профессор Александр Павлович Лопухин

Толковая Библия
Толкование на Деяния Святых Апостолов

Глава 21

Путешествие Павла от Милита до Кесарии (1–9). Пребывание в Кесарии и пророчество об узах Павла в Иерусалиме (10–14). Дальнейший путь до Иерусалима (15–16). Последнее пребывание Павла в Иерусалиме, возмущение против него иудеев и заключение его в узы (17–40)

Деян.21:1. Когда же мы, рас­став­шись с ними, отплыли, то прямо при­шли в Кос, на другой день в Родос и оттуда в Патару,

«Расставшись с ними» – сильнее греческое – αποσπασθέντας απαυτῶν – слав.: «отторгшымся от них»вырвавшись от них. «Этими словами выражает (писатель) особенное усилие и – не напрасно, ибо иначе им не выйти бы в море» (Златоуст).

"Кос" – небольшой, славившийся виноделием и приготовлением дорогих материй, островок к юго-западу от Милита. В 15 римских милях от него к юго-востоку лежит большой остров "Родос". "Патара» – большой приморский торговый город Малоазийской провинции Ликии, с известным в древности оракулом Аполлона.

Деян.21:2. и, найдя корабль, идущий в Финикию, взошли на него и отплыли.

«Нашедши корабль». От Троады до Патары Павел со спутниками плыл на особом, вероятно, наемном корабле, находившемся в его полном распоряжении (Деян.20:13, 16); теперь же, для трудного и далекого переезда через открытое море, он пересел на другой более обширный купеческий корабль, шедший с грузом в Финикию.

Деян.21:3. Быв в виду Кипра и оставив его слева, мы плыли в Сирию, и при­стали в Тире, ибо тут надлежало сложить груз с корабля.

"Тир" – финикийский приморский город, славившийся своею торговлею. Финикия, по римскому разделению провинций, присоединена была к Сирии (в которую входила и Палестина); поэтому и говорится: «мы плыли в Сирию и пристали в Тире».

Деян.21:4. И, найдя уче­ников, про­были там семь дней. Они, по внуше­нию Духа, говорили Павлу, чтобы он не ходил в Иерусалим.

«Нашедши учеников». Выражение предполагает искание здесь христиан Павлом, а отсюда следует, что христиане здесь были немногочисленны и мало известны (ср. Деян.11:19, 15:3), так что их надо было искать в этом большом городе.

"Семь дней". Поспешая прежде, ввиду неопределенности того, насколько благополучен будет далекий и трудный переезд через море, Павел получает возможность целую неделю провести в Тире.

"Они", – т. е. вероятно – некоторые из тирских христиан, обладавшие пророческим даром.

«По внушению Духа говорили Павлу, чтобы не ходил в Иерусалим». Собственно внушением Духа было только то, что тирские пророки узнали об участи, ожидавшей Павла в Иерусалиме (как Деян.20:23). Просьба же не ходить туда была делом их личной любвеобильной заботливости о судьбе апостола (ср. Феофил.). Но Апостол совершеннее знал волю о сем Духа Святого, и не только видел свою участь, но и шел на нее – по влечению того же Духа (Деян.20:22).

Деян.21:5. Проведя эти дни, мы вышли и по­шли, и нас про­вожали все с женами и детьми даже за город; а на берегу, пре­кло­нив коле­ни, по­молились.

«С женами и детьми» – особая сердечность провод апостола, объясняемая небольшим числом христиан, с которыми, за сравнительно долговременное пребывание, легче было вступить в особо близкие отношения.

Деян.21:7. Мы же, совершив плавание, при­были из Тира в Птолемаиду, где, при­вет­с­т­во­вав братьев, про­были у них один день.

"Птолемаида» – древний приморский город Акко, южнее Финикии, в пределах собственно уже Палестины, по древнему разделению – в колене Асировом (Суд.1:31), несколько севернее горы Кармильской.

