в 1361 г. созвал VIII Сисский собор, велел отменить все принятые ранее нововведения, ставшие следствием ошибочной пролатинской ориентации киликийских царей.

После падения Киликийского армянского государства страна постепенно разорялась, началась массовая эмиграция, патриарший престол превратился в игрушку в руках чужеземцев. В этой политической ситуации в исторической Армении зародилась идея возвращения патриаршего престола в св. Эчмиадзин, куда он и был перемещен в 1441 г.

3. Армянская культура XII века

На протяжении своего существования Киликийское армянское царство постепенно превратилось в колыбель армянской средневековой культуры; бо́льшая часть известных ныне древнеармянских рукописей дошла до нас в списках, происходящих из киликийских монастырей.

XII в. по праву считается серебряным веком армянской культуры. Эмиграция из областей исторической Армении способствовала возникновению очагов армянской культуры в странах Европы, Азии и Африки.

Если золотой век (V в.) стал для Армении временем национально-государственного и религиозного самоутверждения, которое проходило в упорном противостоянии с персами и византийцами, пытавшимися ассимилировать ее население, то в XII в. обновленная Армения была открыта для восприятия культурных традиций других народов.

Тесные контакты с крестоносцами, постоянное присутствие в Киликии западных купцов и ремесленников ускорили процесс взаимодействия и взаимопроникновения культур Запада и Востока.

Относительная европеизация административной системы Киликии и жизни двора привели к включению в армянский лексикон большого числа французских слов, широкому распространению наряду с армянским языком французского и латинского, постепенно сложилась даже франко-армянская литературная традиция. В ХІІІ-ХІѴ вв. в Киликии творили выдающиеся художники-миниатюристы Торо́с Росли́н и Сарки́с Пица́к, работы которых, выдержанные в традициях классических армянских канонов, по сей день поражают выразительностью, удивительной точностью рисунка и яркостью красок.

Киликийское царство ХІІ-ХІѴ вв. играло роль одного из значительных духовных центров христианского мира, являлось своеобразным медиатором во взаимоотношениях Европы и Ближнего Востока. Столицей Киликии вначале был Tapс, а затем Сис, который современники описывали как густонаселенный город, застроенный великолепными храмами.

Чрезвычайно важная роль в этот период была отведена монастырям в Великой Армении и Киликии. Наиболее крупные из них, например Гладзо́р и Тате́в, постепенно стали приобретать функции средневековых университетов.

§ 7. Католические миссии и начало армянского экуменизма

1. Перемещение престола католикосов в Киликию

Открытость Киликийского армянского царства внешним влияниям нашла отражение в жизни церкви.

После разрушения Ани византийцами патриарший престол на протяжении почти целого столетия лишился постоянного местопребывания. Только в 1148 г. при католикосе Григоре III Пахлавуни резиденцией католикоса стала Румкла, расположенная на берегу Евфрата, где престол армянских католикосов оставался почти до конца XIII в.57

Образованность и эрудированность Григора III способствовали его быстрому рукоположению во епископа, а затем и в католикоса. И в то же время именно его молодость стала для епископов из Васпурака́на поводом избрать в Ахтамаре в 1113 г. своего католикоса. Несмотря на то что собор, созванный Григором, объявил Ахтамарский Католикосат незаконным, впоследствии церковь признала его, и он просуществовал вплоть до конца XIX в.

На период подъема и расцвета Киликийского армянского государства приходится деятельность одной из ключевых фигур в истории Армянской церкви – католикоса Нерсеса Шнорали (1098–1173) из рода Пахлавуни, младшего брата и преемника Григора III. Будучи воспитан там, где располагались храмы почти всех христианских конфессий, Нерсес привык свято чтить традиции не только Армянской, но и других церквей, был наследником и хранителем духовных традиций, восходящих к католикосу Григору Мартирофилу, удачно сочетал в себе набожность последнего и эрудицию.

2. Францисканцы и доминиканцы в Киликии и в Армении

Ордена францисканцев и доминиканцев, заявившие о себе как о силе, способной обновить монашескую жизнь, активно проповедовать, препятствовать распространению ислама и бороться с ересями, при поддержке римских пап начали распространение своего влияния на христианский Восток под предлогом объединения с Римом «отделившихся христиан», обряды которых отличались от латинского.

Особое внимание уделялось Киликии – единственному нелатинскому христианскому государству на Ближнем Востоке.

Примерно с 1244 г. доминиканцы и францисканцы оказывали давление на Армянскую церковь, убеждая ее принять Filioque и привести свои литургические традиции и практику в соответствие с латинскими. Эти вопросы были предметом дискуссии на двух соборах Армянской церкви, состоявшихся в Сисе, но ни первый, ни второй не приняли соответствующих решений.

В конце XIII в. при папе Николае IV, первом в истории папе-францисканце, начался новый этап проникновения этих орденов на Восток. Сознавая, что армянские правители Киликии, страдавшие от частых набегов мамелюков, стремились заручиться поддержкой папского престола и Запада, Николай IV стал подталкивать Армянскую церковь к сближению с Римской. Тогдашний правитель Киликии Хетум II, будучи латинофилом, вступил в орден францисканцев и сместил католикоса Константина II (1286–1289), осуждавшего царя-латинофила, с молчаливого согласия которого францисканцы заполонили Киликию.

3. Взаимоотношения с папством в XIV веке и деятельность ордена братьев-объединителей (fratres unitores)

Начало нового столетия для папского престола было омрачено одновременно кризисом папства, ознаменованным Авиньонским пленением, и непомерным разрастанием папских амбиций, нашедшим выражение в знаменитой булле Unam Sanctam, в которой папа Бонифаций VIII, подробно изложив идею верховенства папы над светской властью, узаконил теорию «двух мечей».

Авиньонское пленение стало для папства временем тотальной зависимости от французских королей, а папская курия, сосредоточенная только на внутрицерковной жизни, превратилась в сложную и отлаженную бюрократическую машину. Одно осталось неизменным – экспансионизм курии, направленный на христианский Восток.

Именно в авиньонский период папа Иоанн XXII учредил католическую миссию в Великой Армении. Вначале туда были направлены францисканцы, а затем из-за внутренней борьбы в ордене их сменили доминиканцы, проводившие политику гораздо более агрессивного прозелитизма, успех которой был ощутим в Нахичевани.

