Н.В. Воробьева

Исторические биографии патриарха Никона

Большинство авторов исторических биографий и художественных произведений о патриархе Никоне транслировало в литературу критическую позицию отечественных историков – С.М. Соловьева [Соловьев, 1991], Н.Ф. Каптерева [Каптерев, 1911–1913]), что получалось с разной степенью художественной убедительности. Соглашаясь с метким замечанием Ю.М. Лотмана («...чем меньше вероятности в том, что данное происшествие может иметь место, тем выше оно на шкале сюжетности» [Лотман, 1970: 285], признаем, что «исторический роман» – это явный оксюморон. Исторический роман совмещает жанры истории личной и национальной, художественной и реальной. Здесь закладывается фундамент и намечается отчетливая перспектива нового восприятия истории в культуре XX столетия. Яркая биография Никона, отразившая противоречия «бунташного» века, привлекала внимание писателей XIX–XX столетий – Д.Л. Мордовцева [Мордовцев, 1995: 218–589; 19], М.А. Филиппова [Филиппов, 1995], К. Валишевского [Валишевский, 1989], П. Бунина [Бунин, 1912], В. Бахревского [Бахревский, 1988] Э.В. Бутин [Бутин, 1986: 208–234]). Биографий патриарха Никона намного больше, чем биографий его идейных противников – протопопа Аввакума или царя Алексея Михайловича1. Исторический роман о патриархе Никоне воспринял линию, заданную традицией хуления в рамках создания старообрядцами «антижития» патриарха Никона [Перетц, 1900].

В качестве основного источника исторического романа Д.Л. Мордовцева «Великий раскол», посвященного патриарху Никону, выбрана «История России с древнейших времен» С.М. Соловьева. Д.Л. Мордовцев называет патриарха Никона «упрямый гордец» [Мордовцев, 1995: 229, 434], властный и себялюбивый [Мордовцев, 1995: 98, 248], «отец русского раскола» [Мордовцев, 1995: 249], благословивший Разина [Мордовцев, 1995: 253]. Сравнивает патриарха Никона и протопопа Аввакума: «в то время, когда у Никона находилась в руках власть, он казался человеком с гранитной волею; но едва власть ускользнула из рук, он раскис и измельчал... Аввакум выдержал до конца, до мученического костра... когда Никона в несчастии покинули все, исключая одного Иванушки Шушеры, за Аввакумом шли тысячи... Личный характер первых учителей раскола объясняет нам и его историческую живучесть» [Мордовцев, 1995: 345–351]. Жизнь патриарха Никона в Ферапонтовом монастыре описывается автором в то же негативном ключе, что и у С.М. Соловьева: «он, по-видимому, забыл все на свете и свое прежнее величие, и славу, и вселенскую борьбу, и падение с недосягаемой высоты, и всеобщее отчуждение, и, казалось, помнил только про один корм... строчил царю бесконечные жалобы и кляузы, нудил все про корм и жалование и даже плел царю небывальщину, что будто бы он «наг и бос, стыдно и выйти, многие, будто бы зазорные части не покрыты»... Старик просто лгал и озорничал со скуки и от бездействия... Он был жалок... Стальная воля Аввакума поддерживалась борьбой и настоящим подвигом мученичества... Никону и бороться было не с кем, кроме как с кирилловскую братьею из-за грибов, да рыбы, да хмеля... У Аввакума натура была цельнее; а Никона когда-то избаловало счастье, небывалое на земле, бешеное счастье, а потом все рухнуло и выросла одна крапива, крапивный венок на голове, крапива и в сердце...» [Мордовцев, 1995: 404–434; Соловьев, 1991: 245].

Вульгаризированная и демонизированная мифологема, связанная с образом личности патриарха Никона как культурного антигероя была сформирована в раскольничьей среде (за 1667 г. – 1678 г.) при ограничении доступа к документальным источникам. В общественном сознании формировался социально-политический миф, в научно-литературной обработке вошедший в официальную историю и историографию. Свидетельства первых расколоучителей были приняты историками и положены в основу некоторых научных гипотез. Рассмотрение раскола как явления сугубо церковного, национально-консервативного, вызванного реформаторской деятельностью патриарха Никона, которая якобы разрушила древнерусско-святоотеческое благочестие и благочиние прочно закрепилась как историографический штамп [Платонов, 2006: 302­–358].

