протоиерей Вячеслав Резников

Седмица 20-я по Пятидесятнице

Понедельник. О богатых, о ропщущих и о сомневающихся

Лк.6:24–30

Флп.2:12–16

В пересказе евангелиста Луки Господь в Своей Нагорной проповеди изрекает кроме «блаженств» еще и «горе»: «Горе вам, богатые! ибо вы уже получили свое утешение. Горе вам, пресыщенные ныне! ибо взалчете. Горе вам, смеющиеся ныне! ибо восплачете и возрыдаете». Как видим, «горе» не просто богатым, но при этом еще и – пресыщенным, и – самодовольно смеющимся. Потому что такой человек никогда не возведет, вместе с пророком Давидом, очи свои «ко Господу Богу нашему, дóндеже ущедрит ны» (Пс.122). Самодовольному богачу кажется, что он «разбогател, и ни в чем не» имеет «нужды». Но Господь говорит ему: «…а не знаешь, что ты несчастен и жалок и нищ» (Откр.3:17). Премудрый Соломон молил Бога: «…богатства не давай мне, – питай меня хлебом насущным, дабы пресытившись, я не отрекся от Тебя и не сказал: «кто Господь?» (Притч.30:9). Действительно, «трудно богатому войти в Царство Небесное» (Мф.19:23).

Но достаточно ли быть бедным, достаточно ли внешне быть делателем заповедей Божиих, чтобы войти туда? И бедных Апостол предостерегает: «все делайте без ропота». И – делателям говорит: «Все делайте без … сомнения». В перенесении бедности и унижения должно быть радостное чувство, что идешь прямым, Христовым путем к спасению. А если даже подставляешь правую щеку после удара по левой, а в сердце при этом ропот и уныние, то никакой ты не подвижник, а – жалкий раб. Только бессилие заставляет тебя покоряться. Известен рассказ из Патерика, как жили мать и две дочери. Жизнь матери прошла в бедности и страданиях. И вдруг после ее смерти было открыто, что она не с Богом! – Потому что несла свой крест с постоянным ропотом. Спасительна лишь добровольная жертва. Потому-то в житиях мучеников за веру всегда четко видим момент свободного выбора. Мучители предлагают: поступи против совести и – живи. А он свободно избирает смерть, нежели измену Христу.

А сомневающийся, по словам апостола Иакова, «подобен морской волне, ветром поднимаемой и развеваемой» (Иак.1:6). Такой, если и делает что-то по-видимому доброе, то – не столько по сознательному и свободному выбору, сколько – под напором внешних сил, или с элементом корысти. А Господу угодна жертва чистая и непорочная.

Так что богатому надо чаще размышлять о бренности всего земного, вспоминая слова Апостола Иакова: «Послушайте вы, богатые: плачьте и рыдайте о бедствиях ваших, находящих на вас. Богатство ваше сгнило, и одежды ваши изъедены молью. Золото ваше и серебро изоржавело, и ржавчина их будет свидетельством против вас и съест плоть вашу, как огонь: вы собрали себе сокровище на последние дни» (Иак.5:1–3).

Сомневающемуся надо чаще спрашивать свою совесть: что же я делаю? Если доброе, то почему сомневаюсь? А если злое, то почему делаю?.. Однажды преподобному Савве Освященному в пустыне явился диавол в виде льва, который то наскакивал, то пятился от него. Савва спросил: если Бог укрепил тебя на меня, то что пятишься? А если нет, то что понапрасну наскакиваешь?

А ропотному и унылому терпеливцу, может быть, надо воспротивиться обстоятельствам и «ополчась на них, сломить противоборством». Все-таки будет труд, победа над трусостью, и не будет лицемерного обмана других, да и в первую очередь самого себя.

