Г.И. Ясиницкий

Глава XII. Космогонии разных народов

В заключение нашей книги приведем понятия разных народов о сотворении мира, сохранившиеся в древнейших верованиях мифах, и легендах. На основании их не трудно будет сделать определенные выводы, которые еще больше поднимут в наших глазах Божественное повествование по этому поводу.

Возьмем для начала наиболее невежественную часть населения земли, жителей черной Африки, особенно тех из них, которые живут к югу от центра страны. Ратцель рассказывает, что у них существует такая легенда о самом начале вещей: «В начале были двое. Один выкопал в земле большую яму, сел возле нее и приказывал всем прохожим бросить ему камнем в голову. Камень при этом отскакивал назад, умерщвляя бросившего, и тот падал в яму. Когда же другому рассказали, что таким образом погибло много людей, то он пошел к своему двойнику, но не стал бросать в него камень, а отвлек его внимание и потом ударил так, что он упал в собственную яму. После этого наступил мир, и люди снова стали счастливо жить».

Даже в этой кажущейся бессмыслице не трудно усмотреть сходство с повестью об Эдипе и Зикфриде, умертвившем дракона, именно, о той драме, какая произошла на земле до нашего человечества. Намеки на нее, как мы видели, имеются и в самой Библии.

У жителей Америки, индейцев, стоящих на более высокой ступени интеллектуального развития, и понятие, связанное с началом земли, более отчетливое.

В большинстве случаев господствует представление о бесконечной, все покрывающей водной бездне, из которой в начале всего земля мало-по-малу выплывает44. Удивительное согласие с Библией. См. Быт. 1:2,6.

Америка сохранила наибольшее число легенд о потопе, поэтому коренное население ее из трех стихий: земли, огня и воды, предпочтение отдает последней.

Согласно перуанского мифа в начале ничего не было, кроме неба, – ни людей, ни животных, ни птиц, ни рыб, ни камней, ни гор, ни долин. Какое поразительное и точное совпадение, если сравнить этот перечень созданий в обратном порядке с тем порядком, который указан в первой главе Библии! – Лицо земли было скрыто. Ничего не было, кроме волнующегося моря и неба. Не было ничего прочного, не было глины, невозможны были дурные поступки, на небе не зачем было греметь, не было пеших странников, была только молчаливая вода, спокойный океан и штиль. Все было молчание, покой, мрак и ночь; был только тот, кто все делает и всему придает форму, бурный ветер, летучий змей. Отцы и матери спали в водах, в неясном полумраке, покрытые зелеными перьями. Бурный ветер, почитаемый за бога Уракан (отсюда наше слово «ураган»), постепенно выгонял материк из бездны на поверхность.

Сообщение очень интересное. Не менее интересно попутно отметить, что у древних индейцев, как и у семитов, а также у современных монгольских племен, горы и холмы имеют священное значение. Перуанцы верят, что их первые предки вышли из таинственной пещеры вблизи Куско, предки ацтеков вышли из местности под названием Чикомосток, т. е. из семи пещер, расположенных на север от Мексики. На основании этой легенды существует предположение, что власть у них принадлежала семи князьям. Интересно, что 7 у них священное число, так же как в Библии. Еще поразительнее то, что на древнейших барельефах, найденных в Сев. Америке, жрецы изображаются с эмблемой четырехконечного креста в своих руках. Не являлся ли крест и для этих неизвестных нам древних народов символом искупления во Христе Иисусе? Подобный крест был найден также на Крите в Средиземном море (см. Мережковского «Атлантида – Европа») и привел исследователей к заключению, что идея его у древнейших критян имела смысл близкий к идее христиан и, м. б , в свою очередь подготовляла людей того времени к Голгофе.

