святитель Кирилл Александрийский

Толкование на пророка Иоиля

Глава 2

Иоил.2:1–2. Вострубите трубою в Сионе, проповедите в горе моей святей, и да смятутся вси живущии на земли: яко предстоит день Господень, яко близ 13 день тмы и бури, день облака и мглы.

Снова изящно описывает нам образ войны (и понимать ли «о пругах и мшицах», или применить к самим Вавилонянам, в том и другом случае будет правильно): наполнился, говорит, город смятения и страха, как будто уже война вошла в ворота и объявлена, так сказать, по всему Сиону или всей Иудее, ибо «предстоит день Господень», то есть: это уже не одно только предсказание, но все, издревле предвозвещенное, сбывается наяву и на самом деле с теми, кому гораздо было лучше направить себя к лучшему, и еще до наступления и пришествия зол свергнуть с себя заботу о них. Таким образом не допускает колебаний при покаянии, но повелевает, оставляя распущенность и беспечность ума, бодро идти к трудолюбию и вообще желанию помочь себе самим, разумеется, прибегая к Богу и уничтожая следы древних преступлений при помощи лучшего (добродетели). Поэтому и говорит, что «близ есть день Господень», когда они будут во мгле и тьме, страшась голода от саранчи, или беды и гибели, угрожающей им из земли Ассирийской.

Иоил.2:2–3. Якоже утро разлиются по горам людие мнози и крепцы: подобни им не быша от века, и по них не приложится до лет в род и род. Яже пред ним (ними), огнь потребляяй, и яже за ним (ними), возгараяся пламень: якоже рай сладости земля пред лицем его (их), и яже созади его (их) поле пагубы, и спасающаго не будет им (от них).

"Утром", по-видимому, называет или утреннюю росу, которая, если только разольется по горам, ничего на них не оставит неорошенным, или же – первые лучи солнца, только что начинающееся сияние дневного света, которое прежде всего как бы распространяется по горам и окрашивает багрянцем холмы. Таким же образом, говорит, появится на горах народ крепкий, саранча ли, или, например, сами Ассирияне, которые представляются в несметном количестве, потому что, говорит, подобного ему (народа) не было от века и никогда не будет. Но так как при вторжениях саранчи сразу истребляется все, что попадется, а если что-нибудь случайно и уцелеет, то и это достанется на долю следующих за первыми, поэтому говорит: что «огнь потребляяй, и яже за ним и возгараяся пламень яже за ним» и следующее. То же самое, думаю, делает и неприятельское войско, потому что, наверное, высокомерным и самовольным поступкам передних будут подражать идущие вскоре вслед за ними, сделают для себя землю как бы «раем сладости», опустошая (ее) совершенно и услаждаясь обретаемым. Речь справедлива, если относить ее и к самой саранче.

Иоил.2:4–5. Якоже вид конский вид их, и якоже конницы, тако проженут: якоже глас колесниц на верхи гор востекут, и яко глас пламене огненна попаляюща тростие, и яко людие мнози и крепцы воополчающиися на брань.

Саранча и мшицы, когда нападают на страны и города, ни в чем, говорит, не уступают воинственной коннице, потому что так скачут по земле, что, можно сказать, подражают шуму колесниц; притом же взбираются на всякую горную вершину, налетают на всякий холм и производят звук пламени, попаляющего тростник. Действительно, говорят, что нападение на поля производится ими не без шума, но, сокрушая что им попадется, они издают некоторый глухой звук зубами, подобно ветру, раздувающему огонь. Если бы их пришлось уподобить полчищу неприятелей, то и в этом не было бы ничего неестественного: они движутся громадой и мало уступают храбрым в битвах, потому что это – тварь прожорливая и по своей безмерной численности труднопреодолимая и даже непобедимая. То же самое слово может быть приложено и к Ассириянам, а если угодно и к самому войску Римлян (которые наподобие саранчи пожрали Израиля, согрешившего против Христа), то и это будет не худо.

Иоил.2:6. От лица их сокрушатся людие.

Как я и сказал, вторжение "саранчи" и "мшиц" для людей нечто неодолимое и непреоборимое.

Иоил.2:6. Всякое лице аки опаление горнца.

Действительно, иногда от страхов и печалей вянет цвет лица и становится неприятно темным, как бы меняя краску от душевных тревог.

Иоил.2:7. Якоже борцы потекут, и якоже мужи храбры взыдут на ограды.

Побегут, значит, подобно храбрейшим бойцам, преодолевая леность и страх, и взберутся даже на стены, как будто бы предпринимая какой-нибудь отважный приступ.

Иоил.2:7–8. И кийждо в путь свой пойдет, и не совратят путей своих, и кийждо от брата своего не отступит.

У саранчи нет царя, однако она чинно выступает в поход по мановению одного, и говорят, что они идут рядами и перелетают как бы в строю, и нимало не отстают, но следуют одна за другой как сестры, потому что природа влагает в них взаимную привязанность.

Иоил.2:8. Отягощени оружии своими пойдут.

Думаю, что оружием называет зубы, посредством которых у ней ведется брань и совершаются как бы ратные подвиги, когда истребляется трава, сваливается посев, иссушаются растения.