А.А. Быков в сочинении «Патриарх Никон. Биографический очерк» отмечает, что патриарху не доставало «научного образования, чтобы сильнее и увереннее вести задуманную реформу, и житейской изворотливости, чтобы ладить и держать в руках темную клику Салтыковых, Стрешневых, Морозовых, Трубецких, Одоевских, Долгоруких и других. Чересчур прямолинейный по характеру, Никон не мог и не умел лукавить и вести дипломатическую игру с теми, чье дело, по его мнению, было повиноваться, а не умничать» [Быков, 1891: 37], разрыв патриарха с царем автор объясняет «постоянным соперничеством теократизма с монархизмом, проходящим через всю историю человечества» [Быков, 1891: 54]. Т. Линд в работе «Никон и Аввакум» (1906) утверждал, что именно Никон послужил причиной «такому могучему религиозному явлению, расколу» [Линд, 1906: 12]. Причину падения Патриарха Никона он видит в том, что духовные лица не терпели Никона за его необыкновенную строгость и крутой, властолюбивый нрав [Линд, 1906: 20]. К.Ф. Валишевский в романе «Первые Романовы» отмечает: «Никон начал с того, что он оставил своих друзей от исправления книг» [Валишевский, 1989: 142], «царь подчинился влиянию страшного деспота» [Валишевский, 1989: 144]. «Научные основания реформы, предложенной Никоном были... довольно шаткими» [Валишевский, 1989:       145]. «Большая часть раскольников отождествляла его (антихриста – Н.В.) с Никоном и применяла к бывшему патриарху тексты Священного Писания, приписывая ему родителей-язычников, окружая все события его жизни демонами и змеями. Но когда Никон умер, не получив власти над этим миром, эти выдумки были оставлены» [Валишевский, 1989: 149].

Кроме неудачной реформаторской политики, патриарху Никону приписывается и нравственная слабость чреватая духовными падениями. В древнерусской литературе существовала традиция создания образов «антигероев», которые, в отличие от героев положительных, должны: 1) «происходить от гнилого родового корня» – иметь «подлое» рождение; 2) имитировать «уход из мира»; 3) под личиной «боголюбия» скрывать свое безбожие; 4) обладать такими чертами характера, как «немилостивость», гордыня (ярость), алчность, злоба, внутреннее уродство; 5) заключить договор с дьяволом и поклоняться ему как Богу; 6) вместо чудес, присущих святым, совершать злодеяния; 7) после его смерти от его могилы должен исходить смрад (вместо благоухания). Почти все указанные здесь отрицательные черты мы находим и в «антижитии» Никона и в художественной литературе. Никон в нарративе исторического романа пользуется помощью незаурядной женщины – своей бывшей супруги, к примеру, в романе П. Бунина «Великий раскол» [Бунин, 1912: 26–27], страдает от гордыни и мучающей его совести в романе В. Бахревского «Никон» [Бахревский, 1988: 77]. Садистки жаждет мучений своих противников в рассказе Э. Бутина «Свет, который тьма»: «надо было инакомыслящих в яме, как Логгина да Данилу, гноить, жечь надо было, как велел сын божий сжигать плевелы в день жатвы. В огонь их, в огонь!» [Бутин, 1986: 237].

Помимо традиции рассмотрения патриарха Никона как «культурного антигероя» существовало и апологетическое направление, к примеру, М.В. Толстой, который в пятой и шестой главе «Рассказов по истории русской церкви»: «этот великий муж Русской Церкви всегда был достоин своего высокого сана, хотя временно испытал искушения и скорби» [Толстой, 1991: 552–597, 604]. Изложение жизненного пути патриарха выстаивается по схеме «Жития патриарха Никона», написанного его клириком И.К. Шушериным:

1) Становление личности (детство, юность) – рождение и трудное детство с мачехой, желавшей смерти; уход в Желтоводский монастырь, предсказания величия; посвящение в священники, смерть троих детей, принятие пострига; уход в Анзерский скит, Кожеозерскую пустынь [Каптерев, 1911–1913: 17–23; Костомаров, 1879: 157–159; Толстой, 1991: 553–555],

2) Начало возвышения – посвящение в архимандрита Новоспасского монастыря; дружба с царем, подвиги нищелюбия архимандрита Никона, введение единогласия и киевского пения [Каптерев, 1911–1913: 23–26; Костомаров, 1879: 159–160; Платонов, 2006: 303; Михайловский, 1863: 38, 44, 46–82]; удачное подавление бунта в Новгороде 1650 г. [Шушерин, 1784: 31–32; Кашменский, 1875: 161; Мордовцев, 1990: 127]; перенесение мощей свт. Филиппа в 1651 г. [Костомаров, 1879: 162; Мордовцев, 1990: 108; РГАДА, Ф. 153. Оп. 1. Д. 20. Ч. 36, 37],