Вторник. О искании своего и угодного Иисусу Христу

Лк.6:37–45

Флп.2:17–23

Сообщив Филиппийцам о намерении послать к ним Тимофея, Апостол Павел так мотивирует это решение: «Ибо я не имею никого равно усердного, кто бы столь искренне заботился о вас: потому что все ищут своего, а не того, что угодно Иисусу Христу». Однако же, хотя Апостол и говорит «все», но ведь есть же у него и иные сотрудники, о которых он с любовью вспоминает, и которых приветствует…

Очевидно, искать «своего» и искать «того, что угодно Иисусу Христу» – не исключает друг друга. Господь сотворил нас, чтобы мы разделяли с Ним радость вечного блаженства. Так что желать себе блага, искать «своего» – естественно для человека и угодно Творцу. Другое дело, что грех, извратив понятие о истинном благе, расколол сознание человека надвое. И одно почему-то стало называться «мое», а другое «не мое». Господь же и тут не отрицает права искать «своего». Он не укоряет за то, что не хотим быть судимыми, хотим, чтобы нам все прощалось, и чтобы нам в изобилии давалось нужное для жизни. Он подсказывает, как этого достичь: «Не судите, и не будете судимы; не осуждайте, и не будете осуждены; прощайте, и прощены будете; давайте, и дастся вам». «Ибо какой мерою мерите, такою же отмерится и вам». Иными словами, когда нить моей воли начинает искать «мое», Господь заводит ее через «не мое», через моего ближнего.

Но что происходит дальше. Вот, последовав Божьим словам, почувствовал некоторую привязанность к ближнему. Почувствовал, что «не мое» на самом деле не совсем не мое, и захотел устранить то, что по-видимому мешает ему стать совсем «моим», и сказал: «брат! дай я выну сучок из глаза твоего». И вот тут уже Господь завершает ваше соединение, замыкая на тебя самого нить твоей по-видимому благой воли. Он говорит:

Что смотришь на сучок в глазе брата твоего, а бревна в твоем глазе не чувствуешь? Или как можешь сказать брату твоему: «брат! дай я выну сучок из глаза твоего, когда сам не видишь бревна в твоем глазе? Лицемер! вынь прежде бревно из твоего глаза, и тогда увидишь, как вынуть сучок из глаза брата твоего». Только через общение с ближним, всегда непростое, открывается, что в твоем глазе – бревно, которое не кому-то, а именно тебе может заградить вход в Царство Небесное. Пока его не вынешь, и ближнему не поможешь. «Нет доброго дерева, которое приносило бы худой плод; и нет худого дерева, которое приносило бы плод добрый». А всякое доброе дерево, прежде чем напитать кого-то плодами, сколько-то времени само должно укореняться в земле и набирать силу. Лишь приобретя опыт в борьбе с собственными страстями, увидишь, как помочь брату. А может быть после твоей победы над собой его сучок и сам выпадет. А может быть своим уже чистым оком увидишь, что никакого сучка в глазе брата вовсе и не было, и ничто вас по-настоящему никогда не разделяло…

Истинное единение достигается только таким, глубоким и основательным путем. В его основе – естественное искание своего личного блага и открытое Богом знание – каким путем этого блага достичь. И тогда даже в самых тяжелых обстоятельствах скажешь своим ближним: «если я и соделываюсь жертвой за жертву и служение веры вашей, то радуюсь и сорадуюсь всем вам. О сем и вы радуйтесь и сорадуйтесь мне».

Среда. О строительстве домов

Лк.6:46–7:1 Флп.2:24–30

Господь говорит: «Всякий, приходящий ко мне и слушающий слова Мои и исполняющий их, скажу вам, кому подобен: Он подобен человеку, строящему дом, который копал, углубился и положил основание на камне, почему, когда случилось наводнение, и вода наперла на этот дом, то не могла поколебать его, потому что он основан был на камне. А слушающий и не исполняющий подобен человеку, построившему дом на земле без основания, который, когда наперла на него вода, тотчас обрушился; и разрушение дома сего было великое».

Тут имеется в виду не просто слушающий и не разумеющий, но – слушающий активно: запоминающий, анализирующий, успешно сдающий экзамены, умеющий рассуждать на божественные темы, вовремя и к месту сказать нужное слово, дать верный совет. Построенное им – тоже здание, настоящее, в котором можно жить. Внешне оно ничем не отличается от построенного на камне. Но вдруг, при первом же искушении, – где он? Что осталось от его «мудрости»? – «И разрушение его было великое». И тем более великое, чем тщательнее строил, чем складнее говорил, чем больше им было услышано, но… не исполнено собственной жизнью! И при всех своих отличных дипломах вдруг услышишь: «Что вы зовете Меня «Господи! Господи!» и не делаете того, что я говорю»? Причем, если не выполняем даже «одну из заповедей сих малейших» (Мф.5:19). И апостол Иаков пишет о том же: «Кто соблюдает весь закон и согрешит в одном чем-нибудь, тот становится виноватым во всем» (Иак.2:10). Ибо Тот же, Кто повелел одно, повелел и другое.