У ацтеков, важнейшим жертвоприношением Высшему Божеству было принесение вырванных живых сердец, для чего у намеченной жертвы (человека) прорезалась грудная клетка против сердца. Не говорит ли эта жертва также о смутном предвидении искупительной жертвы Христа, сердце Которого было прободено копьем римского воина? Томление по истинному искуплении у ацтеков, несомненно.

Следует остановиться на космогонических представлениях полинезийских народов. Главным богом Полинезии считается Тангалоа, которого в большинстве случаев считают богом неба и моря. Он Творец. Представления о том, как создан был мир, весьма различны. Встречаются символические образы (как и в других местах) мировой птицы и космогонического яйца (образное толкование Библии допускает такое представление, по мнению некоторых, см. Быт. 1:2), высшее же существо создало мир разными способами. В одних местах мир представляется скорлупой, телом Тангалоа, в других же он возникает после нескольких неудачных попыток; наконец, в-третьих, он выловлен богом из моря. Часто люди называются небесными существами и отождествляются с богами. – Не на том ли основании, что они сотворены по «Его образу и подобию»?

В Новой Зеландии в мифе о сотворении всего дается представление о Папе и Ранге (небо и земля), которые были разделены детьми своими. Раньше небо лежало на земле, и всюду был мрак. Они никогда до того не были разъединены. Дети неба и земли старались найти разницу между светом и тьмой, днем и ночью, потому что людей стало много, а мрак продолжался. Тут вдруг поднялась дикая война и буря, так что одна часть земли исчезла, только небольшая часть осталась сухой. Свет продолжал размножаться, а от этого размножался и народ...

Гавайцы излагают свою космогонию в духе эволюции. В священной песне говорится, что в начале период скрытого света не знает еще солнца, (См. Быт. 1:3) картина будущего мира неясно обрисовывается в матовом свете луны сквозь мощный облачный покров Макалии; начало мрака в глубоких корнях бездны, начало ночи ночей... (Священная сага стр. 30). Все еще покрыто первоначальной ночью, и вот начинает становиться заметным известный светлый блеск. Макалии, плеяды знаменуют собой вмешательство и воздействие космических сил на планеты. Почитаемый бог Мауи – солнца возник из морской пены. Интересно, что когда этот бог старается выудить землю из глубины моря, он терпит кораблекрушение и т. д. Приходиться озадачиться, почему полинезийцам было известно обрезание.45

В противоположность другим народам, египтяне представляли себе небо, как женщину, а землю, как мужчину. По представлению одних, небо – женщина Нут, склонившаяся над землей – Кеб и опирающаяся об нее руками и ногами.

Вода для египтян, как и для некоторых других народов, была первоначальным принципом, откуда исходит всякая жизнь. Эта первоначальная вода носит название Нун и содержит в себе все мужские и женские зародыши жизни. (Уместно заметить, что в Библии делается определенное указание на то, что первичные животные, пресмыкающиеся, рыбы и птицы были вызваны к жизни из воды, см. Быт. 1:20–21). По мнению одних бог Ра вышел из этой Нун, по другим же воззрениям, Ра возник из яйца в виде птицы или юноши. В нижнем Египте первой причиной жизни считается бог Тум; в начале в хаосе или первоначальной воде, никого, кроме него, не было, и самооплодотворением он произвел: Шу и Тефнет. Кеб и Нут (земля и небо) лежали в первоначальной воде, крепко обняв друг друга; Шу протянулся между ними и поднял Нут над землей, так что солнце могло начать свой ежедневный круговорот. Имя богини Тефнет46 производят от «росы» или как слой воздуха, отделяющий небо от земли. Кеб и Нут с своей стороны породили Озириса, бога, олицетворяющего солнце, – переходные периоды времени от разлития Нила до засухи, и наоборот; они же т. е. Кеб и Нут породили плодородную землю и Нил, Сета (бог пустыни) и двух сестер: Изиду и Нефтис; таким образом, был устроен мир.

Рассматривая эту космогонию, как ни запутана она именами созданных человеком богов, олицетворявших окружающие его стихии, тем не менее, в ней не трудно усмотреть много общего с указаниями Библии.