Иоил.2:8. И в стрелах своих падут, но не скончаются.

Саранча не бросает в неприятелей острых копий, никогда у ней не натягивается и лук, но она убивает истреблением пищи, голодом и ужасами скудости. А что для самих, попавших в такую беду, дело не ограничивается гибелью того, что в полях, но что и сами они подвергнутся в домах и городах страшному нашествию и отягощению от полчища саранчи (или и самих Ассириян), это показал, говоря: «но не скончаются», все равно как если бы сказал: и это не будет пределом кары, но пойдет и далее, ибо говорит:

Иоил.2:9–10. Града имутся, и на забрала востекут, и на храмины влезут, и оконцами внидут, якоже татие. Пред лицем его (их) смятется земля и потрясется небо: солнце и луна померкнут, и звезды угасят свет свой.

Слышишь: взберутся даже на стены и, истребляя траву, подобно ворам полезут в окна, приводя в смятение народ и все, так сказать, низвращая, так что покажется уже, что и самое небо колеблется, солнце, луна и звезды как будто удерживают свой блеск. Опять и здесь пред нами речь гиперболическая, изображающая обременительность и тягость бедствия для жителей земли. Речь справедлива, если относить ее и к человеческим войскам, когда они нападают на страну и города, потому что они, разбегаясь повсюду подобно саранче, повреждают нивы, осаждают города, влезая на стены, вбегая в их дома и соперничая в жестокости с ужасами землетрясения.

Иоил.2:11. И Господь даст глас свой пред лицем силы своея, яко мног есть зело полк его, яко крепка дела словес его: зане велик день Господень, велик и светел зело.

Я уже говорил ранее, что цель пророка – изобразить жестокость и несносность бедствия с тем, чтобы оскорбившие Законоположника уклонениями к пророку впредь обратились и к желанию совершать доброе, и к помыслам более благоразумным, потому что избыток скорбей может, легко может как бы насильно привести некоторых к тому, чтобы совершать угодное навыкшему спасать и могущему освободить. Итак, «даст Господь глас свой пред лицем силы своея», подобно полководцу, воодушевляющему против неприятелей, потому что ни к кому другому, как только предводителям и начальникам над прочими свойственно побуждать к сражению и вести свою рать. Этим показывает, что беды наступают не сами собой и происходят не вследствие простой случайности, а напротив – посылаются Богом, разумеется, разгневанным и потому праведно карающим. Еще более устрашает их, говоря, что весьма велик "полк его" и «яко крепка дела словес» его, потому что не может, конечно, не достигнуть конца то, чему Бог повелел быть; поэтому Он и сказал одному из святых пророков (это был Иеремия): «еда словеса моя не суть... огнь горящ, рече Господь, и яко млать сотрыющ камень» (Иер.23:29)? Значит, слово Божие как бы проницает все, и тому, что Он провещает, ничто не воспротивится, напротив – уступит, а упорствующее и сопротивное легко сокрушается и невольно повинуется хотениям Владыки. Поэтому "велик, – говорит, – и светел день» ради слуха о наводимых бедствиях, распространяющегося по всем людям.

Иоил.2:11. И кто будет доволен ему?

То есть: не будет из земнородных никого, кто был бы настолько тверд и крепок, чтобы противодействовать Божиим карам, и весьма мудр был Давид, воскликнув к Богу: «ты страшен еси, и кто противостанет тебе? от гнева твоего?» 14 (Пс.75:8)

Иоил.2:12–14. И ныне глаголет Господь Бог ваш: обратитеся ко мне всем сердцем вашим, в посте и в плачи, и в рыдании, и расторгните сердца ваша, а не ризы вашя, и обратитеся ко Господу Богу вашему: яко милостив и щедр есть, долготерпелив и многомилостив, и раскаявайся о злобах. Кто весть, обратится ли и раскается, и оставит за собою благословение, и жертву и возлияние Господу Богу вашему?