В 1330 г. был создан армянский католический орден братьев-объединителей (fratres unitores), зависимый от доминиканского. Он сформировался вокруг латинского епископа Бартоломео да Поджо (Бартоломео да Болонья) и армянского монаха Ованнеса Кернаци́, ученика Исаии Ншеци́. Новый орден развернул свою деятельность в Великой Армении, Киликии, Крыму, Персии и Грузии и менее чем через тридцать лет со времени основания располагал уже 50 монастырями.

Братья-объединители переводили на армянский язык и распространяли среди верующих сочинения богословского характера, проповедовали, поддерживали отношения с духовенством Армянской церкви. Однако с годами эти отношения переросли в навязывание латинского обряда и призывы к армянам перейти в лоно Римской церкви.

Католические миссионеры тенденциозно истолковывали историю принятия христианства в Армении, преувеличивали значение пребывания Григора Лусаворича в Риме накануне христианизации Армении, сознательно обманывали верующих, распространяя среди них «Послание о дружбе и единстве между великим Кесарем Константином, Верховным Понтификом св. Сильвестром, Трдатом, царем Армянским, и св. Григором Лусаворичем армянского народа, писанное в лето Господне 316», чтобы доказать зависимость Армянской церкви от Римской.

Армянские епископы и монахи были возмущены миссионерской деятельностью католиков и стали выступать против братьев-объединителей.

Настоящее сопротивление деятельности миссионеров оказал Григор Татеваци́ (1346–1410), которого современники считали одним из наиболее образованных вардапетов своего времени. Татеваци добился созыва собора, который снял отлучение с армян-католиков. После снятия отлучения он много путешествовал по стране, вел дискуссии с монахами ордена братьев-объединителей, проповедовал среди мусульман.

Примерно в это же время находившийся в Авиньоне папа попытался организовать новый крестовый поход. Обеспокоенный слухами о приготовлениях к крестовому походу, египетский султан Мухаммад I с мамелюками вторгся на территорию Киликии, которая всегда служила плацдармом для крестоносцев. Заключая мирный договор с царем Левоном, он заставил киликийского царя поклясться на Евангелии, что тот не будет поддерживать отношений ни с представителями европейских правящих домов, ни с папством.

Однако несмотря ни на что, царь в своих секретных посланиях продолжал взывать к Западу о помощи и, презрев запреты мамелюков, отдал важнейшие посты в управлении страной Лузиньянам, призванным с Кипра, сместил католикоса Иакова II из Сиса (1327–1341, 1355–1359), упрекавшего его за прозападную политику, и назначил на его место епископа Мхита́ра (1341–1355).

Киликийский армянский двор был расколот борьбой прозападной и антилатинской группировок. После смерти Левона IV, у которого не было наследников, латинофилы возвели на трон Ги де Лузиньяна (1342–1344) – сына киликийской княжны Забел, сестры царя Хетума II, и младшего Лузиньяна Амори Тирского, состоявшего на службе Византии. После коронации Ги стал именоваться Константином II. Он настаивал на созыве собора католикосом Мхитаром, полагая, что собор должен принять решение о подчинении Армянской церкви папским требованиям, категорически отказался от уплаты податей мамелюкам и, нарушив их запрет, направил посольства к папе и к королям Франции и Англии. В ответ на это мамелюки вновь совершили набег на Киликию, однако королю удалось остановить их войска еще на границе. В ноябре 1344 г. мятежные подданные, недовольные в основном религиозной политикой Ги де Лузиньяна, убили его и придворных, поддерживавших царя.

На смену Ги де Лузиньяну пришел Константин III (1344–1363), не имевший никакого отношения к киликийскому царскому роду. Будучи ставленником сторонников папства, он тоже стремился к установлению взаимопонимания со Святым престолом. В 1344–1345 гг. архиерейский собор Армянской церкви, собравшийся в Сисе, отвечая на просьбы папы прояснить богословские и обрядовые моменты, опроверг все обвинения в «заблуждениях», однако в 1352 г. папа Иннокентий VI, сменивший на престоле Климента VI, направил в Сис легата, чтобы вновь получить «пояснения» от католикоса Мхитара. В 1354 г. экс-католикос Иаков из Сиса лично дал пояснения новому папе относительно учения и практики Армянской церкви. Вернувшись на родину после кончины Мхитара, Иаков II вновь стал католикосом. Таким образом, согласие с Римом было временно восстановлено.

В то время как между Сисом и Авиньоном шли сложные переговоры, мамелюки продолжали грабить Киликию, а царь и католикос безуспешно ожидали поддержки папства в борьбе с ними. В 1361 г., когда папство выдвинуло новые требования по приведению в соответствие армянских обрядов с латинскими, царь Константин III разорвал все соглашения с авиньонской курией, а католикос Месроп I (1359–1372) на очередном соборе в Сисе отменил все пролатинские нововведения, принятые в 1307 г.

He оставив наследников, Константин III умер в 1363 г., и спустя два года на престоле оказался ставленник антилатинской придворной группировки Константин IV (1365–1373), который не смог защитить страну от набегов мамелюков и вскоре стал жертвой заговора.

В 1374 г. пролатинской группировке удалось короновать сына Жана Лузиньяна Левона, находившегося при кипрском дворе. Несмотря на то что государственная казна Киликии была пуста, страна разорена, а мамелюки и туркменские племена вольготно чувствовали себя, Левон согласился стать царем и переехал в Сис. Как ревностный католик, он потребовал, чтобы традиционная армянская церемония венчания на царство была повторена в соответствии с латинским обрядом, что вызвало сильнейшее недовольство армянского духовенства. Процарствовав всего год, Левон V успел наделить франков и католическую церковь многочисленными привилегиями.

В 1375 г. мамелюки, воспользовавшись отсутствием политической стабильности, вторглись в Киликию и захватили Сис. Левон V, оказывавший героическое сопротивление, стал жертвой заговора, к которому, вероятно, был причастен католикос. Царь был сослан в Египет. По прошествии многих лет Левон V бежал в Париж, где скончался в 1393 г. и был похоронен в королевской усыпальнице Сен-Дени, рядом с французскими королями.

