протоиерей Петр Смирнов

Слово в день Рождества Господа нашего Иисуса Христа. (Об обстоятельствах Рождества Христова). Святого Григория Двоеслова, папы Римского

Во дни тыя, изыде повеление от кесаря Августа, написати всю вселенную. И идяху вcu написатися, кождо во свой град. Взыде же и Иосиф, из града Назарета, во град Давидов, иже нарицается Вифлеем (Лук. 2:1, 3, 4).

Намереваясь с Божиею помощью совершать предстоящее торжество, я не намерен ныне утомлять вашего внимания, слушатели, пространною беседою; но, во славу родившегося Спасителя, кратко побеседую с вами.

Прежде всего скажем, братиe, для чего пред Рождеством Христовым Август кесарь повелел учинить перепись во всей вселенной. Оная перепись обозначает то, что грядущий к нам во плоти Господь написует избранных Своих в жизни вечной. В противоположность сему говорится у Пророка об отверженных: да потребятся от книги живых, и с праведными да не напишутся (Псал. 68:29). Прилично и то, что Спаситель рождается в Вифлееме, потому что Вифлеем толкуется – дом хлеба, а Сам Он (Господь) говорит: Аз есмь хлеб животный иже сшедый с небесе (Ин. 6:51). Потому и место, где рождается Господь, названо еще прежде „домом хлеба», что здесь непременно долженствовал явиться в веществе плоти Тот, Кто насытит души избранных пищею духовною. Рождается Он не в дому родительском, а на пути, – показывая тем, что по человечеству Своему, Им восприятому, рождается как бы в чужом месте; называю чужим не в отношении к Его власти, а в отношении к Его естеству, ибо о власти Его пишется: во своя прииде (Ин. 1:11). По естеству Он рожден прежде времени, а к нам пришел во времени: потому, когда, пребывая вечным, явился подлежащим времени, то место, куда сошел, для Него чужое. А как у Пророка сказано: всяка плоть сено (Пс. 40:6), то, соделавшись человеком, сено наше превратил в пшеницу Тот, Кто говорит о Себе: аще зерно пшенично пад не умрет, то едино пребывает: аще же умрет, мног плод сотворит (Ин. 12:24). Потому, по рождении, Он восклоняется в яслях, дабы всех верных, как святых Своих, напитать пшеницею плоти Своей, дабы не остаться им гладными, без пищи вечной истины. А что значит явление Ангела бдящим пастырям, и облистание их светлостью Божественною, как не то, что те паче прочих достойны созерцать предметы небесные, кои бдительно начальствуют над стадами верных? Когда они благочестиво бодрствуют над стадом, то Божественная благодать озаряет их наиболее.

Рождение Царя возвещает Ангел, а со гласом возвещающего соединяют гласы свои хоры Ангелов, и сорадуясь восклицают: слава в вышних Богу и на земли мир, в человецех благоволение! Прежде, нежели родился плотью наш Искупитель, мы были в несогласии с Ангелами, потому что, по первому преступлению и по всегдашним грехам, мы весьма далеко отстояли от их светлости и чистоты. Так как, по грехам, мы были странны от Бога, то и Ангелы, граждане Божии, почитали нас странными, чуждыми своего сообщества. Но когда мы познали Царя нашего, признали и нас Ангелы своими согражданами: ибо как Царь Небесный восприял земную нашу плоть, то и высокая ангельская природа уже не презирает нашей немощи. Возвращаются к миру с нами Ангелы, отлагают прежнюю мысль о несогласии, и уже не презирают нас как бессильных и отверженных, а уважают как сотоварищей. Посему-то мы видим, что когда Лот и Иисус Навин покланяются Ангелам, это поклонение им не воспрещается: но когда Иоанн (в Апокалипсисе своем) хотел поклониться Ангелу, сам Ангел удержал его и признал это неприличным: виждь, говорит, ни: клеврет бо твой есмь и братии твоея (Апок. 22:9). Отчего, до пришествия Искупителя Ангелы молчат, видя поклоняющихся им людей, а после отказываются от поклонения? если не оттого, что видят ныне, презренную прежде, природу нашу вознесенною превыше их, и страшатся видеть повержение ее пред нами? Теперь они как бы не смеют презирать под собою, за немощь, ту природу, которую почитают над собою в Царе – Небесном. Не почитают для себя низким иметь сотоварищем человека те, которые покланяются превысшему их Человеку – Богу.

Постараемся же, братия возлюбленные, не допустить, чтобы осквернила нас какая-либо нечистота, помня, что по вечному предведению мы – и граждане Божии и равны Ангелам Божиим. Укрепим за собою достоинство наше добродетелью, да не осквернит нас никакая роскошь, да не обвинит нас никакой помысл бесчестный, да не угрызает души злоба, не растлит язва зависти, не воздымает превозношение, не терзает земными утехами тщеславие, не воспламеняет гнев. Ибо человеки названы богами. Защищай же, человек, честь Божию против пороков, потому что для тебя человеком соделался Бог, Который живет и царствует во веки веков. Аминь73.

* * *

73

См. Ореr. s. Gregorii, tom. V, Homil. іn Evang. 8; сравн. „Беседы на Евангелия иже во свв. отца нaшeгo Григория Двоеслова“, перен. архим. Климента. C.-Пeтepбyрг, 1860 г., кн. 1, стр. 67–71; „Воскресн. Чтен.“, XI (1845–1846) г., стран. 513–514; XIV (1850–1851) г., стр. 352–354.


Источник: Церковная проповедь на двунадесятые праздники : Слова, беседы, поучения святых отцов и учителей Церкви и известнейших писателей церковных. Части 1-2. / сост. П. Смирнов.– Киев : Лито-Типография И.И. Чоколова, 1904. / Ч. 2. – 905, XII с.

Комментарии для сайта Cackle