Деян.21:8. А на другой день Павел и мы, быв­шие с ним, выйдя, при­шли в Кесарию и, войдя в дом Филиппа бла­го­вест­ника, одного из семи диаконов, остались у него.

"Кесария" – (Стратонова), см. прим. к Деян.8:40.

"Вышедши» – по-видимому, уже не по морю, а пешком через великолепную долину Ездрилонскую, мимо величественного Кармила (один день ходу).

«Дом Филиппа» – см. Деян.6и к Деян.8:40, благовестника, т. е. проповедника Евангелия, прозванного так, вероятно, после своей проповеднической деятельности в Самарии и других местах Палестинского побережья (Деян.8:5, 40). Здесь последнее упоминание о Филиппе. По церковному преданию, он был потом епископом Траллийским (в Малоазийской провинции Карии) и скончался в глубокой старости (Чет.-Мин. Окт. 11).

Деян.21:9. У него были четыре дочери девицы, про­роче­с­т­ву­ющие.

Отрывочное замечание о пророчествующих дочерях Филиппа имеет целью просто указать замечательность этого семейства Филиппа (о даре пророчества см. Деян.11 и паралл.). Ев. Лука добавляет, что эти пророчествующие дочери Филиппа были "девицы", т. е. пребывали в состоянии девственном, посвятив себя на служение Богу. Они-то первые, после Матери Господней, показали пример девственниц в христианстве и своим непорочным поведением приобрели такое уважение, что, по свидетельству блаж. Иеронима, долгое время верующие с благоговением посещали 4 храмины – келии, в которых жили эти девственницы. Две из них впоследствии поселились в Иераполе, а одна, по сказанию Климента Александрийского, жила в Ефесе, где совершала чудеса и отличалась святостью жизни. Эта была старшая – Ермиония. Имея дар врачевания, она подавала исцеление немощным христианам, и впоследствии учредила в Ефесе особую гостиницу где оказывала безмездное пособие страдавшим телесно и душевно. В царствование императора Адриана она за исповедание веры Христовой, уже в преклонных летах, подверглась истязаниям, претерпев страшные мучения от язычников. Наконец, когда по молитве ее пали и сокрушились идолы в одном капище, мучители отсекли ей голову мечом. Верующие взяли св. мощи ее и погребли с подобающею честью в Ефесе (память ее 4 сент.).

Деян.21:10. Между тем как мы пре­бывали у них многие дни, при­шел из Иудеи некто про­рок, именем Агав,

«Пребывали многие дни», что позволялось благополучным ранним прибытием Павла, спешившего переездом через море.

«Пришел из Иудеи», вероятно, из Иерусалима (ср. Деян.11:27).

Деян.21:11. и, войдя к нам, взял по­яс Павлов и, связав себе руки и ноги, сказал: так говорит Дух Святый: мужа, чей этот по­яс, так свяжут в Иерусалиме Иудеи и пред­адут в руки язычников.

Совершенно в духе и по подобию древних пророков, Агав сопровождает свое пророчество выразительным действием (ср. Ис.10; Иер.13; Иез.4 и др).

«Свяжут Иудеи». Хотя заключил в узы апостола собственно римский тысяченачальник, а не иудеи (Деян.21:33), но побуждением к сему было возмущение иудеев (Деян.21:27), которые и являлись главными виновниками уз Павла.

Деян.21:12. Когда же мы услы­шали это, то и мы и тамошние про­сили, чтобы он не ходил в Иерусалим.

Просьба спутников и почитателей Павла, как здесь, так и выше (Деян.21:4), была голосом естественной любви к Апостолу, а не являлась откровением Духа, направлявшего Павла совсем на обратное этим советам и просьбам.

Деян.21:13. Но Павел в ответ сказал: что вы делаете? что плачете и сокрушаете сердце мое? я не только хочу быть узником, но готов умереть в Иерусалиме за имя Го­с­по­да Иисуса.