3) Патриаршество – избрание на патриарший престол [Костомаров, 1878: 163–165; Дополнение, 1875, 4: 75–87; РГАДА Ф. 153. Оп. 1. Д. 15, 22], реформаторская деятельность [Шушерин, 1784: 61, 221, 223; Костомаров, 1878: 183, 185–186, 189; Платонов, 2006: 304–327; РГАДА Ф. 27. Оп. 1. Д. 140. Ч.1. Л. 210–219, 220–228, 229а–243],

4) «Дело патриарха Никона» – размолвка с царем 1658 г. по причине «уязвленного самолюбия патриарха Никона» [Костомаров, 1878: 190–191; Мордовцев, 1990: 20; Суворов, 1867: 572, 578, 580–582; РГАДА Ф. 27. Оп. 1. Д. 140. Ч.1. Л. 836–93]; тяжба Р. Боборыкиным [Костомаров, 1878: 194–197];                               Паисий Лигарид и его роль в низвержении Святейшего Патриарха [Шушерин, 1784: 73–79, 230–231; Костомаров, 1878: 198–201]; роль вселенских патриархов [Костомаров, 1878: 201–206; РГАДА Ф. 27. Оп. 1. Д. 140. Ч.1. Л. 210–219, 220–228, 229а-243]; «дело» Никиты Зюзина [Костомаров, 1878: 208–210; Дело, 1862: 141–147 (№39), 181–190 (№ 41), 207–210 (№43)]; обвинение патриарха Никона на Соборе 1666 г. Паисием Лигаридом [Шушерин, 1784: 11–112, 114, 120, 127–128, 134–135, 139; Костомаров, 1878: 214; Толстой, 1991: 583–590; Мордовцев, 1863: 154–243; Николаевский, 1882: 44–54; Дело, 1862: 200–2708],

5) Опала и ссылка – Ферапонтов и Кириллов монастыри [Шушерин, 1784: 143–161; Костомаров, 1878: 216–217; Николаевский, 1882: 600–603; Николаевский, 1882:118, 140–142]; смерть и погребение патриарха [Шушерин, 1784: 164–190; Костомаров, 1878: 220; Соловьев , 1991: 604; Филиппов, 1995: 309–315].

Жизнеописание И.К. Шушерина послужило основой для биографии, священником Михайловским: «Патриарх Никон принадлежит к числу немногих людей, которых Господь воздвигает среди народов по особенным нуждам церковного и гражданского общества... они очищают предрассудки, разрушают суеверия. Истребляют пороки, разят неправду, прогоняют мрак невежества... За то современники провозглашают их дерзкими нововводителями, нарушителями отеческих преданий, презрителями священной древности, ненасытными честолюбцами... преследуют их завистью, клеветой, ненавистью, нередко осуждают, как врагов церковного и гражданского благосостояния. Тогда великие сходят со своего поприща; но движение, сообщенное ими народной жизни... прорывается вперед... Таково именно значение патриарха Никона в отечественной истории церковной и гражданской» [Мордовцев, 1863: 5, 6]. Причинами низложения называются интриги бояр, так как патриарх Никон: боролся с корыстолюбием [Мордовцев, 1863: 158­–160]; изымал у бояр латинские органы, фряжские иконы и прочие нововведения [Мордовцев, 1863: 161]; одобрил войну со Швецией, против которой выступали бояре. Подвиги нищелюбия патриарха Никона отмечены в статье А.К. Жизневского «Поход великого государя Святейшего Никона». На основании путевой расходной книги Патриарха отмечает: «одним из главных предметов расхода была широкая, щедрая раздача денег на милостыни монастырям, бедным, раненым, вдовам, нищим, больным, убогим, тюремным сидельцам и другим нуждающимся» [Жизневский, 1889: 2]. В работе описаны структура расходов патриарха, его свита: «нельзя не обратить внимание, что в расходной книге не упоминается нм о патриаршем чашнике, ни о питиях, кроме меду и пива, что может служить указанием на строгую домашнюю жизнь патриарха» [Жизневский, 1889: 8]. В приложении даны цены 1656 г. на разные виды товаров.