Не меньше сходства и тождественности с историей миротворения, представленного Библией, находим в космогонии древнего Вавилона. Великий вавилонский рассказ о сотворении мира, эпос семи таблиц «Энума элиш», названный так по его первым словам «когда там наверху», представляет собою солнечный миф, долженствующий возвеличить бога Мардука, как творца, царя богов и правителя мира. По единогласному решению богов Мардук, становится царем богов; в награду за победу над драконом первобытного хаоса ему вручаются таблицы судеб, и в его честь празднуют на небе первый праздник весны – Загмук. Тиамат – дракон первобытного хаоса.

Содержание эпоса семи таблиц следующее.

В Таблице первой сообщается о том, что в самом начале не было ни неба, ни земли, были только соединившиеся воды первобытного океана, Апсу и всеобщей матери Тиамат (змеи) и сына ее Мумму. Тогда были созданы боги. Против новых богов составляется заговор со стороны Тиамат, и хотя заговор открывается одним из богов (Эа), однако, Тиамат готовится к мстительной борьбе. На ее стороне выступают созданные ею войска во главе с одиннадцатью чудовищами (знаки Зодиака) и Кингу (супруг Тиамат) ими предводительствует. В таблице второй говорится, как против этого войска бог Аншар уговаривает выступить своего сына Ану, который добивается доклада высшему богу Мардуку.

В таблице третьей говорится, как боги на общем совещании решают передать власть борьбы Аншару.

В таблице четвертой делается сообщение об испытательном чуде, какое творит Аншар с помощью Мардука, уничтожая и воссоздавая ткань на глазах богов. В прекрасном вооружении в состав, которого, между прочим, входят, ветер, перун, пылающий огонь и сеть, он выходит на Тиамат. Он подымает свое тяжелое оружие – абубу. Таким же словом называется потоп. В страшной борьбе он одолевает Тиамат и ее войско и отнимает у Кингу краденые таблицы судеб, одев их на грудь. Он связывает одиннадцать чудовищ, но щадит их. Дальнейшее повествование касается того, как побежденные боги переводятся на небо в качестве созвездий. Мардук, занимающий теперь место Кингу, стоит перед двенадцатым знаком Зодиака, ибо один из двенадцати знаков навсегда исчез в солнце. Мардук, разделяет тело Тиамат (олицетворение океана), одна половина отныне, как небесный океан, служит границей небесной области победоносных богов. Над небесным океаном возводят Эсару, дворец неба, подобно тому, как землю возводят над Апсу, водной глубиной, подземным мир. Эсара служит жилищем триаре богов Ану, Бел и Эа.

В таблице пятой говорится, что после учреждения этого места пребывания богов (семи планет) избирается круг зодиака, устанавливается деление года, месяцев, место Нинибу, где солнце и луна достигают кульминационного пункта в своем круговороте, четыре страны света, как точки солнечной орбиты, и наконец, путь луны. Большая часть этой таблицы отсутствует.

Шестая таблица посвящена рассказу о сотворении людей. Мардук говорит, обращаясь к Эа: «Хочу взять кровь, хочу набрать глины, хочу создать человека, чтобы он населял землю, чтобы на него был возложен долг служить богам, живущим в своих божественных чертогах». (Интересно, что в Библии глина, из которой сотворен человек, в подлиннике называется «красной глиной»).

Седьмая таблица заканчивается восхвалением творческого деяния Мардука и призывом поклоняться ему, ибо от него зависит спасение.

О Зодиаке у вавилонян было такое представление, что это земное царство на небе, в котором живут боги и открывают себя людям в образе великих семи светил. Зодиак называется небесной плотиной. Изображением его служит храмовая башня из семи ступеней. В виде семи сфер или ступеней, концентрических кругов соответственно параллельным сферам великих планет, пересекающих зодиак на различных расстояниях, зодиак, как небесная башня, возвышается к небу высшего бога, Ану, восседающего на троне в светлом блеске высшего неба, на небесном Нинибу, т. е. на северном полюсе неба. (См. Иова 26:7).