Отсюда можешь понять, и весьма ясно, что не ради чего другого Он предложил вышеизложенное (предвозвестил им бедствие весьма жестокое и несносное), а ради того, чтобы затем обратить их к покаянию (потому что Он не допускает отказа). Он утверждает, и весьма ясно, что если они станут мыслить более благоразумно и направлять, хотя бы и во второй раз, пути свои к угождению Богу, то, без сомнения, прекратятся прещения гнева и дела их немедленно придут в состояние полного благополучия. А каким должен быть образ молитвы и обращения к Нему, ясно указывает, говоря так: «и ныне глаголет Господь Бог ваш: обратитеся ко мне всем сердцем вашим». Пусть, говорит, будет оставлено прошлое и придет в забвение прежнее; окажитесь лучше себя самих: снова умилостивляйте Бога постом и трудом, плачем и рыданием, потому что начавших совершать это наверно потом посетит должное благосостояние и довольство. Действительно, как крайняя бездеятельность и преданность удовольствиям наверно приводит к стенаниям и наказанию, так и выполнение дел благочестия и покаянных трудов ведет к широте благоденствия. Итак, полезно плакать о грехах и сокрушаться перед Богом, потому что, как пишет Павел, «печаль, яже по Бозе, покаяние во спасение нераскаянно соделовает» 15 (2Кор.7:10), и Сам Христос ублажает плачущих, «яко тии утешатся» (Мф.5:4); также и мудрый Соломон говорит нам приточно нечто подобное: «благо ходити в дом плача, нежели ходити в дом пира» (Еккл.7:3). Но необходимо размыслить о том, сколь велика сила поста: он умилостивляет Владыку, утишает гнев, отвращает кару, потому что мы, смиряя сами себя, весьма успешно успокаиваем гнев Божий, как бы ярящийся и возбужденный и раздраженный против нас, и легко удерживаем руку бьющего. Действительно, если правда, что исповедуя только грехи, мы по Божию милосердию оправдываемся, то как можно сомневаться в том, что изнуряя себя трудами подвижничества и как бы отбывая наказание, мы получим от Бога отпущение согрешений? Итак, повелевает плакать и расторгнуть у себя не одеяние, а мысленно раскрыть сердце, упорное и загрубелое, в которое не проникает страх Божий. Поэтому Павел пишет Коринфянам: «не тесно вмещается в нас, утесняетеся же во утробах ваших: тожде же возмездие, якоже чадом глаголю, распространитеся и вы» (2Кор.6:12–13). Значит, нужно как бы расширить пред Богом сердце и разверзнуть ум, чтобы он принял в себя свойственное ему. Следовательно – показывать вид печали, расторгая (одежды) попусту и понапрасну, не принесет никакой пользы тому, кто вздумает это делать: напротив, открыть сердце и поручить мысль Богу – доставит немалый прибыток: это приведет к спасению. А что совершающие моления достигнут своей цели, в этом уверяет, говоря, что Владыка всяческих человеколюбив и милостив, сострадателен и благ, и «раскаявайся о злобах»: если и решит озлобить согрешивших, однако, и спустя недолгое время, смилуется, потому что легко переходит к благорасположенности. Это, думаю, значит «раскаяваться о злобах». Опровергая же нерассудительность отчаивавшихся в спасении, пророк говорит: «кто весть, раскается ли, и оставит за собою благословение» и прочее, то есть, даст обращающимся участие в благословении, так что снова будут приносить ему возлияние и жертву, – радуясь и веселясь, воспевать благодарственные песни.

Иоил.2:15–17. Вострубите трубою в Сионе, освятите пост, проповедите цельбу, соберите люди, освятите церковь, изберите старейшины, совокупите младенцы ссущия сосцы: да изыдет жених от ложа своего, и невеста от чертога своего. Между степенми и жертвенником 16 восплачутся жерцы служащии Господу и рекут: пощади, Господи, люди твоя, и не даждь достояния твоего на укоризну, да не обладают ими язы́цы, да не рекут во языцех: где есть Бог их?

И этим превосходно располагает их к покаянию и предусмотрительно повелевает не оставлять неисполненным ни одного из видов упражнения в этом: нужно, говорит, при помощи торжественного и нарочитого провозглашения освятить пост, проповедать "цельбу" и собрать в церкви тех, кто должен умилостивлять (конечно – прогневанного Бога всяческих), будут ли это юноши и девы, старые с малыми и вместе с ними новорожденные и грудные младенцы, даже женихи и новобрачные невесты, может быть, выбегающие из чертогов, еще увенчанных (цветами), оставляющие брачное ложе, покидающие веселье и пир, и вместо того (когда прекратится плескание, замолкнут песни и величания, с которыми в обычае у иных обращаться в известное время к брачующимся) будут испытывать скорбь и рыдать вместе с женихами, и справедливо, что сказал один из наших мудрецов: «мусикия во плачи, безвременныя повесть» (Сир.22:6). Поэтому, когда нас посещает гнев Божий, надлежит плакать, а не предаваться обильным попойкам и пиршествам; что безвременное пирование не останется без порицания и наказания, это пояснит некто из святых пророков, который говорит об Израильтянах: «и призва Господь Саваоф в той день плач и рыдание, и острижение, и препоясание во вретища, тии же сотвориша... веселие» 17, закалающе тельцы, и жруще овцы,... и глаголюще: да ямы и пием, утре бо умрем» (Ис.22:12–13). Таким образом, при посещении гнева должно прибегнуть к плачу и слезам и оставить попойки. Пророк говорит, что к плачущим должен присоединиться и сам священный и избранный чин, и должен между притвором храма и жертвенником рыдать, усердно восклицая и говоря: «пощади Господи люди твоя, и не даждь достояния Твоего на укоризну, да не обладают ими язы́цы, да не рекут язы́цы: где есть Бог их?» Если бы у него была речь только о саранче, то не лучше ли им было просить избавления от голода и скудости? Однако они боятся впасть в руки врагов и мольбами отвращают посмеяние и поругание. Поэтому, естественно, я мог признать истинным, что под образом саранчи прикровенно описывается нашествие Ассириян. Если же относить это и к самой саранче, то по справедливости должно удивляться искусному построению пророческих речей: самый образ наказания как бы гласит о безумии Израиля и сверх того о присущем ему бессилии, потому что они обратились к богам, которые не суть боги, – оставив Бога всяческих, поклонились Ваалу. Но вот делает неудержимый натиск саранча, вооружаются мшицы, – и они падают, не получая никакой помощи от своих лжеименных богов. Какое же врачевание могут предложить они, не справившиеся с "мшицами" и саранчой, своим поклонникам, если те будут сражаться против врагов и будут осаждены полчищами супостатов.