В работе «Обстоятельства и причины удаления патриарха Никона с престола» П.Ф. Николаевский [Николаевский, 1882, 1886: 20] впервые в русской литературе подверг сомнению правильность свидетельских показаний, на которых было основано обвинение Никона в уходе с отречением от патриаршества с клятвой не возвращаться на престол. Исследование П.Ф. Николаевского: «Жизнь Патриарха Никона в ссылке и заключении после осуждения его на Московском соборе 1666 г.» было основано на неизданных документах подлинного следственного дела Патриарха Никона, часть которых, относящаяся ко времени его заключения. Некоторые материалы («докучливые жалобы» с намеками Никона на Кирилловских монахов и архимандрита с любопытными бытовыми чертами), были напечатаны еще С.М.Соловьевым [Соловьев, 1991: 470–475]. Именно П.Ф. Николаевский первым подверг сомнению правильность свидетельских показаний по «судному делу» патриарха Никона. Причину разрыва патриарха Никона с царем автор видит в «личных интригах частных лиц [Николаевский, 1882: 12]. «Так, – говорит автор, – началась для бывшего Патриарха тяжелая и тревожная жизнь в ссылке и заключении, продолжавшись около 15 лет. Тягости и тревоги ея происходили от многих причин, скрывавшихся частию в личном характере Никона, частию в окружавшей его обстановка, в приставленных охранять его лицах, в отношениях к нему Государя и высших правящих сфер, наконец, в современном ему ходе общественной жизни всего Московского государства... Пока был жив Царь Алексей Михайлович, действия врагов Никона не имели большого успеха: Царь часто не давал хода их жалобам и доносам. Весь вред этих доносов со стороны врагов Никона ограничивался тем, что слабый характером Государь стеснялся в своих отношениях к Никону, сулил ему перемену на лучшее и не исполнял своих обещаний... неопределенность в положении еще более мучила Никона. Неудовлетворенный в своих стремлениях и беспокоимый отовсюду, он во все время своего заключения при Царе Алексее Михайловиче попеременно или впадал в раздражение, открытое резкое порицание всего его окружающего, или переходил к мелочным придиркам, жалобам на свое состояние и унизительным просьбам из-за вещей малозначащих. По смерти Царя Алексея Михайловича с переменой придворных парий, против Никона тотчас выступили все, враждебно к нему относившиеся; собраны были ложные доносы, поданные против него в прежнее время; доносы эти вошли в один обширный по объему и сильный по содержанию и краскам обвинительный акт, по которому Никон без следствия и суда был переведен в более тяжкое заключение из Ферапонтова монастыря в Кирилло-Белозерский» [Николаевский, 1886: 55–58].

М.А. Филиппов в романе «Патриарх Никон» (1885 г.) [Филиппов, 1994: 4] главной причиной реформ патриарха Никона считает объединение с Украиной, введение Церкви на канонический путь, так как святители Малой и Белой Руси, равно как и Галиции, Сербии, Болгарии, не захотели бы подчиниться боярству: «расколоучителя: Аввакум, Неронов, Лазарь, Федор, Епифаний и другие... называли Никона антихристом... боярство восстало против того, что 16 боярских фамилий.находили справедливым при завоевании Малороссии и Белоруссии овладевать всеми коронными землями данных местностей, против чего Никон восставал. При том бояре тотчас вводили на присоединенных землях воеводские начала, уничтожая земские, что противоречило политике и программе Никона о всеславянском объединении... Царь же Алексей Михайлович был лично расположен к Никону, и лишь сильный боярский гнет заставил его открыть борьбу с ним, чему сильно содействовали бояре, святители, личные враги Никона – из-за личных интересов и расколоучителей... Уже после низложения Никона расколоучителей и их адептов стали пытать, резать языки, рубить руки и сжигать. То есть, начали делать то, против чего восставал и протестовал Никон и за что он низложен и заточен. На все это не обратил внимание ни один исторический исследователь, а между тем все эти факты ставят Никона наряду с величайшими гуманистами-реформаторами и государственными людьми... в отношении России он... должен быть назван предтечею Петра Великого, воссоединителем славянских церквей и разрозненных славянских племен... Предложенное им исправление книг было важным шагом для тогдашнего времени, а общество и духовенство были еще так невежественны, что сомнительно было, чтобы они могли усвоить их без потрясения церкви, без раскола» [Филиппов, 1994: 5, 177]. М.А. Филиппов вводит в роман главный женский персонаж, как и в романе П. Бунина, это бывшая супруга патриарха Никона – инокиня Наталья, которая способствовала возвышению Никона и его знакомству с царем, призывает протопопа Аввакума примириться с патриархом, предсказывает огненную смерть всем расколоучителям и проклинает Аввакума [Филиппов, 1994, 1: 95–99; 2: 110–111]. Именно патриарх Никон предотвращал вмешательство государственной власти в решение церковных вопросов, в том числе и по отношению к расколоучителям, то есть он отвергал инквизиционные «латинские формы по делам веры. А раскольники и, к прискорбию, наши историки по невежеству своему выставляют все дело Никона как борьбу духовной власти со светскою в господстве в государстве. Никон же, напротив, требовал на основании постановлений вселенских соборов отделения церкви от государства, что соответствует даже и ныне последнему слову науки государственного права и православного богословия... Резание же языков и рук совершилось после низложения Никона» [Филиппов, 1994, 2:139, 188]. Характерной чертой апологетического направления является рассмотрение его, прежде всего как религиозного деятеля, действовавшего в рамках святоотеческой парадигмы. В народном сознании и среди церковной элиты патриарх Никон почитался как местночтимый святой (панихиды, изображения в святительских одеждах с нимбом, житие, чудотворения). Политическая мифология светского государства органическим образом перерастала в идеологию, в то время как исторический нарратив выступал средством обслуживания этой идеологии, превращающим фабулу событий второй половины XVII в. в завершенный мифологический сюжет, а личность Предстоятеля Церкви в мифологизированную фигуру. В исторических биографиях патриарха Никона достаточно четко моделируется историографический образ в продолжение житийной или антижитийной (в зависимости от ориентации автора) традиции.