Но не будем отчаиваться. Потому что Господь осуждает не тех, кто просто «нарушит одну из заповедей сих малейших», но кто «и научит так людей». Одно дело, когда мы нарушаем по немощи, по невниманию, и от всего сердца раскаиваемся. И совсем другое – когда сознательно заявляем, что нечто, сказанное Господом, можно и не соблюдать, что это либо заведомо невозможно, либо – относится совсем не к нам. Вот именно тут мы начинаем строить на песке. Именно такие, не столько сами нарушающие, сколько одобряющие нарушающих (Рим.1:32), – своими человеческими мнениями разрушают фундамент незыблемости и непререкаемости всего сказанного Господом Иисусом Христом.

И это, конечно, касается не только нраво-, но и вероучения. Наш Символ веры тоже основан на Божественном откровении. И сознательно исказивший, изъявший или заменивший какой-либо из двенадцати его членов, – становится «виновным во всем», становится потенциальным разрушителем и всего остального, взорвав Божественную неприкасаемость содержания всей нашей веры. Как бы грандиозно, разумно и красиво ни было построено это новое учение, оно будет на песке человеческого мнения, предпочтенного камню Божественного предания. Так, если человек нарушит одну из статей гражданского закона, суд не рассматривает, какие статьи он не нарушил, и что нас с ним еще объединяет? Суд исследует, – насколько он не раскаивается в своем нарушении. И в зависимости от этого – отлучает его от сообщества людей, признающих одинаковую важность всех малейших заповедей.

Четверг. О истинном обрезании

Лк.7:17–30 Флп.3:1–8

Рассказав Филиппийцам о своих узах, Апостол Павел как всегда прибавляет: «Впрочем, братия мои, радуйтесь о Господе. Писать вам о том же для меня не тягостно, а для вас назидательно». Но и снова как всегда напоминает, что любая нынешняя радость, даже радость о Господе, не есть еще окончательная радость вхождения в Небесное Царство. Пока мы здесь, забываться нельзя, и Апостол пишет: «берегитесь псов, берегитесь злых делателей, берегитесь обрезания». «Псов», то есть нападающих на Церковь извне; «злых делателей», то есть не по истине строящих церковную жизнь. И особенно он останавливается на угрозе «обрезания».

Обрезание для него – символ ложной надежды на какие-либо дела, – дела ли это ветхого закона, или даже дела личной праведности. Апостол противопоставляет такому, ложному и плотскому, – истинное, духовное обрезание. Он пишет: «берегитесь обрезания, потому что обрезание – мы, служащие Богу духом, хвалящиеся Христом Иисусом, и не на плоть надеющиеся». Не что-то отсекаем от себя, и не какими-то делами откупаемся, но самих себя отсекаем от всего, и посвящаем Богу.

Апостол вспоминает, что когда это с ним произошло, – все остальное сразу потеряло цену, хотя ему и было, на что надеяться. «Если кто другой думает надеяться на плоть, – пишет Апостол, – то более я, обрезанный в восьмой день, из рода Израилева, колена Вениаминова, Еврей от Евреев, по учению фарисей, по ревности гонитель церкви Божией, по правде законной – непорочный. Но что для меня было преимуществом, то ради Христа я почел тщетою. Да и все почитаю тщетою ради превосходства познания Христа Иисуса, Господа моего. Для Него я от всего отказался, и все почитаю за сор, чтобы приобрести Христа».

«Все почитаю тщетою», – говорит Апостол. «Все» значит не только то, что чуждо Господу, но и то, что сделано ради Него. Ведь даже в отношении Иоанна Крестителя сказано, что хотя «из рожденных женами нет ни одного пророка больше» его, но если Сам Господь, единственно по Своей милости, не введет в Царство Небесное, то «меньший» там будет «больше его», великого Пророка, Предтечи и Крестителя.