«Никто не был любвеобильнее Павла: он огорчался, видя их плачущими, а о собственных страданиях не скорбел. Вы, говорит, обижаете меня, делая это: я разве скорблю? О вас, говорит, я плачу, а не о своих страданиях; а что касается до них, то я готов и умереть» (Златоуст).

Деян.21:15. После сих дней, при­готовив­шись, по­шли мы в Иерусалим.

«Приготовившись...» и духом – к мужественной встрече предстоящих опасностей, и запасом всего потребного для пути и пребывания на Иерусалимских празднествах.

Деян.21:16. С нами шли и некоторые уче­ники из Кесарии, про­вожая нас к некоему давнему уче­нику, Мнасону Кипрянину, у которого можно было бы нам жить.

«Мнасон Киприянин», судя по греческому имени, если не из кровных греков, то из еллинистов. Пребывание у этого "древняго" ученика, уверовавшего давно, – быть может, во времена 1-й Пятидесятницы, – и не связанного в своих верованиях традициями ревнителей закона еврейского, обещало быть наиболее подходящим и безопасным для апостола, столько имевшего врагов среди иудеев. Этот ученик оказал гостеприимство Павлу, как и надеялись, вполне радушное.

Деян.21:18. На другой день Павел при­шел с нами к Иакову; при­шли и все пре­свитеры.

"С нами", – т. е. со спутниками, в числе коих был дееписатель. "К Иакову" – брату Господню, епископу Иерусалимскому (Деян.12:17, 15и дал.). О других апостолах не упоминается, очевидно, потому, что они были с проповедью в других странах. Зато приходят все «пресвитеры» (см. прим. к Деян.11и паралл.), составив особое торжественное собрание представителей Церкви, по случаю прибытия в Иерусалим великого «апостола языков».

Деян.21:19. Привет­с­т­во­вав их, Павел рас­сказывал подробно, что сотворил Бог у язычников служе­нием его.

«Опять рассказывает им о случившемся у язычников, не из тщеславия (да не будет!), но дабы показать Божие человеколюбие и исполнить их великой радости» (Златоуст).

«Служением его» – нарочитое указание особенного призвания Павла на дело апостольства именно среди язычников.

В это же время, одновременно «приветствовав» Иерусалимскую церковь от лица не только себя, но и многочисленных устроенных им церквей из язычников, апостол вручил на нужды Иерусалимской Церкви собранное им и его сотрудниками пособие (см. к Деян.19:21, 20:1–4).

Деян.21:20. Они же, выслушав, про­славили Бога и сказали ему: видишь, брат, сколько тысяч уверовав­ших Иудеев, и все они ревнители закона.

«Прославили Бога», чем признали и великое достоинство дела Павлова среди язычников. Но в то же время Иаков и пресвитеры не скрывают от него неблагоприятного о нем мнения христиан из иудеев, полагавших, что обращение к Евангелию не обязывает их к отмене формальности и обрядов, предписанных законом. Эти убеждения "ревнителей закона", с которыми требовалась особенная осторожность и постепенность введения их в царство христианской свободы духа, возбудили немалое предубеждение против Павла, считавшего царство закона закончившимся, и тем из иудеев, которые были способны и склонны возвыситься до такого же понимания, советовал жить вполне по Евангелию. Это «предупреждение» исторического развития идей христианства, имевшее столько добрых плодов среди язычества, не могло не явиться предметом раздора в иудействе, в котором надо было преодолеть инерцию столь возбужденного за последнее время тяготения к исконным святыням, обычаям и правилам Моисеева закона.

«Видишь, брат» – выражение любви и дружеского благопожелания. «Сколько тысяч уверовавших Иудеев» – не только иерусалимских, но и иногородних, коих, по обычаю, стеклось в это время, вероятно, множество в Иерусалим. Уже 20 с лишком лет тому назад их насчитывалось до 8000 человек (Деян.2:41, 4:4). Теперь число их тем более давало право сказать об их множественной неопределенности – «сколько тысяч!»