Библиографический список

1. Российский государственный архив древних актов, коллекция документов.

2. Бахревский, В. Никон. Роман / В. Бахревский. – М.: Советский писатель, 1988. – 396 с.

3. Бунин, П. Никон и великий раскол / [Соч.] П. Бунина / П.Бунин. – М.: Дело, 1912. – 96 с.

4. Бутин, Э. Суета сует: Повесть и рассказы / Эрнст Бутин. – М.: Современник , 1986. – 253 с.

5. Быков, А.А. Патриарх Никон: [Его жизнь и обществ. деятельность]: Биогр. очерк А.А. Быкова / А.А.Быков. – СПб.: тип. т-ва «Обществ. Польза» , 1891. – 111 с.

6. Валишевский, К. Первые Романовы: Репринт. воспроизведение изд. 1911 г.: [Пер. с фр.] / К.Валишевский. – М.: СП «ИКПА» , 1989. – 476 с.

7. Дело патриарха Никона: Историческое исследование по поводу 11 т. «Истории России», проф. Соловьева: С прил. актов и бумаг, относящихся к этому делу / [Соч.] Н. Субботина. – М.: тип. В. Грачева и К° , 1862. – 249 с.

4. Дополнение к Актам историческим, собранным и изданным Археографической комиссией. – СПб.: тип. Эдуарда Праца, 1875. – Т. 4. – 542 с.

8. Жизневский, А.К. Поход великого государя, святейшего Никона, патриарха Московского, всея Великия, Малыя и Белыя России, в 1656 г. в Тверь, Вязьму и Иверский монастырь: Чит. в заседании Твер. учен. архив. комис. 4 марта 1889 г. / [Соч.] А.К. Жизневского. – Тверь: тип. Губ. правл., 1889. – 41 с.

9. Шушерин, И. Житие святейшаго патриарха Никона / Писанное некоторым бывшим при нем клириком / И.Шушерин. – СПб.: Печ. при Имп. Акад. наук , 1784. – 223 с.

10. Каптерев, Н.Ф. Патриарх Никон и царь Алексей Михайлович / Н.Ф. Каптерев. – Сергиев-Посад: тип. Св.-Троиц. Сергиевой лавры, 1909–1912. – Т. 1 , 1909. – [2], VI, 525 с. – Т. 2, 1912. – VIII, 548, XX, XL с.

11. Кашменский, С., прот. Жизнь патриарха Никона / С. Кашменский // Вятские епархиальные ведомости. – 1875. – №7. – С. 160–173.

12. Костомаров, Н.И. Патриарх Никон / Н.И.Костомаров // Костомаров Н.И. Русская история в жизнеописаниях ее главнейших деятелей. Господство дома Романовых до вступления на престол Екатерины II. – Вып. 4 XVII столетие, 1874. – 220 с.

13. Линд, Т Никон и Аввакум / Т.Линд. – М.: типо-лит. т-ва В. Чичерин , 1910. – 80 с.