Иоил.2:18–20. И возревнова Господь о земли своей, и пощади люди своя. И отвеща Господь, и рече людем своим 18: се аз послю вам 19 пшеницу, и вино, и масло древяное 20, и насытитеся их, и не дам вас ксему на поругание во языцех: и сущаго от севера отжену от вас.

Заметь, как скоро следует помилование. Думаю, что скорбь упреждает тишина, покаянную слезу – благодать Милосердого, потому что не только милует пострадавших, но и ревнует о том, чтобы укорить обидчиков, которые и были исполнителями наведенного на них бедствия: как бы негодует Бог всяческих на Вавилонян за то, что они более, чем следует, сурово поступили с теми, которые подпали гневу Божию. Так, Он говорил: «аз вдах я в руце твои 21, ты же не дала им милости» (Ис.47:6), также и к Захарии: «сице глаголет Господь 22: ревновах по Иерусалиму и Сиону рвением великим, и гневом велиим аз гневаюся на языки налегшыя на мя 23: зане аз убо прогневахся мало, они же налегоша» в зло 24 (Зах.1:14–15). Таким образом, поревновав о народе своем, обещает изобильно подавать средства к жизни, благополучие, соответствующее прежнему несчастью, яства до насыщения и сверх того твердую уверенность в том, что они не будут преданы в руки врагов, не будут, попав к ним в рабство, проводить горькую жизнь в нужде. Кроме того обещает уничтожить «сущаго от севера», то есть живущего ближе к северу, потому что страна их (Ассириян) лежит скорее к востоку. Если же кто полагает, что нашествие саранчи совершается с северной стороны Иудеи, то нет никакого препятствия к правильности и такого понимания речи.

Равным образом, если у кого-либо гибнут сердечные блага и богатство духовной производительности, когда на них подобно саранче нападает полчище демонов и устремляются начала, силы и власти (конечно, лукавые), то пусть совершает плач, пусть помышляет о покаянии и проливает пред Богом слезы, потому что вскоре услышит человеколюбивые слова: вот я даю вам «пшеницу, и вино, и масло», ибо Он соделает сердце его плодородной землею, садом, украшенным плодовыми деревьями, благолозным виноградником, умастит также и елеем («умастил еси елеом главу мою» (Пс.22:5)), прогонит от него «сущаго от севера», то есть охлаждающего сатану, не допускающего попавших под власть его жить духом. А охладеет, как говорил Господь, любовь «за умножение беззакония» (Мф.24:12); но присные Христовы пламенеют духом и никогда не перестают охладевать к чуждым удовольствиям, ибо "плоть свою распяша со страстьми и похотьми» (Гал.5:24).

Иоил.2:20. И отрину его на землю безводную, и погублю лице его в мори первем и задняя его в мори последнем, и взыдет гнилость его, и взыдет смрад его, яко возвеличи дела своя.

Оборот речи все еще изобразительный, как и в начале, применительно к саранче и "мшицам", которые, говорит, погибнут, будучи по воли Божией унесены, как надо полагать, к самым границам земли Иудейской, и будут издавать такое зловоние, что будут затруднительны сношения для всех жителей земли. Опять-таки речь нисколько не удерживает от того, чтобы и это понимать в применении к Вавилонянам. Именно: с южной стороны Иерусалима расстилается обширная пустыня, которая к востоку и югу граничит с Индийскими морями, а с запада и севера с морем, смежным с Палестиной и омывающим самый Египет. Там, говорит, он погубил мшиц и саранчу, и смрад от них был невыносимый. Но и Вавилоняне, населяющие страну, расположенную на северо-востоке, были погублены, – погублены во времена царствия Езекии (4Цар.19), и смрад от трупов был несносен, так что земля очищаема была семь месяцев и убираемы были гниющие трупы (так говорит Иезекииль (Иез. 39, 12–14)). А что земля Вавилонская расположена к северу, это будет ясно из слов Бога, который гласом святых говорит потомкам Израиля, отведенным в плен: «о, о, бежите от земли северныя, глаголет Господь,... в Сион спасайтеся живущии во дщери Вавилонстей» (Зах.2:6–7).

И Христос, изгнав из нас самих саранчу, разумею – духовную, то есть – всегубительные полки демонов, заключил их в аду и сокрыл в тайниках бездны, как бы низвергнув их в глубины морские: затем пошел от них гнилостный запах и смрад, и стал для нас тягостен и омерзителен, хотя прежде и не казался таким, потому что (не считали) сатану зловонным; теперь же, наконец, узнали, что он таков: когда, захваченные узами порока, подпали под руку его, то считали его, несчастного, благовонным и достолюбезным; когда же явился к нам Еммануил, возглашая и говоря: «аз цвет польный, и крин удольный» (Песн.2:1), тогда-то мы, ощутив присущее Ему благоухание, наконец узнали зловоние первого.