«Все они ревнители закона». Хотя апостольский собор и выработал строго определенные минимальные требования для христиан из язычников, однако, апостолы, как видно, долго еще допускали привычную приверженность иудеев-христиан к ветхозаветному Богослужению, руководясь мудрою осторожностью, которую признавал сам апостол языков, когда, снисходя к «слабым», признавал за ними право соблюдать некоторые обряды, и «сильных» убеждал не соблазнять слабых равнодушным нарушением требований закона. Сам епископ иерусалимский Иаков был, по преданию, строгий законник, чем много способствовал примирению иудеев с другими новыми для них явлениями и верованиями христианства.

Деян.21:21. А о тебе наслы­шались они, что ты всех Иудеев, живущих между язычниками, учишь отступле­нию от Мо­исея, говоря, чтобы они не обрезывали детей сво­их и не по­ступали по обычаям.

«О тебе наслышались они» – точнее – научены, греческое κατηχήθησαν, получены – особо враждебными к Павлу иудействующими учителями (Деян.25:1–2, 4), с извращением фактов и сути дела, как видно из дальнейшего. В том виде, как пущено было в народе обвинение Павла, оно было явной клеветой. Суть его учения состояла вовсе не в том, чтобы лишь учить "отступничеству» от закона Моисеева и его обычаев, возбуждая к ним унижение, презрение, свойственное отступничеству. Учение Павла настаивало лишь на том, что главное – вера во Христа, а закон Моисеев – дело несущественное для христианина. Это было признано, хотя более осторожно, и на апостольском соборе, освободившем веровавших от ига закона Моисеева; отсюда более, чем естествен, был вывод, что, если язычники, освобожденные от этого ига, спасутся, то и иудей, сложивший с себя то же иго, спасется. Закон тут не важен: и с соблюдением его можно спастись, и не соблюдая его, столь же можно спастись; значит, хочешь – соблюдай, хочешь – нет. В частности, на примере Тимофея, подвергнутого обрезанию Павлом, последний дал убедительнейшие доказательства того и другого отношения к закону в себе самом, чем ясно опровергается лукавое подущение и клевета, будто Павел – отступник от закона и других учит отступничеству.

Деян.21:22. Итак что же? Верно соберет­ся народ; ибо услы­шат, что ты при­шел.

Деян.21:23. Сделай же, что мы скажем тебе: есть у нас четыре человека, имеющие на себе обет.

Деян.21:24. Взяв их, очистись с ними, и возьми на себя издержки на жертву за них, чтобы остригли себе голову, и узнают все, что слы­шан­ное ими о тебе несправедливо, но что и сам ты про­должаешь соблюдать закон.

Зная это, в случае нужды, двоякое отношение Павла к закону, Иаков и пресвитеры и предлагают ему вновь дать уверения пред лицом всего народа в своем уважении к закону – через совершение над собою обряда "очищения», с установленными на сей случай обычаями, что Павел охотно исполнил, нисколько не вопреки своим убеждениям.

«Есть у нас» – в нашей среде, среди христиан из иудеев.

«Имеющие на себе обет» – из дальнейшего (острижение главы) видно, что это был обет добровольного назорейства (Чис.6; ср. Деян.18:18). Обыкновенно он давался на 30 дней, но срок его мог быть уменьшен и до семи дней. Сущность обета – воздержание от вина и всего, что приготовляется из винограда; внешнее выражение – неострижение волос до окончания дней обета. Все это вполне сообразно с христианским духом и христианскою жизнью, при вере в Иисуса Христа.