Недаром павший херувим говорил в сердце своем: «Взойду на небо, выше звезд Божиих вознесу престол мой, и сяду на горе, в сонме богов, на краю севера, взойду на высоты облачные, буду подобен Всевышнему» (Ис. 14:13,14).

Опять таки здесь в вавилонском эпосе творения находим: воду, дракона (змея), борьбу стихий – войну богов, победу над драконом и воссоздание космоса, затем составление светил и установление их путей, и, наконец, приведение в порядок земли и сотворение человека. Таким образом, как ни сложен пантеон богов вавилонского эпоса творения, факты его весьма схожи с фактами Божественного откровения, данного нам в Св. Писании. Можно только сказать, что откровение дано им, и нам, в соответствии с тем, насколько они, и мы, способны его понять. Проникнуть в изначальное положение космоса не дано, но дано представление о том, что до настоящего порядка вещей в космосе происходили величайшие перемены, и что наша земля также пережила какую-то катастрофу, прежде, чем сделалась способной для обитания на ней последнего человечества. Это именно те факты, которые лишь усиливают толкование Св. Писания авторитетами науки и библиологами, приведенные на предыдущих страницах этой книги.

Перейдем теперь к мифологическому представлению творения мира у японцев, как об этом сообщается в основе учения шинтоистов. Изанаги и Изанами – брат и сестра, выступая в качестве богов, становятся на небесный мост, берут в руки по копью из драгоценных камней, чтоб погрузить их в хаос, представляемый в виде пенистой массы. Из стекающей с копья массы возникает первый остров, Изанаги и Изанами спускаются на него, создают остальные острова архипелага и большое число богов. При рождении бога огня Изанами умирает. Она опускается в ад (йоми), а Изанаги следует за ней, чтобы привести ее обратно на свет Божий. Изанами готова следовать за ним, но должна посоветоваться с богами ада. В нетерпении Изанаги бросается при свете факела в ад, но к ужасу своему не находит там ничего, кроме гнилой массы, в середине которой сидят семь богов грома. В испуге он бежит назад, его преследует отвратительная богиня подземного мира. Желая избавиться от нее, он принужден бросать разные предметы, бывшие при нем, дабы отвлечь ее внимание, и таким путем ему удается выйти наверх, После этого возникают три божества Аматерас-оками, божество солнца, бог луны и Сусаноо. Между этими тремя божествами творец делит власть над плоскостью неба, над ночью и океаном. Далее много рассказывается о поведении Сусаноо, не вступающим во власть над океаном, по отношению к сестре его, богине солнца. Он пугает ее в ее чертоге, богиня ранит себя от испуга ткацким станком и уходит в небесную пещеру, отчего наступает полный мрак. Перед пещерой собираются миллиарды богов, чтоб снова вызвать богиню солнца из пещеры. Приносятся ей подарки в виде петуха, дерева сакаки, на ветвях которого навешаны драгоценные камни, большое зеркало и материя из пенки и шелка, как примирительная жертва. Поручают одному божеству прочитать молитву. Зажигают кроме того огонь (ниваби, первобытный огонь). В конце концов богиня солнца выходит и занимает свое место, а Сусаноо изгоняется с земли. Внук божества солнца спускается на землю (на вершину горы Такачихо, на юго-западе от Киушу). По легенде он сперва получает меч, вынутый Сусаноо из змеиного хвоста, драгоценные камни и зеркало, которое в символическом изображении солнечного затмения извлекло божество солнца из пещеры. Предметы эти отныне считаются императорскими регалиями. Через четырнадцать столетий – первый правитель Ниппон Джимму – Тенно является никем иным как потомком этого внука божества солнца, от которого держит свой род царствующий дом Ниппон. Однако считается, что в провинции Иэумо до сих пор живут потомки изгнанного с земли Сусаноо.