Иоил.2:21–24. Дерзай, земле, радуйся и веселися, яко возвеличи Господь, еже сотворити. Дерзайте, скоти польстии, яко прозябнуша поля пустыни, яко древо принесе плод свой, виноград и смокви даша силу свою. И чада Сионя, радуйтеся, и веселитеся о Господе Бозе вашем, яко даде вам пищу в правду и одождит вам дождь ранний и поздный, якоже и прежде: и наполнятся гумна... 25 пшеницы, и преизлиются точила вином и елеем.

В обычае у святых пророков от благ частных и относящихся к немногим возводить слово к всеобщим и более общедоступным. А это – блага Христовы. Таким образом опять речь у нас сводится к тому же. Действительно, когда земле дано должное дерзновение? Или «когда возвеличи Господь, еже сотворити»? Не тогда ли, когда Слово, будучи Богом, сделалось человеком, чтобы, орошая поднебесную горними благами, стать для верующих в Него как бы рекою мира, источником наслаждения, дождем ранним и поздним и подателем всякой духовной производительности? Именно тогда и для самых несмысленных (они-то и называются «скотами польскими») возросла некая духовная пажить – слово учащих; «тогда прозябнуша поля пустыни». Пустынею именует церковь, согласно изречению: «радуйся, пустыня жаждущая, да веселится пустыня и да цветет яко крин» (Ис.35:1): а "поля" их – это начальники людей и могущие руководить (ими), которые божественными дарованиями с неба делают дух плодоносящим, обильно цветущим, благоухающим цветами догматов и увенчанным свежей зеленью. Они увеселяют дух оскотевших, чтобы возвести их к разумению, достойному человека. Сказал также, что «древо принесе плод свой, виноград и смокви даша силу свою», уподобляя плодам смоквы и винограда, как я думаю, твердую речь учащих, в которой есть и сладость, есть кроме того и свойство увеселять. Но по всей справедливости следовало бы более тупым по уму и отличающимся невежеством предлагать и учение, свойственное скотам, более близкое к земле, произрастающее у изучающих малое наподобие травы по своему виду и значению, а уже совершенным – плод возвышенный и растущий на плодовитых деревьях, – относительно святой и единосущной Троицы, или нравственного наставления, представляемого как бы на высоте. Поэтому-то их называет скотами, а Сионом – чад более совершенных, которым и повелевает веселиться о Господе Боге нашем, потому что всякая радость духа нашего – Христос, от Которого всякая полнота благ и подаяние небесных дарований любящим Его, мыслимое под видом дождей ранних и поздних, пшеницы, переполняющей гумно, вина – точило, и елея, обильно льющегося. Нужно заметить, что и в смысле таинственного исполнения обетование истинно: нам под видом дождя дается живая вода святого крещения, в виде пшеницы – хлеб животный, и под видом вина – кровь. Присоединяется и употребление елея, исполняющее совершенством, оправдываемым во Христе святым крещением.

Иоил.2:25–26. И воздам вам вместо лет, в няже поядоша прузи и мшица, и сиплеве и гусеницы, сила моя великая, юже послах на вы: и снесте снедию 26 и насытитеся, и похвалите имя Господа Бога вашего, иже 27 сотвори с вами чудеса.

Что касается исторического смысла, то обещает совершенно равносильное и равномерное с прежними нашествиями саранчи вознаграждение и говорит, что предложение яств будет гораздо значительнее, чем уже случившийся у них недостаток.

Если же понимать пророческое слово в духовном смысле, то думаем, что когда нас как бы пожрал сатана и в роде «сиплей, пругов и гусениц» повредили несносно губительные духи под образом многоразличных страстей, то мы остались сухими и бесплодными, оголенные и обнаженные от всякого блага, не имеющими духовно-нравственного мужества, как бы поврежденные голодом и лишенные, прямо-таки, всякого плодоношения. Когда же мы обогатились от Христа должным дерзновением (ибо с ним мы победили мир – Ин.16:33, и он дал нам власть наступать на змей и скорпионов – Лк.10:19), тогда мы и получили дожди духовные – ранний и поздний, – разумею наставление законное и учение евангельское, тогда же, вкусив, насытились и прославляем как Владыку Спасителя нашего Христа, проповедуя о Нем как Чудотворце и дарующем любящим Его то, что превосходит и слово, и ожидание; кроме Него мы совсем не знаем никого другого; научились говорить с добрым расположением: «Господи, разве тебе иного не вемы» (Ис.26:13). Заметь, как Бог всяческих некоторым образом насмехается и глумится над человечеством, называя «сиплей силою» Своей "великою", которую, говорит, и послал на них. Конечно, мы не скажем, что "сипли" – сила Божия. Но Он как бы так говорит не выдержавшим наказания ими: о гордые, чванливые и ни во что вменяющие оскорблять Меня! не огонь я наслал на вас с неба, не гром, не град, ни другое что из находящегося горе и более приличного божественной славе Я навел: презренное стадо червей появилось на земле, и вы смутились и потерялись; должно быть, очень сильны "сипли", и Я считаю их за Свою силу великую. Итак, речь – как бы приспособительная и как бы насмешливая, как будто Бог поношается над гордецами, так что если бы Он захотел наказать их, то вместо великой и непреоборимой силы для этого достаточно сиплей. Пусть много не смеются еретики, пусть не хулят славы Единородного, да не поставляется сила великая наравне с червем (и до такой скудости мыслей дерзнули дойти несчастные)!