«Взяв их, очистись с ними». Прими участие вместе с ними в установленных законом обрядах очищения, состоявших в омовении, молитве и особом приношении (Ин.11:55), совершаемых иудеями пред большими праздниками. Не ясно, должен ли был Павел прежде этого принять на себя хотя однодневный обет назорейства, или имелось ввиду просто дать свидетельство о ревностном почтении к закону – принятием на себя издержек за бедных назореев, что было вполне достаточно для такового засвидетельствования, по мнению иудеев (Флав. Археол. XIX, 6, 1; О войне Иуд. II, 15, 1).

«Чтобы остригли себе голову» – в знак окончания обета волоса остригались и сжигались в жертвенном огне (Чис.6:13–20).

«Продолжаешь соблюдать закон». Этим вовсе не дается совета лицемерной исполнительности всех предписаний Моисеева закона. Достаточно хотя малого участия в исполнении его малой части, насколько требовало опровержение клеветы, будто Павел учит отступничеству и унижает весь закон Моисеев. Дух христианской свободы не нарушался добровольным исполнением не противных ему предписаний прежнего Богодарованного закона, пока это было нужно из снисхождения к немощным и для их спасения (1Кор.9:20).

Деян.21:25. А об уверовав­ших язычниках мы писали, по­ложив, чтобы они ничего такого не наблюдали, а только хранили себя от идоложертвен­ного, от крови, от удавле­нины и от блуда.

«А об уверовавших язычниках мы писали». Напоминается письмо с определением апостольского собора – для уверения, что это постановление непоколебимо сохраняет свою силу, и что совет, предлагаемый Павлу, есть лишь дело мудрой предусмотрительности и снисхождения к немощной совести братии из иудеев. «Как мы заповедали им (христианам из язычников) это, хотя проповедуем иудеям, так и ты, хотя проповедуешь язычникам, поступай здесь согласно с нами. Не бойся!» (Злат., Феофил.).

Деян.21:26. Тогда Павел, взяв тех мужей и очистив­шись с ними, в следу­ю­щий день вошел в храм и объявил окончание дней очище­ния, когда должно быть при­несено за каждого из них при­ноше­ние.

"Объявил", т. е. священникам – об окончании дней обета, чтобы они совершили установленные обряды.

«Павел же, смотри, послушался их и сделал все (предложенное) и не медлит, но, показывая свое послушание на деле, тотчас берет тех, с которыми намеревался совершить очищение, – так пламенно он разделял эту предусмотрительность!» (Златоуст).

Деян.21:27. Когда же семь дней оканчивались, тогда Асийские Иудеи, увидев его в храме, воз­мутили весь народ и наложили на него руки,

«Семь дней оканчивались», – семь дней обета еще не закончились, и Павел не успел, как видно, совершить предположенного очищения, неожиданно предупрежденный бурным возмущением против него иудеев, увидавших и узнавших его в храме.

Возмущение произвели или начали, «Асийские Иудеи», т. е. жившие в Проконсульской Азии (см. Деян.16и д.), и именно в Ефесе и его окрестностях (ср. Деян.21:29). Это были не христиане из иудеев, а неверующие иудеи, от которых он столько терпел всюду на местах своей проповеди, преследуемый ими по пятам (Деян.19:9; 1Кор.16:9; ср. Деян.14и др.).

Деян.21:28. крича: мужи Израиль­ские, по­могите! этот человек всех по­всюду учит про­тив народа и закона и места сего; при­том и Еллинов ввел в храм и осквернил святое место сие.

"Кричащее» обвинение Павла имеет характер той же клеветы, как и в Деян.21:21. «Учит против народа и закона и места сего» (т.e. храма cp.Деян.6:13–14). Обвинение преувеличенное, с извращением самой сути проповеди апостольской, имевшей совершенно другие возвышенные цели, вовсе не исчерпывающиеся такими отрицательными сторонами, как проповедь против народа, закона и храма. Зато для возбуждения толпы это было самое действительное и сильное средство. Само по себе страшное и достаточное, это обвинение подкрепляется новым, представлявшим, так сказать, фактическое доказательство и рассчитанным на возбуждение. Это – введение во храм еллинов, т. е. язычников, причем множественное число берется вместо единственного (Деян.21:29) для усиления обвинения и возмущения.