4. Набеги монголов и поход Тамерлана

Когда мамелюки начали набеги на Киликию, Великая Армения столкнулась с грабежами и притеснениями со стороны кочевников-монголов. Под предводительством Чингисхана и его потомков «народ лучников», как называли монголов армянские летописи, овладев обширными территориями юга Азии, частью Руси, Ираном и Кавказом, устремился на Запад. В 1236–1244 гг. монголы постепенно завладели территориями армянских княжеств, в 1236 г. захватили и разрушили г. Ани, после чего древняя столица Багратуни навсегда утратила свое великолепие.

Армения превратилась в поле боя между монгольскими племенами. Подати, которыми новые поработители обложили армянскую знать, были столь непомерны, что многие семьи продавали свои владения и эмигрировали, главным образом в новые крымские поселения.

Вместе с тем установление монгольского владычества в Армении сопровождалось изгнанием из Армении турок-сельджуков (1243 г.), благодаря чему во второй половине XIII – первой половине XIV в. религиозная и культурная жизнь в Армении получила импульс для развития. При монастырях в Тате́ве, Гладзо́ре, Гошава́нке сформировались и начали развиваться университеты.

С самого начала своего господства над Арменией монголы проявляли известную лояльность к христианству и явную нетерпимость к исламу. Воспользовавшись этим, армяне, проживавшие на исторической родине и в Киликии, заключили с монголами союз против египетского султаната. Так Армения стала частью монгольского государства и вернула утраченные позиции в международной торговле стран Европы и Востока.

Установление монгольского владычества способствовало возрождению Армянской церкви. После заключения договора между Хетумом I и Великим ханом примерно в 1258–1260 гг. монгольские и армянские войска под предводительством Хулагу (1217–1265) отвоевали у мусульман древневосточные христианские центры Алеппо, Дамаск, Эдессу, Кесарию, Севастию и др. Многие христиане Востока увидели тогда в союзе с монголами спасение от мусульманских завоевателей. Эти настроения усилились в 1299 г., когда войска ильхана Персии Газана (1295–1304) при участии армян и грузин освободили Иерусалим, захваченный ранее египетскими мамелюками – в то время главными врагами восточных христиан. Христианский мир восторженно отнесся к новым завоевателям, считая их «освободителями веры», «паладинами христианства», одержавших победу над «сарацинами».

Многие армянские князья сотрудничали с монголами и состояли в дружеских отношениях с двором ильханов. Однако мусульманские преемники Газан-хана (1271–1304) – первого монгольского правителя Персии, принявшего ислам, – отошли от ставшего традиционным сотрудничества с христианами. Началась полоса жестоких гонений на иноверцев. Тем временем само государство монголов тоже вступило в пору упадка и к XIV в. распалось на ряд небольших ханств, что помогло Грузии вернуть себе независимость.

Конец XIV в. для Великой Армении, Кавказа, Персии, Центральной Азии, Руси ознаменовался нашествием монгольских войск под предводительством Тамерлана. Летописи всех без исключения покоренных народов описывают невиданную до того времени жестокость Тамерлана и его воинов. Покорив в 1395 г. Золотую Орду, Тамерлан вторгся в русские земли, но вынужден был вернуться в Азию.

В 1387–1404 гг. войска Тамерлана трижды совершали набеги на территорию исторической Армении, сея там страх и разорение. Одержав победу над османами в Анкаре, Тамерлан взял в плен султана Баязида и, вернувшись в Самарканд для подготовки похода на Китай, в 1405 г. умер.

5. Туркменские династии и анархия в Армении

Β XV в. на рубеже Европы и Азии возникла новая империя – Османская, которая просуществовала до XX в.

Первоначально османские турки – небольшое тюркское племя; в XIII в., покинув под напором наступающих монголов места своего обитания в Туркестане, поселились в Анатолии. Эти территории некогда входили в состав мощного государства сельджуков, на обломках которого возникло множество небольших тюркских княжеств и государств. Византия вследствие внутренних распрей пришла к этому времени в упадок, следствием которого стал захват Константинополя крестоносцами.

Β XIV в. турки-османы расширили границы своего небольшого государства, включив в его состав территории, принадлежавшие некогда Византии, и различные независимые тюркские княжества. В конце столетия им уже принадлежала значительная часть Анатолии и Балкан, а в 1394 г. османы осадили обессиленный и неспособный к сопротивлению Константинополь.

Их дальнейшее продвижение остановило лишь неожиданное наступление Тамерлана в 1402 г., которое продлило существование Византии на полстолетия. Невзирая на военные успехи, Тамерлану не удалось создать прочную систему управления государством, и при его преемниках империя распалась.

Следствием монгольского нашествия для Армении стало целое столетие хаоса, порожденного постоянными столкновениями между потомками Тамерлана и туркменскими племенными вождями. В первой половине XV в. наследники Тамерлана пытались вытеснить с этих территорий туркменское племя кара-коюнлу, во второй половине столетия – племя ак-коюнлу, ведшее постоянные боевые действия против курдов, османов и грузин. Армянское население, платя непомерные налоги, косвенно финансировало эти многочисленные войны.

Туркменские племена, как и их предшественники, потомки Тимура, исповедовали ислам. На протяжении всего XV в. христиане, которых принуждали носить специальный знак, указывающий на их вероисповедание, подвергались дискриминации, что привело к постепенному угасанию культурной жизни в Армении на два следующих столетия.

6. Османы и Сефевиды

Возобновив после смерти Тамерлана свои завоевания, османы в 1453 г. овладели Константинополем, что стало символом конца Византийской империи – самой великой христианской империи Востока, просуществовавшей тысячу лет.

Армяне, проживавшие на территории Анатолии, были депортированы в Константинополь, в то время как Великая Армения все еще находилась в руках туркменов.

Через полстолетия после взятия османами Константинополя в Иране началось правление шиитской династии Сефевидов во главе с шахом Исмаилом (1501–1524). В 1502 г. сефевиды освободили страну от туркменов, положив начало новому персидскому государству, просуществовавшему более двух веков. Персы-шииты во главе с Сефевидами вступили в непрекращающийся конфликт с турками-османами – ортодоксальными суннитами; в первую очередь из-за этого конфликта страдала Армения.