Иоил.2:26–27. И не посрамятся людие мои во век: и увидите, яко посреде Исраиля аз есмь, и аз Господь Бог ваш, и несть еще 28 разве мене, и не посрамятся ктому вси 29 людие мои во век.

Ясно возвещает образ воплощения, и что с жителями земли будет вместе жить смиривший Себя и сделавшийся подобным нам, то есть – человеком (Флп.2:7), потому что тогда Он явился «посреде Исраиля», и мы избежали укоризны, избавились от позора, после того как пала смерть, уничтожен грех и принесено истинное ведение. Действительно, мы уже не покланяемся «твари паче Творца» (Рим.1:25), и кроме Него совершенно не принимаем какого-либо другого Бога. Поэтому-то мы и обогатились, живя в уповании известном (2Кор.1:7) и веровании в вечную жизнь, в святости и праведности поведения.

Иоил.2:28–29. И будет по сих, и излию от Духа моего на всяку плоть, и прорекут сынове ваши и дщери ваши, и старцы ваши сония узрят, и юноты ваши видения увидят. Ибо на рабы моя и на рабыни... 30 излию от Духа моего.

Вот и ясно обещается даровать благодать Святого Духа, то есть – подаяние изобильное, не исключительно для пророка, – одного или двух, но для всех вообще достойных принять, что, думаем, и совершилось, когда воскрес Христос и сокрушил державу смерти. Так, сначала Он как бы вложил в святых учеников столь дивную и досточудную благодать, дунув и сказав: «приимите Дух Свят» (Ин.20:22), потому что будущим учителям церкви и наставникам подсолнечной необходимо, да – необходимо было прежде всего украсится даянием Святого Духа и, сначала сделавшись как бы чем-то украшенным верой для освящения, быть позлащенными божественной и небесной благодатью. То и другое сбылось, когда во дни святой Пятидесятницы ученики собрались в одном доме и вознесли Богу обычные молитвы: был шум, и на каждом в отдельности почили языки, и они начали говорить на иных языках, якоже «Дух даяше им провещавати» (Деян.2:1–4). А провещавали пророчествуя, или приводя и высказывая изреченные святыми пророками таинства относительно Христа и то, вследствие чего глубоко убежденным слушателям можно было охотно придти к послушанию, – что уже настало время благоволения, что пришли к концу древние пророчества о Христе. Итак, они пророчествовали, говоря на всяких языках, что также Бог предвозвестил устами святых, ибо написано: «иными языки и устны иными возглаголю людем сим, и ни тако послушают» (1Кор.14по Ис. 28:11–12). И Павел, приводя это, говорит, что дар языков дан в знамение Иудеям. А что, когда слетел с неба Святой Дух, весьма многие сподобились благодати пророчества, уясняет Павел, пишущий: «пророцы же два или трие да глаголют» и потом: «можете бо вси по единому пророчествовати» (1Кор.14:29, 31). Прежде, значит, когда Израиль по великому упорству согрешал, Бог говорил: вот я наведу на землю «глад слышания слова Господня, и от востока до запада обтекут ищуще словесе Господня, и не обрящут» (Ам.8:11–12), и к Иезекиилю: «и язык твой свяжу 31, и онемееши, и не будеши им в мужа» обличающа 32, яко дом преогорчеваяй 33 есть (Иез.3:26); когда же, по слову Псалмопевца, «Бог Господь, и явися нам» (Пс.117:27), – явился нам Христос, отпускающий вины и заграждающий уста греху, тогда дано излияние Святого Духа, при чем Бог исполняет веселием человеческую природу, венчает вышней и первоначальной славой и снова благожелательно возводит ее к тому, чем она была прежде, когда еще не появлялся грех. Действительно, мы найдем, что Адам не был лишен пророческого духа, когда не преступал еще божественной заповеди, но, так сказать, был еще тверд и отличался природными достоинствами: так например, когда Бог, образовав жену, привел ее к нему, то он, хотя никогда не слыхал, кто она такая и каким образом появилась, тотчас сказал: это – кость от костей моих, и плоть от плоти моей: «сия наречется жена, яко от мужа взята» (Быт.2:23). Но данная человеку благодать оставалась недеятельной, обновлена же во Христе, Который есть второй Адам (1Кор.15). Каким образом обновлена? Поскольку Он есть Бог, и от Бога по естеству Сын, ибо рожден от Бога Отца, постольку Дух есть собственный Его, и в Нем и от Него, – точно так же, без сомнения, как он мыслится в отношении к Самому Богу Отцу; а поскольку Он сделался человеком и уподобился нам, постольку говорится, что Он имеет духа дарованного. Так на Него сошел Дух в виде голубя (Мф.3:16; Мк.1:10; Лк.3:22; Ин.1:32), потому