Поистине приходящий к Богу во Христе говорит: я пришел и прошу принять меня не потому, что я сделал что-то доброе и достойное; дерзаю приходить только потому, что Господь мой Иисус Христос все сделал за меня. Он Своею жизнью и смертью заслужил мне вход в Царство Небесное. Не на себя надеюсь, не собой хвалюсь, но – Им. «Ему должно расти, а мне умаляться» (Ин.3:30).

Сыны века скажут: ну хорошо, Он сделал, а ты-то причем? Да, это удивительно, и необъяснимо, и… несправедливо. И отвечают на этот вопрос только те преподобные и мученики, которые, узнав о Христе, сочли, подобно Павлу, тщетой свое знатное происхождение и богатство. А когда им еще и посылались страдания, они не восклицали: «за что?! разве мало я сделал?», – но и это считали лишь каплей в безнадежно пустую чашу благодарности своему Спасителю.

Пятница. О мышлении совершенных

Лк.7:31–35 Флп.3:8–19

«Кто из нас совершен, так должен мыслить», – пишет Апостол. Заметим, что не «так должен делать», но именно «так должен мыслить». Значит именно в мыслящей душе, в самом сердце находится тот признак, по которому «познал Господь Своих» (2Тим.2:19). А любое дело можно истолковать по-разному. Об Иоанне Крестителе, который с детства жил в пустыне, ел скудную пищу, говорили: «в нем бес». А что же? и служители бесов порой отличаются крайним аскетизмом. Вспомним священномученика Киприана, который сначала был колдуном. И он на горе Олимп, в этом обиталище бесов, сорок дней и сорок ночей ничего не вкушал. А какой власти над своим телом достигают индийские йоги! С другой стороны, за обликом человека, который общался с грешниками, ел с ними и пил вино, – многие ли увидели Единого Безгрешного, воплотившегося Бога?..

Но как же все-таки должен мыслить совершенный христианин?

«Стремлюсь, – пишет Апостол, – не достигну ли и я, как достиг меня Христос Иисус. Братия, я не почитаю себя достигшим; а только, забывая заднее, и простираясь вперед, стремлюсь к цели, к почести вышнего звания Божия во Христе Иисусе. Итак, кто из нас совершен, так должен мыслить». Итак, вот в чем совершенство: не в том, чего мы достигли и какими видимся людям; но как раз в том, чтобы искренне забывать все, чего достигли; чтобы ни во что вменять свои подвиги и заслуги, простираясь вперед, в надежде все-таки достичь Господа своей любовью, как Он Своей любовью достиг нас. Чтобы нам «познать Его, и силу воскресения Его, и участие в страданиях Его, сообразуясь смерти Его, чтобы достигнуть воскресения мертвых».

Бывало, что Господь отмечал, как совершенных, тех, кто еще ничего доброго не успел сделать, а только рванулся из тьмы греха, как, например, Закхей мытарь (Лк.19). Он только высказал намерение, а Господь уже засвидетельствовал о нем: «Ныне пришло спасение дому сему, потому что и он сын Авраама» (Лк.19:9). А люди в это время осуждали не только Закхея, известного грешника, но и Самого Господа, Который на их взгляд осквернил Себя вхождением в его дом. Кто кроме Самого Иисуса Христа слышал, как разбойник возопил на кресте: «помяни меня, Господи…»? И кто кроме самого разбойника расслышал: «Истинно говорю тебе: ныне же будешь со Мною в раю» (Лк.23:43)? А все вокруг считали обоих последними злодеями, по делам принимающими казнь.

А вот что говорит Господь тому, кто ослабил силу своей первой любви: «Вспомни, откуда ты ниспал, и покайся, и твори прежние дела, а если не так, скоро приду к тебе и сдвину светильник твой с места его, если не покаешься» (Откр.2:4–5). Того, кто оставил свое первое горение и стал теплым, Господь грозит извергнуть «из уст Своих» (Откр.3:16). И это независимо от пройденного пути.

