Византи́йский обря́д
Византи́йский обря́д (иногда называемый «греческим обрядом») – литургическая система Православной и Византийской Католической церквей, называемая «византийской» из-за происхождения из Православного патриархата Константинополя (Византии). В Средние века другие халкидонские православные патриархаты Александрии, Антиохии и Иерусалима, ослабленные расколами и завоеваниями, были не способны поддерживать свои собственные традиции и приняли византийский обряд, сделав его единственной литургической традицией Восточного Православия. Подобно Римскому обряду этот литургический синтез является гибридом, создававшимся на протяжении XI–XIV вв., когда константинопольские и палестинские монашеские элементы взаимодействовали в монастырях православного мира. Уникальная символическая матрица, обновленная во всем великолепии церемониального и литургического символизма и наследия пышного имперского церемониала Константинополя до VIII в., византийский обряд является наиболее широко используемой восточной богослужебной традицией. В истории он проходит через семь стадий: (1) палео-византийское происхождение, (2) «имперский век», или «Золотой век» (V–VI вв.); «темные века» и иконоборчество (610 – ок. 850 гг.); (4) Студийская эпоха (ок. 800–1204 гг.) (5) неосавваитский синтез, последовавший за латинской оккупацией Константинополя 1204–1261 гг.; (6) период униатства и латинизации с конца XVI в. и (7) современное обновление.
Происхождение и Золотой век: Мы знаем очень мало о происхождении обряда Византии, викарном престоле в Восточной префектуре, до вознесения ее до статуса столичного града Константинополя в 330 г. Главной кафедрой Восточной префектуры была Антиохия, поэтому древнейшие сохранившиеся константинопольские литургические источники несут характерные антиохийские черты.
В VI–VII вв., особенно при Юстиниане I (527–565), византийский обряд становится «имперским», приобретая все большую ритуальную пышность и богословское развертывание, главным образом в результате христологических споров через добавление новых праздников, Символа веры и нескольких новых классических гимнов (Трисвятое, Херувикон и т. д.).
Его развитие было особенно отмечено стациональными процессиями (крестными ходами из церкви в церковь) в столице: входами, прохождениями и вступлениями, которыми характеризуется все византийское богослужение.
Иконоборчество и студийская реформа: С VII в. начинается период упадка, «темные века», а потом иконоборчество (726–843), заставившие Церковь замкнуться в себе и консолидировать собственную традицию. Богослужебное творчество сводилось к литургическим комментариям как более репрезентативному описательному видению богослужебного чина, которое было интегрировано в византийское литургическое богословие патр. Германом I (ок. 730 г.). Победа Православия над иконоборчеством в 843 г. вызвала настоящую литургическую реформу: изменения в Евхологии при патр. Мефодии (843–847); новая Великая неделя и пасхальные богослужения из того же самого синтеза с палестинскими обычаями, которые привели к созданию новых монашеских богослужений; новая церковная музыка и новая церковная архитектура и иконография. Наиболее важно, что победа над иконоборчеством, преимущественно одержанная монахами, знаменует начало Студитской эпохи с 800 г. до латинского завоевания Константинополя в 1204–1261 гг.
Монахи Студиона постепенно синтезировали Орологий, заимствованный из палестинского обихода лавры св. Саввы, с константинопольским Евхологием, чтобы создать «гибридное» студийское богослужение: палестинская монашеская псалмодия и гимны были нанизаны на каркас литаний и молитв константинопольского кафедрального чина. этот период характеризуется созданием канона утрени посредством массированного вливания новой литургической поэзии в структуру сложившегося последования. Встретившись с новыми антологиями, октоихом, триодью, пентикостарием и минеей, монашеские поэмы из Палестины и Константинополя создали ядро новых литургических книг, до сих пор находящихся в обиходе. Это был тот же самый период, когда появляются первые Студийские Типиконы, или обрядники, чтобы регулировать обиход этого синтеза, представлявший собой победу простого монашеского благочестия над более спиритуалистским и символическим подходом к богослужению.
Народная духовность заключалась в ритуальном отношении к богослужению. Храм среднего византийского периода содержал широкий спектр репрезентации онного искусства, пережившего бурное развитие на пороге X в. Интерьеры имели унитарные декоративные схемы, которые, вероятно, были столь невелики, что все внутреннее убранство можно было окинуть одним взглядом.
Уменьшение размеров храмов, вызванное экономическим кризисом в этот период, также затронуло богослужение. Церкви становятся меньше, литургическая жизнь более сжатой, более приватной. Пышность городских стациональных и базиликальных чинов, предназначенных для главных улиц, общественных площадей и великих храмов метрополий, теперь сохраняется только в избранных местах. Редукция литургической жизни до монашеского обихода играет в этом свою роль: богослужение становится домашним обрядом, приспособленным для монастырских зданий. Компрессия богослужебной активности сопровождалась сдвигом к большей символизации, потому что обряды потеряли свое исконное предназначение и сохранились только как символические реликты. Классическим примером является некогда публичная процессия входа на богослужение, которая редуцировалась в хождение по кругу из алтаря в алтарь священнослужителей (Малый Вход), что было интерпретировано как эпифания Христа.
В конце этого периода появляются новые литургические книги, новый чин богослужений суточного круга и новая литургическая музыка, новая иконография, новая архитектура и литургическое оформление храмов и новая мистагогия, чтобы интерпретировать все новации, – средний византийский синтез был завершен.
Неосавваитское влияние: С ранним упадком студийского киновитства после IV Крестового похода и ростом исихастского монашества на горе Афон начинается финальная фаза истории обряда, характеризующаяся отказом от студийского цикла богослужений в пользу более строгих неосавваитских обычаев палестинского монашества в XII столетии.
Студийский цикл богослужений, принятый во всем византийском монашеском мире, испытал вторую волну савваитского влияния, пришедшую из Палестины. Окончательная редакция богослужения, кодифицированная Савваитскими Типиконами, была принята на Афоне, где она окончательно сформировалась при Филофее Коккине, игумене Великой Лавры и позже патриархе Константинополя (1353–1355, 1364–1376). Этот неосавваитский обряд распространился благодаря реформационному движению, начатому афонскими исихастами во главе с Филофеем. К моменту падения Константинополя под ударами турок в 1453 г. этот обряд находился в употреблении по всему православному миру за исключением Южной Италии и Руси, которые еще некоторое время оставались верным прежнему студийскому обиходу.
Латинизация и современное возрождение: Последующие изменения в византийском обряде были незначительными и не затрагивали сущность неосавваитской традиции за исключением католиков византийского обряда, переживших болезненный период литургической и духовной латинизации, которая привела к эрозии их аутентичного наследия в результате унии с Католической церковью (см. Униатство). В новейшее время многочисленные порывы к сохранению и восстановлению восточного наследия были поддержаны Римским престолом и документами II Ватиканского собора. Директивы Римской курии часто игнорируются самими византийскими католиками, которым вполне комфортно в своих гибридных традициях и которые часто сами удерживают различные латинизмы, чтобы отличать себя от православных собратьев. Тем не менее, начиная с 1940-х гг., после выпуска первых великолепных ватиканских изданий византийских литургических книг этот процесс неудержимо продвигается вперед.
TAFT R. F. The Byzantine Rite. A Short History. Collegeville, 1992 = ТАФТ Р. Ф. Византийский обряд. СПб., 2000. SCHULZ H.-J. The Byzantine Liturgy: New York: Pueblo, 1986.
EC 204–205.