что, уподобившись нам, как один из нас Он в установленном порядке крестился; тогда, как говорится, Собственный Его Дух стал для Него и данным свыше. Это и есть умаление (Флп.2:7); так должно понимать слова: нас ради «обнища богат сый, да мы нищетою его обогатимся» (2Кор.8:9). Итак, дан был, как я сказал, в начале Адаму Дух, но Он не остался в природе человека, ибо (последний) уклонился к преступлению, впал в грех; когда же Единородный, будучи богатым, обнищал и вместе с нами, как человек, принял собственного Своего Духа как дарованного, Он пребыл на нем, как говорит Евангелист Иоанн (Ин.1:32) чтобы затем жить и в нас в силу того, что Он уже пребывает во втором родоначальнике, то есть во Христе (поэтому Он и называется вторым Адамом). Благодаря этому мы беспримерным образом воссозидаемся в лучшем состоянии и весьма легко получаем возрождение Духом, приобретая не первое, – разумею – плотское, тленное, греховное, ибо «мудрование... плотское по обычаю, смерть есть» (Рим.8:6), но горнее второе, от Бога Духом, насколько справедливо речение: «иже не от крове, ни от похоти плотския,... но от Бога родишася» (Ин.1:13). Итак, сопричисленным к чадам Божиим надлежало обогатиться благодатью Святого Духа, что и совершил в нас Христос, а подтверждает Петр, говоря: «десницею убо Отчею быв вознесен, и обетование Святаго Духа прием от Отца, излия сие, еже вы видите и слышите»(Деян. 2, 33), ибо Он как человек принимает от Отца присущее Ему по естеству, а «изливает на нас обильно» (Тит.3:6), потому что Он Бог по естеству и стал плотию (Ин.1:14). Изольет же «на всяку плоть». Отсюда ясно, что не на одних только «сущих от обрезания» (Кол.4:11), но решительно на всех призываемых чрез веру, будут ли то малые или великие, рабы и свободные, варвары и Скифы (Кол.3:11): благодать спасения во Христе предлагается живущим по всей поднебесной, потому что «той чаяние языков» (Быт.49:10). Если же кто, необузданный на язык, болтая вздор, скажет, что плотью называются и скоты, то пусть знает, что предмет пророчества ограничивается одним только родом человеческим, а не «о волех радит» Бог, как сказал мудрый Павел (1Кор.9:9). Будут, говорит, пророчествовать «сынове и дщери», ясно показывая этим широту благодати и равномерности ее для всех, потому что не отверженный у Бога женский пол, если он с готовностью творит Ему угодное и если об этом будет помышлять, – не останется без награды и не будет непричастным освящения, если будет славиться верой и совершением добрых дел: и он удостоен и благодати, и милосердия и принимает от Бога залог Духа (2Кор. 5:5, 1:22); сопричислен и к чадам. Далее говорит, что «старцы сония узрят», а юноши «видения увидят», называя старческим возрастом, как я думаю, тот, который выдается и превосходит зрелостью добродетели, убелен блистательными подвигами, отличается и возбуждает уважение к себе совершеннейшим разумением. Таков, например, был Павел, который увидел во сне некоторого мужа из Македонян, умолявшего и говорившего: «пришед в Македонию, помози нам» (Деян.16:9). А Анания, один из испытаннейших в вере, видел видение и о самом Павле, именно: когда тот шел в Дамаск, при чем на пути ему явился Христос, затем лишился зрения от блистания света и был исцелен Христом. Написано же об этом так: «бе же некто ученик в Дамасце именем Анания, и рече к нему Господь в видении:... востав поиди на стогну нарицаемую правую и взыщи в дому Иудове Савла именем, Тарсянина» (Деян.9:10–11). Слышишь, как в видении говорил к Анании: значит он был крепок верой, бодр духом, с умом, пламенеющем к добру, несокрушим по твердости, – разумеется духовной. А Павлу явился во сне Македонянин, приносящий молитвы, потому что тот был старец рассудком, зрел умом и исполнен горней мудрости. И мудрый Иоанн водном месте возглашает освященным во Христе верою: «пишу вам, отцы, яко познасте исконнаго 34; пишу вам, юноши, яко победисте лукаваго» (1Ин.2:13). Таким образом обещает излияние Духа работающим Ему. Кто же они таковы? Не те ли, в самом деле, которые подклоняют выю мысли глаголам евангельским, отступив от служения образов и оставив Еллинскую прелесть, согласно говорящему:

Иоил.2:30–31. и дам чудеса на небеси горе 35, и знамения на земли низу, кровь и огнь, и курение дыма, солнце обратится во тму, и луна в кровь, прежде неже приити дню Господню великому, и просвещенному