«Ввел во храм» – т. е. во двор израильтян, куда запрещалось входить язычникам, под опасением осквернения храма.

Деян.21:29. Ибо перед­ тем они видели с ним в городе Трофима Ефесянина и думали, что Павел его ввел в храм.

Это последнее обвинение было явной клеветой, основанной на том только, что обвинителям показалось, будто Павел вводил во храм своего спутника Трофима (Деян.20:4), с которым они видели его в городе.

Деян.21:30. Весь город при­шел в движе­ние, и сделалось стече­ние народа; и, схватив Павла, по­влекли его вон из храма, и тотчас заперты были двери.

Ложное обвинение, основанное на ложном подозрении, вполне достигшее своей цели – взвинтить до крайности возбуждение народа, угрожало смертельною опасностью для Павла, так как иудеи утверждали, что имеют право убить всякого язычника, даже и римлянина, нарушившего безусловное запрещение входить во храм. Кажется, и римская власть, вообще не осмеливавшаяся оскорблять религиозное чувство покоренных народов, готова была серьезно защищать неприкосновенность храма.

Павел был на волоске от гибели: «повлекли его вон из храма» для совершения убийства. Последнее должно было совершиться за городом через побиение камнями (Деян.7:58). Но ввиду того, что толпа была крайне возбуждена и могла тут же растерзать Павла, «тотчас заперты были двери», чтобы, оградив этим самым храм от осквернения смертоубийством, развязать руки толпе, устремившейся на растерзание Павла (Деян.21:31). Здесь видно, таким образом, предупредительное сочувствие толпе со стороны самих служителей храма и полное разрешение на немедленную расправу с ненавистным для всех их человеком.

Деян.21:31. Когда же они хотели убить его, до тысяченачальника по­лка дошла весть, что весь Иерусалим воз­мутил­ся.

«Тысяченачальник полка» – главный командир римского отряда войск, помещавшихся в крепости Антониевой, примыкавшей с северо-западной стороны к внешней стене храма, соединяясь с галереями ее посредством лестниц (Деян.21:35). Имя этого тысяченачальника Клавдий Лисий (Деян.23:26).

Деян.21:32. Он, тотчас взяв во­инов и сотников, устремил­ся на них; они же, увидев тысяченачальника и во­инов, пере­стали бить Павла.

«Перестали бить Павла». По-видимому, тысяченачальник не опоздал со своею помощью лишь благодаря тому, что толпа не спешила прикончить Павла и насыщала свою ярость пока лишь истязательскими побоями.

Деян.21:33. Тогда тысяченачальник, при­близив­шись, взял его и велел ско­вать двумя цепями, и спрашивал: кто он, и что сделал.

«Велел сковать двумя цепями», считая его уже потому виновным, что против него так возмутился народ, и питая смутную догадку, что это задержан известный недавний возмутитель египтянин (Деян.21:38).

Деян.21:34. В народе одни кричали одно, а другие другое. Он же, не могши по причине смяте­ния узнать ничего верного, по­велел вести его в крепость.

Как выше (Деян.19:32), возмутившийся народ сам не знает, против кого и за что именно он возмутился, и не может дать надлежащего разъяснения власти.

Деян.21:35. Когда же он был на лест­нице, то во­инам при­шлось нести его по причине стесне­ния от народа,

Деян.21:36. ибо множе­с­т­во народа следовало и кричало: смерть ему!

Когда тысяченачальник повелел вести Павла в крепость, где он лучше надеялся получить от него все показания, толпа, естественно, могла подумать, что его могут освободить, и потому бросилась за воинами по ступенькам крепостной лестницы. Слышались ропот и крики, требовавшие смерти. Воины, ведшие Павла, должны были нести его, потому ли, что цепи мешали ему идти скоро, или он не хотел ускорить шагов ввиду возмущения.