Помня все это, будем осторожны в суждениях, кто совершен, а кто – нет. Например, когда поднимаются споры о чьей-то святости, о возможности канонизации. И особенно страшно тут говорить против. Представим себе, что вдруг встал вопрос о канонизации благоразумного разбойника. Тут же нашлись бы противники, которые поставили бы на вид всю его гнусную разбойничью жизнь. Но непременно нашлись бы и ревнители, которые, напротив, стали бы восхвалять эту жизнь, дескать, сколько он людей своими злодействами, разумеется, не без воли Божией, отправил в Царство Небесное!.. А наше дело – лишь свидетельствовать о том, что сами видели и слышали, смиренно представляя на суд тех, кто от Самого Господа «другдругоприимательно» облечен в Церкви властью «вязать и решить».

Суббота. О самоприговоре

Лк.5:27–32 2Кор.1:8–11

Во Втором послании к Коринфянам апостол Павел сообщает о некотором искушении, бывшем с ним и его спутниками, искушении до того тяжком, что «не надеялись остаться в живых». И чтобы научить нас, как поступать в таких случаях, Апостол рассказывает, как они поступили. А они «сами в себе имели приговор к смерти, для того, чтобы надеяться не на самих себя, но на Бога, воскрешающего мертвых».

«Сами в себе имели приговор к смерти»… Но что же тут удивительного? Разве мы и так уже словом Божьим не приговорены к смерти? Разве не было сказано Адаму после грехопадения: «прах ты, и в прах возвратишься» (Быт.3:19)? Да, это было сказано. Но сказано и то, что «нет праведного ни одного… все совратились с пути, до одного негодны» (Пс.13:1–3). Однако же некоторые до того безнадежно не слышат, что Господу, пришедшему для спасения всех человеков, приходится говорить: «Я пришел призвать не праведников, а грешников к покаянию». Сказано также: «и познаете истину, и истина сделает вас свободными». А люди отвечали: «Мы … не были рабами никому никогда; как же Ты говоришь: «сделаетесь свободными?» (Ин.8:32–33).

Есть сказанное Божье слово, есть открытая в нем истина, и надо сделать ее – своей истиной: самому понять, что ты грешен, самому понять, что ты – раб, самому приговорить себя к смерти… Чтобы помочь в этом, Господь и попускает такие искушения, как например смертельная опасность. Это удобнейший случай вдруг увидеть свою полную беспомощность; увидеть всю убийственную силу греха, и что надеяться уже не на кого, кроме Бога, и даже не избавляющего от смерти, но – воскрешающего мертвых. Что и сделали от всего сердца Павел и его спутники. А Господь вдруг избавил их «от столь близкой смерти».

Но приговорив себя к смерти, нельзя лукаво ожидать немедленного избавления. А еще более надо опасаться другой крайности. Диавол может шепнуть: если уж ты, и притом совершенно справедливо, приговорил себя к смерти, то сам немедленно и исполни приговор, наложи на себя руки… Ведь он всегда старается столкнуть с царского пути: влево или вправо, вперед или назад, вверх или вниз, – лишь бы столкнуть. И всегда под благовидным предлогом. Вот один пример. Некий человек пришел в храм. А у него был дар видеть то, что другие не видят. Он постоял на Литургии, посмотрел, а потом говорит: «причащаться я никогда не пойду, и вообще не понимаю, как люди имеют наглость подходить к Чаше. Это такая святыня, от нее исходит такой Божественный свет»!.. А когда, спустя некое время, он все же пошел на исповедь, то потом с восторгом рассказывал: «только я встал на ступеньку, чтобы подойти к священнику, как сразу почувствовал, что уже прощен! И даже можно было бы не подходить и не исповедоваться»!.. Отсюда и видно, что дар его был не от Бога: враг – то не давал ему подойти, вопреки словам Христовым: «пейте из нее все» (Мф.26:27), то – старался опередить, не дать свершиться другим Господним словам: «Кому простите грехи, тому простятся; на ком оставите, на том останутся» (Ин.20:23).

Слово Божье надо внимательно слушать и тщательно исполнять. Приговорил себя к смерти, значит, жди ее, как торжества справедливости. А если угодно будет Господу, то сподобишься и отсрочки. Потому, что лишь приговоривший себя к смерти поистине знает, на что употребить и временную, земную жизнь.