Таким образом, в период, когда для Запада началась эпоха становления гуманистических идеалов Возрождения, для Армении наступило время упадка и анархии, поскольку в XVI – первой половине XVII в. страна стала полем битвы между двумя соперничающими державами.

Сначала Армения стала добычей Сефевидов, но в 1515 г. султан Селим I нанес поражение персидскому шаху Исмаилу I и овладел несколькими областями на юге и в центре страны. Только при Сулеймане I Великолепном (1520–1566) османы трижды вторгались в Армению; их последний набег завершился в 1554 г. пожаром Еревана.

Сефевиды также продолжали совершать набеги на армянские области, уже присоединенные к Османской империи, пока, наконец, в 1555 г. персы и турки не заключили мир, проведя первый раздел Армении. Однако шаху Аббасу I (1587–1629) не удалось противостоять туркам, и в 1590 г. он вынужден был заключить с ними новый мир, уступив все Закавказье. Однако уже в 1603 г., собрав большую армию, Аббас овладел Ереваном и утраченными прежде территориями, но буквально спустя год вынужден был отступить, уничтожая на своем пути армянские города и деревни, сжигая поля и уводя в Персию пленных армян.

XVI в. завершился жесточайшим голодом (1599–1600), охватившим всю восточную часть Османской империи, включая Армению. Примерно в это же время армянские территории, принадлежавшие османам, стали добычей орд кочующих разбойников-джелалиев, появление которых стало одним из последствий тяжелейшего экономического кризиса, поразившего экономику Османской империи.

После мирного договора 1618 г., впрочем, немедленно нарушенного, военные столкновения между османами и Сефевидами за обладание армянскими областями продолжились вплоть до 1639 г., когда Армения во второй раз была поделена между Турцией и Персией. Западная, более значительная по площади часть вошла в состав Турции, а Восточная и Северная Армения (Ереван и области Арарат и Сюник) отошли к Персии. Этот раздел просуществовал до XIX в.

Обе державы на присоединенных ими территориях провели административные реформы, разделив исторические области Армении на небольшие территориальные образования, управляемые пашами в Турции и ханами в Персии.

В Турции армянам запрещалось селиться в городах, в результате чего в пригородах крупных городов образовались места их компактного проживания. Армяне должны были носить сине-белую одежду, чтобы внешне их можно было отличать от турок; как христианам им было отказано в праве свидетельствовать в суде против мусульман и т.д.

Несколько отличным было положение армян в Персии, где шах Аббас проявлял большую терпимость по отношению к армянам-переселенцам, разрешив им основать рядом со столицей Исфаханом г. Новая Джульфа (Hop Джуга́), в котором имели право селиться только армяне. Однако его преемники, отличавшиеся меньшим либерализмом, существенно изменили политику по отношению не только к армянам, но и к христианам в целом: в соответствии с декретом, действовавшим на протяжении всего XVII в., в случае принятия ислама христианин получал право унаследовать все имущество членов семьи, сохранивших приверженность христианству.

В основе прочности Османской империи лежала централизованная власть султана и унаследованная от Византии административная система, а ее экономика была построена на эксплуатации подвластных христианских народов, на которых было возложено основное бремя налогов, а также обязанность поставлять мальчиков для отрядов янычар и девочек для гаремов.

Сложный и громоздкий бюрократический аппарат вскоре породил повсеместную коррупцию. Османская империя, хотя и оказалась несравненно более цивилизованной, чем туркменские и сельджукские орды, тем не менее турецкое владычество принесло армянам неисчислимые унижения и страдания.

Примерно такой же дискриминации подвергались армяне, проживавшие в Персии, несмотря на то что явно отдавали предпочтение Сефевидам, а в некоторых случаях даже обращались к персидским властям с просьбой об освобождении отдельных областей Армении от османов. Известно, что во время похода Аббаса 1603–1605 гг., ставшего причиной ужасающего оскудения Армении, некоторые армянские города встречали персидского шаха как освободителя, например жители богатого торгового города Джульфа, воздавшие почести и одарившие его.

В период персидского и турецкого владычества экономика Армении постепенно приходила в упадок, что выразилось в примитивизации методов ведения сельского хозяйства и угасании торговли вплоть до XVIII в. Это не могло не сказаться на демографической ситуации: тысячи персидских и турецких армян покидали родину.

Запустение деревень стало следствием утраты власти старой знатью – нахарарами, чье положение в обществе было обусловлено землевладением; полное исчезновение нахараров повлекло за собой существенные изменения в социальной структуре армянского общества.

В результате этих изменений духовенство на некоторое время стало единственным относительно благополучным сословием.

Значительным фактором для развития армянской экономики данного периода стало существование армянской диаспоры в различных странах мира, установившей торговые связи с армянами Персии и Турции; это находило поддержку у мусульман, считавших торговлю презренным занятием. Фактор внешнего воздействия на экономическую жизнь исторических областей Армении сыграл свою роль в эпоху культурного подъема Армении в ХѴІІ-ХѴІІІ вв.

Раздел исторической Армении между Турцией и Персией имел негативные последствия для культурной жизни: на десятилетия были преданы забвению рукописи, прекратилось строительство церквей и монастырей. Β XV в. лишь немногие сохранившиеся крупные монастыри (Тате́в в Сюни́ке, Мецо́п в области Ван), избежавшие разграбления и притеснений, оставались очагами культуры, в которых нашли пристанище выдающиеся мыслители своего времени, например Товма́ Мецопеци́ (1378–1446).

В период османского и персидского владычества монастырь Татев постепенно утратил свою былую славу, однако вместе с тем началось возрождение древних монастырей – Санаи́на и Ахпа́та на севере страны в области Лори́, вошедшей в состав Грузии, а также Эчмиадзина и пещерного монастыря Геха́рд.

7. Ферраро-Флорентийский собор и Армянская церковь

В 1439 г. Ферраро-Флорентийский собор (1438–1445) обнародовал буллу Exsultate Deo, возвестившую о воссоединении Армянской апостольской церкви с Римской. После собора, ставшего временным триумфом католического унионизма, киликийские армяне, предрасположенные к церковному общению с Римом и представлявшие в то время подавляющее большинство своего народа и официальную церковь, возглавляемую католикосом Сиса, вынуждены были выбирать между позицией восточных армян, строго придерживавшихся своей обрядовой и дисциплинарной традиции, и «унионистов», представленных и направляемых fratres unitores – армянскими монахами-доминиканцами.