Деян.21:37. При входе в крепость Павел сказал тысяченачальнику: можно ли мне ска­за­ть тебе нечто? А тот сказал: ты знаешь по-гречески?

«При входе в крепость» – где, вероятно, представлялось особенно удобное место для общенародной проповеди и где, в присутствии властей, готовых лишить его сейчас же свободы, народ более спокойно мог выслушать Павла.

За позволением держать речь к народу Павел обратился к тысяченачальнику «по-гречески», что удивило его и уверило в ошибочности его предположения, будто Павел одно лицо с бывшим возмутителем египтянином. Это разуверение свое тысяченачальник и высказывает в ст. 38.

Деян.21:38. Так не ты ли тот Египтянин, который перед­ сими днями про­извел воз­муще­ние и вывел в пустыню четыре тысячи человек раз­бойников?

Русский, а равно и славянский тексты данного места искажают оттенок мысли подлинника, благодаря неправильному чтению греческого άρα. Это άρα с острым ударением в отличие от ᾶρα (ли – с ударением облеченным) означает следовательно, итак, вправду, в самом деле, значит. Посему греческое – ουκ άρα σύ εῖ ο Αιγύπτιος – должно быть переведено, с оттенком удивления – «так не ты, значит, тот египтянин, который?» и т. д. Этим предполагается, что тот египтянин не говорил по-гречески, о чем было известно тысяченачальнику.

По свидетельству Флавия (о войне Иуд. II, 13, 25; Археол. XX, 8. 6), этот египтянин был чародей, выдававший себя за пророка и имевший много приверженцев. Своими ложными пророчествами он привлек иудеев на Масличную гору, откуда обещал показать им чудесное зрелище – падение городской стены. Отсюда, с четырьмя тысячами иудеев (по Флавию – всех приверженцев его было до 30 000), он прошел всю страну, всюду доводя свой фанатизм до разбоя. Правителю страны Феликсу удалось захватить их, но сам предводитель их успел убежать.

«Разбойников» – собственно сикариев (от латинского sica – кинжал), ножовщиков. В отличие от обыкновенных разбойников, это была партия головорезов, террористов, поставивших себе целью не грабеж и убийство всех без разбора, а лишь наиболее вредных, с точки зрения иудея, прислужников Рима, а впоследствии вообще – всех, заподозренных в римских симпатиях. Конечно, как и всегда, в ряды этих «идейных» носителей меча прокрадывались и завзятые разбойники, преследовавшие свои особые личные цели, чисто воровского характера. Таких разбойников особенно много расплодил по стране Феликс (Флав. Археол. XX, 6 и д.; О войне Иуд. IX, 13, 3).

Деян.21:39. Павел же сказал: я Иудеянин, Тарсянин, гражданин небезызвест­ного Киликийского города; про­шу тебя, по­зволь мне говорить к народу.

«Прошу тебя, позволь». Это – доказательство истинности слов его, что он всех приводит в свидетели, – что так готов оправдывать себя и решается противостать словом толпе иудеев» (Златоуст).

Деян.21:40. Когда же тот по­зволил, Павел, стоя на лест­нице, дал знак рукою народу; и, когда сделалось глубокое молчание, начал говорить на еврейском языке так:

«Стоя на лестнице». Весьма благоприятствовало ему и место, так как он говорил с высоты, и то, что он был связан. Что может сравниться с этим зрелищем, когда Павел говорил, связанный двумя цепями...» (Златоуст).

«На еврейском языке» – т. е. на тогдашнем сирохалдейском наречии. «Прежде всего располагает их к себе родным их языком» (Златоуст). Это действительно возбудило большее внимание и содействовало водворению глубокой тишины (Деян.22:2).


Комментарии для сайта Cackle