Восресение. О наинской вдове и царе Давиде

Неделя 20-я

Лк.7:11–16 Гал.1:11–19

Когда Господь приблизился к воротам города Наина, из них «выносили умершего, единственного сына матери, а она была вдова». Так, навстречу друг другу шли две процессии: и за Иисусом «шли многие из учеников Его, и множество народа»; и за покойником и его матерью «много народа шло… из города».

Вот эти две процессии соприкоснулись своими главами: впереди одной – Иисус Христос, впереди другой – мертвец. И разве могли они так и разминуться? Даже если бы Иисус был просто одним из очередных учителей человечества, Он все равно не имел бы права обойти смерть, эту главнейшую проблему человеческой жизни. Он все равно должен был остановиться и сказать на эту тему хотя бы несколько слов. Только разве бедной вдове нужно философское осмысление смерти? – Ей нужен ее единственный сын! И только Сам Бог мог его вернуть. И Иисус «подошед, прикоснулся к одру». «Несшие остановились». «И Он сказал: юноша! Тебе говорю: встань. Мертвый, поднявшись, сел и стал говорить; и отдал его Иисус матери его. И всех объял страх, и славили Бога, говоря: великий пророк восстал между нами, и Бог посетил народ Свой».

Но прежде чем вернуть сына, Господь потребовал от вдовы: «не плачь»!.. Зачем бы это? Верни сына, и плач сам претворится в радость. Но Господь, ранее сказавший «блаженны плачущие» (Мф.5:4), теперь сказал так. Потому что «естественные», «природные» люди, которых Господь называет «язычниками», и плачут и радуются не так, как Божьи люди. Вдова лишилась сына, и – неутешно плачет.

А вот, что рассказывает Писание о царе и пророке Давиде. Когда у него заболел ребенок, то «молился Давид Богу о младенце, и постился Давид, и уединившись», лежал на земле. «На седьмой день дитя умерло, и слуги Давидовы боялись донести ему, что умер младенец; ибо, говорили они, когда дитя было еще живо, и мы уговаривали его, и он не слушал голоса нашего; как же скажем ему: «умерло дитя»? Он сделает что-нибудь худое. И увидел Давид, что слуги его перешептываются между собою, и понял Давид, что дитя умерло, и спросил Давид слуг своих: умерло дитя? И сказали Давиду: умерло. Тогда Давид встал с земли, и умылся, и помазался, и переменил одежды свои, и пошел в дом Господень и молился. Возвратившись домой, потребовал, чтобы подали ему хлеба, и он ел. И сказали ему слуги: что значит, что ты так поступаешь: когда дитя было еще живо, ты постился и плакал; а когда дитя умерло, ты встал и ел хлеб»? Но на самом деле – как все просто: «доколе дитя было живо, я постился и плакал, ибо думал: кто знает, не помилует ли меня Господь, и дитя останется живо? А теперь оно умерло; зачем же мне поститься? Разве я могу возвратить его? Я пойду к нему, а оно не возвратится ко мне» (2Цар.12:16–23).

Секрет в том, что Давид знает, что есть Бог. А кто этого не знает, тот в оцепенении, с ужасом глядит в разинутую пасть смерти. Когда же ее челюсти смыкаются над кем-то из ближних, – предается безмерной печали. И в этом отчаянии есть нечто богохульное. Человек вопит: да будет воля моя! не принимаю Твоей воли!.. А это пресекает возможность дальнейшего взаимодействия с Богом. Господь же и от свидетелей других воскрешений требовал веры. И Иаиру говорил: «не бойся, только веруй»! И – Марфе, перед воскрешением Лазаря: «не сказал ли Я тебе, что если будешь веровать, увидишь славу Божию» (Ин.11:40)?

Так что если мы хотим участвовать в грядущем воскресении мертвых и принять воскресшими наших родных и близких, то расставаясь с ними на время, мы должны хоть в какой-то мере услышать это властное «не плачь», сказанное нашим Господом Иисусом Христом, владычествующим над живыми и мертвыми.


Источник: Полный круг проповедей / Протоиерей Вячеслав Резников, - М., Изд-во Братства святителя Алексия, 1999 г. - 512 с. ISBN 5-86060-036-4

Комментарии для сайта Cackle