В 1441 г., уже после падения армянского Киликийского царства, была восстановлена первенствующая роль Эчмиадзина как центра армянского Католикосата и духовной столицы всех армян. Это произошло из-за разногласий в Армянской церкви, вызванных обвинениями Киликийского Католикосата в проримских и прогреческих симпатиях, в принятии халкидонских вероопределений и в обрядовых нововведениях. Кирако́с Вирапеци́ (1441–1443) – первый католикос, избранный на восстановленный престол Эчмиадзина, стал католикосом всех армян. Этот титул сохраняется за духовным главой Эчмиадзина до настоящего времени.

Решения Ферраро-Флорентийского собора не имели для Армении никаких последствий: во время собора умер сисский католикос Константин VI (1430–1439), и акт о согласии Армянской церкви с определениями Ферраро-Флорентийского собора, подписанный представителями Католикосата, получил и обнародовал уже его преемник, Григор IX Мусабекян (1439–1441). Армянское духовенство акт не приняло, что превратило его в обычную формальность. Тем не менее решения собора повлекли за собою заметные изменения в иерархическом устройстве Армянской церкви.

§ 8. Эволюция структуры Армянской церкви

Еще в 485 г. Католикосат (высший орган церковной власти в Армянской церкви) был перенесен из Эчмиадзина, первоначальной церковной столицы армян, в Двин. Затем в результате миграции армян Католикосат еще семь раз переносился с места на место, пока, наконец, в 1293 г. он не был учрежден в Сисе – столице армянской Киликии.

Уния, согласие с которой выразили представители Католикосата Сиса, вызвала недовольство духовенства Великой Армении. Обеспокоенные попытками латинян усилить влияние и давление на Католикосат Сиса, многие иерархи Армянской церкви, в том числе и католикос Ахтамарский, выступили за возвращение резиденции главы Армянской церкви в Эчмиадзин. Эти настроения имели политический подтекст: после захвата Киликии мамелюками резиденция католикоса Сиса стала не безопасней, чем резиденция католикоса в Великой Армении.

Католикос Григор IX из-за старости и болезни не смог переехать из Киликии в Эчмиадзин, однако поручил Национальному церковному собору, созванному в 1441 г. в Вагаршапате (Эчмиадзине), избрать нового католикоса. На соборе духовенство и миряне избрали отшельника Кирако́са Вирапеци́ католикосом всех армян. В последующие времена события 1441 г. истолковывались по-разному. Некоторые католикосы Сиса, полагая, что в XV в. состоялись параллельные выборы, а не перемещение престола католикосов, отстаивали свое право главенства над всей церковью. Однако восстановление Эчмиадзинского престола в 1441 г. стало результатом волеизъявления нации, и этот престол, учрежденный Григором Лусаворичем, был вскоре признан всеми, в том числе и Католикосатом Сиса, который, несмотря на очевидную потерю влияния на духовную жизнь армян, продолжал существовать.

Киликийцы не могли смириться с утратой своего влияния в церковных делах в связи с переносом престола в св. Эчмиадзин и воспользовались тем, что католикос Григор IX остался в Сисе, столице Киликии. После его смерти на патриарший престол в Сисе был избран новый католикос. Так был основан (официально – в 1446 г.) новый Католикосат в рамках границ Киликии – Католикосат Великого дома Киликии.

Киракос Вирапеци, почувствовав невозможность противостояния католикосу Сиса, отрекся от престола. После него патриарший престол в Эчмиадзине ненадолго занял католикос Ахтамарский, и резиденция католикоса всех армян в Эчмиадзине пришла в упадок.

Католикосат Великого дома Киликии не имеет догматических разногласий с остальной церковью, но, тем не менее, сохраняет полную независимость от Эчмиадзинского Католикосата. Католикос Великого дома Киликии имеет исключительное право освящать св. миро (обряд мироварения совершается раз в семь лет) и рукополагать епископов.

Два католикоса, Эчмиадзинский и Сисский, признали друг друга в 1651/52 г. на Иерусалимском соборе Армянской церкви, провозгласившем главенствующую роль Эчмиадзинского престола. Несмотря на то что Католикосат Сиса был поставлен в подчиненное положение, киликийские католикосы не намеревались сдавать свои позиции и претендовали на лидирующую роль в Армянской церкви.

В дальнейшем католикосов избирали как в Сисе, так и в Эчмиадзине, что, однако, не привело к расколу церкви и даже имело положительные последствия. В условиях существования двух исторических центров армянской государственности и церкви на каждого из католикосов была возложена обязанность пребывания в «своей» империи: одного – в Османской, другого – в Персидской.

В 1461 г. султан Мехмед II Фатих учредил армянский патриарший престол в Стамбуле58, для чего вызвал в столицу из г. Бурса епископа, который стал духовным главой армян и представителем миллета59 всех дохалкидонских христиан60.

Таким образом, к середине XV в. в Армянской церкви сосуществовали несколько духовных центров: Эчмиадзинский Католикосат, первый по значимости, как престол св. Григора Лусаворича и его преемников, и другие престолы, осуществлявшие духовное руководство в областях Армении, территориально отдаленных от Эчмиадзина: Киликийский, Ахтамарский (1113–1895)61 и Агванкский (551–1815)62 Католикосаты, а также два патриархата – Константинопольский и Иерусалимский63; последние связаны в духовном отношении с Эчмиадзинским Католикосатом64.

Эта сложная церковная структура сложилась в основном по причине политических обстоятельств, которые неоднократно играли решающую роль в истории и культуре армянского народа и его церкви.

Естественно, между Католикосатами и Патриархатами существовали разногласия и возникали конфликты, особенно по вопросу о принадлежности отдельных общин к юрисдикции того или иного престола. Тем не менее Армянская церковь всегда находила пути для преодоления конфликтов, избегала внутренних разногласий с целью сохранения единства народа и церкви, которое служило стимулом для ее дальнейшего развития.