Здесь также, несмотря на сложность и запутанность легенды бросаются в глаза: начальный океан, пенистая масса, хаотический мрак, бездна преисподней, в которую попадает богиня Изанами (не та ли Тиамат в вавилонском эпосе творения мира?); затем имеется упоминание о змее и о богоподобном Сусаноо, изгнанном с земли. Не его ли Библия называет херувимом, жившим среди огнистых камней (Иез. 23:13–14). И тут тоже речь идет о драгоценных камнях! Наконец, появление острова и остальных материков земли из воды океана особенно гармонирует с сообщением Библии (Быт. 1:9). Что же касается упоминания всевозможных божеств и исчисление их в миллиардах, то не надо ли под этим разуметь ангелов сатаны, которых Бог низверг в бездну и «связал узами адского» мрака? (2Пет. 2:4). Во свете истинного Слова Божия все эти легенды народов, связанные с сотворением мира приобретают совсем другое значение.

Перейдем к Индии, посмотрим, как брамины представляют себе начало всех вещей. В Ригведе в гимне первом сказано: «тогда не было ничего существующего и ничего несуществующего, не было ни воздушного круга, ни неба вверху. Что же двигалось? Где? под чьим покровом? Была ли вода бездонной?» Дальше, в гимне втором, сказано: «Не было тогда ни смерти, ни бессмертия, ни смены дня и ночи. Единое дышало, не колеблемое ветром, по своей собственной силе, и кроме этого ничего другого не существовало». Гимн третий: «Была тьма, окутанная тьмою: и в начале вся эта масса вод была неразличима. Только громадное единое, заключенное в пустом пространстве, было создано силой искупления». Гимн четвертый: «Прежде всего, пробудилась в нем воля; и это было первое проявление духа; мудрецы, вопросившие о нем свои сердца, проницательно нашли сродство существующего в несуществующем». Гимн шестой: «Кто знает, наверное, кто может разъяснить, откуда произошло это творение? Через ее (вселенной) эманацию (истечение) произошли все божества, как ее следствие; кто же знает, откуда она сама проистекла?» Гимн седьмой: «Это творение, от которого они произошли, было ли создано или нет, известно только живущему на высшем небе хранителю вселенной, – или может быть и ему неизвестно?»47

В ведийских текстах неизменно повторяется положение: «вначале была вода», или же о воде говорится, как о первосозданном элементе. Значит и здесь как во всех других космогониях народов бросается в глаза параллель с библейским откровением: вода, тьма, безвоздушие, бездонность, хаос смешанного космоса, неразделенность, высшее небо и т. п. Там же говорится о появлении первого зародыша жизни, появившегося от вожделения (по другой версии от аскетизма) воды, именно так, как об этом повествуется в Св. Писании (см. Быт. 1:20).

Дальнейшее развитие космогонии у индусов носит явный отпечаток их, позднее сложившихся, верований, а потому более похоже на философию, нежели на сообщение древнего предания, поэтому оно не заслуживает того, чтобы уделить ему место на этих страницах.

Следует еще остановиться на древних представлениях космогонии у греков. Размышление о происхождении вещей уже для Гомера не было делом совершенно необыкновенным. Он представлял себе мир произошедшим из вод Океана, который, однако, по обыкновенным представлениям был могучей обтекающей всю землю рекой. Вселенная же представляла собою, в сущности, олицетворенный мир богов. Первопричина мира была первопричиной и богов; космогония была теогонией. Океан Гомер называет «рождением богов». Равным образом Гомер рассказывает, как основалась династия Зевса, под властью которой жили после низвержения прежней династии Кроноса и Титанов.