На нечестивые деяния Иудеев, учиненные над Христом, негодовала и самая природа вещей; тварь как бы стенала, видя Творца поруганным, и храм Божий, сетуя подобно плачущим, разделялся, ибо написано, что «завеса церковная раздрася» сверху донизу (Мф.27:51); солнце, удержав свойственный ему блеск, не давало света живущим на земле, ибо тьма была от шестого часа до девятого (Мф.27:45); скалы распадались (Мф.27:51); должно полагать, и с лунным диском совершалось нечто необычайное, так что казалось, что он обращается в кровь. Конечно, об этом умолчано у святых евангелистов; но достаточно удостоверения из пророчества. А что по мановению Создателя не на одном только солнце были знамения, но как бы вся природа изменилась к худшему и ей несвойственному, это может быть ясно из того, что Бог говорит устами Исаии: и 36 «облеку небо во тму, и положу аки вретище одежду его» (Ис.50:3). Когда говорит: "небо", то разумеет, что все, находящееся на небе, облекается мраком как вретищем, сетует, скорбит и как бы вопиет видом своим. Таковы, думаю, знамения на небе. А на "земле" – (знамения) «кровь и огонь, и курение дыма», означают, как полагаю, бедствия Иудеев, которые навлекла на них тягостнейшая война, воздвигнутая рукою Римлян: вся страна их орошалась кровью; вместе с городами должен был быть сожженным и сам знаменитый храм; дома, разрушенные, дымились. А что прежде дня великого и просвещенного, когда всем предстоит божественное судилище, при чем Христос воздаст каждому по делам его, подобное же постигнет Иудеев, уясняет, говоря: «прежде неже приити дню Господню великому, и просвещенному». Кроме того нужно заметить, что и сам Господь на вопрос святых апостолов о кончине века и о разрушении Иерусалима смешал знамения, так что, можно сказать, неизвестно, когда какое сбудется (Мф.24).

Иоил.2:32. И будет, всяк иже призовет имя Господне, спасется: яко в горе Сионе и во Иерусалиме будет спасаемый, якоже рече Господь, и благовествуемии, ихже Господь призва.

Таким образом, всенепременно, говорит, за неправедные деяния Иудеев явятся на небе и на земле знамения и чудеса. Однако, несмотря на это, им предлежат и милости от Бога, то есть – спасение верой, оправдание во Христе, залог духа, освящение, надежда на царство небесное, так как Бог непамятозлобно отпустит им и преступления против Христа. Так, Петр сильно обличал народ Иудейский, открыто возглашая, что они убили, повесив на древе, Спасителя и Искупителя всех, отреклись от Святого и Праведного и просили даровать им человека-убийцу; но к этому он прибавил: «и ныне, братие, вем, яко по неведению сие сотвористе, якоже и князи ваши:... покайтеся убо» (Деян.3:17–19), «и да крестится кийждо вас во имя Господа Иисуса; ...и приимете дар Святаго Духа, вам бо есть обетование и чадом вашым» (Деян.2:38–39). Итак, хотя, говорит, и наступят знамения и чудеса, спасется всякий, кто призовет Владыку, Господа неба и земли. А что слову спасения надлежало быть проповеданным прежде в самом Иерусалиме, где умерщвлен был Господь, а затем быть разнесенным святыми Апостолами по всем народам, – будет ясно из слов пророка: «в горе Сионе и во Иерусалиме будет спасаемый, и благовествуемии, ихже Господь призва», ибо, как пишет Павел, «никтоже сам себе приемлет честь, но званный от Бога» (Евр.5:4). Посему по выбору из всех призваны блаженные ученики и не самовольно приступили к апостольству, как тот безумный фарисей или законник, который, присваивая себе преимущества ученика, следовал, говоря: Господи, «иду по тебе, аможе аще идеши» (Мф.8:19). Поэтому-то Спаситель отверг дерзко пристававшего и нимало не приближавшегося к требованиям евангельским, говоря: "лиси" и прочее (Мф.8:20). Между тем готовым к апостольству возглашал, говоря: «грядита по мне, и сотворю вы ловца человеком» (Мф.4:19). А Матфея берет даже от корыстных занятий, повелевая ему следовать за собою (Мф.9:9) Призваны же были по собственному желанию, как и было естественно, те, которые были наиболее способны, и с особым рвением, исполнять Его волю, хотя отец и изобретатель беззакония и похитил предателя.

* * *

13

Слав.: «яко близ. День…»

14

Слав.: «оттоле гнев твой.»

15

Слав.: «покаяние нераскаянно во спасение…»

16

Слав.: «между степенми жертвенника.»

17

Слав.: «веселие и радость.»

18

Слав.: «и отвеща Господь людем своим, и рече.»

19

Слав.: «се, аз вам послю.»

20

Елей.

21

Слав.: «в руку твою.»

22

Слав.: «Господь Вседержитель.»

23

Слав.: «нападающыя.»

24

Слав.: "в злая."

25

Слав.: «гумна ваша.»

26

Слав.: "ядуще."

27

Слав.: "яже."

28

Слав.: «несть инаго.»

29

Слав.: «вси не имеет.»

30

Слав.: «и на рабыни моя.»

31

Слав.: «привяжу к гортани твоему.»

32

Слав.: «обличения.»

33

Слав.: «разгневаяй.»

34

Слав.: «безначалнаго.»

35

Слав.: «на небеси.»

36

В слав. "и"нет.


Комментарии для сайта Cackle