Обобщение

Интегрированность Армении в ареал Римской империи привела к раннему принятию армянами христианства в его греческой традиции, которое, с учетом постоянно действовавшего фактора враждебного внешнего окружения, весьма скоро становится важной составляющей национального самоопределения армянского народа. Укоренению христианских идей способствовало изобретение письменности и начавшаяся вслед за этим активная деятельность по переводу на армянский язык Священного Писания и церковного Предания.

В то же время политический фактор способствовал раннему догматическому самоопределению Армянской церкви, которая не приняла Халкидонский христологический догмат и на этом основании одной из первых отделилась от имперской церкви, продолжив свое развитие в семье Древневосточных (дохалкидонских) церквей. Периодически, однако, представителями армянского священноначалия предпринимались попытки найти в конструктивном диалоге общий язык с греческой и римской церквами, объяснить особенности своего восприятия христологического догмата и восстановить на этой основе церковное единство. В то же время попытка Римской церкви навязать Армянской апостольской церкви Ферраро-Флорентийскую унию окончилась провалом.

В период арабского владычества Армянская церковь непременно поддерживает национально-освободительные тенденции и в то же время продолжает развивать свое богословие, центрами которого с X в. становятся многочисленные монастыри. Важную роль в богословском развитии Армянской церкви сыграла необходимость борьбы с ересями павликиан и тондракийцев.

Политические события стали основой образования двух канонических возглавлений Армянской церкви – на территории исторической Армении и в Киликии. Первоначально наметилось их противостояние, однако с течением времени духовное первенство возвратилось к восстановленному после ряда бедствий престолу католикосов всех армян в Эчмиадзине.

Высокая степень национально-духовной интегрированности Армянской церкви позволила ей в целом успешно преодолеть (несмотря на временный успех унионистских настроений на VII Сисском соборе 1307 г.) унионитский натиск, предпринятый Римской церковью в ХІІ-ХІѴ вв.

Сложная историческая судьба Великой Армении, приведшая к раннему возникновению широкой армянской диаспоры, стала причиной возникновения многополюсной структуры управления Армянской апостольской церковью, выключающей ряд Католикосатов и патриарших престолов. Однако эта структура не помешала сохранить церковное единство: все организационно самостоятельные армянские Католикосаты и Патриархаты (за исключением униатских) догматически, литургически и канонически составляют единую Армянскую церковь с духовном центром в Эчмиадзине – резиденции католикосов всех армян и служат основанием национального единства разбросанного по миру армянского народа.

Вопросы для самоконтроля

1. Охарактеризуйте внешние условия, в которых происходила христианизация Армении. Какова роль Армянской церкви в национально-политическом самоопределении армянского народа?

2. Каковы причины отказа Армянской церкви признать вероопределение Халкидонского собора и монофелитское учение?

3. В чем особенности учения павликиан и тондракийцев?

4. Каким образом влияли армяно-византийские политические отношения на догматические позиции Армянской церкви?

5. Укажите основные вехи развития Киликийского Католикосата.

6. В чем особенности армяно-латинских церковных отношений в XII– XIV вв.? Каким образом была воспринята Армянской апостольской церковью Флорентийская уния, объявленная папой Римским в ходе Ферраро-Флорентийского собора?

7. Каковы особенности организационной структуры Армянской апостольской церкви, и чем они объясняются?

* * *

30

В «Церковной истории» Евсевия Кесарийского упоминается послание (около 249 г.) Дионисия Александрийского армянскому епископу Меружа́ну (Меруксанесу).

31

Предполагаемая могила Иуды Фаддея расположена на территории армянского монастыря св. Фаддея на северо-западе Ирана.

32

Воскеаны – ср.: арм. ոսկր (воски) – золото.

33

Монастырь Хор Вирап («глубокая яма») расположен в Араратской долине близ государствен- ной границы современной Армении с Турцией.

34

Главой государства был царь, который владел одной из центральных областей Армении – Айрара́том. Нахара́ры (князья) владели своими областями по наследству, имели собственную дружину и в зависимости от личных амбиций имели собственный трон.

35

Около тысячи лет могила св. Григора была местом поклонения и паломничества. В течение последних 500 лет мощи св. Григора пребывали в армянской церкви в Неаполе, a 11 ноября 2000 г. были переданы католикосу всех армян Гарегину II и в настоящее время хранятся в построенном в 2001 г. Ереванском кафедральном соборе св. Григора Лусаворича.

36

Житие Григора было переведено на греческий язык предположительно в конце VI в. Β X в. Симеон Метафраст включил его в свои «Жития святых». На латинский, грузинский и арабский языки переводы были выполнены с греческого текста. Существует также эфиопская редакция, тесно связанная с арабским переводом. Текст жития содержится и в русской Минее (память 30 сентября).

37

Дошло в единственном списке; впервые было напечатано в Смирне в 1763 г. под названием «Книга прекословий», а затем, под названием «Опровержение ересей Езника Кохбаци, епископа Багреванда», дважды издавалось в Венеции (1826 и 1850 гг.). В позднейших изданиях сохранено именно это последнее название.

38

Гоми́лия (греч. όμιλία – общение, беседа) – наиболее древняя форма проповеди, имеющая аналитическую и экзегетическую составляющие, содержащая толкование отдельных мест из Писания. Гомилии восходят к ветхозаветному субботнему богослужению, одним из основных элементов которого было чтение Писания и толкование прочитанных отрывков.

39

Католикос Вртане́с (329–341/2) учредил день памяти мучеников, павших в борьбе с персами «за Отчизну, за Церковь и за веру».

40

Армянская церковь причислила павших на Аварайрском поле 1036 воинов к лику святых.

41

Прослеживается прямая связь 8-го канона, утверждающего, что за колдовство и вероотступничество «согласно повелению Писания преступник подлежит побиению камнями», с Моисеевым законом, который в порядке рецепции через церковные каноны проник в раннесредневековое армянское право.

42

Во время византийско-персидской войны 602–609 гг. Аванский Католикосат был упразднен завоевавшими эту территорию персами.

43

Год армянского летосчисления.

44

Царство на севере (собственно Армения) во главе с Багратуни и столицей сначала в Карсе, a затем (с 961 г.) в Ани и царство на юге (Васпуракан) во главе с Арцруни со столицей в Ване. Помимо этих двух относительно крупных царств существовали многочисленные более или менее независимые мелкие княжества.