Гезиодовская теогония занимается исключительно этими вопросами, при чем, открывает нам очень далекую перспективу в прошлое. В начале был хаос, зияющее, содержащее первоначальную материю вещей пространство, затем появилась Земля, Тартар и Любовь. Из хаоса возникли Эреб и Ночь, а из последних Эфир и День. Гея создала небо. Только благодаря этому были даны основные элементы мира. Гея и Уран продолжили дело творения. Произошли Титаны, (м. б. исполины Библии одно и то же? Быт. 6:4), из которых самым молодым был Кронос, Циклопы, Гекатохнейры – пятиглавые и сторукие существа. Уран спрятал своих детей, Титанов, внутри Земли, их матери. (Не в преисподней ли?) Мать предлагает детям освободиться, и младшему, Кроносу, удается оскопить отца при помощи серпа. (Ланг путем сравнения48 с одним мифом маорийцев доказал, что этот рассказ понятен только в качестве преобразования представления, легко возникающего на более низкой ступени развития, о первоначальной плодовитой связи между небом и землей, которая беспрерывно продолжается до тех пор, пока не освободятся заключенные между родителями продукты этой связи, благодаря чему родители разлучаются друг от друга). Но затем у Гезиода из капель крови, отрезанного фаллоса возникают новые рождения. Так основал Кронос свое господство. Беспрерывно получаются сведения о новых рождениях. Но и новый властитель жесток по отношению к своим детям, которых он произвел со своей супругой Реей, и ему Уран и Гея предсказали, что его постигнет та же у часть низвержения одним из его детей. В виду этого он после их рождения проглотил их. Но одного, Зевса, Рея спасла, дав отцу, вместо сына, камень. Спустя некоторое время Кронос выплюнул обратно детей, а с ними и камень; этот камень был установлен в Дельфах. После этого последовало господство Зевса. Он разбил попытку сына Титанов, Прометея, обмануть его, но он также вынужден был вынести еще страшное сражение с старыми властителями, Кроносом, Титанами. Зевс даже призвал на помощь из подземного мира гекатохнейров. Ужасно было столкновение обеих сил. Зевс бросил свои молнии. Произошел своего рода мировой пожар. Был невыносимый шум. Наконец Титаны были низвергнуты и заперты под землею в Тартаре (русское «тартарары» отсюда). Зевс должен был еще сразиться с одним исчадием земли, Тифеем, представлявшим собою чудовище со ста змеиными головами. Но и этот также был побежден и брошен в Тартар. Опять последовали многие рождения в особенности детей Зевса от его жен. Образовался олимпийский мир богов.

Такова приблизительно гезиодовская теогония. Главный интерес в ней представляет победу Зевса над титанами, которая рассматривается как переход от прежде существовавшего положения вещей на земле к настоящему, ведущему через известную уже нам катастрофу земли, пережившей какую-то борьбу космических стихий.

Здесь у греков так же, как и в ранее рассмотренных космогониях других народов, вода, Океан, занимает изначальное положение в миро творении. Все остальное дается в образных или символических понятиях, но и чрез них видна некоторая нить, связующая даже это запутанное представление начала вещей, с тем, которое так ясно сообщено в Святом Слове. Нужно только рассматривать все эти мифы и легенды народов при свете истинного откровения. Тогда станет очевидно, что в них – истинное все то, что сохранено в первоначальном виде откровения, и ложь все – надуманное и измышленное человеком.

У древних германцев в Гильфагеннинг дается обстоятельная космогония, в которой очень явственно выступают библейские черты, как например, сотворение мира из ничего волей всемогущего Бога. Там же говорится о первоначальной «зияющей бездне». Вода, как везде, занимает первое место, но значительную роль играет и противоположная стихия, огонь; кроме того при сотворении мира сразу же упоминается о соли. В картине, нарисованной Валуспой (другое сказание), упомянуто о произрастании травы под влиянием солнечной теплоты. Первый великан, из тела которого создана земля, Имир.