14. Лотман, Ю.М. Структура и семиотика художественного текста / Ю.М. Лотман. [Отв. ред. Ю. Лотман]. – Тарту: ТГУ, 1981. – 148 с.

15. Михайловский, С. Святейший Никон, патриарх Всероссийский / Соч. свящ. Самуила Михайловского. – СПб.: тип. духов. журн. «Странник», 1863. – 359 с.

16. Мордовцев, Д.Л. За чьи грехи?: [Повесть из времен восстания С. Разина]; Великий раскол: [Роман] / Д.Л. Мордовцев. – М.: Правда, 1990. – 621 с.

17. Мордовцев, Д.Л. Святой патриарх / Д.Л. Мордовцев. – М.: Изд. центр «Терра», 1995. – 557 с.

18. Николаевский, П.Ф. Обстоятельства и причины удаления патриарха Никона с престола / П.Ф. Николаевский. – СПб.: тип. Ф. Елеонского и К0 , [1883]. – 28 с.

19. Николаевский, П.Ф. Жизнь патриарха Никона в ссылке и заключении после осуждения его на Московском соборе 1666 года: Историческое исследование по неизданным документам подлинного следственного дела патриарха Никона / [Соч.] Э. о. проф. С.-Петерб. духовной акад. прот. Павла Николаевского. – СПб.: тип. Ф. Елеонского и К° , 1886. – 141 с.

20. Перетц, В.Н. Слухи и толки о патриархе Никоне в литературной обработке писателей XVII – XVIII вв. / В.Н. Перетц // Известия Общества русского языка и словесности. – 1900. – Т. 5. – Кн. 1. – С. 123 – 190.

21. Платонов, С.Ф. Никон / С.Ф.Платонов// Патриарх Никон: трагедия рус. раскола / [сост. В. И. Мельник, И. М. Стрижова]. – М.: Даръ , 2006. – 654 с.

22. Сергеев, Н. Краткое жизнеописание святейшего патриарха Никона / Сост. свящ. Николай Сергиев. – Вятка: тип. Куклина (б. Красовского), 1888. – 18 с.

23. Соловьев, С.М. История России с древнейших   времен / С.М.Соловьев. – Т. 11–12. – М.: Мысль, 1991. – 671 с.

24. Суворов, Н. Нечто для биографии патриарха      Никона / Н.Суворов//

Вологодские епархиальные ведомости. – 1867. – №4. – С. 110–119.

25. Толстой, М.В. Рассказы из истории русской церкви/ М.В.Толстой. – Сортавала: Спасо-Преображ. Валаам. монастырь, 1991. – 735 с.

26. Филиппов, М.А. Патриарх Никон: Ист. роман: в 2 кн. / М.А. Филиппов. – Саранск: Тип. «Красный Октябрь», 1995. – 590 с.

* * *

1

См.: Николаевский, П.Ф. Обстоятельства и причины удаления патриарха Никона с престола. – СПб., 1882; Суворов, Н. Нечто для биографии патриарха Никона // Вологодские епархиальные ведомости. – 1867. – №4. – С. 110–119; Линд, Т Никон и Аввакум. – М., 1906; Валишевский, К. Первые Романовы. – М., 1989; Филиппов, М.А. Патриарх Никон: Исторический роман: в 2 кн. – М.; СПб., 1994. – Саранск, 1995.

Вам может быть интересно:

1. Православная Богословская энциклопедия или Богословский энциклопедический словарь. Том II. Археология - Бюхнер – Беза профессор Александр Павлович Лопухин

2. Беседа на слова: «Какою властью Ты это делаешь?» (Мф.21:23) святитель Иоанн Златоуст

3. Православная Богословская энциклопедия или Богословский энциклопедический словарь. Том III – Валериан, имя нескольких св. мучеников. профессор Александр Павлович Лопухин

4. Письма – 216. Не ропщите, если на письмо нет ответа, причиною  может быть и болезнь преподобный Антоний Оптинский (Путилов)

5. Мои дневники. Выпуск 5 архимандрит Никон (Рождественский)

6. Очерки православно-христианского вероучения священник Георгий Орлов

7. Очерки православно-христианского вероучения священник Георгий Орлов

8. Письма священномученик Киприан Карфагенский

9. Православная Богословская энциклопедия или Богословский энциклопедический словарь. Том I – Аетии профессор Александр Павлович Лопухин

10. Православная Богословская энциклопедия или Богословский энциклопедический словарь. Том II. Археология - Бюхнер – Афанасия, игумен., преп. эгинская профессор Александр Павлович Лопухин

Комментарии для сайта Cackle