45

По преданию, архитектор Трдат, по плану которого был построен собор, стал так знаменит, что был даже приглашен в Константинополь для реставрации купола собора св. Софии, разрушенного землетрясением 995 г.

46

По мнению некоторых современных исследователей, это толкование принадлежит другому монаху с тем же именем, что у святого.

47

В настояшее время армянская диаспора составляет большинство нации и частично находит- ся под юрисдикцией Киликийского Католикосата, не подчиненного напрямую католикосу всех армян.

48

Также Манцикерт, Манзикерт, Маницкерт.

49

Уход от традиций православной церкви не помешал Армянской церкви сохранить ту часть Предания, которая сформировалась до этого момента. Например, в армянское богослужение входят некоторые православные песнопения, а в чин хиротонии епископов Армянской апостольской церкви входит признание семи Вселенских соборов. Β XIII в. в синаксарь вардапета Тер-Исрае́ла было включено переведенное на армянский язык житие князей Бориса и Глеба.

50

При причащении верующих освященный евхаристический хлеб (Тело) священник погружает в чашу с освященным вином (Кровью) и, преломив пальцами на части, подает причастникам.

51

Обычай петь Трисвятое с прибавлением «Распныйся за ны» сохранился только в Коптской церкви. В Армянской церкви в Трисвятое включены слова «Воскресший из мертвых», имеющие аналогичный богословский смысл.

Трисвятое подверглось изменению после Халкидонского собора, осудившего монофизитство: с целью противодействия православию и утверждению монофизитской концепции о Втором Лице Святой Троицы во второй половине V в. константинопольским монахом-монофизитом Петром Кнафеем было прибавлено «Распныйся за ны». Кнафей за это был изгнан из Константинополя, но позже, став патриархом Антиохии, в целях утверждения монофизитства в Антиохийской церкви, приказал петь Трисвятое с приложением этих слов. В православной редакции Трисвятое относится ко всем трем Лицам Святой Троицы, а Кнафей этой прибавкой хотел отнести его только ко второму Лицу Святой Троицы, Богу Сыну, и тем подкрепить монофизитское учение, согласно которому во Христе было только одно естество, Божеское, с которым каким-то образом слилось естество человеческое, так что Божество в Иисусе Христе и страдало и совершало все прочие человеческие деяния; тело же во Христе было каким-то призрачным явлением. Добавлением к Трисвятому слов «Распныйся за ны» выражается монофизитская мысль, что во Христе было распято и пострадало Божество. Учение Кнафея в 471 г. было осуждено на соборе в Антиохии, а сам Кнафей низложен и изгнан. Повторное осуждение состоялось на соборе в Риме в 485 г.

52

Мамелюки – военная каста, преторианское войско. Мамелюков рекрутировали из юношей-рабов тюркского (кипчаки) и кавказского (грузины и черкесы) происхождения, которых обращали в ислам и учили арабскому языку для несения военной службы.

53

На протяжении трех веков им управляло франкское семейство Лузиньянов.

54

После падения Киликийского царства начался исход армян из Киликии в Крым, однако отдельные небольшие армянские княжества на территории Киликии сохраняли независимость вплоть до XIX в. Самым значительным из них было княжество Зейтун (совр. пос. Сулейманлы в иле Кахраманмараш, Турция).

55

С этого времени в обиходе Армянской церкви появился латинский жезл, которым стали пользоваться епископы, а восточный греко-каппадокийский жезл стал принадлежностью архимандритов.

56

Большинством духовенства она была отвергнута. В начале XIV в. некоторые иерархи Армянской церкви возобновили переговоры с Римом, но лишь в 1740 г. была основана Армянская католическая церковь, подчиненная Риму.

57

Резиденция католикоса в Румкле была расположена на границе исторических областей, в которых традиционно большое влияние имели Римская и Сирийская церкви.

58

Султан намеревался через патриарха держать под контролем армян, живущих в пределах Турции, поскольку центр Армянской церкви св. Эчмиадзин находился под властью Персии. Первым патриархом был избран епископ Оваки́м (1461–1478), который, как этнарх, обладал всей полнотой духовной и светской власти.

До Первой мировой войны армянскому Константинопольскому Патриархату в административных вопросах подчинялись Ахтамарский и Киликийский Католикосаты; под его юрис дикцией находились 52 епархии, в том числе епархии Багдада, Кипра, Египта, Болгарии, Румынии и Греции.

В настоящее время под юрисдикцией армянского Константинопольского Патриархата находятся армянские церкви Турции и о. Крит (Греция).

59

Милле́т – этническая община, наделенная автономией и имеющая свои административные учреждения: суды, школы, больницы, расположенные в специально отведенном для этого месте/квартале города. Миллет возглавлял назначенный султаном патрик.

60

В пределах Оттоманской империи армянский патриарх Константинополя обладал не только значительной церковной властью, распространявшейся помимо армян также на иных христиан-нехалкидонитов (халдеев, несториан, коптов), но являлся также этнархом всей армянской нации. В 1914 г. под церковной юрисдикцией константинопольского армянского патриарха состояли 39 епархий и около 1,4 млн верующих.

61

Β 1113 г. в Кармир Ванке (Красном монастыре), в княжестве Кесун, находившийся при смерти католикос Барсег (1105–1113) представил в качестве своего преемника двадцатилетнего епископа Григора. В 1114 г. собор, в котором приняли участие 2500 епископов, монахов и князей из Киликии и из исторических областей Армении, утвердил Григора III католикосом (1113–1166). Против такого выбора выступил епископ Ахтамара (остров на оз. Ван) Давид. Собор из пяти епископов, отмечая молодость Григора и тот факт, что престол католикоса находится за пределами Армении, указав на то, что некоторое время назад патриарший престол находился на Ахтамаре (927–947) и в дальнейшем там хранились жезл св. Григора Лусаворича и другие реликвии Армянской церкви, избрал католикосом Армении епископа Ахтамара Давида (около 1117 – 1140/1165), с которого и начинается список Ахтамарских католикосов.

62

Название Агва́нк в разные времена давалось различным географическим территориям. До начала V в. Агванком называлась территория, расположенная севернее р. Куры до Дербентских ворот. После падения армянского царства Аршакидов в середине V в. области Великой Армении Ути́к и Арца́х присоединились к Агванку, образовав Агванкское марзпанство со столицей Парта́в (в области Утик). Таким образом, с начала V в. под названием Агванк подразумевалась территория Агванкского марзпанства.