О происхождении человека узнаем мало. Тацит называет рожденного из земли Твисто и его сына Маннуса прародителями человечества. В Гильфагиннинг говорится, что первые люди, Аскр и Эмбла, произошли от деревьев, от божественной же Троицы Одина, Хенира, Лодура они получили дыхание и дух.

Космогония развита только в литературе Эдды, но и здесь, как искусственное мифологическое творчество. Дается представление о всемирном дереве. Это дерево носит различные названия: мьотверд – «мерило судьбы» и т. п. Говорится о корнях, стволе, сучьях, вершине и животных, обитающих там. Все вместе должно дать изображение вселенной, и в то же время, как предполагает народное поверье относительно опоры мира, от дерева мироздания зависит судьба мира.

Величественное изображение крушения мира, обусловленного его греховностью дает Валуспа. Конечная катастрофа уже подготовляется первой мировой войной между Азами и Ванами. Уже в самом начале золото соблазнило Аз, а конец вызывается убийствами, развратом, уничтожением всяких нравственных уз в человечестве. Этот конец не только есть крушение мира, но и кончина богов (рагнарок), о людях здесь говорится меньше всего. Затем исчезает солнце, великая зима Фимбуль опустошает землю, вода и огонь все уничтожают, чудовища: волк Фенрис, змея Мидгард, связанный Локи освобождаются, и в страшной борьбе падают главные боги. Но из воды в которую они погрузились, подымается земля одетая в свежую зелень. Азы вновь появляются на поле Ида, как в начале времен, Бальдер вновь оживает, и новый владыка господствует над новым миром.

Нет сомнения в том, что и в этом мифе, перепутанном позднейшими дополнениями и изменениями, имеются проблески истины. Главные же черты опять таки совпадают с тем, что открывается в Св. Писании.

Итак, мы подошли к концу. Конечно, многое из приведенного выше представляет собою сырой материал, способный вызвать у читателя множество мыслей вопрошающих одна другую; однако от этого размышления в результате будет только польза, если при этом не будет упущена связь с истинным Словом Божиим. Многие положения космогонии от такого всестороннего подхода получат лишь более отчетливое представление и родят более глубокие понятия в связи с миро творением. Возможно, что Господь не желает нам всего открыть, да это и не обязательно, но то, что уже открыто достаточно вполне, чтобы не желать большего, а в смирении пред Всемогущим склониться ниц и сказать: «Что есть человек, что ты знаешь о нем, и сын человеческий, что обращаешь на него внимание? Человек, подобен дуновению, дни его – как уклоняющаяся тень. Господи! приклони небеса и сойди, коснись гор, и воздымятся. Блесни молниею и рассей их; пусти стрелы Твои, расстрой их. Простри с высот руку Твою, избавь меня и спаси меня от вод многих!»... (Пс. 143:1–7).

«Что есть человек, что ты помнишь его, и сын человеческий, что Ты посещаешь его? Немного Ты умалил его пред ангелами; славою и честью венчал его; поставил его владыкою над делами рук Твоих; все положил под ноги его: овец и волов всех, и также полевых зверей, птиц небесных и рыб морских, все, преходящее морскими стезями. Господи, Боже наш! Как величественно имя Твое по всей земле» (Пс. 8:5–10).

* * *

44

Проф. П. Д. Шантепи де-ля Сосей. История религий 35 стр.

45

Проф. П. Д. Шантепи де-ля Сосей. История религий 45 стр.

46

Женское дополнение к Шу.

47

В переводе Шерманна.

48

Custom und Myth.


Источник: Апологетика Библии : ответы критикам Св. Писания и безбожникам / Г. И. Ясиницкий. - [Сан-Франциско : б.и., 1980]. - 199, [3] с. : ил., табл.; 17 см. Репринт. изд. Вых. дан. ориг.: [Харбин, 1937]. На тит. л. указано издательство оригинала: Посох.

Комментарии для сайта Cackle