Еще в IV в. армянские миссионеры принесли в Албанию Евангелие; согласно преданию, в V в. Месроп Маштоц создал для Албании алфавит.

Поскольку в древности и Средневековье церковные границы определялись границами политическими, при образовании Агванкского марзпанства епископские кафедры Арцаха и Утика, присоединившись к Агванкским, образовали Агванкскую церковь, которая оставалась в духовном подчинении Католикосата Армении.

Административным центром Агванкского марзпанства был Партав, и постепенно сформировалась идея главенства епископа Партава в Агванкской церкви. Уже в начале VII в. епископ Партава получил дополнительные полномочия, что поставило его над другими епископами, а затем стал независимым от Эчмиадзина католикосом Агванкского марзпанства. Так в лоне Армянской церкви сформировалась автономная церковь с католикосом во главе. Обряды, верования и язык Агванкской церкви были армянскими.

Несмотря на то что в X в. царство кавказских албанцев прекратило существование, а сам народ был ассимилирован соседними народами, Католикосат с центром в Гандзаса́ре продолжал существовать и в XVIII в. сыграл значительную роль в борьбе за освобождение Армении. После 1813 г. Католикосат возглавил митрополит, а его территория была разделена на две епархии – Карабахскую и Шамахинскую, которые подчинили Эчмиадзину.

63

Первые сведения об армянах в Иерусалиме восходят к 254 г. н.э., когда епископы Армянской церкви совместно с епископами греческой церкви в Иерусалиме и Александрии начали поиски Святых мест, связанных с земной жизнью Иисуса Христа, чтобы сохранить для потомков эти раннехристианские древности. Позже, когда армяне приняли христианство, началось паломничество к Святым местам. Паломники, которые по разным причинам пожелали остаться в Иерусалиме вблизи святынь, находившихся в собственности патриархии, образовали в юго-западной части старого Иерусалима армянский квартал, центром которого стал кафедральный собор св. Иакова (Сурб Ако́п).

Уже к VII в. армяне проживали далеко за пределами своего квартала, о чем свидетельствует, например, мозаика с именем некоего армянского священника Евстадия, обнаруженная археологами в 1991 г. в квартале Мусрара за стенами старого города. С 638 г. армяне, отвергшие постановления Халкидонского собора, стали самостоятельно назначать своих епископов в Иерусалим; впоследствии они получили патриарший титул. Первым Иерусалимским армянским патриархом, имя которого сохранила историческая традиция, был Абраам (638–669). Согласно арабским источникам, в середине VII в. он лично отправился к второму халифу из династии Омейядов Омару ибн ал-Хаттабу, сподвижнику и другу пророка Мухаммеда, и получил грамоту, дарующую неприкосновенность Иерусалимскому Патриархату Армянской церкви.

В периоды наибольшего расцвета армянская община в Иерусалиме насчитывала до 25 тыс. человек и всегда принимала активнейшее участие в сохранении и восстановлении Святых мест после многочисленных набегов на город.

Поток монашествующих и паломников из армянских городов привел к основанию армянских монастырей как на холмах за пределами Иерусалима, близ Мертвого моря, так и в Синайской пустыне на юге. По различным сведениям, к VI в. здесь было уже около 70 армянских монастырей. Монахи стали влиятельной силой, способствовавшей стремительному обогащению церкви и усилению ее влияния на паству.

Когда царь Ошин и католикос Константин III принудили глав епархий Армянской церкви принять решения Сисского собора 1307 г. о догматических и обрядовых изменениях, патриарх Иерусалима Сарги́с (1281–1313), желая сохранить чистоту вероучения Армянской церкви, получил от султана Египта грамоту о выводе своего престола из юрисдикции Эчмиадзинского Католикосата и с 1311 г. начал самостоятельно вести свои дела.

На стене перед входом в кафедральный собор св. Иакова в Иерусалиме имеется арабская надпись, относящаяся к 1488 г., из которой следует, что арабские халифы гарантировали неприкосновенность и целостность владений Иерусалимского Патриархата.

Однако наиболее важные гарантии были получены в 1852 г. от турецкого султана Абдул Меджида I, сохранившего в Иерусалиме status quo для всех основных христианских конфессий, представленных там. Для соблюдения их прав были назначены специальные стражи – кавасы.

В настоящее время в Армянском квартале Иерусалима находятся Иерусалимская патриархия Армянской церкви, кафедральный храм св. Иакова, библиотека патриархии (библиотека Галуста Гюльбенкяна), Музей геноцида армян в Османской Турции (музей Эдварда и Елены Мардикян), Духовная семинария, монастырь и ряд храмов.

Сегодня в юрисдикции армянского Иерусалимского Патриархата находятся армянские церкви Израиля и Иордании. В январе 2013 г. 97-м армянским патриархом Иерусалима избран архиепископ Нурхан Манукян, сменивший почившего Торгома Манукяна

64

На сегодняшний день епархии Армянской апостольской церкви объединяют около 5 млн верующих на пяти континентах. Под юрисдикцией главы Армянской церкви находятся епархии в Армении и в СНГ, Иране, Египте, Северной и Южной Америке, Австралии и Новой Зеландии, общины в Африке; епархии, епархиальные округа и два Патриарших экзархата в Европе, а также Индийское и Дальневосточное Патриаршее викариатство (Калькутта). В зависимости от предстоятеля эчмиадзинского престола находятся Иерусалимский и Стамбульский (Константинопольский) Патриархаты Армянской апостольской церкви.


Источник: Общая история церкви. В 2 томах. Том 1. От зарождения Церкви к Реформации. I-XV века. Книга вторая. Доктринальные вызовы Церкви. IV-XV века. / (под ред. Симонов В.В.) Уч. пос. для вузов по спец. 030600.62 «История». – М.: Наука, 2017. – 809 с. – (Труды исторического факультета МГУ: 78–81; Сер. II. Исторические исследования, 35–38). ISBN 978–5-02–039218–2; ISBN 978–5-02–039227–4 (Т. 1. Кн. 2)

Комментарии для сайта Cackle